Текст книги "Истинные убеждения (СИ)"
Автор книги: Ева Романова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)
Глава 46
Лиза.
– Вау, вау, вау! Какая красотка! – пищит в трубку Эльвира, когда я показываю ей себя в отражении зеркала по видеосвязи, – куда такая собралась?
– Сегодня открытие летнего сезона – музыкальный фестиваль Стефа.
Я переключаю камеру на фронтальную, быстро снимаю брючный костюм изумрудного цвета, который я примерила финальный раз перед выходом, и усаживаюсь в корсетном боди прямо перед зеркалом на ковер в гардеробной. Ставлю телефон в удобную позицию перед собой и включаю светильники, которые обрамляют раму зеркала.
– Ох, я так хочу быть там! – разочарованно вздыхает Эльвира, – помню, как каждый раз открывала для себя новых исполнителей, которых непонятно где находил Стеф. Такие они талантливые ребята! Твой подопечный тоже будет выступать сегодня?
– Джонни? – переспрашиваю я, раскладывая косметику, – да. Он будет сегодня презентовать свой первый полный альбом, – я хитро улыбаюсь, что мгновенно интригует мою собеседницу.
– Не томи! – буквально стонет Эльвира, когда я затягиваю с драматической паузой.
– Я принимала участие в создании этого альбома в качестве саунд продюсера! К каждому треку приложила свою руку! – гордо заявляю я, нанося тональную основу спонжем.
Эльвира хлопает в ладоши, отрывая их от руля. Она куда-то едет в машине и решила набрать меня. Видимо опять в супермаркет за продуктами. Она часто мне звонит либо оттуда, либо по пути туда, либо когда едет обратно домой.
– За дорогой следи! – хохочу я, видя, как она пританцовывает от радости за меня.
– Я просто безумно счастлива, что ты нашла себя. Делаешь то, что тебе нравится и наслаждаешься отношениями с любимым достойным человеком, – искренне произносит женщина.
За последнее время Эльвира стала для меня родным человеком, примером сильной женщины, которая смогла выкарабкаться из абьюзивных отношений, и была моим примером для подражания. Она показывала мне, что несмотря на все плохое и жестокое, что происходит в жизни, никогда не стоит унывать, а вставать и продолжать наслаждаться каждой минутой своей жизни. Она была для меня словно вторая мама, либо тетя, с которой мы в близких и доверительных отношениях.
– Я тоже счастлива за тебя, – признаюсь я, – с тебя должны брать пример все женщины, попавшие в подобную ситуацию.
Она фыркает, продолжая смотреть на дорогу и выкручивая руль влево.
– Да что я сделала? Просто сбежала от своих проблем. Ничего героического. Я оставила свою дочь в руках Вячеслава, разрешив ему распоряжаться ее судьбой. Не пойми меня неправильно, какой бы Даша ни была, она остается моей дочерью, – она устало вздыхает, – все что я сделала – это отрезала себе путь обратно и сожгла все мосты.
Я отрицательно мотаю головой. Чувствую, то задела ее за живое и разбередила старые раны, хотя не думаю, что Эльвира так просто все забыла. Успев узнать ее, я понимаю, что скорее всего она вспоминает о совершенных ошибках каждый день.
– Знаешь, на это тоже надо найти мужество. Некоторые и уйти не могут, продолжают терпеть издевательства над собой, – я слегка кривлюсь, выдавливая из себя следующие слова, – но Дашу мне правда жалко. Хоть и поступила она со мной, мягко говоря, по-свински.
Эльвира останавливает машину и переводит ее в режим паркинга, а затем внимательно смотрит в камеру. В этот момент мне кажется, что она пытается заглянуть мне прямо в душу.
– Я должна тебе кое-что сообщить, – аккуратно начинает она, – обещаешь, что не обидишься?
Я убираю кисточку подальше от лица, чтобы не сделать кривую линию стрелки, и смотрю на экран телефона, вглядываясь в электронное лицо собеседницы.
– Смотря, что ты мне сейчас скажешь, но я попробую.
– Один мой влиятельный знакомый поможет мне забрать Дашу оттуда, куда упрятал ее этот козел, – последнее слово она буквально выплевывает.
Я мгновенно напрягаюсь, выравнивая спину. Сижу, как натянутая струна и анализирую ситуацию в голове.
– Это не опасно? – спрашиваю я, – Вячеслав не найдет вас если ты это сделаешь?
Эльвира мягко мне улыбается. Кажется ее порадовала моя реакция на новость о Даше. А я по-другому и не могу. Всегда слишком быстро забываю все плохое, что мне сделал человек. Рефлексирую только долго и накручиваю себя, но людей прощаю практически моментально.
– Мы все организуем так, чтобы он ничего не понял. Не беспокойся, – заверяет меня женщина, но спокойнее мне от этого не становится.
– А если Даша будет против? Устроит скандал или попытается сбежать? – предполагаю я, пытаясь разобрать все плохие исходы.
Эльвира усмехается.
– После нескольких месяцев с родственниками Андрианова на севере, поверь мне, она даже своей ненавистной маме будет рада. Я как-то раз видела эту семейку, и пяти минут с ними провести не смогла. Думаю, из них получились хорошие надзиратели, – она кривится своим воспоминаниям, – ладно, хватит о грустном. Ты мне лучше скажи – ты заезжаешь в квартиру цветы мои поливать?
Я выпучиваю глаза, пытаясь вспомнить, когда я в последний раз это делала. Кажется, на прошлой неделе. Или две недели назад? Черт, надо будет заехать на днях!
От лживого ответа меня спасает шорох у двери. Обернувшись через плечо, вижу заходящего в комнату Рафаэля. Он, уже одетый в черный костюм с шелковыми лацканами, держит в руках два галстука и словно взвешивая, смотрит на них. Мой затылок холоднеет, и я резко поворачиваюсь обратно к зеркалу. Мурашки бегут по всему телу, а паника сковывает мысли, словно путы. Впервые я ощущаю подобные чувства рядом с ним. Пытаюсь распробовать их на вкус и четко осознаю, что мне это не по душе. Не хочу ничего скрывать от этого мужчины.
Раф еще ничего не знает про Эльвиру и где она. Для него, как и для всех, она без объяснения причин пропала из поля зрения светской хроники. То, что я поддерживаю с ней связь – это единственный секрет, который я утаивала от Рафаэля. Единственная причина, по которой я могла ему врать. Но чисто теоретически я никогда не врала, потому что наши разговоры никогда не заходили на эту тему.
Я застываю на месте как вкопанная, понятия не имея, что делать дальше. Кидаю обеспокоенный взгляд на силуэт женщины в экране. Эльвира моментально считывает мою панику и показывает мне пальцами знак «ок», давая понять, что она не против того, чтобы Раф увидел ее.
– Лиз, помоги мне выбрать. Какой лучше подходит? – он поднимает глаза и встречается со мной взглядом в отражении зеркала. Складка мгновенно пресекает его гладкий лоб. Он, как всегда, чувствует меня лучше, чем кто-либо. Кажется, меня до скончания дней будет это удивлять. Как-будто мы находимся на одной волне или нас соединяет невидимая нить. Может именно так себя ощущают «родственные души»? Или это то, что называют настоящей любовью?
– Что такое? – спрашивает он спокойным голосом, лишь изменившийся тембр выдает его беспокойство.
Я беру себя в руки и широко улыбаюсь, беря телефон с пола.
– С подругой вот общаюсь, – показываю ему экран, на котором Эльвира уже во всю приветственно размахивает руками.
– Привет, Рафаэль! – звонко звучит ее голос из динамика.
– Добрый вечер, Эльвира, – в замешательстве здоровается Раф, – как твои дела?
Рафаэль с легкостью переходит с ней на «ты», как будто они вечность были знакомы, а не просто пересекались несколько раз на светских мероприятиях.
– Ой, да все отлично! Наслаждаюсь вот жизнью, подальше от своего муженька, – она заговорщицки подмигивает ему.
– Отлично, рад за тебя, – улыбается Раф, присаживаясь на пол рядом со мной и обнимая меня за талию, отчего уголки моих губ вновь ползут вверх, – выглядишь изумительно. Тебе явно на пользу отдых от столичной атмосферы.
Эльвира задорно смеется, понимая шутку с намеком. Я мысленно молюсь, чтобы она не устроила мне взбучку за то, что я рассказала некоторые подробности из ее жизни. До сих пор жалею, что проболталась тогда Алисе и выложила ей всю подноготную семьи Андриановых. У меня бывает так иногда: сначала скажу, а потом думаю. А позже моя совесть меня изо дня в день ест. Надо как-то бороться с этим.
– А тебе явно на пользу любовь, – подмигивает женщина, заставляя мои щеки и без румян становится пунцовыми.
– Ладно, Эльвир, нам надо собираться, – прерываю я их обмен любезностями, – я тебе пришлю видео и ссылку на альбом Джонни! – шлю воздушный поцелуй в экран телефона и сбрасываю звонок.
Рафаэль лишь продолжает посмеиваться, мотая головой в разные стороны.
– Эй, – возмущенно тыкаю я его пальцем в плечо, – хватит надо мной смеяться. Нам выходить пора.
– Я почему-то не сомневался, что вы с ней поддерживаете контакт, – обнимает меня за плечи Раф и целует в висок, – я бы тоже не смог остаться надолго без такой девушки, как ты в своей жизни.
– Сочту это за комплимент, – дарю ему легкий поцелуй в губы, – а насчет галстука – иди без него. Расстегни две пуговицы. Легкая небрежность тебе очень идет.
Глава 47
Рафаэль.
Мы прибываем на фестиваль в назначенное время, даже не опоздав. По договоренности со Стефом, нас пропускают через черный вход клуба, чтобы избежать встречи с назойливыми фотографами и сотней гостей, которые во всю позируют на ковровой дорожке, возомнив себя голливудскими звездами. Знаю, как этого не любит Лиза.
Навсегда запомнил, как у нее началась паническая атака, когда мы в час-пик продирались по пешеходной улице сквозь толпу людей, чтобы попасть на дегустацию новых позиций в меню моего ресторана. На меня это произвело неизгладимое впечатление. Я впервые встретился с такого рода проблемой и не знал, как реагировать, пока ни собрал всю волю и спокойствие в кулак и ни сел рядом с ней прямо на асфальт, утешая и поглаживая ее руки и лицо, боясь испугать ее своими объятиями. С тех пор если знаю, что есть возможность избежать подобных ситуаций, то я прикладываю все усилия, чтобы сделать это.
Подталкиваю Лизу ладонью, лежащей на ее талии, в сторону VIP ложи, которая выделена специально для близких Стефа. В ней помимо нас расположились несколько наших общих друзей, с которыми я поочередно здороваюсь и представлю свою девушку. Те одобрительно кивают и с интересом разглядывают Лизу. По телу расползается приятное тепло удовлетворения и гордости. В очередной раз убеждаюсь, что искренне люблю эту девушку. Не испытываю и капли ревности. Я полностью доверяю ей. А парням так и хочется сказать «любуйтесь, любуйтесь. Да, это моя девочка». По-мальчишески? Да. Плевать ли мне на это? Еще раз да. Я настолько счастлив, что мне все равно. Даже радуюсь давно забытым чувствам, которые, кажется, испытывал в последний раз в подростковом возрасте.
– Будешь что-нибудь? – спрашиваю я, наклоняясь к ее уху, когда мы подходим к бару в нашей приватной ложе.
– Бокал шампанского, пожалуйста, – просит Лиза, одергивая рукав своего изумрудного пиджака. Этот брючный костюм подарил ей я. Мне так нравится, как на ней смотрится этот оттенок зеленого и как он оттеняет ее глаза, делая их более голубыми, что я не удержался, когда увидел его на манекене в одном из брендовых бутиков и купил в качестве подарка на завершение ее первого в жизни музыкального альбома.
Делаю заказ и ободряюще приобнимаю Лизу за плечи и целую в макушку, пока мы дожидаемся своих напитков. Ее волосы, как всегда, пахнут спелой вишней и благородным табаком, от которых кружит голову.
– Все будет хорошо, не нервничай, – мгновенно чувствую ее настроение и пытаюсь всячески успокоить.
Лиза поднимает обеспокоенный взгляд на меня и заглядывает прямиком в глаза. Мне кажется, когда-нибудь я окончательно утону в ее озерах. Особенно, когда она смотрит с нежностью и заботой или горячей похотью во время секса.
– А вдруг никому не понравится? – шепчет девушка, хватаясь за мое плечо. Одна ее нога пошатнулась на высоком каблуке. Обнимаю ее и крепче прижимаю к себе.
– Я уверен, что все будут в восторге, – уверяю ее, приглушенным голосом, – доверься проделанной тобой работе. Ты так усердно продумывала этот альбом и у тебя были прекрасные коллеги. Вспомни, с ними в тандеме вы сделали сингл, который месяц не сходил с первых позиций всех чартов. А для новичка в этой индустрии это просто небесный показатель.
Девушка с улыбкой смотрит на меня. Брови наконец перестают сходиться на переносице, а лоб разглаживается. Я немного выдыхаю, замечая, что она немного расслабилась.
– Мы писали этот сингл, когда даже не общались с тобой, – она игриво щурится, тыкая меня пальцем под ребра, – ты следил за мной?
Я фыркаю, не желая признаться в своей слабости и том, что я действительно наблюдал издалека за девушкой.
– Не за тобой, а за твоими достижениями, – уклончиво поправляю я, отводя взгляд в сторону.
– Это одно и то же, – парирует она и накрывает мои губы в легком и невинном поцелуе.
– Если каждый раз за чистосердечные признания я буду получать по такому поцелую, то я готов сознаться во всех своих грехах, – от всего сердца заявляю я, потеряв голову от накрывающей меня нежности. Прижимаю ее ближе к себе. По рукам бегут мурашки, расползаясь по всему телу.
– Ты бы получил сейчас гораздо больше, но здесь люди. Они не поймут, – двусмысленно заявляет Лиза и подмигивает мне. А у меня простреливает в паху. Только она может вот так просто по щелчку пальцев сменить мой ласковый настрой, смыв его волной похоти, на исступление.
– Я тебе сегодня уже говорил, что люблю?
– Хммм, – Лиза стучит указательным пальцем по подбородку, изображая глубокое раздумье, – кажется раза два точно. Но я не против услышать еще раз, – последнее она шепчет мне на ухо и кусает зубами за мочку, а затем сама же зализывает укус языком.
Дьявол в юбке. Искусительница. Исчадие ада. Сирена, сводящая моряков с ума.
Миллион сравнений проносится в моей голове, пока я принимаю бокалы, пытаясь двигаться так, чтобы скрыть свой стояк. Она не сказала ничего пошлого и грязного, а я завожусь как мальчишка с пол-оборота.
Спустя полчаса к нам присоединяется Стеф, который всячески хвалит Лизу и благодарит ее за замечательную работу. Моя гордость не знает придела, меня буквально распирает и я, кажется, улыбаюсь, как конченый дурак. Радуюсь за свою девушку, как никто другой на этом свете.
Первым выходит на сцену подопечный Лизы – Джонни. Я слышал о нем многое из уст девушки. Она всегда хвалит его и рассказывала, что поддерживала его с самого начала, зная, что он сможет пробиться в индустрию. Странно, несмотря на их крепкую и давнюю дружбу я тоже нисколечко не испытываю ревности по отношению к нему, хотя и предполагаю, что между ними было нечто большое. Но и равнодушия во мне тоже нет. То ли возраст сказывается, то ли это действительно настолько сильное доверие, между нами. Такого не было даже с Алисой.
Джонни кричит что-то своим визжащим фанаткам, а затем начинает играть вступление одного из его новых треков. Слышатся переливы гитары, смешивающиеся с клавишными и ритмом барабанов. А затем, неожиданно, яркий звук саксофона заставляет замереть буквально всех в зале. Луч прожектора направлен только на саксофониста, который превосходно исполняет свою партию, а затем плавно, со стиханием звука, свет перетекает на вокалиста.
Перевожу взгляд на Лизу, которая добела прикусила нижнюю губу и не отрываясь наблюдает за происходящим на сцене. Нахожу ее руку под столом и ободряюще сжимаю в своей ладони. По ее лицу, кажется, что она не замечает этого жеста, но ощущаю, как она переплетает наши пальцы вместе и сжимает их так сильно, что сотни иголок вонзаются в кончики.
Слова припева, заставляют меня навострить уши и вслушиваться в каждую букву. Джонни поет про разбитое сердце, которое растоптали навсегда. Но потом нашелся тот, кто склеил его своею заботой и любовью. А в припеве поется про букет черных цветов.
Ловлю на себе ухмыляющийся взгляд Стефа, который в расслабленной позе все это время наблюдает за моей реакцией. Он едва заметно кивает, подтверждая мои догадки. Слова к этому треку писала Лиза.
Для меня еще никто и никогда не писал песни. Странные ощущения. Во мне борются нежность вперемешку с благодарностью и навязанный всем мужчинам стереотип, что они жесткие характером, безэмоциональные и бесчувственные. А песни пишут только для девушек. Запихиваю второе подальше и встаю с места.
Лиза резко поднимает голову и удивленно наблюдает за моими действиями.
Я протягиваю ей руку, чтобы станцевать под медленную и красивую мелодию, к которой уже подключились скрипки.
Девушка, кажется, выдыхает и смущенно улыбается мне, нерешительно вкладывая свою руку в мою ладонь. Притягиваю ее к себе, и мы начинаем покачиваться под музыку, не обращая внимания на других и даря друг другу тепло.
– На секунду мне показалось, что ты сбежишь, – признается Лиза шепотом, словно боясь спугнуть момент.
– Размечталась, – ухмыляюсь я, – боюсь ты со мной застряла надолго.
Глава 48
Лиза.
– Это было просто великолепно! – кричу я, бросаясь навстречу к Джонни. Он ловит меня и заключает в крепкие объятия, отрывая от земли и кружа в воздухе. Мне становится неловко, потому что за нами наблюдает Раф и я понятия не имею, как он отреагирует на подобное.
Когда Никита ставит меня на пол, и я оборачиваюсь к Рафаэлю, то замечаю легкую улыбку на его лице, которая совершенно не выражает враждебности или раздражения. Он смотрит на нас с такой же теплотой, как на двух друзей, которые давно не виделись и вот наконец встретились. На душе становится немного легче.
Надо уже перестать себя накручивать. Я достаточно убедилась, что Раф не такой как мои прошлые мужчины. Он мудрый и рассудительный, и никогда не кидается в пропасть эмоций, особенно на пустом месте и без причины.
– Рафаэль, это Никита, я тебе рассказывала о нем, – я смущенно представляю мужчинам друг друга, – Никита, это Рафаэль – мой молодой человек.
Лицо пунцовеет, когда они пожимают руки в крепком рукопожатии. А в моей голове проносится мысль, что я с каждым из них была в постели. Вот только Рафаэлю этот факт я не отважилась сказать. Не знаю, как он отреагирует на такое известие. И вообще стоит ли нынешним рассказывать про бывших?
С одной стороны, Раф может почувствовать себя дураком, если узнает о нашей с Джонни связи. С другой стороны, я не хочу, чтобы он терзался беспокойными мыслями каждый раз, когда я буду уходить на работу и проводить со своим другом ночные часы в студии в бессонных попытках записать новый альбом или сингл. Но и скрывать от него этот факт моей биографии я тоже не хочу, кажется, будто я предаю Рафаэля. Как же трудно пойти на сделку со своей совестью!
Ловлю себя на чувстве дежавю. Такое уже происходило. Тоже в клубе. Только под руку с менее здравым человеком и при менее приятных обстоятельствах.
Я уговаривала себя, что мне нечего бояться. Между нами с Никитой давно закончились романтические отношения и нас даже не влечет физически друг к другу. Мы поняли, что нам лучше оставаться друзьями. А сейчас мы вообще в таких отношениях словно брат и сестра.
– Приятно познакомиться. Лиза много рассказывала о том, какой ты талантливый, – здоровается первым Раф, говоря приятные слова Джонни, но мне они кажутся ужасно двусмысленными. Голова моя головушка! Вечно пошлые мысли!
– Взаимно, – улыбается Никита как ни в чем не бывало, – надеюсь я оправдал сегодня ее слова и ваши ожидания.
– Более чем, – Раф улыбается в ответ и ласково смотрит на меня.
Никита тоже переводит свое внимание на меня и треплет по плечу.
– Этого бы не было, если бы не ты, – признается Джонни. От его слов по моему телу от грудной клетки лучами распространяется тепло, – твоя многолетняя поддержка, терпение моих заскоков и талант саунд продюсера сделали этот момент возможным.
У меня чуть ли скупая женская слеза из глаза не течет, но я умело прячу ее, сглатывая ком в горле. Крепко обнимаю Никиту. Никогда не надеялась и услышать подобные слова от него. Он всегда был скуп на проявление своих чувств, а уж тем более открыто о них заявлять во всеуслышание и при свидетелях.
– Спасибо, – кряхчу я ему в ухо, когда он до хруста в ребрах стискивает меня в объятиях, – но без твоего таланта мы бы тоже не вывезли.
– Ну это-то понятно, – хмыкает Джонни, когда отпускает меня, – куда б вы без меня. Я тут главная рок звезда.
Вот теперь я узнаю своего наглого и самодовольного друга. Поворачиваюсь к Рафу и закатываю глаза, мол «вот посмотри с кем мне приходится общаться». Мужчина тихо смеется, прикрывая рот кулаком.
– Это было феерично, Стеф, – от всей души говорю я, когда мы выходим на ночную улицу из клуба, где прошел фестиваль. Прослушав всех исполнителей и их новые треки, большинство из которых я уже слышала в студии, мы всей компанией решаем зависнуть в лаундже, чтобы в приятной ламповой обстановке обсудить вечер под кальян и коктейли.
Стеф хочет что-то мне ответить, но его окликает мужчина, который сидел с нами в ложе, кажется владелец этого клуба. Его имя я конечно же не запомнила, как и большинство имен тех, с кем меня сегодня знакомили Раф и Стеф.
Мой босс просит нас подождать в машине, пока он обсудит важные вопросы. Мы все прощаемся с собеседником Стефа и благодарим его за хорошо организованный вечер. Начинаю спускать с крыльца, когда мой путь вдруг резко преграждает рука Рафаэля. Недоуменно смотрю на него, а затем перевожу взгляд на то, что привлекло его внимание. От неожиданности меня ведет в бок, и я хватаюсь за мужское предплечье, чтобы устоять на месте.
Перед нами стоит человек, которого я явно не ожидала увидеть сейчас и при таких обстоятельствах. Марк собственной персоной. Вот только не совсем он. В данный момент он похож на жалкую копию себя, свою собственную тень. Всклокоченная шевелюра, помятые футболка и спортивные брюки, грязные белые кроссовки, под глазами пролегают темные круги, которые выглядят еще более ужасающе при свете уличного фонаря.
– А вот и вы, – хрипло и резко изрекает Марк, разводя руками в разные стороны, будто ждет что мы кинемся к нему в объятия, – а я вас тут уже заждался. Хорошо повеселились?
Никита встает справа от меня, таким образом я оказываюсь зажата между двумя мужчинами. Оба насторожены и напряжены. Даже через пиджак Рафа вижу, как его мышцы на руках приняли режим боевой готовности. Лучший друг посвистывает носом от негодования и закатывает рукава своего лонгслива. А я стою столбом и не знаю, что мне делать. Потому что, по сути, Марк – это мое прошлое, а значит и моя проблема, и я должна защищать других от его нападок, а не наоборот.
– Как миленько, – хохочет бывший, кажется захлебываясь в истерике, – вся компания собралась. Лизочка, а ты что, решила шведскую семью организовать? Одного члена тебе мало было, да? Возвращайся ко мне, тебе вроде хватало моего. А! Хотя подожди, ты ведь…
Раф делает шаг вперед, загораживая меня.
– Андрианов, пасть свою заткни или, честное слово, я тебе челюсть снесу, – цедит сквозь зубы Рафаэль.
Никогда не видела его таким злым и враждебным. Раф очень пылкий в сексе, но не на людях в ежедневной рутине. Мужчина «я само спокойствие» на моих глазах перевоплотился в разъяренного льва, который готов постоять за честь своей львицы. За все время общения с Рафом мне казалось, что в подобных конфликтных ситуациях он будет пытаться решить все мирным путем, без киданий на амбразуру. А теперь собственным глазам не могу поверить, когда вижу его со сжатыми кулаками и черным огнем в глазах.
Очень невовремя, но от этой картины я начинаю испытывать покалывающее возбуждение.
– А я помогу, – поддерживает его Никита, вовремя отвлекая меня, и они формируют нечто наподобие барьера передо мной.
– Лиз, – подает голос Марк, пытаясь разглядеть меня через препятствие, – а ты все еще спишь со своим дружком? С этим кобелем блеющим. Или уже нет? Раф, – переводит взгляд на него, – ты не знаешь, нет?
Все конечности холодеют, когда я слышу эти слова. Кажется, мысли материальны. Только думала на эту тему и вот тебе. Даже рассказывать никому ничего не пришлось. Это сделали за меня. Не так я хотела преподнести эту информацию. Совершенно не так.
Но поражает меня больше не это, а тот факт, что Марк откуда-то знал о том, что я спала с Никитой, когда уже ходила на «неожиданные» (подстроенные им) свидания с Андриановым. Судя по всему, он следил не только за моими передвижениями и переписками. Странно, что вообще решил меня всеми правдами и неправдами присвоить себе, раз знал, что я спала с Никитой. Но об этом я подумаю позже. Сейчас есть более срочные проблемы.
Кидаю взгляд на затылок Рафаэля. Пытаюсь всеми силами прочесть его мысли в данный момент. Что он обо мне теперь думает? Считает ли мерзкой или шлюхой? Развернется сейчас и уйдет, переставая меня защищать и предоставляя мне возможность отныне самой разбираться со всеми моими проблемами? Подготавливаю себя к худшему исходу.
