Текст книги "Между двух огней (СИ)"

Автор книги: Энди Багира

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)

Глава 9

Соня.

Я проснулась на рассвете. В комнате все еще было темно, но из окна было видно, как горизонт окрасился мягких красным светом. Свет отражался от снега, и все вокруг приняло нежно-розовый цвет. Мою душу наполнило умиротворение. Впервые раз за долгие годы я была в поместье одна. Не было слышно тяжелых шагов Майлза, шутливых препирательств Койота и Диего, никто не хлопал дверями. Рядом со мной тихо спал Драй. Его ровное дыхание было единственным звуком в этой божественной тишине.

Стараясь его не разбудить, я аккуратно поднялась с кровати и, накинув на плечи шелковый халат, спустилась вниз на кухню. Слуг еще не было, впрочем, в такой ранний час их и не могло быть. Это и к лучшему. Мне хотелось самой приготовить завтрак. В этом было что-то умиротворяющее, как в человеческой жизни, где я была простой девчонкой и частенько готовила завтрак на всю семью.

Я чувствовала себя… Не знаю, это сложно объяснить… Мне казалось, что мы с Драйем молодая семья. Что впереди нас ждет только счастье. Как же! В лучшем случае мы выживем в битве с серыми. Но только если очень сильно повезет. Я прогнала прочь мрачные мысли и принялась за готовку.

Несколько раз ко мне заглядывал проснувшийся Харт и предлагал помощь, но я ее неизменно отвергала. Мне хотелось сделать все самостоятельно. Закончив, я водрузила тарелки на поднос и поднялась обратно в покои. Сегодня мы будем завтракать здесь. Расставив тарелки, я забралась обратно в постель. Драй, почувствовав мое возвращение, обхватил меня рукой.

– Просыпайся, – я мягко коснулась его плеча. Драй открыл глаза и, вдохнув, подтянул меня к себе.

– Ты холодная, как ледышка.

– Зато на столе ждет горячий завтрак.

– Правда? – моментально проснулся он.

– Абсолютная, – я вылезла из кровати. – Не знаю как ты, но я собираюсь есть. Горячий бекон…

Драй рывком поднялся с кровати и, взбив руками волосы, уселся на стул. Короткая прическа приносила ему немалые страдания. Драй то и дело поправлял ее, не привыкший к коротким волосам. Подцепив кусок бекона на тост, он с наслаждением вонзил в него зубы. «Волк», – с улыбкой подумала я. Это было забавно наблюдать, как сущность оборотня проступает сквозь маску аристократа. Единственная его слабость.

– Вкусно, – похвалил мою стряпню Драй. Он упорно налегал на мясо, напрочь игнорируя овощной салат.

– Может быть тебе поохотиться?

– Было бы неплохо, – кивнул он. – Я зимой становлюсь неприлично прожорлив.

– Первые три жизни я тоже часто охотилась. Практически каждую ночь. Потом аппетит стал меньше.

– Так ты не составишь мне компанию? Бросишь в одиночестве в чужом лесу кишащем серыми? – усмехнулся он.

О, решил продолжить компанию по моей откормке. Это началось еще со времен охоты в окрестностях поместья Ремаев. Драй, получавший большее удовольствие от охоты, нежели от самой еды, добывал мне добычу. Причем, если волчица отказывалась, он начинал угрожающе рычать, принуждая меня есть.

Драй доел последний кусок мяса и с сожалением отставил тарелку в сторону. Молча, он бросил на меня лукавый взгляд и кивнул в сторону окна. Я не удержалась от смеха. Порой лорд был таким ребенком, что я поражалась, что это тот же самый оборотень, что положил в сражении у дома троих серых. Предложение его было весьма соблазнительным – окна наших покоев выходили на противоположную от входа сторону. При всем желании никто бы не увидел. Я принюхалась – кроме Харта в доме никого не было. А его уже ничем не удивить. Встав на цыпочки, я отворила шпингалет и мы с Драйем спрыгнули вниз.

Два оборотня пересекли двор и, с разбега перепрыгнув высокий забор, оказались у кромки леса. К сожалению, в нем не было столько живности, как возле поместья Драйя, тем более зимой, но варварские замашки оборотня позволяли ему преспокойно лопать ворон, в то время, когда любой из моей стаи, даже умирая от голода, побрезговали бы ими. «Моей бывшей стаи» – поправила я саму себя. Уже летом расплодится столько живности, что мы с Драйем сможем ни в чем себе не отказывать. Вот только останется ли он до лета? Если бы я только могла это решать… Я бросила взгляд на удаляющуюся спину волка. Страшно подумать, что когда-нибудь он вот так вот уйдет навсегда.

Погруженная в свои мысли я не заметила появления в лесу еще одного оборотня, серого, и подпустила его слишком близко. Мощный удар отбросил меня на заснеженное дерево. Я больно ударилась спиной и с трудом смогла сделать вдох. Мой соперник, наслаждаясь моментом, медленно кружил вокруг, ожидая, когда я смогу подняться.

– Драй…

Тишина. У меня началась паника. Прежде я с легкостью могла бы противостоять любому серому, но не теперь, когда на их стороне кровь огненных…

Я не спешила вставать. Мне нужно было собраться с силами для броска. Я была уверена, что не встречала этого серого во время боя у поместья, так что вряд ли он имеет понятия о том, что я из старшего поколения и на многое способна. Это обнадеживало.

– Соня!..

– Я сама… – успокоила я его, слыша в голосе Драйя ужас. – Он открылся.

– Я подойду поближе.

– Смотри, чтобы он не почувствовал тебя.

Серый был за моей спиной. Он все так же продолжал кружить, не подозревая, что сам этим загнал себя в ловушку. Незаметно для него, спасибо за это снегу, я приняла позу для боя. Я не припадала к земле, как остальные огненные. Я научилась атаковать с места. Серый оказался рядом со мной, и я бросилась на него.

Он успел уклониться от укуса, но я и не собиралась так убить его. Когти вошли в горло, как нож в масло. Так Диего убил Джеро Ремая. Правда, ценой собственной жизни.

Глаза серого удивленно расширились. Из его горла вырвался предсмертный всхлип, и он осел на снег. Я поспешно вытащила лапу, пока он еще не превратился в человека. Я успела вовремя. Теперь вместо волка на ледяной земле лежал молодой мальчишка, чуть старше Лиззи. Чарльз ничем не гнушается. Я в бешенстве сжала клыки.

– Соня, пошли, – Драй стоял рядом со мной уже в человеческом обличии. – Ты должна привести себя в порядок. Я займусь телом.

– Подожди, – попросила я, обратившись. – У меня осталось еще одно дело.

Моим огненным даром была частичная трансформация. Вот к ней я и прибегла. Острые когти волчицы на человеческих руках выглядели более чем странно. Я перевернула тело юноши лицом вниз и вонзила когти в его шею. Слава богу, смертельный удар не прошел насквозь. Стараясь действовать как можно аккуратнее, я вырезала кусок кожи с татуировкой.

– Ты ведь?.. – Драй бросил на меня удивленный взгляд.

– Это для Лорейн, – пояснила я. – Теперь ты можешь заняться телом.

– Проводить тебя до дома?

– Нет, спасибо. Не думаю, что их было двое. Будь аккуратнее.

– Хорошо, – пообещал он.

Я вновь обратилась и, брезгливо взяв кусок кожи в пасть, вернулась назад в поместье.

Поместье наполнилось чужими запахами – пришли слуги. Мысленно я взмолилась, чтобы Харт сейчас не надумал подняться в покои – не хватало ему видеть меня в таком состоянии. Обратившись я вошла в ванную и отшатнулась, увидев свое отражение в зеркале – руки в крови как у мясника. Ужас. Я поспешно отвернулась и, включив кипяток, залезла в ванную. Спина дико болела. Я не помнила подобной боли с тех пор, когда Рик учил меня, в то время неопытную девчонку, всем хитростям боя оборотней. Он сделал из меня бойца.

Я протянула руку к соли для ванны, но из-за собственной неловкости больно наткнулась на раскрытые ножницы. Из пореза выступила кровь, и я машинально поднесла его к губам. Черт подери! От идеи пришедшей мне в голову, я буквально вскочила и спина отозвалась страшной болью.

Драй хотя и слабый, но полукровка. Его мать наполовину вампир. Вот почему он воскрес! Огненных сложно убить, это под силу только серым, а исцеляющая кровь сделала это невозможным. Тело Драйя взрывом разнесло на сотни частиц, и мы закопали в землю пустой гроб. Что если каким-то непостижимым образом частицы вновь стали одним целым? Впрочем, это сейчас не столь важно.

Важно то, что, значит, и я, по сути, бессмертна. Конечно, надеяться на это глупо и рискованно, но все же мы с Драйем хорошие тузы в колоде огненных. А так как наша кровь исцеляет раны… Я высыпала соль в воду и, тщательно промыв бутылочку, опустила в нее кровоточащий палец. Мы должны подготовиться. Я должна – кровь Драйя чуть слабее. Призвав себе на помощь волчьи когти, я надрезала венку и поднесла к ранке бутылочку. Вот так. Когда придет черед, я буду готова. Только так я смогу их защитить.

– Соня? – постучал в дверь оборотень. – Ты как?

– Сейчас выйду, – крикнула я в ответ. Бутылочка медленно наполнялась. Все же у оборотней есть свои плюсы и особенность физических процессов один из них. Плотно закрыв бутылочку крышкой, я прижала ладонь к порезу, останавливая кровь. Запоздало я подумала, что, учитывая сильный удар спины, мне бы стоило повременить с кровью, но дело было сделано. Пол под ногами шатался. Я с трудом надела белье и вышла.

– Соня? – Драй накинул мне на плечи халат и остановился, заметив порез на запястье. – Я полукровка. Они – моя семья, – тихо пояснила я. Драй, видно пожалев меня в таком состоянии, промолчал, но по его лицу было видно – он далеко не в восторге от моей идеи. На столе стояла чашка крепкого чая, которую принес огненный, но у меня больше не было сил. Пошатываясь, я дошла до кровати и буквально рухнула на нее. Франциско помог избавиться мне от халата, а затем бесцеремонно перевернул на живот, осматривая ушиб. У меня больше не было сил возмущаться. Засыпая, я почувствовала, как пылающего места касаются холодные руки оборотня.

Следующие дни слились в одну беспроглядную тьму. Когда я, наконец, очнулась, эта тьма была реальна – наступила ночь и за окном сияла луна.

– Соня? – прошептал Драй и присел рядом со мной на кровати. – Как ты?

– Уже лучше.

– Сколько времени?

– Два часа ночи. Уже двадцать пятое.

– Что? – не поверила я. Ужас это сколько дней я была без сознания!

– Тише, – улыбнулся он, прочтя ужас на моем лице. – Тебе надо было передохнуть.

– А гости?

– Ты не помнишь? Ты просыпалась днем, и вы пообщались несколько минут.

– Не помню, – покачала я головой. – Странно, я ощущаю себя такой отдохнувшей. Кстати… Приехали все?

– Роберт, Кеннет и Лиз. Видела бы ты нашу малышку, – по-доброму усмехнулся аристократ. – Койот сделал из нее настоящего бойца, и я боюсь, что если бы она продолжила соревнование, Диего проиграл бы.

– Что? – от удивления я даже приподнялась. – Малышка Лиззи действительно так хороша? Я на совете не заметила каких-то сильных изменений.

– Ты не охотилась с этой сумасшедшей девчонкой. Кеннет тот еще псих, но эта… – он закатил глаза, не находя нужных слов. – Я теперь понимаю, почему нас называют огненными. Если она продолжить оттачивать свои навыки, то лет через пять сможет основать свою стаю.

– Поразительно. Завтра я обязательно поохочусь с ней.

– Останешься голодной, – расхохотался Драй, откинув назад голову. В лунном свете он был головокружительно хорош. Странно, он точная копия Диего, но я больше не вижу в нем МакКрауэна. Человека во многом делают мимика, жесты, а они были совершенно разными. Внезапно он оборвал свой смех. – Ты сильно меня напугала, такого больше не должно быть, – он коснулся моей руки, и я сжала ее. – Ты больше не должна заставлять меня сходить с ума.

– Я не буду.

– Будешь, – не согласился Драй. – Ты сводишь меня с ума уже очень давно, Соня Летмен, – он приблизился к моему лицу. Глаза его горели в лунном свете. Волк. – Тебе надо отдохнуть, – внезапно отстранился он.

Черт подери, что это было?

– Огненные не такие лентяи, как мы и встают на рассвете. С трудом мне удалось уговорить их встретиться в восемь у елки в алом зале.

– Ты поставил елку? – изумилась я. Сердце в моей груди все еще трепетало, но я сумела взять себя в руки. Все верно – он жених Лорейн. «Но она же не дала ответа» – кричало все мне естество. Мы друзья. Лучшие друзья. И лучше пожертвовать своим сердцем, чем теми отношениями, что есть между нами.

– Она огромная и пушистая, как шесть Дамьена.

– Не терпится увидеть, – рассмеялась я.

– Тогда быстрее ложись спать – нам вставать через шесть часов.

– Я не усну.

– Уснешь, я с тобой. – Драй залез ко мне под одеяло и прижал к себе.

Он оказался прав – не прошло, наверное, и пяти минут, как сон вновь овладел мною.

Лорейн.

– Дамьен! – мой вопль разнесся по пустому поместью. Кеннет и Элизабет еще утром ушли к Драйя и Летмен и мы остались вдвоем, не считая слуг.

– Что случилось? – ворвался в комнату альфа. Кажется, я немного переборщила.

– Смотри, – я опустилась на колени и обратилась.

Пума не волк – я делала ужасную ошибку, пытаясь обратиться в прыжке, лишь случайность помогла мне это осознать. Сегодня мне удалось подчинить ее. Я больше не действовала, как в отношениях с волчицей – мы с кошкой строили новые. Боли больше не было, лишь небольшое переживание, что она вновь начнет сопротивляться. Но пума была умницей.

Она принюхалась к Дамьену и, почувствовав волчий запах, сконцентрировала свое внимание целиком на нем. Я тихо начала шептать слова ободрения. Она прислушалась. Дамьен, словно понимая, что сейчас происходит, медленно, без лишних движений, присел на корточки. Кошка замерла.

Тише, девочка, все хорошо. Дэм вытянул руку и уверено коснулся головы пумы. Ей это понравилось. Незнакомец, источающий волчий аромат, не пытался ей навредить, а его смелость не позволяла атаковать его. Пума позволила себя погладить. Ей нравились его прикосновения.

Порыв холодного воздуха ворвался в комнату. Кошка моментально потеряла интерес к новому знакомому. Она бросилась к окну и прыгнула вниз. Незнакомец что-то кричал про третий этаж, но я не слышала. Я была кошкой и могла делать все что угодно. Никто не мог меня остановить. Я обрела тело.

Франциско.

Кретин! Я безбожно ругал себя за минутную слабость. Зачем я вообще это начал? Не удивлюсь, если завтра мне укажут на дверь. Молодец, Драй, одной девушке сделал предложение, чуть ли ни повторил это с другой. Браво! Просто умничка! И нет, чтобы закончить, раз начал, ты, как последний придурок, ретировался. Отец бы от стыда умер, а Дамьен от смеха.

Странная мысль о Дамьене отрезвила меня. Несмотря на приглашение, они с Лорейн не пришли, и я не знал, что думать – ей так плохо, что она не в силах придти, или все дело в Соне? Они с самого начала смотрят друг на друга с неприязнью, а сейчас обстановка окончательно накалилась. Волчица тяжело вздохнула и придвинулась поближе ко мне. Черт, Соня, что же ты со мной делаешь?

– Эй, просыпайся, – я коснулся кончиками пальцев щеки Сони, в который раз поражаясь, насколько же у нее нежная кожа.

– Драй… – заворчала она, переворачиваясь на другой бок. – Дай поспать.

– Сегодня рождество.

– Мммм?..

– В зале стоит елка, под ней подарки, а вокруг злые оборотни.

– Что? – рассмеялась девушка, моментально просыпаясь.

– Пока мы не спустимся, никто не посмеет открыть свой подарок, так что давай не будем их злить.

– Хорошо, – она зевнула и медленно села. Пробуждения никогда не были ее сильной стороной. С трудом поднявшись на ноги, Соня сняла с вешалки халат и запахнулась в него. Сейчас она была столь трогательна и беззащитна, что я с трудом верил, что передо мной дикая волчица, безжалостно вырезавшая кусок кожи с шеи поверженного врага. – Идешь? – она немного стеснительно улыбнулась. Все-таки вчерашний разговор задел ее душу. Ничего, мы с этим справимся. Сейчас еще слишком рано говорить о будущем. Но я не оставлю ее.

– Конечно, я уже полчаса назад оделся. Соня…

– Да? – с надеждой она повернулась ко мне.

– Я с тобой.

Взявшись за руки, мы спустились вниз, где к этому времени действительно собрались оборотни.

– Доброе утро, – жизнерадостно поздоровался Койот, завернутый в халат по самые уши. Откуда у него столько радости берется?

– Здравствуйте, – Лиззи, как всегда, была смущена. Роберт молча кивнул мне и обнял Соню.

– А где остальные? – удивилась девушка.

– Охотятся, односложно ответил Роберт.

– Понятно, совсем потеряли ум из-за места альфы.

– Драй… – мягко отдернула меня волчица. – Не сегодня.

– Прости.

– Давайте уже подарки открывать, – нетерпеливо вмешался Кеннет. Честное слово, как ребенок.

– Конечно, – улыбнулась Соня. – Лезь под елку.

И началось. Шелест бумаги, восторги, объятия. Словно простые люди, и это, черт подери, прекрасно. От Роберта мне досталась бутылка бренди столетней выдержки, от Кеннета и Лиззи запонки. С особым интересом я раскрыл подарок Сони и рассмеялся.

– Илиада?

– Пособие для юных Ахиллесов, – с самой невинной улыбкой пояснила девушка. Запомнила наш старый разговор. – А ты мне что подарил?

– Открывай и увидишь, – усмехнулся я ее нетерпеливости. Впрочем, мне и самому не терпелось увидеть ее реакцию на подарок. Я долго его искал. «Сердце вампира» – один из самых дорогих ювелирных наборов. В прошлых столетиях юноши из богатых династий дарили украшения из него своим избранницам. Это было символично. «Сердце вампира», ожерелье, – это крупный рубин, заключенный в платину, словно в клетку. Так и сердца юношей навсегда принадлежали их избранницам. Я объездил сотню ювелирных и антикварных магазинов, чтобы найти ожерелье для Сони, и удача улыбнулась мне. Ее тонкие пальчики ловко справлялись с упаковкой. На свет появилась бархатная коробочка. Под восторженный писк малышки Лиззи Соня открыла ее.

Внезапно ее лицо побелело. Хриплый звук вырвался из горла волчицы, и она, словно в испуге, отступила назад.

– Соня? – я и сам был испуган. Я мог представить себе любую реакцию, но только не такую. Трясущимися руками Соня поставила коробку на стол. – Соня…

– Драй, – одернул меня Роберт и покачал головой. Да что здесь вообще происходит? – Соня, иди выйди на улицу. Тебе надо подышать, – мягко попросил оборотень.

– Думаешь? – шепотом спросила она. В глазах девушки был ужас. Мне не доводилось видеть ее в таком состоянии.

– Иди, – кивнул Роб. – Кеннет, Лиззи, составьте ей компанию.

– Хорошо, Флат, – кивнул Койот, и, взяв Соню за руку, направился к входной двери.

– Роберт, – повернулся я к оборотню, – что происходит?

– «Сердце вампира».

– Да, а что?

– Все дело в Диего.

Знакомое имя сбило меня с ног. Как я не догадался.

– Он тоже ей подарил?

– Да, – подтвердил мою догадку мужчина. – И тоже на рождество. Прежде они скрывали свои отношения, а в рождество он решил объявить всем. С того дня и начались события, приведшие к его смерти. Ты сильно напугал ее, Франциско. Я знаю Соню долгие годы, и вряд ли есть на свете что-то еще, что может дезориентировать ее сильнее.

– А что стало с «сердцем вампира».

– Оно осталось с Диего. Навсегда.

Прекрасно, значит, ее первый муж похоронен с такой же цепью на шее. Молодец, Драй, сумел выбрать подарок.

Перебив Роберта на полуслове, я выскочил из зала. Мне надо было найти Соню.

Я вышел на морозный воздух и вдохнул поглубже, надеясь успокоиться и подумать. Но мне это не удалось. В тишине декабрьского утра я услышал плач Сони, доносившийся с заднего двора. Здорово! Просто замечательно! Она у него на могиле. Опять! И я сам загнал ее на кладбище. Наплевав на все, я бросился к ней, но моим глазам открылось не та картина, которую я ожидал увидеть.

Лорейн сидела на снегу, и, плача от боли, пыталась перевязать рану на собственной руке. Снова эта проклятая пума мучает ее. Я вышел из тени, которую отбрасывало поместье, и подошел к своей бывшей невесте.

– Давай помогу, – я опустился на снег рядом с ней.

– Я сама справлюсь, Франциско, – она больше не называла меня Франко и не смотрела мне в глаза.

– Лорейн, не глупи, – я попытался отобрать у нее бинт, которым она все еще пыталась остановить кровь. Я заметил, что ее запах изменился. Теперь, даже в человеческом теле, она пахла как кошка. Эл подняла на меня полный горечи взгляд.

– Драй, отойди. Я больше не нуждаюсь ни в твоей заботе, ни в жалости. И никогда больше не буду в них нуждаться, – эти слова были похожи на пощечину. Я никогда не думал, что услышу что-то подобное от этого человека. – Уходи, Драй.

Лорейн.

– Эл, нам нужно поговорить, – Драй, все-таки, отобрал у меня бинт, который накануне я бросила в карман, зная, что пума непредсказуема. Я закусила губу, пока он перевязывал мою руку. Всю ночь я провела в лесу, не в силах взять под контроль сознание кошки. Хуже всего, что она смогла захватить мое, и, даже обернувшись, я продолжала бежать на четырех конечностях, разодрав руки.

– Нам не о чем с тобой разговаривать, – я встала, собираясь оставить Драйя наедине с самим собой. Хотя общество Сони ему наверняка нравилось больше. К черту, теперь это не важно.

– Лорейн, стой! – он попытался меня остановить, схватив за здоровое запястье. – Тебе нельзя продолжать борьбу за место альфы. Она же угробит тебя!

– А тебе какое дело? – я злобно уставилась на него. Меня жутко злило лицемерие этого человека. Я прекрасно знала, что ему наплевать на меня. А еще то, что они с Соней спят вместе. Это злило меня еще больше.

– Мы же не чужие люди… – он продолжал крепко сжимать мое запястье.

– Чужие, – бросила я и попыталась вырваться из захвата, но, будучи в таком плачевном состоянии, ничего не смогла сделать. Он оказался сильнее меня.

– Лорейн, я… – он хотел продолжить уговоры, но нут я не выдержала. Все, что накопилось во мне за все эти месяцы, вырвалось наружу.

– Что ты?! Больше никогда меня не бросишь? Или сделаешь меня счастливой? – я подошла так близко к нему, что чувствовала его дыхание собственной кожей. Мне хотелось все высказать ему в лицо. – Не надо, Драй! Я больше не верю ни тебе, ни твоим словам. Отпусти меня, я хочу уйти. Я должна уйти. Я буду только с теми, кому я нужна.

– Ты не выстоишь даже против новообращенного серого, – в его голосе зазвенела сталь. Похоже, что мои слова задели его. Вернее его собственные слова, которые звучали из моих уст издевкой. Гнев волной поднимался из глубин моего сознания.

– Я сама во всем разберусь, Драй! Не лезь в мою жизнь, тебе в ней больше нет места, – я выплюнула эти слова ему в лицо, а он по-прежнему продолжал сжимать мое запястье. – Я тебя ненавижу! Иди к своей драгоценной Соне, и оставь меня в покое! Я не выйду за тебя! Никогда!

Ненависть тяжелым покрывалом опустилась на мои плечи, и я перестала себя контролировать. Наконец-то, мне удалось освободить свою руку, и через мгновение на снегу уже стояла черная пума. У меня больше не было сил оставаться в своем человеческом теле.

Как гром среди ясного неба меня поразило то, что я ясно увидела, почему пума так изводила меня. Я ошибалась с самого начала. Она ненавидела не меня. Целью ее ненависти был Франциско. Моя любовь к нему доводила ее до бешенства. А я до сих пор видела своего волка в том, кого на дух не переносила она. Моя вторая сущность была, своего рода, моей темной стороной. Поэтому она так противилась мне и моему контролю. Но теперь наши мнения сошлись.

– Беги, Драй. Беги, и не оборачивайся, – мой голос звучал не так, как прежде. Что-то зловещее сквозило в каждом моем слове. – Я не могу контролировать ее.

– Драйи не сдаются, – сказал серебристый волк и сделал шаг мне на встречу.

– Тогда ты пожалеешь о том, что вернулся с того света! – я черной тенью бросилась на того, кто еще несколько месяцев назад был для меня важнее собственной жизни. А теперь я просто хотела уничтожить его. Поразительно, но я больше не чувствовала боли, сжигающей мои мышцы. Осталась лишь напряжение и боязнь потерять контроль над телом. Пума постоянно пыталась отодвинуть меня на второй план. Боже, не покинь свою грешную дочь. Не дай мне убить его сейчас, отведи свой гнев от нас.

– Что тут происходит? – ледяной голос хозяйки поместья отвлек пуму, и я смогла одержать над ней верх.

– Соня… – Драй подошел к девушке, но она, словно не видя его, отстранилась. Взгляд ее был устремлен куда-то в чащу леса. Я повернулась и увидела двоих незнакомых мне прежде оборотней. Темные волки медленно, будто опасаясь, подошли к нам и обратились. Это был крепкий, привлекательный брюнет, с немного резковатыми чертами и высокая, потрясающей красоты блондинка. На ее фоне даже Соня казалась серой мышкой. Но не это потрясло меня в девушке – она была беременна, и даже плотный ватник не мог скрыть округлившегося живота.

– Брюс? Даниэль? – Соня с широко распахнутыми от удивления глазами шагнула к вновь прибывшим.

– Соня Летмен, – учтиво кивнул мужчина. Он не улыбался. Его спутница была напугана.

– Что вы здесь делаете? прошло столько лет…

– И расстались мы далеко не друзьями, – закончил за нее Брюс. – Все изменилось. У нас общий враг. Пригласи нас в поместье и мы поговорим.

– О чем?

– Мне очень жаль… – Даниэль вышла из-за спины мужа. – Соня, прости…

– Ты ведь сейчас говоришь не о прошлом? – волчица напряглась. Краем глаза я заметила, что Драй сжал ее ладонь. Здорово – я здесь невидимка! – Брюс, что произошло?

– Позволь нам зайти в дом. Даниэль на седьмом месяце. У нас был очень долгий путь.

– Сперва скажи что произошло, – тоном, не терпящим возражения велел Драй.

– Три дня назад серые убили Диего и Брайана.