Текст книги "Его тайная землянка (СИ)"
Автор книги: Елена Сергеева
Соавторы: Татьяна Гончарова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)
глава 27. Аксессуар
– Сам, – отвечает Ауро. Его голос звучит ровно, без колебаний.
Он уверенно берет из рук Табриса серебристое сияние, которое тут же повисает в его пальцах послушной, струящейся массой.
– До скорого, Табрис, – говорит он, коротко кивая инженеру.
Тот в ответ лишь молча склоняет голову, и в его жёлтых глазах я читаю смесь профессионального интереса и неподдельного удивления.
Что бы это значило? Зодиак раньше не настраивал верс сам?
Ауро же разворачивается, мягко подталкивает меня к выходу и выходит вслед за мной. Я чувствую на себе пристальный взгляд Табриса, от которого мне становится немного неуютно. Поэтому спешу скорее скрыться с его глаз, спрятавшись за широкой спиной харда.
Мы возвращаемся на борт. На этот раз Ауро не усаживает меня на колени.
Он забирает браслет с моего запястья, и заменяет его на другой. По его знаку я опускаюсь на диван, а он усаживается на диване напротив, развернув мой новый верс рядом с собой . Ткань переливается приглушённым светом, кажется почти живой.
Я невольно любуюсь этой необычной игрой света и тени.
Даже не замечаю почти, что стены снова плывут.
Невесомость, затем тяжесть. Один прыжок, другой, третий. Я сижу, стараясь дышать ровно, и не могу оторвать глаз от серебристой ткани. Это моё будущее. Становится немного горько, когда приходит неожиданная мысль. Ещё один аксессуар для аксессуара…
Что ж… моя золотая клетка не так уж и плоха на первый взгляд.
Наконец, прыжки заканчиваются. Ауро поднимается и пристально смотрит на меня.
– Поднимись, Вита.
Я послушно исполняю его приказ, сердце замирает. Перед ним, в своём новом платье, хоть и закрытом, я чувствую себя до странности уязвимой и… почти обнажённой.
Словно и нет этой преграды для его взгляда, и его глаза скользят по голой коже.
Зодиак подходит ко мне вплотную. Его багровый взгляд тяжёлый и сосредоточенный.
Он поднимает серебристый верс, и тот плавно опускается мне на плечи. Ткань какое-то мгновение лежит холодной, инертной тяжестью, а затем... Затем она оживает. Прямо на мне!
Ауро не произносит команд, но я замираю сама, парализованная происходящим.
Серебристая материя начинает медленно, как живая, обволакивать меня. Она струится по рукам, бедрам, ногам, повторяя каждый изгиб моего тела с пугающей точностью.
Я чувствую, как она сливается со мной, становясь не одеждой, а вторым слоем кожи, невероятно прочным и в то же время невесомым.
– Это первичная настройка, – его голос звучит ровно. – Теперь не шевелись.
И тут же его собственный чёрный верс приходит в движение. Тяжёлая, угольная ткань распахивается, полы поднимаются и медленно, неотвратимо наползают поверх моего нового, серебристого верса.
Я замираю, не в силах пошевелиться, наблюдая, как две ткани встречаются. Чёрная обволакивает серебристую, окутывая меня полностью на несколько бесконечных секунд.
Совсем как в тот первый раз, когда он меня только выиграл.
Между слоями ткани вспыхивают серии ярких, брызжущих искр – беззвучных, но отдающихся лёгкими, энергетическими ударами по коже.
Это не больно, но выглядит пугающе жутко. Каждая искра как импульс, заставляющий мой новый верс вибрировать.
Затем чёрный верс так же плавно отступает, стекая с меня густой, тяжёлой волной.
Серебристая ткань под ним теперь ощущается иначе. Словно часть меня. Я её почти не чувствую, лишь лёгкое, постоянное присутствие на периферии сознания, как собственные руки или ноги.
Ауро отступает на шаг, его взгляд скользит по мне, оценивая.
– Готово.
Я осторожно поворачиваю голову, глядя на своё отражение в стене.
Серебристо-дымчатый верс облегает меня, подчеркивая каждую линию. Дополняя мое платье, гармонируя с ним в идеальной пропорции.
Я выгляжу... завершённой. Так, как и должна выглядеть женщина Ауро.
И самое странное – я больше не чувствую страха. Лишь тревожное, щемящее принятие новой реальности, в которой даже моя одежда является частью сложной, продуманной до мелочей игры.
Смотрю на Ауро, и он удовлетворённо кивает. Поднимает руку и сам натягивает на мою голову капюшон серебристого цвета. Ткань мягко облегает контуры лица, слегка приглушая звуки.
– Иди за мной, – звучит его приказ.
Мы входим в просторное помещение с высоким сводчатым потолком. В центре – массивный круглый стол из тёмного, отполированного до зеркального блеска камня, из-за которого, навстречу Ауро поднимаются четверо.
Моё дыхание на мгновение перехватывает. Это харды. Еще одни. Незнакомые.
Сразу вспоминаю Ролка на аукционе. Эти четверо отличаются друг от друга внешне, на Ролка тоже не похожи, но от них исходит та же всепоглощающая аура неоспоримой власти, то же леденящее чувство хищной силы.
Четыре источника сконцентрированной мощи, и Ауро – пятый. А между ними я.
Точнее я за Ауро. Как-то так получается что его спина прикрывает меня от тех четверых. Да и я стараюсь лишний раз не высовываться и держаться за ним даже когда мы усаживаемся за стол.
Обмен приветствиями краток, почти телеграфичен. Голоса низкие, вибрирующие, слова, как обточенные камни, лишённые тепла.
Официальные переговоры о непонятных мне территориях и сделках. Я сижу с прямой спиной, стараясь держать лицо. Это несложно.
Сложнее перестать думать. А мыслей у меня сейчас очень много.
Наконец, встреча подходит к концу.
Один из хардов, с узкими серебристыми глазами, делает едва заметный жест. Слуга подходит и ставит перед Ауро небольшой ларец.
– Слышал, ты ценишь редкие камни, Зодиак, – говорит этот хард.
Крышка ларца открывается. Внутри на чёрном бархате лежит кристалл. Липарийский гант. Характерная форма и оттенок. Изумрудно-зелёный, сверкающий, на первый взгляд – безупречный. Идеальная огранка. И сам он идеален…
Но наибольшую ценность ему придает тончайшая гравировка по всей поверхности. Секрет ее нанесения древними липарийцами утрачен очень давно.
Еще один экспонат в коллекцию теневого императора.
И бросаю короткий взгляд на него, напоминая мысленно себе о моей роли. О своем новом месте рядом с ним.
Я ведь тоже по сути лишь украшение. Как сказал Табрис? Изящный аксессуар.
Улыбка примерзает к моим губам. Я умею улыбаться, когда это необходимо.
Полезный навык, как оказалось.
Ауро переводит взгляд на кристалл, затем на харда, подарившего его, затем на меня.
На моем лице он задерживает его чуть дольше.
– Интересный экземпляр, – произносит он. – Моя признательность. У меня как раз есть специалист. Что скажешь, Вита?
Я замираю, думая сперва, что ослышалась.
Вскидываю на него глаза. Зодиак смотрит прямо на меня, и в его глазах какое-то нечитаемое чувство. Но именно его взгляд придает мне необходимой смелости.
– Подделка, – твердо отвечаю я.
глава 28. Специалист
Ауро медленно кивает, и в его багровых глазах вспыхивает искра одобрения. Он пододвигает ларец ко мне.
– Обоснуй.
Я делаю глубокий вдох, чувствуя, как взгляды всех присутствующих хардов впиваются в меня. Но теперь это не парализует, а заставляет собраться. Я протягиваю руку, и Ауро коротким кивком разрешает мне взять кристалл.
– Форма и цвет безупречны, – начинаю я, ощущая прохладу камня в ладони. – И форма огранки соответствует периоду. Но... – я поворачиваю кристалл так, чтобы свет упал на него под острым углом. – Видите эти микроволны на гранях?
Я обращаюсь уже ко всем, голос звучит увереннее, чем я ожидала.
– Это следы ультразвукового резонансного ножа. Технология, которую начали использовать лишь два столетия назад. Древние липарийцы резали кристаллы иначе – плазмой с примесью нейтринной пыли. Их след выглядит как матовые полосы, а не как эти почти невидимые волны.
Я кладу кристалл обратно в ларец и смотрю на харда, который его принес. Его лицо стало маской из камня, но я вижу, как напряглись мышцы на широкой жилистой шее.
– Сама гравировка... – продолжаю я, и в голосе проскальзывает профессиональное презрение к такой грубой работе. – Она имитирует стиль, но сделана лазерным травлением. Настоящая липарийская вязь наносилась на молекулярном уровне с помощью квантовых синтезаторов. Здесь же... лишь грубая копия. Можно проверить. Я уверена, что детальный анализ это подтвердит.
После моих слов в комнате повисает звенящая тишина. Я опускаю глаза, сдерживая торжествующую улыбку.
Нет, я не злорадствую. Мне просто было приятно хоть на мгновенье снова погрузиться в тот прежний мир, где я ощущала свою профессиональную ценность, а не просто была чистокровной землянкой.
Ауро медленно переводит взгляд на харда-дарителя. Его собственный верс остается неподвижным, но воздух в комнате вдруг ощутимее становится гуще, тяжелее.
– Ты предлагаешь мне подделку, Кранок? – Ауро произносит это вроде без нажима, но каждый звук режет, как лезвие.
Хард по имени Кранок бледнеет, его собственный верс начинает мелко, почти незаметно вибрировать.
– Это... недоразумение, Зодиак. Меня тоже обманули...
– Меня не обманывают, – Ауро отрезает, и в его словах настоящий смертный приговор для репутации осмелившегося на подобную ложь, а может, и чему-то большему. – Со мной не ведут дел через «недоразумения». Наши договоренности аннулированы.
Он коротким стремительным жестом сталкивает ларец на пол. Кристалл падает и с тонким жалобным хрустом разбивается на мелкие осколки.
Ауро смотрит на пол с абсолютным равнодушием.
– На сегодня все, – он резко поднимается, и его движение заставляет остальных хардов инстинктивно выпрямиться. – Считай, тебе повезло, Кранок. Моя землянка спасла тебя от более серьезных последствий попытки оскорбить меня дешевой подделкой.
Он кладет руку мне на плечо. Прикосновение тяжелое, властное, но в нем теперь есть и нечто иное – признание. Одобрение. И мне приятно это чувствовать.
Я невольно опускаю взгляд и замечаю, что край моего верс нырнул под черную плотную ткань Зодиака. Тот тоже это видит, чуть усмехается, но так, что вижу только я.
– Идем, Вита.
Я иду за ним, и теперь в голове совершенно другие мысли. Так странно, как все поменялось. Теперь я чувствую, как горячая волна странной гордости поднимается во мне.
Да, я аксессуар. Но сегодня я оказалась полезным аксессуаром. И в мире Ауро, как я начинаю понимать, это уже немало.
Обратный путь в покои Зодиака прошел в полной тишине.
Мы долетели, потом он снова шел впереди, и его темная фигура казалась еще более монументальной после той сцены с поддельным кристаллом.
Я следовала за ним, все еще ощущая на плече тяжесть его одобряющей руки и прилив странной гордости, смешанной с горечью.
Когда дверь в его личные покои бесшумно закрылась за нами, Ауро остановился посреди просторной гостиной и повернулся ко мне. Его задумчивый взгляд остановился на мне.
– У меня есть для тебя предложение.
Я замерла, внутренне сжавшись. Какое еще предложение может последовать после всего? Мои пальцы непроизвольно сжали складки серебристого верса.
Ауро же медленно прошелся вдоль стены, где в нишах мерцали драгоценные камни и другие ценности. Он держал паузу, словно не замечая моего возросшего волнения. Затем он провел рукой над одним из них.
– Тебе ведь нравилась твоя работа? Там, в Центре? – спросил он, не глядя на меня.
Вопрос был настолько неожиданным, что я на секунду растерялась.
– Да, – выдохнула я, не понимая, к чему он клонит. – Мне нравилось быть искусствоведом. Я и на Земле…
– Почему бы тебе не продолжить ее здесь? – он обернулся, и его взгляд скользнул по рядам экспонатов.
– Материала более чем достаточно. Здесь лишь малая часть.
Я почувствовала, как у меня начинают мелко подрагивать пальцы. Это было последнее, чего я ожидала услышать.
– Я… не понимаю, – проговорила я, сбитая с толку. – Что именно я должна буду делать? Определять подделки?
Ауро подошел ближе, скользнул по мне каким-то новым взглядом.
– Всё то же, чем ты занималась в своем Центре, Вита. Систематизация. Описание. Атрибуция. Каталогизация. – он кивнул в сторону своей коллекции. – Этим никто не занимался. Просто складировали. Ты приведёшь всё в порядок. Составишь полный каталог. Определишь происхождение, возраст, культурную и материальную ценность. Что там еще требуется…
Я смотрела на него, не в силах скрыть изумление. Он предлагал мне не просто роль статусного украшения подле него, не просто существование в золотой клетке.
Он предлагал мне… смысл.
Возможность заниматься тем, что я любила, с материалами, о которых любой искусствовед в моем старом мире мог бы только мечтать.
Здесь даже по моей скромной оценке настоящие сокровища находились. А чего я еще не видела? Ауро ведь сказал, что здесь только малая часть!
Может это была ловушка? Новый способ привязать меня к себе? Или… что?
Боже, да о чем я думаю? Какая ловушка?
Сердце забилось чаще. Профессиональный азарт, до этого дремавший во мне, начал пробиваться наружу.
– Да, – ответила я прежде, чем успела обдумать все риски. – Я согласна. Я сделаю это.
Почему-то широкая и совершенно искренняя улыбка растянула мои губы.
Ауро медленно кивнул, и в его глазах снова мелькнуло нечто, что я не могла определить. Удовлетворение? Интерес?
– Хорошо, – произнес он. – Завтра Тевин предоставит тебе всё необходимое оборудование и даст доступ к закрытому хранилищу. Начинай, когда будешь готова. Можешь составить список, что тебе еще потребуется.
– Спасибо, – пробормотала я, все еще немного теряясь от его близости и непредсказуемости поступков.
Зодиак же уже развернулся и направился вглубь покоев.
– Идем. Тебе еще нужно научится управляться с твоим новым версом. Покажу тебе базовые настройки и как их изменять, – небрежно бросил он через плечо.
глава 29. Прикосновения
Я проследовала за Зодиаком. Он уже ждал меня у дальней стены, ровная голографическая панель перед ним мерцала мягким светом.
– Подойди ближе, Вита.
Я сделала несколько шагов, и серебристый верс отозвался едва заметным движением, облегая бедра чуть плотнее. Он заметил это и коротко усмехнулся.
– Твой верс учится. Чувствует твое напряжение. Расслабься.
Как я могу расслабиться, когда Ауро стоит так близко?
Но я попыталась, сделав глубокий вдох. Ткань на бедрах тут же стала свободнее.
– Мысленные команды. Тебе нужно тренировать новые рефлексы, – пояснил он, прикасаясь к панели.
Перед нами возникло голографическое изображение моего верса, испещренное техническими символами.
– Базовую настройку я сделал. Теперь учись управлять им сама.
Его пальцы скользнули по голограмме, и я почувствовала, как ткань на моих плечах сгустилась, стала плотнее, словно доспех.
– Защита, – сказал он. – По умолчанию. Она будет срабатывать и в автоматическом режиме. Но важно, чтобы ты и сама могла ее включать и выключать, когда возникнет такая необходимость.
Еще одно короткое движение пальцами, и мой верс снова стал легким, почти невесомым.
– Повтори.
Я неуверенно протянула руку к голограмме. Ничего не произошло.
– Не жестом, – его голос прозвучал прямо у моего уха.
Он обошел меня и встал вплотную сзади, почти касаясь моей спины. Я замерла.
– Мыслью. Пожелай, чтобы ткань стала плотнее в определенном месте. Представь его.
Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Плотнее. Сначала ничего. Потом едва уловимое движение по спине, будто кто-то провел легкой рукой. Я вздрогнула.
– Получилось, – констатировал он, и я почувствовала, как его горячее дыхание шевелит короткие волоски на моем виске.
Его руки легли на мои плечи, и все мое тело рефлекторно напряглось. Мужские пальцы скользнули вниз, по моим рукам, останавливаясь на запястьях.
– Здесь находится управление прозрачностью и включение маскировочного режима. При должной тренировке ты сможешь стать невидимкой на какое-то время или спрятать только свой верс.
Ауро будто вел лекцию, спокойно и методично, а вот мое дыхание уже начало сбиваться.
– Вита, представь, что ткань становится невидимой, – его пальцы мягко сжали мое правое запястье, ускоряя мой пульс..
Я попыталась, и край моего рукава действительно истончился, стал полупрозрачным.
– Хорошо, – он отпустил мои запястья, и его ладони легли на мои бедра.
Жар прошел по коже даже сквозь ткань.
– А здесь терморегуляция. Пожелай, чтобы стало теплее. Верс может согреть тебя даже при экстремально низких температурах.
Тепло. И тут же по ногам разлилась приятная волна, будто я поставила их у огня. Я невольно прерывисто вздохнула, мужские ладони на моих бедрах потяжелели.
– Видишь? Не так сложно, – хрипло шепнул он, почти задевая мочку моего уха.
Боже, это же невыносимо просто! Он так и будет меня целенаправленно возбуждать?
Его руки все еще лежали на моих бедрах, тяжелые и горячие. Я чувствовала каждый его палец. Страх давно растаял, сменившись гораздо более опасным для меня чувством – растущим возбуждением.
Я вполне отдавала себе отчет, что мое тело хочет этого мужчину. Не могла же я отрицать очевидное. Все признаки были на лицо.
И Ауро прекрасно это чувствовал и пользовался моей слабостью… Играл со мной?
А что он сделает дальше? Но он лишь убрал руки и отошел, давая мне пространство.
– Потренируйся. Освой базовые функции. Тебе нужно будет выделить время для ежедневных тренировок с версом. Это необходимо. Завтра я покажу, как активировать щиты, – сухо прокомментировал он.
Я же стояла, все еще чувствуя на коже отпечаток его ладоней. Внутри поднималась странная досада или обида на этого непрошибаемого харда. Вот такая женская нелогичная смена настроения.
То я его шарахалась, то злилась на то, что он сам отошел.
Верс мягко вибрировал, отвечая на мое учащенное сердцебиение. Я дала себе слово, что научусь с ним обращаться не хуже любого харда. Это ведь было и в моих интересах.
Ауро же наблюдал за мной с того же расстояния, его багровый взгляд был пристальным, но уже без прежней ледяной отстраненности. В нем читался интерес, может быть, даже одобрение.
Что ж уже неплохо. Он может проявлять эмоции.
Внезапно он протянул руку, и край его черного верса коснулся моего серебристого. Ткани на мгновение слились, и я снова почувствовала тот самый знакомый энергетический импульс, короткий и яркий, как искра.
– Твой верс запомнил мою сигнатуру, – пояснил Ауро. – И признал моё главенство. Теперь будет реагировать быстрее. И я буду его чувствовать на расстоянии. Очень хорошо, Вита, что мой верс сразу принял твой. Твое поведение меня тоже радует. Ты быстро адаптируешься.
глава 30. Реакции
Следующая неделя в цитадели Ауро пролетела как один долгий, странный сон.
Я постепенно привыкала к ритму этой новой жизни: просыпаться в его объятиях, завтракать в его молчаливом присутствии, а затем погружаться в работу с его коллекцией.
Тевин предоставил мне всё необходимое оборудование, и я с головой ушла в каталогизацию сокровищ, которые оказались куда обширнее, чем я могла предположить.
Но внутри меня тихо набирала силу настоящая буря.
Каждое утро я просыпалась от его прикосновения. Рука на талии, твердая и уверенная.
Сначала я замирала, стараясь не дышать, ожидая... не знаю чего. Но он просто лежал, его дыхание было ровным, а тело расслабленным во сне. И вот это... это начинало мне нравиться.
Ощущение его силы за моей спиной, его тепла, окружавшего меня. Это была самая безопасная и в то же время самая опасная ловушка.
И каждый вечер, перед сном, Ауро подходил ко мне, где бы я ни была, за голографическим столом или рассматривая очередной артефакт, и без лишних слов находил мои губы.
Я пыталась объяснить себе, что это не поцелуи любовника, а такой необходимый ритуал, обязанность, обновление сигнатуры. Но с каждым разом мое тело реагировало все острее и ярче. А сами поцелуи длились на несколько мгновений дольше.
С каждым разом его язык проникал вглубь все увереннее и настойчивее, с исследующей жадной медлительностью. Он поглощал меня в этот момент целиком, затмевал собой все мысли и ощущения. Оставался только он.
И с каждым разом мое тело отвечало ему податливой предательской дрожью, а внизу живота разгорался знакомый, порочный жар.
И с каждым разом я все больше хотела, чтобы он не останавливался на одном поцелуе…
Гнала от себя эти глупые восторженные мысли, но они становились все настойчивее и громче.
Я боролась с этим. Я внушала себе, что это биология, инстинкт, ничего более. Но мое тело отказывалось слушать.
Как-то Ауро застал меня в выделенном мне кабинете, когда я пыталась расшифровать символы на древнем свитке с планеты Ксилон. Я так увлеклась, что не услышала его шагов.
– Есть прогресс? – его голос прозвучал прямо над моим ухом.
Я вздрогнула и резко обернулась. Он стоял так близко… Мое сердце тут же забилось, как сумасшедшее.
– Я... я еще работаю над этим, – пробормотала я, отступая на шаг и натыкаясь на стол.
Слишком уж неожиданным было его появление.
Но Ауро не отступил. Наоборот, его рука поднялась, и пальцы скользнули по моей шее, отодвигая прядь волос, выбившуюся из строгой прически.
Прикосновение было легким, почти невесомым, но оно обожгло меня, как раскаленный металл. По коже побежали возбуждающие мурашки, дыхание сразу сбилось.
– Не торопись, – сказал он, его багровый взгляд скользнул по моему раскрасневшемуся лицу, затем опустился на губы.
Он видел мою реакцию. Конечно, видел.
– У тебя есть время.
Он повернулся и ушел, оставив меня дрожать у стола с одним единственным вопросом в голове: зачем он это сделал?
В другой раз Ауро застал меня на смотровой площадке. В апартаментах теневого императора была и она. И мне понравилось проводить здесь свободное время. Созерцание холодного умиротворенного космоса, как ничто другое успокаивало и приводило мои мысли в порядок.
Вот и в тот вечер после долгого дня, проведенного за каталогизацией артефактов, я искала уединения. Я присела на низкий диван, вглядываясь в мерцающие огни далеких звезд.
Мысли путались: работа, артефакты, Ауро и его непонятное поведение, моя реакция на него... Это выматывало не меньше всего остального. Усталость медленно накрывала меня, веки становились тяжелыми. Я не заметила, как уснула.
Мне приснился странный сон. Я летела сквозь туманность, а чьи-то сильные руки несли меня через бездну.
Потом я почувствовала реальное движение. Плавное, ритмичное покачивание. Твердая опора под спиной и ногами. Тепло. И запах, чистый, притягательный, с примесью чего-то неуловимого, уникального для одного единственного харда.
Я медленно открыла глаза. Я снова была на руках у Ауро. Он нес меня по знакомым уже коридорам своей цитадели. Его лицо было освещено приглушенным светом панелей, черты казались еще более резкими и неприступными. Он смотрел прямо перед собой, не глядя на меня.
Сердце упало, а потом забилось с бешеной силой. Я замерла, не решаясь пошевелиться, притворяясь спящей. Но он почувствовал изменение моего дыхания.
– Проснулась? – его голос прозвучал низко и спокойно, без упрека.
Притворяться дальше было бессмысленно. Я кивнула, чувствуя, как горит лицо.
– Я просто присела отдохнуть, – тихо ответила я, чувствуя себя глупо.
– Ты проспала бы там до утра, – констатировал он. – Ночью система понижает температуру в периферийных помещениях, а вентиляция создает сквозняк. Ты могла простудиться.
От этой неожиданной заботы я даже растерялась немного. Он беспокоился, что я простужусь? Властный хард, теневой император?
Мое тело, предательское и непослушное, отозвалось на его близость знакомой дрожью. Мне было стыдно, но в то же время... приятно. Быть такой маленькой и беззащитной в его сильных руках. Позволить нести себя, зная, что он не уронит. Моё тело абсолютно доверяло этому мужчине…
Мы подошли к его покоям. Дверь бесшумно отъехала. Он внес меня внутрь, но вместо того, чтобы сразу отнести к кровати, остановился посреди гостиной.
– В следующий раз, если устанешь, иди сразу в спальню, – потребовал он, и его багровый взгляд наконец упал на меня.
Он медленно опустил меня на ноги. Но его руки так и остались на моем теле. Одна на моей талии, другая скользнула с моих колен, и его пальцы на мгновение задержались на моем бедре, обжигая даже через слои ткани.
Я так и замерла, глядя на него снизу вверх. Его близость привычно опьяняла. Его запах, его взгляд, сам воздух между нами тихо трещал, насыщенный его энергетикой и невысказанным напряжением.
– Иди, ложись, – его голос прозвучал тише, с новой, хриплой нотой.
Ауро отпустил меня, и я, не в силах выдержать его взгляд, поспешно ретировалась в спальню.
Но прежде чем скрыться за дверью, я обернулась. Зодиак все еще стоял там, где я оставила его, его темная фигура была неподвижна, но я поклялась бы, что видела, как его верс натянулся на сжатых кулаках.
Лежа в постели, я прислушивалась к его шагам. Когда он наконец вошел и лег рядом, его обычное властное объятие в тот вечер показалось мне почти... нежным.
И когда его дыхание выровнялось, я позволила себе прижаться к нему чуть ближе, все еще чувствуя на своей коже память о его руках, несших меня через спящую цитадель.
Права ли я, привязываясь к нему больше, чем следовало? Я не знала ответ на этот вопрос. Мне просто до безумия надоело быть сильной. И до безумия тянуло к нему.
