Текст книги "Боги вне подозрений"

Автор книги: Елизавета Шумская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 25 страниц)

– Кто бы сомневался, – снова начал заводиться Халльдуор.

– А где именно Шерши Ро добыл Зеркало? – мысленно кривясь от того, что вынужден упоминать только одно имя, совершенно правильно считая, что грешит против справедливости, направил Лоу ветвистую мысль юноши в нужную сторону. – Ты сказал, что в Карнаве-шэ. А где именно?

Никки спохватился, мигом покраснел и поспешил исправиться:

– На Южном острове. Я только не знаю, как это место точно называлось. Не запомнил, – очень смутился он.

– Ага, – глубокомысленно заметил Ранреу. – И эти люди спрашивали разрешение на присутствие на их территории у нас… Никки, – Лоу гордился собой: даже имя паренька удалось вспомнить! – а скажи, дальше же вы в Нарру-шэ отправились? А зачем?

Тут в голове паренька что-то щелкнуло, и он чуть ли не впервые в жизни подозрительно посмотрел на человека. Еще немного подумал и, сжав за своей спиной запястье одной руки другой, угрюмо произнес:

– Я не уверен, что будет правильно вам об этом говорить.

– Почему? – очень искренне удился Лоу.

– А вдруг это помешает нашим! В смысле… протектору Ро, старшему протектору Льоту и… остальным…

– Да чем же?

– Ну-у… вы же… вроде как… ну… соперничаете! – Никки было жутко неудобно. Они такие хорошие люди, помогли ему, а он… – Не понимаю, почему.

– Эх, – вздохнул Ранреу, – это вообще мало кто понимает, мой дорогой Никки. Но ведь это тебя не касается, ты же не протектор.

– Но я нарриец.

– Это очень хорошо. Мы очень уважаем Нарру. Слушай, а вы же были у Храма Ба… Облачной Девы, ты же где-то там недалеко живешь. Почему же они тебя домой не закинули? Или ты не захотел? – Мужчина засмеялся: – Признавайся, Никки, приключений и подвигов захотелось?

– Вовсе нет! – порывисто возразил окончательно смущенный юноша. – Просто времени не было для этого! А старший протектор Фарклайд такой заботливый! Он сказал, что хочет сам доставить меня домой, иначе будет волноваться! Я говорил ему, что могу и сам добраться, но он же такой добрый… А на это времени не было, а так доставили бы! В смысле… ну… привезли бы меня домой.

– Что же за спешка такая была? – с некоторым недоверием вопросил Ранреу.

– Ну так им же надо делом заниматься, указания Богини выполнять! Это в первую очередь! Я все понимаю! И мне и правда было очень интересно. Со мной никогда ничего подобного не случалось. А тут столько всего. И так интересно! Но с ними я был не потому, что навязывался! Вовсе нет! Просто господа протекторы такие ответственные, они меня одного домой не пустили! А им самим никак нельзя было. Когда такие дела творятся, каждый человек на счету. Старший протектор Фарклайд даже сказал, что я мог бы им помочь с расспросами. Я был очень рад! Правда-правда! Мне так хотелось им помочь! И если бы тот старик записку не передал, то моя помощь наверняка пригодилась бы!

Элайтер, слушая все это, нахмурился.

– Я не сомневаюсь, Никки, – утешил его Лоу, мысленно пытаясь разобраться в информации. – Сразу видно, что ты очень старательный мальчик. Тебе, наверное, даже Зеркало доверили нести?

– Нет, Шерши Ро его дел куда-то. Сказал, что очень забавная штукенция и он собирается с ее помощью кого-то разыграть.

Пламя Халльдуора отчего-то приобрело фиолетовый оттенок. Да и остальные протекторы чувствовали себя примерно так же. Никки тем временем беззаботно продолжал:

– Оно и верно. Это же зеркало для того и сделано. Я такие у дяди в магазине видел. Их не очень много было. Так что вряд ли это известная шутка. Дядя как говорит? «Главное в нашем деле, – юноша поднял палец и вполне удачно спародировал голос своего родственника, – не допустить, чтобы наш товар перестал удивлять». Дядя, кстати, полмира объездил, гоняясь за все новыми и новыми шутихами. Великий человек, я считаю. Он же не только готовые вещи привозил, но и идеи! Идеи! Про них он тоже что-то говорил. Вроде как одна хорошая идея приносит капитала больше, чем иной товар. Кажется, как-то так… Ну или как-то похоже, – не замечая, что его слушатели начинают закипать, не все, правда, паренек завершил свой рассказ, чем, возможно, спас себе жизнь. – Вот и зеркало это он сделал благодаря такой идее.

К этому моменту каждый из протекторов вспомнил разговор в магазине дяди рассказчика, в том числе и про копию Зеркала Твоего Шанса. От облегчения мужчины даже рассмеялись.

– Какие же мы идиоты, – воскликнул Микош. – Мы же про эту подделку знали!

– То-то я смотрю, что они были не такие уж и радостные! Если бы Зеркало было с ними, они иначе бы себя вели!

– Точно-точно. Да и к Бабе-на-Облаке вряд ли бы потащились!

– И ничего это не подделка! – возмутился Никки. – Это такая задумка! А откуда вы знаете?

– Мы были у твоего дяди. – Ранреу быстро анализировал полученные сведения. – Он очень рад, что у тебя случилось настоящее приключение.

– Да? Правда? Ой, а я так боялся, что он с мамой будет волноваться!

– Мы его успокоили. – Лоу вспомнил, что на момент их прибытия родственники юноши даже не хватились его. – Ты лучше скажи, кто передал Шерши Ро это зеркало?

Никки снова вспомнил, что язык перед карнавцами лучше не распускать.

– Простите, – нахмурился он. – Я не знаю, можно ли это говорить.

– Ой, извини, я постоянно забываю, что ты из Нарры-шэ. – Ранреу укорил себя за излишне прямой вопрос. Он легко мог болью или угрозами выбить из паренька все, что он знал и не знал. Но у него просто рука бы не поднялась. Да и разве хитрец Лоу опустится до такого? Куда веселей узнать все с помощью вроде бы обычной беседы. – Я… – Но его прервал злорадный смешок Халльдуора. За духовником такого совсем не водилось, так что он мгновенно приковал к себе всеобщее внимание.

– Неужто Шерши Ро не смог определить подделку, и они понесли ее Нарре? – Предположение Рошела отдавало абсурдом, но бесхитростный Никки легко попался на провокацию:

– Неправда! Ну что вы такое говорите?! Шерши Ро сразу понял, что это шутиха! И в Нарру-шэ мы отправились, потому что как раз узнали, где искать прототип, а вовсе не… ой! Кажется, этого тоже не стоило говорить.

Ранреу мягко рассмеялся, погладил смущенного юношу по голове:

– Не переживай, мой хороший, ничего секретного ты не выдал. Лучше скажи, ты не устал? Мы вот устали. Как насчет отдохнуть? Вот и я думаю, что надо. Ребята, отправляемся в Храм Разбитой Чашки.

Постепенно, как верно предположил Шаи, Ранреу вызнал у Никки практически про все похождения команды Льота, о чем мог знать юноша.

Глава 34

К храму Искраулу вела длинная, усыпанная мелким гравием дорожка. Поднимаясь вверх, она проходила под несколькими арками, несущими как эстетическое, так и символическое значение. Первая из них казалась просто тремя здоровыми продолговатыми камнями, два из которых установлены вертикально, а третий положен сверху. При ближайшем рассмотрении становились видны вырезанные искусным мастером символы охраны и ограждения. Считалось, что эти ворота преграждают путь любому злу, которое попытается проникнуть в храм. Также каменная арка означала, что посетитель входит из своего обычного мира в мир духовный. Раскинувшийся по краям дорожки сад своей причудливой завораживающей красотой усиливал это ощущение во много раз. Цветы, кусты и деревья – обычные для этих мест и диковинные – так искусно сочетались, рождали столь дивную гармонию красок и форм, что гость невольно начинал оглядываться, засматриваться, любоваться, и постепенно, с каждым шагом тяжелые мысли отступали, позволяя чутким пальцам красоты разглаживать морщины забот.

Дорожка слегка изгибалась, и на следующем повороте перед посетителями вырастала вторая арка – деревянная. С виду такая же простая, как и первая. Даже узоры были похожи. Проходя под ней, человек должен был ощутить свою связь с окружающей природой, проникнуться ей. Разумеется, это не являлось его обязанностью, просто так почему-то получалось. Следующие ворота увивали цветы. Служители храма внимательно следили, чтобы увядание не опечалило взоров пришедших. Эта арка – роскошная, яркая – дарила радость и легкую улыбку.

Сад по-прежнему плескался по обе стороны от дорожки, но его краски слегка бледнели, успокаивая и умиротворяя. Человек, приходя в храм, должен был оставить свои печали за его стенами. Тем, у кого они не так тяжелы, прекрасные виды помогали в этом. Тем же, кто шел с серьезными бедами, хотя бы немного облегчали эту ношу. Лишнее и неважное оставалось позади, словно и не было. Находясь здесь, становилось куда проще увидеть действительно ценное, откинув в сторону охапки каждодневной суеты.

Но этого обычно мало. Нужны еще и силы, чтобы справиться с подкинутым судьбой. И следующая арка – высокая, стройная, элегантная – была раскрашена насыщенными глубокими тонами. Ее покрывали притягивающие взгляды и лучи солнца – тонкие золотые символы концентрации и раскрытия собственных возможностей. Пятые же ворота, единственные, обладали створками. Оные всегда были закрыты. Человек, пришедший к Богине, должен был собственноручно отворить их. Это каждому было под силу, но это нужно было сделать.

Говорят, кто-то их легко распахивал, а кому-то требовалось приложить усилия.

Сам храм казался идеальным сочетанием вкуса и роскоши. Большой двор с ручьем для омовения рук – как ритуального, так и гигиенического – рождал ощущение пространства. Само же здание было наполнено тенями и ощутимой даже для обычного человека силой. Люди замирали перед ним, будто прислушиваясь. Даже пение жриц и звуки музыки казались здесь тишиной или, может быть, высоким сумеречным небом, когда ощущение причастности к чему-то волшебному невероятно сильно.

Этот путь проделывал каждый из протекторов Нарры много раз. И если обычные люди вполне могли не знать, что означают его этапы, то каждый из защитников Богини почти на подсознательном уровне воспринимал все подсказки, в изобилии присутствующие здесь. Кто-то из них, идя по дорожке, усыпанной мелким гравием, молился, кто-то просто наслаждался красотой, позволяя ей очищать разум и успокаивать разбушевавшиеся эмоции.

– Как вы думаете, зачем те-рио Орнелла пригласила нас? – осторожно спросил Фиро.

– Эта… – Гархаэт метнул взгляд на командира группы и исправил привычное «баба» на более вежливое, – женщина никогда ничего не делает без причины.

– Поэтому я и спрашиваю, – буркнул себе под нос его напарник.

– Те-рио Орнелла Нецкальская – одна из самых сильных и опытных жриц настоящего времени, – взвешивая каждое слово, произнес Шерши. – Она чувствует волю Нарры с особой ясностью. Похоже, Богиня очень заинтересована в успехе нашей миссии, и Орнелла, вероятно, может нам в ней помочь.

– Было бы совсем неплохо, – поддакнул Майрэл. – Наши сведения о том, куда делся брат Рамия, практически нулевые. И на исправление этого может уйти слишком много времени.

Рамий, которого забрали из таверны по пути в храм, шел тут же. Все больше и больше ему становилось понятно, в какую серьезную передрягу они с братом попали. Им не привыкать, но, похоже, сейчас они перешли все возможные границы. Где гарантия, что в этот раз цена за их глупость не станет неподъемной?

– К тому же вспомните, какой сегодня день, вернее, ночь, – гнул свою линию Шерши. – Сегодня обе луны дошли до своей половины. Сила будет невероятно мощна, и жрицы станцуют свой танец. Для храма Искраулу это всегда было особое событие. Оказавшись в их землях, мы просто не можем игнорировать сумеречную церемонию.

– Тем более что она уже совсем скоро, – задумчиво добавил оборотень, глядя вверх. На его пути на уровне пояса оказалась ветка кустарника. Не отрывая глаз от неба, барс обогнул ее и продолжил: – После сегодняшней стычки восстановить силы было бы совсем неплохо.

– Да, определенно, – согласился Ро.

– Да тебе-то что восстанавливать? – возмутился барс. – Пока мы дрались, ты трепал языком!

– А может быть, я отвлекал Халльдуора, – вредно отпарировал Шерши. – И вообще – стычки с этим мерзавцем так утомляют…

Майрэл удержал рвущуюся с языка фразу только потому, что они наконец-то оказались перед храмом. Жрицы довольно улыбнулись, и, указав на ручей и уже приготовленные для них принадлежности для омовения, упорхнули, попросив поторопиться, ибо церемония начнется в самое ближайшее время.

Чистюля барс тут же заныл, что хочет полноценную ванну, коль уж они добрались до человеческих условий. Но пришлось ограничиться умыванием рук и лица.

Вода была холодная, почти ледяная. От нее даже мысли прояснялись.

Протекторы еще немного потоптались у входа, неизвестно чего опасаясь и ожидая. Льот с легкой усмешкой глянул на соратников и первым толкнул двери храма. Его уверенные шаги слились с музыкой и пением, теперь слышными куда сильнее.

Сумерки темными туманными щупальцами выползали из сада и узких коридоров здания. В поистине огромном пространстве главного зала горело множество огней. Они плескались в полукруглых металлических чашах, расставленных и подвешенных на полу, стенах и под потолком. Расположенный у дальней стены алтарь, если не приглядываться, можно было принять за начавшийся пожар, столь много этих оригинальных светильников и обычных свечей его окружало. Но даже над ним сумеречная темнота полностью не развеивалась под высокими потолками. По обеим сторонам широкого прохода каменный пол в четком порядке устилали квадратные покрывала, на которых танцевали жрицы.

Их особые колдовские силы в слиянии с движениями под музыку должны были притянуть еще больше энергии к храму, напоить ею земли в округе и вернуться молитвами к Богине. В этом смысле весь ритуал походил на щедрый летний дождь после засухи.

Строго говоря, главная церемония еще не началась, но в этот день танцы не прекращались часов с пяти дня. Жрицы прибывали из окрестных храмов и менялись. Все они ощущали нарастающую силу и немногие могли удержаться. Энергия столь переполняла их, что ее просто необходимо было как-то выразить, и каждый танец, каждая молитва, каждое заклинание все увеличивали концентрацию силы в храме.

Шли последние приготовления, но в главном зале уже ощущалось торжественное настроение. Однако у протекторов еще было в запасе около получаса, чтобы обсудить со старшей жрицей их дела.

Появление столь известных личностей не осталось незамеченным. Все, кто не был погружен в молитвы – будь то слова, танец или заклинание, повернули головы, рассматривая входящих. Внимание же протекторов мгновенно привлекла отошедшая от алтаря и быстрым шагом приближающаяся к ним фигура.

Не узнать в этой высокой стройной женщине с покатыми бедрами и великолепной осанкой Орнеллу Нецкальскую не представлялось возможным. Ее прямые, цвета светлого меда волосы были убраны наверх, оставляя взорам точеную шею и почти полностью обнаженные плечи. Тонкие полоски ткани лишь подчеркивали их, равно как и высокую грудь, укрывая ее мягкими будоражащими воображение складками. Но все это, даже красота серо-голубых глаз и здоровый оттенок кожи, не могли соперничать с той непередаваемой аурой аристократизма, которая ее окружала. Она не казалась слабой или всесильной, но все знали о ее нежности и колдовских способностях. Она не была властной, но ее воле следовали беспрекословно. Но все это не определяло ее характера, не объясняло того эффекта, который она производила. Наверное, его можно было назвать харизмой, но скорее всего это просто была реакция, какая часто возникает у людей при столкновении с сильными личностями.

И да, это очень многих раздражало. Ее же не заботило. Как и тогда, в молодости, Орнеллу прежде всего интересовали дела.

– Льот. – Голос жрицы был все так же полон энергии и жизни. Она смотрела на мужчину прямо и ясно, не опуская глаз. Потом перевела взгляд на его спутников. – Коллеги, – каждый ощутил на себе ее взор. Женщина сделала паузу и наклонила голову, приветствуя их согласно этикету. – Рада видеть столь доблестных протекторов в храме Искраулу. – Мужчины отозвались нестройным хором подходящих к случаю слов. Кто-то счел нужным ответить поклоном. – Ваше прибытие в этот день и этот час весьма знаменательно. Несомненно, Нарра благословляет вас. И благоволит нам. – Ее улыбка выдала легкую незлую иронию. – Церемония начнется в самое ближайшее время, поэтому мне хотелось бы обсудить с вами некоторые вопросы как можно скорее.

– Ты, как всегда, приступаешь к делу, не медля и минуты, Орнелла, – усмехнулся Льот. – И ты права. Эти «некоторые вопросы» обсудить просто необходимо. И сделать это там, где количество лишних ушей будет сведено к минимуму.

Женщина наклонила голову. Тонкая цепочка, поддерживающая ее прическу, слегка качнулась на волосах.

– Иного я и не ожидала, – ответила она и повела рукой в сторону бокового помещения. – Прошу вас, идите за мной.

Она провела их в одну из совещательных комнат, где они смогли спокойно переговорить. Когда все расселись, Шаи коротко изложил их задачу, историю похождений и проблему, с которой они столкнулись. После окончания его речи Орнелла на минуту задумалась, по привычке прижав согнутый указательный палец правой руки к губам.

– В последнее время я ощущаю невероятную активность Богини, – медленно произнесла она. – Другие храмы тоже это зафиксировали. По сведениям из Карнавы-шэ, – еле заметная усмешка показала, что эти данные неофициальны, – у них происходит то же самое. Похоже, наши боги весьма увлечены этим состязанием. Или, возможно, награда слишком ценна.

– Мы уже думали об этом, – Шаи был осторожен в словах. – Если помните, пару лет назад мы имели счастье лицезреть нашу Богиню, когда из Храма Семи Ступеней с Феэркен-сена к нам привезли Книгу Нитей [20]20
  Книга Нитей– реликвия Храма Семи Ступеней, названного так по числу священных предметов, долженствующих указать путь, лестницу, по которой разум и душа поднимаются к апогею своего развития.


[Закрыть]. По какой-то странной прихоти Сайенсена в некоторые храмы ни Нарра, ни Карнава, ни кто-то другой из равных им не могут войти. Можно заподозрить, что настойчивость Богини объясняется ее желанием задать Зеркалу свой вопрос.

– Но ведь Зеркало уже вывозили, и не раз, – возразил Фиро, работа которого в начале миссии была плотно связана с этим фактом.

Фелл пожал плечами:

– Возможно, настоятельная потребность в ответе появилась уже после того, как этот могущественнейший артефакт вывозили в последний раз, а ждать боги не любят.

– Пожалуй, это может быть правдой, – чуть помедлив, заключила Орнелла и бодро продолжила: – В любом случае, нашей задачей в первую очередь является выполнение воли Богини, какие причины бы за ней ни стояли. Я немедленно разошлю людей для сбора сведений. – Женщина пристально посмотрела на Рамия. – У нас есть имя и внешность. Это уже немало. Не беспокойся, Льот, если этот человек еще на Среднем острове, ты будешь знать об этом к завтрашнему утру. Ежели нет, то у нас будут данные, куда он отправился.

– С Корфом Горноном, – старший протектор метнул взгляд на его брата, – был прядильщик. Они могли воспользоваться туннелем.

Жрица кивнула:

– Не исключено. На нашей стороне тот факт, что в последнее время этому неизвестному прядильщику пришлось весьма активно работать, насколько я понимаю. Даже жрецам и духовникам с их способностью относительно легко получать энергию нужен отдых и восстановление, а прядильщикам в этом вопросе куда сложнее. При наличии аккумулированных запасов силы, например, в амулетах или специальных хранилищах, возможностей больше, но все же при собственном истощении столь щедро использовать силу дальше весьма неразумно, не говоря уже о том, что не для всякого колдуна возможно. Однако есть и такая вероятность. И все же будем надеяться на то, что наши расчеты оправдаются, делать то, что мы в данный момент может сделать, и молить Нарру о помощи. Хотя сдается мне, оная и так есть у вас в полном объеме. – Она жестом подозвала одну из девушек, входивших, похоже, в число ее доверенных помощниц. Когда та приблизилась, шепнула ей несколько слов на ушко, и коллега Шаи исчезла, отправившись выполнять поручение. Орнелла же вновь посмотрела на мужчин. Шерши внимательно разглядывал мозаику на потолке, Майрэл на пару с Гархаэтом уже трескали нашедшиеся здесь фрукты. Фелл выдерживал невозмутимое выражение на лице. Фиро смотрел на жрицу с неким наивно-удивленным восхищением, а Рамий почти забился в угол, больше всего на свете, похоже, желая оказаться отсюда как можно дальше. В глаза Льота жрица глядеть не стала. Куда разумнее было смотреть в его лицо. Например, в район переносицы. Или выше. – Вы были у Ба… Облачной Девы?

Гархаэт даже оторвался от груши, посмотрев на женщину чуть ли не с восторгом. Уголок губ Шаи невольно дернулся.

– Да, – наклонил голову Льот, мысленно пообещав себе прочитать коллегам лекцию о выдержке и манерах.

– Расскажете, что она вам наговорила?

Деликатность никогда не входила в число сильнейших сторон Орнеллы. Хотя при желании она могла словами запутать кого угодно. Но сегодня глава храма не желал заниматься дипломатией.

– Если желаешь, – Льот слегка нахмурил брови.

– Она иногда говорит занятные вещи, – кивнула жрица и добавила: – Но думаю, для этой беседы у нас нет нужды в присутствии всей команды. Майрэл, Гархаэт, Фиро, почему бы вам не продолжить вашу трапезу в пиршественной зале? – Младший духовник покаянно спрятал ухваченные тут же орешки и поспешил по примеру Рыжего поклониться, отбывая в указанном направлении и стараясь не думать об уничтожающем взгляде командира. Барс, напротив, не торопился следовать дельному совету. Вальяжно поднялся, облобызал милостиво протянутую ручку и минуты две рассыпался в комплиментах. Правда, на большее его смелости и вредности не хватило. – Господин Горнон, вынуждена попросить вас остаться до прихода моей помощницы, – продолжила как ни в чем не бывало жрица по окончании этого представления. – О, вот и она. Как вовремя.

Когда помощница Орнеллы с Рамием удалились, в комнате повисла неожиданная пауза. С каждой секундой становясь все тяжелее.

– Шерши, – отчего-то пересохшее горло мешало жрице говорить прежним бодрым тоном, – ты сегодня такой молчаливый, – попыталась пошутить она. – Даже странно.

– Жду, когда ты замолчишь, моя дорогая. – Ро наконец-то перевел взгляд с мозаики на главу храма.

Льот внезапно ощутил страстное желание пожать Халльдуору руку. Однако злость помогала.

Орнелла же отчаянно хотела посмотреть прямо в нахальные карие глаза Шерши, дабы осадить его, но отчего-то не стала этого делать.

– Если говорить об Облачной Деве, – начал Шаи, наконец нашедший в себе силы продолжить разговор, – то сказала она нам… много. – Улыбка в голосе показывала, что это попытка пошутить. – Рациональное зерно, если мы все же можем о нем говорить, в том…

Слова пророчицы тоже озадачили жрицу. Они на четверых немного обсудили различные варианты их трактовки, но скоро пришло время начинать ритуал, и Орнелла вынуждена была уйти.

– Останьтесь на церемонию, – поднимаясь и наблюдая, как вежливо встают ее собеседники, произнесла она и в первый раз за эту встречу посмотрела прямо в глаза Льоту. И тут же отвела взгляд. Тон стал суше. – Вы устали. Команда Ранреу – сильный противник.

– Нам очень помогли присланные тобой жрицы, – выдавил из себя Фарклайд.

– Да, – невпопад ответила Орнелла. Потом словно встряхнулась и подарила мужчинам одну из своих улыбок. – Для выполнения миссии все ваши силы должны быть при вас. – До собеседников донесся мелодичный перезвон часовых трубок, отмеряющих здесь каждую четверть часа. – Простите, мне уже пора.

Жрица поклонилась, как того требовал этикет, и направилась в главную залу. Протекторы последовали за ней. Через пару минут к ним присоединилась остальная часть команды: пропустить начало ритуала считалось кощунством.

Льот смотрел на сияющие в чашах огни, замерших жриц из числа самых способных: сейчас, в начале церемонии служили только они; ощущал, как энергия Богини все больше заполняет храм, и чувствовал себя невероятно усталым.

– Вечер уже спустился на землю. – Голос Орнеллы мигом погасил все другие звуки. – На небо всходит первая луна, и мы…

Старший протектор, как и многие в зале, закрыл глаза.

Огонь плескался в медных чашах. Вокруг славили Богиню. Жрицы в едином порыве танцевали свою молитву, движения были такие слитные, будто ими управлял единый разум. Казалось, даже волосы и длинные одеяния женщин, за которыми тело лишь угадывалось, в точности повторяют па соседок. Мужчины и жрицы, не занятые в танце, вновь и вновь повторяли слова, когда-то давно специально написанные для этого вечера. Впрочем, они не были неизменны.

Нарра не раз указывала на то, что даже религия должна меняться, ведь мир находится в бесконечном движении. Разумеется, не нужно предавать богов, но служба им вполне может трансформироваться. Так, несколько веков назад люди трепетали от одной музыки, сейчас же их дыхание перехватывает от совсем иной. Стихи и танцы одного времени не всегда впечатлят людей другого. Многое – чувства, стремления, большинство ценностей – на протяжении всей истории не оставляют человечество, всегда волнуют его. Люди как любили, так и будут любить. Как ненавидели, завидовали и предавали, так и будут это делать. Как стремились к лучшему, как жаждали признания, как заботились о близких, так и продолжают. Это часто наводит на мысль, что ничто не меняется. Но это не всегда верно. Можно сказать, что в общем картина не поменялась, но в частностях различия огромны. Если в одно время наличие трех платьев и набора для вышивания считалось вполне достаточным для приданого, то через какое-то количество десятилетий стало недостаточно и ларца с серебром. А еще спустя век девушке потребовалось образование и знание этикета, чтобы считаться завидной невестой. Дальше – больше, и так во всем. Зачастую меняются и цели, к которым стремятся. Не всегда кардинально, но тем не менее. Если оставить все тот же пример с невестой: когда-то выйти замуж почиталось для молодой женщины главным достижением, а в какой-то момент брак превратился просто в одну из ступеней жизненного пути, не всем даже необходимую.

Окружающий мир уже не такой, каким был. Даже представления о добре и зле корректируются. И как бы ни пытались пессимисты утверждать обратное, мораль становится гуманнее, ведь оружие все совершеннее, а конец света все-таки не наступил. В любом случае изменения происходят, и это неизбежно. Сердца людей сейчас волнует совсем иное, что тревожило раньше. А для молитвы нет ничего важнее именно вот этого волнения сердец.

Музыка же и танец, слова и движения не только способствуют ему, не только позволяют душам острее чувствовать, но и сами меняют энергию мира, трансформируют ее. Ритуалы нужны в том числе и для этого. А значит, порой нужно корректировать и их. Нарра всегда любила тех, кто не только знает технику церемоний, но и умеет чувствовать настроение мира, дабы не пропустить момент, когда нужно принять новое.

Находясь в храме, напоенном молитвами, большинство людей инстинктивно понимает, что нужно делать. Но ритуалы такого уровня может направлять лишь опытный жрец. Нынешним руководила одна из самых одаренных жриц. Льот смотрел на нее и думал, что для него она всегда олицетворяла Богиню, хотя прекрасно понимал, насколько Нарра другая. Но ему так и не удалось отделаться от этого представления.

– Льот. – Шаи осторожно тронул начальника за рукав. Фарклайд непонимающе посмотрел на адъютанта. – Мы должны пройти вперед, мы же почетные гости.

Старший протектор выругался про себя. Вся эта миссия – одно сплошное недоразумение, неудивительно, что ум за разум заходит. Льот заметил, что на них уже обращено несколько взглядов. Раздумывают, почему они медлят? Или уже сделали свои выводы?

Фарклайд невозмутимо продолжил стоять прямо напротив старшей жрицы. Их разделяло пространство целого храма, но всем почему-то казалось, что на самом деле они находятся наедине. Промедление уже становилось неприличным. Обычно такая пауза означала, что гости желают оскорбить хозяев, святилище и Богиню. Заподозрить в последнем ее старшего протектора было невозможно, но все знали, что когда-то Орнелла предпочла ему другого. Неужели Фарклайд решил нанести ей удар в бесконечно важное для нее – ее храм, ее работу, ее предназначение? Проклятие протектора такой силы в эту ночь навсегда убьет святость этого места.

Льот неторопливо поднял руку. Присутствующие замерли на полувздохе. На лице старшей жрицы не дрогнуло ничего. Она знала.

Энергия завертелась вокруг мужчины, отдаваясь ему с жаждой истосковавшейся женщины. Воздух вокруг задрожал от напряжения. Потом Льот поднял вторую руку, прижав ее пальцы к ладони другой. Сконцентрировался.

В следующий момент в зале стало заметно светлее. Но это заметили не сразу. Все внимание притянула вспышка, всплеск энергии. Через мгновение стало понятно, что огонь загорелся в оставшихся незажженными полукруглых чашах. Обычно сделать это удавалось в лучшем случае к середине церемонии. К тому моменту они достаточно напитывались энергией, чтобы заполыхал их жаркий оранжево-желтый огонь. Когда он просыпался, храм тоже приобретал новые силы. Как и все присутствующие.

Никто из них, кроме разве что пары-тройки человек, не мог проделать то же, что Льот мгновение назад. И зал замер в невольном восхищении. В глазах старшей жрицы на миг скользнуло что-то похожее на гордость. Потом они вновь приняли свое обычное приветливо-внимательное выражение, сама женщина улыбнулась, благодаря за помощь, выражая свое уважение, и продолжила церемонию.

Фарклайд повернулся к Шаи и легко уточнил:

– Мы просто выжидали момент.

И первый направился по проходу, чтобы занять свое место справа в пяти-шести шагах от возвышения, на котором стоял алтарь. Его спутники уселись рядом, по выработанной за долгие годы привычке принимая молитвенную позу. Каждый из них чувствовал, что с каждой минутой все больше и больше наполняется силами. Обычно для такого эффекта требовалось куда больше времени. Не зря этот храм и эта церемония считались столь важными.

Ритуал шел своим ходом. Льот вновь прикрыл глаза. Слишком ярко. Сумерки даже при таком количестве огней отступали, но не исчезали полностью, прячась под потолками и по углам. Мужчине казалось, что он чувствует эти островки ночной черноты. Почему-то хотелось окунуться в них, завернуться в эту мягкую манящую темноту. Он слишком устал, а люди вокруг, пусть это даже соратники и единоверцы, раздражали. Да, нужно пополнить запас энергии. Если не ему, то членам его отряда. Не у всех же такой потенциал… Но разве нельзя было это сделать иначе? Ночи полноценного сна вполне хватило бы. А сейчас они несколько часов убьют на церемонию. Конечно, почтить Богиню необходимо, но протекторам вполне позволено сократить эту процедуру. Тем более что, если они останутся до завершения ритуала, наверняка множество из присутствующих посчитают своим долгом подойти, поздороваться, поговорить, пожелать удачи, втихаря выведывая сведения, а может, и злорадствуя. «Не люблю людей», – неожиданно для себя подумал старший протектор.