Текст книги "Лисья тень (СИ)"

Автор книги: Элли Рябинова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)

– Спасибо, – мы говорили почти шепотом, – это то, что мне нужно было услышать.

– Я постараюсь приглядывать за тобой, только не делай глупостей, хорошо? Мне почему-то кажется, что ты можешь.

Мы вошли в слабо освещенную автомастерскую. Это было небольшое помещение, называемое боксом, но нас интересовал задний двор, он был огражден забором, и попасть в него можно было только через бокс. И там стояли они. Несколько человек в черных плащах, которые тут же устремили взгляды на нас. Поль и Дима стояли с серьезными лицами, Николай улыбался, А Бэт… А Бэта здесь уже не было. Я этого даже не заметил. Вернее, заметил только сейчас. Николай обратился ко мне:

– Так уж вышло, что все собрания проводятся в разных местах и исключительно в плащах, которые означают твой ранг в организации, и… – он положил руку мне на плечо, – у тебя тоже такой будет.

Вдруг кто-то из толпы крикнул: – Только не вздумай в нем по улице ходить!

После чего рассмеялся, а рядом стоящая девушка, с вороном на плече, отвесила ему подзатыльник, добавив: – Какой же ты дурак!

Это смотрелось мило и в какой-то степени даже забавно. Николай попросил Поль и Диму присоединиться к строю, который вскоре организовал, а затем выставил меня перед всеми и представил как «парня, который видит мертвых», тогда все сняли капюшоны, и я смог увидеть их лица.

– Николай, – обратилась к нему девушка с вороном на плече, – госпожа просила передать, чтобы мы не затягивали с знакомством.

Николай кивнул и подозвал ее ближе:

– Тогда отведи его к ней, хорошо? Мне еще нужно здесь закончить, прежде чем я смогу отчитаться перед ней.

Девушка молча развернулась и жестом пригласила меня проследовать за ней. Я пошел не сразу. Только после того, как Поль кивнула мне. Через несколько секунд я поравнялся с той девушкой. Когда мы вышли за пределы автомастерской и оказались в каком-то ином помещении, она все же заговорила со мной:

– Пока что я не буду задавать тебе вопросы, но мне правда хотелось бы узнать многое о тебе. Тебе досталась отличная способность, думаю, что с ее помощью можно было бы сделать многое.

– Отличная?

– Ну да. Ты сам так не считаешь? То есть ты сам-то представляешь, какие возможности тебе откроются, если ты будешь работать над ней?

– Я…

– Да и вообще, благодари свой источник за это. Кому-то повезло меньше, и они, например, перестают понимать человеческую речь, но зато хорошо общаются с животными.

Я хотел было переспросить, что за «источник» она имеет в виду, но после фразы «хорошо общаются с животными» я сразу вспомнил про Пушка и о том, что мне нужно попасть в место, которое я долгое время называл домом. Дальше мы шли молча. С каждым шагом я чувствовал себя менее уверенно, то ли от неизвестности, то ли от холода. С углублением становилось лишь холоднее. Сначала мерзли пальцы рук, а потом холод и вовсе пробирался внутрь моего тела и резал кости уже там. Пар изо рта, к слову, не выходил. Я не вытерпел.

– Что это?

– Не переживай. Осталось чуть-чуть.

– Мне ОЧЕНЬ холодно.

– Это из-за ее присутствия. Позволишь госпоже дотронуться до тебя, и все пройдет.

И действительно, через пару минут мы оказались перед железной дверью с небрежно нанесенной на ней черной краской надписью: rain.

– Пришли наконец, – сказала она, тяжело выдохнув, – госпожа находится за этой дверью. Думаю, мое присутствие здесь больше не обязательно.

После этих слов она пожелала мне удачи и потянула дверь на себя, предварительно постучав. Дверь за мной со скрипом закрылась. Я же оказался в хорошо обставленной комнате. Книжные полки, дорогой интерьер в темных тонах, освещения было по минимуму, но больше, чем в том длинном коридоре. Посреди комнаты стоял стол, за которым сидела она. Женщина с длинными, седыми волосами, которые доставали практически до пола. И нет, это была не краска, волосы действительно были седыми, хотя лицо ее было без единой морщины. Цвет глаз я так и не разобрал, но если люди говорят, что шрамы украшают мужчин, то я же осмелюсь заявить, что не только их. Ее шрам начинался ото лба, а заканчивался у верхней губы. Он словно проходил через ее левый глаз.

– Подойди ко мне, – вдруг сказала она, – и позволь до тебя дотронуться.

После ее прикосновения холод словно исчез. Нет, не словно, я действительно больше не чувствовал холода.

– Спасибо. До этого момента было очень холодно.

Она кивнула и жестом пригласила меня присесть напротив нее.

– Я знаю о тебе более чем достаточно. Если быть точной, я знаю о тебе даже больше, чем ты знаешь о себе.

– Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду, что я отвечу тебе на несколько вопросов, на которые ты бы не смог ответить самостоятельно. Возьми кассету, которая лежит на книжной полке позади меня. Это – записи с камер. Я хочу тебе кое-что показать.

Видеозапись моего разговора с доктором, где последний задает мне вопрос:

– Где вы втроем жили?

– Бульвар Новаторов. – Дальше я должен был назвать точный адрес, но она вытащила кассету из проигрывателя и задала мне вопрос:

– Ты это помнишь?

– Это?

– Разговор с доктором о вашем доме.

– Нет, я… Я не помню.

– Ты помнишь, как тебя зовут?

Я отрицательно покачал головой.

– Хорошо они над тобой поработали. Так вот, как видишь, ты рассказал о своем доме. Так, благодаря тебе, правительство нашло еще один источник. Но я тебя не виню.

– Что… Что такое источник?

– Источник – это вещь, помещение, существо, которое в силах наделить человека способностью. Той, или иной, это зависит от человека и источника.

– Мой источник – это…

– Ваша квартира на бульваре Новаторов. Скажи, ты разве не заметил ничего странного за время проживания там?

Я сразу кивнул. Она не стала уточнять, что же именно я нашел странного.

– Вам известно что-нибудь о «доме»?

– Нет. Я знаю, что тебе нужны доказательства, но у нас есть информация лишь об одном источнике, найденном правительством. Позволь показать тебе.

Теперь передо мной лежала папка. Там речь шла о коричневой ветке метро.

– Удивительно, и ведь мне всегда казалось странным, что коричневую ветку так и не открывают.

Она, улыбаясь, кивнула.

– Я тоже находила это странным. Рада, что мы думаем в одном направлении, но… – она перевернула несколько листов вперед, – смотри, тут самое интересное.

– Это доклад?

– Да, это доклад одного из ученых. Прошу, удели ему время. Прочти его прямо сейчас, тебе будет очень интересно.

Она была права. Я быстро подвинул листы ближе к себе и принялся читать.

«Доклад доктора П.»

17.35

Поступил приказ свыше. Наша цель – воспользоваться заключенным №1312 больницы № [номер удален] для продолжения исследования метрополитена [далее «источник»]. Заключенных под номерами №1984 и №1488 объявить пропавшими. Эти двое пропали в источнике после посадки в один из поездов.

17.50

Заключенный [далее испытуемый], о котором я писал выше, встретил нас словами: «Раз эти двое не вернулись, а пожаловали вы, доктор, значит, настала моя очередь».

Без каких-либо споров и сопротивления испытуемый следовал за санитарами, пока мы не оказались у фургона, где его связали по рукам и ногам и надели повязку на глаза. В отличие от пропавших без вести, испытуемый вел себя слишком спокойно. Это меня настораживало.

19.03

Фургон въехал на территорию источника, отчего мне тут же стало не по себе. Из всех источников мне «выпала честь» исследовать именно этот.

Перед самым входом меня встретил доктор Б., а с ним была и вооруженная охрана. Больничных санитаров рядом уже не было. Только я и наш испытуемый.

19.41

Когда все было готово, мы с доктором Б. наблюдали за испытуемым в специально отведенной для этого комнате. Испытуемый был предварительно снаряжен рацией, фонарем и камерой, которую решено было зафиксировать у него на голове, чтобы мы с Б. могли видеть все то, что видит испытуемый.

19.45

Изображение с камер успешно транслировалось на один из мониторов комнаты наблюдения. Рация работала стабильно. Связь налажена.

19.46

Испытуемый стоит перед единственным достроенным эскалатором, который, как показывала практика, автоматически запускался, когда кто-то становился на одну из ступеней. Предметы и животные не шли в счет. При отсутствии электроэнергии эскалатор все равно в состоянии запуститься и работать самостоятельно.

Доктор Б. обратился к испытуемому с просьбой встать на ступень эскалатора. Стоит отдать Б. должное. Он никогда не приказывал испытуемым, как это любили делать остальные ученые, которые вдруг почувствовали власть над кем-то.

Испытуемый, после обращения к нему Б., встал на эскалатор источника.

Тот не запустился. Прошло несколько минут, перед тем как я обратился к нему с просьбой начать движение вниз. Доктор Б., кстати, тоже удивился тому, что испытуемый не сопротивляется и не с кем не спорит.

«Таким невольно начинаешь сочувствовать», – говорил он.

На мониторе вдруг что-то произошло. Лампы, расположенные вдоль эскалатора источника, включились, а сам эскалатор начал движение вниз.

Приложение: эскалатор двигался в разы медленнее обычного.

20.11

Связавшись по рации с испытуемым, который был уже на перроне станции, я пояснил ему, что по приезду поезда, если таковой вообще появится, в него не следует заходить, как это делали заключенные, пропавшие здесь ранее. Наша задача здесь – наблюдение и полное игнорирование всех действий со стороны источника.

20.46

Спустя примерно полчаса испытуемому было приказано возвращаться обратно наверх. Когда тот начал движение в сторону эскалатора, вдруг позади, со слов испытуемого, послышался чей-то голос, зовущий его по имени. Доктор Б. обратился к нему с просьбой обернуться и запечатлеть человека, который звал его. Испытуемый сделал несколько шагов в сторону, откуда доносился голос. Вскоре из темноты показалась девушка в форме дежурного по станции. Она улыбалась и продолжала называть испытуемого по имени. Вскоре испытуемый и сам назвал девушку по имени. После этого связь сразу ухудшилась. Я пытался докричаться до испытуемого, но это было попросту невозможно. С его стороны лишь слышались отрывки фраз, но девушку мы с доктором Б. слышали отчетливо. Вскоре нам стало ясно, что это дело рук источника. Он, она или оно играло с нами. Вдруг послышался продолжительный гудок поезда, который мы услышали с Б., даже находясь наверху. Затем ее холодный голос: «Пойдем со мной. Тебе больше не обязательно быть взаперти. Теперь ты снова можешь быть со мной».

Поезд остановился. Испытуемый и дежурная направились к нему. Когда двери открылись, испытуемый увидел перед собой заключенного №1984 и заключенного №1488, которых по сей день мы считали пропавшими без вести. Они тянули испытуемому руки и улыбались. Глаза их были широко открыты, но зрачков не было видно. Были только глазные яблоки. Б. пытался остановить испытуемого, но тот, игнорируя его, зашел в вагон, после чего двери за ним закрылись, а на мониторе остались лишь помехи.

23.46

С каждым исследованием источника мы сталкиваемся все с большим количеством вопросов, на которые, как мне кажется, мы никогда не сможем найти ответа. Их глаза – самая жуткая вещь, которую я когда-либо видел в своей жизни. Я даже предположить не могу, что скрывает в себе источник и куда он забирает людей.

– Это все? – переворачивая последний лист доклада, спросил я.

– Увы, это все, что нам удалось достать. Но также поговаривают, что источник забирает лишь людей со способностями. Люди без способностей ему неинтересны. Однако это неподтвержденная информация.

– А откуда у вас все это?

– Прости, но это тебе знать абсолютно не обязательно. Я и так доверила тебе достаточно много, ты так не считаешь?

Я кивнул, отодвигая от себя листы с информацией о метрополитене. Любопытство разрывало меня. Мне очень хотелось узнать о том, куда забирает людей источник и почему забирает лишь тех, у кого есть какая-то способность.

– По глазам вижу, что тебе это интересно даже больше, чем всем им. Если раньше я могла доверить всю работу Тигровым, то теперь Николаем движет лишь желание отомстить за брата. Мне кажется, у нас получилось бы сработаться.

– Просто… все, что вы рассказали мне, – невероятно. Это слишком интересно, и… оно же может привести всех нас к самым непредвиденным последствиям. А что если метрополитен – это всего лишь один из настолько могущественных источников, а о других мы даже не догадываемся.

– Как я уже говорила, я рада, что мы думаем об одном и том же. Но сейчас у нас есть проблема важнее, чем пропажа каких-то там ребят в вагонах метро. Ты же понимаешь, что правительство теперь ищет тебя? А времени на то, чтобы досконально изучать твою способность, у нас нет. Ты идеально подойдешь на место ныне ушедшего Тигрова, но над твоей внешностью придется поработать.

– Что значит поработать?

– Избавиться от волос на твоей голове. Вместо очков теперь ты будешь носить линзы. Твой стиль одежды тоже подвергнется изменениям.

Услышав все это, я тяжело вздохнул и очень медленно, неуверенно кивнул.

– Послушай, все мы что-то теряем. Тебе повезло, что мы решили обойтись без хирургического вмешательства. В нашей истории было и такое.

– Есть что-то из хороших новостей?

– Да. Уже к вечеру у тебя будет новое имя, работа в старом книжном магазине в центре города и комната рядом с местом работы. Новый телефон, новый номер. Всем этим сейчас занимается девушка, которая привела тебя сюда. Она же постарается поработать с твоей способностью, чтобы ты смог вывести ее на новый уровень. Это займет время. Много времени, которого у нас нет, но ты справишься. Я более чем уверена.

Кажется, наш разговор подходил к концу, но у меня все еще было несколько вопросов, которые я хотел задать.

– Я смогу увидеть своих близких?

Наши взгляды встретились. Она достала мой дневник из-под стола и протянула его мне.

– Боюсь, тебе лучше не видеть Яну Маркову и Александра Солнцева.

– Вы все же читали мой дневник?

– Ты вправе злиться на меня, если желаешь.

– Я не злюсь. Вы… вы ведь помогаете мне, верно?

– Верно.

– Поэтому я и не имею права злиться.

– Увы, это касается и твоих родственников. Было бы лучше, если бы они считали, что ты уже мертв.

– Мне кажется, что это уже слишком.

– Это всего лишь необходимая часть для твоей защиты.

– А Поль? Я… я смогу работать с Волковой?

– С Волковой? Кажется, она в паре со Светоносным. У нас пары по два человека, чтобы не привлекать особого внимания.

– Вот как…

– Знаешь, в любом случае я поручу ей приглядывать за тобой. Она будет заходить к тебе каждый раз, пока она будет в городе, чтобы проведать и заодно доложить мне.

– А с кем я буду в паре?

– Пока, наверное, ни с кем. Тихо будешь сидеть в центре, так, чтобы никто тебя не видел и не слышал.

– Понял.

– Чуть не забыла, меня зовут Танаис. Добро пожаловать в «Дождь». Твоей основной задачей будут являться сбор информации и развитие навыка своей способности. Уверена, что ты очень нам пригодишься.

– Спасибо, Танаис.

– Иди же. Не пройдет и недели, как мы увидимся вновь.

Итак, к вечеру я уже был в компании Волковой и Руди, которая заперла нас в магазине (на моем новом месте работы) и позволила ворону летать там, где ему только вздумается. Руди носилась взад-вперед с ножницами, а Волкова держала в руках машинку для бритья. Я же сидел перед ними, обернутый в белый тюль, только что снятый с окон.

– Ты готов? – вдруг поинтересовалась Руди, остановившись рядом со мной и наклонившись ко мне настолько близко, насколько могла.

– К чему?

Ее выражение лица изменилось после услышанного вопроса. Теперь там была не злобно-наигранная улыбка, а просто ладонь, которой она ударила себя по лбу. Поль рассмеялась и ответила мне вместо Руди:

– К бритью.

– К бритью! – повторила Руди.

– Мне будет жаль прощаться с волосами, но другого выхода, кажется, не остается. Раз Танаис сказала стричься – значит, нужно стричься.

Волкова кивнула и поравнялась с Руди. Стоит ли говорить, что, помимо тюля, девушки сорвали еще и шторы, которые теперь закрывали все зеркала. Это, кажется, была идея Руди, чтобы помучить меня еще больше. Через пару минут я не выдержал.

– Как я выгляжу?

– Сногсшибательно.

– Это сарказм, верно?

– Нет, – включилась Руди, – нет. Ты выглядишь очень хорошо. На удивление.

Поль кивнула, и я чуть успокоился. Хоть дело и подходило к концу, я решил отогнать свое воображение насчет того, как в итоге буду выглядеть, разговорами, чтобы было не так скучно.

– Эй, Руди.

– Да?

– А твой ворон, он умеет разговаривать?

– Эй, тебе не кажется, что это слишком личный вопрос?

– Ну, если учитывать тот факт, что мы будем долгое время работать вместе…

– Это я должна задавать тебе вопросы насчет твоей способности, дурак. Не ты же меня будешь тренировать общению с птицами.

– Руди, – включилась вдруг Волкова, что уже выключила машинку, – он же просто спросил у тебя. Откуда столько агрессии?

– Потому что… потому что это слишком личный вопрос, окей?

Мне стало неудобно. Я аккуратно поднял голову так, чтобы встретиться взглядами с Руди и, чуть улыбнувшись, попросил у нее прощения. Она, тоже улыбнувшись, кивнула и резким движением руки сдернула с меня тюль, что все это время обволакивал меня. Поль сняла с меня очки и бросила их на пол, а после Руди с удовольствием топтала их, иногда посмеиваясь. Волкова поднесла ко мне контейнер с линзами.

– Ты умеешь их надевать?

– Нет. Я всю жизнь очки носил, а к линзам вовсе не притрагивался.

– Тогда, – вдруг присоединилась Руди, – я буду держать его веки так, чтобы ты смогла… вставить линзу ему в глаз? Так это называется?

– Я не знаю, как это называется, – пожала плечами Поль, – но это очень смешно звучит. Короче, потом посмотришь видяшки какие-нибудь, как это делать самостоятельно. Их придется менять ежедневно.

– Окей.

Руди держала мой глаз так, чтобы я не мог моргнуть. А надо мной склонилась Поль, держа на пальце одну из линз, которая вскоре оказалась у меня в глазу.

– Теперь моргай. Много раз. Удобно?

– Не очень…

Руди подбежала к Волковой и улыбнулась.

– Гык, смотри, у него теперь один глаз зеленый, а другой карий.

Я продолжал моргать ровно до того момента, пока линза не перестала приносить мне неприятные ощущения.

– Между первой и второй…

– Так точно, сержант Волкова!

Руди вновь подошла ко мне и продолжила возиться, но теперь уже с другим глазом, а Поль, теперь более уверенно, вставила линзу туда, где ей самое место.

Это было так странно. Я видел хорошо. Очень хорошо, но на мне не было очков. Теперь же я видел двух девушек, которые с любопытством смотрели на меня и о чем-то шептались. Я услышал лишь Волкову, которая сказала:

– А мне так даже больше нравится.

Пришло время подойти к зеркалу.

Мешки из-под глаз никуда не исчезли, но исчез привычный мне зеленый цвет этих самых глаз. Теперь глаза были карими, но никто бы не догадался, что это линзы, если бы не вглядывался в них. От волос на голове почти ничего не осталось. Руди сказала, что теперь мне нельзя сбривать бороду. Да и с подобной стрижкой борода будет лишь украшать меня. Поль либо была довольна своей работой, либо ей нравилось то, как я сейчас выгляжу.

– Ты определенно прибавил в возрасте, – сказала Руди, которая бегала вокруг меня, – но тебе это к лицу, не переживай.

Я еще долго рассматривал себя, почти лысого, пока не смирился с отсутствием волос у себя на голове. Я не мог узнать себя, но я определенно себе нравился. Поль демонстративно прокашлялась и напомнила, что это еще не конец и нам нужно меня переодеть. Руди щелкнула пальцами и вытащила из-за прилавка запечатанную коробку со шмотками, которую тут же вскрыла ножницами, что все это время болтались у нее в руке.

– Та-дам! Это все теперь принадлежит тебе, – вскрикнула Руди, разбрасывая вещи прямо из коробки.

Поль помогла мне с выбором. Мы нашли белую рубашку, черные брюки и черные туфли. Хоть я никогда и не ходил в подобных вещах, у меня было некое желание пройтись во всем этом по городу. Но меня останавливал тот факт, что только «важные» люди ходят в чем-то подобном, а ведь я теперь вроде как важный, да?

Это круто и одновременно очень пугает.

Украшением ко всему этому стали старые часы, которые все еще подавали признаки жизни. Я вновь устремился к зеркалу, но Руди остановила меня.

– Куда это мы собрались без самого главного, а?

Она протягивала мне галстук. Я рассмеялся и неуклюже замахал руками.

– Я… Боюсь, я не умею его завязывать. В смысле, не конкретно его, а галстуки в целом.

– Ты серьезно?

– Ну да. Вроде того.

К нам подошла улыбающаяся Поль и, забрав у Руди галстук, начала завязывать его вокруг моей шеи. Мне было очень неловко, но меня радовал тот факт, что девушки все это время пребывали в хорошем настроении. Когда Поль закончила, мы все втроем подошли к зеркалу, и они начали хвалить мой внешний вид.

– Если бы мое сердце было не занято, – вдруг сказала Руди, поворачиваясь ко мне, – я бы точно пригласила тебя на свидание. Что скажешь, Поль?

– Хорошо, что мое сердце не занято.

Они смущали меня, но мне все равно было хорошо. Это «преображение» позволило мне забыться, хоть и ненадолго.

Пока Руди исследовала меня с ног до головы, Поль вытащила из сумки паспорт и какой-то старый побитый смартфон. Руди опомнилась и отстранилась от меня.

– Это для меня?

– Да. Начни с паспорта, хорошо? Это твоя новая личность.

– Иван Долинин?

Поль и Руди переглянулись и пожали плечами.

– Приятно познакомиться, Иван Долинин.

Я выдавил из себя что-то вроде «спасибо» и убрал паспорт в карман брюк, а затем принялся разглядывать смартфон. Поль подошла ближе ко мне и, положив руку на плечо, попросила зайти в калькулятор на смартфоне.

– Введи комбинацию цифр: один, семь, ноль, три.

Я ввел числа, которые произнесла Поль, и открылся мессенджер, который был запрещен на территории нашей страны. Включилась и Руди:

– Никаких звонков, никаких смс членам дождя. Общение с «Дождем» только через мессенджер. Не хотелось бы, чтобы ты повторил судьбу Тигрова.

– Я так просто не умру.

Не знаю, откуда взялась эта уверенность, но я повторил это еще раз.

– Я так просто не умру. Слишком много вопросов остается без ответа. – Наконец к Руди на плечо спустился ворон и наклонился к ее лицу. Руди рассмеялась.

– Ему нравится твой настрой, Ваня!

– Уже привыкаешь к новому имени? – спросила Поль, чуть наклонив голову вбок.

– Кажется, да. Нужно просто чуть больше побыть в образе Долинина, и я привыкну. И… спасибо вам, дамы. Было здорово.

Они обе кивнули.

– Но вообще-то, – добавила Руди, – нам еще убираться здесь нужно, так что не расслабляйтесь. А у тебя, Ваня, вообще завтра рабочий день.

– Я помню.

– Поэтому, – подхватила Поль, – нам нужно убраться здесь как можно быстрее. У нас с Димой завтра еще задание, а вам с Руди практиковаться.

– Да, составишь ты мне хлопот, парень, – с ноткой наигранной усталости сказала Руди.

– Да ладно, даже я когда-то тренировалась с тобой.

– Да, Поль, только о твоем источнике мы вынесли максимум информации, и тебе не нужно разговаривать с мертвыми. Эй, Ваня, не подумай, что я гоню на тебя. Просто вынуждена предупредить, что работы будет проделано немало.

– Хорошо. К меньшему я и не готовился. – Это была последняя фраза, сказанная по делу. После мы принялись приводить магазин в порядок.

Поль подметала, я расставлял книги в нужном порядке, а Руди убирала разбросанные ею же шмотки обратно в коробку, так же ворча на себя за то, что можно было вытащить их более аккуратно. Через несколько часов это место действительно можно было назвать книжным магазином. Он чем-то напоминал мне кофейню Сони, ведь это тоже было старое, доживающее последние дни место, и ведь я всегда мечтал работать в таком. Кажется, госпожа учла это, когда читала мой дневник. Госпожа… так странно звучит. Ведь у этого человека есть имя, все ли называют ее именно так? Я все-таки осмелился задать этот вопрос девушкам, когда с уборкой было покончено.

– Поль, Руди.

Они обе посмотрели на меня.

– Вы все называете Танаис госпожой?

Они, недолго думая, кивнули почти синхронно.

– На то есть свои причины, – сказала Руди, отводя взгляд куда-то в сторону, – Танаис помогла каждому из нас, и одна из ее просьб – не называть ее по имени.

– Но почему? Ведь госпожа – это как-то…

– Слишком? – не позволила мне договорить Руди. – Ваня, этот человек дал тебе имя, место, и более того, не оставил на растерзание правительству и собственной способности, учитывая, что ты тут натворил.

Вскоре включилась и Поль:

– Она права. Называть ее госпожой – это меньшее, что ты пока можешь для нее сделать.

– Так я же и не отказываюсь, – сказал я, складывая руки на груди, – я задаю этот вопрос из-за интереса, не более.

– Ты прав, – кивнула Руди, снова поворачиваясь ко мне, – когда я стала членом «Дождя», у меня тоже было много вопросов.

Взглянув на часы, Руди заявила, что у нас еще есть час времени, поэтому мы можем потратить его на одну историю.

Мы все уселись поудобнее рядом друг с другом, организовывая что-то вроде круга. Руди подозвала ворона, и когда тот уселся на привычное тому место, она начала:

– Я сама знаю немного, поверьте, но мне когда-то приходилось работать с Тигровыми, которые знают о госпоже больше всех. Эти трое стояли у истоков создания «Дождя», когда наши источники, наверное, и не подозревали о нашем с вами существовании. Так вот, Николай говорил, что Танаис получила свое имя посмертно, от двух случайных прохожих, которые нашли ее тело где-то далеко отсюда. Возможно, даже не в Петербурге.

Мы с Поль переглянулись. Волкова нашла в себе силы переспросить:

– Посмертно?

– Об этом говорили Тигровы.

– Так этот холод, – вмешался я, – неужели…

– В любом случае – это лишь история Тигровых. Лично я не думаю, что она могла доверить что-то подобное им.

– Госпожа избежала смерти?

Этот вопрос хотел задать я, но Поль меня опередила.

– Скорее переродилась. Но это всего лишь теория, и вам необязательно в нее верить. Не думаю, что и сам Николай верит в это.

– Николай, – тихо повторила его имя Поль.

Мы с Руди вопросительно глянули на нее.

– Его ведь теперь интересует только месть. Видела бы ты его в больнице, Руди, это ужасно.

– Я не хочу оправдывать поступки Николая, но как бы ты вела себя, если бы ты потеряла кого-то близкого от рук наших врагов?

Поль ничего не ответила, лишь отрицательно покачала головой.

Руди чуть улыбнулась и ударила меня в плечо:

– Загрузили мы тебя разговорами, Вань?

– Разве что чуть-чуть. С каждой историей все интереснее и интереснее, и мне не особо верится, что я становлюсь частью всего этого. Только вы все говорите о брате Николая. Что с ним случилось? Как так вышло, что он погиб?

Руди пожала плечами, добавив, что он просто перестал появляться на собраниях, назначенных госпожой.

– Это точно не предательство. Я более чем уверена, что кто-то из правительства.

Руди продолжала строить какие-то теории, связанные с пропажей брата Николая, но ее, кажется, кроме ворона никто и не слушал. Поль выглядела очень обеспокоенно, нервно грызла ногти, пыталась не встречаться взглядами с Руди или со мной.

– Поль, – резко перебив Руди, я спросил: – Как ты себя чувствуешь?

– Задумалась. Просто задумалась.

Поль продолжала прятаться где-то в себе, а Руди что-то шепнула ворону, несколько раз кивнула, и повернувшись к Волковой, сказала:

– Нам кажется, что ты лжешь.

– Что?!

Волкова вскочила со своего места и нервно посмеялась. Это выглядело очень подозрительно, но роль следователя я решил оставить Руди, которая, кажется, и так слишком хорошо справлялась.

– Волкова, я даю тебе слово, что ни госпожа, ни Николай не узнают о том, о чем мы здесь сегодня говорили. Ты – моя подруга, а Ване ты нравишься больше, чем все мы, вместе взятые.

– Давайте просто закончим на сегодня. Мне кажется, что я просто устала.

Мне вдруг показалось, что Руди так просто не опустит Поль, поэтому мне нужно было как-то помочь Волковой. Весь ее внешний вид показывал, что она была не готова к продолжению данного разговора, поэтому я сказал беспроигрышную фразу, которая заставила Руди отступить.

– Поль?

– Да?

– Ты просто устала и позволила какой-то мысли засесть у тебя в голове, да?

– Да. Да, это именно то, что происходит со мной сейчас.

После этих слов Поль я повернулся к Руди.

– Из-за этих мыслей все выглядит так, словно она пытается что-то утаить, но на самом деле это совсем не так. Поверь мне, Руди. Я бывал в подобных ситуациях.

Кажется, Руди услышала меня.

– Поль, если это действительно так – прости меня.

– Все хорошо, – кивнула Поль, – правда. Я в порядке.

Возможно, Поль лгала нам, но мне точно не хотелось, чтобы она пребывала в том состоянии, в котором находилась пару минут назад. Поймав на себе взгляд Волковой, я смог с легкостью прочитать в нем благодарность. Дело оставалось лишь за переводом темы, но Руди сама отлично с этим справилась. Взглянув на часы, она сообщила, что «час историй» уже давно закончен и пора бы приступить к осмотру комнаты, которую мне выделил «Дождь».

Квартира находилась ниже по улице, буквально в этом же доме. Мы втроем свернули в арку и встали перед одной из дверей парадной. Руди протянула мне ключи от домофона. Я кивнул ей и открыл дверь.

Моя комната находилась на последнем этаже, в полупустой квартире, в которой никто не жил.

– Получается, можно сказать, что все это – моя квартира.

– В каком-то смысле да, – сказала Руди, усаживаясь на одну из кроватей, поставленных в комнате, – но ты особо к ней не привыкай. Переезды с места на место не заставят себя долго ждать.

– Это как повезет, – поправила Волкова Руди.

Руди нервно хихикнула и, достав свой смартфон, включила фронтальную камеру, направив ее на себя, начала издеваться надо мной.

– Привет! Меня зовут Руди, и я умею приручать абсолютно всех животных за считанные секунды. Прошу, не устраивайте за мной охоту и не ставьте на мне опыты.

Поль рассмеялась, а мне стало грустно, то ли из-за собственной глупости, то ли из-за того, что я создал ребятам столько проблем.

– Но ведь записать видео меня просил человек, которого я видел во сне.

– Серьезно? – удивилась Руди. – А ты говорил об этом госпоже?

Я отрицательно покачал головой, на что Руди сказала, что с моего позволения передаст эту информацию Танаис, хотя что-то мне подсказывало, что мое «позволение» особой роли не играет, и эта информация в любом случае будет передана, ровно так же, как и странное поведение Поль в магазине.

– Ладно, Поль, нам пора собираться. А ты, Ваня, чтоб к девяти был уже в магазине. Я принесу книгу, написанную госпожой, и мы быстренько по ней пробежимся. Ключ оставила на столе.

Так и не успев толком ни с кем попрощаться, я оказался один в темной квартире с обшарпанными обоями. Первая мысль, которая пришла мне в голову, – это гирлянды. Вторая мысль была еще более дурацкой – это осмотреть старые коробки в надежде найти там елочные игрушки и там же найти гирлянды. Поставив Вайта на кровать, я принялся за дело. И судя по пыли на этих коробках, к ним уже давно никто не притрагивался. Интересно, а что случилось с хозяином этого дома? Наверняка ответ на этот вопрос знает только Танаис, и навряд ли она ответит мне на него. Первое найденное мной сокровище – старый телефон, вроде факса. Под ним множество неинтересных бумаг и каких-то номеров.