Текст книги "Тайна проклятого герцога. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Елена Звездная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

Не ожидавшая столь резкого перехода, я неуверенно кивнула.

– Хорошо, отнесу в каюту. Доброго дня, леди оттон Грэйд.

С этими словами герцог забрал стопку книг, собственную почту и покинул меня, оставив наедине с отчетом управляющего.

Некоторое время я разглядывала сломанную восковую печать на свитке, затем осторожно развернула… О, Пресвятой, лорд оттон Грэйд не счел необходимым сообщить, что родовое поместье располагается на юге, а управляющий южанин! И, следовательно, отчет был составлен на элетском южном наречье. Языке, который был мне абсолютно незнаком!

Великолепно! Слов, добрых слов в отношении герцога у меня не осталось.

И что мне делать? Что я могу сделать в подобной ситуации?! Отравиться к супругу и признаться в собственной некомпетентности?! Представила себе насмешливый взгляд лорда оттон Грэйда и все мое существо воспротивилось подобному развитию событий. А затем на ум пришло осознание того, что герцог прекрасно осведомлен о моем незнании южных языков, ведь его светлость имел возможность ознакомиться с перечнем моих знаний, описанном в дневнике матушки Иоланты.

Изумительно!

Но в одном лорд оттон Грэйд просчитался – сдаваться никто не собирается! Во имя Пресвятого, я должна найти выход. Еще раз посмотрела на свиток – «Высочайшей милостью управляющий поместьем рода Грэйд, Торий Аннельский». Подписано используя официальный язык королевства, значит, познания в нем у управляющего есть и меня господин Аннельский поймет и ответ я могу написать на своем родном языке. Великолепно. Остается один маленький нюанс – необходимость мне понять написанное господином управляющим.

Медленно поднявшись, я окинула корабль внимательным взглядом. Леди моего положения не пристало разглядывать мужчин – я сознательно нарушила требования этикета, разглядывая офицеров, матросов, солдат. Мне требовались смуглые, голубоглазые, темноволосые, с жилистым строением тела уроженцы Древнего Элетара.

Обнаружила четверых, подходящих под описание, однако трое являлись офицерами, на что недвусмысленно указывали нашивки на рукавах и только последний был обычным солдатом и в данный момент занимался тем, что начищал до блеска традиционную для южан саблю.

Терять время было бы глупостью, сжав свиток, я направилась в каюту, осознавая необходимость сменить платье и захватить письменные принадлежности.

Лорд оттон Грэйд находился в каюте и занимал место за столом. При моем появлении он сделал вид, что занят сверх той меры, коей уже был занят вчитываясь в послание монарших особ. Не желая давать ему даже повода для насмешки, я направилась было к шкафу, и тут вспомнила, что ширмы, за которой я могла бы переодеться, уже нет. Это открытие оказалось крайне неприятным. Однако же спускаться на палубу в утреннем платье недопустимо. Я в нерешительности остановилась посреди каюты.

– Вижу, вы в замешательстве, леди оттон Грэйд, – не глядя на меня, с чувством глубокого удовлетворения, произнес герцог.

Сдержав искреннее желание ответить весьма грубо, я смиренно согласилась:

– Это действительно так, лорд оттон Грэйд.

Усмешка промелькнула на губах его светлости, и, взглянув на меня, герцог совершенно иным, в чем-то интимным тоном, поинтересовался:

– И что же привело вас в замешательство, Ари?

Стараясь держаться с достоинством, как того требовал мой супруг, я ответила:

– Отсутствие ширмы.

Выражение лица его светлости несколько изменилось, и меня попросили:

– Уточните.

Вежливо улыбнувшись, я достаточно дерзко ответила:

– Мне необходим тот предмет меблировки, что вы столь опрометчиво уничтожили в порыве необоснованного гнева, лорд оттон Грэйд. И так как вина за случившееся лежит исключительно на вас, так как мужчина, повелитель и значительно превосходящий меня в возрасте здесь вы, а потому и решать данную проблему так же придется именно вам, мой дорогой супруг!

Тираду лорд оттон Грэйд выслушал с каменным выражением лица, и едва я завершила речь, с ледяным спокойствием вопросил:

– И какого решения проблемы вы от меня ждете, Ариэлла?

Легкий реверанс и вежливая просьба:

– Будьте столь любезны проявить ваше аристократическое воспитание, лорд оттон Грэйд, и позвольте леди переодеться. – Герцог выказал некоторое удивление, а потому я была вынуждена конкретизировать: – Покиньте каюту, пожалуйста. Это не займет много времени.

Я была вежлива, я обратилась с просьбой, я даже не сомневалась, что как воспитанный лорд, герцог выполнит мое пожелание, однако… я в очередной раз ошиблась, переоценив воспитанность последнего представителя династии Грэйд! Ибо лорд поднялся, повернул стул, прислонив его спинкой к стене, а затем сел, находясь в положении лицом ко мне, закинул ногу на ногу, сложил руки на груди и скомандовал:

– Приступайте.

В совершеннейшем изумлении я смотрела на его светлость. Герцог неприятно ухмыльнулся и пояснил собственное поведение:

– Уважаемая леди оттон Грэйд, как ваш супруг и повелитель, я являюсь тем единственным мужчиной, которому не возбраняется наблюдать за столь интимным процессом, как смена утреннего платья на дневной туалет. Приступайте, я жажду зрелища и как ваш супруг, и как ненасытный любовник, коим являюсь для вас с момента вашего эпического требования. Приступайте, леди.

Матушка Иоланта нередко говаривала «Требования этикета бессмысленны там, где речь идет о жизни и смерти». И вот в моей жизни наступил момент, когда я осознала всю мудрость слов матушки-настоятельницы.

Нервно улыбнулась ожидающему представления герцогу.

– Полагаю, – я бросила взгляд на зеркало, оглядев себя, – в условиях жизни военного корабля, некоторые требования высшего общества можно и опустить, не находите? – и не дожидаясь его ответа, а если быть откровенной, то не позволяя лорду вставить и слова, я продолжила: – Рада, что вы понимаете всю сложность сложившихся обстоятельств.

И направившись к столу, я взяла несколько листов бумаги, после выбрала из шкатулки три тонких пера и крохотную переносную чернильницу… в следующее мгновение случилось пугающее.

Это произошло гораздо быстрее, чем я успела даже испугаться! Герцог вдруг соскользнул со ступа и в миг оказался стоящим позади меня так близко, что я была прижата к столу, в том самом склоненном с целью взять чернильницу положении!

Сердце замерло в испуге. И в то же время я ощущала, как стремительно и мощно бьется сердце лорда оттон Грейд, прижавшегося ко мне излишне сильно.

– Моя воинственная леди, – пальцы герцога соскользнули по моей руке, сжали ладонь, вынуждая упустить чернильницу обратно в шкатулку с писчими принадлежностями, а сам его светлость, склонившись сильнее, зашептал близ моего виска, – как леди оттон Грэйд вы, несомненно, правы и скромность ваша понятна… Однако вынужден напомнить, – он расположил мои ладони на столе, вынуждая опираться, и скользя пальцами по моим дрожащим от напряжения и ужаса рукам, продолжил, – что помимо роли супруги, вы, Ариэлла, взяли на себя обязанности любовницы.

Мое сердце забилось с неистовой силой, и голос дрожал от возмущения, когда я была вынуждена напомнить:

– Не брала, лорд оттон Грэйд, и если память вам не изменяет, вы должны вспомнить, что сами вознамерились…

– Любовница, Ари, – насмешливо оборвал меня его светлость. – А скромность к достоинствам любовниц не относится, моя дорогая. Более того – портит то очарование, что придает отношениям свободная и распущенная любовь.

Ладони герцога соскользнули по плечам вниз, и медленно, весьма медленно заскользили по груди, не избегая никаких изгибов, вниз, по ребрам, словно следуя корсету, которого на мне в силу покроя платья не было, пальцы сошлись на талии…

Я лишилась способности дышать, от ужаса даже пошевелиться.

– Знаете, Ариэлла, – прошептал лорд оттон Грэйд, скользя губами по волосам и накрывая поцелуем обнаженную шею, – с леди, я остановился бы на этом моменте…Ас любовницей, могу позволить себе куда больше…

– Пожалуйста, не надо, – испуганный шепот сорвался с помертвевших губ.

Тихий смех и ладони герцога, покинув мою талию, двинулись ниже… Я находилась на грани обморока! В памяти всплыли события прошлой ночи – бесстыдство лорда оттон Грэйд и моя совершеннейшая беспомощность, жгучий стыд и непонимание происходящего, а после чувства, те чувства, что… Мое сознание отчаянно отыскивало пути спасения, перебирая мысли, слова, вопросы, все что угодно! И в воспоминаниях всплыло плавание на «Бросающем вызов», припомнила я и ту странную тревогу, охватившую Ирека при упоминании призрака, его нервозность…

– Лорд оттон Грэйд, – воскликнула я, ощущая, как ладони черного мага скользят ниже от талии, – не могли бы вы просветить меня, относительно призрака?!

Противоправные действия его светлости прекратились. Затем лорд оттон Грэйд, отодвинулся, но о спасении я грезила напрасно -обхватив за талию, герцог развернул к себе лицом, а затем, усадив на стол, неожиданно резко раздвинул мне ноги, и встал столь непозволительным образом, что прилив возмущения смыл напрочь страх, вызванный его резкими действиями.

– Да что вы себе позволяете! – воскликнула я.

Неприятная усмешка была мне единственным ответом. Далее все вопросы задавал лорд оттон Грэйд:

– Что вам известно, Ариэлла?

Вероятно, я напрасно задала этот вопрос.

– Вы тщетно надеетесь уйти от ответа, – продолжил герцог, придвигаясь ближе.

Сильные пальцы скользнули по щеке, левая ладонь проследовала вниз по спине, и неожиданным движением притиснула к лорду оттон Грэйд, вынудив меня вскрикнуть и от возмущения и от испуга одновременно.

– Что вы… делаете? – я тщетно попыталась вырваться.

– А вас что-то смущает, дорогая? – насмешливо поинтересовался его светлость.

С ужасом смотрю в черные, искрящиеся зеленоватыми всполохами глаза лорда оттон Грэйда и вижу в них отражение собственного испуганного лица, широко распахнутых глаз, заметную бледность -лица..

Я настолько ужасен? – вдруг холодно и зло вопросил лорд оттон Грэйд.

Мне почему-то не захотелось говорить правду. Возможно, это чувство было сродни трусости, но вероятно пугали последствия открытого противостояния, а потому я, стараясь говорить ровно и спокойно, напомнила:

– Ваши ничем не оправданные притязания отвлекают меня от обязанностей вашей супруги и леди, лорд оттон Грэйд, а вас от обязанностей сановника королевства.

И что-то во взгляде герцога изменилось, после чего с иронией лорд оттон Грэйд поинтересовался:

– Намекаете, что не планировали отвлекать меня от обязанностей адмирала Южной армады?

Мне был понятен вопрос – герцог полагал, что я явлюсь сообщить о собственном поражении и невозможности справиться с поставленной задачей.

– Именно так, лорд, – уверенно ответила я.

Его светлость сделал шаг назад, протянул мне руку и помог спуститься со стола, но затем, обхватив одной рукой талию, а второй взяв в плен подбородок, холодно произнес:

– Вы будете переодеваться здесь, Ариэлла. И в моем присутствии. Понимаю, что вам это, возможно, неприятно и вы не испытываете восторга при мысли об обнажении в моем присутствии, но я испытываю удовольствие видеть вас без одежды, а в нашем браке, дорогая леди оттон Грэйд, имеют значения исключительно мои желания.

И ухмыльнулся мне в лицо. Жестоко, самодовольно, с вызовом.

Видит Пресвятой, я не желала этого говорить, но почему-то слова вырвались сами:

– Это родовой брак, лорд оттон Грэйд, – выпалила я, – и насколько мне известно, общие права позволяют мне требовать от вас…

Мне закрыли рот. Ладонью. И не позволили даже вырваться. А переждав мой приступ гнева, герцог, с тяжелым, раздраженной усталым вздохом, спокойно произнес:

– Ари, моя юная наивная и далекая от жизни монастырская воспитанница, я искренне не советую вам впредь предпринимать какие либо попытки намекнуть мне на мнимое равноправие.

Улыбка герцога в этот момент казалась мне олицетворением вселенской несправедливости, и хотелось, безумно хотелось ответить, но лорд оттон Грэйд не убирал ладонь. Держа осторожно, но крепко, и удерживая до тех пор, пока дыхание мое не выровнялось, а из глаз не исчезло воинственное выражение. После отпустил, не глядя на собственную супругу, вернул стул на прежнее место, сел за стол и углубился в чтение королевского послания.

– И да, – прозвучал его насмешливый голос, – ваш ответ, я, возможно, выслушаю, если вы справитесь с обязанностями, леди оттон Грэйд. До тех пор, потрудитесь держать свое мнение при себе, меня они ни в коей мере не интересует.

Запрокинув голову, долго смотрела в потолок, изучая природный рисунок выбеленного дерева. Ощущение происходящей несправедливости жгло каленым железом, если я правильно понимаю суть данного выражения. И лишь справившись с нахлынувшими эмоциями, холодно произнесла:

– Вы ужасающе несправедливы, лорд оттон Грэйд.

– Справедливость – фантом, моя драгоценная леди оттон Грэйд, -насмешливо ответили мне.

– Моя фраза не являлась поводом для начала богословских рассуждений, – достаточно резко заметила я.

– Вот как?– однако мне не уделили и взгляда. – Чем же являлось ваше замечание?

– Констатацией факта, – сохраняя достоинство, оповестила я.

И направилась выбирать дневное платье.

Шкаф противно скрипел, когда я его открывала. Вытащить сумку мне стоило немалых трудов – полагаю для герцога было проще простого втиснуть чемодан в неподходящий для него по размерам ящик, а так же есть предположение, что в данный момент моих напрасных усилий, его светлость злорадствует. Что, как ни удивительно, не помешало лорду оттон Грэйд подняться, отодвинуть запыхавшуюся меня, самолично и совершенно без напряжения вытащить чемодан, и расположить его на полу. После чего беззвучно вернуться на свое место.

– Благодарю вас, – произнесла я.

Вежливость обязывала.

– Не стоит, – уделяя все свое внимание королевскому посланию, ответил герцог, – помощь вам всего лишь нудная обязанность, навязанная мне родовым браком.

В этот миг я испытала невероятное желание поднять чемодан и запустить его в занятую делами светлость… Однако воспоминания о произошедшем ночью мгновенно охладило мой пыл. Пришлось опуститься на колени и приступить к выбору наряда.

Во время обсуждения моего замужества, господин Ирек заявлял, что лорд оттон Грэйд является сторонником Андейлского свода, сборника правил и наставлений, требующих от аристократов сдержанности, умеренности во всем, твердости духа, строгости к себе и воздержания в телесных удовольствиях. Помнится, тогда я решила строго придерживаться вышеуказанного свода, дабы не прослыть у супруга распущенной и легкомысленной девой, даже для первого знакомства одевалась скромно и сдержанно, сейчас же я отчетливо понимала, как глупы и наивны были мои представления о герцоге. Впрочем, на миг я прониклась любопытством и решила полюбопытствовать:

– Лорд оттон Грэйд, мне говорили, что вы являетесь сторонником Андейлского свода.

– Даже не в курсе, о чем вы, – ответил его светлость.

Мои пальцы пробежались по сложенным платьям, остановились на наряде цвета первых весенних фиалок, его я и выбрала.

– Андейлский свод – это сборник правил и… – начала объяснять герцогу.

– Ари, – в глухом голосе послышалось раздражение, – возможно, я, сугубо по вашему мнению, плохо воспитан, но вот образован куда лучше вас, моя дорогая, – отрезал лорд оттон Грэйд.

Тяжело вздохнув, выбрала в тон к платью светло-голубые панталоны, белоснежные перчатки выше локтя, белоснежные чулки, матерчатые светло-фиолетовые туфельки, две ленты для волос.

Неуемное любопытство, вынуждало все же Поинтересоваться:

– А какого свода вы придерживаетесь?

Ответа не последовало. Я, перекинув через руку выбранный наряд, закрыла чемодан, соотнесла его размер с размером шкафа, поняла, что мне его не вернуть назад, и поднялась, намереваясь переодеться. Вскользь бросила взгляд на герцога.

И вздрогнула всем телом!

Лорд оттон Грэйд пристально взирал на меня злыми не мигающими глазами! Оценивающе смотрел.

Ленты, чулки, панталоны соскользнули на пол!

И герцог словно очнулся. Тряхнул головой, будто прогоняя нелепые мысли, вернулся к письму, пробормотав:

– Невозможно.

Удивительно ли, что данное замечание я решила не комментировать?! Подняв упавшую одежду, я аккуратно разместила платье, ленты для волос и панталоны на кровати и ушла переодеваться в умывальню. Все время пока я снимала утреннее платье, оправляла короткую, не доходящую и до середины бедра нижнюю рубашку, мои мысли были заняты новой загадкой -сводом правил и наставлений, которыми руководствуется лорд оттон Грэйд. Суть в том, что именно Андейлский является приоритетным у военных, а что касается магов… О магах мне было неизвестно.

Вероятно, именно размышления на данную тему привели к тому, что я несколько не продумала вариант переодевания в умывальне, и затягивая ленты на чулках, пришла к безрадостному выводу – показаться в короткой нижней рубашке и подобии одежды перед лордом оттон Грэйдом попросту невозможно.

Первой моей мыслью было вновь надеть утреннее платье, но в отсутствии достаточного количества места я положила его на раковину умывальника и платье промокло. Полотенца здесь имелись в количестве двух, однако это были лишь небольшие отрезки ткани, пригодные для протирания лица и рук. Мое положение становилось крайне щекотливым.

Постояв некоторое время в нерешительности, я приоткрыла дверь взглянула в сторону его светлости. Лорд оттон Грэйд, словно почувствовав мой взгляд, поднял голову, внимательно посмотрел на мое, полускрытое дверью лицо.

– Что-то случилось? – с тревогой вопросил герцог.

Я не нашлась, что ответить. И напрасно!

– У вас случились женские трудности? – последовал вопрос.

Дверь была мной закрыта прежде, чем я осознала содеянное! Щеки пылали! Возмущение кипело! Да как он мог! Да как он посмел даже спросить о подобном?! Да как…

Раздался стук в двери, после злой голос его светлости:

– Я без усилий выломаю эту дверь сию же секунду, Ариэлла!

У меня не было слов!

А времени для возможности прийти в себя мне не предоставили!

В следующее мгновение раздался треск, и преграда между мной и лордом оттон Грэйдом перестала существовать.

Добрый десяток секунд я переводила потрясенный взгляд с двери, которую герцог все так же продолжал держать за ручку, на собственно последнего представителя военной династии Грэйд.

Сам же герцог молча осматривал меня с ног до головы и обратно, чтобы в итоге хрипло спросить:

– В чем дело, Ари?! Крови у вас я не наблюдаю.

Если до этого у меня пылали исключительно щеки, то теперь…

– Лорд оттон Грэйд, что вы себе позволяете? – воскликнула я.

Отшвырнув дверь, герцог еще более хрипло ответил:

– Все. Всегда и в любых условиях. Вас что-то смущает, леди оттон Грэйд?

– Ваши вопросы на запрещенную тему! – выпалила я.

Несколько нахмурившись, его светлость переспросил:

– На какую?

Я не ответила, негодующе глядя на него. Неожиданно взгляд лорда отразил понимание сути моих претензий, после чего мне даже величественно кивнули, но не преминули поинтересоваться:

– Прошу прощения, леди оттон Грэйд, а по какой причине эта тема для меня, вашего супруга, является запретной?

Я уже не краснела – я пылала вся, всем телом, и уж точно не намеревалась обсуждать данную тему с его светлостью.

– Эм, вы полагаете, – не удовлетворившись моим молчанием, продолжил герцог, – мужчина не знает о женских днях?

– Недомоганиях, – прошипела я. – И да, я полагаю, что супруг, в особенности, если он лорд, не должен знать о причинах недомоганий своей леди-супруги!

Неожиданно широкая ухмылка промелькнула на лице герцога, и мне нахально заявили:

– Мы знаем.

До крайности возмущенная я, не выдержала:

– Это верх невоспитанности!

– Поверьте, в курсе даже самые воспитанные и благочестивые, включая священников и монахов, – уже откровенно потешаясь надо мной, сообщил герцог.

Осознав, что его светлость нетривиальным образом измывается, я решила ответить молчанием на возмутительное заявление. Лорд оттон Грэйд едва заметно улыбнулся, глядя на мои сжавшиеся руки, и произнес:

– Потрудитесь объяснить, в чем же дело, раз временных недомоганий у вас не наблюдается.

И в этот миг я осознала, в каком виде предстаю перед герцогом. Мое прежнее смущение показалось детским лепетом в сравнении с тем, что я испытала сейчас. Стыд жег огнем, но даже прикрыться мне было нечем!

– Смиренно ожидаю вашего ответа, – напомнил о своем присутствии лорд оттон Грэйд.

– Я… – голос дрожал, попытка натянуть рубашку как можно ниже, вероятно, выглядела смешно, – я… хотела обратиться к вам с просьбой.

– Я вас внимательно слушаю, – тон герцога был серьезен и даже подчеркнуто вежлив, но издевка ощущалась отчетливо.

Мне же… мне же было настолько стыдно, что слова проговаривались с трудом.

– Я… – ткань, безостановочно натягиваемая мной сорочки, едва не трещала, – хотела просить вас… если вам не составит труда, подать мне платье, забытое.., в каюте.

Его светлость широко ухмыльнулся. Нагло и совершенно не пытаясь войти в мое положение, после чего молча протянул мне руку. Я замерла, затравленно глядя на герцога.

– Ну же, Ари, – с улыбкой произнес лорд оттон Грэйд, – и прекратите, ради Тьмы, натягивать несчастную рубашку, вы же порвете ее сейчас.

Страх оказаться перед герцогом в еще более нелепом виде подействовал. Я отпустила подол, вложила дрожащие пальцы в ладонь лорда оттон Грэйда. И он мгновенно сжал мою руку, словно поймал в капкан, чем заставил осознать опрометчивость моего поступка. А после герцог вдруг сделал шаг назад, вынуждая и меня последовать за ним. Прикусив губу, едва дыша и пылая от смущения, я шагнула следом. Лорд оттон Грэйд, не отрывая от меня пристально взгляда, вновь сделал шаг… и еще… и еще четыре, все так же крепко удерживая мою ладонь. Затем, чуть наклонился, беря с кровати мое платье, и протянул мне.

Молча. Но едва я вцепилась в ткань, склонился надо мной, прикоснулся губами к моей щеке и прошептал:

– Труда не составило.

После чего вернулся к столу и посланию его величества, не удостаивая меня более и взглядом.

Я же, осознавая бесполезность каких-либо попыток ответить, расправила платье, положив на постель, чтобы было удобнее надеть, но не успела ничего сделать, как неожиданно лорд оттон Грэйд бросил письмо, вскочил с места, развернулся, вышел из каюты, тщательно закрыв дверь.

Растерянно посмотрев в окно, я увидела герцога, стоящего на юте и крепко сжимающего поручень. Взгляд его светлости был направлен куда-то вдаль, а весь вид выдавал напряжение. Но в данный момент трудности лорда оттон Грэйд меня ничуть не заботили – я стремительно одевалась. Платье, панталоны, туфельки, высокий хвост, перевитый лентой у корней волос, и расчесанные светлые кудри, которые без папильоток выглядели не столь ухоженными, но достаточно приличными для леди моего уровня… и в моем платье. Нет, будь у меня взрослое одеяние, я бы склонилась к более строгой прическе, а так.

Завершив с туалетом, вернулась к столу, подхватила письмо управляющего, несколько листов бумаги, грифель, обернутый тростником и писчее перо с маленькой чернильницей. На брошенное герцогом письмо его величества даже не взглянула, несмотря на пробудившееся любопытство. Потому что я, в отличие от лорда оттон Грэйд, воспитанная особа.

Покинув каюту, я вышла на ют, прошла к обеденному столу и там разместила чистые листы, чернильницу и писчее перо, стараясь не смотреть, на стоящего совсем близко герцога. Его светлость обернулся сам, взгляд его показался мне пугающим и… голодным.

– Вы уже завершили? – холодным тоном, но весьма хриплым голосом, спросил он.

– Да, лорд оттон Грэйд, – вежливо ответила я.

– Рад, – сдавленно сказал его светлость, и вернулся в каюту. Оглушительно хлопнув дверью.

В немом недоумении я торопливо спустилась по лестнице на палубу, держа письмо управляющего, дополнительный чистый лист и грифель. Огляделась – намеченная жертва располагалась все там же, но вот с саблей, видимо мужчина уже завершал. Сбежав до конца лестницы, я раскланялась со стоящими неподалеку офицерами, и, сдержанно кивая головой всем, салютующим мне лордам, торопливо направилась к южанину.

Должна заметить встретили меня настороженно-удивленно, и, позабыв о правилах приличия, потому как столь неотрывно следить за леди как минимум нетактично. Я вежливо улыбалась всем, кивала кланяющимся, и торопливыми шагами скользила по палубе. Все же корабль у лорда Грэйда чудовищно огромен.

Мой еще не ведающий об этом собеседник, при моем появлении превосходно видевший, что взгляд мой направлен именно на него, привстал, да так и остался в полусогнутом положении, почему-то искренне удивленный моим появлением.

– Добрый день! – вежливо поздоровалась я, и протянула руку.

Я слышала, что у южан рукопожатия распространены.

Мужчина заметно смутился. Отложил саблю, старательно вытер ладони о брюки, затем осторожно коснулся моей руки и… поднес к губам.

– А что вы делаете? – удивленно спросила я.

Солдат передумал целовать затянутые в белый шелк пальцы, и с сомнением посмотрел на меня.

– Вы и… рука, – заметил он.

– А разве в Элетаре не принято пожимать руки при встрече? Южанин, усмехнулся, и неожиданно сообщил:

– Для рукопожатия используют правую руку.

Пресвятой учит признавать свои ошибки – я отняла левую ладонь, переместила письменные принадлежности на бочонок, с которого поднялся южанин, и протянула правую. Мужчина, глядя на меня, рассмеялся. Это было так по-доброму, а еще мне в лицо дул морской ветер, и играл кончиком моего хвоста – Янира узнала сразу. Обернулась, дух ветра осторожно прикоснулся к щеке, словно давая понять, что он рядом, но я и так не боялась. Вновь посмотрела на лицо солдата – смуглое, загорелое, со смешливыми морщинками, и сама невольно улыбнулась.

– Забавная вы, леди Грэйд, – сказал мне солдат. Затем с некоторой нервозностью глянул поверх меня и спросил: – А хотели чего?

Не став отнекиваться, я призналась:

– Мне очень нужна ваша помощь.

Казалось, мужчина был поражен услышанным, однако с готовностью спросил:

– Чем я могу помочь?

И не прошло и минуты, как я сидела на бочонке, а представившийся Гэсом мужчина, терпеливо переводил для меня непонятные слова. Непонятными были все. Должна признать, я не стала скрывать причины, по которым обратилась к солдату, пояснив, что лорд оттон Грэйд дал мне, своей супруге задание, с которым справиться без помощи уважаемого господина Гэса я не могла. И помощь мне была предоставлена в полном объеме.

– Так, а здесь Торий, чтоб его духи прибрали, сообщает о неурожае в Вестмине.

– Это где? – уточнила я, вписав себе на лист «неурожай в Вестмине».

Гэсон наклонился, а ростом он едва ли уступал герцогу, следовательно, был крайне высок, шершавым пальцем, указал место. Как самая прилежная ученица, сделала пометку прямо в тексте и вернула свиток своему переводчику.

– А дальше? – интересуюсь, заметив, как нахмурился солдат.

– А дальше врет он, – неожиданно зло ответил Гэс.

– Где именно? – подскочив, вопросила я.

Мужчина четко указал место, я села обратно на бочонок, написала «Врет» и попросила перевести. Гэс, присев на корточки, начал мне терпеливо объяснять:

– А вот смотрите, леди Грэйд, вот тут написано «Затраты 800 ауре на восстановление Загерской шахты».

– И? – не поняла я, подавшись тоже ближе и глядя в свиток.

– И быть такого не может, – сообщил мне солдат.

Недоуменно смотрю на южанина, тот на меня хмуро по началу, после улыбнулся и тепло заметил:

– Забавная вы, леди Грэйд.

– Спасибо,– смутилась я, понимая, что это комплимент.

– Так о чем я, – продолжил Гэс, – на шахте той брательник жены моей работает, так вот, шахта эта не основная, не по серебру она, так, вспомогательная, и вот вся стоимость ее едва ли 200 ауре будет.

Из всего этого я не поняла три вещи – что такое ауре, почему шахта не основная и есть ли основные, и откуда столько наглости у господина высочайшей милостью управляющего поместьем. Последнее вызывало больше всего вопросов, но я начала с малого.

– Ауре? – спросила у Гэса.

Солдат полез в карман, извлек монету и сказал:

– Золотой.

Это мне было превосходно ясно. Но после Гэс сжал кулак, достаточно внушительный, для того, чтобы напомнить мне об основном занятии моего невольного переводчика, и пояснил:

– Ауре.

Из всего этого я сделала логичный вывод:

– Ауре – денежная единица, принятая в деловой сфере Элетара?

– По всему королевству, – уточнил южанин.

На своем черновике, внизу, я приписала название слитка золота, принятое за единицу измерения, и решила обязательно узнать об этом больше.

– Хорошо, – решительно кивнула, – господин Гэс, если вам не составит труда, поясните мне но поводу основных шахт и серебра.

Солнце палило нещадно, и потому, щурясь, солдат, разморенный жарой, с неохотой начал рассказывать:

– Так у лорда Грэйда семь крупнейших серебряных рудников в королевстве, и производство Святого сплава, уж потому-то храмовники и лютуют.

Мне было очень жарко… до этого мгновения. Стоило только услышать словосочетание «Святой сплав» как озноб пробежался по спине. И ощущение неприятное, будто я делаю что-то запрещенное. Я вскинула голову, огляделась – за нами наблюдали. Все офицеры, матросы, драящие палубу, солдаты, обычно в жару предпочитающие отсиживаться в прохладных, благодаря магии, трюмах, посейчас расположившихся под тентом. Вежливо всем улыбнулась, мне тут же улыбнулись в ответ, салютуя, приветствуя, склоняя головы. Странное дело, на Бросающем вызов, я ощущала себя свободнее, впрочем, первые дни меня так же повсюду сопровождали любопытные взгляды.

– Вам что-то непонятно? – спросил господин Гэс.

– Многое, – я не хотела лгать этому милому и отзывчивому человеку. – В первую очередь, о Святом сплаве, – допустив некоторую паузу, я продолжила, – мне казалось, священное серебро добывают в Истаркане.

– Так и есть, – воодушевленно подтвердил южанин. – Шахта и плавильня в Истаркане принадлежат роду Грэйд, мой папаша там мастер.

Прикрыв глаза на мгновение, я постаралась уяснить информацию. Первое, что я поняла мой муж богатый, очень богатый человек.

И, судя по всему, сообщив, что ему хватит средств на покупку еще сотни невест, герцог не солгал ни словом, тем более что хватит и на тысячу, а то и десяток тысяч. Серебряные рудники!

Одно это уже свидетельство наличия немалых средств, но шахты Истаркана -источник постоянных споров между королем и священнослужителями. По преданию, на этой горе святой старец Истарк воздвиг святой символ веры, самолично добывая двадцать пять лет серебро в шахтах. И за этот подвиг во имя веры Пресвятой освятил всю руду горы, превратив ее в святой сплав. Именно этот серебряный сплав применялся для изготовления символов веры по всему королевству. Серебро с Истаркана не тускнело, не темнело, в ночи светилось мягким голубоватым светом, отгоняя нечисть и нечестивые помыслы, отличалось крепостью, символизируя крепость духа и весьма высоко ценилось! Шахта в Истаркане!