Текст книги "Судьба в руках твоих (СИ)"

Автор книги: Ена Вольховская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

– Обратитесь к ювелиру Овину. У него лавка как раз рядом с ярмарочной площадью. Не думаю, что камень остался у него, но он может помнить, кто его купил.

Лицо Йозэля вытянулось от удивления, а тело вздрогнуло. В следующий миг он низко поклонился, едва не столкнувшись с женщиной лбами.

– Благодарю вас! Вы даже не представляете, насколько неоценимую услугу оказали нам!

Женщина со слабой улыбкой склонила голову в ответ и вернулась к созерцанию струек дыма, своим видом давая понять, что юноши могут идти. Пару мгновений Йозэль потоптался на месте, будто не уверенный, что стоит оставлять ее одну, но в итоге, придерживаясь за руку Суна, двинулся на выход.

Они уже было покинули кладбище, когда Йозэль вдруг притормозил.

– День добрый, святой отец! – не поворачивая головы, поприветствовал он, оставив Суна в недоумении.

К ним действительно приближался отец Раэль, чем-то раздраженный и подавленный, но как Йозэль узнал об этом? Не Ксенон же ему помог с такой ерундой! Неужели, различил на слух?

Самого Раэля, похоже, это тоже немало удивило, ибо мужчина в ступоре застыл в шаге от них.

– Брат Зел? Что вы здесь делаете?

– Решаю некоторые вопросы, – уклончиво ответил Йозэль. – А вы, никак, благословлены оказываться в нужное время в нужном месте. Прошу вас, идите. Только, – он в миг посерьезнел, – осторожнее со словами. Она недавно успокоилась.

Сказав это, ответа он дожидаться не стал и тут же пошел вперед, простукивая дорогу перед собой посохом и утягивая следом ничего непонимающего Суна. Стоило им отойти на значительное расстояние, как загадочная маска Йозэля разбилась вдребезги. Парень заметно поник, будто только что принял очень тяжелое решение, но спрашивать Сун не стал. Сейчас нужно двигаться дальше.

По остывающим следам. Часть 3

Йозэль шел так быстро, как только мог, не желая видеть последствия своих действий. В миг, когда он предложил Раэлю посетить кладбище, он был твердо уверен, что это необходимо. Раэль должен был знать правду, а Рахна не должна была тянуть все на себе. И он по-прежнему верил в это, но остаться с ними смелости ему не хватило. Он и так сильно влез в эту застарелую драму.

Стремительно покинув храм Моры, парни вновь направились к торговым рядам, а к полудню прибыли и на ярмарочную площадь. Опасаясь, что от шума и духоты он мог вновь потерять сознание, Йозэль хотел попросить Суна обойти толпу, когда в следующий миг осознал, что его и так ведут окружной дорогой, особо не приближаясь к торговым лавкам. Йозэль невольно улыбнулся. Даже если Сун всего лишь хотел избежать мороки для себя, все равно было приятно. Не всякий друг или знакомый утруждал себя мыслями о состоянии Йозэля, отчего подобная забота со стороны Суна действительно впечатляла.

Через несколько минут Сун остановился и с сомнением уточнил имя ювелира, лишь затем войдя внутрь. Слушая звук несмазанных петель, Йозэль понял, что смутило его компаньона. Здесь пахло пылью и трухлявой древесиной, а доски под ногами подозрительно скрипели и немного прогибались, будто подгадывая момент, чтобы отправить гостей в глубины подвала. Если бы не покашливание откуда-то спереди и не визг надфиля по металлу, эта лавка казалась бы совсем заброшенной. Место, совершенно не подходившее оживленному центру столицы.

Причина столь печального состояния лавки быстро стала известна, и оказался ею искомый драгоценный камень. Выкупив «звездную слезу» за огромные деньги, ювелир так и не смог ее продать. Огромный алмаз никак не поддавался огранке, а без нее казался блеклым и неприглядным и не слишком-то интересовал состоятельных покупателей.

Йозэль задумался, припоминая, как выглядела «слеза» в его видении. Отполированная сверкающая при свете магических фонарей капля совершенно не вязалась в голове парня с «блеклым и неприглядным» куском минерала.

«А чего ты ожидал? Из камня тысячи лет тянули жизненную энергию. Само собой, он не становился краше! Темнел, мутнел, трескался. Я удивлен, что той женщине вообще удалось его так дорого продать! Конечно, со временем «слеза» без внешнего контроля заберет себе недостающую жизненную силу и вновь засияет, но сейчас… Камень не самого высокого ювелирного качества!» – снисходительно пояснил Ксенон.

«В смысле «заберет»?!» – кошмарная догадка прокралась в голову Йозэля.

Овин, ювелир, в это время заканчивал свой рассказ. Когда он бился над обработкой камня, он ни с того ни с сего слег. Он больше не мог заниматься своим ремеслом, не мог обучать подмастерьев. В итоге ювелир влез в долги, а камень отправился к ростовщику в качестве залога да там и остался. Подробно расспросив ювелира о ростовщике, парни покинули лавку и направились вдоль улицы.

«Теперь понял?»

«Ты сказал, что «слеза» отдает жизненные силы владельцу!» – возмутился Йозэль, припоминая разговор в видении.

«Да, а еще я сказал, что она всегда стремится вернуться в свое изначальное состояние. Такое было бы неплохо записывать, конечно…»

Йозэль на пару мгновений стиснул зубы, не в силах удержать на лице умиротворенное выражение, и эта перемена настроения не осталась незамеченной, хотя Сун и трактовал ее по-своему:

– Вы же не рассчитывали, что камень будет ждать вас на одном месте целых десять лет? Вам стоило бы радоваться, что эти люди все еще помнят о нем и след пока не обрывается.

Йозэль притормозил.

– Да при чем здесь это?! Ты меня совсем за дурака держишь?

– Тогда чем вы недовольны?

Йозэль притянул Суна ближе к себе и злобно прошептал ему в ухо:

– Ты знал, что камень с посоха может вытягивать из людей жизнь?!

– Что? – Сун искренне удивился и в ужасе отшатнулся, хотя и не выпустил руку Йозэля. – Нет… Я раньше вообще не думал, что у этих украшений есть какая-то значимость… С чего вы это взяли?!

– Говори тише! – Йозэль попытался ткнуть его в бок, но промахнулся. – Откуда знаю… Да так, одно божество напело пару минут назад! Он у вас вообще любит выдавать знания маленькими порциями в самый неподходящий момент и только тогда, когда уже поздно что-то делать, – Йозэль вздохнул. – Эта вещь буквально убивает, Сун! Она уже убила человека! Маленькую девочку! И это только то, о чем я знаю! А через сколько рук прошла эта вещь? Скольких довела до больницы и скольких еще доведет? Будто мне мало одной гонки со временем, – едва слышно закончил он и глубоко вдохнул. – Ладно, я успокоился. Идем к ростовщику. Чем быстрее я найду этот камень, тем лучше будет для всех!

Сун ничего не ответил. Йозэлю оставалось лишь гадать, о чем тот мог думать, но он быстро себя одернул. В конце концов, какая разница? Каким бы сердобольным ни был Сун, им предстояло вскоре разойтись, и иная встреча едва ли возникала на горизонте событий. А потому, пока Сун любезно водил Йозэля за ручку, его мысли и мнения не имели значения. Сун был всего лишь инструментом.

До ростовщика добирались только ближе к вечеру. Людям, занимавшимся подобной деятельностью, просто-напросто запрещалось открывать свои лавки в торговых рядах, дабы те не занимали драгоценные места и не смущали горожан. Ростовщичество издавна считалось не самым чистым делом, загонявшим честной народ в кабалу. Даже сейчас, когда появились ссудные дома, принадлежавшие непосредственно городам, доверие к таким людям не выросло. Ссуда считалась чуть ли не неподъемным ярмом на шею, за которой обращались либо дураки, либо люди в крайне бедственном положении, что тоже не лучшим образом влияло на репутацию ростовщиков. Впрочем, и «дураков», и «бедовых», видимо, хватало, ибо дело это цвело и пахло. В городах появлялись все новые ростовщики, менялы и ссудные дома, образуя небольшие кварталы. В одной только Златославе таких кварталов было целых пять. В один из них и прибыли парни.

Такие кварталы разительно отличались и от торговых рядов, и от жилых районов. И дело даже не во внешнем виде: на памяти Йозэля они не сильно выделялись, разве что открытых лавок было меньше, а громил-охранников – заметно больше.

Здесь было тихо. Никто никого не зазывал, не сбивал цену и не спорил. Никаких тебе привычных звуков человеческой жизни, ни смеха, ни разговоров, даже повозки будто ездили тише. Деньги любят счет, а счет не любит шума. По сему юноши шли под звон монет в лавках менял да ровный рокот людей, всегда чем-то недовольных.

– Как скоро мы придем? – раздраженно спросил Йозэль, давно переставший считать повороты, и тут же услышал усталый вздох сбоку.

– Мы уже на месте, – Сун потянул его в сторону, откуда слышалась приглушенная ругань. – Однако мне кажется, что этот человек будет не так уж сговорчив.

– Уверен, немного золота поможет сбавить накал страстей, – будничным тоном ответил Йозэль.

Но Сун оказался прав.

Они не пробыли в лавке ростовщика и десяти минут. Распаленный ссорой с подручной мужчина, услышав, что к нему пришли вовсе не за ссудой, даже слушать их не стал, а предложенное золото лишь сильнее разозлило его. Связываться с головотяпами ростовщика Йозэль не рискнул бы даже зрячим, а потому в своем нынешнем положении предпочел немедленно ретироваться на улицу.

Парень тяжело вздохнул и подергал Суна за рукав, прося его уйти подальше. Они явно выбрали не слишком удачное время, чтобы заявиться сюда, и теперь было неясно: а появится ли такое время? Йозэль нынче был дюже колоритным персонажем и вопросы задавал нетривиальные. Вряд ли бы ростовщик забыл его в скором времени…

Уже стоя чуть в стороне, за углом одного из зданий, парни остановились. След обрывался, и не было ни одной идеи, как продолжить поиск. Ксенон лишь в очередной раз отмахнулся, сообщив, что его библиотека – это сокровищница сакральных знаний, а не сборник слухов и ерунды, что потеряет ценность через пару дней. Йозэль в сердцах выругался и едва удержался от того, чтобы швырнуть посох на землю, после чего осторожно сел на корточки, уткнувшись лбом в древко. Неужели, все их боги на самом деле такие бесполезные?

Йозэль молча сидел и постукивал ногтями по посоху, мысленно перебирая всевозможные варианты. Можно было попробовать обратиться в гильдию воров, обычно они весьма скрупулезно собирали информацию о передвижениях разных ценностей. Однако тут возникал целый ряд «но». Во-первых, камень не был известной ценностью. За десять лет история об алмазе размером с кулак точно достигла бы Йозэля, но он ранее о таком не слышал. Никто не выставлял его на торгах, знать, если камень перекочевал к ним, не устраивала показов. Никаких слухов. В гильдии могли о камне просто не знать.

Второй проблемой была цена. Хорошие наводки хорошо стоили. Хотя Йозэль, к собственному удивлению, не успел потратить и четверти заработанных той роковой ночью денег, оставшихся все равно будет мало. Покупка наводки, скорее всего, оставила бы Йоза с голой задницей, а жить на что-то надо. Просить милостыню пока не входило в его планы.

Однако самой большой и нерешаемой была третья проблема: Йозэля в гильдии, мягко говоря, недолюбливали. Гильдия в целом скептически относилась к «вольным ворам», но Йозэль в те безбашенные семнадцать заслужил к себе поистине особое отношение. Смазливая мордашка, сладкие речи и, главное, ловкость маленького циркача раз за разом заставляли состоятельных клиентов обращаться к нему, а не в гильдию. Ну и брал за свои услуги Йозэль заметно меньше. В итоге это породило совершенно абсурдную конкуренцию между ним и отдельными «звездочками» гильдии.

Йозэль тяжко вздохнул. У него вновь промелькнула идея обратиться к своим бывшим патронам, но она все также разбивалась о неизвестность камня и еще ряд причин, о которых парень совсем не хотел вспоминать. Единственными людьми, у которых могла быть хоть какая-то информация, оставались ростовщик и его помощница.

Помощница…

А это идея!

– Сун, ты еще здесь? – не слишком громко спросил Йозэль, дабы не привлекать лишнего внимания.

– Да, – прозвучал сбоку голос Сун, после чего его рука коснулась локтя Йозэля, помогая тому встать.

Шипя от боли в затекших ногах, Йозэль тут же принялся отдавать команды:

– Мне нужно, чтобы ты вернулся на площадь. Уже довольно поздно… Дождись, когда помощница нашего сварливого друга пойдет домой, и проследи за ней, – он задумчиво постучал пальцами по древку посоха. – У нее должен быть доступ к конторским книгам. Возможно, девица окажется посговорчивее, тогда этот доступ появится и у нас. Вопросы?

Сун несколько секунд молчал, обдумывая услышанное, после чего «угукнул».

– Просто узнай, где она живет и возвращайся. Я подожду здесь.

В следующий миг тяжесть чужой руки исчезла и раздались удаляющиеся шаги. Йозэль в очередной раз удивился исполнительности своего провожатого и оперся спиной на стену – уйти он не мог, а ожидание грозилось затянуться. И почему Сун столь охотно выполнял его просьбы?

Было ли дело в его, Йозэля, «мессийстве» или же нечто иное двигало этим парнем?

Возможно, Нэна настояла… Да не-ет! Эта женщина скорее сама бы пришла, а не посылала бы новенького помощника. Все же речь о, своего рода, «делах семейных»!

Неужто, та маленькая истерика произвела на него столь яркое впечатление?

«У некоторых людей, в отличие от тебя, есть сердце», – раздался ехидный голос в голове, но Йозэль от него только раздраженно отмахнулся.

Да кто этот Ксенон вообще такой, чтобы судить его?! Подумаешь, бог знаний! Йозэль с самого начала сомневался в его компетенции, ведь частенько Ксенон не мог ответить на простейшие вопросы. И пусть он отговаривался хранением более фундаментальных знаний, все равно его авторитет как божества в глазах Йозэля был изрядно пошатан.

Услышав о себе столь нелестное мнение, Ксенон тут же обиженно замолчал, сокрывшись где-то на задворках сознания, чем Йозэль с радостью воспользовался. В ожидании Суна он прикрыл глаза под летной и позволил себе погрузиться в легкую полудрему без лишних мыслей.

Ожидание, впрочем, продлилось недолго. Кирпичная кладка еще даже казалась удобной к тому моменту, когда из-за угла раздались торопливые шаги и тихий голос Суна позвал Йозэля за собой.

Как и сказал Сун, подручная ростовщика жила совсем недалеко, в каких-то считанных минутах пути через подворотни. Что удивило Йозэля, возле дома этой женщины стояла все та же относительная тишина, то есть они с Суном не вышли на какую-либо из улиц спальных районов. Дом будто отстроили в каком-то закутке между дворами, и это сильно настораживало. Зачем честной горожанке прятаться от чужих глаз? Возможно, конечно, она просто не любила шума, а может, домик стоит здесь десятки лет и перешел ей по наследству, но почему-то Йозэлю в сие слабо верилось.

Они поднялись на крыльцо, и Сун настойчиво постучал в дверь, но никто не спешил ему отвечать ни после второго, ни после третьего стука.

– Странно, – проворчал он, будто слегка занервничав. – Я точно знаю, что она уже вернулась домой.

– Не могу ее винить, – пожал плечами Йозэль. – Я б тоже сделал вид, что меня нет, если б никого не ждал. Мало ли кто там пришел! Незваные родственники? Вежливые грабители? Миссионеры очередного бога?! Последнее, кстати, нам очень подходит… А ты стучи-стучи! Рано или поздно ей надоест это слушать.

В эту секунду дверь резко распахнулась. Очевидно, женщина стояла прямо за ней и слышала каждое слово, что ее явно не вдохновляло.

– Да что вам двоим от меня нужно?! – рявкнула женщина и тут же осеклась, будто увидела нечто неожиданное. – Йозэль? – неуверенно спросила она.

Йозэль тут же внутренне сжался. До своей нынешней ситуации он довольно долго не появлялся в столице, предпочитая промышлять в городах поменьше, и надеялся, что его прекрасный лик порядком стерся из памяти местных. По крайней мере, последние месяцы его никто не узнавал.

– Поверить не могу! – в голосе женщины послышался восторг. Она взяла его за руку и потянула за собой. – Тебя в этом балахоне и не узнать даже!

Парень немного нервно прошел за ней в дом. Сколько бы он не прислушивался, никак не мог понять, кому же из его знакомых принадлежал этот голос. Успокаивало лишь, что он в этом доме не один. Сун также проследовал внутрь, хотя Йозэль и сомневался, что компаньон как-то за него вступится в случае чего. А женщина тем временем продолжала говорить:

– Боги, ты так изменился за эти годы! Два года прошло уже? Или три… Да не суть! Так рада тебя видеть! – она хлопнула его по плечу.

Да кто эта женщина?! С чего она так мила с ним и откуда его знает?!

Паника понемногу охватывала Йозэля. Ситуация отдавала абсурдом, а чутье кричало, что пора бежать. Но женщина его чутья не слышала и, закрыв за собой двери, сказала:

– Садитесь, я чаю вам налью, – после чего ушла на кухню.

Сун наклонился к уху Йозэля и тихонько спросил:

– Вы знакомы?

– Видимо, – неуверенно ответил Йозэль и опустился на скамью, жалобно скрипнувшую под его весом – то ли мебель в доме была старовата, то ли парень как-то умудрился отъесться в храме.

Пока хозяйка дома наливала чай, Йозэль лихорадочно перебирал всех своих столичных знакомых, которых оказалось на удивление много. Но вот незадача: ростовщиков и иже с ними в этом списке точно не было. Обычно такие люди, а точнее – их туго набитые кошельки, становились целью Йозэля, но никак не друзьями-знакомыми, которые были бы рады его видеть.

Вновь раздались шаги. Довольно странные, надо сказать. Мягкая поступь, совсем несвойственная обычным горожанам, если бы не скрипящие доски, Йозэль бы этих шагов и не услышал. Сун тут же подскочил с места, спеша помочь хозяйке дома донести чашки до стола.

– И с каких это пор ты стал подбирать таких учтивых помощников? – тепло отозвалась женщина.

Подбирать помощников? Похоже, эта женщина далеко не всегда была подручной ростовщика. Неужели, она знала его именно в качестве вора? Это многое бы объяснило. Сейчас она, по всей видимости, была уверена, что встретила старого знакомого, так что беседа о прошедших летах казалась вполне уместной. Йозэль осторожно взял в руки чашку с горячим напитком.

– Можно сказать, что нас свела сама судьба, – приторно улыбнулся он, чувствуя, как севший рядом Сун вздрогнул. – Но что мы все обо мне да обо мне! Как у тебя дела? Что нового?

Женщина тяжко вздохнула. Не хотела говорить? О, не-ет! Это был совсем не тот тяжкий вздох человека, пережившего нечто ужасное. Наоборот! Этот вздох был подготовкой. Вздох человека, который жаждал говорить, жаловаться на несправедливость этого мира и лить свои обиды в свеженайденные «свободные уши».

– Не поверишь! – фыркнула женщина. – Как ты из Златославы уехал в последний раз, все вверх дном перевернулось, – она громко хлюпнула чаем и поставила чашку на стол. – Гильдейские с тех пор лютуют. Задавили со всех сторон – не продохнуть!

– Вот как? – склонил голову Йозэль. – Мне казалось, они должны были быть счастливы моему отъезду, коли я им так мешал.

Парень старался осторожно подбирать слова, еще не совсем уверенный в своей собеседнице.

– Как бы не так! – усмехнулась она. – Твой успех… сильно подорвал саму концепцию гильдии. Многие решили, что им не нужна группа за их спиной, с которой нужно еще и добычей делиться, и стали расходиться на вольные хлеба. Гильдмастер из-за этого до сих пор на тебя зуб точит! Честно говоря, я удивлена, что ты вообще решил вернуться в столицу. Я-то думала, ты из-за гильдейских облав и уехал.

Йозэль удивленно вскинул брови, отчего лента на глазах также дернулась, напоминая о себе. Женщина хихикнула.

– Боги! Да сними ты эту тряпку, кого ты здесь хочешь дурить?

– Не стоит, – покачал головой Йозэль. – Я с ней порядком свыкся. Так что там с гильдией?

Йозэль продолжал мысленно перебирать имена, накладывая их остаточный образ на голос, который слышал сейчас, но ничего не сходилось. Стало совершенно ясно, что это не какая-то горожанка, на которую он мог случайно произвести хорошее впечатление. О нет! Это совершенно точно была такая же «вольная воровка», как и он сам. По всей видимости, им довелось вместе работать. Однако кто именно сидела пред ним сейчас, понять он не мог. Впрочем, это не мешало ему строить из себя само дружелюбие, а заинтересованность даже не пришлось изображать. Если эта женщина считает его, как минимум, добрым знакомым, почему бы не воспользоваться этим?

– Что с гильдией? Стали закручивать гайки, да потуже. К ним же почему вообще шли? – она выдержала небольшую паузу, в которую Сун умудрился вставить свое тихое «почему». – Да потому что у них были связи со стражей, свои люди на постах, которые могли на что-то закрыть глаза или выпустить из тюрьмы кого нужно, или, наоборот, прищучить неугодного. Но народ решил, что раз у тебя получилось эту систему обойти, то и у них получится. Только вот не получилось нихрена! – чуть не сплюнула она. – Если раньше «вольных» в столице было немного и на нас не обращали особого внимания, то после такого оттока из гильдии их верхушка взбеленилась и начала всех давить. Сдавали страже точки сходок и места передачи заказов, все наводки, по которым мы могли действовать. Они сдавали все и всех до тех пор, пока каждый «вольник» или не вернулся в гильдию пополнять их казну, или не залез под камень сидеть тише воды ниже травы! Поговаривают, они и наместника умудрились подкупить, но это только слухи, – почти прошептала она, будто их могли подслушивать. – В общем, не знаю, что ты хочешь провернуть здесь, но помни, что «вольных» здесь теперь давят, как жуков, а ты в глазах Гильдмастера – самый мерзкий жук и корень всех бед. Даже не представляю, сколько золота должно быть на кону при таких рисках!

– Печальный опыт? – криво намекнул Йозэль.

Парень примерно догадывался, что могло произойти, и, по правде говоря, его это не слишком интересовало. Он никогда не имел дел с гильдией воров, лишь краем глаза наблюдая за ней, а сейчас все это и вовсе его не касалось. Но разговор требовал продолжения. Эдакая милая беседа двух коллег. Это было любопытно, но что важнее, это расслабляло и настраивало собеседницу на нужный лад. К тому же, Йозэль потихоньку начинал припоминать эту женщину, что все же добавляло красок ее повествованию.

Только прибыв в столицу Йозэль несколько раз сталкивался с ней, принимая заказы от патронов. Именно она в свое время показала ему тайные тропки города. Кажется, ее имя Айла. На памяти Йозэля она была ненамного старше его самого, года на три-четыре, а потому ее нынешний голос изрядно сбивал столку. Этот голос принадлежал скорее женщине лет сорока или старше, он уже был не так высок, и в нем проскальзывала хрипотца. Совсем не вязался с образом бойкой девушки, оставшимся в его голове.

Айла промолчала в ответ на его замечание. Возможно, сочла его не слишком уместным. Спустя пару мгновений она поднялась из-за стола и, что-то пробормотав про чай, ушла на кухню. Сун тихонько укорил Йозэля за бестактность, но он уже не слушал, все глубже погружаясь в воспоминания.

Айла. Йозэль знал о ней лишь то, что проскальзывало в пространных разговорах, болтовне между делом. Он помнил, как удивился, что кто-то вроде этой девушки вообще оказался втянут в криминал, но на деле история была до смешного проста: приличная девочка, связавшаяся с дурной компанией. Сама она была родом с севера и в столицу приехала ради образования, надеясь однажды проскочить в чиновничьи ряды. Все шло гладко, пока заигравшиеся друзья не подговорили девчонку на мелкую кражу, ставшую лишь первой в череде последующих преступлений. Та «проказа» прошла без последствий, и в приличной девочке что-то перемкнуло, и Йозэль прекрасно знал, что. Легкие деньги и безнаказанность – едва ли он мог придумать нечто, опьянявшее сильнее, чем они!

Из училища Айла вылетела, что иронично, не за кражи, а за какую-то ерунду. Домой возвращаться побоялась и в итоге влилась в среду вольных воров.

Йозэлю нечасто доводилось работать с кем-либо в паре, но Айла умудрилась засветиться с ним в дуэте несколько раз к ряду. В памяти отпечаталась яркая внешность миниатюрной бледной брюнетки, но не красота делала ее хорошей напарницей. Девушка была не особо ловка, но отличалась поистине феноменальной памятью и незаурядным умом. Именно она в их паре добывала информацию и координировала все действия. Осознавать ее нынешнее положение было действительно печально, но неудивительно. Ступая на скользкую дорожку, только дурак не понимал, что рано или поздно он с нее сорвется. Самые просчитанные планы проваливаются, самые ловкие и красноречивые попадаются. Немногим удается вовремя остановиться, и Йозэль прочувствовал это на собственной шкуре.

Айла вернулась с кухни через несколько минут, позвякивая чашками. Сун уже дернулся с места, но Йозэль выставил перед ним руку, призывая сидеть на месте. Женщине не требовалась помощь, она намеренно оттягивала разговор.

– Не хочешь говорить – не говори, – пожал плечами Йозэль. – Я как-то не подумал, что эта тема для тебя столь болезненна.

– Да все нормально! – усмехнулась Айла. – Хотя тема действительно не из приятных, – говорила она, параллельно ставя чашки на стол. – Года полтора назад это было. Хватило мозгов пойти на дело с человеком, якобы ушедшим из гильдии. Скажешь – глупость. И я соглашусь. Но тогда это казалось неплохой мыслью, тем более, что он уже бывал с моими друзьями. В итоге он все заранее выложил гильдейским: кто, где и во сколько будет; а в решающий момент просто скрылся. Стража подоспела, будто за воротами все это время стояла. А дальше год тюрьмы… – она глубоко вдохнула, собираясь с мыслями. – Повезло еще, что судили только за эту неудавшуюся кражу, так точно за решеткой и загнулась бы, – нервно усмехнулась она. – Мероприятие сомнительное, тебе не понравится. Я вот после него решила залечь на дно. Даже не так: сама судьба подняла меня за шкирку и бросила в колею закона.

– А я-то все гадал, каким макаром тебя занесло к ростовщику, – как бы невзначай произнес Йозэль, пытаясь приблизить женщину к нужному разговору. История Айлы, конечно, интересна, но время шло, а информации о камне по-прежнему было недостаточно.

– Ага. Гениальный делец! – насмешливо произнесла Айла. – В деньгах не смыслит ничегошеньки, но он был единственным, кто согласился взять на работу бывшую воровку. Я его контору с такого дна подняла, и ему после этого еще хватает наглости мне что-то предъявлять! – она повысила голос и резко опустила чашку на стол.

– Простите за вопрос, – вдруг заговорил Сун, – но почему он так кричал на вас? Что-то случилось?

– Пары десятков злотых не досчитался, – хмыкнула Айла. – Может, положил куда-то и забыл, может, расходы не записал какие, а может, стащил кто. Но он тут же на меня набросился. Конечно, ведь я пахала, как проклятая, на него почти год, чтобы потом украсть пару десятков золотых! Ага, да, воры же именно так и работают! Хотела бы украсть, забрала бы все до гнутого медяка, и ищи – не найдешь! Или тащила бы по чу-чуть, чтоб этот дурак набитый ничего не заметил, – проворчала она. Казалось, сами обвинения ее смущали гораздо меньше, чем сомнения в ее талантах.

– Не похоже, что тюрьма заставила вас хоть что-то переосмыслить, – проворчал Сун, но его слова не прошли мимо Айлы.

Чашка вновь громко ударила по столу, а Йозэль мысленно закатил глаза, чувствительно ущипнув компаньона за руку. «Вовремя промолчать», очевидно, не входило в число талантов этого парня. Это же надо додуматься! Поучать, вероятно, единственного человека, который мог бы предоставить им нужные данные!

– А должна была? – холодно спросила женщина. – Моя жизнь меня полностью устраивала. Я была вольна делать что угодно, я была роком для всех этих толстосумов, которые обкрадывали людей почище меня. А теперь, подняв лапки перед законом, я вынуждена работать на одного из них! – возмутилась она.

Йозэль почувствовал, как Сун рядом напрягся. Слова женщины явно пришлись ему не по душе, но он то ли не знал, как лучше возразить, то ли внял незамысловатому предупреждению Йозэля. Так или иначе, голос он больше не подавал, и тирада Айлы быстро сошла на нет.

– Ладно, – выдохнула женщина, – я еще долго могу разглагольствовать, но ты же пришел не за этим.

– Так заметно? – улыбнулся Йозэль.

– Хотел бы позвать на чай, сделал бы это еще в лавке, а не посылал за мной своего помощника, – насмешливо фыркнула Айла. – Тебе, дружок, не помешала бы пара уроков скрытности. Я уж думала, меня прибить собираются, решала, как отбиться и куда бежать…

Йозэль неловко кашлянул, показывая, что все понял. Конечно, он догадывался, что Сун не слишком хорош в слежке, но все же уповал на его охотничьи навыки. Однако навыки то ли отсутствовали, то ли работали лишь в природном окружении.

– Прости, мне не хотелось тебя пугать, однако ситуация вынуждает меня действовать не самыми изящными способами, – совершенно спокойно ответил Йозэль, прикладываясь к чашке с остывшим чаем. – Как ты уже сама догадалась, я пришел, чтобы попросить тебя об услуге, – парень выдержал небольшую паузу, сея интригу и позволяя неприятной мысли получше улечься в голове Айлы. – Мне нужна информация об одной вещи, которая хранилась или хранится у твоего «дельца». От того, как быстро она у меня появится, зависит то, как долго я еще буду топтать эту бренную землю, – улыбнулся он, склонив голову набок.

Конечно, ожидать от Айлы какого-то сочувствия было бы просто глупо. В криминальной среде сие чувство, в принципе, было в дефиците, а уж если оно могло выйти добродетелю боком, про него и вовсе охотно забывали. Но сочувствие Йозэлю особо и не было нужно – в момент осознания, кто перед ним сидит, парень уже понял, что разговор будет куда более приземленным.

– Не припомню в его коллекции хоть сколько-нибудь ценных вещей, – холодно отозвалась Айла.

– Несколько лет назад в качестве уплаты долга ему передали алмаз размером с кулак. Он принадлежит одной очень… влиятельной персоне, – предельно серьезно говорил Йозель, хотя сам едва сдерживался от смеха, чувствуя накатывавшие волны чужого веселья в подсознании. – Мне нужно вернуть камень владельцу, и времени у меня осталось не так уж много.

Про два года Йозэль решил не уточнять, иначе пришлось бы рассказывать и про бога знаний и про все остальное, что звучало совсем уж глупо. Все же два года на поиски звучит как довольно внушительный срок, если не учитывать, что он совпадает с оставшимся сроком жизни.

– Ну надо же! – тягуче разлился насмешливый голос Айлы. Йозэль отчетливо представлял, как она вальяжно растянулась на кресле, закинув ногу на ногу, и с чувством абсолютного превосходства смотрела на него, вынужденного играть по чужим правилам. – Отчего же нашей маленькой звездочке вдруг понадобилась помощь? Ты меня пугаешь, Йоз!

Йозэль приторно улыбнулся. Отставив посох в сторону, он подался вперед и оперся локтями на стол, деловито пристроив голову на сложенных в замок кистях. И только Сун не двинулся с места, похоже, все еще смущенный своим шпионским провалом.