Текст книги "Босс не по плану (СИ)"

Автор книги: Эва Бондарь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

Глава 32 Платон

– Что тебе приготовить? – спрашивает Кнопка.

Она стоит у холодильника. В моих трусах и майке. Трусы ей велики. Сползают чуть ниже талии. Но сзади… всё идеально.

Я зависаю. Блядь.

Два дня я почти не выпускал её из рук. И всё равно хочу снова. Мне точно не пятнадцать?

– Давай закажем, – говорю, потому что если она будет так ходить по кухне, я нахрен затащу ее обратно в кровать.

– Нет. Я хочу приготовить для тебя.

Для меня.

Чёрт.

– Омлет.

– Так просто? – оборачивается, глядя на меня через плечо.

– Я не привередлив.

Она открывает холодильник. Наклоняется. Я сжимаю зубы.

Волосы влажные. На концах капли. Потому что последние два часа мы провели в ванной. Сначала просто душ. Потом я прижал её к стене – холодный кафель, горячая вода, её пальцы скребли по плитке. Трахал её, пока она не перестала соображать.

Мой пах снова каменеет. Сжимаю через штаны. Не помогает. А она даже не смотрит в мою сторону.

Когда-нибудь я насыщусь ей?

В пятницу после выступления Стёпы мы заехали ко мне. И больше никуда не выходили. Тренажёрка? Мимо. Субботний завтрак у мамы? Мимо. Работа? Пусть подождёт.

Вчера пытались посмотреть фильм. Десять минут – и всё. Потом три часа без фильма. Потом снова десять минут. Досмотрели к полуночи. Нормальные взрослые люди так себя не ведут.

Она включает музыку. Начинает взбивать яйца. Улыбается. И я знаю причину этой улыбки – я. Это… опасно.

Я никогда не планировал женщину с ребёнком. Не планировал вообще ничего такого. Ребёнок – это ответственность. Это не «понравилась – поиграли – разошлись». Я пытаюсь понять, есть ли у меня сомнения. Смотрю на неё – и сомнений нет.

Телефон звонит. Мама. Точно. Я же обещал заехать.

– Я сейчас вернусь, – бросаю ей и ухожу в спальню.

– Алло.

– Платоша, ты где пропал?

Вот поэтому и не хочу говорить.

– Дома. Замотался. Извини, не заехал.

Пауза.

– Странно. Ты всегда приезжаешь, если обещаешь. Что-то случилось?

– Нет.

Ещё пауза.

– Дядя видел тебя на турбазе с девушкой.

Конечно видел. И я его видел, но не стал звонить мамочке докладывать об этом.

– Это коллега. Виктория.

– Ева сказала, что тоже видела тебя с ней.

Вот и приехали.

– Это бизнес-ассистент Фёдора Сергеевича. У нас выездные задачи. Мы просто заезжали поужинать.

Голос у меня ровный. Отработанный.

– Евочка тебя в гости приглашала.

Я прикрываю глаза.

– Мам. На следующей неделе заеду к тебе на ужин. Договорились?

Пауза. Она понимает, что есть ещё что-то. И я об этом говорить не собираюсь.

– Ладно. Люблю тебя, Мам.

– И я тебя.

Сбрасываю.

Рано. Ещё рано говорить ей про Кнопку. Мама уже всё решила за меня. Ева – «правильная партия». Спокойная. Удобная. Предсказуемая.

А Вика – это хаос. Но мой хаос. И матери об этом знать пока не нужно.

Я выхожу на кухню. Она уже накрыла на стол.

– Садись.

Омлет обычный. Но вкус… Я съедаю всё. До последнего кусочка. Сытый. Довольный. Счастливый.

Смотрю на часы. 11:00. К трём надо вернуть ее домой.

– Кнопка, у нас осталось несколько часов.

Она поднимает бровь.

– И чем же мы займёмся?

Я не встаю. Просто смотрю на неё.

– Продолжим там, где закончили в ванной.

Она понимает сразу. Подходит. Садится ко мне на колени. Губы тёплые. Сладкие. Я беру её за талию, притягиваю ближе. Снимаю с неё майку. Смотрит на меня, пока я смотрю на неё. Грудь, плечи, эта лёгкая дрожь от холодного воздуха – или не от воздуха.

Она соскальзывает вниз.

Медленно. Специально медленно – смотрит на меня снизу вверх, пальцы на резинке моих штанов. Я не останавливаю. Не собираюсь.

– Десерт, – говорит она. Не спрашивает. Утверждает. И улыбается как кошка.

Дёргает резинку. Медленно берёт его в рот – и не отрывает от меня взгляда.

Я откидываюсь на спинку стула. В голове последняя связная мысль:

Скоро Новый год. Хочу выбрать для неё что-то особенное.

Девчонки, ловите главу!!! Мужской день. Мужской взгляд.

Глава 33 Виктория

– Я всё-таки купила батут младшему, – сообщает Лена.

– Угу.

– Старший наказан. Ещё думаю, достоин ли подарка.

– Угу.

– А ещё вчера прилетали инопланетяне, – продолжает она тем же ровным, будничным тоном, каким сообщают, что закончился хлеб. – Пили чай. Сказали, что во вселенной кроме нас никого нет. Очень вежливые ребята, кстати.

– Угу.

Пауза.

– Стоп… что?

Лена прищуривается.

– Я просто проверила, слушаешь ты меня вообще или нет.

Я понимаю – не слушаю. Вообще. Я где-то летаю. На розовых облаках. Бабочки-драконы несут меня в неведомые края. Кажется, я схожу с ума.

Я почти ничего не съела. Потому что если я ещё и есть начну, меня точно разорвёт. Он – источник моего внутреннего электричества. Я зависима.Официально.

Как по заказу, Платон заходит за кофе. Идёт к стойке. На нас не смотрит.

Новое пальто. Глубокий зелёный. Джентльмен из Англии. Я всегда сходила с ума по английским актёрам. Господи, что за сумбур у меня в голове.

Он берёт кофе. Почти проходит мимо. Я уже думаю, что он не заметил нас. Но вдруг резко останавливается. Поднимает взгляд, коротко кивает Лене. Переводит взгляд на меня. Улыбается. Мгновение – и я улыбаюсь в ответ, как школьница. Уши горят.

Он кладёт что-то на стол рядом с моей чашкой. Подмигивает и уходит.

Я опускаю взгляд – на столе лежит шоколадка в форме сердечка. Моё лицо моментально пылает.

Лена сидит с открытым ртом. Смотрит сначала на меня, потом на шоколадку.

– Это что сейчас было?

Я молчу.

– Только не говори, что ты спишь с ним?

Я кашляю.

– Немного сплю.

– Что значит «немного»?!

– Ну… не постоянно, – бормочу я, и мне хочется спрятаться под стол.

– Ты просто секси мамаша. Как ты его охмурила?

Я пожимаю плечами.

– Понятия не имею. Само как-то… получилось.

Лена хохочет. Я выдыхаю.

– Я счастлива, Лен.

Слова сами вылетают. Рассказываю коротко. Что видимся. Что Стёпа знаком с ним. Что всё… не по плану.

– Значит так, – Лена смотрит на меня так, будто сейчас будет разрабатывать план захвата. – На корпоративе ты должна быть убийственной. Платье выбрала?

– Красное, – говорю я и протягиваю ей телефон.

Лена смотрит на экран.

– Мм. Выглядит скучновато.

– Серьёзно? – я забираю телефон, листаю. – Подожди.

Показываю следующую фотографию.

– Вот.

Лена зависает на секунду.

– О-о-о… – протягивает она. – Вот это сюрприз.

Я улыбаюсь.

– Спина полностью голая.

– И задница… – Лена оценивающе кивает. – Зачёт, Вик. Честно. – Платон забудет, как его зовут. Гарантирую.

– На это и расчёт, – спокойно отвечаю я, хотя у меня поджимаются пальцы на ногах от одной мысли.

Она показывает своё платье. Мы смеёмся. Идём обратно в офис.

В два Платон уезжает на объект. Проходит мимо:

– Скоро вернусь. Скучай.

– Уже, – говорю я, не скрывая улыбки.

Работаю. Сосредоточенно.

В три открывается лифт. И у меня холодеет внутри.

Я узнаю её сразу. По фото из его квартиры.

Мама Платона.

Она идёт уверенно. Спокойно.

– Здравствуйте. Я Людмила.

Голос мягкий. Но взгляд – нет.

– Я подожду Платона в кабинете. Принесёте кофе?

Я киваю, стараясь не выдать, как нервничаю. Иду к кофе-машине, пытаясь держать себя в руках. Руки дрожат. Жду пока чашка наполнится и думаю: Как я вообще должна себя вести?

Волнение накатывает – неужели она сейчас всё поймёт? Ладно, я просто сотрудник, просто здесь работаю, как и все остальные. Он же ничего не рассказывал про нас. Если бы он сказал, он бы предупредил меня, так ведь? Это же очевидно.

Чёрт, что я вообще себе придумала?! Ну и ладно. Я всего лишь сотрудник. Просто принесу ей кофе и всё.

Мои руки наконец-то успокаиваются. Я улыбаюсь себе, принимая решение – не делать из этого драмы. Никаких историй. Просто кофе.

Стучусь, чуть замешкавшись, осторожно открываю дверь. Захожу тихо. Сама не знаю зачем.

Она сидит в его кресле.

– Вообще-то я знала, что Платона не будет, – говорит она спокойно. – Я приехала поговорить с вами.

Мои бабочки-драконы резко приземляются.

Что-то совсем не комментируете. Я расстраиваюсь) Как вам история?

Глава 34 Виктория

Я ставлю перед ней чашку – осторожно, без единого звука.

Сажусь рядом. Пальцы переплетаю на коленях и сжимаю. До боли. Так легче.

Она смотрит на меня долго. Изучающе. Без улыбки. В её глазах нет злости – только холодная уверенность.

– Ты встречаешься с моим сыном?

Голос спокойный. Будто речь идёт о погоде, а не о её сыне.

– Это Платон Олегович вам сказал? – спрашиваю я и чувствую, как жар поднимается от шеи к лицу. Вопрос вместо ответа. Моя единственная защита.

– Ты спишь с ним.

Не вопрос. Утверждение.

Она отворачивается к окну. За стеклом серый город, будто выцветший. Падает снег – медленно, без всякого желания.

– Я понимаю. Мой сын красив. – Она чуть улыбается. – А в твоей ситуации… подарок судьбы.

Поворачивается. Медленно – она знает, что я жду.

– Он молодой. Ему нужно испытать всё. Ты старше. С ребёнком. Экзотика.

Слово режет. Как тонкое лезвие.

– Вы даже нашли время заглянуть в мою жизнь? – огрызаюсь, прежде чем успеваю себя остановить.

Она слегка приподнимает бровь.

– Я просто хочу предупредить тебя. Не строй иллюзий. И не влюбляйся.

Опускаю взгляд. Тишина отвечает за меня.

– Уже, – тихо усмехается она. – Как предсказуемо.

Она читает меня. Как открытую книгу.

Встаёт. Каблуки мягко стучат по полу. Подходит ближе. Я смотрю на неё снизу вверх. Запах дорогих духов – холодный, чужой.

– Услышь меня. Я знаю, что лучше для него. Я навсегда останусь его матерью. Девушки и жёны будут меняться. Ты это понимаешь. У тебя уже есть опыт.

И уходит.

Дверь закрывается тихо. А внутри идёт трещина.

Я сижу ещё минуту. Или десять. Не знаю. На автомате беру её чашку. Мо́ю. Смотрю, как вода стекает по гладкой поверхности кружки. Как будто это меня смывает. Возвращаюсь к столу.

Звонит Фёдор Сергеевич.

– Виктория, отнесите документы на десятый этаж.

– Да, конечно.

Слышу себя со стороны. Иду к лифту. Нажимаю кнопку. Смотрю в отражение – там обычная женщина.

Брюнетка. Невысокая. Таких – сотни. И он может выбрать любую.

На десятом этаже захожу в туалет.

Щёлкает замок кабинки. И пружина выстреливает.

Сначала тихо. Потом резко.

Я рыдаю. Взахлёб. С икотой, как в детстве. Когда плачешь у мамы на коленях, и она гладит по волосам, и можно не сдерживаться. Только сейчас никто не гладит. Я сама себе мама, уже давно.

– Дура… – шепчу. – Какая же я дууура.

Как быстро я поверила в счастье. Как быстро расслабилась.

Его мама права. Он не знает, что такое моя жизнь. Я – просто временное увлечение. Яркое, необычное. Я – экзотика. Если бы мы встретились на улице – он бы прошёл мимо. Не заметил.

Плачу, пока слёзы не заканчиваются.

Потом умываюсь. Холодная вода щиплет кожу.

Дышу. Вдох. Выдох.

Собираю себя по частям.

Когда возвращаюсь, из лифта выходит он.

Платон.

Серьёзный. Занятой. Поглощён мыслями и делами, пока наши глаза не встречаются. В этот момент всё меняется. Он ничего не говорит. Но я чувствую. Всё, что он испытывает, направлено только ...на мне.

Чёрт. Он красив. Неприлично.

– Скучала?

– Угу.

Он смотрит на меня. Видит. Всё слишком точно. Читает меня. Так же, как она.

– Что случилось?

– Пальцем ноги ударилась. Сильно. Болит.

– Пойдем, – он берёт меня за руку, мягко.

В кабинете тихо. Жалюзи опущены. Он закрывает дверь. Щёлкает замок. Садится в кресло. Притягивает меня за талию – без слов.

– Иди сюда.

Сажусь к нему на колени. Спокойно. Как в детстве. Всё остальное теряет смысл. Сначала держусь. Потом его ладонь ложится мне на затылок. Пальцы медленно скользят по волосам.

И всё.

Пружина снова выстреливает. Я плачу. Уже не одна. Прижимаюсь к нему сильно-сильно. Вдыхаю его запах. Он не задаёт вопросов. Просто держит.

Я обнимаю его крепче. Возможно, это последний раз. И если так – я хочу запомнить. Как его подбородок касается моей макушки. Как его грудь поднимается под моей щекой.

Как он тихо говорит:

– Кнопка… – он касается губами моего виска. – Больно?

А я думаю: Ты ничего не понимаешь.

Глава 35 Виктория

– Я точно хорошо выгляжу? – спрашиваю у Лены, глядя в зеркало.

– Вик, ты секси, – отвечает она с улыбкой, а я слегка сомневаюсь. Вижу себя в красном платье. Лакированные красные туфли на шпильке, прядь ярко-красного цвета, подчёркнутая в прическе. Роковая женщина, наверное, это самое точное описание. Кажется, куда столько красного? Но смотрится это так органично. Как отражение моего состояния. На грани.

Я должна прекратить всё. Пока он не сделает это первым, пока не бросит меня. Иначе будет намного больнее. Это не просто мысль – это почти решение. Но стоит мне почувствовать его взгляд или услышать его голос, как всё снова меняется. Я решаю, а потом снова передумываю. Как легко всё это бросить, как легко решить. Как легко забыть всё, отпустить его, отдалиться... если бы мне не было так больно.

Я должна уйти. Всё, что мне нужно – это сделать этот шаг, бросить его. Потому что так будет легче. Я это знаю. Но в тот момент, когда я так уверена, что нужно отказаться, мне становится вдруг страшно. У меня сжимается грудь, и всё кажется таким невыносимым. Сильно. Плотно. Как будто что-то невидимое тянет меня назад, в его объятия.

Почему я так боюсь? Ведь я уже прошла через это. Я знаю, что будет трудно, но это нужно мне. Я должна думать о себе. Но как только я принимаю решение, я думаю о нём. О том, как он смотрит на меня. Я люблю его. И я не могу просто отпустить. Боже, почему это так сложно? Дай мне знак.

Ресторан, куда мы пришли, пафосный, но без кричащей роскоши. Тёмное дерево, мягкий свет, высокие потолки, на которых отражаются огоньки гирлянд. Всё дорого, сдержанно, почти холодно – как он. Барная зона с длинной мраморной стойкой, отдельные столики с белыми скатертями, в глубине – площадка для танцев. Музыка негромкая, но с хорошими басами, они отзываются где-то под рёбрами.

Я приехала с Леной и её мужем на такси. Они такие лёгкие. Идут за руку, переглядываются, смеются над какими-то своими мелочами. Он что-то шепчет ей на ухо – она толкает его в плечо и смеётся. Они просто живут.

Почему мне не попался такой же? Простой – юрист, экономист, инженер. У нас бы была ипотека и отпуск раз в год. Но нет. Я должна была вляпаться в молодого, самоуверенного, сексуального начальника. Конечно.

Лена уже держит два бокала.

– Новый год же, – подмигивает она. – Начинаем праздновать!

Мы садимся за столик. Белые тарелки, аккуратные закуски, официанты скользят мимо бесшумно. Лена шутит, её муж поддерживает, они смеются, чокаются. Всё правильно. Всё по сценарию.

А я всё время ищу его взглядом.

Бар. Вход. Лестницу на второй этаж. Его нет.

Где он? Почему опаздывает?

– Вик, ты вообще с нами? – смеётся Лена.

– Конечно, – киваю я, делая глоток.

Шампанское холодное, пузырьки щекочут язык и поднимаются к голове. Внутри меня тоже пузырьки – тревожные, острые, неспокойные.

Музыка становится чуть громче. Кто-то уже танцует. А я всё ищу его.

Делаю ещё один глоток, внезапно чувствую – спину обжигает взгляд.

Вижу его.

Платон. Стоит у барной стойки. Смотрит на меня. Я улыбаюсь ему. Он не реагирует. Лицо серьёзное. Взгляд напряжённый. Глаза горят – темнее, чем обычно. Он смотрит так, будто может меня съесть. Медленно. Не торопясь.

Я отворачиваюсь. Делаю вид, что разговариваю. Через секунду снова смотрю.

Он всё ещё смотрит.

В какой-то момент к нему подходит Фёдор Сергеевич. Я делаю вдох. Решаю подойти. Поздороваться.

– Виктория, это замечательное место для мероприятия, – говорит Фёдор Сергеевич. – Все останутся довольны.

– Спасибо, – отвечаю я.

Я не смотрю на него, когда произношу это. Но чувствую, что он рядом. Слишком близко.

Фёдор Сергеевич кивает, что-то ещё говорит о команде, о планах. Я отвечаю автоматически. И вдруг – холод.

Касание. По обнажённой спине. Медленно. Почти невесомо.

Я вздрагиваю.

Это не случайность. Это его пальцы. Лёгкое движение – по позвоночнику вниз.

Моё тело предаёт меня мгновенно. Кожа становится чувствительной, дыхание сбивается.

Фёдор Сергеевич машет кому-то, извиняется и уходит. Мы остаёмся вдвоём.

– Ты офигела? – тихо говорит он.

Я поворачиваюсь к нему. Улыбаюсь.

– В смысле?

– Ты видела, что половина мужиков в этом зале таращится на твою спину? И… – он скользит взглядом ниже, – …и на то, что ты решила сегодня показать всему залу.

Я пожимаю плечом.

– Просто красивое платье. Что в этом такого?

Голос ровный. Но внутри всё сжалось.

Он смотрит на меня так, будто хочет встряхнуть. Или поцеловать. Или одновременно.

– Ничего, – произносит он тише, наклоняясь ближе. – Только у меня уже стоит. И я боюсь представить, что у них в головах.

Эти слова ударяют током. Это не просто ревность. Это желание. Грубое. Неприкрытое. Мне это нравится.

– Расслабься, Платон Олегович, – говорю я почти игриво. – Это всего лишь платье.

Он смотрит на меня так, будто я сейчас играю с огнём и прекрасно это понимаю.

– Ты шикарно выглядишь, – говорит он тихо.

Я чувствую, как под лопатками становится жарко. И одновременно – холодно внутри. Потому что в голове, где-то на заднем плане, звучит:Ты хочешь от него уйти. От него.

– Дать тебе пиджак? – вдруг говорит он. – Набросишь на спину.

Я тихо смеюсь.

– Платон, прекрати. Это корпоратив, – напоминаю я. – Ты мой начальник.

– Вот именно, – отвечает он.

Я смотрю на него. Он – на меня.

В этот момент к нам снова подходит кто-то из коллег, предлагает присесть. Платон коротко кивает. И уже через пару минут мы сидим за круглым столом ближе к танцполу.

Под столом его колено касается моего. Случайно. И не отодвигается.

Я улыбаюсь кому-то из бухгалтерии и одновременно чувствую, как внутри всё плавится.

Лена с мужем зовут нас на танцпол. Музыка становится мягче, медленнее.

– Пойдём? – говорит Лена.

Я встаю.

Платон не двигается. Он смотрит, как я иду к танцполу. Медленно. На шпильках. Спина открыта.

Музыка окутывает. Я поднимаю руки. Двигаюсь не вызывающе – но свободно. Плечи, бёдра, лёгкий поворот.

И вдруг снова – это чувство.

Взгляд.

Я поворачиваюсь.

Господи. Он не отрывается. Челюсть напряжена.

Он чувствует. Я чувствую. Мы – на грани.

Телефон в руке вибрирует. Сообщение.

Жду у лестницы. Второй этаж.

Сердце падает куда-то в живот. Я делаю вдох. Ноги уже идут.

Поднимаюсь по лестнице. Каждый шаг отдается в ушах, как удар. Мои шпильки бьют по каменным ступеням. Это всё не имеет значения. Я не слышу музыки, не ощущаю холод в воздухе, не вижу ничего, кроме этой лестницы, ведущей наверх. Это шаг, который я не могу остановить.

Жду у лестницы. Второй этаж.

Платон. Он здесь.

С каждым шагом я понимаю, что уже не могу вернуться назад. Я не хочу. Сомнения исчезают, оставляя только одно ощущение – что я сейчас должна быть здесь, с ним. Я иду не думая, не анализируя, не принимая решений. Я иду туда, где он. И всё остальное больше не важно.

Тот момент, когда я оборачиваюсь и вижу его, уже не кажется ни случайным, ни неожиданным. Он ждёт меня. Его взгляд не отрывается. Молча. Жёстко. Он стоит, как всегда, в тени. Но теперь эта тень – не преграда, а приглашение.

Делаю шаг в его сторону, и тут же моё сердце, которое я так долго пыталась сдерживать, перестаёт слушаться меня. Всё, что было до этого – всё уходит. В этот момент я не вижу ничего, кроме его глаз, которые притягивают меня, словно магнит.

Он не двигается. Только смотрит, и я знаю – это всё, что мне нужно. Я подхожу ближе, и с каждым шагом всё внутри меня становится ясным. Моё тело, мой разум, мои чувства – всё растворяется в его присутствии. Я больше не хочу думать о последствиях. О решениях. Я хочу только одного – быть с ним.

Он наклоняется ко мне. Я не могу оторвать глаз, не могу сделать шаг назад. Его руки тянутся к моей шее, и я чувствую, как в меня входит эта жаркая, неистовая страсть. Она не просто желание, это не просто влечение. Это любовь. Нереальная, необузданная, безрассудная.

Его пальцы скользят по моей коже, и я ощущаю, как всё, что я знала до этого, исчезает. Всё, что было, теряет смысл. Я не могу думать. Могу только чувствовать. Его тело, его руки, его запах – это единственное, что существует.

Он кладёт ладонь на моё лицо, заставляя меня поднять голову, и я вижу, как его глаза начинают светиться ярче, чем когда-либо. Его губы прикасаются к моим. Мы больше не сдерживаемся. Это момент, когда всё, что я чувствовала раньше, растворяется.

Мы сливаемся в поцелуе, я не могу думать о том, что будет дальше. Я не хочу этого. Я хочу быть с ним. И сейчас.

Он берёт меня за руку – резко, уверенно – и тянет за собой. Какая-то комната. Тихо. Темно. Дверь закрывается, и мир исчезает.

Разворачивает меня спиной к себе – одним движением, без слов. Я успеваю упереться ладонями в стену.

Его руки скользят по плечам. Лямки платья падают вниз. Медленно.

Его пальцы находят грудь. Касаются сосков – и я почти теряю опору. Закрываю глаза. Стена холодная, его руки – нет. Его прикосновения – как огонь. Чувствую, как меня охватывает тепло, жар, растекающийся по венам.

– Платон, презерватив!

– Успею.

Платье задирается. Он входит – резко, без предупреждения – и я вжимаюсь в стену. Всё происходит быстро. Рывками. Без нежности – но это не жестокость. Это что-то другое. Острое. Настоящее.

Его руки держат мои бёдра. Я не думаю. Не могу. Только чувствую – как нарастает что-то внутри, горячее.

– Платон. – Голос ломается. – Платон… Я люблю тебя.

Он разворачивает меня. Резко. И целует – глубоко, почти жадно. Я лечу. Просто лечу – и он следом.

Потом мы возвращаемся. Как ни в чём не бывало.

Я сижу. Улыбаюсь чужим разговорам, держу бокал в руках. А внутри – боль. Тихая. Настоящая.

Я думаю об одном. Три слова. Самых уязвимых. Самых настоящих. Я сказала ему. Не в первый раз. Это было всё, что я могла ему дать в этот момент. И он просто промолчал. Он не сказал ничего. Просто поцеловал. И всё.

Его поцелуй – это был ответ, который я так отчаянно искала. Но на самом деле, его молчание было сильнее. И я понимаю это сейчас.

Его мама была права. Она видела, то, что я не могла. Она всегда видела.

Кажется, выбор очевиден.