Текст книги "Роллы для дракона. Его истинная слабость (СИ)"

Автор книги: Эмма Мист

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

Глава 31

– Что?! – я аж подпрыгнула на месте, будто меня оса ужалила в одно место. – Ты с ума сошла?! Не буду я никого целовать, вот ещё!

Целительница лишь пожала плечами, но в её взгляде читалось раздражение.

– Пф-ф, тоже мне проблема, – пожав плечиками, фыркнула девица. – Я же не прошу тебя это как-то похабно делать, просто в губы поцелуй, и всё. Он же вполне красивый мужчина, если не считать, что он инквизитор и охотится на таких, как мы с тобой.

– Не буду. Сама целуй, – буркнула я.

– Я, что на смертницу похожа? Не буду я к нему даже подходить лишний раз, он не мой истинный, – усмехнулась девушка. – Вдобавок я так думаю, за попытку он мне шею свернёт, а мне одного раза хватило понять, что с ним шутки плохи. Но судя по тому, как ты яростно просила его вылечить и тому, как холодно ты ведёшь себя сейчас, он тебе действительно нравится. Ты что, Оливия, реально влюбилась в лорда-инквизитора?

– Ни в кого я не влюбилась, – отчеканила я. – Я его знаю-то едва больше суток.

– Ммм, а уже так «впрягалась» за него, – лукаво прищурившись, усмехнулась девушка. – Почему?

– Ну…потому что я тут живу, – начала оправдываться я. – Да и вообще, что за допрос? Человек в беде, почему бы не помочь? Ты там про свою клятву Гиппократа не забыла? Или тут местные врачи такую клятву не приносят?

– Не приносят, каждый сам хозяин своего дара, – хмыкнула целительница. – Но ты-то можешь помочь ему: просто поцелуй, в чём проблема-то? Ты же не пятиклассница какая-нибудь, которая краснеет при виде понравившегося мальчика.

По щекам прокатилась волна жара. Да что она привязалась-то?! Не нравится мне этот Джеймс вовсе!

– Нет, обойдусь, – процедила я. – Само как-нибудь у него это драконье бешенство пройти может?

– Может, – миролюбиво кивнула Мэгги.

– Когда?

– Может, сегодня, а может, через год, как карта ляжет, – усмехнулась девушка. – А ты, кажется, любишь экстрим? Потому что вполне вероятна такая версия развития событий: он превращается в дракона прямо здесь и сейчас, загребает тебя в лапы и уносит в какую-нибудь пещеру, где ты проведёшь остаток жизни среди его сокровищ. Если тебя устраивает, то да, можешь не целовать.

– Это бред! – с обидой в голосе прошипела я. – Ты придумала это на ходу!

– Оливия, – Мэгги подняла руку и указал на мужчину, – я не шучу. Он уже на грани. Посмотри на него!

Я обернулась. Джеймс стоял у окна и смотрел на улицу. Его пальцы впились в подоконник так, что дерево трещало под натиском. Плечи напряглись, сам он как-то странно сгорбился, а мышцы на спине перекатывались, словно под кожей что-то двигалось.

– А может, просто подождём? – жалобно пробормотала я.

– Драконья сущность не признаёт человеческой логики, – объяснила Мэгги. – Для неё есть только инстинкты: своё, чужое, опасное. Ты – своё. Поэтому он тебя не тронет. Но если он полностью поддастся зверю внутри, то перестанет понимать даже тебя. И тогда… нет, вреда он тебе не причинит… с его точки зрения. А вот запереть где-нибудь для твоей же безопасности может. Сошедшие с ума драконы, слишком долго находившиеся в пограничном состоянии, так иногда делали с жёнами и детьми. Ничем хорошим это не заканчивалось.

По спине пробежал леденящий холод. Дети… Мира… А если он решит её защитить и её куда-то утащит? Может быть такое? Думаю, да.

Всё это, конечно, звучало как дешёвая сказка, но... Джеймс действительно вёл себя странно, а в этом мире и не такое происходит, как я за год успела убедиться. Магия и связанные с ней ритуалы действительно влияют на жизнь людей.

– Ладно, допустим, ты права, – нервно потирая пальцы, предположила я. – Но почему именно поцелуй? Почему не... не знаю, обнять его? Или сказать что-то важное?

– Потому что драконы – существа страсти, – Мэгги слегка поджала губы, будто бы объясняла нерадивому ребёнку прописные истины. – Им нужен якорь, что-то, что связывает их с человеческой частью. А что сильнее страсти, чем поцелуй истинной?

– Обалдеть логика, – я раздражённо закатила глаза.

– Зато она работает, – парировала целительница.

Я посмотрела на Джеймса. Теперь он стоял лицом к нам и разглядывал свои руки, будто впервые их видел. Пальцы то сжимались в кулаки, то распрямлялись, а по коже пробегали едва заметные всполохи, словно чешуйки на миг проявлялись и исчезали.

Боже, он и правда меняется?!

– Хорошо, – кивнула я и медленно сделала шаг в сторону мужчины. – Но если это не сработает, я тебя...

– Придушишь? – ухмыльнулась Мэгги. – Не удивительно, что вы пара.

Я осторожно, шаг за шагом, подошла к Джеймсу. Всё это время он, склонив голову набок, пристально смотрел на меня.

– Джеймс, – мягко спросила я. – Ты... ты меня узнаёшь?

Глава 32

– Моя, – продолжая разглядывать меня, прохрипел мужчина.

И вроде бы без агрессии, но меня уже сама ситуация пугала. Он действительно будто не узнавал меня.

– Да, твоя, – я медленно подняла руку, собираясь прикоснуться к его лицу, но передумала и взяла его за руку, побуждая его коснуться моего лица. – Но тебе нужно вернуться к человеческой ипостаси, понимаешь? Ты не зверь, ты – человек.

Мужчина наклонился к моей шее, будто принюхиваясь. Его дыхание обожгло мою кожу, вызывая странную дрожь, которую, если бы мне не было так страшно, я бы опознала как волнение. Приятное волнение.

– Моя, – повторил он, но в этот раз в его голосе прозвучало что-то вроде вопроса.

– Да, – прошептала я.

– Дитя где? – он внезапно резко повернул голову в сторону комнаты, в которой спала Мира.

– В безопасности, – предательски дрогнувшим голосом прошептала я. – Она спит, с ней всё хорошо. Джеймс, вернись, пожалуйста.

Подавив страх, я развернула его большую ладонь и приложила к своей щеке. Мужчина снова резко, по-звериному повернул голову и впился в меня жадным взглядом.

– Моя? – снова спросил он, будто никак не мог понять, правда ли это.

– Да…

Я точно не хочу, чтобы Мира видела его таким. Это пугает даже меня, не то что её, так что нужно что-то делать. Неужто и вправду мне придётся поцеловать его ТАКИМ? Всё внутри меня вопило, что это как-то неправильно, что так не должно быть, что инициатива не должна исходить от меня и тем более тогда, когда он пугает меня.

Но ради Миры на что я готова пойти? Если только это может его безопасно и быстро «вернуть» в строй, что мне делать?

И всё же, мне не хотелось делать этот шаг. Да, я переживала за него. Да, за это время он успел показать мне, что может быть надёжным и решительным, кроме того, что устраиваться идиотские приколы над…

Прежде чем я решила, что мне делать дальше, Джеймс резко сделал шаг вперёд и подхватил меня. Его руки впились в мои бёдра, подняли меня в воздух, прижали к себе так, что воздух вышибло из лёгких.

Его поцелуй был огнём – жгучим, ненасытным, жадным, звериным. Я едва успевала дышать, но отстраниться не могла – его хватка была железной. Внутри меня расцветало странное ощущение, что ВОТ ЭТО и есть правильно, так должно быть. Именно так, и никак иначе. Не я должна его целовать, он должен «узнать» меня и обозначить это.

Где-то рядом Мэгги ахнула, но её голос казался таким далёким...

Я тонула в этом страстном поцелуе… который закончился так же внезапно, как начался: Джеймс разом отпустил меня, будто очнулся от сна.

Ещё пару секунд после того, как разжал руки, Джеймс прикасался своими губами к моим. Потом отстранился, а я неловко сползла по нему вниз, едва устояв на ногах.

Джеймс моргнул. Его зрачки снова стали круглыми, человеческими.

– Оливия? – мужчина произнёс это нормальным, своим обычным голосом, хоть и слегка хриплым.

– Да, – пытаясь восстановить дыхание, с трудом прошептала я. – Это я. А это ты и я рада, что ты вернулся.

Продолжая часто моргать, он смерил меня беглым взглядом, словно проверяя, что со мной всё в порядке, перевёл взгляд на Мэгги, которая, я так полагая, стояла с открытым ртом и крайне изумлённым выражением лица.

– Что... что произошло? Кто это? – выходя вперёд и задвигая меня за спину, спросил Джеймс. – Что здесь делает заклинательница душ?

– Ах, ничего особенного, – Мэгги фыркнула. – Просто лечила одного инквизитора при смерти. А после он перекинулся в полиморфную ипостась и начал раздражаться. Чтобы вернуть тебе человеческий облик, я посоветовала Оливии, как твоей истинной – о чём она, кстати, почему-то не знала – поцеловать своего дракона. Она покочевряжилась, а потом ка-а-а-а-а-к запрыгнула на тебя, я даже такой прыти не ожидала…

– Эй, всё не так было, это он меня схватил, – попыталась возразить я, но целительница проигнорировала мой комментарий.

– Ну-ну, всем мы будем рассказывать эту версию, дорогая, – саркастично хмыкнула Мэгги. – В общем, этот инквизитор просто чуть не превратился в дракона, но поцелуй истинной любви его спас, и всё волшебным образом исправилось. В общем, обычный вторник в Марбейле.

– ...Оливия что сделала? – брови Джеймса во время экспрессивного рассказа Мэгги стремительно ползли вверх и встали «домиком».

– Ничего, ты всё сам, – закрыв лицо руками, фыркнула я. – Боже, теперь мне ещё и объяснять ему всё это...

– Ну, зато пещеры избежали, – хихикнула Мэгги.

– Какой ещё пещеры? – насторожился Джеймс.

– Пещеры, в которую ты бы утащил свою ненаглядную и, похоже, беременную истинную. Вот же коза, соврала-таки мне, что ты с ним не спала, – с напускным недовольством процедила целительница.

– Что? Ты беременна? – медленно поворачиваясь ко мне, прорычал Джеймс. – От кого?! Кто он?!

Глава 33

– Да я… не… я не беременна, с чего ты это взяла?! – запинаясь, пробормотала я и положила руку на грудь нависшего надо мной мужчины. – А ты успокойся, я не беременна.

– Тогда я что-то не поняла, а что за «дитя» искал этот дракон, пока был в беспамятстве? – удивлённо спросила Мэгги.

Я покосилась на Джеймса: мне бы не хотелось, чтобы, поддавшись очередным инстинктам дракона, он как-то навредил Мэгги, если я проболтаюсь. Но мужчина, слегка поджав губы, кивнул.

– Миру, – тихо ответила я.

– Миру? Дочь Матти?! – опешила девушка.

– Да, – подтвердила я.

– Она что, тоже здесь? – нахмурилась целительница. – А почему он её искал?

– Потому что она его «Подарок богов», – тихо ответила я и ворчливо добавила: – Слишком много какой-то непонятной магии в этом…

– Твою же мать, Оливия! – со стоном перебила меня Мэгги. – Зря меня через полгорода тащила ночью! Ну хоть бы сказала сразу!

– Что сказала? – всё ещё непонимающе спросила я.

– Ну чего ты не сказала-то мне этого! Ох, а могла бы ведь уже пару часов, как сладко спать в своей чудесной мягкой постельке, – мечтательно протянула Мэгги и, всплеснув руками, села на диван. – И не подставлять под когтистые лапы взбесившегося дракона. Но теперь мне хоть понятно, почему он разум потерял. Ох, Оливия-Оливия, сама себя перехитрила!

Целительница, сложив руки на груди, тяжело вздохнула и закатила глаза. Весь её вид говорил, что она раздражена вроде и в шутку, а вроде и нет.

– В смысле, а что я такого сделала не так? – пробормотала я.

– Я же говорил тебе, со мной всё будет хорошо, и лекарь мне не нужен, – довольным голосом произнёс Джеймс и сел рядом с Мэгги. – Хотя я всем доволен, и претензий у меня нет. Целительнице, конечно же, её работу оплачу и добавлю сверх обычного тарифа за причинённые неудобства. Сможешь оплатить себе ночь в лучшем отеле с самыми мягкими постелями, колдунья.

– Я не нуждаюсь в других постелях, мне в своей милей. Но от денег не откажусь, – парировала Мэгги. – А учитывая, что ты ей ничего не объяснил, я ещё с удовольствием понаблюдаю за развитием событий. Я бы прибила тебя, инквизитор, будь ты моим истинным за такие фокусы. Она, между прочим, подвиг ради тебя совершила! Используя смекалку и харизму, чуть не довела до инфаркта бандитов…

– Каких ещё бандитов? – удивился Джеймс.

– Гарпий, – фыркнула Мэгги и продолжила расписывать наши приключения. – Так вот, изображая из себя ходячего мертвеца, она чуть до инфаркта этих идиотов не довела. И меня, если честно.

– Странно, о каких именно гарпиях идёт речь? Я же их всех переловил, – продолжал хмуриться мужчина. – Какие-то остатки выползли, что ли?

– Ха! – поджав губы, процедила девушка. – А она говорила, ты к бойне никакого отношения не имеешь и не мог поступить так…

– Как так? – раздражённо уточнил Джеймс.

Я переводила взгляд с одного на другого и никак не могла въехать в происходящее. Почему они так спокойно общаются и в чём я была не права?!

– Перебить всю таверну, – сурово процедила Мэгги. – Уже забыл, инквизитор? Каждый день по десятку невинных казнишь?

– Таверну? Какую таверну? – нахмурился мужчина.

– Так ты и таверны пачками казнишь? – начиная выходить из себя, возмутилась целительница. – И как я могла согласиться оказать помощь такому, кхм… приятному человеку?

– Не забывай, ведьма, с кем говоришь, – стальным тоном отчеканил Джеймс. – Объясни мне всё сначала, я не понимаю, о какой таверне идёт речь.

– А ты не забыл, инквизитор, – ядовитым тоном прошипела Мэгги, – что я по вине твоей истинной на тебя и силы, и время потратила, а учитывая, что ты натворил… Да, Салазар не был мне другом, но всё же, я считаю, что это недопустимо…

Обстановка стала накаляться. Эти двое вообще как будто забыли, что в комнате есть ещё я, и говорят о своём, причём, если я правильно всё поняла – о разном.

– Так, стоп. Остановитесь оба! – хлопнув в ладоши, громко проговорила я. – Начнём сначала. Я ничего не понимаю, объясните. Почему тебе не нужен был лекарь? У тебя полживота было распорото!

– Потому что, если рядом с драконом его «Подарок богов», он ни за что не умрёт, – раздражённо ответила Мэгги. – Он практически бессмертный, потому что его долг – защищать это дитя. Этот инквизитор бы сам к утру исцелился.

– То есть, это всё было зря? – прошептала я. – Можно было не звать на помощь?..

– Я так и говорил, – хмыкнул мужчина. – И я не считаю, что это было зря. Мы с тобой перешли на новый уровень отношений, скрепив их поцелуем истинной любви. Теперь мы фактически женаты.

– ЧТО?!

Глава 34

  – Я же тебе сказал, что не надо никого звать, – снисходительным тоном начал объяснять мужчина.

И хотя его голос звучал спокойно, в уголках губ пряталась едва заметная усмешка. Он явно получал удовольствие от моего удивления и растерянности.

– Да я не об этом. Что ещё значит, что мы фактически женаты? – возмущённо перебила я его.

– Ну, смотри. Метка истинности есть? Есть, – с самоуверенной улыбкой на лице Джеймс начал загибать пальцы, но я снова перебила его.

– Нет у меня никакой метки, – растерянно помотала я головой. – Откуда такая уверенность? Может, ты ошибся?

– Есть. Я почувствовал, что появилась, – добродушно усмехнулся мужчина. – Ну и у меня она тоже появилась. Да и к тому же даже твоя подруга-целительница говорит, что ты – моя истинная, раз вернула меня из полиморфного состояния. Так что ошибки никакой нет. Странно, что ты не почувствовала этого, ну да ладно. Может, ты просто по незнанию не поняла. Но волшебным поцелуем ты мне облик человеческий вернула? Вернула. Всё, считай, женаты. У нас в сказках так, по крайней мере, происходит.

– Мы не в сказке, это раз. Ты опять мной воспользовался, это два. Ты манипулятор прокля́тый, это три. И замуж я за тебя ни за что не пойду, это четыре! – стальным тоном отчеканила я.

– Милые бранятся – только тешатся, – усмехнулась Мэгги и продолжила наблюдать за нами с неподдельным интересом. – Но в этом дракон прав, Оливия, ты – его истинная, хочешь ты того или нет.

– Ты вообще на чьей стороне?! То, не разобравшись, в беременности меня упрекаешь тайной, то… – начала возмущаться я, но грудь от возмущения спёрло…

Я осеклась и выдохнула. И внезапно мне стало стыдно. Не перед драконом, разумеется, а перед Мэгги, которая откликнулась на мой полночный зов и рисковала своей жизнью, а оказалось, что зря, получается. А я, неблагодарная, вместо «спасибо» ворчу на неё.

Что уж теперь? Сама я виновата, надо было оставить умирать этого манипулятора на диване: как выяснилось, такой живучий умник явно бы не умер. Но кто же знал? Он. Он, а не Мэгги. Нечего мне на неё срываться.

– А вообще, прости меня, пожалуйста, Мэгги, – заговорила я уже более спокойным тоном. – И спасибо тебе большое, что ты мне помогла, хоть, как выяснилось, если бы этот мерзавец понятнее объяснял, этого бы и не понадобилось, но всё же я очень тебе благодарна.

– Да ладно. Было кхм… занимательно, – с облегчением улыбнулась Мэгги. – Да и собственно, как в беде человека оставить, я же целитель. Хотя знала бы, что это дракон, подумала бы десять раз.

– А что дракон – не человек? – ухмыльнулся Джеймс.

– Ты – так точно не человек! Ты можешь, нелюдь ехидная нормально изъяснятся? – с досадой фыркнула я. – Что ты ещё скрываешь от меня? Какая ещё у меня метка появилась? Где?

– А ты нигде не почувствовала жжения при нашем контакте первом? – мягким тоном спросил мужчина.

– Каком ещё «контакте»? – рыкнула я. – Давай без этих двусмысленностей. Когда вы меня с Барри поймали на несостоявшемся воровстве?

– Нет, позже. Когда мы здесь планы обсуждали на будущее ваши с Мирой. У тебя засвербеть должно было в одно месте, – продолжил объяснять Джеймс.

От очередного «намёка» меня бросило в жар. Мужчина же расплылся в ухмылке – моё очередное замешательство его явно забавляло.

– Ой, ребята, давайте-ка, эти ваши интимные подробности не при мне обсуждайте, пожалуйста, – хихикнула девица. – Здесь есть комната, где я могу переночевать, чтобы снова ночью через город не шататься? Ну или вы куда-нибудь идите свои свербящие места проверять, а я тут на диване посплю.

От возмущения я окончательно онемела, начав беззвучно открывать и закрывать рот.

– Если пройдёшь по коридору, свернёшь направо, то вторая дверь слева будет гостевая спальня, – как ни в чём не бывало проговорил Джеймс.

Он даже не посмотрел на неё, всё ещё удерживая на мне свой пристальный – и ехидный! – взгляд. Я всё ещё не могла подобрать слова, потому что, кажется, я поняла, о чём он говорил. Когда он меня прижал к стене, я действительно почувствовала странное жжение под лопаткой. Неужто он об этом?..

– Отдыхай и с утра не уходи, пока я тебе не заплачу, целительница, – продолжил Джеймс. – И, разумеется, сделаю вид, что не понимаю, кто ты, раз уж мы зря тебя потревожили этой ночью.

– О чём ты? – насторожилась Мэгги.

У меня тоже, если честно, ёкнуло сердце. Неужто он узнал?..

– Ты тоже попаданка, – утвердительно произнёс Джеймс.

– Что за чушь, инквизитор? Это ты так благодаришь меня? решил расплатиться несуществующей тайной? – после небольшой паузы, вполне искренне нахмурилась девушка.

Откуда он узнал?! КАК?!

По спине пробежал неприятный холодок. Вот зараза, влипли так влипли. Меня-то Джеймс, наверное, уж как свою истинную не сдаст, как попаданку, а Мэгги?!

Я постаралась не измениться в лице, но на Мэгги всё же покосилась. Девушка собой владела безупречно: ни один мускул не дрогнул на её лице.

– Бесполезно отпираться, целительница, – усмехнулся Джеймс. – Ты пришла в дом инквизитора, понимаешь? Когда я вернулся в «разумное» состояние в первую очередь проверил щит на воротах. И конечно же, сразу узнал о тебе.

Мэгги замерла. У меня сердце ухнуло в пятки. Мамочки родные, это я ещё её и подставила, получается?!

– Но повторюсь, я не буду использовать это знание против тебя, – ровным тоном продолжил Джеймс. – Ты доказала, что ты достойна уважения и жизни в этом мире, раз пошла с Оливией среди ночи через полгорода спасать какого-то неизвестного тебе человека. Ты выполняешь свой долг целительницы, и это главное, так что ты теперь под моей защитой.

Глава 35

– Я не понимаю, о чём ты, – предательски дрожащим голосом продолжила Мэгги. – Не надо мне угрожать, инквизитор. Я знаю, что ты делаешь с попаданками в этом ваше Совете. Вы всех казните. Так что не надо пытаться меня обманом заставить признаться. Я Маргарет Ремдейл, потомственная целительница и гражданка Марбейла. Я знаю свои права.

Теперь уже по Мэгги было видно, что она боится, как бы она ни храбрилась. Но я понимала её – кара для попаданок в Марбейле страшная. Их забирали инквизицию, которой руководил Джеймс, и потом публично казнили перед зданием Совета, если они выживали после пыток в застенках инквизиции. А выживал очень мало кто. Почти все девушки и мужчины, попавшие в этот мир, не выдерживали сурового допроса инквизиторов.

– Ну хорошо-хорошо, не попаданка, так не попаданка, – примирительно улыбнулся Джеймс. – А в этом «нашем» Совете, между прочим, казнят не всех. Давайте я вам расскажу, а то трясётесь обе, как зайцы перед волком. Вам не о чём переживать.

– Я не понимаю, о чём ты, – упрямо продолжала отпираться Мэгги. – Я Маргарет…

– Мэгги, успокойся, – Джеймс поднял раскрытые ладони, чтобы, видимо, успокоить девушку, но та отшатнулась и вскочила с дивана. Мужчина слегка раздражённо закатил глаза и продолжил: – Да не буду я тебя трогать, Мэгги, сядь!

Почему-то я поверила Джеймсу: я была уверена, что он говорит правду и не обидит Мэгги. Вот знала я, что это правда, и всё. Откуда? Не спрашивайте.

Моё собственное возмущение на мужчину всё ещё не отпускало меня, но вот за Мэгги я была спокойна. Однако Джеймсу не сто́ит знать, что я ему верю: он и так дел наворотил! Пусть докажет нам, что ему можно доверять. Второй раз я девушку не подставлю!

Поэтому я ради поддержки взяла целительницу за руку и ободряюще пожала её.

– После этого фокуса, что ты выкинул сегодня ночью со мной, – строгим тоном заговорила я, – даже у меня, якобы твоей истинной, возникают сомнения в твоей честности. Что ты хочешь от простой целительницы? Она спасла тебя, а ты продолжаешь её обвинять в том, за что казнят в этой стране. Это вместо благодарности? Что ты хочешь от неё? Конечно, ей страшно. Ты всемогущий лорд-инквизитор, твоё слово – закон. От твоего имени сегодня днём казнили моих бывших коллег. Как ты думаешь, Мэгги хочет после этого верить в твои добрые намерения?

– Так, всё, шутки в сторону. Сядьте-ка обе, – командным голосом, не терпящим пререкательств, проговорил мужчина.

Было что-то такое в его тоне, что мы обе даже спорить не стали и сели. Вдвоём в одно кресло, подальше от дракона, правда, но сели. Потому что никто из нас, я так полагаю, не хотел расцеплять рук.

– Итак, давайте во всём разберёмся по очереди, – с лукавой улыбкой посмотрев на то, как мы помещаемся в кресле, продолжил мужчина. – Во-первых, ты, Оливия, не якобы моя истинная, а по-настоящему. Причём именно ты, а не местная версия Оливии. Потому что тогда у меня метки не появилось, а вот когда дотронулся до тебя – появилась. У меня она появилась под правой лопаткой. Думаю, что и у тебя тоже.

Я предпочла промолчать.

Значит, это было ОНО. Я действительно не поняла, что это какая-то там метка истинной любви – у меня там просто будто раскалённый прут приложили.

И почему это метка любви появляется через боль? Это какая-то злая ирония и правдивая метафора о моей будущей жизни с этим драконом?!

– Молчишь, значит, правда, – усмехнулся Джеймс. – Под лопаткой она появилась?

– Не знаю, – буркнула я. – Чесалось там что-то, под лопаткой, да не достала. Думала, что клещ. Смотри-ка, и вправду, драконистый клещ, оказывается.

– Шутишь всё, – хмыкнул мужчина. – Теперь перейдём ко второму пункту. К злодеяниям относительно таких, как вы, в которых вы меня обвинили. Вот ты, Оливия, ты же меня уже немного знаешь. Я похож на злодея?

– На Джокера ещё как, – припечатал я.

Мэгги не смогла сдержать смешок. Я тоже. Ну а что, похож же?!

– Это кто? – удивлённо сдвинув брови, нахмурился Джеймс.

– Весельчак-убийца. Сумасшедший маньяк. И Аполетта твоя безумная вполне за Харли Квин сойдёт, – фыркнула я.

– Не знаю, кто эти все люди, но жаль, что ты так плохо разбираешься в людях, – с сарказмом ответил мужчина. – Ну ничего, у тебя ещё вся жизнь впереди, чтобы узнать, что я не злодей. Итак, попаданок казнят далеко не всех. Почти все, о ком вы думаете, что они умерли в застенках инквизиции, на самом деле выпущены на волю.

– Ага, – подала голос Мэгги. – Не смеши меня, инквизитор! Ни одной истории не слышала, чтобы кого-то отпустили.

– И не услышишь, – стальным голосом отчеканил мужчина. – И если я в ходе нашего разговора не удостоверюсь, что то, что я вам расскажу, останется втайне, то ты…

– Вот и угрозы начались, – буркнула я.

– ...То и ты, и ты, – Джеймс кивками указал по очереди на нас с Мэгги, – забудете этот разговор. Так вот, казнят только тех попаданок и попаданцев, кто не проходят проверку. Тех, кто проявляет эгоизм, демонстрируя потребительское отношение к гражданам Марбейла, используя дарованную богами магию только лишь для своего личного блага, не считаясь с благом других людей и общества.

– Что это значит? – нахмурилась я. – Что за личное и общее благо? И что за проверка? Нам её тоже нужно проходить?