Текст книги "Сирена (ЛП)"

Автор книги: Элисия Хайдер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Элисия Хайдер
Сирена
Заклинатель душ – 2

Глава 1

ПУМ ПУМ ПУМ ПУМ ПУМ. КЛАЦ-КЛАЦ. КХЕ-КХЕ!

– Это тест. Проверка системы экстренного вещания. – я репетировала свой лучший голос на радио.

– Слоан, прекрати говорить, – сказал мой отец в микрофон. – И, пожалуйста, лежи спокойно.

Лежать становилось труднее с каждой проходящей секундой. Я была заперта внутри оглушающего аппарата МРТ более двадцати минут. Мой отец настоял на проведении теста после моей последней гемиплегической мигрени, но я знала, что результаты окажутся такими же бесполезными, как и две последние компьютерные томографии, которые он заказал.

С моим мозгом было все в порядке, также как и со мной… за исключением того, что я, казалось, могла читать души людей и управлять ими. Однако это не имело никакого отношения моим мигреням.

Причина моей последней головной боли была такой же, как и у других: отъезд Уоррена Пэриша из города. Похоже нас с ним связывала какая-то наэлектризованная сила, и, когда мы разделяемся, нас наказывает парализующими мигренями.

МРТ не покажет результатов.

Когда аппарат прекратил жужжать и стучать, как двигатель гоночной машины, я пошевелила ногами из стороны в сторону.

– Мы уже закончили?

– Все готово, – сказал папа.

Стол томографа медленно выскользнул из электронной пещеры, в которую я была заключена.

Мой отец был расстроен и ужасно обеспокоен новыми приступами головных болей, но я понимала, что правда ему не поможет. Мои приемные родители были с одной стороны невероятно любящими и поддерживающими, но с другой – профессионалами в области медицины, верящими, что всему есть научное подтверждение. Поскольку мой отец был врачом-гериатром, специализирующемся на деменции, я знаю, каков будет его диагноз – психическая неустойчивость.

Папа зашел в комнату, где я сидела на столе и поправляла свою мятую медицинскую рубашку. Даже в свои пятьдесят он все еще выглядел как прекрасная кинозвезда с самыми яркими голубыми глазами, которые я когда-либо видела. Он смотрел на лист бумаги в своей руке.

– Ты можешь одеваться.

Придерживая ворот своей рубашки, я встала.

– Что показал тест? Сверху у меня камни и опилки?

Папа закатил глаза.

– Мне ничего не бросилось в глаза, но я хочу попросить своего друга из неврологии взглянуть и убедиться.

Я положила руку ему на плечо и посмотрела снизу вверх.

– Папа, я в порядке.

Он поцеловал меня в лоб.

– Я не могу быть слишком осторожен с тобой. Слоан, ты все, что у меня осталось. – он направился к двери. – Хочешь перекусить, перед тем как поедешь на работу?

Я посмотрела на часы на стене. Я сказала своей начальнице, что буду около полудня, а сейчас уже больше одиннадцати.

– Ты сильно опечалишься, если я пропущу обед в этот раз? Хочу заскочить и проведать Адрианну, перед тем как отправлюсь в офис, если ты не против.

Он улыбнулся.

– Конечно. Передай ей от меня привет и скажи, что я заскочу к ней на этой неделе, – сказал отец. – увидимся за ужином сегодня вечером?

Я кивнула.

– Я приеду.

– Уоррен присоединится к нам? – позвал он, когда я в носках отправилась к двери.

Я оглянулась и пожала плечами.

– Не знаю. Он прилетает из Вашингтона сегодня, но я не помню, когда именно приземляется его рейс. Я дам маме знать, если он вернется вовремя.

– Хорошо, милая. Увидимся позже.

Адрианна Маркс, моя лучшая подруга, была пациенткой больницы почти три недели с тех пор, как парень, с которым она встречалась, решил пьяным сесть за руль и врезался на своем джипе в дорожное ограждение. В ответ я выбила ему передние зубы, и с тех пор никто из нас его не видел.

Когда я добралась до ее палаты, она читала дрянной бульварный журнал и ела картофельные чипсы. Ее волосы начали отрастать там, где их пришлось сбрить, и, если не считать розовых шрамов от швов, то ее лицо выглядело почти нормальным.

Я постучала костяшками пальцев по открытой двери.

– Тук-тук.

Она подняла взгляд и улыбнулась.

– Привет, чудачка. – Адрианна поерзала на своей груде подушек, когда я прошла у ее ног и плюхнулась в кресло у кровати. – Что ты здесь делаешь?

– Мне наверху делали МРТ. Решила, что заскочу поздороваться, прежде чем отправлюсь на работу.

Она села на кровати.

– МРТ? Я думала, у тебя просто сломано несколько костей и наложено несколько швов.

Всего две недели назад Уоррен и я помогли детективу Натану Макнамара поймать серийного убийцу, который более десяти лет убивал женщин по всей Северной Каролине. Билли Стюарт накачал меня наркотиками, избил, а затем потащил в своё тайное место в стиле Теда Банди, где планировал изнасиловать и закопать в лесу.

Благодаря способности Уоррена находить мертвые тела и защитным инстинктам Натана, я отделалась всего несколькими сломанными ребрами, повреждением нервов на руках и множественными порезами на всех конечностях, чтобы до конца жизни потенциально носить только штаны.

Я покачала головой.

– Папа захотел сделать мне МРТ, потому что беспокоится насчет моих мигреней. В воскресенье у меня был еще один плохой день.

Ее голова склонилась набок.

– Значит, Уоррен уехал?

– Ага. Ему пришлось лететь в Вашингтон, на встречу в Пентагоне.

Она свернула свой открытый пакет с чипсами и убрала его на столик.

– Звучит тревожно. Чего они от него хотят?

Я пожала плечами.

– Уверена, они хотят знать, как он нашел тех пропавших девушек.

Ее глаза расширились.

– Интересно, как он это объяснит.

Я рассмеялась, хотя была скорее обеспокоена, чем поражена.

– Не знаю, но не думаю, что, сказав им, что может чуять смерть, положит этому конец.

– Вероятно, нет, – согласилась она. – когда он уехал, тебя снова стошнило прямо на детектива?

Мои щеки вспыхнули то ли от смущающего воспоминания о последней мигрени, то ли от простой мысли о Натане Макнамара. Я не была уверена в причине. Моя эндокринная система полностью дала сбой с тех пор, как Уоррен и Натан приехали в город.

– Нет. Я была с родителями, и на этот раз меня ни на кого не стошнило.

– Как Натан? – спросила она.

Я облокотилась на подлокотник.

– Думаю, с ним все хорошо. Я не видела его несколько дней. На этой неделе он в Гринсборо ищет последнюю жертву Билли из нашего списка, которую так и не нашли.

– Которая из них? – спросила Адрианна.

– Рэйчел Смит. Ее коллеги сообщили о пропаже в 2008 году. У нее не было никаких известных родственников, поэтому дело быстро закрыли. Она была социальным работником.

Адрианна покачала головой.

– Это так печально.

– Давай поговорим о чем-нибудь другом, пожалуйста. – я отчаянно хотела сменить тему. Разговоры об этом деле все еще вызывали во мне тошноту.

Она кивнула.

– Ладно. Как там драма парней?

– О, это все еще печально. – вздохнула я. – Уоррен закончил перевозить вещи ко мне на этой неделе. Он сдал свою мебель на хранение в Западном Ашвилле, но одежда и множество видов оружия, все еще у меня дома. Моя гостевая комната похожа на гребаный арсенал.

Адрианна искоса на меня посмотрела.

– Вы планируете жить вместе в долгосрочной перспективе?

Я рассмеялась и пожала плечами.

– До этого момента я вообще ничего не планировала с Уорреном, и жизнь тоже не позволяла мне загадывать заранее. Не знаю, что мы делаем.

Она подняла бровь.

– Что об этом думает Натан?

Я откинулась на спинку стула.

– Понятия не имею. Мы не разговаривали по душам на эту тему. Он по-прежнему заходит ко мне домой и в офис, поэтому не думаю, что его это сильно волнует.

– Он все еще встречается с Шэннон? – спросила она.

Мышцы моей челюсти сжались при упоминании девушки Натана, потому что, если бы у меня был заклятый враг, это была бы Шэннон Грин. Но корни этой горечи скрываются гораздо глубже, чем в отношениях с Натаном Макнмара. Его присутствие только подлило масла в огонь, который тлел уже более десяти лет.

Я закатила глаза.

– Думаю, они все еще вместе, но никогда нельзя знать наверняка. Он всегда рядом, а ее нет с ним, и Натан никогда о ней не говорит.

Адрианна подняла руки.

– Почему он с ней?

– Я уже некоторое время задаюсь этим вопросом.

– Что Уоррен говорит о постоянном появлении Натана? – спросила она.

– Немногое. На самом деле они вместе проводят больше времени, чем я и Натан когда-то. Уоррен помогал разыскивать пропавших жертв, и, если не считать их постоянного обмена оскорблениями, они стали довольно хорошими друзьями. Им нравится ненавидеть друг друга.

– Я заметила, – сказала она. – Честно говоря, мне немного жаль Нейта. Он с ума по тебе сходит, а потом появился Уоррен, и у вас все закончилось еще до того, как началось.

Я кивнула.

– Знаю. Уоррен ворвался в город подобно урагану. – я погрызла ноготь на мизинце.

– Хочешь расскажу секрет?

Она подалась вперед на постели.

– Конечно.

Я предостерегающе ткнула в нее пальцем.

– Обещаешь унести его с собой в могилу?

Адрианна скрестила руки на груди.

– Клянусь.

Я понизила голос.

– Я продолжаю думать о той ночи в лесу, когда Натан закрыл меня от пули. Он мог погибнуть, пытаясь меня спасти. Эта любовь на совершенно другом уровне.

– Ты передумала насчет вас с Уорреном? – спросила она.

Я покачала головой.

– Нет. Все это так трудно. Я искренне переживаю за них обоих, но с Уорреном все слишком по-другому, чтобы между ними могла появиться конкуренция. Он как гравитация или кислород. Я не могу не быть с ним.

– Вы, ребята, действительно впечатляете, – сказала Адрианна.

Я постучала пальцем по лбу.

– Впечатляем настолько, что вызываем мигрень. – я рассмеялась. – хватит о моей сверхъестественной мыльной опере. Как ты?

– У меня все в порядке. Вчера приступила к физиотерапии, которая оказалась ужаснее, чем ты можешь себе представить, – сказала она со стоном. – Они говорят, будто я смогу пойти домой завтра или послезавтра.

– Это потрясающе! – ответила я.

Она кивнула.

– Ага. Все потрясены моим быстрым восстановлением. Большинство медсестер не думали, что я выживу, не то что выйду отсюда так скоро. – Адрианна подозрительно посмотрела на меня с кровати. – Я почти уверена, что должна поблагодарить тебя за это.

Я пожала плечами.

– Кто знает?

– Слоан, ты единственная, кто была рядом с самого начала. Я помню, как ты находилась в этой комнате, когда я еще даже не могла говорить, – сказала она. – Было похоже, словно я могла чувствовать тебя прямо рядом с собой.

– Серьезно? – спросила я удивленно.

Она улыбнулась.

– Да. Думаю, Уоррен что-то понял. Думаю, ты меня исцелила.

– Ну, я бы не назвала это именно «исцелением». – Я рассмеялась. – Ты видела свои волосы сегодня?

Адрианна запустила в меня подушкой.

– Заткнись.

– Итак, что ты будешь делать, когда выберешься отсюда? Поедешь в свой дом? – спросила я.

Она покачала головой.

– Какое-то время нет. Я пока не могу подниматься и спускаться по лестнице. Вероятно, останусь у родителей, пока полностью не поправлюсь.

– А как насчет работы? – спросила я.

Адрианна пожала плечами.

– Они сохранили мой кабинет в салоне, но, вероятно, пройдет время, прежде чем я смогу быть на ногах весь день.

Я наклонилась вперед и положила руку на ее сломанную ногу.

– Ты воздействуешь на меня своей вуду магией? – спросила она с улыбкой.

Я ей подмигнула.

– Это не повредит.

* * *

К полудню я добралась до своего офиса в окружном здании в центре города. Почти все ушли на обед, и в залах было тревожно тихо. Спеша в свой офис, я внимательно поглядывала через плечо.

Мой отец называет это посттравматическим расстройством из-за недавнего приступа. Я бы сказала, что это здравый смысл, особенно после всего, через что я прошла. В спешке отпирая дверь, я чуть не пропустила желтую записку, приклеенную чуть выше уровня глаз.

«Позвони, когда приедешь. Шериф Дэвис».

Войдя в свой кабинет, я отложила записку.

– Это странно.

Засунув портфель под стол и включив компьютер, я набрала прямой номер шерифа в тюрьме. Я молилась, чтобы он не попросил меня прийти. Мой дар никогда не был больше похож на проклятье, чем при нахождении в этом здании. Тюрьма, в которой заперты все темные души, зарождала панику в такой девушке, как я.

– Шериф Дэвис. – его грубый голос больше напоминал лай, чем приветствие.

Я откинулась на спинку своего офисного кресла.

– Привет, шериф. Это Слоан. Я увидела записку, которую вы оставили на моей двери.

– Привет, Слоан. Как себя чувствуешь? – спросил он.

Я улыбнулась.

– Я довольно хорошо, выздоравливаю. Осталось еще несколько зудящих шрамов на ногах, и чувствительность рук полностью не вернулась, но могло быть намного хуже. – Билли Стюарт тащил меня за пару стальных наручников через лес, вызвав обширное повреждение нервов на руках. Доктора сказали, что онемение и покалывание будут длиться около года.

– Что же, я рад слышать, что ты идешь на поправку. Послушай, я все утро пытался связаться с детективом Макнамара. Кажется, ты всегда знаешь, где он находится, хотя я его босс. Есть идеи, где я могу его найти? – спросил он.

Я задумалась на секунду.

– Я говорила с ним вчера, и он сказал, что весь день проведет в лесу Гринсборо. Он, вероятно, вне доступа сети.

– Да, что-то в этом ключе я и предполагал, – сказал он. – Я подумал, что вы оба, возможно, захотите узнать – сегодня утром на мой стол легло сообщение, что на участке Билли Стюарта в округе Стивенс, штат Джорджия, обнаружено третье тело. Они считают, что это двадцатитрехлетняя женщина, которая пропала во время туристического похода год назад.

Мой рот открылся.

– Вы шутите?

– Это не тема для шуток, Слоан.

– Я знаю. Просто это означает, что мы ошиблись с последней жертвой… которая все еще числится без вести пропавшей в нашем списке. – я подумала о Натане и его команде, которые все еще прочесывают лес в поисках тела, которого там не было.

– Либо это, либо жертв было больше, чем мы первоначально думали, – сказал он.

Я точно знала, что жертв было ровно двенадцать. Это часть дара Уоррена. Конечно, я не могла объяснить это шерифу Дэвису, чтобы не показаться сумасшедшей.

– Возможно, вы правы, шериф.

– Скажи Макнамаре позвонить мне, – сказал он.

– Скажу. – он положил трубку, прежде чем я успела попрощаться.

Я вытащила свой сотовый из сумочки и набрала номер Натана. Звонок сразу перешел на голосовую почту, поэтому я оставила сообщение.

– Привет, это Слоан. Ты можешь ехать домой. Ты не найдешь тело в Гринсборо. Шериф звонил и сказал, что обнаружено третье тело на участке Билли Стюарта в Джорджии, так что есть вероятность, что жертвой номер двенадцать является она, а не Рэйчел Смит. Позвони своему боссу. Пока.

Я закончила звонок и набрала Уоррена. Он ответил после первого гудка.

– Как раз вовремя. Я только что вышел из самолета, – сказал он вместо приветствия.

– В Ашвилле? – спросила я.

– В Шарлотт. У меня часовая пересадка, а затем домой.

«Дом». Было странно слышать, как он произносит это вслух.

– Как ты? – спросил он. – Тебе лучше спалось этой ночью?

– Буду спать лучше, когда ты вернешься. – это была правда. Почти каждую ночь, когда Уоррена не было, мне снились кошмары о моем похищении.

– Я буду к вечеру, – сказал он. – Ты на работе?

– Да. Только что пришла, – сказала я. – Утром мне сделали эту дурацкую МРТ.

– Как прошло?

– О, это долго и очень скучно. Папа сказал, что не видит ничего плохого, но собрался посоветоваться еще с кучей докторов.

– Ты когда-нибудь собираешься сказать ему правду? – спросил он.

– Не знаю. Папа так сильно верит в современную медицину, что никогда не согласится, будто это невозможно объяснить. Вероятно, просто отправит меня в психушку.

Уоррен рассмеялся.

– Это крайне маловероятно. Он любит тебя и волнуется. Думаю, тебе следует ему сказать.

Я поморщилась только при мысли об этом. Он был прав, и я это знала, но сама идея о разговоре пугала, неважно насколько любящими были мои родители.

– Я подумаю об этом. – я забарабанила ногтями по столу. – Во сколько ты приедешь?

– Мой рейс приземляется около трех, так что буду там до конца рабочего дня в пять, – ответил он.

Я улыбнулась.

– Великолепно! Мы приглашены на ужин к моим родителям сегодня.

Уоррен застонал.

– Это обязательно? Я планировал остаться дома. Нам нужно о многом поговорить.

Тон его голоса тревожил. Мне все это не нравилось.

– Да?

– Это была не развлекательная поездка, детка, – сказал он.

Моя давление подскочило на несколько пунктов. Я решила, что отложить проблему – лучший способ действия в моей ситуации.

– Ну, с этим придется подождать. Я обещала родителям, что приеду, потому что не навещала их с момента твоего переезда, и они продолжают приставать по поводу того, когда ты придешь к ним снова.

Он вздохнул.

– Ладно. Я заеду домой и переоденусь, когда приеду в город. Ты сможешь забрать меня по дороге.

– Отлично, – сказала я. – Знаешь, что?..

– Что?

– Рэйчел Смит не жертва Билли. Они нашли третье тело в Джорджии.

– Интересно, – сказал он. – Тогда все найдены?

Откинувшись на спинку стула, я уставилась на галогеновую лампу над своим столом.

– Все найдены.

– Ты сообщила Нейту?

– Я пыталась, но попала на голосовую почту. Ты с ним разговаривал? – спросила я.

Он хмыкнул.

– Конечно. Он позвонил ранее, чтобы спросить о моей поездке, какая погода в Вашингтоне и хорошо ли я выспался прошлой ночью…

Я закатила глаза.

– О, замолчи.

– Увидимся через несколько часов, Слоан.

– Пока. – я закончила разговор.

На рабочем столе моего компьютера я открыла файл о пропавших людях, который выслал мне Натан. В нем содержались все жертвы, которые, как мы первоначально считали, убиты Билли Стюартом. Найдя папку Рэйчел Смит, открыла ее. Я распечатала ее фотографию и отчет о пропаже, который был составлен в 2008 году.

На момент исчезновения ей было двадцать четыре, красавица с длинными темными волосами и светло-карими глазами. Ее коллеги из Службы защиты детей с Гринсборо, Северная Каролина, сообщили о пропаже. Там же была пометка, что никто из семьи не был найден или уведомлен о ее исчезновении.

На мгновение я уставилась в окно за своим столом и задумалась, что же с ней стало. Верхняя часть Ашвилла возвышалась на красочном осеннем фоне горного хребта Северной Каролины. Лес вдалеке пестрел золотистыми, оранжевыми и ярко-красными деревьями.

Это напомнило мне, что нужно приступать к работе.

Осенний туристический сезон в Ашвилле был в самом разгаре, и календарь мероприятий округа Банкомб нуждался в обновлении. Я засунула листки о Рэйчел в свой портфель и повернулась к клавиатуре, чтобы попытаться печатать теми немногими пальцами, которые все еще могла контролировать.

* * *

Уоррен ждал меня на крыльце, когда я подъехала к обочине после работы. Он принял душ, и его темные до плеч волосы были еще влажными и завязанными в хвост. В нем было шесть футов и три дюйма (190 см), ни грамма жира, точеное загорелое лицо и убийственные глаза… в буквальном смысле.

Он разделял многие из моих способностей, но его дар был более специфическим, отработанным и пугающим, нежели мой. Я могла призывать живых, он же мог находить мертвых. Я обладала способностью исцелять людей, он же мог убивать их одним взглядом.

Уоррен был подобен антифризу: эффективный, очаровательный и абсолютно смертоносный.

У меня слегка закружилась голова, пока я наблюдала за его спуском по лестнице.

Когда он открыл пассажирскую дверь и сел внутрь, мои глаза чуть не закатились от ледяного аромата одеколона, наполнившего машину.

– Боже, ты отлично пахнешь.

Он наклонился и подарил мне приветственный поцелуй. Знакомое гудение от его прикосновения пронеслось сквозь меня.

– Я скучал по тебе, – сказал он и отстранился с улыбкой.

Я наслаждалась вкусом поцелуя.

– Не хочу сейчас ехать к родителям.

Уоррен рассмеялся и отодвинул сиденье назад до упора, чтобы уместить свои длинные ноги.

– Это ты говорила, что мы должны.

Я откинула голову на подголовник.

– Мы и должны, иначе это никогда не закончится. – я завела машину и отъехала от бордюра, прежде чем смогла уговорить себя не ехать. – Что они хотели от тебя в Вашингтоне?

Он не посмотрел на меня.

– Слишком много рассказывать для короткой поездки в машине. Мы поговорим об этом позже.

Я нахмурилась.

– Мне следует беспокоиться?

Потянувшись через машину, он сжал мое плечо.

– Конечно, нет, детка. Как сегодня прошла работа?

Я расслабилась на сиденье.

– Скучно. После розыска пропавших людей и серийного убийцы, я не уверена, что когда-нибудь снова буду удовлетворена информационными рассылками новостей округа и пресс-релизами.

Все еще держа свою руку у меня на затылке, Уоррен начал накручивать прядь моих каштановых волос на свои пальцы.

– Возможно, нам стоит заняться частными расследованиями, – предложил он. – Мы могли бы работать вместе.

Я приподняла бровь.

– Единственная проблема в том, что ни одну из наших тактик невозможно объяснить в суде, – сказала я. – Хотела бы увидеть выражение лица судьи, когда скажу: «Мой парень чем-то похож на поисковую собаку». Это вполне правдоподобно, да?

Он перестал накручивать мои волосы и улыбнулся.

– Что?

Уоррен пожал плечами.

– Мне нравится, когда ты называешь меня своим парнем.

Закатив глаза, я покачала головой.

– Знаешь, несмотря на всю твою крутость, иногда ты больше похож на девчонку, чем я.

Он рассмеялся, но убрал руку и игриво толкнул меня в плечо.

– Итак, что на повестке дня сегодня в доме твоих родителей? – спросил Уоррен.

Я покачала головой, сворачивая на главное шоссе.

– Ничего особенного. Просто обычный ужин понедельника.

Его голова резко повернулась ко мне.

– Сегодня вторник.

Я ухмыльнулась.

– Думаю, мама специально его передвинула, потому что знала о твоем отсутствии.

Когда мы с Уорреном вошли через парадную дверь, в доме пахло ростбифом и маминым картофельным пюре с секретными ингредиентами. Пахло так вкусно, что я готова была облизать воздух. Однажды мама пообещала раскрыть секрет, если я когда-нибудь найду время научиться готовить.

Мои кулинарные навыки расширились до умения поджаривать тосты и варить кофе. Я знала, что когда-нибудь выкрою время, но до тех пор устраивала ужины по понедельникам в их доме, а дома готовил Уоррен. Он был почти таким же прекрасным поваром, как моя мать.

– Привет! Привет! – крикнула я из коридора.

Седая голова мамы выглянула из-за угла кухни.

– Эй! Входите! Привет, Уоррен!

Уоррен вытер ботинки о коврик.

– Здравствуйте, миссис Джордан.

Она положила руку на бедро и одарила его дразнящей улыбкой.

– Сколько раз еще повторять, что ты можешь звать меня Одри?

Он рассмеялся.

– Еще немного, миссис Джордан.

Потянув Уоррена за руку, я повела его на кухню. Папа встал из-за стола, где читал толстую книгу. Я подошла и поцеловала его в щеку.

– Привет, папочка.

– Привет, милая. – папа пожал Уоррену руку. – Рад видеть тебя снова, Уоррен.

– Благодарю вас, сэр. Я тоже рад вас видеть. – Уоррен вежливо улыбнулся. – Спасибо за приглашение на ужин.

– Чепуха. Здесь тебе всегда рады, – сказал отец. – Как твоя поездка?

Я не могла разгадать выражение лица Уоррена. Этот мужчина мог бы сорвать куш в покере.

Он прочистил горло.

– В Вашингтоне холодно.

Мама рассмеялась.

– Уверена в этом. – она подошла, чтобы обнять меня сбоку. Моя крошечная мама аккуратно поместилась под сильной рукой Уоррена. Это вызвало у меня улыбку.

– Что читаешь, пап? – спросила я, выдвигая стул рядом с ним.

Он поднял книгу так, чтобы я смогла увидеть обложку.

– Симптомы гемиплегической мигрени, патогенез и методы лечения, – прочитал он вслух.

Уоррен поймал мой взгляд и приподнял бровь.

Мои плечи поникли.

– Папа, нам нужно поговорить.

Отец снял очки для чтения.

– О чем, милая?

Я протянула руку и закрыла книгу.

– Ты не найдешь здесь ответа на мои головные боли.

– Почему ты в этом так уверена? – спросил он.

Мама поставила жаркое на стол.

– Проходите и присаживайтесь. Вы двое можете поговорить во время еды. Не хочу, чтобы ужин остыл.

Когда мы заняли свои места и наполнили тарелки, мой отец обратился ко мне за объяснениями.

– Теперь вернемся к головным болям. Что ты хотела мне сказать?

Уоррен потянулся и ободряюще сжал мою руку.

Мама заметила этот жест и отложила вилку.

– Все в порядке?

Я кивнула, прежде чем сделать глубокий вдох. Затем внимательно посмотрела на обоих родителей.

– Это не опухоль. Не слабые кровеносные сосуды, которые вот-вот взорвутся. И не травма. Вы не найдете ответа ни в книге, ни на КТ или МРТ.

Мои родители обменялись смущенными взглядами.

– Тогда в чем же дело? – спросил папа.

– Причина сверхъестественная.