Текст книги "Музыка дождя (СИ)"
Автор книги: Елизавета Рождественская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)
Глава 29
Рик крепче прижал к себе Марию, покачиваясь из стороны в сторону. Он не пытался её успокоить. И дело было не в том, что, как и большинство мужчин, понятия не имел, что делать с женскими слезами. Просто увидел знакомую ему историю про боль от обиды, разочарования и предательства. И единственно верным решением было вытащить эту боль любым способом. Алкоголь, скорость, крушение мебели, ночные клубы и секс без обязательств – все известные ему методы никак не вязались с Марией. А вот слёзы… почему нет? Он не пробовал, но слышал, что девочкам заходит.
Мария затихла в его руках. Рик аккуратно провёл ладонью по её расслабившейся спине. Какое же всё-таки дерьмо, этот мир людей.
На короткий миг показалось, что жизнь налаживается. Утром он разговаривал с матерью. Несмотря на тепло последней встречи, Рик всё ещё напрягался каждый раз, когда на экране смартфона загоралось её имя.
– Сынок, – родное лицо заставило сердце привычно сжаться. – Как ты? Давно не звонил… снова.
– Привет! – он улыбнулся. – Прости, перед концертом дел навалилось. Я списывался с Роми, она говорила?
– Твоя сестра сейчас в Сан-Франциско по работе…
– Ясно, – Рик бросил беглый взгляд на часы, прикидывая, успевает ли он на репетицию. – Как ты?
– Рикардо… – родительница явно нервничала. – Я… я смогла развестись.
– Что? – он не сразу понял, о чём она говорит.
– Я развелась с твоим отцом. Официально. Он подписал бумаги.
Удивительно, но признание неприятно кольнуло тупой иглой под рёбра.
– Ого… – присвистнул Рик. – Поздравляю… А как же его политическая карьера?
– Я… нашла возможность. Искала столько лет и вот теперь свободна… – женский голос дрогнул. – Я хотела сказать… Ты можешь всё бросить, Рикардо! Он не будет чинить тебе препятствий. Просто бросай всё и приезжай во Францию. Этьен… он с радостью посодействует твоей музыкальной карьере!
Рик усмехнулся. Вот почему в последнее время отец никак не проявлял себя – пытался вывезти бунт строптивой жены. Круто, но этот разговор потерял актуальность примерно месяц назад, а может, больше.
– Не буду уточнять, кто такой Этьен, – ответил он. – Но нет, мама, спасибо.
Она опустила взгляд и закусила губу. Рик тихо выругался.
– Я не то имел в виду, прости, – он выдохнул. – Я приеду, обязательно, просто… сейчас не время. Я играю в коллективе. Заменяю парня. Ничего серьёзного, но подвести не могу, не мой стиль. И… я хочу доучиться… здесь.
– Ты серьёзно, Рикардо? Всё позади, ты не обязан. Отец ничего тебе не сможет сделать.
– А ты думаешь, что меня когда-то сильно парили его угрозы? – засмеялся Рик. – Ты явно не интересовалась нашей с ним историей любви, мам, – несколько секунд они просто смотрели друг на друга. – Я просто втянулся, знаешь… Мне в кайф, поэтому… позже.
– Я всегда тебя жду, сынок, – грустно улыбнулась мама.
– Я знаю…
Рик скинул звонок и снова взглянул на часы. До репетиции оставалось совсем немного. Он снова разблокировал телефон и набрал Марии, но трубку она не взяла. Написав сообщение, он ещё несколько минут гипнотизировал взглядом экран, но, убедившись, что вторая галочка упорно не желает появляться, решил перезвонить ей позже. Наверняка маленькая отличница погружена в репетиции и закинула телефон куда-то в задницу своей необъятной сумки, поэтому…
На улице пахло снегом. Редкие первые снежинки падали на брусчатку и тут же таяли, оставляя после себя мокрый блеск и обещание скорого праздника. Рик расправил ремень чехла на плече, накинул на голову капюшон утеплённой толстовки и, засунув руки в карманы куртки, поспешил в консерваторию.
Репетиция проходила в малом зале, где уже собрались студенты почти всех курсов джазового отделения. Рик быстро нашёл своих, пожал руки парням и отстранённо кивнул Анджеле, но, когда та собралась подойти, резко отвернулся. Не стоило даже начинать.
– Когда играем?
– Через час, не раньше, – недовольно буркнул Демиас. – Тянут первокурсников.
– Можно пока пойти перекусить, – предложил Кларк. – Лино всё равно ещё нет.
– Идём, – согласился Рик. – Я бы выпил кофе и перекурил. А что, однорукий бандит сегодня снова не поддержит коллектив?
– Он свалил в Рим на неделю, – Демиас первым начал пробираться через толпу. – Ощущение, что Тони в целом забил на музыку.
Рик ещё раз набрал Марию. Держал звонок всё то время, пока они шли до крохотной кофейни неподалёку от консерватории. Бесполезно. Трубку она не взяла. Внутри противно заскреблось неясное чувство, отдалённо похожее на волнение, но Рик отмахнулся. В конце концов, у каждого из них есть и своя жизнь. Если сейчас его девушка полностью погружена в музыку, кто он такой, чтобы ей мешать.
Они заказали себе сэндвичи и кофе, расположились на улице, выбрав самый дальний столик, и закурили. Разговор лениво перетекал из темы в тему: музыка, девочки, тачки, концерт, выпускной. Рик поймал себя на мысли, что ему нравится. Нравится жить в маленьком городе, где нужно всего пару месяцев, чтобы почувствовать себя как дома. Нравится дожидаться начала репетиции за непринуждённой беседой. Нравится быть просто музыкантом в группе одинаково талантливых парней. Нравится… до одури нравится играть джаз. Он затянулся последний раз и потушил сигарету.
– Идём? – Рик жестом подозвал официанта, чтобы попросить счёт.
– Пора, наверное, – согласился Кларк.
Толпа студентов действительно практически исчезла. Остался всего один большой коллектив, который быстро прогнал какое-то странное попурри и покинул зал. Лино успел к финальному аккорду. Группа была в сборе, пришло время расчехлять инструменты.
В привычном ритме парни настроили звук, перешучиваясь сыгрались и приступили к прогону. А потом случилось то, что отправило в задницу все надежды Рика на то, что прекрасный день плавно перерастёт в прекрасный вечер.
Дверь в зал резко открылась, и в неё фурией влетела Дания, подружка Марии, а по совместительству «шикарная тёлочка Кларка», которую так активно обсуждали парни во время посиделок. Девушка церемонно прошла сквозь ряды кресел и уселась на первый ряд. Дождавшись окончания композиции, Дания забралась на сцену и приземлилась к Кларку на колени, зацепив клавиши рояля, издавшие жалобный звук.
– Смотрю, кто-то уже отрепетировал, – улыбнулся Рик. – Твоя начальница освободилась?
– Понятия не имею, – ответила Дания. – Она мне не начальница. Может, оплакивает несбывшуюся мечту или прыгает с моста. Всё равно.
Рик напрягся. Он не особо вникал в тонкости внутренней кухни квартета, который собрала Мария, но слышать такие вещи от пианиста этого квартета в разгар репетиций и смотров было как минимум странно.
– Поговорим, – Рик кивнул головой в сторону выхода.
– Некогда, красавчик, – огрызнулась девушка.
Да она охренела! Рик отложил гитару, подошёл к парочке и, извинившись перед Кларком, подхватил Данию под локоть. Она не сопротивлялась. Кивнула своему парню и послушно потащилась за Риком до выхода. Но, когда они оказались в коридоре, скрестила руки на груди и демонстративно начала разглядывать старинную лепнину на стенах.
– Это был не вопрос, красотка, – стараясь сохранять спокойствие, произнёс Рик. – Коротко и по сути. Какого чёрта у вас произошло, и где Мария?
– Слушай, Конти! – внезапно вспылила Дания. – Я не собираюсь перед тобой отчитываться, и так на взводе! И бегать ни за кем тоже не буду! Не я это всё организовывала, не мне разгребать. Просто… – она выдохнула и мрачно добавила. – Будь добр, поставь ей голову на место. Уверена, ты справишься с этим лучше всех.
Она хлопнула его по плечу и собралась вернуться в зал.
– Нихрена не понятно… Вернись, мать твою!
Ответом ему был средний палец. Отлично. Просто зашибись. Откуда у милашки Марии в подругах такие отменные стервы? Хотя, судя по всему, подруга Дания так себе.
Рик снова нажал на звонок, но в ответ услышал лишь длинные гудки и механический голос, предлагавший оставить сообщение. С каждым звонком и неотвеченным сообщением внутри будто закручивалась тугая пружина. Рик обошёл аудитории классического отделения, добежал до местечка у канала, куда они с Марией не раз ходили вместе, а после отправился в репетиционную. Оставалась призрачная надежда, что после ссоры с коллективом, Мария могла просто вернуться домой, но, зная её характер, он не сильно на это надеялся. Неопределённость усиливала тревогу, рисуя воображению ужасные картины. Когда он вообще стал таким параноиком?
– Увижу, надеру задницу, – решил Рик.
Репетиционная была не заперта. Пружина внутри постепенно сбрасывала напряжение. Рик слетел с лестницы и замер. Мария сидела на стуле и невидящим взглядом смотрела в пустоту. Захотелось убивать. Всех и каждого, причастного к тому, что он сейчас увидел. И начать с сучки-пианистки. Нет, с этим крысиным музыкальным царством он точно станет уголовником.
Желание повторилось, когда он качал Марию на руках, как маленького ребёнка. Эрколано… зазвездившийся выродок, которому он ещё устроит счастливую жизнь. Да и троица «друзей» не лучше. Какого хрена они вообще сейчас не здесь? Подумаешь, запретил играть эти тошнотворные однообразные пьески. За две недели можно написать на десяток часов похожей ерунды и собрать толпу музыкантов, каждый из которых будет в разы профессиональнее напыщенного ублюдка! Так какого?.. Похрен на клавишницу, но где хвалёный Марцио? Где милейшая толстушка с альтом? Алё, нахрен?!
Мария словно прочитала его мысли. Отстранилась, шмыгнула носом и отёрла всё ещё влажное от слёз лицо.
– Наверное, Марцио прав, – тихо произнесла она. – Если бы я больше уделяла времени музыке, то хватило бы сил снова подняться. Может, если бы я чаще обращала внимание на что-то кроме своих целей, то многое бы просто не случилось. А я…
Марцио, значит. Кто бы сомневался, что задрот отыграется за свой стояк. Рик едва сдержал ядовитый смешок. Ну что ж, видит небо, он пытался.
– Жалеешь? – отстранённо спросил Рик, уверенный, что она поймёт.
– О нас? – Мария перевела на него удивлённый взгляд. – Ни сколько.
Она мягко провела кончиком пальца по его переносице. Пружина внутри окончательно распрямилась. Рик притянул Марию к себе и поцеловал за ушком. Нежная кожа на шее мгновенно покрылась мурашками.
– Я жалею, что часто не вижу дальше собственного носа. Никогда не считала это проблемой, но чем старше становлюсь… – Мария покачала головой. – Я не обратила внимание на чувства Марцио и обидела его, а теперь оказалось, что Лючи неравнодушна к нему, и слова Дании её задели… Это всё… так сложно, Господи…
– Да вашу ж мать! – не выдержал Рик. – Просто тайны и интриги мадридского двора, а не музыкальный квартет. Я тебя умоляю, давай ты не будешь винить себя в том, что не оправдала чьи-то влажные фантазии.
Мария грустно улыбнулась и кивнула. Они снова замолчали.
– Что планируешь делать? – наконец задал Рик непростой вопрос.
– Играть, – Мария пожала плечами. – Я и правда считаю, что произошедшее – только моя проблема. Да, мы могли бы найти выход. Да, я до последнего не хотела верить, что останусь одна, но… В конце концов, у меня всё ещё есть скрипка и любовь к музыке. Справлюсь. Надо только скорректировать списки и решить, что играть… Может, Вивальди?
– Не вариант, – отрицательно покачал головой Рик. – Свою композицию.
– «Музыку дождя»? – Мария нахмурилась. – Но я… Будто она всё ещё сыровата…
– Да любой материал можно шлифовать до бесконечности, – Рик аккуратно поднял Марию и встал сам. – Ты должна играть «Музыку дождя», Чичи. Две недели. Дохрена времени в запасе.
– У тебя ведь тоже репетиции, Рик.
– Пусть тебя это не парит, – отмахнулся он. – Только обещай меня слушаться. Сейчас я провожаю тебя домой, и ты хорошенько отдыхаешь. А вечером мы списываемся и возобновляем совместную работу, – он погладил Марию по щеке. – Всё получится, малышка, веришь?
Мария улыбнулась, прикрыла глаза и потёрлась о его руку, как ласковый котёнок.
– Верю… – она обняла его, согрев шею своим дыханием. – Ты лучший.
– В курсе, – довольно согласился Рик, притягивая девушку к себе.
– И скромный, – она тихо засмеялась. – Спасибо.
* * *
Пока Мария не зашла домой, Рик нежно улыбался. Но стоило ей скрыться за дверью, улыбка медленно сползла с его лица. Он быстро нашёл в телефонной книге номер Кларка и нажал на вызов. Пианист взял трубку не сразу и, судя по тону, был не один.
– Отвлекаю? – поинтересовался Рик.
– Ага, – отозвался Кларк.
– Отлично.
На том конце трубки послышался хриплый смех.
– Тебе говорили, что ты охреневший мажор, Конти?
– Каждый второй, – Рик вытащил из кармана куртки пачку сигарет. – Мне срочно нужна твоя подружка Дания. Поделишься контактом?
– Если бы я не был в курсе, что ты торчишь на милашку со скрипкой, я бы напрягся, – в голосе Кларка слышалась улыбка. – Она рядом. Дать трубку?
– Кто бы сомневался, – Рик закурил. – Пусть скинет мне координаты их с Марией общего дружка.
«Он о Марцио говорит? – послышался на фоне голос Дании – Понятия не имею, где искать этого придурка!»
– Слышал? – спросил Кларк.
Рик затянулся и лениво выпустил изо рта струйку дыма.
– Не хотелось корчить из себя Аль Капоне, и всё же. Если не хотите заполучить третьего участника в свои брачные игрища, придется напрячь память и выдать мне все явки и пароли. Потому что я приеду и затрахаю вам мозг. Весь. До последней извилины.
Кларк снова засмеялся. В трубке послышалась возня. Наконец её взяла Дания.
– Послушай, Конти, ну что ты хочешь? – рыкнула она.
– Я хочу, чтобы ты подняла свою упругую задницу и сделала хоть что-то, чтобы Мария не оставалась одна в том дерьме, которое на неё свалилось, – голос Рика стал серьёзным. – Но ведь это так сложно, верно? Проще всего перекинуть всю ответственность на того, кто везёт. Главное, громче хлопнуть дверью, – Рик снова затянулся. – Один мудак способен только кончать в сторонке, вторая не имеет собственного мнения, и третья, которой музыка нужна только, чтобы парней цеплять. А виновата, конечно, Мария. Не довела вас, цыплят, к мировой славе. Принимается. Но ведь тебя не обломит мне помочь, верно?
На том конце трубки воцарилась напряжённая тишина, но Рик был уверен, что Дания слушает. Тихо бесится, возможно, но слышит и понимает каждое слово.
– Я скину тебе его номер, – наконец процедила она. – Он чаще всего зависает в джаз-клубе днём. Там работает его друг. И, Конти, – Дания вздохнула, – я перегнула, да, взбесилась на всю эту ситуацию… Но бросать Марию я не планировала. Просто надеялась, что она разозлится и придёт в себя…
– А она чуть не сдохла от боли, – перебил Рик. – Давай остановимся на том, что коуч из тебя хреновый. И да, будь готова отвечать за свои слова и много репетировать. Развлекайтесь, котятки!
Он положил трубку. Спустя несколько секунд с номера Кларка прилетел контакт Марцио Агульоне и сообщение: «Я тоже в деле». Рик улыбнулся, но не ответил. Всё потом.
Марцио действительно нашёлся в джаз-баре. Он расставлял стулья и выглядел вполне себе довольным жизнью козлом. Внутри забурлила злость. Идеально.
– На выход! – коротко приказал Рик.
Удивительно, но парень не стал артачиться. Вышел и мрачно уставился на Рика.
– Чего тебе? Пришёл просить вернуться? – вякнул Марцио, не думая о последствиях. – Не надо было морочить Марии голову! Мы отлично жили без тебя. У нас были планы и амбици…
Он не договорил. Рик свалил его с ног чётким ударом в челюсть. Марцио тут же вскочил, но вместо того, чтобы броситься на противника, схватился за лицо и попытался сбежать. Рик схватил его за шкирку и прижал к стене.
– Амбиции? – зло выплюнул он. – Амбиции залезть Марии под юбку? Или воспользоваться тем, что её заметил распиаренный музыкант? – Рик с силой отпихнул Марцио в сторону, давая возможность развернуться и ответить на удар. – Оно и хорошо, что ты такой урод, но вмазать тебе было моим святым долгом. Хотя вру… я просто мечтал об этом с первого дня знакомства. Спасибо за повод, дружище.
– Да пошёл ты! – Марцио сделал два шага назад и настороженно замер.
– Серьёзно, парень, – Рик прищурился. – Не скажу, что ты был мне приятен, но я не думал, что ты способен бросить в беде девушку, на которую запал, только потому, что она выбрала другого.
– Надеюсь, со временем она поймёт, что ошиблась с выбором, – Марцио зло сплюнул и отвёл взгляд.
– Надейся, – усмехнулся Рик. – Главное, подальше от неё. Мы всё прояснили.
И дальше марать руки об это ничтожество не было никакого смысла. Рик развернулся, чтобы уйти, но в спину острым камнем прилетел вопрос:
– Что она будет делать, когда ты наиграешься и свалишь?
Рик медленно повернулся обратно. На этот раз Марцио смотрел прямо и с вызовом. Он точно знал, на какие болевые точки жать. Но Рик только криво усмехнулся.
– Тебе не рассказывали, что девочки – это не игрушки? – он покачал головой. – Завязывай, парень. Так и умрёшь девственником.
– Да пошёл ты! – рявкнул Марцио.
– Повторяешься.
Рик сделал пару шагов, не спуская с парня насмешливого взгляда, после чего развернулся и направился прочь. Слишком много дел, чтобы тратить драгоценное время на пустую болтовню. Главное он уже сказал.
Глава 30
Гулкое эхо шагов раздавалось в пустоте собора. Мария медленно подошла к статуе Девы с младенцем Иисусом на руках, опустилась на колени, складывая руки на широкую мраморную перекладину.
До праздничного концерта оставалось несколько часов, и она вдруг осознала, что ужасно боится, будто это первый концерт в её жизни. В какой-то степени так оно и было, ведь Мария готовилась явить миру своё собственное произведение.
Рик сделал невозможное. Он собрал в два раза больше музыкантов, чем могла вместить маленькая репетиционная каморка. А ещё притащил парня с факультета дирижирования, и тот помог расширить партитуру и расписать партии «Музыки дождя» для каждого музыканта.
– Я хочу, чтобы это был разрыв, Чичи, – ответил Рик на её шокированный взгляд. – Чтобы у мелочных ублюдков разорвало их заносчивые задницы. Отвечаю, это будет лучшая награда за все труды.
Дания и Лючи тоже вернулись. Они извинялись и пытались что-то объяснить, но Мария только улыбнулась и крепко обняла подруг, потому что скучала. Хватило пары дней, чтобы понять, что эти люди прочно обосновались в её сердце. А вот Марцио больше не появлялся, и это был его выбор. Место виолончелиста занял парнишка с джазового факультета, который, как оказалось, мечтал сыграть с Марией с того момента, как услышал её сольное выступление на конкурсе в Милане.
Две недели музыканты упорно работали, собираясь вечерами в малом зале. Две недели Мария жила внутри своей музыки и потерялась бы в ней окончательно, если бы не Рик, который силой утаскивал её в реальность, чтобы кормить и сводить с ума жаркими и требовательными поцелуями. Он был главным дирижёром этой истории. Без него всё происходящее так и осталось бы несбывшейся мечтой.
Мария подняла глаза на статую и взволнованно вздохнула.
– Святая дева, помоги… – она осенила себя крестным знамением. – Ужасно боюсь всех подвести… И время так тянется! А вдруг я забуду партию? Я же веду… Или собьюсь с такта? Вступлю раньше, чем нужно? Боже… Почему в этот раз так страшно!
Мария положила горящий лоб на прохладную перекладину, пытаясь успокоить эмоции. Рядом послышались шаги. Кто-то тоже решил посетить собор ранним декабрьским утром.
– Научишь молиться? – раздался над ухом голос, неизменно заставлявший её сердце замирать в предвкушении.
Рик опустился на колени рядом и устремил взгляд вверх.
– В общем, – начал он, – я с той же проблемой. В смысле, тоже боюсь…
Мария ободряюще коснулась его руки. Рик сжал её ладошку и улыбнулся своим мыслям.
– Капец, как страшно снова облажаться, потому что, кажется, впервые в жизни влюбился в маленькую святошу и совершенно не знаю, что с этим делать. Я-то вроде как ред-флаг для хороших девочек, такие дела…
– Рик… – Мария готова была разрыдаться от нахлынувших эмоций.
– Всё будет хорошо, фея, – он легонько щёлкнул её по носу, переводя тему. – Я искал тебя. Парни из Рима приехали, нужно прогнать выступление со светом и спецэффектами.
– Спец… чем?
Мария на секунду забыла обо всех своих переживаниях.
– Если ты закончила, то я покажу.
Бросив растерянный взгляд на статую, Мария поднялась и, взяв Рика за руку, вышла из собора. Окинув беглым взглядом оживлённую площадь, парень направился в сторону сцены, в углу которой был установлен микшерный пульт.
– Ну что, Микки, свет готов? – спросил он, подходя к парню за пультом.
– Кайзер свалил, но вроде отчитался, что всё в поряде, – ответил тот.
– Сейчас проверим. Запускай, – кивнул Рик и повернулся к Марии: – Сюрпризом было бы круче, но ты сейчас не в том состоянии, поэтому давай отрепетируем.
– Рик, – Мария взяла его за руку. – То, что ты сказал там… ну…
Слова застряли в горле, мешая дышать. Мария шумно сглотнула. Зачем она спрашивает это сейчас? Почему так жизненно необходимо убедиться в том, что она не ослышалась? Рик секунду смотрел серьёзно, а потом широко улыбнулся.
– Сказал то, что есть, – он приблизился к её лицу, заглядывая в широко раскрытые глаза. – Я был бы слепым дебилом, если бы не запал на тебя, Чичи. Ты же совершенство.
* * *
Ежегодный рождественский концерт всегда проходил на главной площади города и, несмотря на холод, снова собрал много зрителей. Родные студентов и гости города рассаживались на места, поздравляли друг друга с наступающим праздником и взбудоражено обсуждали предстоящее событие.
Мария нервно поправила тёмно-синее платье, уткнулась носом в пушистый воротник классического пальто и поспешила встретить родителей, озадаченных поиском свободного места.
– Мам, пап! – окликнула она, подбегая. – Я уже заняла вам места в первом ряду. Вот.
Усадив родителей на кресла, Мария сжала их руки.
– Надеюсь, вам всё понравится, – улыбнулась она. – Ужасно волнуюсь.
– Ты лучшая, дочка, – заключил синьор Каттанео. – Уверен, всё, как всегда, пройдёт блестяще.
Мама согласно кивнула и ободряюще погладила дочь по щеке. Мария улыбнулась. В груди стало тепло, будто там снова зажглось её личное солнце.
Концерт открывала торжественная речь и главный оркестр консерватории. Стоя за кулисами, Мария наблюдала, как музыканты проходят на сцену. Кто-то сосредоточенно смотрел перед собой, кто-то приветливо улыбался, встречаясь с ней взглядом. Одной из последних была Барбара. Увидев Марию, она вздёрнула подбородок и уже почти прошла мимо, но всё же развернулась и сделала пару шагов в её сторону. Мария инстинктивно отпрянула.
– Слышала, у Людовико поменялись планы, – ехидно улыбнулась Барбара. – Не расстраивайся. Не всем дано дотянуться до уровня звезды, но ты ведь… пыталась.
Едкие слова неприятно царапнули грудь, но Мария лишь улыбнулась.
– Поспеши, – посоветовала она, кивнув на сцену. – Будет странно, если первая скрипка оркестра придёт последней.
Барбара фыркнула и покачала головой.
– Неудачница, – она взбежала на лесенку и скрылась за кулисами.
– Пусть так.
Мария пожала плечами и присоединилась к Лючи и Дании, которые заняли место с хорошим обзором. После громких аплодисментов на сцену вышел Людовико Эрколано. Решения играть с главным оркестром он, конечно же, не отменил. Пожав руку маэстро Кавалли, он приветственно склонил голову перед зрителями. Мария не сдержала смешка, впервые ощутив искреннюю радость, что не участвует в этом фарсе, после чего закрыла глаза и включила слух, привычно погружаясь в мелодию. Музыка ведь ни в чём не виновата.
* * *
– Мы выступаем через один номер, – Лючи нервно переминалась с ноги на ногу. – Я так нервничаю, что готова съесть слона!
– Бедный слон, – вздохнула Дания. – Живёт себе в Африке, знать не знает, что на него такие кровожадные планы.
Мария вполуха слушала болтовню подруг и искала глазами Рика. Его группа завершала концерт, поэтому какое-то время он был полностью поглощён «Музыкой дождя», а потом исчез из поля зрения, и девушка гадала, успеет ли она перехватить его перед своим выступлением. Это было важно… очень… очень важно.
– Рикардо! – наконец она заметила его, пробиравшегося через толпу музыкантов, закончивших выступать.
Рик поднял голову, улыбнулся и направился к ней.
– Мы идём на сцену.
– Волнуешься? – он притянул её к себе и мягко поцеловал.
– Уже не так сильно, – Мария тряхнула головой. – Я боялась, что не увижу тебя до выступления.
В этот момент площадь снова взорвалась аплодисментами, а ведущий стал представлять их номер. Музыканты засуетились, Мария бросила взгляд на сцену и снова посмотрела на Рика.
– Всё будет хорошо, малышка, – произнёс он. – Ты знала, что ты сегодня особенно красивая? А у красивых девочек всегда и всё получается.
– Я люблю тебя, Рик! – выпалила Мария, порывисто приникнув к его губам. – Очень люблю!
Её почти тут же подхватили Дания и Лючи.
– Я долго буду таскать твою скрипку? – возмутилась Дания. – Давай уже, у нас пара минут, а ты решила устраивать личную жизнь!
Мария взволнованно закусила губу и обернулась. Рик остался ошарашенно стоять за сценой, а в его глазах бушевало море. Она смогла. Сказала это. Призналась, а дальше… будь, что будет.
* * *
Рик Конти
«Я люблю тебя, Рик! Очень люблю!»
Слова Марии эхом проносились в опустевшей голове. А на лице расползалась глупая счастливая улыбка. Рик закусил губу, но не смог сдержать смешка. Думал ли он, что признание в любви – которых он слышал не мало – в этот раз взорвёт внутри фейерверк? Потому, что эти слова сказала она – его маленькая дерзкая фея.
Мария выбежала на сцену вместе с остальными музыкантами и заняла своё законное место первой скрипки, ожидая, когда ведущий закончит вещать и позволит начать выступление. Рик бегло окинул взглядом первые ряды. Эрколано попался на глаза практически сразу. Он занимал место рядом с «правящим составом» консерватории и о чём-то тихо переговаривался с миниатюрной старушкой в мехах и крупных украшениях. С другой стороны от маэстро сидели какие-то напыщенные ботаны. Рик оскалился и размял шею. Отличненько сложилось.
Пригнувшись, он пробрался к тому, что сидел ближе всех и шепнул:
– Пс, братишка, уступи место на пять минут. Перекинусь парой слов с бывшим однокурсником, – он кивнул в сторону Эрколано. – Давай, мать твою, шевели копытами.
Ботан растерянно блеснул стёклами очков, но место всё же уступил. Людовико даже не оглянулся, продолжая светскую беседу. Рик вежливо дождался паузы, после чего легонько тронул маэстро за плечо. Тот оглянулся. В глазах мгновенно мелькнуло узнавание. Эрколано дёрнулся и сжал губы, превратившиеся в тонкую блеклую полоску.
– Ну как дела, бро? – подмигнул ему Рик. – Что-то ты сегодня не в форме. Или в третьем такте специально сфальшивил? Признавайся, шалун, захотел быть ближе к нам, смертным?
– Что ты… – зло сощурился Эрколано.
– Ну, я к чему, – не унимался Рик. – Может, прекратишь трепаться и послушаешь выступление? Как-никак твоя неслучившаяся влажная фантазия.
– Ты…
– Ну что ж ты заикаешься? – Рик проследил за ведущим, который наконец собрался покинуть сцену. – Давай, подпрыгивай. Устрой истерику, будет о чём рассказать журналистам. Папа как раз просил меня играть в хорошего мальчика. Так и вижу заголовки, – Рик провёл рукой по воздуху. – «Сын известного политика защитил девушку от газлайтинга», «Известный музыкант оказался мо-онстр-р-ром».
Эрколано стиснул зубы, но остался сидеть на месте. Рик усмехнулся. Бедняга боится огласки. Очевидно, Мария была не единственной «девочкой для дуэта». Что ж, копнём поглубже, но чуть позже. Карьера урода – дело времени.
– Вот молодец! – похвалил Рик. – Так что, хорош трепаться. Трахнуть бабку ты всегда успеешь, – он прислонил палец к губам. – Всё. Т-ш-ш!
Зрители затихли и дружно охнули, когда софиты ярко вспыхнули и погасли, а пространство раскололо громовым раскатом. В притихшей темноте робко и неспешно полилась мелодия скрипки. Та самая, которую Рик услышал впервые. После которой его жизнь незаметно поменяла свой вектор.
Луч света выхватил из темноты хрупкую фигурку. Мария играла с закрытыми глазами, полностью отдавая себя музыке. Вот мелодия оборвалась, и всё снова погрузилось в темноту, сквозь которую отчётливо послышался шорох начинающегося дождя. Звонкая капля, ещё одна. Свет софита опустился на фортепиано. Дания выбивала из клавиш капли, одну за другой, быстрее и быстрее, пока они не превратились в связную мелодию. Дерзкая и тревожная, она неслась по пространству, подхватывая остальные инструменты. Когда оркестр заиграл в полную силу, Мария снова «взяла слово», и теперь мелодия скрипки тонкой лентой связывала все инструменты воедино, пронизывала канву мелодии, вышивая на ней тонкий, потрясающе красивый узор.
Рик замер, как и все, сидевшие перед сценой. Это было ошеломительно, захватывающе… так объёмно и красиво, что дыхание само собой замирало, распирая лёгкие смесью счастья, восторга и любви. Стало совершенно ясно – всё, что произошло в его жизни, всё, что привело в данную точку – было ради этой самой минуты.
Номер завершился, и зрители встали, выражая восторг в оглушительных аплодисментах. Все, кроме одного. Эрколано ошарашенно сидел на своём месте, не сводя глаз со сцены. Пришлось поднять за шкирку. После чего Рик мило улыбнулся ботанам и убежал за сцену, чтобы успеть подхватить на руки свою яркую звезду.
Она сама порхнула к нему в объятия. Обхватила лицо ладошками и поцеловала.
– Всё это стоило того, Чичи…
– Всё было не зря, Рик…
Произнесли они одновременно. Замерли, глядя в глаза друг другу, и засмеялись.
