Текст книги "Боги вне подозрений"

Автор книги: Елизавета Шумская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 25 страниц)

Глава 27

Корф Горнон жил в съемной комнате над галантерейной лавкой. Владела и тем и другим аккуратная разговорчивая вдова в том периоде средних лет, когда они приближаются к преклонному возрасту. Разговаривать с ней отправили Фиро и Никки. Вернее, первый вел беседу, а второй улыбался и краснел. Это приводило даму в полнейшее умиление, так что узнать все необходимое не составило труда. Куда сложнее было найти место, где молодой парень остановился. Помогла слишком похожая внешность Рамия. Оказалось, что его брат не заплатил за купленные три дня назад продукты. Торговец, которому пообещали принести деньги «вот только до дома добегу, деньги возьму», злился, поливая должника и его родственника отборным матом, правда, стоило ему сообразить, что группа представительных мужчин не просто идут рядом, а сопровождают столь не угодившего ему парня, как он тут же сменил тон. Взяв лавочника в оборот, протекторы быстро узнали и адрес, и образ жизни Корфа, и даже примерный список покупок. Последний протекторам поведали без их на то согласия.

Рамий только отводил глаза. Ему было стыдно. Бедность, а в его случае – нищета, унизительна. Понимание того, что он даже не представляет, когда и сможет ли вообще расплатиться с торговцем, угнетало его. И хотя на Нарре-шэ действовал закон, что брат – или любой другой родственник – не в ответе за долги брата, если добровольно не принимает на себя подобное наследство, но все равно юноша чувствовал свою ответственность. Как и большинство людей в подобной ситуации.

Постояльца своего владелица галантерейной лавки не видела уже несколько дней, хотя подозревала, что они просто не пересекаются. Она целыми днями крутилась за прилавком, а к комнатам наверху вел отдельный вход. За жилье в противовес продуктам было заплачено вперед, так что женщина нисколько не беспокоилась. Пустить их решилась, лишь увидев Рамия. И тут его сходство с братом сыграло им на руку. Можно было, конечно, воспользоваться своей властью, которую давало им положение защитников Нарры, но Льот считал, что с обычными людьми нужно по возможности договариваться иначе.

Пока Фиро проявлял чудеса дипломатии, что, впрочем, сейчас не представлялось особо трудным, Майрэл, Гархаэт и Шаи изучали подходы к дому. Несмотря на небольшую в принципе территорию, они насчитали минимум четыре способа выйти из комнаты, занимаемой Корфом. Без экстремальных. Когда же разрешение от хозяйки было получено, Льот с Фиро и Феллом отправились наверх, оставив довесок из обоих юношей в лавке, а прочих протекторов снаружи на случай, если их будущий знакомец решится бежать. Однако скоро им пришлось вновь собраться вместе…

Захват был произведен по всем правилам. Разведка. Превосходящие силы. Все подходы перекрыты. Нападение с нескольких сторон. Отвлекающий маневр. Вот только… захватывать, как оказалось, некого.

В комнате оказалось пусто. Причем, судя по всему, уже несколько дней. Майрэл долго что-то вынюхивал, ворча, что он не сыскная собака, но заявил, что минимум полтора дня в помещение никто не входил.

– Однако до этого тут были двое мужчин, – поделился он наблюдением.

– Я давно уже думаю, что без прядильщика наш «шут» не справился бы, – откликнулся Шерши.

Остальные кивнули. Эта мысль посещала всех, кроме ничего не понимающих Никки и Рамия. Последний, похоже, был мало посвящен в детали плана брата.

Уже через минуту, не сговариваясь, протекторы разбрелись по комнате в поисках хоть чего-нибудь, что указывало на то, куда отправился похититель Зеркала, или хотя бы на личность таинственного помощника. Но вещи все были такие обычные. Ничего особенного. Скромный набор молодого человека небольшого достатка. Более того, особо и вещей-то тут не осталось. Сбежал или увели против его воли?

Тайников тоже не обнаружилось, что и неудивительно, учитывая съемный характер жилья.

– Похоже, зацепок у нас не осталось, – потер переносицу Гархаэт после того, как минут десять пытался вытрясти из Рамия, куда могло понести его брата. Тот отпирался и утверждал, что в друзьях у того сроду прядильщиков не было. По крайней мере, ему о них неизвестно.

Рыжий тогда подумал, что вполне может статься, более жесткий Корф уже давно перестал делиться с братом всей информацией.

– Придется опрашивать людей. Не может быть, чтобы никто ничего не видел. Где-то эта парочка должна была засветиться, – с покорностью судьбе, но не обстоятельствам приказал Льот.

– Ты представляешь, сколько на это уйдет времени? – поинтересовался Шерши, начиная спускаться по лестнице. – И как верен будет результат? Надежней ткнуть пальцем в одну из сторон света. По крайней мере шанс один из четырех, куда больше вероятностей, что повезет.

Обернувшись через плечо, на лице Фарклайда Ро с легкостью прочитал, что уже откровенно довел его. Духовник счастливо улыбнулся.

– Ой, господа протекторы, – раздавшийся внизу голос хозяйки лавочки отвлек Льота от карающих мер, – а тут к вам пришли.

– Что?! – От неожиданности кто-то из них даже споткнулся. Еще немного, и миссия закончилась бы печально.

– Ну то есть приходили, – поправилась женщина, показываясь в поле зрения. Как только мужчины все оказались перед ней, она, гордясь и смущаясь одновременно, продолжила рассказ: – Почтенный такой старец в плаще с капюшоном. Наверное, совсем старый, да? Если в такую жарищу так кутается? Бедный-бедный! Он вас ждать не стал. Сказал, что не хочет отвлекать вас от дел, но записку оставил. Вот она.

Женщина протянула небольшую сложенную конвертом бумагу. Льот еле удержался, чтобы не выхватить ее. Кто мог их тут найти? Они добрались сюда, на Южный остров Нарры-шэ, от дома Эмбоса Мартина пространственным туннелем, ради скорости пренебрегая скрытностью. Но за ними никто бы не погнался. По крайней мере по такому-то поводу, как действия на чужой территории без разрешения. Так кто же передал записку? Кто-то, кто не хочет афишировать своего участия? Или наоборот – конкуренты? Карнава хитер. И протекторы у него такие же. Или это кто-то из местных?

С нарочитой медлительностью, испытывая терпение коллег, Фарклайд развернул лист. «Идите к Облачной Деве», – гласила единственная надпись.

– Я так понимаю, подписаться этот почтенный старец не удосужился, – прорычал Майрэл.

– В пиратской крепости тоже был чудаковатый старик, – заметил Фиро.

Шерши повел ладонью над бумагой и раздраженно нахмурился: ничего необычного та ему не поведала.

– Послушаемся совета или поступим, как намеревались? – Шаи посмотрел на начальника. Тот явно тоже раздумывал над этим вопросом.

– До Храма Облачной Девы не более часа верхом, – положил он один довод на чашу весов. – Ее слова мудры, но, как правило, туманны. – Льоту потребовалась вся его выдержка для подобной корректной формулировки.

– Однако это шанс сэкономить время, – заметил Шерши. – Если повезет.

– Меня смущает, что записка анонимна.

– Но с нами брат этого пройдохи Корфа, так что никуда он от нас не денется, – заметил Гархаэт. – Рано или поздно сам явится. А там думать будем.

«Я так и знал, что мимо Облачной Девы мы не проедем», – мученически подумал Льот, тонким пером выводя послание для Корфа Горнона, ежели он все же появится в снятой комнате.

– И вовсе он не пройдоха! – пискнуло рядом. Никто не обратил внимания.

Глава 28

– Неужели вы думаете, что я буду с вами разговаривать, пока у вас нет благословения Облачной Девы? – Привратник захлопнул и без того крохотное окошко на воротах в Школу Марвара.

Ранреу пнул дверь и выругался.

– Школа-то всего ничего, а пафоса, пафоса!!! – Старший протектор Карнавы даже не скрывал свою досаду.

– Чем меньше человек, тем больше он создает проблем, – наставительно заметил Альзорел, подумал и добавил: – В чем может, – оглядел серое, без всякой фантазии в архитектуре здание, высокий, давно не крашенный забор и наглухо закрытую дверь. – К учреждениям это, похоже, тоже относится.

– Однако это уже не первый случай, – вставил Микош.

На въезде в город с ними отказались разговаривать трое прохожих и только четвертый, обязанный по долгу службы стражник, хмуро подсказал месторасположение Школы. По дороге сюда Ранреу захотел купить пирожок, но им не продали даже его. Мотив к столь странному поступку был все тот же: без благословения Облачной Девы с ними никто общаться не будет. Даже торговцы.

– Нехтный город! Нехтные правила! Нехтная школа! – продолжал бушевать Лоу, которому больше всего досталось.

– Хочешь, я ее сожгу? – меланхолично предложил Халльдуор. Обычно гневался как раз он, но с момента въезда в этот странный город все шло как-то не так.

– А можешь? – с надеждой спросил старший протектор, ради этого даже отрываясь от пинания двери.

– Легко, – пожал фаар плечами.

– А можно я поучаствую? – разве что не запрыгал на месте второй духовник. Невозможно было понять, шутит он или говорит серьезно. С Микошем такое случалось.

– А как мы тогда узнаем нужную нам информацию? – педантично поинтересовался Альзорел.

– Ты зануда! – немедленно обвинил его начальник. – Отловим кого-нибудь из выбегающих и спросим!

– Думаете, после огня Халльдуора там будет кому выбегать? – скептически поднял тонкую бровь над очками адъютант.

– Некоторые знаки нельзя игнорировать, – вздохнув, произнес Элайтер. – Придется идти к Облачной Деве, если уж по-иному не получается.

– Ничего себе знаки! – развернулся к нему Ранреу. – Это пинки в направлении, а не знаки!

– Разве я не сказал, что проигнорировать не удастся?

Протекторы, не сговариваясь, посмотрели вверх и влево.

Над городом на скале возвышался Храм Облачной Девы.

Как долго стояло на этой каменистой возвышенности сие святилище, доподлинно неизвестно. Но явно не одно тысячелетие. Зачем оно было построено и как зародился этот странный культ, тоже не представлялось понятным. Но боги явно благоволили к нему. Так почитают пророков, оракулов и сумасшедших.

Сложенный из огромных камней толщиной и высотой в маховую сажень, храм несмотря на свои размеры не казался давящим или громоздким. Святилище было построено в виде трех квадратов, поставленных один за другим по диагонали. Не особо гладко отполированные с внешних сторон стены поднимались на четыре человеческих роста вверх, а под самой крышей зияла щель в несколько ладоней, компенсируя тем самым отсутствие окон. Свет падал сквозь них, придавая желтому песчанику нежный солнечный оттенок.

Храм находился в самой высокой точке города, который будто шлейф сползал от него к морю. Оно же в вечной своей симфонии шуршало набегающими и отходящими волнами по мелкой гальке берега. Ветра, никогда не утихающие здесь, подпевали ему, а чайки вносили в эту мелодию тревожные нотки.

Халльдуор запрокинул голову и посмотрел ввысь. Чем дальше они поднимались, тем страннее вела себя энергия. Даже его синий огонь плескался куда свободней, чем обычно, словно радовался чему-то, но контролировать его становилось все труднее. Рошел украдкой оглядел своих спутников. Во время обучения да и последующей практики каждый из них хотя бы раз оказывался в этом месте, несмотря на его расположение на территории Нарры-шэ. Так же как ее защитники посещали Храм Разбитой Чашки, находящийся на землях Карнавы-шэ. К слову заметим, обучаясь на Феэркен-сене, они все временно считались полноправными жителями острова, что освобождало их от подданства карнавских или наррийских королей. И только ученики могли решить, возвращаться ли на родину или нет. Случаев, когда это не происходило, было не более десятка, но тем не менее. Хотя практически все из обучающихся на Седьмом острове продолжали считать себя карнавцами или наррийцами, в плане посещения различных храмов и просто понимания религии как таковой, какому бы богу или богине она ни была посвящена, такая система была весьма удобна.

Фаар видел самые разные реакции на святилище Облачной Девы. Некоторые выходили оттуда радостные, практически эйфорически возбужденные. А был случай, когда одну из их сокурсниц вынесли в глубоком обмороке, и пришла она в себя лишь через два дня. Сам Халльдуор не любил здесь бывать. Ему достаточно было и той чуши, что вечно нес Шерши Ро, чтобы выносить еще чью-либо ерунду. Даже если в нее заключена мудрость мира.

Не в пример храмам Нарры или Карнавы, на подходе к этому месту не возвышались традиционные ворота, не было и внутреннего двора, и длинной дороги раздумий, которые стали правилом для иных святилищ. Не росли тут и цветы, не звенел ручеек, в котором обычно омывали руки, а заодно и мысли пришедшие к богам. Но стоило мужчинам ступить в храм, как они почувствовали совершенно иную атмосферу, чем царящая снаружи. Сила внутри этих стен казалась плотной и чуждой. Протекторы привыкли, что энергия льется многочисленными потоками, некоторые из которых возможно перенаправить, изменить. Здесь этого не было. В этом месте сила походила на однородное полотно. Возможно, из него и можно было выдернуть какие-то нити, но это должен был делать лишь тот, кто привычен к такой работе. Даже их квалификации на это не хватило. Или все же специализации?

В какой-то миг каждому из вошедших показалось, что им кто-то хочет передать какие-то сведения, что-то сказать. Энергия вокруг была наполнена некими неясными голосами, шепотом, обрывками мыслей и желаний, рассказами о прошлом и будущем, но ничего из этого понять не удавалось, но ощутить – да. Мысли начали путаться, тело напряглось. Захотелось одновременно и покинуть это место, и вслушаться внимательней, в надежде разобрать хоть что. Но все это длилось лишь один миг. Потом будто холодный ветер налетел с моря, и эти дикие ощущения пропали. Наполненная знаниями сила отхлынула от протекторов и затаилась до поры.

Существовало мнение, что вся информация, которая есть, была или будет в мире, сплетена в некий невидимый ковер, а может, и вовсе плывет вместе с другими энергетическими потоками по пространству. Только почувствовать ее, эти особые течения, могут лишь избранные – пророки, поэты, оракулы, медиумы, некоторые гадалки и те, кто обучен соответствующим навыкам. Иногда этот дар дается случайно, иногда развивается в результате усиленных тренировок. Какие-то предсказания – о прошлом или будущем, сведения о настоящем, которые узнать как-то иначе невозможно, – являются просто удачной фантазией, умелым предположением или хитрым толкованием мутной фразы. Но существуют и иные. Те, в подлинности которых сомневаться не приходится. Таких в этим мире существовало достаточное количество. И большая их часть приходилась именно на Храм Облачной Девы.

Были среди них и конкретные указания на события, и расплывчатые или вовсе непонятные до самого момента, когда все происходило, рассуждения. Некоторые из них касались судеб стран и королей, иные же относились к одной-единственной частной ситуации.

Что достанется их команде сейчас, Халльдуор даже боялся предположить. Может, жрица вообще не захочет с ними говорить. Но это сомнительно. Несмотря на всю свою неприязнь к Храму Облачной Девы, Рошел признавал, что случайно сюда не попадали.

Группа протекторов неспешным шагом вошла в первый большой зал. По сути, построен он был лишь с одной целью – хоть немного подготовить пришедших к тому, что их ожидает дальше. Фаар слышал и иную версию – здесь, прямо в стенах, полу и потолке, заключалось множество ловушек, способных нашинковать возможных злоумышленников на очень мелкие кусочки. Такое представлялось вполне вероятным: культ за все время своего существования нажил себе врагов даже среди власть имущих на континентах, не говоря уже о жителях Колье. Но истории не было известно случаев убийства Облачных Дев. То ли спасало умение предвидеть события, то ли охрана, и эта комната в том числе, а может, такие инциденты тщательно скрывались.

Этот зал, как, впрочем, и последующие, был почти пуст. Все его убранство составляли несколько свитков на высокой, странной конструкции тумбе и стол для пожертвований, укрытый тонкого льна тканью. Однако пусто здесь не казалось. Фрески и высеченные в камне символы покрывали стены от пола до потолка. Рисунки красовались и на последнем. Под ногами же лежала яркая, не потерявшая своих цветов даже за столько веков мозаика. Звук шагов, шорох одежды здесь слышались как-то иначе, словно попадали в особую, специально для них предназначенную ловушку.

Однако первый зал остался позади, и протекторы наконец оказались перед той, к кому шли. И вновь, как и всегда, когда выпадало бывать здесь, застыли. Сколько они уже ни видели это зрелище, оно все равно впечатляло. Посредине просторной, полной косых солнечных лучей комнаты висело облако. Большое, пушистое, с виду такое мягкое. Абсолютно белое. Размерами в десять шагов в длину и ширину. А на облаке лежала женщина.

– О, они поменяли жрицу, – еле слышно выдохнул Ранреу.

Нынешняя служительница этого странного культа была в том роскошном возрасте, когда юность еще не утрачена, но глупость и наивность уже сменились на понимание и наслаждение собой и самим фактом своего существования. Красота женщины на облаке казалась чуточку резковатой, а из-за совершенно не присутствующего здесь взгляда и вовсе чудаковатой. И все же глаз от нее отвести было невозможно. Хотя бы потому, что она то и дело переворачивалась на своем фантастическом ложе.

– Кто пожаловал… – промурлыкала она, отвлекая протекторов от совершенно невежливого разглядывания.

Ее глаза уставились на вошедших, но у каждого сложилось впечатление, что видит совсем не их лица и фигуры. Может, смотрит прямо им в душу, но в это верить не хотелось.

– Ранреу со своей поисковой командой… – Лицо ее казалось заинтересованным, если бы не взгляд. Женщина даже подперла подбородок основанием ладони, без каких-либо видимых неудобств поставив локоток на облако. То вело себя как абсолютно твердая поверхность, хотя было видно, что оно чуть клубится и двигается.

Старший протектор склонился в церемониальном поклоне.

– Видящая… – пропел он. – Приветствую тебя. Карнава шлет тебе свое почтение.

– Ах брось! – отмахнулась жрица и перевернулась на спину. Запрокинув лицо, она вновь могла видеть мужчин. – К чему такие условности? Между нами-то?

Лоу спиной чувствовал взгляды соратников, в которых откровенно читался вопрос: «Ты что, паршивец, и с ней спал?!» Женщина с удовольствием полюбовалась на эту картину и добавила, будто не прерывалась:

– Коллегами, м?

– Как пожелает дама, – возрадовался Ранреу. Он совершенно ее не помнил, что заставляло усомниться в собственной чести. Настоящий мужчина всегда помнит всех своих женщин.

– Какой любезный. – Могло показаться, что жрица с ним заигрывает. – Ты мне нравишься. – И она тут же посмотрела, если можно это слово употребить к этому невидящему расфокусированному взгляду, на остальных. Каждого по очереди. – И вы тоже… немного… или много? Как странно… такие разные. Зачем же вы пришли?.. Какая странная от вас энергия… Будто вы недавно кого-то предали… Один из вас. Или не из вас? – Голос у жрицы изменился, стал менее четок. – Может, это из следующих? Они уже скоро будут здесь. О! а вы знаете, что с вами Бог? Или был с вами? – Она запустила руки в волосы, уже в который раз переворачиваясь. – Или будет? Что-то вы совсем меня запутали. – Она оказалась у самого края облака, и самый несдержанный, Микош, уже дернулся, чтобы подхватить ее, дабы жрица не упала. Однако это странное ложе, будто живое, приподняло свой край, и женщина, как в колыбель, покатилась обратно. Потом резко выпрямилась и села, раскачиваясь из стороны в сторону. – А может, это не ваш Бог? Или вообще Богиня? Я отчетливо ощущаю кого-то столь же сильного. Разве вы не любите Нарру? Или вы от Карнавы? Как они заинтересованы! Зачем вы пришли?! – рявкнула она, подаваясь вперед и совершенно безумными и из-за этого ужасающими глазами уставившись на мужчин.

Те невольно отшатнулись, с подозрением глядя на грозно сереющее облако.

– Мы ищем… – попытался собраться с мыслями Ранреу.

– Молчи! – вдруг вскрикнула женщина, хватаясь за виски. Темные локоны пришли в полный беспорядок, когда она замотала головой. – Только молчи! Не задавай мне вопросов, безумец! Ты не здесь ищешь!

– Не здесь?.. – вопреки приказу попытался что-то уточнить Лоу.

– Не здесь! Не здесь!! Вашу рыбку нужно удить в море! Да! Порт! Корабль… большой… Был. Рыба не предаст море, но предаст сухопутных тварей. Рыба выберет свою стихию. На ней властвуют полурыбы-полулюди. Она попробует сбежать… судьбе навстречу. Тот, кто затеял эту игру, плетет нити, но даже он не все может предвидеть. Удастся ли ему его кружево?.. Сможешь ли ты, Ранреу Лоу, и тут остаться на высоте?

– Ты можешь понять, что это за порт? – Халльдуор слегка подался вперед. Облако боязливо отпрянуло назад. Фаар был в своем истинном обличье.

– Вас остановят. – Женщина расширила глаза, не отрывая взора от синего пламени. – Совсем скоро вас остановят. Онане позволит, чтобы кто емупомешал. Они слишком страдали. Я все сказала, для вас больше ничего нет. – Жрица сморгнула и стала почти нормальной. – Какой милый огонек! А можно его потрогать?

– Кажется, он не нравится твоему облаку. – Рошел не любил подобного интереса.

– Ах да, – словно только что вспомнив об этом, махнула рукой женщина. Вновь легла на живот и чуть взбила облако, как мягкую перину. – Идите уже, у меня скоро будут еще одни гости, а вам еще с девочками общаться. И да, Карнаве тоже… мое почтение.

Она заливисто рассмеялась, будто весело пошутила, а протекторы сочли за благо откланяться. Выходить полагалось через тот же зал, в который они вошли первым, но сворачивать в другую сторону, проходя мимо третьего, последнего, квадрата здания.

Все шли запутанные и ошарашенные. Мало что из сказанного казалось понятным. Однако догадок и подозрений было море, да только как из них выбрать правильные?

– Слушайте, – вдруг совершенно не в тему спросил Микош, – тут же три зала. В двух мы были. А для чего третий?

На него воззрились как на безумного.

– Нашел что спросить! – выругался Халльдуор, уже все мозги сломавший на предмет предательства и Бога, о которых говорила жрица. Что она имела в виду? Неужели один из них играет за Нарру? Среди них есть земное воплощение Бога? Да нет, бред. Это проверенные годами протекторы. Карнава никогда не дал бы свою силу тем, кто может его предать. А если он среди них? Или не среди них, а среди следующих? А кто следующие? Льот с командой тоже здесь? Может, кто-то из них предает? Быть такого не может! Нарра помогает им, вопреки неписаным правилам невмешательства богов, по крайней мере явного?.. Имелось ли в виду предательство Хозяина Морей? Против воли вспомнилась сумасшедшая парочка – Эндрю и Лирина, разошедшиеся с ними еще в порту. Вот уж кто воистину странен. Может, слова жрицы относятся к ним? – Что за глупые вопросы?

– Не, ну интересно же! Может, там охрана сидит? Или символ храма? Какая-нибудь священная реликвия? Вот бы увидеть!

– А может, щетки с тряпками? – коварно предположил Альзорел.

Микош возмущенно уставился на коллегу:

– Целый зал на это? Он же огромный!

– Так и храм не маленький, – продолжал ерничать адъютант. – Попробуй такой отмыть! Все ходят и ходят.

– Нет! Там реликвия! Или охрана! – Духовник совершенно по-детски бросился в спор.

– Запасное облако там, – отрезал Халльдуор. И отвернулся, чтобы скрыть предательский смех, который легко было рассмотреть даже в алых угольках глаз.