Текст книги "Истинные убеждения (СИ)"

Автор книги: Ева Романова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 16

Лиза.

Гладь натяжного потолка, лучи утреннего солнца, прорывающиеся через тонкую полоску между запахнутых портьер, гудение моющей асфальт машины за окном. Непривычно светлая суббота в сером вечно шумном мегаполисе. Поглаживаю ладонью мягкую простынь и разглядываю свое сонное отражение в белом глянце, гоняя в голове мысли о прошедшей ночи.

Я определенно точно и бесповоротно вляпалась по самое не хочу. Кажется, мне нравится мой клиент… Мне нравится Рафаэль… Я бы сказала нравится и колется. Точно понимаю, что испытываю к нему симпатию, но не верю его искренности и через чур воспитанному поведению. Как будто он делает это специально. Почему? Потому что я ему действительно нравлюсь? «Не верю!» – сказал бы Станиславский. Здесь явно что-то не так. Зачем ему все это?

Тяжело вздыхаю и поднимаюсь с кровати, откидывая теплое мягкое одеяло. Надо сконцентрироваться на работе. Это самое главное сейчас. Сдам проект, и я наверняка больше никогда не увижу этого человека в своей жизни.

На составление плейлиста у меня уходит весь день. Параллельно созваниваюсь с Ксюшей, которая тысячу раз извиняется за происшествие в клубе, хотя она в нем ни капельки не виновата. Мы подбираем подходящие треки для открытия и так же Ксю советует мне несколько композиций для постоянного плейлиста. Висим с ней на телефоне до самого вечера, до тех пор, пока мой телефон не разряжается и не намекает мне о том, что пора завязывать и сделать дела по основной работе.

Быстро решаю вопросы с документами, которые прислала мама на днях, но до которых я никак не могла добраться. Затем завариваю себе очередную кружку кофе и принимаюсь прослушивать демо записи Джонни, которые он мне скинул пару часов назад. Пишу ему быстро комментарии и поглядываю на свой телефон, который пришел в себя и сообщает хозяйке, что у нее ноль оповещений. Где-то глубоко в груди разгорается легкая тоска, и я зачем-то включаю свой секретный плейлист с грустной музыкой. Не знаю почему мне так остро захотелось именно сейчас уйти в грустное состояние.

Делаю глоток горячего напитка, барабаню пальцами по столу, затем делаю еще один глоток. Не выдержав, хватаю телефон и делаю первое что приходит в голову: копирую ссылку на недоработанный плейлист и скидываю его Рафаэлю без всяких комментариев. Блокирую телефон, ставлю на беззвучный и переворачиваю его экраном вниз. Пытаюсь сосредоточиться на работе, но взгляд то и дело возвращается на хранящий тишину смартфон.

– Ну конечно он молчит, дура, ты же сама захотела не видеть оповещений, а теперь сама сидишь и ждешь их! – ругаю себя вслух. Интересно, это какой-то психологический диагноз или все в порядке, и я здорова? Хотя последнее все-таки явно не про меня.

Беру в руки телефон, который тут же оживает, но никаких сообщений нет. Вздыхаю. Конечно нет, откуда бы? Я ведь сама просто ссылку скинула и ничего не сказала. Может стоит объяснить, что это?

– Аааа, – кричу вслух, прерывая несдерживаемый поток мыслей в голове, схватившись за корни волос, – Лиза! Перестань вести себя, как последняя идиотка, умоляю! Ну какого черта ты ведешь себя так, как будто это твоя первая влюбленность и ты невинная девственница!

Падаю головой на ладони, которые предварительно заботливо сложила лодочкой на столе, чтобы предотвратить болезненный удар лбом об дерево, который возможно бы вправил мои мозги. Кажется, я только что призналась самой себе, что именно со мной происходит. Ну твою же налево! Мычу себе в руки, как раз под пение Стинга в треке “Shape of my heart”.

– Нельзя, Лиза, нельзя. Разве ты можешь ему доверять? Он слишком хорошо себя ведет, а потом окажется, что он бьет женщин и детей… В тихом омуте… – бубню сама себе под нос.

Лежу так еще пару минут. Затем наконец беру себя в руки и отрываю свое лицо от стола. Тычу пальцем в телефон, чтобы проверить оповещения в очередной раз и прилипаю к экрану, с жадностью вчитываясь в каждое слово.

Раф Берн: «Очень классный плейлист. Думаю, он на все сто процентов подходит под атмосферу ресторана. Убедишься в этом сама в понедельник».

Черт, у нас же встреча в понедельник…

Элиза: «Рада, что он тебе понравился) Не терпится увидеть твое новое творение не просто на бумаге, а в жизни».

Раф Берн: «Я тоже очень хочу, чтобы ты поскорее его увидела. Интересна твоя реакция)»

Мне кажется или я растаяла сейчас, как кусочек льда на палящем солнце? Он слишком милый! Улыбаюсь, как дурочка и выключаю свой грустный плейлист, меняя его на Сандру, Alphaville – Forever young, Sade – SmoothOperator и даже Энигму. Пританцовываю, пока совершаю вечерний моцион вокруг дома, проветривая голову и разминая затекшие мышцы. Консьержка смотрит на меня косо, когда я улыбаюсь ей во все тридцать два зуба. Ну и пусть смотрит. Смотрит и завидует. Показываю сама себе язык в зеркальную стену лифта.

Раф Берн: «Спокойной ночи».

Рассматриваю фото, прикреплённое к сообщению: виниловая пластинка Sade в проигрывателе. Смеюсь в голос, когда в наушниках начинает играть та же самая певица. Этот человек заставляет мое настроение скакать вверх-вниз одним лишь сообщением. Или это я себя в очередной раз накручиваю?..

Элиза: «Сладких снов».

Прикрепляю селфи в пижаме, тканевой маске на лице и с кружкой ромашкового чая в руках.

Глава 17

– Ты так светишься! Что-то хорошее случилось? – звучит веселый голос Эльвиры в наушниках, а на экране ее улыбающееся лицо на фоне пальм, голубого неба и яркого солнца. Где-то на заднем фоне приятно шуршат волны, что помогает моим нервам немного расслабиться и снять испытываемое напряжения перед встречей с Рафаэлем.

– Я просто еду на деловую встречу, вот и все, – вжимаюсь сильнее в дверь такси, держа перед собой телефон, то и дело поглядывая за окно на проносящийся дождливый город.

– Точно на деловую? – игриво подмигивает мне женщина, играя бровями.

– Точно, – против воли смущенно улыбаюсь и закатываю глаза.

– Ну пускай будет деловая, так уж и быть, – делает мне одолжение, – а с кем?

– С заказчиком лейбла, – коротко информирую ее я.

– Какая неразговорчивая, вы посмотрите на нее, – добродушно смеется Эльвира, а потом мягко улыбается мне, – я рада, что ты приходишь в себя. Начинаю узнавать ту самую Лизу, которая была готова кинуться спасать меня, общалась со мной на всякие глупые темы и травила анекдоты в моем кабинете, пока я обрабатывала ей раны.

Улыбаюсь ей в ответ, вспоминая приятные и не очень моменты из прошлого. Негатив, который присутствовал в некоторых из них, со временем начал стираться из памяти, оставляя только теплоту связанную непосредственно с этой неунывающей и смелой женщиной, которая неожиданно стала мне хорошей подругой.

– Я боюсь, – признаюсь ей я, – того, что он может оказаться как…

– Как киндер сюрприз с говняной начинкой? – она сочувствующе улыбается, – я понимаю тебя, как никто другой. Но знаешь что? Не все такие, как наши бывшие. Существуют и искренние, добрые и заботливые мужчины, готовые любить тебя несмотря ни на что и принимая тебя такой, какая ты есть, не подстраивая под себя. И не смей лишать себя счастья просто из-за того, что обожглась об каких-то мудаков, которые даже единой маленькой слезинки твоей не достойны! Будь счастлива им назло, пусть локти себе кусают, что им не удалось тебя сломить.

– Надеюсь, что ты права, – грустно улыбаюсь ей, выслушав ее монолог.

– Пф, надеешься? – фыркает она, – это стопроцентно достоверная информация! Я тебе плохого не посоветую!

– Я знаю, – смеюсь ее скорчившейся рожице.

– Вот и умничка! Дерзай! Хватай быка за рога! Ты сможешь! Разрешаю даже привести его в квартиру! Покажи ему всю себя! – выдает поток мотиваций и советов Эльвира, активно жестикулируя в камеру.

От дальнейших подробностей того, как именно мне надо хватать быка и за какие именно рога, меня спасает таксист, который сообщает, что мы приехали в место назначения. Я быстро прощаюсь с Эльвирой и расплачиваюсь с водителем.

Подхожу к высотке, не обращая внимания на капающий мне на голову дождь, и сразу же нахожу нужную мне дверь, на которой еще нет никаких опознавательных знаков, но зато на больших, заклеенных с другой стороны, панорамных окнах красуется гигантская надпись «Скоро здесь откроется вкусное местечко от Bernstein.rest». Топчусь на пороге, когда дверь не поддается. Заперто. Может постучать?

– Привет, – раздается где-то сзади знакомый с хрипотцой голос, от которого простреливает все тело. По обе стороны от меня появляются мужские руки, одна из которых вставляет ключ в замок, а вторая дёргает за ручку. Чувствую дыхание Рафаэля на своем затылке. Мурашки молнией пробегают по всему телу, покалывая кончики пальцев.

– Привет, – здороваюсь в ответ, слегка обернувшись. Встречаюсь с улыбающимися черными глазами и уголки губ невольно приподнимаются.

Раздается характерный щелчок.

– Прошу, проходи, – говорит он, открывая дверь и пропуская меня вперед.

Переступаю порог и удивленно оглядываюсь. Это не ресторан. Больше похоже на приемную с ресепшеном.

– Нам сюда, – указывает Рафаэль головой на серебристый лифт и нажимает на кнопку вызова. Мы молча поднимаемся на самый высокий этаж. Кабина раскрывает свои двери, издавая приветственный звон.

Челюсть падает до самого пола, когда мы оказываемся в зале ресторана. Глаза сразу же находят невероятных размеров полукруглое панорамное окно, за которым открывается вид на распростертую под ногами столицу. Представляю, как здесь красиво ночью, когда зажигается миллион фонариков подсветки на фасадах архитектурных памятников, расположенных за окном.

Это место совсем не похоже на Eden в котором я была. Никаких растений здесь нет. И на визуализации выглядел немного по-другому. В жизни намного красивее и уютнее, несмотря на незаконченный ремонт, ведь в интерьере преобладает темное дерево, которое идеально контрастирует со светлым пейзажем и не перетягивает на себя внимание. Круглые и прямоугольные столы из благородной древесины, удобные мягкие стулья-кресла серого оттенка, множество круглых светильников на потолке, висящие на разной высоте и соединенные между собой металлическими завитками. Пол все еще покрыт защитной пленкой, а некоторые предметы мебели не до конца собраны или ждут своей очереди.

– Здесь невероятно красиво, – выдыхаю с восторгом я, когда подхожу поближе к окну, – теперь я понимаю, почему ты сказал, что подобранные треки идеально подойдут для атмосферы этого места.

– Я очень рад, что тебе понравилось здесь, – признается он, вставая рядом со мной.

Рассматриваю краем глаза его задумчивое лицо и неожиданно для самой себя аккуратно касаюсь пальцами его ладони. Мне показалось, что это было настолько невесомо, что Рафаэль даже не ощутил этого, и я уже собираюсь убрать свою руку подальше, как он ловит ее и переплетает свои пальцы с моими. Перевожу все свое внимание на пейзаж за окном, пытаясь унять восторг. Судорожно сглатываю, когда дыхание перехватывает от ощущений, которые внезапно обрушиваются на меня лавиной. Мне кажется, что я чувствую их каждой клеточкой своего тела. Впервые за долго время.

– Здравствуйте, Рафаэль Львович, – прерывает нас грубый мужской голос, и я смущенно одергиваю свою руку, когда мы разворачиваемся к вошедшему. Им оказывается коренастый седой мужчина в строительном комбинезоне.

– Извините если помешал, я сейчас уйду, – суетливо добавляет он.

– Ничего страшного, Михаил. Это ты нас извини, за то, что мы помешали тебе работать, – улыбается Рафаэль, обнимая меня за талию. В очередной раз таю от его прикосновений и уважительному отношению к каждой живой душе.

– Пообедаешь со мной? Я тут нашел поблизости один новый интересный ресторанчик. Надо исследовать конкурентов на конкурентоспособность. Разделишь со мной эту миссию? – хитро подмигивает мне, пока мы идем к лифту.

– Конечно, – без сомнений соглашаюсь я, вспоминая наставления Эльвиры. Думаю, стоит прислушаться к ее словам. Я ведь действительно не смогу вечно подозревать каждого в неискренности. Быстрее с ума из-за этого сойду и окончательно превращусь в затворника.

Глава 18

Миловидная официантка усаживает нас за столик прямо у окна с симпатичным видом на реку и протягивает меню в кожаном переплете, после того как мы с Рафаэлем доходим прогулочным шагом до ресторанчика, укрываясь от небольшого дождя под одним зонтиком. Когда она удаляется, мужчина заговорщицким шёпотом рассказывает, какие именно блюда нам надо попробовать. То и дело глупо хихикаю из-за шпионской миссии, которую мы тут развернули. Мужчина поддерживает мое веселье и периодически прочищает горло, скрывая смех, когда делает заказ, а официантка в открытую удивляется такому странному набору блюд.

– Ну, внешне данное заведение выглядит очень простенько, – заявляю я, оглядываясь по сторонам, – мебель самая обычная, часто встречающаяся. Столовые приборы и бокалы, – кручу в одной руке вилку, а в другой бокал, которые стояли и пылились на столе в ожидании гостей, – откровенно говоря некачественные. Посмотрим, как со своей работой справляется команда на кухне.

Рафаэль усмехается и качает головой.

– Похоже ресторанный снобизм передается воздушно-капельным или через прикосновения.

– Откуда ты знаешь, что я не во всем изначально такой сноб? – хитро прищуриваюсь я.

– Если это так, то я боюсь у нас через чур много общего, – смеется мужчина.

– Рафаэль…

– Называй меня просто Раф, – прерывает меня он, – так зовут меня мои близкие.

Благодарно ему улыбаюсь. Жаль он не знает, что эта реакция за то, что его слова и действия дают мне сил бороться со своими сомнениями и страхами. Надеюсь, когда-нибудь я смогу ему об этом открыто сказать, поговорив по душам.

– Раф, – исправляюсь я, – спасибо за приглашение. Мне нравится проводить с тобой время. И наши шпионские игры, – улыбаюсь, сморщив нос.

– Это абсолютно взаимно, Лиза, – улыбается мне в ответ, – я очень рад, что Стеф подобрал мне такого напарника.

– Стеф мудрый человек, – согласно киваю.

Официантка ставит перед нами графин с водой, и я неловко пододвигаю стул, садясь поудобнее. Чувствую, как щеки заливает красная краска смущения, а кровь приливает к низу живота, когда я случайно прикасаюсь к ноге Рафа под столом и через все тело проносится электрический разряд. Голова начинает кружиться от неожиданных ощущений.

Понимаю, что надо проветриться и прийти в себя, а еще руки так и чешутся из-за того, что я их не мыла с момента выхода из дома. Черт бы побрал эту полезную, но надоедливую с детства привычку. Всегда таскаю с собой антибактериальные салфетки или гели. Помню, как в школе все надо мной смеялись из-за этого. Зато теперь во время всевозможных вирусов мне не надо вводить в свою рутину новую привычку. Правильно говорят, что смеется тот, кто смеется последним.

– Я в уборную, – тихо предупреждаю я, вставая из-за стола. Рафаэль кивает мне, разливая воду по стаканам и отвечая на пришедшее ему сообщение.

Захожу в туалет, который оказывается общим и для девушек, и для мужчин. Подхожу к одной из раковин и оглядываю свое лицо. Нет, щеки не красные, но почему-то я чувствую, как они горят. Замечаю, что, впопыхах выбегая из дома, забыла накрасить ресницы тушью. Мда уж, вот называется, как собиралась на встречу с мужчиной, который мне нравится. Странно, что еще Эльвира не обратила на это внимания.

Тщательно мою руки с мылом, а затем включаю холодную воду, охлаждая ладони. Нагибаюсь к раковине, аккуратно прикладывая пальцы к лицу. Так-то лучше. Получается немного остудить свой пыл и невовремя взбунтовавшиеся гормоны. Выключаю воду и разгибаюсь, беря салфетки из подставки.

– Ну привет, – слышу знакомый голос и вздрагиваю от неожиданности, когда, подняв взгляд, в отражении зеркала вижу лицо Марка.

Глава 19

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю первое, что приходит в голову.

Марк смеряет меня пристальным взглядом. Цепляется за каждый миллиметр моей кожи, оставляя обжигающие следы. Отвечаю ему тем же, не намереваясь сдавать позиции и показывать свою слабость. От таких как он не убудет воспользоваться растерянностью жертвы.

Я же в свою очередь пользуюсь случаем и разглядываю Андрианова младшего. Выглядит он, мягко говоря, плохо: растрепанные русые волосы, помятая и опухшая физиономия, как будто он пил несколько дней не просыхая, белки глаз со стальной серой радужкой налиты кровью. От Марка, каким я его помню, остался только его аккуратный стильный костюм, который скорее всего был заботливо отутюжен его домработницей Мартой. Да, в отношениях со мной он был тем еще засранцем, но хотя бы внешне не показывал этого и старался играть роль воспитанного, приятного парня. Сейчас же эта маска слетела, в полной мере раскрывая сущность Андрианова.

– А что может делать человек в ресторане во время ланча, м? – задает вопрос он, склонив голову и прищурив глаза, – наверное, обедать или встречаться с папиками, на обратном пути отсасывая ему в машине за новые сережки или телефон?

Мои брови стремительно ползут вверх от услышанного. Кажется, Марк совсем с катушек слетел.

– Что за чушь ты несешь? – складываю руки на груди, пытаясь хоть как-то выстоять этот эмоциональный напор и попытку меня задеть. Манипулятор хренов. Не сработает, не дождешься.

– Говорю очевидные вещи, – усмехается он.

– Моим советом сходить к психологу, я как погляжу, ты не воспользовался? По себе людей не судят, Андрианов, – парирую я и сразу жалею об этом, потому что лицо Марка искажает гримаса ярости и он делает шаг в мою сторону, сжав кулаки.

– Мразь, – шипит он и быстрыми движениями сокращает, между нами, расстояние, – я всегда знал, что ты та еще сука.

Не успеваю отреагировать, как он прижимает меня к кафельной стенке рядом с раковиной, хватая ладонью за горло, как безвольную куклу. Он не сжимает его, пытаясь задушить, просто держит меня, но от этого становится еще страшнее. Масла в огонь добавляет то, что его бегающие сумасшедшие глаза находятся в нескольких сантиметрах от моих, и я замечаю, что у Марка расширенные зрачки. Черт.

Сердце начинает колотиться, как бешеное, потому что я не знаю, чего ожидать от человека, который находится под действием наркотиков. Пытаюсь дышать глубже, чтобы не поддаваться панике, а пытаться трезво соображать и построить хоть какой-то план бегства. Сложность всей ситуации заключается в том, что я оставила телефон на столе. Если придется звать на помощь, то только криком. Но не факт, что меня услышат, так как туалет находится на цокольном этаже, да и посетителей на удивление мало, буквально по пальцам пересчитать, так что зайти сюда могут не скоро. А попытки драться и вырваться только могут раззадорить Марка, тем более что курсы самообороны я не проходила и вряд ли смогу результативно ударить. Вот же ж я попала! И опять причиной беды становится один и тот же человек. Чувствую, как потихоньку начинаю закипать, ощущая безвыходность своего положения.

– Из-за тебя я теряю все. Друзей, семью, работу. Даже отец отвернулся от меня, – сквозь сжатые зубы цедит Марк.

– Из-за меня? – несдерживаемый хохоток вырывается из моего рта и все выстроенные эмоциональные барьеры сносит молниеносной волной гнева за несправедливость его обвинений, – это ты и твоя гребаная семейка виноваты в своих же бедах! Повзрослей, Марк, и признай это! Не я похитила саму себя тогда, устроив чертову вендетту, насмотревшись сериалов про мафию! А твоя больная на голову сестричка, потому что ты, долбанутый манипулятор-собственник, и твой дружок-телохранитель, с похеренной психикой, не рассчитали силы и избили ее родного отца до смерти! Вот только, блять, почему-то я оказалась виновной во всем! Интересно только почему? Потому что случайно села тогда рядом с ее папашей в баре, и он облапал меня, а ты решил, что кто-то покусился на твою собственность, хотя я тебя даже тогда не знала? Или может быть, потому что это я вместо тебя специально подстраивала наши встречи? А может быть, потому что это я сама себя удерживала взаперти в твоей квартире не отпуская домой, прикрываясь тем, что мне грозит опасность? Ой, а может быть это я пристроила Джонни в лейбл своего друга, чтобы занять его и он больше не мешался на твоем пути? Мне дальше перечислять?

Дышу рвано и хрипло, пытаясь восстановить дыхание после своего монолога. Несмотря на всю отвратительность ситуации я чувствую себя настолько легко, как будто скинула тяжеленный булыжник с собственных плеч и души.

– Выговорилась? – пальцы Марка сжимаются вокруг моей шеи чуть сильнее, – а теперь послушай-ка меня. Да, это ты во всем виновата! Потому что если бы ты тогда не сбежала, то все бы было хорошо! Никто бы тебя не похитил, мы были бы вместе, и моя репутация была бы в норме! Кто тебе тогда помог сбежать, а? Может быть твой новый хахаль? Не удивлюсь, если это действительно был он. Тогда на открытии ресторана он прямо-таки поедал тебя взглядом. Тогда-то вы и придумали этот план, да?

– Ты сам слышишь, что ты несешь? – смеюсь ему в лицо, не сдерживая эмоций и игнорируя его последние вопросы, – мы в любом случае не были бы вместе. На лжи и манипуляциях отношения не строятся! А теперь отпусти, меня ждут! И дай спокойно жить, выстраивая здоровые отношения!

Марк неожиданно начинает заливаться громким смехом, от которого мурашки бегут по спине, а затылок немеет.

– Здоровые отношения? – выдавливает он, – с кем? С Бернштейном? Серьезно?

– В отличии от тебя он адекватный мужчина без наклонностей манипулятора и эмоционального абьюзера!

Ожидаю, что сейчас то Марк не выдержит и сожмет пальцы, чтобы окончательно придушить меня. Но он отпускает свою ладонь и отходит от меня, пропуская к двери. Даже рукой, словно дорожный знак, указывает путь к выходу. Не веря своему счастью и не упуская шанса, быстрым шагом бросаюсь к дверной ручке.

– Иди к своему женатому адекватному мужчине. Желаю вам крепкого счастья. На троих, – кидает он мне вдогонку, отчего я немного притормаживаю, не веря своим ушам.