Текст книги "Истинные убеждения (СИ)"

Автор книги: Ева Романова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Глава 29

Еще несколько минут выслушиваю наставления Эльвиры, а затем около получаса медитирую на страницу Алисы в социальной сети. Отсчитываю сколько приблизительно времени сейчас в городе, где она живет и понимаю, что у нее на два часа раньше. Все равно очень поздно. Звонить точно нет смысла – разбужу, а вот ответ на сообщение придется очень долго ждать.

Захожу к ней на страницу еще раз и вижу значок, что она в сети. Подскакиваю на месте. Собираюсь с силами, но все-таки решаюсь написать ей, пока девушка еще онлайн. Несколько раз стираю слова и набираю их снова, в поисках адекватной формулировки.

«Привет. Меня зовут Лиза. Я подруга Рафаэля. Не уверена рассказывал он тебе обо мне или нет. Извини, что так поздно беспокою, но мне срочно нужна твоя помощь».

Нервно хожу вокруг телефона минут пять, гипнотизируя его взглядом. Ее ответ не заставляет себя долго ждать. Как только аппарат вибрирует, я сразу же хватаю его в руки, читая строчки, написанные Алисой.

«Привет, Лиза! Да, Раф рассказывал мне о тебе. Приятно наконец познакомиться! Что-то случилось?»

Он рассказывал обо мне? Серьезно?

«Нет, ничего не случилось. Просто Раф уехал в срочную командировку, а я даже не уточнила куда именно. Хотела сделать ему приятный сюрприз, но затупила. Ты случайно не знаешь где он?».

«Это ты по адресу! У меня вроде все еще подключено нахождение его телефона. Подожди секунду. Если нет, то я аккуратно вытяну из него информацию ;)»

Видимо она по характеру романтик, раз так легко соглашается со всеми моими словами. Прохожусь быстро по ее постам: цветочки, бабочки, мотивационные фразы, котятки. Теперь понятно, что Эльвира имела в виду.

Спустя пару минут получаю от нее скриншот с локацией и название отеля, которое она прогуглила по адресу, указанному в приложении. Оказывается, получить нужную мне информацию было куда проще, чем я думала. Читаю адрес, присланный мне. Культурная столица. Отлично, я уж надумала, что на другой конец страны придется ехать. Значит до места назначения он доехал, а мне сообщение не написал, хотя обещал…

«Удачи! Расскажи потом как все прошло» – пишет мне Алиса.

«Спасибо. Конечно)» – отвечаю просто из вежливости.

Захожу на сайт покупки билетов. Выбираю самый ближайший рейс – им оказывается скоростной поезд ранним утром. У меня есть время на сборы и дорогу, а это самое главное.

Скидываю с себя вечернее платье, которое так и не сняла после прихода домой, и принимаю горячий душ, смывая с себя остатки косметики. Налепляю патчи под глаза, чтобы они не выглядели так, будто я продолжительное время плакала. Кидаю в свою самую большую сумку некоторое количество вещей и гигиенические принадлежности. Не думаю, что задержусь там надолго, но на всякий случай возьму все самое необходимое. Параллельно пью крепкий кофе, чтобы наверняка не заснуть, хотя сна и так ни в одном глазу. Делаю легкую укладку и наношу немного макияжа. Если уж ехать на разборки, то красиво!

Осознание того, что именно я делаю настигает меня на середине пути. Вдруг, подняв голову и оглядев салон скоростного поезда, до меня дошло: кто я, где я и что собираюсь сделать. Волна адреналина, которая подталкивала меня к необдуманным поступкам до это времени, разбивается о скалы и переходит в штиль. Я ведь даже не дала Рафаэлю шанса, сразу же заподозрила во всех смертных грехах. Могла бы просто позвонить и спросить, когда он вернется, сказать ему, что я хочу серьезно с ним поговорить. Он не глупый и так прекрасно понимает, что у меня к нему возникнут вопросы после этого букета. А еще он не Марк, который бы стал сбегать от ответственности или перекидывать ее на другого человека.

Голова окончательно становится тяжелой, как чугунный утюг, когда я перешагиваю через порог гостиницы и подхожу к стойке ресепшена, не обращая внимания ни на что вокруг. Даже на здоровающегося со мной портье, который предлагает стакан воды, или на красивый интерьер с блестящими мраморными полами. Просто вижу свою цель и направляюсь к ней, повторяя свою заготовленную речь для девушки на стойке регистрации.

– Доброе утро! Добро пожаловать в наш отель. Чем я вам могу помочь? – приветливо улыбается она.

– Доброе утро. Не могли бы вы мне подсказать в каком номере остановился Рафаэль Бернштейн? – прерывая ее попытки мне возразить, я продолжаю, – да, я знаю, что вы не имеете права раскрывать информацию о своих посетителях, но я его девушка. Мы накануне его командировки крупно поссорились, и я решила устроить ему сюрприз, чтобы помириться. Пожалуйста, помогите. Не спала всю ночь, переживала, на первом же поезде примчалась, – кажется под конец моего монолога из-за скептического взгляда девушки по ту сторону у меня не выдерживают нервы, и я начинаю плакать. Непонятно зачем, непонятно почему. Никогда не была плаксой, а тут несколько дней не вылезаю из солевых ванн.

Кажется, мои слезы сработали сильнее чем слова, потому что как только первая капля коснулась поверхности ресепшена, девушка сочувственно нахмурилась и принялась щелкать пальцами по клавиатуре своего рабочего компьютера.

– Двести седьмой номер, второй этаж, – шепчет она, подавшись вперед через стойку, – ключ дать не смогу, извините. Лифты вон там, – указывает рукой в нужную сторону, – как только выйдите на этаж – поверните направо.

– Спасибо, – искренне улыбаюсь ей и даже порываюсь обнять, но решаю, что это будет не очень уместно и я могу ее подставить. В конце концов здесь же камеры.

Дохожу до двери с металлическими цифрами, вместе которые собираются в нужный мне номер. Сжимаю руку в кулак и заношу вверх, чтобы постучаться. Замираю в миллиметрах от поверхности и шумно выдыхаю, давая себе время, чтобы понять правильно ли я поступаю.

– Да черт с ним, я уже и так здесь. И билета обратно у меня нет, как и пути назад, – шепотом бормочу себе под нос и наконец стучусь.

Дверь номера открывается спустя несколько секунд, как будто человек ожидал, что сейчас ему постучат. Рафаэль появляется на пороге номера полностью одетый. Выглаженная рубашка, брюки со стрелками и даже ботинки уже начищены до блеска. Сглатываю ком в горле. Он куда-то спешит? Я ожидала увидеть его еще сонным в такое раннее время.

– Лиза? – удивляется он, оглядывая меня с ног до головы через линзы своих очков. Боялась, что Алиса может ему рассказать о моем «сюрпризе», но она этого не сделала. Мысленно благодарю ее за это.

– Привет, – неловко начинаю я, переминаясь с ноги на ногу. Боевой запал окончательно испарился, – поговорим?

Глава 30

Рафаэль отходит в сторону, придерживая дверь, и пропускает меня внутрь. Незамедлительно прохожу вглубь комнаты, как будто боясь, что меня могут в любой момент отсюда выгнать, если я не сделаю нескольких шагов.

Номер обставлен в классическом стиле: узорчатые обои с вензелями, мебель с изогнутыми ножками, золотисто-белые оттенки. Совсем не похоже на интерьер современного дома Рафаэля и не подходит ему по стилю, но мужчина украшает собой и своей энергетикой любую комнату.

– Ты сейчас торопишься? – задаю вопрос, все еще стоя спиной к мужчине. Неловким движением поправляю лямки тяжелой сумки на плече, отчего она соскальзывает с грохотом на пол.

Собираю наклониться за ней, но Рафаэль опережает меня и поднимает мою сумку, переставляя ее на подставку для чемоданов, рядом со своей, пробубнив себе под нос что-то наподобие «давай помогу».

Наконец поворачиваюсь к нему и осматриваю еще раз с ног до головы, ожидая ответа на свой вопрос.

– Нет, не тороплюсь. У меня встреча только через три часа, хотел спуститься на завтрак, – он вздыхает и проходится ладонью по своим уложенным волосам, – я так полагаю, что ты получила букет? Не стоило ехать сюда, мы бы поговорили, когда я вернусь.

Раздраженно фыркаю, слушая его слова. Раф прищуривает глаза.

– Не стоило? А что мне надо было делать? Сидеть, как собачка у порога, сходит с ума от догадок и ждать тебя с объяснениями какого черта творится? – льется из меня поток необдуманных слов, – ты мне даже не сказал, когда вернешься и не написал, когда доехал, как я тебя попросила.

Рафаэль продолжает стоять на месте, не смея приблизиться ко мне. Его взгляд становится мягче, и он смотрит на меня с чувством, которое смутно напоминает мне нежность.

– Давай я закажу завтрак в номер и все подробно тебе расскажу, хорошо? Ты наверняка проголодалась после дороги.

Рафаэль снимает обувь, оставляя ее в коридоре номера и подходит к прикроватной тумбочке, на которой стоит стационарный телефон.

– Ты что предпочитаешь на завтрак? – спрашивает он, берясь за трубку. Мыслей в голове нет, даже не могу вспомнить что именно я ела вчера, поэтому просто пожимаю плечами, потупившись взглядом в пол. Весь грозный настрой рассеивается в нежности и заботе, которые излучает Рафаэль. Начинаю чувствовать себя дурой за то, что приняла решение на эмоциях, послушав наставления Эльвиры.

Устало опускаюсь на край кровати, разглядывая картину на противоположной стене. Слышу, что Раф заканчивает разговор с администратором и уже разворачиваюсь, чтобы еще раз задать ему съедающий меня изнутри вопрос. Но мужчина в очередной раз умудряется лишить меня дара речи: он подходит ко мне и опускается на колено, а затем снимает с меня ботинки, после чего встает и стаскивает с моих плеч куртку, и относит все вещи в коридор. Молчу и обескураженно слежу за его действиями.

Он возвращается ко мне и садится рядом. Поворачивает голову и встречается с моим взглядом, слегка улыбается, приподняв уголки губ.

– Дождемся еды или ты хочешь услышать все прямо сейчас? – уточняет он.

– Хочу сейчас, – почти сиплю я из-за пересохшего горла. Раф коротко кивает головой, будто и не ожидая от меня другого ответа.

– Для начала я, наверное, должен извиниться за свою трусость, – мужчина вновь нервно приглаживает ладонью волосы, – я хотел сказать тебе все лично после открытия, но в последний момент струсил, особенно после разговора с Андриановым.

– Он как-то связан…

– К этому вернемся позже, – прерывает он мои догадки, собираясь с силами, – мой отец был совладельцем холдинга вместе с Виктором Коршуновым. Он всегда хотел, чтобы я работал с ними рука об руку, но этого не хотел я. Поэтому после своей смерти отец оставил очень интересное завещание. По нему я либо отказываюсь от совей доли в холдинге бесплатно передавая ее Коршунову, либо занимаю место отца минимум на восемь лет. Я тогда только начал заниматься ресторанами, на моих плечах была ответственность за работников, которым я иногда даже зарплату не мог заплатить, и за семью. Если бы не мама, которая привозила море подарков Гоше, то у него не было бы ни игрушек, ни качественной одежды. Все вкладывалось в бизнес. Поэтому я принял решение занять место отца.

Мужчина тяжело вздыхает и снимает очки, крутит их в пальцах, разглядывая, а затем откидывает их на кровать.

– Мой отец был тем, кто отвечал за сделки и контракты, он настаивал на честном заработке, без всяких тёмных дел. Когда он умер, и я занял его место я был молод и наивен. Ничего не смыслил ни в производстве нефти, ни в ее продажах. Был далек от этого всего. А Коршунов этим воспользовался и начал вести дела за моей спиной. Нажил себе врагов, а я, как и мой отец до этого, разбирался с ними. Только тогда отец прикрывал его задницу, защищая от обвинений в насилии и избиении девушек, а мне прибавились местные бандиты и воры в законе.

Рафаэль вновь смотрит на меня, пытаясь прочесть эмоции. Но на моем лице и так все ясно написано: я в шоке. Я могла быть очередной девушкой, после которой бы Раф прикрывал эту мразь. Получается, что он соучастник…

– Прежде чем ты обвинишь меня во всех смертных грехах и пошлешь на три буквы – дай договорить, – невесело усмехается мужчина, – несколько лет я шел на поводу у Коршунова, но потом высказал ему все, что о нем думаю. Я был уверен, что он пинком под зад выгонит меня из бизнеса, но он просто кивнул и нашел того, кто будет справляться с его грязными вопросами вместо меня. С тех пор я занимался только бумажной волокитой. А по истечению срока, заявленному в завещании отца, я начал подготавливать бумаги для передачи своей доли. Мы договорились с Коршуновым, что я отдам все ему. Но все время что-то оттягивало момент передачи. То проблемы на одной из скважин, то забастовки, то еще какая-то ерунда. Все очень затянулось, вплоть до того момента, как Коршунов неожиданно умер и я остался одним владельцем холдинга. Именно в тот момент, когда все было на 99 процентов готово для передачи и я практически вывел все свои активы заграницу, чтобы в последствии переехать. Смерть Вячеслава затормозило все. Я начал готовить приемника на свою должность. Но случилось то, чего я предвидеть совершенно не мог: на горизонте появился Андрианов старший и его друзья.

Во время монолога Рафаэля меня бросало то в жар, то в холод. Каждое его слово било по мне, как молния по дереву в пустыре. Сначала мне хотелось его возненавидеть за те поступки, которые он совершил, что так безоговорочно решил заниматься делом, которым ему не хотелось. Но чем больше деталей я узнавала, тем больше проникалась к этому мужчине и понимала, что по-другому он не мог. Он слишком ответственный, так же, как и я. Я бы сама поступила, как он. Этим мы очень похожи: пойдем наперекор своим убеждениям ради других.

– Это как-то связано с вашим разговором вчера? – аккуратно спрашиваю хриплым голосом.

– Да, – Раф протирает свое лицо ладонями, отчего оно становится слегка красным, – я знал, что Даша дочь Виктора. Они в последний год начали общаться, узнавать друг друга. Он вроде бы сам ее нашел. Я видел ее пару раз в нашем офисе, Коршунов познакомил нас. А после его смерти она как обезумела. Даша обратилась ко мне, когда начала своё лично расследование. Расспрашивала про последние дела отца. Я тогда ещё почувствовал, что дело пахнет жареным и она обязательно натворит того, чего не стоит. Тогда и нанял частного детектива, чтобы тот приглядывал за ней.

Я грустно хмыкаю:

– Я думала они только в фильмах существуют.

– Я тоже так думал, – усмехается мужчина, мотая головой, – Даша девочка, конечно, умная, когда надо, но совсем без опыта, слежки даже не почувствовала, не думала, что она возможна с моей стороны. Но в тот вечер я лично видел, как она общается с водителем Марка.

Рафаэль был на вечеринке Стефа, с которой меня похитили? Ну конечно же был… Стеф ведь его друг. Это я, погруженная в свои эмоции и мысли, не обращала внимания ни на кого вокруг.

– Кажется, она провела какое-то время на вечеринке, – продолжает Раф, – я с ней общался, пытался понять, что она задумала. А она сослалась на головную боль и уехала. А потом пропала и ты. До сих пор помню ор Марка, который, как дикий бегал в поисках тебя и перекрикивал даже музыку. Ну, а потом мне позвонил детектив. Сказал, что происходит что-то подозрительное.

– И так ты нашел меня, – выдыхаю тяжело, заканчивая историю за него.

– Да, тебя, – вторит мне Раф.

Глава 31

Раздается громкий стук в дверь, от которого я нервно подпрыгиваю на месте. Рафаэль спокойно встает со своего места, проводит ладонями по брюкам, пока направляется к выходу.

– Доброе утро, – раздается бодрый женский голос, – ваш завтрак, мистер Бернштейн.

– Благодарю, я сам, – отвечает он ей, а затем слышится звук закрывающейся двери и колесиков тележки.

– А вот и завтрак, – говорит Раф, подвозя его ко мне, – я заказал все что было, чтобы ты могла выбрать, что тебе по душе.

– Спасибо, – мямлю я, переваривая его рассказ и обводя глазами свежевыпеченные круассаны на тарелке, – значит это тебе я обязана за свое спасение?

Спрашиваю, а в голове мелькает воспоминание о темных глазах на фоне черного ночного неба. Это все-таки был он. Моя интуиция в нашу вторую встречу меня не подвела. Как же странно устроена жизнь. Сколько совпадений нужно пережить, сколько боли надо вытерпеть…

– Ты ничем мне не обязана. Я не хочу ничего от тебя взамен, – говорит Рафаэль, открывая металлические клоши.

Невольно сравниваю мужчину, стоящего передо мной, с Марком. Тот был готов забрать все, выпить эмоции до дна, а Раф не просит ничего. Ему важно отдавать свою заботу и любовь, а не поглощать их без остатка. Он делает все от чистого сердца, не задумываясь о своей выгоде. Так же, как и в случае с завещанием отца: он думал в первую очередь о своей семье и подчиненных, а не о себе.

Порывисто встаю с кровати и в два шага приближаюсь к Рафаэлю. Тот вопросительно смотрит на меня, явно не ожидая никаких действий с моей стороны.

Поднимаюсь на носочки, обвиваю его шею руками и робко накрываю его губы своими. Раф отпускает один из клошей обратно на тарелку и обнимает меня за талию. Открывает рот, углубляя поцелуй и толкаясь языком. Его вкус сразу же попадает внутрь меня, а запах обволакивающей амбры щекочет нос. Возбуждение оттягивает низ живота горячем сгустком пламени.

Делаю шаг назад, затем еще один, ведя за собой Рафаэля. В конечном счете спотыкаюсь о кровать и добиваюсь того, чего хотела: он падает сверху, приземляясь на ладони, поставив их по бокам от моих плеч. Отстраняется на какое-то время и пристально смотрит мне в глаза, а я с уверенностью смотрю в его. Это служит молчаливым соглашением, и он приникает к моим губам вновь. Нежно скользит ладонью под моими свитером, нащупывая грудь. Сжимает ее и теребит сосок пальцами, отчего я стону ему прямо в губы и обхватываю его бедра своими ногами.

Нервными движениями пальцев расстегиваю его рубашку и откидываю ее в сторону. Глажу его широкую спину руками, царапая ногтями, и прижимаясь ближе. Хочу его прямо здесь и сейчас, не могу выносить этого расстояния, между нами.

Рафаэль стягивает с меня одежду, повозившись с узкими тугими джинсами в обтяжку, затем обводит языком мои соски, отчего те, как по команде напрягаются. Ведет языком выше, находя мои губы и вновь впивается в них крепким поцелуем. Я буквально задыхаюсь от нахлынувшего и туманящего разум возбуждения.

Не помню, как расстегиваю пряжку ремня на его брюках, а затем дергаю молнию вниз и выдираю пуговицу из петельки. Запускаю руку внутрь хлопковых боксеров и нащупываю твердую плоть. Провожу по ней рукой снизу вверх. Рафаэль резко выдыхает воздух из своих легких прямо мне в губы. Перехватывает мою руку за запястье, вытаскивает из трусов и встает. Отходит к своей сумке, что-то доставая оттуда. Не успеваю возмутиться, как он одним движением снимает с себя брюки вместе с нижним бельем и возвращается обратно.

Наши губы и языки вновь сплетаются в поцелуе. Раф отводит полоску моих трусов в сторону и проводит пальцами между складками, размазывая мои соки, задевая клитор и массируя его большим пальцем.

От нашей долгожданной близости перед глазами пляшут черно-белые пятна, а спина выгибается навстречу Рафаэлю, прося о большем. Обвиваю его бедра своими ногами, прижимая ближе и давая понять, что именно я хочу. Сейчас не время для прелюдий, мне нужно почувствовать его немедленно, понимать, что он здесь, рядом со мной, и он мой.

Слышу звук разорванной фольги. Запах латекса и искусственной смазки ударяет в нос. Раф одной рукой раскатывает презерватив по члену, а затем направляет его в меня. Головка продавливает себе путь через половые губы и плавным движением заходит внутрь, заполняя меня на всю длину. С шумом выдыхаю. У меня так давно не было секса, что по ощущениям мне кажется, что я вновь теряю девственность. Больно, распирает, но при этом приятная нега распространяется по всему телу с каждым толчком.

Рафаэль гладит большими пальцами мое лицо, обхватив его ладонями и нежно целует в губы, проталкивая член глубже и глубже. Впечатываю свои пальцы в его упругие ягодицы. Резкие движения и его ласковые поцелуи завораживают своими противоречиями и возбуждают меня еще сильнее. Мне хватает пары минут, чтобы волна наслаждения обрушилась на все мое тело и ослепило своей многогранностью. Сокращаюсь в спазмах, сжимая его член еще плотнее, а изо рта вырываются хриплые стоны. Раф наращивает темп, а затем с грудным рычанием замедляется, застывая во мне и прижимая своим телом к матрасу кровати.

Глава 32

Рафаэль.

Приподнимаюсь на локте, упираясь им в упругий матрас отельной кровати, и встряхиваю другой рукой, поправляя наручные часы. Циферблат показывает, что до моей встречи еще пара часов. От прошедшей близости уставшее тело немного ломит. Если бы знал, что утро будет таким насыщенным, то все-таки выпил бы снотворное, чтобы хоть чуток поспать. Но вместо этого я выбрал бездумно ворочаться в постели на протяжении всей ночи и гонять одни и те же мысли по кругу: «Как там она?»; «Получила букет?»; «Надо было все-таки лично сказать»; «Почему я струсил?»; «Надо было написать».

Больше всего я боялся, что, вернувшись в столицу, обнаружу, что она уехала. Подумала «зачем мне все это?» и уехала домой. Что не захочет слушать мои объяснения. Сочтет меня придурком и пошлет на три буквы. Но даже все мои страхи и переживания вылупились удивленными глазами, когда я открыл дверь после требовательного стука, и мгновенно ретировались из моей головы. Я поверил своим же мыслям, что она уедет, а она, наоборот, приехала ко мне. Каким только образом узнала, где я? Надо же быть такой… Удивительной.

Одеяло шуршит под Лизой, когда она переворачивается на бок. В то же мгновение она подносит руку к моему лицу и пальцем проходится по моему лбу, пытаясь разгладить залегшую морщинку. Я и не заметил, как в процессе своей мыслительной деятельности начал хмуриться.

– Все в порядке? – спрашивает осипшим голосом, после чего пытается прочистить горло. Прислушиваюсь к себе и понимаю, что чувствую себя превосходно, несмотря на то что мне предстоит сегодня важная встреча, из-за которой я переживал со вчерашнего вечера.

– Все отлично, – искренне признаюсь я, наклоняюсь к Лизе и целую в висок. Сажусь на край кровати, чтобы дотянуться до тележки с уже остывшим завтраком и беру бутылку воды. Откручиваю крышку и наливаю в чистый стакан. Протягиваю его девушке.

Лиза с благодарностью улыбается и принимает вертикальное положение, беря стакан из моих рук. Сам делаю глоток прямо из бутылки. Оглядываю поверхность тележки, беру тарелку с омлетом и на свободное пространство добавляю различную выпечку.

– Завтрак в постель, – улыбаюсь, отдавая ей блюдо, – налить тебе кофе или чай?

– Кофе, – кивает она, – и покрепче.

Усмехаюсь, мотнув головой, и наливаю из металлического чайничка две чашки черного кофе от которого еще исходит пар.

– Как, кстати ты узнала, где именно я нахожусь? – задаю вопрос, протягивая ей чашку.

Лиза, концентрирует свой взгляд на жидкости, ее щеки немного краснеют.

– Я написала Алисе, сказав, что хочу устроить тебе сюрприз, и она узнала по отслеживанию геолокации, – смущенно признается она.

Так и думал, что моя через чур романтичная и витающая в розовых облаках бывшая жена приложила к этому свою руку.

– Впервые рад, что за мной следят девушки, – усмехаюсь. Шутка мгновенно развеивает смущенное состояние Лизы, и она шутливо кидает в меня смятую салфетку.

Делаю заметку в своей голове, что надо отключить это чертово приложение. Хотя это несомненно приятно, что девушка решила обратиться даже к Алисе, чтобы найти меня. Значит, она не хочет меня послать куда подальше за мою трусость. Улыбаюсь своим мыслям, откусывая круассан с джемом.

– Ты так и не сказал мне про что вы говорили вчера с Вячеславом, – подает голос Лиза, поправляя одеяло, обмотанное вокруг своей груди, когда мы почти расправились с едой, во время нашего импровизированного пикника на кровати.

Делаю глоток кофе, чтобы дать себе время обдумать, что из нашего вчерашнего разговора стоит рассказывать, а что нет. А затем понимаю, что не вижу смысла ничего скрывать. Я уже утаил однажды важную информацию. В итоге оба потрепали свои нервы.

– После смерти Коршунова его часть компании перешла мне. И вчера Андрианов подошел ко мне с намерением выкупить у меня всё.

– Так это же хорошо, разве нет? Ты ведь не хочешь заниматься этим делом, – Лиза смотрит на меня изучающим взглядом, слегка нахмурившись.

– Да, это несомненно хорошо, но не на тех условиях, которые предлагает Андрианов, – кривлюсь, вспоминая его слова, – он вместе со своим деловым партнером хочет выкупить компанию за сущие копейки, не предоставляя мне права выбора. Либо продаю, либо он рассказывает нужным людям о том, что я прикрывал задницу Коршунова и был его соучастником, а его дочь выступит в качестве свидетеля.

– В каком смысле? – подбирается Лиза, отставляя тарелку на прикроватную тумбочку.

– Провернут все так, что в твоем похищении обвинят меня. Мол доделал то, что не смог Коршунов перед своей смертью.

Лиза обхватывает себя руками за плечи и отрицательно мотает головой:

– Но у них нет доказательств!

– Им не нужны доказательства, чтобы пришить мне дело, – грустно усмехаюсь своим же словам, вспоминая то, что мне показывал Андрианов, – к тому же, у них есть видео, где Коршунов пристает к тебе в баре, а также многочисленные видео с камер наблюдений, где я встречаюсь с детективом, а тот следит за тобой в вечер твоего исчезновения. Ну и самое главное видео, где я привожу тебя в больницу. Этого им будет достаточно. Плюс он пообещал, что его приемная дочь и ее мать пройдут как свидетели.

Лиза неожиданно засмеялась. Хмурюсь, оглядывая ее, чтобы найти признаки нервного срыва. Но девушка выглядит абсолютно вменяемой.

– Эльвира точно не выступит в качестве свидетеля, – с уверенностью заявляет девушка, – она сбежала от этого мудака. Он избивал ее, я видела это своими глазами. Она ни за что не вернется и уж тем более не станет давать показания ради него.

Анализирую сказанные ею слова.

– Но это не меняет сути дела. Он в любом случае может привлечь Дарью. Этого будет более чем достаточно.

Лиза тяжело вздыхает и крепче обхватывает свою кружку с кофе, разглядывая ее содержимое и проводя большими пальцами по ее краям.

– Тогда я не знаю, чем тебе помочь, прости… – грустно выдает она и затем добавляет, – и не говори никому, что я тебе сказала про Эльвиру. Это наш с ней секрет, и я не хочу ее подставлять.

Удивляюсь ее словам. Она даже не подумала про то, что это дело непосредственно касается и заденет ее не меньше, чем меня. Беспокоится обо всех, но не о себе.

Провожу ладонью по ее волосам, заправляя прядку за ухо и глажу пальцами скулы. Забираю кружку из ее рук и ставлю на тумбочку, а затем заключаю девушку в объятия, целуя в макушку. Лиза обхватывает мои руки своими и в ответ целует меня в запястье. Ощущаю стопроцентное спокойствие и уверенность в своих силах и принятом решении.

– Тебе не за что переживать, я сделаю все так, чтобы это дело никогда не всплыло, – шепчу ей в волосы, втягивая носом аромат ее терпкого парфюма.

Лиза отстраняется от меня и внимательно смотрит в глаза, с беспокойством пытаясь найти ответ на свой вопрос.

– Сегодня я отдам им то, что они хотят. Ты права: я не хочу и никогда не хотел быть связан с делом отца. Самое время отпустить это раз и навсегда, чего я не смог сделать несколько лет назад. Это и так затянуло меня в болото, я не хочу, чтобы люди вокруг меня были затянуты тоже.

Лиза коротко кивает, а затем обнимает меня за плечи. Лишь единственным поцелуем она без слов дает понять, что поддерживает любое мое решение.