Текст книги "Истинные убеждения (СИ)"
Автор книги: Ева Романова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)
Глава 36
Мы закончили работать над очередным треком к раннему утру. За это время мы перелопатили почти весь альбом и довели несколько треков до финального состояния. Нам оставалось совсем чуть-чуть, буквально пара песен, но мы решаем поехать по домам и как следует отдохнуть, а вернуться к вечеру, когда мозги вновь начнут работать и выдавать умные мысли и дельные идеи, потому что сейчас из наших ртов выходила сплошная чушь.
За все время Рафаэль написал мне несколько сообщений, где настаивал привезти нам еды и все, что может понадобиться. Я точно так же настойчиво отказывалась. Почему? Сама не знаю, хотя мне определенно точно нравится его забота. В итоге вместо того, чтобы приехать самому он заказал доставку, и мы были снабжены едой, напитками и даже зубной пастой. А мне персонально еще и пижаму мягкую и уютную. Где он раздобыл ее посреди ночи остается для меня загадкой, но как я говорила ранее: в этом городе нет ничего невозможного.
Выхожу из здания базы в четыре часа утра и открываю приложение такси. Долго рассматриваю предлагаемые мне адреса для поездки: один из них домашний, а другой Рафаэля. Нажимаю на пункт назначения так быстро, чтобы не было ни единой секунды задуматься и изменить свое решение.
– Девушка, мы приехали, – слышу голос таксиста сквозь пелену дремоты. Черт, все-таки заснула по пути.
Распахиваю глаза и протираю их пальцами. За окном виднеется знакомые забор и дом. Беру свою большую сумку с вещами в одну руку и открываю дверь другой.
– Спасибо, – хриплю я сонным голосом в сторону водителя и выхожу из машины. Такси сразу же отъезжает, оставляя за собой облачко пыли.
Набираю на домофоне нужные цифры и калитка открывается, оповещая меня об этом негромким писком. Иду по выложенной камнем дорожке к дому, сдерживая зевки, от которых уже челюсть болит. Прохожу мимо блестящего в свете фонаря серебристого авто и аккуратно провожу по его боку пальцами, нежно здороваясь, как с близким другом.
Останавливаюсь у входной двери и только сейчас понимаю, насколько глупая моя идея. У меня нет ключей от дома. Каким образом я думала войти внутрь, не разбудив Рафаэля, да и еще устроить ему сюрприз?
Не успеваю закончить свою мысль, как дверь передо мной открывается. На пороге стоит улыбающийся и слегка взъерошенный Раф. На нем лишь домашние широкие штаны в клеточку и кожаные тапочки.
– Сюрприз, – смущенно пищу я.
– Привет, – он пропускает меня внутрь и закрывает за собой дверь, – не уверен спрашивать почему ты так поздно или почему так рано.
Я смеюсь его шутке и кидаю на пол сумку, чтобы крепко обнять его и почувствовать привычное тепло и спокойствие. Рафаэль отвечает на мои объятия и целует в макушку.
– Извини, если разбудила. Я соскучилась.
– Не разбудила, я на самом деле только час назад закончил работать и пошел в гостиную смотреть фильм.
Удивленно поднимаю на него глаза:
– Ты что, еще не спал?
– Нет, – Раф заправляет выбившуюся прядь моих волос за ухо, – я на самом деле хотел устроить тебе сюрприз и забрать со студии, но, судя по всему, опоздал и ты меня опередила.
Я усмехаюсь, утыкаясь лбом в его грудь.
– Какой фильм ты смотрел? – спрашиваю мужчину, когда он наливает мне воды на кухне.
– Новый про шпионов с зонтиками. Неплохой, кстати, хорошо снят и стильно, – резюмирует он, протягивая мне стакан.
– Надо будет тоже посмотреть, – делаю глоток живительной влаги, – иди спать, я скоро приду. Тебе ведь на работу рано утром.
Раф подходит ко мне со спины и обвивает мою талию руками, прислонившись губами к уху.
– Не нужно, я решил весь день отсыпаться, – шепчет он, обжигая горячим дыханием мою кожу, по которой мгновенно импульсом расползаются мурашки и концентрируются внизу живота, сокращая мышцы.
– Вместе со мной? – отставляю стакан на кухонную стойку и поворачиваю голову в сторону Рафаэля.
– Именно, – кивает он, – такой был план.
– Не хочу рушить твои планы, но, – делают небольшую паузу, – боюсь, что со мной тебе не удастся выспаться.
Рафаэль задорно смеется и разворачивает меня к себе, а затем жадно впечатывается в мои губы своими. И с этого момента я точно знаю, что мы не дадим друг другу выспаться, даже если будем при смерти от хронического недосыпа.
Глава 37
Всю неделю я провожу в доме у Рафаэля, выезжая из него лишь в студию, чтобы сдать к срокам альбом. В свою же очередь Раф практически все время работает из дома, чтобы больше проводить времени со мной, так как я каждый раз возвращаюсь под утро, и мы проводим половину светового дня в кровати, либо наслаждаясь друг другом, либо смотря сновидения одни на двоих. Мужчина уезжает проверить рестораны или встретиться с друзьями по вечерам, завозя меня на базу, а затем заезжает за мной сам, либо заказывает такси.
Рафаэлю удается настроить такой график, благодаря тому что он наконец распрощался с бизнесом своего отца и теперь занимается только тем, что ему нравится и больше не ходит в офис каждое утро, ковыряясь в скучных бумажках. Нужно отметить и тот факт, что ни один представитель семьи Андриановых не беспокоил нас с момента передачи всех документов. Я наконец смогла вздохнуть полной грудью, не опасаясь за безопасность своих близких и себя самой.
Чувствую себя на подъеме сил, эмоций и энергии, когда в один из таких дней выхожу из студии и подставляю лицо моросящему дождю. Альбом закончен и отправлен Стефу на проверку (без его одобрения ни один трек не уходит в открытый мир на оценку публики), а я уже неделю живу с мужчиной моей мечты под одной крышей, заезжая домой только чтобы взять нужные вещи. И сейчас я вновь поеду к нему, мы ляжем под одеяла и будем наслаждаться обществом друг друга, либо сначала посмотрим фильм, поедая различные снэки. Правда в последнее время нам редко удается досмотреть хотя бы одну киноленту до титров.
Смущенно улыбаюсь и краснею, вспоминая, как мы в последний раз занялись сексом на диване, а в итоге закончили на полу, так как упали, задев журнальный столик, и в этот же момент в фильме раздались аплодисменты. Мы хохотали тогда, как подростки, которые только познают свои тела и хихикают от любого странного, но вполне естественного, звука.
Как всегда, ко времени моего приезда открываются калитка и двери в дом, а на пороге меня встречает такой домашний, уютный и спокойный Рафаэль. На этот раз в его руке чашка ромашкового чая, которую он подготовил для меня. Благодарно улыбаюсь ему и накрываю губы в легком поцелуе, принимая чашку из его рук.
– Как все прошло? – интересуется Раф, когда мы садимся на тот самый диван, который помнит каждый сантиметр нашей обнаженной кожи.
– Вполне хорошо. Треки дописаны и альбом сдан. Стеф уже успел прослушать половину и написать в чат, что мы превзошли самих себя, – гордо вздергиваю подбородок, сжимая чашку в ладонях.
– Я и не сомневался, что так оно и будет – ты большая умница, – Раф ободряюще гладит меня по ноге, а затем его голос меняется на серьезный, – знаешь, я тут подумал…
Нервно сглатываю, ставя чай на столик. Не нравится мне этот тон. Слишком серьезный. Что он сейчас скажет? Перебираю миллион вариантов и ни один из них не кажется мне хорошим. Почему-то в голову лезут только дурные и мрачные мысли. Кажется, что это отражается на моем лице, потому что Рафаэль сразу же ловит мою ладонь и сжимает ее в своих пальцах.
– У тебя лицо белое, как мел, с тобой все хорошо? – обеспокоенно спрашивает он.
Быстро киваю головой, мол все хорошо со мной, продолжай давай говорить то, что хотел иначе я в обморок грохнусь пока жду.
– Я просто хотел дать тебе это, – он вынимает из кармана домашних брюк что-то бренчащее и передает мне.
Разглядываю предмет в своей руки и перевожу удивленный взгляд на Рафаэля, а затем еще раз на свою руку. Блестящие, металлические ключи, подвешенные на кольцо брелка в форме того самого музея, который мне так понравился во время нашей экскурсии на лодочке. А от следующих его слов моя челюсть падает прямиком мне на колени:
– Ты можешь перевезти свои вещи сюда, когда угодно, либо просто приезжать, когда захочется и открывать дверь уже своим ключом, не дожидаясь пока я тебе открою. Делай так, как тебе будет удобно, но знай, что я поддержу любой твой выбор.
Перевожу взгляд вновь на Рафаэля, не веря своим ушам. Он предлагает мне переехать. Вывести наши отношения на другой уровень. Вот так вот просто здесь и сейчас. Мне всегда почему-то казалось, что это долгий и трудный процесс. Не так просто предложить другому человеку разделить вместе с тобой свое гнездо, в котором только ты был единственным хозяином долгое время.
Без лишних слов кидаюсь ему на шею, обвивая руками и зацеловывая каждый сантиметр лица. Такая реакция, как будто мне делают предложение руки и сердца. Хотя готова поспорить, что это равносильно по эмоциям в определенные стадии отношений.
– Я так полагаю это значит, что я могу звонить грузчикам? – смеется Раф, усаживая меня к себе на колени.
– Грузчиков не надо, – мотаю головой, счастливо улыбаясь, – у меня всего лишь один чемодан.
Рафаэль удивленно приподнимает бровь.
– Да ты просто сокровище, а не женщина, – шутит он, смеясь.
– А то, я тебе даже завидую, что у тебя есть такая, как я, – игриво взмахиваю бровями.
– Я сам себе завидую, – усмехается Раф, поглаживая меня по бедру.
Нагибаюсь к журнальному столику, чтобы аккуратно положить ключи, а затем возвращаюсь к мужчине, перекидывая ногу, ставя ее коленом на диван и садясь лицом к его лицу.
– Сильно завидуешь? – хмыкаю я, касаясь губами его шеи.
– Очень, – хрипит Раф, плотнее прижимая меня за ягодицы к своему паху. Даже через такой барьер как мои плотные джинсы и его домашние штаны я чувствую, как он возбужден.
Веду дорожку из поцелуев к его уху и прикусываю мочку, поглаживая кончиками пальцев его широкие плечи. Рафаэль стягивает с меня кофту, я даже не замечаю, когда он успел расстегнуть пуговицы на ней, а затем сминает груди своими мощными ладонями, пройдясь большими пальцами по возбужденным соскам. Хрипло выдыхаю и с жадностью набрасываюсь на его губы, без прелюдий запуская язык и сталкиваясь с его в борьбе, в которой, я точно знаю, выиграют оба.
Спускаю руку ниже, исследуя мужское тело, ощупывая каждый мускул и наконец натыкаюсь на полоску волосков ведущую вниз. Покорно следую за ней, миную резинку штанов и обхватываю ладонью твердый член. Рафаэль облизывает мои губы и приподнимается вместе со мной на диване, стаскивая с себя ткань, висящую на бедрах, из-за чего мне приходится схватиться за его плечи, отпуская свою добычу.
Рафаэль переворачивает меня и укладывает спиной на диван, расстегивая мои джинсы и снимая их с меня вместе с трусами и носками. Откидывает их куда-то в сторону телевизора и притягивает меня ближе к себе, обхватив ладонями за бедра, а затем припадает губами к клитору, выписывая языком фигуры, втягивая горошинку и раздвигая складочки, проникая глубже. Тяну его за волосы, вцепившись пальцами в пышную шевелюру, и выгибаюсь с громким стоном, когда он наращивает темп и меня начинают сотрясать судороги.
– Стой, стой, стой, – шепчу я в агонии, пытаясь поднять его вверх.
Рафаэль отстраняется и хмурится, заглядывая мне в глаза. Вопросительно приподнимает бровь, пытаясь понять, что не так.
– Не хочу так кончать, – хриплю я, тяжело дыша, – хочу тебя внутри.
Лоб мужчины тут же разглаживается, а в глаза возвращается тот самый огонек. Он тянется к своим домашним брюкам, которые лежат на полу рядом с диваном, и достает из кармана презерватив. В последнее время он всегда носит их в карманах, после случая, когда я набросилась на него в винной комнате, когда он спокойно выбирал красное сухое для нашего ужина, а защиты не оказалось поблизости и пришлось бежать в спальню.
Раф растягивает латекс по длине члена и ложится поверх меня, упираясь локтями в диван и заглядывая мне в глаза. Обнимает ладонями мое лицо и гладит по скулам, медленно вводя эрекцию внутрь. Стон срывается с моих губ, а глаза закатываются, когда его головка утыкается в стенку. Выгибаюсь навстречу ему и обхватываю ногами за талию, углубляя проникновение. Голова окончательно отключается, не замечая, что происходит вокруг, лишь концентрируясь на ощущениях.
Задыхаюсь, когда Раф начинает двигаться, наращивая темп, а затем замедляется, иногда выходя полностью и вновь наполняя на всю свою длину. Имитирует те же движения языком с моим ртом, а я всасываю его в себя как умалишенная. Пытаюсь притянуть мужчину ближе к себе, как будто в силах соединить нас в одно целое.
Пот уже стекает по всему телу, образуя маленькие дорожки капелек, как утренняя роса на лепестках клевера, когда Раф поднимает меня с дивана и усаживает верхом на себя, задавая темп, приподнимая меня ладонями за ягодицы. Покорно двигаюсь, втягивая воздух пересохшим горлом. Кажется, что во мне уже не осталось влаги, когда наконец заветные судороги сковывают мое тело, сжимая член Рафаэля внутри еще сильнее, как тиски.
Запрокидываю голову назад в немом крике, который выходит только хрипами из горла, а затем возвращаюсь обратно и упираюсь лбом в мужское плечо, пытаясь отдышаться. Чувствую, как Раф дергается еще раз, а затем силой сжимает меня руками вокруг талии и ребер, до упора прижимая к паху и кончает.
Спустя полчаса восстановления дыхания, нежась в объятиях друг друга (во время которых я замечаю гигантское мокрое пятно, которые образовалось прямиком под моей пятой точкой и судорожно думаю что с этим делать и как его высушить, а Раф махает на это рукой и говорит что высохнет), горячий совместный душ (но в меру, потому что мужчины не привыкли мыться в таком кипятке, как женщины) и чайник успокаивающего чая, мы засыпаем под большим мягким одеялом, обнимая и шепча нежные глупости на ушко.
Глава 38
Просыпаюсь из-за того, что яркое солнце продирается сквозь щель портьер и светит мне прямо в глаза. Массирую веки пальцами, а затем поворачиваюсь и наощупь нахожу телефон на прикроватной тумбочке. Разлепляю глаза чтобы посмотреть на время. Двенадцать дня. Не так уж и поздно. В последние дни с нашим ненормированным графиком мы с Рафом периодически просыпаемся гораздо позже.
Поворачиваю голову в сторону и замечаю, что Рафаэля уже нет в постели. Прислушиваюсь: в ванной тоже тихо. Видимо уже проснулся или позвонили по работе. Так иногда бывает.
Встаю с кровати и быстро умываюсь, почистив зубы и причесавшись. Натягиваю на себя мужскую футболку, которая по длине мне как короткое, но целомудренное платье, и пахнет мягкой амброй, коже и благородным табаком. Во время одного из наших свиданий я незаметно для самой себя уловила одну отличительную черту, которая мне нравится в Рафаэле: он пахнет амброй с табачными нотками – теплой, обволакивающей. Этот аромат дарит спокойствие, в отличии от мускуса, которым пах Марк, и который резко бьет в ноздри своим ароматом, оглушая все рецепторы и вызывая головокружение.
Втягиваю любимый запах носом, пока вприпрыжку иду в сторону кухни, чтобы сварить себе и Рафу кофе. Перешагиваю через порог и замираю, как вкопанная. За столом сидит женская фигура, деловито сложив нога на ногу и откинувшись на спинку стула, смотрит в окно на внутренний двор и попивает что-то из чашки. Судя по аромату, витающему в комнате, это тот самый кофе, который я так жаждала выпить.
Почувствовав мое присутствие, она поворачивается ко мне лицом, и я свободно выдыхаю. Алиса. Это просто Алиса. Его бывшая жена, а не то, что ты там навыдумывала себе. Вот другой вопрос: что она тут делает и почему так запросто приходит в его дом?
– Лиза? Привет! – подскакивает она со стула и буквально бежит ко мне, – я так рада наконец с тобой увидеться!
Она набрасывается на меня с объятиями, а я стою остолбенев, как многовековой дуб, вросший намертво корнями в почву.
– Привет, – давлю из себя я, похлопывая ее ладонью по спине, – взаимно.
– Как прошел тот сюрприз? – спрашивает она шепотом.
Пытаюсь понять, о чем именно она говорит, а потом до меня доходит и я натягиваю улыбку, подбирая правильные слова:
– Отлично, спасибо большое тебе за помощь.
Алиса радостно хлопает в ладоши и чуть ли не прыгает на месте, а потом спохватывается и бьет себя рукой по бедру.
– Что это я? Ты, наверное, только что проснулась и голодная. Сварить тебе кофе? Будешь круассан, который мы привезли из любимой кондитерской Рафа? – она вываливает на меня вопрос за вопросом от чего я еще больше столбенею. Алиса замечает мое напряжение, но истолковывает его неправильно, – ой, прости меня пожалуйста! Ты же здесь хозяйка. Я совсем забылась. Не обращай на меня внимания.
Она все тараторит и тараторит, а я наконец собираюсь с силами. Какой бы доброй я ни была и как бы под всех ни подстраивалась, надо иногда показать свое место другим. Деловито прохожу на кухню, к кофемашине и достаю чашку. Нажимаю необходимые кнопки, заливаю молоко.
– Тебе сделать кофе? – спрашиваю Алису и оборачиваюсь.
Она смотрит на меня со слезами на глазах и отрицательно мотает головой. Что это с ней? Не знаю, как реагировать на такую реакцию и продолжаю смотреть на девушку.
– Ты прости за это, – хлюпает носом она, – я просто так рада за Рафа и за тебя. Ты такая красивая и хорошая, и вы так чудесно подходите друг другу. Я даже фотографию вашу из поездки, которую ты опубликовала в сети, сохранила себе в телефон. Чтобы потом поставить на твой контакт, когда ты поделишься со мной своим номером.
Она вытирает нос салфеткой, а я таращусь на нее гигантскими глазами. Кажется, они сейчас зайдут на волосы.
– Давай я заварю тебе травяной чай? – предлагаю я, нервно одергивая край своей футболки.
Она согласно кивает и улыбается мне, вытирая последние слезинки.
Спустя десять минут мы сидим вместе за столом. Алиса больше не плачет, а я наконец наслаждаюсь своим бодрящим напитком.
– А где, кстати, Рафаэль? – решаюсь спросить я, когда девушка выглядит более-менее успокоившейся.
– Он с сыном в детской, они разбирают новые игрушки, – Алиса улыбается, – мы сюрпризом приехали. Извини, что так ворвались. Отныне буду уведомлять, либо делать сюрприз связавшись с тобой, – она подмигивает мне, – ты только говори если тебе неудобно. Я ни капельки не обижусь.
Я вздыхаю, анализируя свои чувства, которые появились после этого монолога.
– Алиса, ты не должна извиняться за это. В конце концов это был и твой дом тоже. А тем более Гоши. И сын вправе видеть своего отца так много, как они оба хотят этого. Я никогда этому не помешаю, потому что понимаю, насколько это важно для них обоих.
Она вновь отрицательно мотает головой, и я боюсь, что она опять заплачет, но вместо этого она лишь мечтательно улыбается.
– Этот дом не был никогда моим. Раф построил его после нашего расставания. Я здесь никогда не жила. Просто привыкла, что у него никого нет и вторгаюсь, как ураган вновь и вновь в его жизнь. Он мне уже высказал, что чувствует по этому поводу, – она неожиданно кладет руку поверх моей, – хоть Раф мне и выделил здесь комнату, которая закреплена за мной, но я очень редко здесь остаюсь. Всегда уезжаю к родителям, оставляя Гошу наедине с папой, чтобы они могли как можно больше времени провести вместе. Так, что думаю у нас не будет с тобой проблем.
Ее последние слова пробуждают во мне какую-то необъяснимую жалость к этой девушке. Не знаю почему именно это чувство.
– Алиса, я никогда и не думала, что у нас будут проблемы. Да, возможно, пару раз я и ощущала ревность по отношению к тебе, но она была необоснованной и больше надуманной в моей голове, – ободряюще хлопаю ее по ладони, – но я буду благодарна тебе, если ты будешь сообщать о своем приезде, – улыбаюсь Алисе, – так я хотя бы успею убраться и приготовить что-нибудь вкусное к вашему приезду, а Гоше купить подарок.
Алиса не успевает мне ничего сказать, как с порога слышится звонкий детский голос:
– Я не Гоша, – кривится сын Алисы и Рафаэля, – я Джордж! И какой такой подарок?
Мы одновременно оборачиваемся на Гошу, который стоит на пороге кухни, держа в руках коробку с новой игрушкой. А позади него переминается с ноги на ногу его отец, явно смущенный открывшейся перед ним картиной: заплаканная бывшая жена и нынешняя девушка держат друг друга за руки, сидя за обеденным столом, попивая кофе и склонившись, как будто секретничают.
Глава 39
Рафаэль.
Этим утром меня будят не нежные поцелуи, плавно переходящие в страстный утренний секс, а звон программы на телефоне, которая оповещает о том, что ворота дома открыты. Рывком беру с тумбочки мобильник, чтобы посмотреть по камерам, кого принесла не легкая. Садовника, который периодически приезжает привести в порядок ландшафт участка, я сегодня не ожидал. А больше никто не знает код домофона. Разве что…
Мои догадки подтверждаются, когда я вижу на экране машину Алисы, которую она одалживает у родителей, когда приезжает в столицу. Судорожно пытаюсь вспомнить не писала ли она мне о своем приезде заранее, а я так опрометчиво забыл. Вроде нет. Последнее что она скидывала в мессенджере это была фотография Гоши, который стоит с кубком за победу в турнире по конному поло.
Тру лицо ладонями. Сон как рукой сняло. Пусть Алиса и знает про Лизу, но Гоша нет. И я не ожидал, что они познакомятся вот так вот неожиданно. Узнаю бывшую жену, она наверняка приехала не предупредив, чтобы застать мою девушку, не подумав какого это будет для сына.
Аккуратно выбираюсь из кровати. Телефон с грохотом падает на паркет, слетев с откинутого мною одеяла. Тихо шиплю, ругаясь про себя, и проверяю не проснулась ли девушка. Лиза крепко спит, обняв подушку руками, и, кажется, совсем не реагирует на звуки.
Накрываю ее ногу, которая вылезла из-под одеяла во время сна, и выхожу из комнаты, чтобы предупредить неожиданное вторжение в мою спальню. Знаю, что Гоша так любит делать и это будет психологическим испытание и для него, и для Лизы. Что-то не хочется мне ходить по семейным психологам после этого или наблюдать открытие этой травмы, когда Гоша перейдет в стадию подросткового возраста.
– Что-то вы зачастили с сюрпризами, – даю знать о своем появлении, когда захожу в прихожую.
– А ты все еще в пижаме? – брови Алисы вопросительно поднимаются, когда она оборачивается на мой голос. Игнорирую этот вопрос, переключая внимание на сына.
– Папа, папа! – кричит маленький сорванец и подбегает ко мне, сжимая в объятиях. Обнимаю его в ответ, приподнимая в воздух.
– Ну привет, чемпион. Соскучился по тебе. Видел твой кубок. Почему меня не предупредил? Я бы приехал тебя поддержать, – взъерошиваю Гоше его темные волосы, такие же жесткие и плотные, как у меня.
– Я сначала хотел выиграть, а потом тебе рассказать, – серьезно заявляет сын.
– Он никому не сказал, – подает голос Алиса, наблюдавшая все это время за нами, – я узнала лишь благодаря тренеру, который позвонил мне по организационным вопросам.
Гоша обиженно надувает губы, складывая руки на груди.
– Зачем вам эти дурацкие домашние соревнования? – выдает он, – я хотел выиграть и потом пригласить вас на чемпионат между командами со всей страны. Вот это я понимаю игра! А если бы не выиграл, то не прошел бы. И зачем тогда вас расстраивать?
Я против воли хохотнул, разглядывая своего подросшего сына. Весь в меня: сначала сделай, потом говори. Какое-то время назад я очень боялся, что он будет таким же легкомысленным и непосредственным, как Алиса, но потом начал с удовольствием отмечать, что в его характере больше моих черт, а от матери достались коммуникабельность и легкость в общении с совершенно разными людьми.
– Сын, ты бы нас не расстроил. Мы гордимся даже твоими проигрышами, потому что ты достойно их принимаешь и не сдаешься, – целую Гошу в макушку.
– Вот именно, – поддакивает Алиса, – а теперь иди на кухню и положи папину любимую еду, которую мы привезли с собой, в холодильник. А то испортится.
Она протягивает ему тяжелый пакет со знакомым мне логотипом зарубежного супермаркета. Ухмыляюсь, предвкушая какую вкуснятину они могли привезли.
– Ты не один? – спрашивает Алиса и кивает на женскую обувь, которая стоит у порога, когда сын убегает выполнять ее просьбу.
– Не один, – пожимаю плечами.
– С Лизой? – глаза бывшей жены начинают подозрительно поблескивать озорными искорками. Так и знал, что она на это и рассчитывала.
– С ней, – киваю я, – Лиза переехала ко мне.
Немного привираю, ведь предложение переехать я сделал только несколько часов назад и так и не услышал однозначного ответа от девушки.
– Серьезно? – Алиса почти что хлопает в ладоши, – это так здорово! Значит у вас все очень-очень серьезно?
– Да, очень-очень серьезно, – усмехаюсь я, повторяя за ней фразу, а затем делаю серьезное выражение лица, – поэтому, Алиса, пожалуйста, больше не делай таких сюрпризов. Теперь это не только мой дом и если я принимал твои спонтанные приезды, то это не значит, что они входят в зону комфорта Лизы. Не думаю, что ей будет такое приятно, хотя она и понимающая девушка. Но и мне самому подобные сюрпризы больше не будут комфортны. Надеюсь, ты сама прекрасно понимаешь почему.
Они кивает, слегка обиженно выпятив нижнюю губу. На что я тяжело вздыхаю, протерев ладонью лицо. С ней иногда как с ребенком.
– Сегодня в первую очередь тяжело будет Гоше. Он не знает о существовании в моей жизни другой женщины, и я сначала хотел его подготовить к этому, прежде чем они встретятся.
Она бьет себя рукой по лбу, как будто вспомнив о чем-то важном.
– Вот черт! Я не подумала об этом.
– А я подумал. Поэтому не переживай, я уже обдумал, как преподнести эту информацию сыну. Просто это случится чуть раньше и не совсем так, как я планировал.
Алиса просияла и улыбнулась во все зубы.
– Вот поэтому ты мне и понравился! Ты всегда думаешь наперед и предусматриваешь все. В отличии от меня, – она кривится.
– Сочту это за комплимент, – хмыкаю я, – я пойду умоюсь и переоденусь. Смотри чтобы Гоша не заходил в мою спальню. Лиза еще спит.
– Хорошо, – она радостно улыбается и уходит вслед за сыном на кухню.
По пути хватаю блокнот и ручку, которые всегда лежат на столике в прихожей. Зайдя в спальню, пишу Лизе записку о том, что мы дома не одни и кладу ее на свою подушку. Любуюсь еще раз спящей девушкой, которая даже позу не поменяла с того момента, как я вышел из комнаты, и ухожу в ванную.
