Текст книги "Его тайная землянка (СИ)"
Автор книги: Елена Сергеева
Соавторы: Татьяна Гончарова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)
глава 31. Споры
Воздух в огромном футуристическом зале, где проходил жутко пафосный прием, буквально звенел от энергетики хардов.
Для меня она ощущалась, как легкий неприятный зуд на коже. Не смертельно, но отвлекало и немного портило общее впечатление.
Хардов было очень много. Я столько в одном помещении и не видела никогда.
Ауро объяснил, что подобное мероприятие обычно проводят раз в год и сюда стараются попасть все мало мальски влиятельные харды.
Сходка у них, если по-простому. Вот такая роскошная встреча хардовской элиты, которую Черный Зодиак ну никак не мог пропустить в силу своего статуса. И, естественно, я тоже должна была быть рядом с ним.
Я стояла рядом с Ауро, стараясь сохранять безупречный вид «его женщины», как он и требовал.
С ролью я вроде пока справлялась. Во всяком случае Зодиак был доволен.
За эти несколько недель я уже научилась определять его настроение по малейшим движениям лицевых мускулов, ну и по его ауре. Что-то такое необъяснимое на уровне интуиции и скрытых органов чувств.
Ну или это мне мой верс подсказывал. Я не знаю. Но эмоции мужчины я мне удавалось считывать очень точно.
Сам прием был для меня скучным. Я не любила подобных пафосных тусовок, как и быть украшением на нем. Все-таки быть под прицелом нескольких сотен глаз было тяжело. Но я терпела.
Улыбалась своей дежурной отрепетированной улыбкой и правильно реагировала на своего хозяина и его прикосновения и взгляды. Все как он хотел.
Да, можно сказать, что я почти привыкла к своей золотой клетке. И мне даже начало нравится в чем-то моя новая жизнь.
И к Ауро я все больше… привыкала. А в какие-то моменты притяжение между нами становилось практически невыносимым.
Я не знаю, что чувствовал он, но я чувствовала, что еще немного и я точно перейду эту черту, если этого не сделает он.
Я почти сдалась, почти капитулировала перед реакцией своего тела. Да и в мыслях стало слишком много этого харда.
И все бы ничего, если бы не одна деталь.
Напротив, у колонны из черного мрамора, стояла харданка. Первая из женщин-хардов, кого я увидела. Я почему-то сразу поняла, что это именно харданка.
Высокая, яркая, темноволосая, с ладной спортивной фигурой, где сила и стройность, сочеталась с изящными линиями. Ее верс был не черным, а глубокого сапфирового оттенка, и он не скрывал, а наоборот подчеркивал каждое движение.
И ее бесстыжие прищуренные глаза, цвета расплавленного золота, были прикованы к Ауро с таким откровенным, хищным интересом, что у меня внутри все зашипело мгновенно ядовитым возмущением.
А Ауро… он коротко, но посмотрел на нее в ответ. Не долго, всего несколько секунд, но его взгляд был… оценивающим. Знакомым.
Глупая, иррациональная волна ревности поднялась из самой темной глубины. Я невольно сравнила себя с ней. Хрупкая землянка рядом с этой величественной, сияющей представительницей его расы.
И почувствовала себя почти невзрачной мышкой. Даже мой верс был символично серым…
В отместку, почти на автомате, я отвела взгляд и сама начала рассматривать мужчин в зале. Мой взгляд скользнул по высокому харду в черно-изумрудном версе, затем задержался на другом, чье лицо было испещрено сложными серебристыми татуировками.
Я смотрела на них с преувеличенным, демонстративным интересом. Не знаю откуда во мне эта смелость взялась и злость.
И он заметил. Отвлекся от разговора. Я почувствовала его взгляд на себе, тяжелый и внимательный.
Он властно потянул меня за локоть и мы отошли к стене.
Когда же я рискнула на него взглянуть, его губы были тронуты едва уловимой усмешкой. Зодиак был спокоен. Совершенно невозмутим. И это выбесило меня еще сильнее.
Да сколько можно!
За все это время я хотела, чтобы он хотя бы раз потерял свой чертов контроль и показал свои настоящие эмоции.
– Как моя женщина, ты не должна так пристально рассматривать других мужчин, – его голос прозвучал прямо у моего уха, такой же раздражительно ровный и низкий . – К тому же, Рав Эзикеш, – он едва кивнул в сторону харда с татуировками, – давно и счастливо женат.
В его тоне не было ревности. Он все хорошо контролировал и четко считывал. Лишь легкая, скрытая насмешка. Это и стало последней каплей.
Я резко, демонстративно повернулась к нему вся, подняв подбородок с вызовом, который, наверное, выглядел смешно в моем положении.
– Чего еще я не должна как твоя женщина? – все же сбавив громкость до минимума выпалила я, и сама же ахнула про себя от своей резкости, но слова уже было не остановить. – Спорить с тобой, например?
Багровые глаза Ауро сузились, но усмешка на его губах не исчезла, а стала даже выразительнее.
– Нет, – парировал он, наклоняясь к моему уху еще ниже.
Его губы почти касались нежного хрящика, опаляя его своим горячим дыханием.
– Против споров с тобой, Вита, я не возражаю. Но только с тобой. Мне нравится, когда в тебе просыпается этот боевой дух. Это… оживляет картину.
Я поперхнулась на вдохе от такого неожиданного признания. Да и мозги, наконец, включились, напоминая истошными воплями в голове, что и кому я осмелилась говорить.
Прежде чем я нашлась, что ответить, его рука скользнула с моей руки на талию, притягивая меня к себе с такой силой, что у меня вырвался короткий, сдавленный стон.
– Но есть вещи, которые принадлежат только мне, – негромко, но властно произнес он, и его обжигающе-огненные губы поставили метку на моей коже. – И твое внимание – одна из них, Вита. Не испытывай мое терпение.
Он отпустил меня так же внезапно, как и схватил, и развернулся, как ни в чем не бывало, чтобы ответить на приветствие подошедшего гостя, оставив меня стоять с пылающими щеками и бушующим внутри смешанным чувством унижения, гнева и… странного возбуждения от этой убедительной демонстрации его власти надо мной.
Игра продолжалась, но правила снова изменились, и я неожиданно поняла, что проигрываю по всем фронтам.
глава 32. Разговоры
Прошло еще несколько недель, и я с удивлением поняла, что привыкла.
Совсем. Полностью приняла свою роль и мужчину, который мне ее навязал.
Привыкла просыпаться в его объятиях, к его молчаливому присутствию за завтраком, к ритуалу вечернего поцелуя, от которого у меня до сих пор подкашивались ноги и сжимались все внутренности в сладких спазмах.
Смириться оказалось на удивление легко, когда исчез главный страх – страх насилия.
Ауро держал слово: он не прикасался ко мне дальше тех границ, что сам же и установил. А я…
Что-то до сих пор меня сдерживало, чтобы сделать шаг навстречу. Что-то мешало…
Потом уже я осознала что.
Маленькая такая, но очень острая заноза, которая отравляла меня до сих пор. Незаметно, но подсознание цеплялось за тот факт, как Ауро заполучил меня в собственность.
Выиграл в игру. И если разум уже принял этот факт, как что-то свершившееся, то на подсознательном уровне, я, очевидно, до сих пор не смирилась.
Да я привыкла. Нашла много плюсов в своем нынешнем положении. Самый главный из них был та самая предсказуемость, уверенность. Я знала, что будет завтра. Мне хотелось в это верить.
И в этой предсказуемости была своя безопасность. Моя роль «украшения» оказалась не такой уж унизительной, особенно когда он начал подкидывать мне новые игрушки – доступ к все новым и новым хранилищам, где пылились его несметные сокровища.
Однажды он провел меня через потайную дверь в стене своего кабинета, и я остолбенела. Хранилище простиралось вглубь на неопределенное расстояние, уставленное стеллажами, заваленное кейсами, коробками и разнокалиберными ящиками.
Здесь было все: от изысканных статуэток до грубых артефактов неясного назначения, от легальных приобретений до предметов, явно попавших сюда сомнительными путями. И все это – в чудовищном, хаотичном беспорядке.
У меня, как у искусствоведа, зашелся дух. От восторга и от ужаса перед объемом работы.
И я нырнула в эту работу с головой, спряталась от раздирающих меня мыслей и противоречивых эмоций. От жгучего притяжения, что возникало в его присутствии, и которое мне все меньше хотелось подавлять.
Возможно, это было проявлением слабости, бегством от себя. Но меня так изматывала эта постоянная борьба с собой, что я предпочла такой выход.
Систематизация, описание, атрибуция – это был мой язык, моя стихия. Я составляла каталоги, наводила порядок в этом океане ценностей, и понемногу во мне зрела одна идея.
Сомнительная, где-то безумная, но весьма привлекательная для меня.
Я дождалась, когда Ауро придет в хранилище проверить мои успехи. Он часто так делал, особенно в последние дни. Просто заходил, стоял, заложив руки за спину, и смотрел, как я работаю. Задавал пару вопросов и снова уходил.
– Ауро, – начала я, потом продолжила, дождавшись его кивка. – У меня есть одно предложение.
Он поднял бровь, явно заинтересованный.
– Только одно?
– Да, – невольно улыбнулась я, отметив, что у него неплохое настроение. – Часть этих вещей… они ценны, но не уникальны. Они просто занимают место. Почему бы не создать публичный музей? Благотворительный. С бесплатным посещением и постоянной обновляемой коллекцией, – я выдохнула, готовясь к отпору. – Это могло бы улучшить и репутацию хардов в целом и твою в частности. Показать, что вы… Что вы цените культуру.
О, да. Харды и культура. Молодец, Вита. Весомый аргумент привела.
Я ждала насмешки или холодного отказа. Вместо этого он задумался. Его багровый взгляд скользнул по рядам стеллажей.
– Интересно, – произнес он, наконец, и мне показалось, что я ослышалась. – Хороший жест. Это могло бы ослабить напряженность в нескольких секторах.
Он снова посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло уважение.
– Хорошая мысль, Вита. Хочешь заняться этим?
Я не поверила своим ушам. Он согласился. Просто так. И предложил мне…
– Я? Я конечно… конечно хочу.
Заметила, короткий проблеск улыбки в глазах мужчины, в ответ на мой восторженный возглас.
– Отлично. Я скажу Тевину, чтобы он зашел, и вы обсудили этот проект.
С этого дня что-то между нами сдвинулось. Теперь, когда я докладывала о своих находках, я иногда позволяла себе не просто соглашаться, а спорить. Сначала робко, потом все смелее.
Думаю, мои наивные утверждения забавляли теневого императора. Но я почему-то не могла себя заставить промолчать, когда он поднимал какую-то тему.
Например, однажды у нас зашел спор о истории создания Новой империи и о том, как распалась старая.
Я пыталась доказать, что противодействие официальной власти ни к чему хорошему не может привести. И что теневая власть хардов в конечном итоге вредит им самим.
– Разве нельзя договориться с императором? Уверена, он пойдет навстречу, это же в его интересах, – с жаром доказывала я, злясь на усмехающегося одним уголком рта харда.
Он просто зацепил меня одной фразой и теперь наблюдал с довольным видом, как я кипячусь.
– Идеализм – роскошь тех, у кого нет реальной власти, – спокойно произнес он в ответ. – Любой компромисс дает лишь один сигнал противнику, что ты слаб, раз готов уступить. Моя империя построена на более прочном фундаменте.
– На страхе, – парировала я, проклиная свой несдержанный язык.
Но Ауро даже бровью не повел.
– На предсказуемости, – поправил он. – Все знают правила. Нарушаешь – несешь ответственность. Это проще, чем твои запутанные земные понятия о чести и морали, которые каждый трактует как хочет. Я почти уверен, что у вас на планете царил хаос, если вы следовали подобным установкам.
– Это упрощение! – я ткнула пальцем в голограмму с исторической хроникой распада Старой Империи. – И это не отвечает на мой вопрос. Почему нельзя создать систему, где правила одинаковы для всех, а не только для тех, кто под твоей властью?
Ауро откинулся в кресле, его поза выражала спокойную уверенность.
– Потому что одинаковые для всех правила всегда оказываются выгодными для тех, кто их пишет. Твой император Дариус – не исключение. – Он провел рукой по интерфейсу, выводя данные о торговых пошлинах в центральных секторах. – Видишь? Его честные законы душат мелкие кланы. Моя жестокость дает им шанс выжить.
– Выжить в тени? В постоянном страхе? – я покачала головой. – Это не жизнь, а существование.
– А что такое жизнь по-твоему? – в его голосе прозвучала легкая насмешка. – Свободные выборы? Равные права для всех? Я видел, к чему приводят эти эксперименты. К анархии, за которой следует настоящая диктатура.
Он встал и отошел к панели имитирующей панорамное окно.
– Я не утверждаю, что моя система идеальна. Но она работает. Она стабильна.
– Стабильность, построенная на страдании... когда узаконено рабство… Разве это не тупиковый путь? Ты сам говорил, что империи рушатся. Что будет, когда твоя рухнет? Останется только пепел и ненависть.
Он повернулся ко мне, и в его багровых глазах я увидела нечто похожее на усталость.
– Все рушится, Вита. Империи, идеалы, личности... – Его взгляд стал пристальным. – Задача не в том, чтобы построить вечное. А в том, чтобы твоя система пережила другие. Чтобы когда придет время падения, у тебя были ресурсы подняться снова.
– Это... цинично, – прошептала я.
– Это реализм, – поправил он. – Потому что мир устроен именно так, Вита. И пока кто-то не докажет обратное... – он сделал паузу, и его взгляд стал пристальным, – ... я буду играть по тем правилам, которые работают. Ты смотришь на звезды и видишь просто красивые созвездия. Я вижу бесконечную войну гравитаций, где выживает сильнейший. Мы просто смотрим с разных точек.
Если бы увидел кто посторонний, как я спорю с великим и ужасным Зодиаком…
Но он ведь разрешил мне. Сказал, что ему нравится, когда я спорю. А вот я все чаще стала замечать, что в этих словесных коротких поединках все больше неосознанно заигрываю с ним, а потом ловлю на себе все более опасные взгляды с его стороны.
Эти моменты стали нашей новой реальностью. Мне даже показалось, что он начал ценить мое отсутствие раболепия, мою готовность смотреть ему прямо в глаза и оспаривать его решения.
Кажется, скоро плотину между нами прорвет. Вот только непонятно с чьей стороны раньше.
Мы пока не стали любовниками. Но неожиданно для себя я поняла, что мы перестали быть тюремщиком и пленницей. Теперь мы больше… партнеры по странному, немыслимому, опасному танцу.
Ауро ведет меня под одному ему слышную мелодию, а я все также не знаю, кто я для него и зачем он все это затеял.
Но я уже почти нашла, почти раскрыла этот секрет. Вот только я тогда еще не знала, что мне бы лучше не знать ответов на эти вопросы..
глава 33. Планы императора
Планета Арелиу-Прайм. Личные апартаменты Императора Дариуса.
Император Дариус стоял у панорамного окна, взирая на сияющий внизу, подобно рассыпанным самоцветам, ночной город.
Новые территории. Ещё один символ его возрождающейся мощи и его новой империи.
И всё же покой не приходил. Каждый огонёк внизу был напоминанием о тех, кто сомневался в его силе. О тех, кто шептался, что настоящая власть давно уплыла в тень, к тому, кто осмелился называть себя императором в его же империи. Кто не дает ему забрать себе всю ее полноту, до конца.
– Ваше Величество, комплексный анализ по вашему приказу завершён.
Дариус внутренне подобрался, услышав голос Ксавьера Рауса. Он знал, что такой тон его помощника, этот сплав почтительности и стальной уверенности, значит лишь одно: комплекс обработанных данных о Зодиаке, наконец, принёс результат.
– Говори, Ксавьер. Не заставляй меня ждать.
Дариус медленно повернулся. Его кабинет в новой резиденции просторнее прежнего, отделан белым люминесцирующим камнем и полированным деревом. Символ нового начала. Здесь и воздух пах по другому. Властью и новой силой. Его силой.
Ксавьер стоял с планером в руках, его лицо было привычной маской служебного спокойствия и сдержанного рвения, но в глазах горел тот самый огонь, который Дариус видел лишь в моменты, когда игра поворачивалась в их пользу.
– Всё подтверждается, Ваше Величество. Зодиак не просто сохранил эту землянку при себе. Он повсюду появляется с ней. На приёмах, совещаниях, даже на ежегодном слёте элиты хардов. Его женщина. Таков её статус.
Дариус хищно улыбнулся.
Значит, его женщина. А его аналитики сперва давали совсем другие прогнозы. Слишком уж эта землянка была похожа на единственную слабость Ауро. На ту самую Мессану.
Ксавьер потом долго и тщательно собирал сведения о землянке, чтобы исключить любую случайную связь с ней.
Оказалось, хоть это и было настоящим чудом, что это сходство было простым совпадением. Невероятно, но факт.
Он медленно прошел к своему креслу, вырезанному из цельного ствола легендарного аэлионского дуба. Опустился в него, чувствуя, как холод полированного дерева проникает сквозь тонкую ткань его имперского мундира, наглухо застёгнутого магнитными клипсами из редчайшего черного нейтриния.
Каждая деталь его одежды, от безупречного кроя до мерцающего орденского кластера на груди, должна была излучать абсолютный контроль. Но внутри все кипело.
– А ведь долго уже, да, Ксавьер? – его голос прозвучал тише, но от этого стал лишь опаснее. – Похоже, что он заглотил наживку?
– Значительно дольше, чем кто-либо. Ауро не просто держит её при себе или демонстрирует, как очередную постельную игрушку. Она присутствует на закрытых приемах. Отмечу самые важные…
Помощник углубился в планшет, собираясь зачитать обширный список косвенных данных, но тут же вытянулся в струнку, прерванный резким жестом императора.
– Это понятно всё, видел. Помолчи пока.
В кабинете воцарилась тишина. Дариус долго смотрел перед собой в пустоту, сцепив пальцы так, что костяшки побелели. Наконец, перевел взгляд на помощника.
– Напомни ещё раз о нашей первой попытке, – приказал император.
– Мессана, – тут же заговорил Раус. – Была успешно внедрена к Ауро. Приблизилась к нему ближе всех остальных наших агентов. Но попытка захвата в тот раз не увенчалась успехом. Основной факт, заслуживающий внимания: чистка после её гибели была тотальной. Ауро приказал ликвидировать всех свидетелей. И никогда больше не подпускал ни одну женщину настолько близко. До сих пор не подпускал, – поправился помощник.
– Итоговый вывод? – взгляд императора предвкушающе сузился.
– На основании анализа поведения, временного промежутка и публичного статуса... других косвенных данных, данную землянку можно с высокой долей вероятности считать не просто случайностью…
– Вывод!
– Землянку можно считать новой уязвимостью Чёрного Зодиака, – вскинув голову, твёрдо сказал Раус.
Дариус окаменел, а потом резко встал. Сдерживаемая годами ярость, зависть и унижение требовали выхода, но он дал им лишь один, сдержанный жест – с силой уперся ладонями в столешницу, отчего голографические проекторы замерцали.
Его плечи были напряжены, но голос, когда он заговорил снова, был низким и властным.
– Ближайшие окна возможностей? – приподнял он брови, глядя на Рауса.
Помощник не разочаровал, этот вопрос своего императора он тоже предусмотрел.
– Через две недели, Ваше Величество, – Ксавьер позволил себе тень горделивой улыбки.
Дариус замер. Весь мир сузился до этой одной точки в пространстве и времени. Он медленно выпрямился, сгладил воображаемую складку на безупречном рукаве.
В его глазах, обычно холодных и расчётливых, теперь пылал огонь абсолютной, беспощадной решимости. Уголки его губ чуть дрогнули в подобии улыбки.
– Запускай в работу наш план, – с жесткой усмешкой приказал император. – Пора привлечь к делу твоего нового агента. Он готов?
– Да, Ваше Величество. Полностью. Рвется в бой…
– Отлично, я рассчитываю на тебя, Ксавьер. В этот раз у нас нет права на ошибку. С Зодиаком должно быть покончено.
глава 34. Освобождение?
Подготовка к поездке на аукцион «Сферум» в нейтральном секторе Лиры заняла несколько дней.
Я с азартом погрузилась в изучение каталога, выделяя лоты, которые могли бы дополнить нашу коллекцию. Да, я уже мысленно называла ее «нашей». Как же быстро все меняется.
Даже не думала, что подобное возможно.
Но мои ощущения рядом с Ауро сменили свою полярность на прямо противоположную. Теперь его близость ощущалась как уютная надежная необходимость.
Я привыкла к его незримому присутствию, и его энергетика больше не давила. Она упруго обтекала, обволакивала меня в защитный кокон.
Поэтому такие поездки теперь не были мне в тягость. Скорее я ждала их, хоть сама себе в этом и не охотно признавалась.
Мне нравилось быть рядом с ним. Нравился Ауро. Его молчаливая суровость на публике и все большая откровенность, когда мы были наедине.
Я словно постепенно открывала этого мужчину, как будто вела раскопки, все ниже и ниже спускаясь на самый важный и глубинный слой.
И вот утром в день отлета все чуть не рухнуло. Ауро, просматривая сообщения на своем интерфейсе, нахмурился.
– Я улетаю. Срочные дела в секторе Видар. Мне нужно быть там.
Мое сердце упало. Он никогда до этого не отпускал меня одну. И я принимала эти меры безопасности как должное, хоть порою мне было досадно от таких вот случайностей.
И тем не менее в этот раз это стало самым острым разочарованием.
– Я понимаю, – пробормотала я, стараясь скрыть эмоции. – Можешь отменить мой пропуск.
Хард посмотрел на меня, его взгляд был отстраненным, мысли уже были в другом секторе галактики.
– Зачем? – неожиданно произнес он. – Думаю ты можешь полететь одна. Это нейтральная территория. А на «Сферуме» повышенные меры безопасности. Тевина я предупрежу. А я… постараюсь успеть к началу торгов, – задумчиво пробарабанил он пальцами по столешнице.
Я застыла с приоткрытым ртом, не веря своим ушам.
– Ты… отпускаешь меня? Одну?
– Ты ведь хотела попасть на этот аукцион, – усмехнулся он в своей привычной манере, едва-едва обозначив усмешку уголками губ. – Я доверяю тебе, Вита, – коротко бросил он, поднявшись из-за стола. – И я доверяю Тевину. Собирайся, Вита, – бросил он на меня последний быстрый взгляд.
Внутри меня все запело от радостного азарта. Если это не перелом в наших отношениях, то что еще это может быть?
И я бы сама его сейчас поцеловала от нахлынувших чувств, но Ауро уже выходил из гостиной, что-то наговаривая в коммуникатор.
Аукционный зал «Сферума» был образцом инопланетной элегантной роскоши. Темные матовые изгибы стен, черный хрустальный потолок, в котором отражались галактики.
Я заняла место в ложе, отведенной для Ауро, чувствуя на себе любопытные и оценивающие взгляды. Тевин и два охранника молчаливыми тенями заняли места за моей спиной.
Они не докучали. Я уже давно привыкла к постоянному сопровождению.
Мое же внимание было приковано к одному-единственному лоту – «Слеза Липариса», легендарному кристаллу, который, по преданиям, мог фокусировать и преобразовывать любую энергию. Он идеально подходил для нашего раздела артефактов, связанных с древними культами. Я должна была получить его.
Торги были яростными. Цена ожидаемо взлетела до небес, но я, пользуясь почти неограниченным кредитом Ауро, методично поднимала ставку. Жаль, что он не видел, как я технично сделала всех конкурентов. Ему бы понравилось.
Но Тевин тихо передал, что Зодиак задерживается. Что ж… тогда потом похвастаюсь своей победой.
Облегчение и триумф волной накатили на меня. Лот остался за мной.
Далее, донельзя услужливый персонал проводил меня в переговорную комнату для оформления сделки – стерильное помещение с мягким светом и голографическим терминалом. Тевин с охраной остался в соседней комнате.
Такие правила были на всех аукционах. В этом не было ничего нового для меня. В переговорную допускался только владелец лота.
Главный аукционист вежливо сообщил, что лот доставят через несколько минут, и вышел.
Я осталась одна, перебирая в руках сертификат о покупке, и улыбалась, предвкушая как я буду рассказывать Ауро эту новость. Не могу дождаться, чтобы увидеть кристалл в нашей коллекции…
Внезапно одна из панелей на стене бесшумно сдвинулась, открыв какой-то темный проход. Я инстинктивно отшатнулась, рука потянулась к браслету, чтобы вызвать охрану, но почему-то замерла на полпути.
Я замерла, сама не понимая, зачем вглядываюсь в это смутно знакомое лицо.
Это был мужчина. Не хард. Человек.
– Тихо, Вита, – он поднял руки, показывая, что безоружен. – Прошу тихо.
Его глаза были полны странной решимости, а я внезапно поняла, что говорит он на моем родном языке. На русском!
– Ты ведь узнала меня? Я Марк Апатин, помощник капитана. Вспомнила? Я землянин, как и ты.
От неожиданности у меня перехватило дыхание. Землянин? Здесь? Но как?
– Я знаю, кто ты, Виталина, – он говорил быстро, тревожно оглядываясь. – Я из группы сопротивления. Мы помогаем нашим, кого похитили и продали здесь, как скот. У нас есть корабль. Мы можем вывезти тебя. Спасти и спрятать. Сейчас. Пока твоего хозяина задержали в другом секторе.
Он уверенно протянул мне руку.
– Пойдем со мной. Ты ведь хочешь на свободу? Настоящую свободу.
