Текст книги "Боги вне подозрений"

Автор книги: Елизавета Шумская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 25 страниц)

Глава 25

Юношу, который пытался унести из дома проклятого чиновника фальшивое зеркало, звали Рамий Горнон. Он даже уточнил, что в фамилии ударение на второй слог. В целом более ничего примечательного в молодом человеке не было. Он принадлежал к тем людям, у которых жизнь как качание на волнах – то вверх, то вниз – и никогда не угадаешь, что судьба в следующий миг приготовит: взлет или падение. Правда, в последние годы все больше вниз получилось.

Происходили они с братом Корфом из семьи бедной, но до поры до времени им худо-бедно удавалось сводить концы с концами. Увы, не более. И как часто и вполне понятно бывает, в какой-то момент это стало просто невыносимо. Они были молоды, полны желаний, хотелось испытать хоть что-то яркое, красивое, чудесное. Хоть немного пожить в свое удовольствие. Братья долго обдумывали, как им поступить, и решили открыть собственное красильное дело. Тем паче, что Рамию всегда нравилось придумывать новые узоры для тканей. Ему даже порой удавалось продать подобные изделия. Чтобы встать на ноги и стать более-менее известными, то бишь покупаемыми, нужны были немалые деньги, а никто из знакомых и более-менее порядочных ростовщиков не решился ссудить на столь рискованное предприятие. Тогда Рамий и Корф отправились к Эмбосу Мартину, на котором никакого проклятия еще не было, но слава о чиновнике уже шла нехорошая. Но за ссуду он запросил не особо большой процент, и юноши наконец-то получили свой шанс. Однако скоро поняли, что просчитались. То ли деловой хватки недоставало, то ли мешал кто, но подняться никак не удавалось. А нужно было отдавать деньги. Время поджимало, появлялись все новые и новые долги. Понемногу сначала, но потом все больше и больше. На них уже начали косо смотреть окрестные лавочники, долго продававшие им в долг. Из дома пришлось переехать в мастерскую, потому что платить за него уже стало нечем. Дальше – больше. Но хуже всего – приходил срок возврата золота Мартину, а все знали, как он крут на расправу. Однако и к этой страшной дате денег не появилось, как братья ни старались.

Отправились на поклон к Эмбосу, уже не числя себя среди живых. Против ожидания, тот лишь пожурил их и предложил отработать. Предприятие изначально казалось сомнительным, но выбора не осталось. Рамий с Корфом надеялись, что пронесет. Первые пару раз им везло. Однако потом стража оказалась на высоте, и долбить бы парням камни на каторге, если вновь не вмешался бы Мартин. Как уж, неизвестно, но он выкупил их свободу. Взамен юноши должны были фактически вечно служить ему. И бумаги соответствующие пришлось подписать. Также, будто этого мало, Эмбос составил документ, по которому к их предыдущему долгу добавлялась такая сумма, которую братья не выплатили бы никогда, даже если бы дело в их мастерской пошло на лад. Кстати, оная тоже перешла к чиновнику.

Пошли годы безрадостной службы. Ни о каком уважении к ним речи не шло, а как Эмбоса проклятием заперли в доме, так вообще единственным развлечением у него стало издевательство над слугами, коих было в доме более десятка, таких же бесправных и бессловесных. Пару раз братья пытались сбежать, но каждый раз их отлавливали и избивали до состояния, когда уже больше ничего не хочется, долго ничего не хочется.

– Понимаете, нам терять, кроме жизни и друг друга, уже нечего. – Парню самому не нравилось то, что он рассказывал. Нелицеприятная правда обжигала губы и душу. – Корфу проще. Он веселый. Смешной. Хитрый даже порой. И у него мозги получше. Я, кроме как рисовать по тканям, ничего и не умею. Даже прислуживать идеально не получается. Только знаете, как это невыносимо быть половой тряпкой для кого-то? У меня ни капли уважения к себе не осталось. А жить-то хочется. Неужели я настолько плох, что не заслуживаю хоть немного удачи? Хоть немного счастья? – Юноша не смотрел на протекторов, уставился в землю, лишь иногда поднимая глаза. – Я молился Карнаве, как только мог. Но Карнава редко вмешивается в обычные дела. Однако в какой-то момент мне показалось, что он нас услышал. Эмбос начал носиться с идеей, что если он доберется до Зеркала Твоего Шанса, он узнает, как снять проклятие. Но попасть в Храм, как вы понимаете, он не может. Тогда он сделал запрос на то, чтобы ему привезли его. Обещал храмовникам золотые горы, но что-то там не сложилось, и он стал обдумывать, как бы украсть Зеркало. Его ребята, а вокруг него много темных личностей ошивается, одни, как мы, другие сами такой путь выбрали, так вот, его люди не смогли это сделать. Там все непросто. А Дома Чести и песец-гильдии у него заказ не взяли. Ни наши, карнавские, ни ваши, наррийские. Уж не знаю, почему, но, наверное, он и им чем-то напакостил. А может, на их территорию влез, они ведь такого не прощают. Каждый должен заниматься своим делом, а Мартин как словил свое проклятие, так совсем на это наплевал. Хотя кто знает, может, еще чем этим ребятам насолил. И у его людей заказ не приняли. Тогда-то Корф и решил рискнуть. Мне он сказал, что терять нам уже нечего, а попробовать стоит. Отправился к Эмбосу и предложил сделку – он приносит ему Зеркало, а тот отдает нам все наши расписки. Мартин сначала только посмеялся, а потом вдруг согласился. Хочется думать, что решил, что мы все равно рано или поздно сбежим. Но скорее всего какую еще очередную подлянку задумал. Сдается мне, мы тогда не случайно к нему в кабалу попали. Он ведь все затраты нашей службой давно окупил, особенно если учесть, сколько он нам нервов попортил. Но речь сейчас не об этом. Я уж не знаю, как Корф этот план придумал, но, как я уже говорил, у него мозги иные, чем у меня. Детали он мне не рассказывал, сказал, чем меньше я знаю, тем лучше. Мало ли что. Эмбос же как рассудил: меня Корф у него не бросит, а значит, вернется, с Зеркалом или без. Так вот, план у брата был хитрый. С чего же начать?.. Давайте так… Братец мой, когда надо, все, что угодно, может сыграть. Хозяина Морей ему сам Мартин подсказал. Правда, он, наверное, сам того не подозревает. Просто он как-то обмолвился, что тот как до власти дорвался, теперь все, что угодно, ради нее сделает. Эмбос, конечно, скотина, но в людях неплохо разбирается. Особенно в подлецах.

– То-то он сразу зашевелился, когда ты, Шерши, к нему в гости пожаловал, – не преминул вставить шпильку Майрэл.

– С тобой поведешься!.. – фыркнул Ро. – Продолжай, – кивнул он юноше.

– Ну вот… – подчинился рассказчик. – Корф еще сказал, что их, пиратов то бишь, не жалко. Я, правда, не знаю, почему он так сказал. Брат в последнее время злее стал. Или просто взрослее, как он считает. Он теперь говорит, что не надо людей жалеть, надо сначала о себе думать, а подлецов и так слишком много.

Протекторы разом вспомнили залитый кровью пол в пиратской крепости и изрубленные – мертвые и умирающие – тела, буквально устилающие его. Вряд ли при жизни они отличались добропорядочностью, наверняка сами немало невинных жизней положили, но вспоминать ту картину все равно было неприятно, если не сказать жестче.

– План с картиной Корф сам придумал. Оная – это шутиха из одного магазинчика, который он посетил, когда ездил по делам хозяина, тот его часто куда-нибудь отправлял, меня оставляя заложником. Или залогом, тут уж не разберешь. – Горечь порой начинала сочиться с губ парня, но он быстро перекрывал ей доступ. – Корф прикинул, что надо сказать, чтобы заинтересовать Хозяина Морей, то и наплел, когда до дела дошло.

– Как-то сложно все, – недоверчиво протянул оборотень. – Зачем такие трудности?

– Думаете, дураков так много? А ведь нужен был не просто дурак, а дурак с деньгами и возможностями, а также с целью, достаточно амбициозной, чтобы пойти на кражу Зеркала самого Сайенсена! Корф тогда все как по нотам разыграл. Сам же пристроился шутом к Хозяину Морей. Как, уж не знаю, но, по-моему, все это брату даже нравиться начало. Он как-то сказал, что наша единственная ошибка заключалась в том, что мы пытались жить честно. Но я думаю, это он от напряжения. Ему же нелегко каждый день из себя шута корчить! Быть среди всех этих людей, врать постоянно. Я даже не представляю, как он все это выдерживает.

– Ладно, это я понял. А с Зеркалом-то что? Почему оно фальшивое? – Оборотень, как и прочие протекторы, еще во время обучения на Феэркен-сене видел этот волшебный предмет. – Да еще такое похожее. Братец твой что, настоящее не умыкнул-таки? Наверняка же пытался!

– Пытался, конечно. Корф думал, что ему удастся по-тихому украсть Зеркало, коль уж он в шутах у самого Хозяина Морей ходит. Но тот оказался на диво предусмотрительным. Охрана стояла такая, что только Дома Чести и сумели бы умыкнуть, как вы говорите. Поэтому ему пришлось дожидаться момента. И он дождался! – Юноша, кажется, гордился этим фактом. – Только Корф решил, что надо подстраховаться. Мы на своей шкуре испытали, как Эмбос может быть коварен, и решили сразу Зеркало ему не отдавать. Пусть сначала бумаги наши отдаст. Брат заранее приобрел подделку, ее Эмбосу и отдали.

– А чего сразу ее не отдали? – удивился барс. – Зачем было мучиться и рисковать, если сразу можно было втюхать подделку?

Парень уже почти привык к вопросам Майрэла, не вздрагивал каждый раз при его голосе:

– Вы не знаете Эмбоса, господа протекторы. Может, для вас он и мелкая фигура. Но вы воины и духовники, а мы, по сути, и защититься не можем, он же везде нас достанет. Мартин хоть и в доме сидит безвылазно, а его люди по всему острову есть. Не нам с ним тягаться. Он поэтому после прихода вас, протектор Ро, и отправил именно меня с Зеркалом. Знал, что я все равно от него никуда не денусь. Даже если брат мне поможет. Вот просто такие мы люди… а он… он… А если бы не вы, то все бы у нас получилось! – неожиданно почти закричал он.

– У вас уже раз получилось, – отрезал Шерши. – Даже не раз, а больше. Возьми лучше себя в руки и скажи, где настоящее Зеркало.

– Господа протекторы, не губите, умоляю вас! – Юноша сам не верил, что его слова помогут, но не произнести их не мог. – Если у нас и сейчас ничего не получится, то это будет значить, что мы на всю жизнь так рабами и останемся! Может, мы не самые лучшие люди, но разве…

Он говорил, а Шерши, изогнув бровь, смотрел на Льота. Майрэлу тоже было безумно интересно. Фарклайд их не разочаровал.

– Замолчите, молодой человек, не унижайтесь, – произнес он столь ровным голосом, что захотелось вытянуться по струнке и привести одежду в порядок. – Не думаю, что Нарре понравится, если мы оставим вас в кабале у столь не заслуживающего этого человека. Так что на нашу помощь можете рассчитывать. Но только ответную. И, конечно же, не тем способом, о котором вы говорите. Без сомнения, он не подействует. Не с Эмбосом Мартином. К тому же Зеркало нам нужно. Его надо вернуть на место. Так где Зеркало?

– А вы правда поможете? – Юноша явно не мог в это поверить. За всю жизнь ему никогда не помогали те, кто был сильнее его.

– Молодой человек, я не люблю повторять свои слова дважды. Вы уже получили ответ на этот вопрос. Я, разумеется, понимаю, что с опытом вашей жизни трудно принять это сразу, но сделайте усилие. А теперь ответьте на мой вопрос.

Рамий сглотнул. Отчего-то короткая отповедь Льота подействовала на него сильнее, чем крик Эмбоса.

– Я… я… то есть я прошу прощения. – Он склонил голову в полупоклоне. – Прошу меня простить за недоверие. Вручаю вам нашу с братом судьбу. Если понадобится, то буду молиться Нарре… – Видя, как разрастается недовольство в серых глазах старшего протектора, паренек поспешно добавил: – Только Нарре!

– Не торгуйтесь, молодой человек, – засмеявшись, влез в эту беседу Шерши. – Наш бравый командир этого не любит. Просто отвечайте на поставленный вопрос. Где Зеркало?

Юноша сжался и коротко ответил:

– На Нарре-шэ. Южный остров. Мой брат отвез его в Устур-Нажу, это небольшой город, известный своим соседством с Храмом Облачной Девы.

«Нарра точно испытывает мою выдержку», – с ноткой отчаяния подумал Льот.

Глава 26

– Мы приехали по поводу вашего племянника, господин Солмеу.

Группа протекторов Карнавы сидела в уютном, полном цветов и всяческих забавных вещичек кабинете владельца лавки «Другой мир», про себя радуясь, что никаких новых сюрпризов не свалилось на их головы. Как в буквальном, так и в фигуральном смысле.

– По поводу Никки? – удивился их собеседник, чем слегка ошарашил присутствующих. Пусть юноша и перенесся на пиратский остров мгновенно, но они-то добирались досюда несколько дней! Неужели за это время никто не хватился паренька?!

– Да, а разве вы не волнуетесь по поводу его отсутствия? – осторожно произнес Альзорел.

– А разве он не у матушки? Моей бедной сестры? – тем же тоном, начиная подозревать неладное, уточнил Макируш Солмеу.

– Насколько нам известно, нет, – несколько неуверенно ответил Ранреу, одновременно думая, почему юноша носит ту же фамилию, что дядя. Женщина не вышла замуж или владелец этой лавки так называет невестку? Впрочем, эти мысли лишь промелькнули. Сейчас нужно было думать о другом.

– Как нет? А где же он тогда? – не понял дядя Никкаласара. – Признаться, вы меня удивили. Он ушел очень внезапно в тот день, но за ним такое водится. Да и сестра ничего мне не говорила… Она живет в соседнем городке. Никки то дома, то у меня живет. Так где же наш мальчик? – В голосе мужчины появилась тревога. – С ним все в порядке?! Он такой рассеянный.

– Должно быть все в порядке, – вывернулся Лоу, подавив угрызения совести в зародыше. – Дело в том, что одной не особо удачной шуткой этого милого юношу занесло к… к пиратам. Откуда мы его и вызволили.

– Подождите… как занесло?

– С помощью колдовства, – веско и непонятно пояснил Халльдуор.

Фаары – весьма уважаемая раса, требовать у них объяснений редко кто решается, и как дядюшке ни хотелось именно это сделать, но он сдержался. Повернувшись к старшему протектору, он продолжил расспросы на другую тему:

– Так вы вызволили его оттуда? Но он не с вами?

– Увы, нет, – покаянно ответил Ранреу. – Ситуация сложилась очень непростая, и Никки оказался с другой группой. Тогда это казалось очень логичным, ведь они – протекторы вашей Богини. Но, увы, они не смогли немедленно отправиться сюда, но как только у них появится такая возможность, Никки вернется в родной дом.

– О Богиня… даже не знаю, что сказать. Я вам очень благодарен за все это. За спасение моего племянника, за эту новость, пришлось, наверное, немало проехать, чтобы мне это рассказать… А Никки точно в надежных руках? Кто они, в смысле, как зовут этих протекторов?

Лоу назвал имена. Лицо немолодого уже мужчины разом просветлело.

– Как Никки, наверное, счастлив! Он всегда мечтал познакомиться с Шерши Ро. И с вами, конечно, протектор Рошел! – спешно добавил он, видя, что фаар вновь начинает полыхать пуще прежнего, и радея за сохранность своей мебели. – Но Никки такой робкий… Вот уж не подумал, что он хоть куда-то выберется, а тут такое приключение. Просто диву даюсь… Как я рад за моего мальчика.

– Вы не беспокойтесь, – продолжил заливаться соловьем Ранреу, внутренне удивляясь реакции, – они люди надежные, рано или поздно доставят Никки к вам, а пока он мир посмотрит, научится, может, чему полезному, просто развеется.

– Да-да, вы правы. Ему на пользу пойдет…

– Вот и я думаю, что пойдет. А мы пока займемся расследованием того, что произошло. Никки, как вы понимаете, очень повезло, что мы оказались рядом, а если бы нет? Страшно подумать, что могло произойти! Поэтому мы хотим предотвратить такие инциденты в будущем, а для этого нам нужна ваша помощь, – и старший протектор Карнавы вопросительно посмотрел на хозяина лавочки. Тот мигом подобрался, сосредоточился.

– Все, чем могу. Все, чем могу, – торопливо произнес он.

– Отлично! Я надеялся на подобный ответ. Тогда к делу. Видите ли, столь злую шутку с Никки сыграло название вашего очаровательного магазина – «Другой мир». Кто-то воспользовался совпадением этого названия с пожеланиями преступников, которые хотели призвать существо из другого мира, действительно из другого, из того пространства, что за пределами нашего мира, то есть демона. Вы понимаете, о чем я говорю?

– Кажется. И это ужасно. И что же теперь…

– Не столь, как кажется, – не дал ему закончить Лоу. – Какой-то неизвестный создал заклинание, и оно похитило человека из магазина, а не из-за пределов этого мира. Прискорбно, конечно, но это случай единичный, как мне кажется. Хотя кто знает, в любом случае нам нужно выяснить, кто этот человек. Такие шутки не должны сходить с рук.

Хозяин лавочки как-то странно посмотрел на старшего протектора. Лоу на всякий случай мысленно проверил логику своих речей, вроде никаких (по крайней мере слишком явных!) неувязок нет.

– Вы правы, – медленно ответил хозяин магазина. – Только чем я могу помочь в подобном деле?

Внезапно Лоу поймал себя на мысли, что не знает, о чем спрашивать торговца. «Были ли у вас в магазине какие-нибудь странные типы?» Да в этот магазин иные небось и не ходят! А если этот неизвестный кто-то просто шел мимо и увидел название лавки? Какие шансы, что его запомнили? Особенно с учетом выходящих во двор окон. Карнава, помоги!

– Дело в том, – неожиданно произнес Элайтер, – что этот злоумышленник использовал в своем деле необычное приспособление. Это картина с нарисованным домом, в которую свободно проникала рука, но при этом с противоположной стороной холста ее не было видно. Мы заметили, что в вашем чудесном магазине много всяческих удивительных вещей и…

Но его прервали.

– О! я понял, о чем вы говорите! – возрадовался Солмеу. – Да-да. Там еще арка с дорожкой, а все внимание невольно приковывается к черному прямоугольнику двери. Так?

– Очень похоже, – осторожно ответил Альзорел.

– Да она, она. В нее так руку просовываешь. Вот прям в эту дверь, как будто там разрезан холст, а с другой стороны ее нет. Так я понял?

– Именно, – в этот раз куда уверенней ответил адъютант.

– Это я ее продал. Мне эту шутку когда-то на спор один предприимчивый колдунишка сделал. Чудо, а не человек! Хитер, как глава песец-гильдии! И мастерство у него какое-то необычное, я про такое и не слышал никогда. Ну да и немудрено, он к нам с материка прибыл. Сколько я его молил – расскажи, как ты это делаешь, но так и не сказал, зараза! А уж сколько я ему северняков за эти шутихи отвалил! Уж больно хорошо они расходятся. Правда, он их мне всего пять штук сделал, последнюю вот совсем недавно продали.

– Кому?! – жадно вопросили сразу несколько голосов.

Вопрос, казалось, поставил мужчину в тупик:

– Я обычно очень внимателен к покупателям, только вот в тот день такая жара была, что, признаться, мало соображал. Надо у моего помощника спросить.

Помощником, что неудивительно, оказался тот меланхоличный парень, которого протекторы видели за прилавком. Это слегка обеспокоило протекторов. Казалось, это создание вообще пребывает в каком-то другом измерении и не обращает на эту действительность внимания в принципе. Однако когда они все скопом, включая хозяина лавки, объяснили ему, что от него требуется, юноша их удивил. Нет, скорее, ошарашил.

– Картина с двухэтажным особняком, аркой и дорожкой была продана двадцать семь дней назад паре мужчин, расплатившихся карнавскими средняками. Не торговались. Создалось впечатление, что они четко знали, за чем пришли, поскольку по лавке почти не ходили, как обычно делают посетители. Оба среднего роста, один чуть пониже. Тот, что повыше, – худее и бледнее, скорее всего много времени проводит в помещении. По выговору тот, что пониже, – ваш соотечественник. Я бы предположил, с Южного острова. Второй явно откуда-то из этих мест. Лицо невыразительное, темные глаза посажены близко друг к другу. Средней толщины губы, нос широковат. В темные волосы около шеи вплетены оранжево-синие нити, что выдает в нем последователя Колдовской Школы Марвара. По возрасту я бы предположил, что он уже закончил ее. Но не более трех-четырех лет назад. Его приятель, если меня не подвел слух, один раз назвал его Рыбкой. Тот явно огрызнулся на прозвище. Молодой человек пониже немного горбился. На лбу уже появились морщины, как бывают у тех, у кого богатая, активная мимика. – Вот уж чего нельзя было сказать о рассказчике: за все это время на его лице не изменилось ничего. Да и тон остался столь же ровным. Казалось, парень вот-вот заснет. – Но мне почудилась в его взгляде некая затравленность, хотя он много улыбался и сыпал шутками. Могу ошибаться. Выглядел, – юноша сделал паузу и потом выдал описание, которое, увы, подходило большей половине мужчин всех семи островов. – И да, кстати, они купили еще и Зеркало Твоего Шанса.

– Что?! – в едином порыве вырвалось разве что не из сердца протекторов. Очень захотелось за это же сердце и схватиться. Или за грудки сего славного юноши, чтобы хорошенько его потрясти.

На лице оного все так же ничего не отражалось, и он невозмутимо продолжил:

– Точная копия знаменитого Зеркала из Храма Твоего Шанса. Отличный подарок-шутка друзьям и коллегам. Способно воспроизводить одну, реже несколько фраз. Реагирует на голос, раздавшийся на достаточном расстоянии. Фразы по желанию клиента закладываются в устройство приглашенными специалистами нашего магазина или самим покупателем, но для этого нужны хотя бы минимальные способности к колебанию энергии. Эти господа отказались от наших услуг. Поскольку я увидел знак колдовской школы, это не показалось мне странным.

– А что показалось? – Ранреу быстро подстроился под манеру вести повествование этого рассказчика.

Перед ответом тот старательно подумал:

– То, что они не торговались. Они оба не выглядели как люди, привыкшие к свободным деньгам. Такие тоже частенько пытаются сбить цену. В этом случае этого не было. Все вообще произошло очень быстро. Они пришли, назвали, что им нужно, расплатились и ушли. Для нашего магазина это редкость.

– Поэтому ты их так хорошо запомнил? – с некоторой долей зависти уточнил Альзорел.

Юноша посмотрел на него с той же равнодушной меланхоличностью, что и прежде:

– Нет. Я всегда так запоминаю.

Помощник старшего протектора, похоже, не знал, огорчаться или восхищаться. Кажется, он испытывал оба чувства.

– А может быть, ты слышал или видел что-нибудь, что помогло бы нам их найти? Что-нибудь указывающее на то, куда они потом отправятся? – с надеждой спросил Микош.

– Нет, такого они не говорили. Но на их лошадях не было объемных дорожных сумок.

– Колдовская Школа Марвара – это ведь достаточно узкое направление, – заметил Халльдуор. – У них не особо много учеников. В основном из-за необходимости весьма специфических врожденных способностей.

– И у них много женщин, – подхватил его мысль Ранреу. – Да, вполне вероятно, этого Рыбку кто-нибудь вспомнит.

– Я слышал, выпускники этой Школы редко разъезжаются по миру. Тоже какие-то ограничения учения. Кажется, репертуар заклинаний в разы сужается.

– Думаю, стоит начать с самой Школы.

– Вахны все раздерите! – выругался Халльдуор. – Это ведь где Баба-на-Облаке!