![](/files/books/160/oblozhka-knigi-nochnye-hraniteli-si-377003.jpg)
Текст книги "Ночные Хранители (СИ)"
Автор книги: Ева Аберто
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)
Снова в путь
Пряди волос, словно живые, раз за разом оказывались на лице, приставая к щекам и мешая нормально дышать. Я с рассерженным вздохом перевернулась на спину, в сотый раз сдувая кудри. Солнце позолотило потолок и чуть затронуло лица спящих, заставляя жмурится и отворачиваться к стене. Еще раз протерла глаза, наконец выпрямляясь и оглядывая каморку; вчера вечером я оставила Касс свой кинжал, но, похоже, он не потребовался – девушка всю ночь проспала, я видела в те минуты, когда влажность становилась нестерпимой и мне приходилось перетаскивать спальник в другую часть комнаты.
С полуночи, сразу после того, как Джейд достал меня, держащую камень воды, со дна, дождь не только не вернулся, но и море наконец начало уменьшаться до своих нормальных размеров. В воздухе, равномерно распределяясь и не давая пощады, зависли капельки воды, оседая на лице, пальцах, волосах. Все, что только было в городе, промокло и пропиталось солью.
Но люди так и не вернулись на улицы. Киоски, уже открытые воздуху, пустовали. Встретив меня ночью в коридоре, вылезшую на разведку, Кассандра с удивлением заявила, что Эрик пропал. Джейд тут же сорвался с места, но тщательный обыск здания не помог – более того, деревянное суденышко осталось на своем месте, в полузатопленной комнате этажом ниже. Очевидно, парень ушел вплавь, но никто не мог и представить, зачем.
Лучи солнца медленно опускались, выхватывая из голубых сумерек все большую часть стены. Я поднялась, разминая ноги, пару раз подпрыгнула, прикинула, что до завтрака остается еще пара часов, и вынырнула в коридор, решив подняться на крышу и начать практиковаться с камнем воды. Не терпелось узнать, что он может и какая сила способна высвободится из этого куска гальки. Я беспрепятственно преодолела несколько пролетов лестницы и, взобравшись к приоткрытому люку, толкнула его и наткнулась на безобразное светящееся лицо, клыками вонзившееся мне в скулу.
Пронзительный вскрик прошелся по этажам, миновав комнату со спящими братом и сестрой.
– Эй, ну ты чего какая трусишка? – Эрик отодвинул тыквенную рожу, давая мне пролезть – Хэллоуин на носу, решил развлечь тебя.
Я, еле переводя дух, взобралась на поверхность крыши и кинулась с кулаками на парня. Просто нужно было выплеснуть то, что скопилось глубоко внутри. Подножка, несколько выверенных взмахов рукой, и Эрик распластался на полу, моля о пощаде. Я протянула ему ладонь, ожидая, пока он ухватится за нее, приподняла парня над землей и резко отпустила, наслаждаясь испуганной миной. Больше ни на что сил не хватило, и я упала рядом.
– За что? – со стоном парнишка попытался встать, но рухнул и, смирившись, замер. Я все же подползла к нему для последнего движения, которое так и рвалось наружу.
Пальцы, вымокшие в этой противной мороси, легко легли на его кадык, наслаждаясь живительным теплом. Эрик задергался, схватив меня за руку, но губы, словно не свои, прошептали:
– Ничего не напоминает?
Я дала ему еще пару секунд на раздумья и выпустила брыкающегося Эрика, отходя подальше.
– Настолько плохо? – я вскинула брови, но, похоже, парень не собирался возмущаться. Только подошел, отряхиваясь, и неожиданно тепло обнял – все будет хорошо. Давай сядем, Лисс, пошли.
Я, не веря своим ушам, дала себя усадить на пушистый плед. Эрик только украдкой прикасался к глотке, болезненно морщась, а я каждый раз зажмуривалась, чтобы не видеть этого. На всякий случай спрятав руки в карманы, я приказала себе растворится в запахе его рубашки. Парень просто прижался к моей спине и молча теребил волосы, раскладывая непослушные пряди по моим плечам. Он что-то шептал, но слух отказался воспринимать его слова и я прикрыла глаза, наслаждаясь тем, что никогда больше не должно было повторится. Заставляя себя отгонять тучу вопросов в глубину сознания. Все это не сейчас.
Я не скоро сообразила, что Эрик заплетает мои кудри в косу – неумелую, слишком широкую, но все это не важно. В полной темноте остались только его случайные прикосновения, отзывающиеся мурашками по всему телу.
– Лисса? – он перехватил косу резинкой, снятой с моего запястья, и осторожно заглянул мне в глаза.
– Да? – все еще слишком далеко от земли, я с трудом уловила смысл его слов:
– Ты нашла камень? – простая фраза заставила вздрогнуть и мгновенно отстранится. Для этого случая Джейд создал целую легенду, но она словно потерялась в заплетенной грубыми руками косе. Я тряхнула головой и пролепетала первое, что пришло в голову:
– Да, кажется, это тот камень, который мы искали, – помедлила, доставая символ воды из недр свитера и отметила, как загорелись глаза Эрика – ночью…это странно, но я, вроде, почувствовала. Короче, Джейд одолжил мне шлюпку, – я заикалась и мучительно краснела, пряча глаза – камень оказался в соседнем переулке, прямо на поверхности лежал, – запнулась, но Эрик спас меня:
– Значит, это гораздо проще, чем я думал. Хорошо, что ты не пострадала, – парень двумя пальцами подхватил камешек, покрутил его и, к моему облегчению, вернул на место.
Мы еще немного посидели, с опаской вжавшись друг в друга, и я поднялась, закутываясь в теплую ткань, отметив, что его тепло осталось внизу, на пледе.
Холодные коридоры, отсыревшие за время дождей, прокрадывались колючим сквозняком под одежду. Я скорее свернула в комнатку, облюбованную нами с Касс для дневных тренировок – оттуда и сейчас доносился звон металла. Дверь, предательски скрипнув, не дала мне просто молча влиться в дух, царивший в зале.
– Пришлось начать тренировку в одиночку, – Кассандра, еле дыша, оставила длинное копье и подперла стену спиной – ваше воркование слышно на два этажа вниз, между прочим, – почти без упрека, улыбаясь.
– Прости, – я подхватила набор ножей с тонкими рукоятками и метнула один из них в пенопласт, сложенный в несколько слоев в углу комнаты.
Мы с Кассандрой любили эти разговоры за метанием, стрельбой, драками и использовали такие «беседы» вместо слезных объятий. Когда перебрасываешься острыми репликами с противником, пытающимся тебя прикончить, словно оставляешь все, что лежит камнем на спине в этих словах, которыми можно заменять ножи.
– Так какой план, Хранительница? – девушка со смешком вырвала у меня кинжал и метнула в мишень.
– А с Джейдом вы не разговаривали? Разве не он наш предводитель? – я не осталась в долгу и почти зацепила острием Кассандрин нож.
– Я думаю уже нет, – Касс переключилась на меч, состоящий из гибких пластинок – разве у тебя нет идей? Василиса уже наверняка продумала подробную стратегию и теперь затаилась со своим возлюбленным, – девушка улыбнулась, дважды обернув меч вокруг себя.
– Нет, так не пойдет, – я ушла в глухую защиту – Кассандра, это больше не повторится, и я не хочу об этом говорить, – не узнавая свой голос, рыком обрушившийся на девушку – но мне действительно есть, что тебе рассказать.
Я долго репетировала этот разговор, но ни разу не думала, что будет, если начну его вот так, словно извиняясь. Да, мне есть за что просить прощения, но не так.
Кассандра бросила оружие и мигом уселась прямо на полу, сложив разгоряченные ноги по-турецки. Я последовала ее примеру, оттягивая неизбежное.
На удивление, речь лилась легко и в какой-то момент я даже выключилась, словно уйдя далеко от того, что было на языке, машинально пересказывая видение, которое все приняли за морок, утаивая мои вечерние встречи с девочкой в синем. Кассандра приподнималась на коленях именно в тех моментах, где нужно было и под конец сделала то, чего мне и хотелось – медленно приблизилась и обняла за плечи одной рукой, все еще держа дистанцию.
Теперь, шепча и чувствуя, как горячее дыхание отзывается у нее в голове именно теми красками, я выложила то, о чем догадалась совсем недавно:
– Я думаю, это не морок, Касс, – секундная пауза, заставившая девушку напрячься и прижаться плотнее, – а воспоминание, – и те слова, в которые я не верила сама, – и тогда ты знаешь, кто эта девочка.
Мне не хотелось в это верить, потому, что та, кто навещал меня каждую ночь, была совсем другой – он была лучше, сильнее, мудрее. Он понимала, но она никогда не была на моем месте. И мне льстили мысли о том, что я – не малышка в Средневековом платье, а кто-то, кто парил над ее головой, кто пришел на зов ее матери, кто знает и видит больше, чем маленькая девочка. Поэтому это мое воспоминание – быть может, я призвала этих людей, а не наоборот. И я чувствую, что это место выбрала не зря – и стоит туда наведаться, пусть даже придется перенести этих троих жалких ребят в прошлое. Может, они передохнут там – мне же легче.
– В общем, план такой – Лисса попробует нас переместить. Если это действительно воспоминание – мы окажемся далеко в прошлом. Идем налегке, ей и так не легко будет утащить с собой троих – на месте разберемся; в случае чего, Василиса закинет нас обратно, и мы начнем с начала, – Кассандра держалась на удивление стойко, учитывая то, какими крупными были бусины ее слез на моем плече. Никогда бы не подумала, что она может реветь из жалости к кому-то.
– Но мы должны попробовать. Сейчас это единственный путь отсюда, возможно, к разгадке, – игра на публику давалась с легкостью, стоило только сжимать в кармане плаща камешек, скрывающий в себе невероятную мощь. Работу с ним я оставила на потом, когда эти три проблемы, сидящие передо мной, потеряются где-нибудь во временном переходе.
– Василиса, можешь мне доверять. Я готов прямо сейчас переместится и посмотреть, что мы можем для тебя сделать, – Джейд стоял в стороне, обнимая меня взглядом. Я подавила рвотный позыв и обернулась к Эрику – ты можешь остаться, если хочешь.
– Ни в коем случае! – он не нашелся, что добавить, и я со вздохом облегчения завершила спектакль:
– Тогда я займусь руновязью. Думаю, нам стоит перекусить перед переходом, – и отошла к окну, начав собирать руками пыль с бетонных блоков.
Знакомый рисунок, перенося сознание в старый замок, появлялся в пыли машинально, позволяя забыться и подумать. Время от времени меня потряхивало и в голове с гулким эхом проносились мои же слова и мысли, а другие моменты накатывало волной раздражение. Как же хочется, чтобы это закончилось.
Ребята переговаривались в стороне, кажется, Джейд ссорился с Хранителем, Эриком, по поводу провизии. Теплый камешек в кармане ясно указывал на парнишку, подтверждая наши догадки и оставляя неизвестным то, как много он знает. Я с любовью погладила его шершавую поверхность и вернулась к руновязи.
Направить силы, плещущиеся золотым жидким огнем, в дорожки рисунка оказалось куда проще, чем я запомнила, да еще и пришлось удерживать рвущуюся наружу силу. Я с улыбкой подавила волну соленой воды, оставив для моих попутчиков только маленькую часть от скрытого.
– Ты молодец, Лисса, – теплые руки в мягком свитере подкрались неожиданно. Я с трудом согнала дрожь отвращения и покорно приняла тепло – все у нас получится, правда? – он ободряюще похлопал меня по плечам и мельком глянул на руновязь, которая, похоже, не слишком его интересовала.
Мелькнула мысль оставить его здесь, в родном городке, но я потушила искру. Одного кивка от растерянной, старающейся быть сильной девушки хватило, чтобы собрать их вокруг. Я интуитивно ухватила ребят за запястья и зажмурилась. В силе Стихии я не сомневалась, но сомневались стоящие вокруг и это неимоверно выводило из себя и сбивало с толку.
Легенда об Обители страха. Часть 1
Птицы заливались, словно наслаждаясь эхом, ударяющимся о бесконечную пустошь. Земля, поросшая вереском, сглаживала все выступы и впадины так, что казалось, будто долина идеально ровная. Именно то, что нужно двоим потерявшимся, чтобы найтись.
Внезапно на одном из холмов, затмевая свет солнца, закрутилась воронка, втягивая беспокойный ветер с пустоши в прозрачное и живое нечто. Временной переход стал сыпать искрами, когда из него наконец показалась девичья голова.
Четверо ребят, кубарем выкатившихся на вереск, медленно поднимались и оглядывались. Одна из девушек тут же подскочила, хватая белый комок шерсти и отскакивая в сторону, а другая, поднявшись на колени, украдкой провела рукой по шершавому куску гальки и спрятала под куртку.
– Позволь спросить, Лисса, в каком мы времени?
Эрик, отлично зная, что я не люблю свое имя, сделал его еще хуже, превратив в прозвище; но я промолчала, ведь их расположение мне еще понадобится.
– Лет так десять до нашей встречи, точнее не скажу. Надеюсь, я с мамой уже ушла по какому-нибудь переходу или как мы сюда попали. Не хотелось бы увидеть маленькую себя.
– Думаю, тебе невероятно шло то платье в стиле Средневековья – Джейд, спрятав улыбку в рукаве, занялся огромной брезентовой сумкой, в которую умудрился уместить все наши запасы.
– А ты крута, – улыбнулась Касс, убедившись, что усатая нечисть нашла себе уютную кочку – перенесла нас вчетвером, да еще и эту махину, которую Джейд называет минимальным провиантом.
Я поморщилась – не хотелось, чтобы ребята заметили, сколько силы в маленьком камешке; к счастью, Касс хватило сдержанной улыбки.
Палатка, которую сообразил Джейд, и пламя костра остались далеко позади. Я просто брела по вересковой пустоши, спотыкаясь об окоченелые тела птиц и чертыхаясь. Ветер насмешливо играл с прядями, кидая их в лицо и прилепляя к обветренным губам, наматывая на уши и щекоча кожу спины под курткой. Отблески огня скоро перестали ласкать спину, и я наконец почувствовала долгожданный холод. Озябшие руки не хотелось прятать в карманах, озноб дарил ясность. Я обернулась и прокрутилась несколько раз, убеждаясь, что отошла достаточно далеко – голоса ребят потерялись в вечерней голубой мгле, а ярко-оранжевое пятно и вовсе скрылось за холмом. Больше идти не было сил; я опустилась на первую попавшуюся кочку, оказавшуюся заросшим трухлявым бревном. Все это отмечала мельком, с удивлением заметив, что не чувствую ни мокрых от росы ступней, ни вообще ничего. Стараясь сохранить это блаженное ощущение, я растянулась на земле, гипнотизируя небо и машинально пересчитывая звезды. Это – то, что мне нужно; не ощущать ничего, кроме того, что захочу сама. Я благодарно сжала камень Стихии в потайном кармане и вернулась мыслями к сидящим далеко, греющимся у огня – Джейд даже зефир прихватил. Их нельзя просто оставить здесь – вовсе не из-за заботы, а потому, что они пригодятся. Не знаю, как скоро вернусь в свое время и смогу ли найти еще тех, кто всегда рядом – может, и не ради меня, но так даже легче. Они метаются и не могут понять, на какой стороне, и мне это на руку; я же сама за себя.
Обратный путь пролетел, как мгновение, промерзшие и не гнущиеся ноги сами несли меня к источнику тепла. Я мысленно оценила свой вид – потерянная, замерзшая и голодная – и улыбнулась.
Несносные сверчки все не умолкали, наоборот подбираясь все ближе к палатке, ввинчивая свой стрекот в уши. Я перевернулась и шумно выдохнула разгоряченный четырьмя телами воздух. Волосы, растрепавшиеся за мою прогулку, шуршали, мешая уснуть. Откуда-то с далекого моря подул ветер, залетая сквозняком под брезент; дышать стало легче, и я попыталась снова уснуть – прикрыла глаза и отпустила мысли в свободную пляску. Кажется, это и оказалось ошибкой.
Перед глазами всплыл Аарон. Я давно не вспоминала о нем, предпочитая просто отталкивать в глубину сознания. Только этих мыслей вкупе с образами двух моих спутников не хватало, чтоб я вконец помешалась. И все же гадкое, мокрое от слез сочувствие надёжно обосновалось в уставшем мозгу. Я смирилась и стала ждать, когда воспоминания о Хранителе уйдут.
Удивительный камешек дал мне не только силу, но и знание, так, что теперь я наверняка знала всех четырех Хранителей. Возможно, мы просто не замечаем какого-то знамения, но я и без него знаю, что камень Земли здесь – в вересковой пустоши, в другом времени, как и Аарон. Интересно, как отреагирует символ Земли на чужака? Обрадовавшись, что мысли сменили курс, я ухватилась за эту мысль.
Калейдоскоп образов прервал треск огня. Я настороженно прислушалась, но только отчетливее услышала, как кто-то снова развел костер; видимо, мне не одной не спится на новом месте. Извиваясь змейкой, я бесшумно проскользнула наружу.
***
Я едва успел заметить, как от темного пятна палатки отделилась девичья фигурка. Высокий столб дыма ненадолго отгородил меня, дав время полюбоваться Лиссой.
Даже в пижаме и с растрепанными волосами она выглядела уверенно. Огляделась вокруг, вызвав у меня невольную улыбку и опустилась на бревно, поджимая ноги. Я придвинулся к огню, руша что-то магическое и поискал взглядом плед; хотелось согреть ее руками, но не решился.
– Не спится? – она поежилась от промозглого ветра, грея руки над огнем.
– Так странно, – не стал отвечать на очевидное – как будто только что мы были у себя дома и все было так скучно, как – оп – и мы в прошлом, посреди огромной пустоши, и мы оба – Хранители Стихий.
– А мне всегда казалось, что я не на своем месте, – она доверительно заглянула мне в глаза, заставляя вспомнить свои гнусные планы, построенные в городском парке – и я смею предположить, что теперь все, как надо.
Мы не стали больше говорить, наслаждаясь чем-то хрупким, повисшем в воздухе. Я только и думал о том, сколько должно быть сил, чтобы остаться собой, чувствуя невероятную мощь в кармане, чтобы улыбаться сейчас.
Вместо нас звонкую морозную тишину прервали тихие голоса, доносящиеся из палатки. Я инстинктивно отодвинулся к краю бревна, уложенного у огня в качестве скамьи, и тут же мысленно выругал себя за это трусливое движение. До последнего хотелось надеяться, что проклятые родственники просто меняются местами на своих лежанках, но нет – взъерошенная голова парня высунулась, и, заметив Лиссу, улыбнулась и прошептала что-то в брезент, вылезая полностью. Василиса обернулась и приветливо махнула Джейду, приглашая к огню. Зубы заскрежетали сами собой, но я уговорил себя молчать и слушать. Касс принялась о чем-то рассказывать Лиссе, параллельно шаря рукой в сумке с провизией. А я смотрел на девушку без привычной дрожи и настороженности, даже как будто сквозь; вздрогнул, отряхнулся и приказал себе не мудрить.
– О, Эрик, – лицо Джейда, внезапно заметившего меня за столбом огня не выражало никаких эмоций. Он обогнул меня, подсаживаясь к Лиссе – хорошо, не придется тебе отдельно рассказывать.
– Что рассказывать? – Василиса, не поднимая головы, насаживала зефир на ветку – конечно, вы же не наслаждаться летней ночью пришли, – с сожалением вздохнула она, отрываясь от сладости в руках.
– Я просто подумал, что все мы что-то знаем про то, с чем имеем дело, но отрывками, – парень прикоснулся к запястью Лиссы. Внутренности перекрутились, запутываясь друг в друге и обжигая кожу изнутри – и решил собрать все вместе, что ли.
– Это я ему предложила, – Кассандра окунула зефир в языки огня – похоже, нам единственным дали знания о магии вместе с математикой.
– Она хочет сказать, что мы знаем и всевозможные сказки, среди которых есть кое-что, похожее на правду – легенда об Обители Страха.
Василиса напряглась, с интересом внимая парню. Я, сам того не желая, тоже вслушался в его слова. Эту легенду многие слышали, но целиком ее рассказывали редко – взрослые считали это чепухой.
Легенда об Обители страха. Часть 2
Вначале, когда Земля пустовала, открывая зеленые просторы простейшим существам, нежащимся свободно под солнцем, сколько им того хотелось, магии не существовало, ибо не было нужды в ней. Но блаженство продолжалось не долго; народившись, люди, куда бы они не ступили, приносили только хаос, сжигая плодородные поля и вырубая леса, наполненные птичьим клекотом.
Человек обосновался в самых лучших местах – благо, вся планета была открыта для его завоеваний – и возвел небывалого величия город посреди джунглей. Достаточно было лишь выйти из дому, чтоб наестся и напиться; угрозы таились слишком далеко, чтобы о них думать. Но людям всего было мало. Бунтовщики затоптали посевы, вырубили рощи, засушили реки; они требовали от жителей города полной власти, иначе грозились забрать и те жалкие коренья, которые старухи откапывали в погребах. Они рвались к трону, возведенному в городском замке. Поселение раскололось на две части. Белая и Черная Армии бились круглыми сутками и нигде нельзя было укрыться от их мечей.
И тогда на город снизошла магия, призванная остановить бесконечную битву. Между двумя Армиями загорались костры, но в пылу битвы никто не обращал внимания на Огонь – и Стихия снесла всех и все, сожгла дотла. Тех, кому удалось спастись, постигла участь быть унесенными Ветром и смытыми Водой. А чтобы никто и никогда не повторил ошибки древних, город был скрыт под семью слоями Земли. Остался стоять только замок, которому посчастливилось быть возведенным на холме. Стихии помиловали его и скрылись. С тех пор город именуют Обителью Страха, ибо не было войны страшнее той и не будет, а замок в сердце Обители стал сосредоточением магии и напоминанием тем, кто идет против природы.
Этим Стихии не ограничились – и оставили на Земле, спрятав глубоко и далеко, камни, в которых сокрыта великая мощь. Они определили по четыре человека из каждого столетия и даровали каждому власть над одним из камней. Магия доверилась четырем Хранителям, призванным беречь все человечество. И если они пройдут испытание и объединятся под одной целью, соединив свои силы и вложив их в одно русло, то им откроется Обитель, отдаст власть над собой до последней капли, какой бы ни была их цель. Если они смогут сдружится во имя благого, то воюющий народ, которому суждено воскреснуть и продолжить биться, остановится и покорится их мягким рукам, хотя эта битва, что между двумя армиями на земле, не главная.
Но магия – есть мудрость, и она предугадала раскол четверки Хранителей. Чтобы дать добру шанс на существование, Стихии позволили четырем истинно преданным волшебникам заменить одного предателя, восьми волшебникам – двух предателей, но шестнадцати без хоть одного Хранителя вход в город закрыт. И, чтобы выделить, отсеять от бесконечно большого человечества тех четверых, Стихии определили испытание и позволили на место Хранителя встать людям самым отчаянным, потерявшим имя и суть, пустым и чистым, как белый лист. И велено Хранителям и их товарищам возродить город, вернув магию людям.