Текст книги "Не водись с фэйри. Оковы любви (СИ)"

Автор книги: Елена Кара

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

Глава 36.

Глава 36.

Дриады повели меня вглубь леса, и с каждым шагом мир вокруг становился всё более нереальным, сотканным из света и тени, из звуков, которые я слышала сердцем.

Мы вышли на поляну, посередине которой росло огромное дерево.

Ствол уходил ввысь, крона тонула в сияющей дымке, а ветви раскинулись так широко, что закрывали половину неба.

Кора переливалась серебром и зеленью, будто по ней текли реки света. Корни, выступающие из земли, светились изнутри мягким голубым сиянием, а между ними, в углублениях, росли маленькие светящиеся цветы.

На ветвях висели украшения: тонкие цепочки из серебра и золота, покачивались на ветру, переплетённые с живыми листьями, на их концах были маленькие хрустальные капли, похожие на замёрзшие слёзы.

Среди листвы мерцали крошечные огоньки. Между ветвей струились тонкие серебристые нити, похожие на паутину, сотканную из лунного света.

Я подошла ближе и протянула руку, ветви дрогнули, и одна из хрустальных капель легла на мою ладонь. Она светилась, будто внутри горел маленький огонёк.

– Это Сердце леса, – прошептала одна из дриад. – Оно всегда было здесь. Оно ждало тебя.

Я смотрела на дерево, чувствуя, как его свет касается моей кожи, как его тепло проникает внутрь. Ветви дрогнули, и я услышала тихий звон, будто тысячи колокольчиков запели в унисон.

Это и есть Сердце Леса?

Как же Дориан собирался доставить его Ниэлле? Она говорила о полукровке, которая должна найти артефакт. Но передо мной было огромное живое дерево. Его нельзя взять в руки и унести в Ледяной Дворец.

Ниэлла искала то, чего не существовало. Она думала, что Сердце Леса – это артефакт, ключ к власти. Она сожгла дворец, убила моего прадеда, уничтожила целый Двор, и всё это ради того, что невозможно украсть?

А Дориан? Он вёл меня сюда, думая, что я помогу ему?

Он считал, что я просто полукровка, которая сможет приблизиться к артефакту и, может быть, ей удастся остаться в живых? Получается, что он тоже не знал, что Сердце Леса – это дерево?

Одна из дриад поднесла к моим губам деревянный кубок. Я взяла его из её рук, чувствуя, как тёплая поверхность касается моих ладоней.

Напиток был прозрачным, и в нём плавали крошечные золотые искры, похожие на пыльцу, собранную с крыльев бабочек.

Вкус был лёгким, обжигающе прохладным, по пищеводу разлилось тепло, голова слегка закружилась, мир стал чётче, звуки громче, а запахи насыщеннее. И теперь я отчётливо видела каждую травинку, каждый лист и каждую тень.

Дриады тихо засмеялись, и их смех был похож на перезвон ручья.

Лесные нимфы обступили меня и закружились в танце, легко касаясь моих рук и волос.

Неожиданно, все, как одна, волшебные существа опустились передо мной на колени, склонив головы.

– Мы признаём тебя нашей правительницей, – пропели они в унисон. – Принцесса Двора Цветущих Туманов!

Дриады медленно поднялись, и я увидела, как одна из них разворачивает алое платье. Оно лежало в её руках, переливаясь в свете дерева, и я видела, как по нему пробегают золотистые искры.

В следующую секунду я почувствовала осторожные прикосновения. Дриады быстро раздевали меня, расстёгивая пуговицы и стягивая одежду.

Миг, и я уже стояла совершенно обнажённая, чувствуя, как прохладный воздух касается моего тела.

Платье скользнуло по моим плечам. Тончайшая ткань оказалась неожиданно тёплой, словно она хранила в себе частичку солнца. Она обняла моё тело, заструилась по бёдрам, заплескалась вокруг щиколоток. Красные лепестки, из которых оно было соткано, переливались в свете луны.

Дриады снова закружились вокруг меня в танце, и их движения стали быстрее, ритмичнее. Их руки касались моих рук, моих плеч, подхватывали меня, заставляя двигаться в такт их движениям.

Я закружилась вместе с ними. Красное платье струилось, как языки пламени, как лепестки, сорванные ветром. Мои босые ноги касались мягкого мха, и я чувствовала, как земля дышит под моими ступнями, как она отвечает на мои движения.

Дриады смеялись. Их звонкие голоса переплетались, поднимались к небу. Кто-то хлопал в ладоши, кто-то пел, кто-то кружился вокруг меня, и я чувствовала, как их энергия заполняет меня, и как их радость становится моей.

Я прикрыла глаза, и мир исчез. Остались только музыка, свет и движения.

Я кружилась в танце вместе с лесом, и чувствовала, что стала частью Двора Цветущих Туманов.

Дриады замолчали. Смех стих, голоса умолкли.

Они смотрели на меня, и в их глазах проступила печаль.

– Мы ждали тебя сто лет, – сказала старшая дриада, и её голос дрогнул. – Мы ждали, когда во Двор Цветущих Туманов вернётся кровь Весны.

Она сделала шаг ближе, и я увидела, как её пальцы сжимаются в кулаки.

– Мы были здесь, когда пришла Ниэлла. Она появилась под видом мира. Её сопровождали с почётом и приняли как гостью. Дориан сам приветствовал её. Он говорил от имени короля, он обещал, что Дворец Цветущих Туманов станет союзником Двора Ледяных Слёз.

Она замолчала, и я почувствовала, как тяжело ей даётся каждое слово.

– А потом она вошла в тронный зал. Мы видели это. Мы видели, как она подошла к правителю Ориэлю и улыбнулась ему. Он поклонился ей, как равной. И тогда её пальцы вытянулись, и из них вырвался ледяной клинок. Она отсекла ему голову, прежде чем он успел понять, что происходит.

Я молча слушала и чувствовала, как внутри всё сжимается от боли.

– Она потребовала Сердце Леса, – продолжила дриада. – Она хотела получить бесконечную власть.

Дриада покачала головой, и в её глазах мелькнула холодная усмешка.

– Она сожгла дворец, когда мы не выдали ей то, что она просила. Много фэйри погибло в тот день, без правителя двор оказался беззащитен. Магия, укрывающая его от вторжения, перестала работать. Но никто из подданных, даже под пытками, не выдал ледяной королеве Сердце Леса, а она не знала, где искать и убралась восвояси, предварительно отомстив, разрушив дворец.

Дриады зашептали, и их голоса слились в единый стон.

– Дориан предал наш Двор, – сказала та, что была рядом со мной. – Его руки не держали меча, но они в крови нашего правителя.

Я стояла, чувствуя, как их боль становится моей болью. Я смотрела на лес, на дерево, на свет, который струился сквозь листву, и понимала, что являюсь частью этой истории.

Дриады окружили меня теснее, их голоса зазвенели:

– В тебе кровь правителя. Мы чувствуем это. Но как ты оказалась здесь? Как ты нашла путь в Сильванор?

Я сделала глубокий вдох:

– Эйлин – моя бабушка, она осталась жива и сбежала в мир людей, где и вышла замуж за смертного. У неё родилась дочь, а у той – двое детей. Я и мой брат, Кай. Что случилось с Тайлин и новорождённой девочкой, я не знаю.

Дриады зашептали, их голоса звучали, как шум ветра в листве.

Я сжала кулаки, чувствуя, как внутри поднимается ярость:

– Ниэлла забрала моего брата. Она держит его в Ледяном Дворце. И она пообещала, что вернёт его, если я принесу ей Сердце Леса.

Дриады молчали.

Потом одна из взяла мои руки в свои. Пальцы были прохладными, и в них чувствовалась невероятная сила:

– Мы поможем тебе, дитя Весны. Ты не одна. И ты никогда не будешь одна.

Я посмотрела в её глаза и кивнула.

Глава 37.

Глава 37.

Я стояла у окна, чувствуя, как платье из алых лепестков плещется вокруг моих ног.

Дориан сидел на полу, прикованный к стене, и его шею обхватывал рябиновый ошейник.

– Ты же знаешь, что это бессмысленно, – произнёс он из своего угла.

Голос звучал ровно, без намёка на усталость, хотя он не спал всё это время, не ел и не пил. Просто сидел, прислонившись спиной к стене, и его серебристые волосы струились по каменному полу, словно жидкий свет.

– Что именно? – спросила я, не оборачиваясь.

– Всё это, – я услышала шорох и поняла, что он шевельнулся, меняя позу. – Твоё молчание. Твоё притворное равнодушие. Твои попытки делать вид, что ты главная.

Я всё-таки повернулась.

Он сидел в тени, но даже там его глаза светились: серебряные, невозможные и бездонные, как ртуть. Рябиновые оковы, сработанные по всем правилам, не оставляли ему ни единого шанса.

– Я не притворяюсь, Дориан, – сказала я холодно. – Я главная.

Он поднял на меня глаза. Его лицо было непроницаемым, как маска, но я успела заметить, как дрогнул его подбородок.

Молчание затягивалось, и выносить его было неимоверно тяжело, уж лучше бы он кричал и бранился.

– Ты знаешь, кто я? – не выдержала я. – Ты знаешь, кого подобрал в лесу? Моя бабушка – принцесса Эйлин. Дочь правителя Ориэля и Тайлин. Вероятно, я последняя из рода Весны. И я – прямая наследница Двора Цветущих Туманов.

Я видела, как что-то изменилось в его глазах. Метель в них дрогнула, остановилась, а потом начала кружиться быстрее.

– Ты не знал этого? Ты думал, что я просто орудие, что я умру, пытаясь найти артефакт? Ты думал, что я ничего не значу? Но ты досадно ошибся! И я имею право знать, почему это случилось с моей семьёй.

Он смотрел на меня, и в его глазах читался шок.

– Ты – наследница? – хрипло произнёс он.

– Да, – сказала я. – И теперь ты знаешь, почему я требую ответов, и почему имею право на правду. И именно поэтому я стою перед тобой, а ты сидишь в ошейнике.

– Что ты хочешь узнать, Элоди? – негромко произнёс фэйри, и по тону его голоса я поняла, что он сдаётся.

– Я знаю, что случилось в ту ночь, когда всё сгорело, мне рассказали дриады, но я хочу услышать это от тебя.

Он смотрел на меня очень долго, а потом медленно опустил голову:

– Хорошо. Я расскажу тебе всё, что знаю.

Дориан вздохнул и начал свой рассказ:

– Задолго до падения Двора Весны, когда магия в мире фэйри была ещё молодой, звёздочёты предсказали, что тот, кто сможет заполучить Сердце Леса, будет править всем Сильванором.

Но завладеть артефактом сможет только тот, кто не наделён силой. Это должна быть девушка, которая не принадлежит до конца ни миру фэйри, ни миру людей.

Только полукровка сможет приблизиться к Сердцу Леса и остаться в живых.

Когда Ниэлла услышала это пророчество, то не поверила в легенду до конца, и попыталась заполучить Сердце силой. К чему это привело, ты уже знаешь. Когда у королевы ничего не вышло, она начала искать другие пути решения. Она искала полукровок и сначала испытывала их в ледяном лабиринте, а потом отправляла на смерть. Немногим удалось выйти живыми, точнее не удалось бы никому, но Ниэлла спасала их в последний момент, так что по сути тебе ничего не грозило. Девушки гибли позже, когда отправлялись на поиски Сердца Леса.

И могу тебя поздравить, ты единственная, кто смог найти общий язык с поющим льдом.

– Да неужели, – отозвалась я, чувствуя, что меня начинает трясти. – А скажи мне, это ты водил всех этих девушек на погибель?

– Нет! – Дориан вскинул брови. – Всё это я знаю понаслышке! Я пошёл в Ледяной Дворец только из-за тебя! Я практически не покидал своего леса вот уже сотню лет, с тех самых пор, как пал Двор Весны.

Я покачала головой не зная, верить ему или нет.

* * *

Тронный зал Дворца Цветущих Туманов был полон света. Свечи горели в каждой нише, в каждой люстре, отбрасывая золотистые блики на мраморные колонны. Музыка лилась из-под пальцев четырёхрукого арфиста, и от магии в воздухе кружились золотые искры.

Правитель Ориэль сидел во главе стола и улыбался. Его лицо было открытым и светлым, как само солнце, которое он олицетворял. Рядом с ним расположилась Тайлин, рыжие волосы струились по плечам, переливаясь в свете свечей.

На руках она держала новорождённую девочку.

Ниэлла сидела напротив. Она улыбалась, как улыбалась весь вечер. Глаза казались тёплыми, но в их глубине уже появился холодок, который никто не замечал. Дориан стоял у колонны, прислонившись плечом к мрамору. Он смотрел на правителя, на детей, на гостей, которые пили, танцевали и смеялись. Ему было хорошо. Он был среди своих, и он был счастлив.

Ниэлла встала из-за стола, плавным движением взяла свой кубок, и гости замолчали, ожидая тоста. Правитель поднялся навстречу с кубком в руке.

– За союз наших Дворов, – сказала Ниэлла, улыбаясь.

– За мир и благоденствие! – отозвался правитель, поднимая кубок к губам.

Пальцы королевы на мгновение дрогнули. Дориан успел это заметить и напрягся, он кинулся было к правителю, но успел сделать лишь шаг.

Из пальцев Ниэллы вырвался длинный ледяной клинок, острее любой стали. Он появился из ниоткуда, и голова Ориэля слетела с плеч и с глухим стуком упала на стол прямо перед Тайлин. Из руки правителя выпал хрустальный кубок, звеня, он покатился по столу, и упал на каменный пол, разбившись вдребезги. Тело короля рухнуло, из раны хлынула кровь, заливая скатерть и смешиваясь с разлитым вином.

Зал замер. Музыка стихла. Гости застыли, глядя на тело Ориэля, лежащее на столе.

А потом начался хаос.

Кто-то кричал. Кто-то вскочил, пытаясь бежать. Стражники правителя рванули вперёд, но их остановил холодный смех. Приближённые Ниэллы встали из-за столов. Их глаза горели ледяным светом, а в руках уже были клинки. Они двигались быстро и слаженно, как стая волков. Стражники падали один за другим, их крики разрывали тишину зала. Началась повальная резня.

Тайлин прижала к себе младенца. Её лицо было белее снега, но она не кричала, лишь молча смотрела на тело мужа.

Эйлин, сидящая рядом, вцепилась в руку матери, не понимая, что происходит. Она смотрела на тело отца широко раскрытыми глазами.

Дориан стоял у колонны. Он видел всё. Видел, как правитель упал, как Ниэлла втянула ледяной клинок обратно. Как с её пальцев закапала кровь, и она вытерла их о скатерть и расплылась в улыбке.

Правитель был мёртв, сражаться было бесполезно, у королевы был численный перевес. Дориан понимал, что если кинется в драку, его просто убьют.

И тогда он сделал единственное, что возможно.

Он шагнул к столу правителя и схватил Эйлин за руку.

– Уходим, быстро. Молчите и не оборачивайтесь.

Тайлин подняла на него глаза. Губы вдовы дрогнули. Она не спросила, куда и зачем. Она просто поднялась, прижимая к себе младенца, и пошла за ним.

Дориан, пользуясь паникой и неразберихой, провёл их через боковой проход мимо стражников, которые сражались и умирали. Крики звучали всё глуше, уступая место тишине подземелий. Он повёл их вниз по лестнице, через подземный ход.

Внизу было темно и тихо.

Эйлин не плакала. Она шла молча, но её глаза были широко раскрыты, в них застыл ужас.

Они вышли в лес, когда небо уже начало сереть. Туман стелился по земле, скрывая корни деревьев. Дориан остановился у старого дуба и повернулся к ним.

– Вы должны идти строго на север и никуда не отклоняться, – сказал он на прощание. – Я вернусь обратно и попробую помочь кому-нибудь ещё. – Через несколько дней вы выйдете к Чёртовому Пальцу. Там проход в мир людей. Там вы будете в безопасности.

Тайлин молча склонила голову в знак благодарности, и они пошли. Две женщины и грудной ребёнок.

Дориан смотрел вслед, пока тонкие женские фигурки не скрылись в тумане.

* * *

Он замолчал, и я видела, как его глаза потускнели. Он смотрел куда-то вдаль, сквозь стены руин, сквозь время. Когда он заговорил снова, голос был тихим и безжизненным:

– Больше я их не видел. Теперь ты знаешь всё.

Я стояла перед Дорианом не зная что сказать. Получается, он не враг мне.

Неизвестно, что случилось с Тайлин и малышкой, но моя бабушка осталась жива. И по всему выходит, что это именно Дориану я обязана тем, что вообще появилась на свет.

Но одна мысль не давала мне покоя. Если всё так, как он говорит, то зачем он привёл меня искать Сердце Леса.

– Ты знал, – негромко произнесла я. – Ты знал, что я могу погибнуть. Что полукровки, которых искала Ниэлла, умирали, пытаясь найти Сердце Леса. И ты всё равно привёл меня сюда.

– Ты всё неправильно понимаешь, – хмуро глянул на меня Дориан. – Ну ка напомни, пожалуйста, когда я сказал тебе хоть слово о том, что ты должна что-то там отыскать? Разве я говорил об этом? Чтобы ты ни думала, но в той ситуации, в которой ты оказалась, пройти через Двор Весны было самым безопасным. Ниэлла не должна была ничего заподозрить. А я, в свою очередь, просто пытался вытащить тебя из Ледяного Дворца живой.

– Я нашла Сердце Леса, – негромко произнесла я, с удовольствием наблюдая, как глаза Дориана расширились от удивления. – И могу тебе сказать, что этот артефакт не под силу унести никому, даже мне.

Я улыбнулась, наслаждаясь его реакцией, и пожала плечами, разводя руки в стороны.

Дориан молча буравил меня взглядом, ожидая продолжения.

– Не буду томить. Так уж и быть, скажу. Это дерево, Дориан, огромное дерево. Его нельзя украсть или унести. Оно настолько огромно, что даже Ниэлле это не под силу. Ты этого не знал?

– Двор Цветущих Туманов умеет хранить свои секреты, – Дориан выглядел растерянным.

– Так скажи же мне, ради всего святого, что ты собирался делать дальше? Ведь наверняка, у тебя был план, в который ты не собирался меня посвящать? По твоим словам выходит, что ты решил спасти мою жизнь, вытащив меня из Ледяного Дворца. Но ты совсем позабыл зачем я туда пошла.

Дориан открыл рот, чтобы возразить, но я не дала ему этого сделать:

– А пошла я туда для того, чтобы спасти брата! И мне абсолютно наплевать, понимаешь ты это, или нет!

Последние слова я уже выкрикнула, на глаза навернулись слёзы.

– С ним всё в порядке, – быстро произнёс Дориан.

– Что?! – заорала я, теряя самообладание. – С ним всё в порядке?!

– Тише, – Дориан поднял обе руки. – Нет никакого повода беспокоиться.

Я просто потеряла дар речи. Он что? Издевается надо мной?

– Не кричи и выслушай, – Дориан поморщился и коснулся пальцами ошейника, который, по всей видимости, причинял ему сильные неудобства. – Пока ты валялась без сознания после ледовой арены, я договорился со своим сводным братом, чтобы он аккуратно выкрал мальчишку и привёз сюда. Кай – ребёнок, который не представляет угрозы, поэтому за ним не было строго надзора. Самое главное – сделать всё очень тихо и быстро. Как ты думаешь, зачем я оставил Скади и Фенриса на границе?

– Зачем? – прошептала я, прижимая пальцы к горящим щекам.

– Волки отправились за ними, чтобы перевезти через ледяную пустыню. Моего сводного брата зовут Деймон, он подданный Двора Золотого Солнцестояния, и я думаю, что скоро ты с ним познакомишься. Судя по моим подсчётам, они должны появиться здесь с минуты на минуту.

Глава 38.

Глава 38.

За моей спиной неожиданно раздался смех, и послышались быстрые шаги, которые приближались из глубины коридора.

– Элоди!

Я резко обернулась и замерла, не веря своим глазам.

В проёме двери стоял Кай, освещённый утренним солнцем, струящемся сквозь разрушенную арку.

Грязный, уставший, с всклокоченными волосами и синяками на скулах, но живой и невредимый. Лицо брата освещала широкая улыбка, которую я помнила с детства.

Я не поняла, как оказалась рядом.

Просто кинулась к нему, не чувствуя ног, не слыша ничего, кроме стука собственного сердца, которое кричало: он жив, он жив, он жив!

Я не замечала ничего вокруг! Я видела только Кая.

И вот я уже вцепилась в него, обхватила руками плечи, прижалась лицом к его груди, чувствуя, как он обнимает меня в ответ.

– Живой, – прошептала я, и из глаз хлынули слёзы.

Я почувствовала, как он дрожит, и меня затрясло в ответ.

– Ты живой, Кай. Ты живой! Я так боялась, что больше тебя не увижу! Что потеряла тебя навсегда!

– Элоди, – Кай заревел в голос, уткнувшись в моё плечо.

Я рассмеялась сквозь слёзы и отстранилась, чтобы посмотреть на него. Он был бледнее, чем я помнила, под глазами залегли тени, скулы заострились. Но глаза сияли.

– Ты выглядишь ужасно, – сказала я, и голос задрожал от смеха и слёз.

– А ты очень красивая, – ответил он, стирая пальцами мокрые дорожки с моей щёки. – Тебе очень идёт это платье. Но оно как-то странное. Где ты его взяла?

– Дриады подарили, – рассмеялась я, поднимаясь и вытирая залитое слезами лицо, но продолжая обнимать Кая, прижимая его к себе.

За спиной раздался раскатистый смех:

– Слава Дагде, мы наконец дошли! Дориан, ты в ошейнике, или мне кажется? Это что, правда не шутка? Он настоящий? Рябиновый?

Я обернулась, прижимая брата к себе.

В дверях стоял высокий широкоплечий фэйри с огненно-рыжими волосами, спадающими на плечи.

Глаза были абсолютно красными, а на губах играла ухмылка.

Он был одет в лёгкую куртку из тёмной кожи, на поясе висел длинный меч, который явно видел не один бой.

По всей видимости, это и есть Деймон, сводный брат Дориана, про которого тот говорил.

И сейчас этот Деймон явно наслаждался моментом.

– Ну надо же! – он шагнул вперёд, прижал руку к груди, и театрально поклонился. – Я ожидал увидеть всё что угодно, но только не это! Ты сделала его, девочка! Великий Изгнанник, который прятался в лесу сто лет, теперь сидит на цепи в рябиновом ошейнике! Скажи мне, брат, ты потерял хватку или просто решил, что ошейник тебе идёт?

Дориан поднял на него взгляд, и я увидела, как его глаза сузились.

– Деймон, – произнёс он ледяным тоном. – Ты выполнил то, что обещал, и теперь ты можешь идти. Уверен, что твоя помощь больше не понадобится.

Деймон расхохотался, запрокинув голову:

– О нет, дорогой братец! Я останусь. Я хочу досмотреть этот спектакль до конца. Но ради всех богов, скажи мне, наконец, как это у неё получилось? Давно я не видел ничего более прекрасного!

И он оглушающе захохотал, потом шагнул ближе и, не спрашивая разрешения, хлопнул меня по плечу широкой ладонью:

– Ты мне нравишься, девочка! Сразу видно, что у тебя есть характер. В отличие от моего братца, который слишком долго прятался в лесу и поэтому забыл, как выглядит настоящий бой.

– Я очень вам благодарна за спасение брата…

– Не благодари меня. Благодари этого упрямого идиота. – Деймон усмехнулся и кивнул на Дориана. – Он связался со мной, как только ты вошла в лабиринт. Сказал, что если я не помогу, он сделает какую-нибудь глупость. Ну это, как обычно, мне не привыкать, поэтому я решил, что лучше помочь, чем вытаскивать его потом из разных неприятностей.

– Боже мой, – я кинулась к Дориану и принялась судорожно снимать с него ошейник. – Прости пожалуйста! Я не знала! Я не хотела причинить тебе вред!

Деймон смотрел на нас и улыбался.

– Интересно, – сказал он, – когда же вы, наконец, решите, кем являетесь друг для друга? Если возможно, то сделайте это побыстрее! А то я уже, кажется, начинаю терять терпение!

Посреди залы горел большой костёр.

Отблески огня скользили по закопчённым камням, выхватывали из темноты обломки колонн, гирлянды плюща и огромную брешь в крыше, через которую виднелось бархатное небо Сильванора.

Звёзды светили холодно, были бесконечно далеко и будто шептали, что среди людей мне теперь не место.

Я опустилась на отколотую мраморную плиту, прокручивая в голове всё, что пережила и, впервые за очень и очень долгое время чувствовала себя почти счастливой.

За мной никто не гнался, никто не пытался меня убить, и самое главное – Кай был рядом. Живой и невредимый.

Брат уселся на плиту, прижавшись к моему боку, я обняла его за плечи и чмокнула в макушку.

– Лес сегодня не поскупился на дары, – раздался голос из темноты.

Из-за колонны вышел Деймон, и его рыжие волосы вспыхнули медным в свете костра.

На губах рыжеволосого гиганта играла самодовольная улыбка, к которой я уже успела привыкнуть и даже привязаться. Он был настолько непохож на холодного Дориана, что иногда мне казалось – он вовсе не фэйри, просто выдаёт себя за него.

Дэймон присел на корточки и высыпал на расстеленную ткань горсть тёмных ягод, внутри которых поблёскивали золотистые искры, тяжёлые гладкие орехи и два яблока с такой ярко-красной кожурой, будто они впитали в себя закат.

– Ты что, половину леса обобрал? – рассмеялся Кай, а я удивилась, как непринуждённо он общается с фэйри.

Было видно, что Кай ему доверял, и они даже подружились.

– Просто взял, что подвернулось под руку, – усмехнулся Деймон и бросил брату яблоко. – Вот так лес встречает свою будущую королеву. Хотя, – он посмотрел на меня, – она ещё не решила, нужен ли ей этот титул.

Дориан принёс к огню старый дорожный мешок и принялся доставать припасы: кусок вяленого мяса, несколько сухих лепёшек, которыми, казалось, даже камень можно расколоть, и небольшую флягу.

– Всё, что у меня осталось, – негромко сказал он, разводя руками, на что Дейсон лишь усмехнулся.

– Разделим всё по братски. У меня тоже кое-что припрятано. Только не спрашивайте, откуда оно взялось.

– Ты кого-то обокрал?

– Не без того, – рассмеялся Деймон, доставая из своего мешка плотно перевязанный свёрток.

Внутри оказался кусок копчёного мяса с жирными прожилками и маленький глиняный горшочек. От него сразу потянуло тёплым сладким запахом мёда и луговых цветов.

Костёр тихо потрескивал, искры поднимались вверх и тянулись к безразличным звёздам.

Я вдыхала дым, аромат трав и мёда, и даже руины вокруг больше не казались мёртвыми.

– Ниэлла так и останется безнаказанной? – задумчиво произнесла я. – Один её ледяной сад чего стоит! Было бы неплохо снести ей голову, иначе она так и продолжит издеваться над теми, кто не в силах ей противостоять?

Деймон откинулся на локти, и посмотрел на меня с неподдельным интересом:

– А разве кто-то способен помешать ей творить, что вздумается? Но это не твоя забота, Элоди. Ты же не мечтала о короне. Ты просто хотела спасти брата.

– Да, совершенно верно, – я сглотнула. – Я просто хотела спасти брата. Я не ожидала, что моя бабушка окажется принцессой, а прадед – правителем.

– Ниэлла никогда не остановится, жестокость заключена в самом её существе. Она просто не умеет по другому. И, боюсь, что она не успокоится, пока не уничтожит всё, что угрожает её власти.

– И что угрожает её власти? – спросила я, хотя ответ уже напрашивался сам, обжигая мне горло.

– Ты, – резко сказал Дориан. – По праву крови ты можешь возродить Двор Весны. Думаешь почему она убила Ориэля именно исподтишка, а не в честном бою? Он был для неё слишком опасен. Ты же не думаешь, что она пощадит тебя?

О нет! Я так не думала!

Дом вдруг показался мне бесконечно далёким. Запах яблочного пирога, любимые книги, дядя Гаррет – всё это теперь казалось почти выдумкой. Сном. Если Ниэлла доберётся до меня, то от дома не останется даже пепла.

– Я не могу допустить, чтобы она причинила вред Каю, или дяде Гаррету, – хрипло произнесла я. – Она знает, где мы живём, и один раз она уже забрала Кая.

Деймон молча кивнул, и в его глазах мелькнуло одобрение.

– Я рад, что ты это понимаешь, – мягко произнёс Дориан, вытягивая ноги. – Но решение остаётся за тобой…

Внезапный порыв ветра заставил пламя костра взметнуться, разбрасывая сноп искр.

В тот же миг послышался треск ломающихся веток, и что-то ворвалось внутрь через узкий проём в стене.

Невообразимо странное существо рухнуло на обломок колонны, и на мгновение мне показалось, что это просто огромный упавший лист.

Но потом оно подняло голову, и с шумом сложило за спиной полупрозрачные крылья.

Они ещё дрожали, и я видела, как лунный свет струится сквозь их тонкую поверхность, проступая серебряными прожилками.

Огромные тёмные глаза без зрачков уставились на меня в упор.

Лицо почти человеческое: тонкие черты, острые скулы, бледная кожа с лёгким зеленоватым оттенком.

Гибкое тело покрыто тёмными прожилками, похожими на листовые жилки.

Одежды почти нет, только небольшая накидка из листьев, не стесняющая движений.

На длинных пальцах блестели острые ногти, больше похожие на когти.

Существо глухо охнуло и схватилось за бок, между тонкими пальцами стремительно расползалось тёмно-зелёное пятно.

– Кто это? – ахнула я.

– Листокрыл. Один из твоих подданных.

– Теньлист! – в голосе Деймона прозвучала неподдельная тревога. – Что случилось? Ты ранен?

Листокрыл качнулся. Крылья дрогнули, и стало ясно, что он едва держится на ногах.

– Ерунда. Напоролся на ледяной шип, когда меня пытались схватить. Ниэлла идёт сюда, – прошелестел он едва слышно. – С ней вся армия Ледяного Двора: големы, гончии, ледяные твари.

Повисла тишина, слышался только треск углей в костре. Казалось, даже звёзды замерли, прислушиваясь.

Я поднялась, чувствуя, как внутри расползается холодок.

– Где она? – вырвалось у меня резче, чем я того хотела.

– Уже близко, – Теньлист посмотрел на меня глазами, полными невыносимой боли. – Она будет здесь через несколько часов. Я летел всю ночь и весь день, чтобы предупредить вас. Она не оставит от Двора Весны камня на камне.

Дориан внимательно посмотрел на Дэймона:

– А скажи-ка мне, дорогой братец, как вы покинули Ледяной Дворец? Может вас кто-то видел? Я рассчитывал, что у нас будет, по крайней мере, пара-тройка дней, пока мальчишку хватятся.

Деймон виновато засопел:

– Пошумел я там немного…

– Что? – Дориан побледнел. – Пошумел?

– Так получилось, – Деймон развёл руками. – Ну ты же понимаешь…

– И ты молчал?

– У нас нет времени на споры, – резко сказала я, обрывая зарождающуюся ссору. – У нас всего несколько часов. Надо что-то делать.

– Мы можем уйти, – тихо произнёс Кай, дрожащим голосом. – Давай вернёмся домой и спрячемся там, где она нас не достанет. Мы можем забрать дядю Гаррета и уехать…

– На ладони Элоди ледяная метка, – перебил Дориан. – по ней Ниэлла отыщет вас даже на краю света.

– Она убьёт нас? – в голосе Кая послышалось отчаяние, а на глазах выступили слёзы. – Что мы можем сделать против ледяной королевы? Тут только лес и руины.

– Не всё так печально, мой мальчик, – Деймон присел перед Каем на корточки. – У есть две особы королевской крови: ты и принцесса. Ты, конечно, ещё слишком мал, но вот она…

Несносный рыжеволосый фэйри перевел на меня взгляд и подмигнул.

– А вот, Элоди, – продолжил он свою мысль, – вполне может занять место правителя Двора Цветущих Туманов.

– И что это изменит? – вскинулась я. – Полагаешь, это остановит армию големов? Там ещё и ледяные гончие! Поверь, я знаю, что это такое, и никому не пожелаю с ними столкнуться!

– Ты сможешь противостоять им, если обретёшь силу правителя и станешь Королевой Двора Весны, – ответил Дориан.

Он был бледен, и в серебристых глазах бушевала метель.

– Надо же! Она почти согласна, – ухмыльнулся Деймон. – Умеешь же ты убеждать, братец! Осталось самое малое – найти корону, которая пропала сто лет назад и короновать нашу принцессу. Задачка та ещё, как я понимаю…

– Где корона – я знаю, – нехотя буркнул Дориан.

– Да, неужели! – Дэймон демонстративно сложил руки на груди. – Очень хорошо! Просто великолепно! Ты знал где корона и молчал об этом вот уже сотню лет? И как это понимать? Неужели ни разу не возникало желание поделиться знаниями со своим братом, можно сказать, единственным, кто тебя поддерживал и прикрывал все эти годы…

– Не ёрничай, тебе не идёт, – огрызнулся Дориан и быстрым шагом покинул развалины, исчезнув в темноте.

Дориан вернулся через несколько минут. В его руках был старый, потёртый мешок. Он опустился перед костром и развязал его.