Текст книги "Солнечная сторона (СИ)"
Автор книги: Елена Черкашина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)
Немного перекусив, Лили преступила к тщательному осмотру комнаты, включила несколько дополнительных светильников, обнаружившийся в углу, обогреватель поставила на максимум, и атмосфера гостевого домика тут же стала более уютной. Электрический свет жителями Океании использовался редко, всегда хватало солнечного, и лишь в такие моменты непогоды дополнительный источник освещения становился востребованным.
Подумав немного, девушка все же решила погасить одну из ламп. Ее жизнь всегда была полна света, а сейчас ей хотелось отдохнуть и отгородиться от спутника хотя бы призрачной пеленой сумерек.
– Знаешь, ты чем-то похожа на одну мою знакомую. Ее зовут Николь, – задумчиво произнес молодой человек, глядя на маленького жучка, случайно попавшего внутрь помещения и теперь изучающего окрестности. – Она, так же как и ты, всегда уверена в себе, сильна духом и знает наверняка, как нужно поступить. Она непременно найдет выход из любой ситуации, сколь бы сложной та ни была.
– Она твоя девушка? – Тихо спросила Лили.
– О, ее отец был бы рад видеть ее именно в этом статусе! – Усмехнулся Ник.
– А отец, по-видимому, не обделен ни властью, ни деньгами, – предположила девушка и получила утвердительный кивок. – Тогда поздравляю, у тебя замечательная партия. Отец не против, да и с приданным все великолепно.
Она слишком поздно поняла, что ее слова были пронизаны льдом от начала и до конца, но Ник, погруженный в собственные мысли, похоже, не заметил этого.
– Не уверен, что я хочу именно этого, – после некоторой паузы сказал он.
«Вы только посмотрите! Его не устраивает невеста из высших кругов! Избаловались вы изрядно, сэр, как я погляжу», – про себя съехидничала Лили, но в глубине ее души возникла крохотная искорка. Она наивно полагала, что это всего лишь любопытство, не признаваясь даже самой себе, что лелеяла хрупкую надежду.
«Да о чем ты дуреха?! Тебе никогда не тягаться с богачками Нового Вавилона. Ты и платье носила раз в жизни, причем не особо грациозно», – Лили ругала себя за наивные мечты, и что бы выражение лица не выдало ее внутреннюю борьбу, отправила в рот еще один изысканный деликатес, а затем еще и еще один.
Молчание затягивалось, и девушка продолжала изнывать теперь уже от откровенного любопытства. Ей стало интересно, как живут молодые особы в столичном городе, чем привлекают кавалеров, как проводят досуг.
– А какая она? – Осторожный вопрос не вызвал никакой реакции у Ника, казалось тот даже не слышал ее. – Должно быть, красивая? И платья носит только из натурального шелка.
– Красивая? – Словно очнулся ото сна собеседник. – Да, наверное, она красивая. Тонкий нос, высокий лоб, и очень густые черные, как ночная сторона Земли, кудри.
Лили ненароком коснулась своих выцветших почти до белизны коротких прядей.
«Из таких не сделать роскошную прическу, – с сожалением решила она, но тут же одернула себя. – Зато, весьма удобно, когда целый день проводишь под водой и на палящем солнце. А с башней на голове сильно не поныряешь!»
– Вы были с ней… друзьями?
– Наверное. Я так часто с ней вижусь, что иногда мне кажется, что она даже больше, чем член семьи. Может, если бы дядя столь откровенно не насаждал мне ее общество, все было бы по-другому.
– Дядя? – удивилась Лили. – Выходит, что она – твоя кузина? Но закон…
– Угу… Закон можно обойти, если знать как, и если это выгодно такому человеку, как мой дядя.
– Ты из-за этого убежал, да? – Робко спросила Лили. – Пошел против воли дяди?
– О нет. Что ты! – Встрепенулся Ник. В этот момент он словно окончательно очнулся от глубокого транса. – Дело вовсе не в этом. Николь замечательная. Правда, иногда мне кажется, что я ощущаю физически, как она пытается вложить в мою голову свои собственные мысли, но дело все равно не в этом. Есть одна вещь, которую мне стоит выполнить прежде, чем думать о создании семьи. Я должен исполнить старый завет одного предка.
– Предка? И когда же он жил? Давно? – Лили была заинтригована. Впервые Ник так разоткровенничался на счет цели своего путешествия, и этот шанс нельзя было упускать.
– Порядком.
– Что ж тогда никто раньше не исполнил этот «завет»?
– Я сам задавался этим вопросом, – вдруг нахмурился молодой человек. – Но боюсь, ни один из вариантов ответа мне совсем не нравится.
«Завет» какого-то предка, это все, что удалось вытянуть из него Лили, но вот понять, что это значит, не представлялось возможным. Сколько бы она не пыталась, какие бы двусмысленные вопросы не задавала, больше ничего интересного узнать не смогла.
«Значит, думать о создании семьи он сейчас не настроен, – если бы Ник спал, она наверняка показала бы ему язык, но пока удержалась от подобного жеста. – Но при этом ему ни что не мешает проводить все время в обществе этой… богатой, и умной, и «наверно» красивой».
Лили не знала, откуда взялась эта злость на незнакомую вовсе девушку, но она была уверена, что подругами они бы никогда не стали.
«Ха-ха! Вот уж точно! – Вела мысленную беседу сама с собой Лили. – Хороши же подруги! Одна – дикарка в потрепанных мешковатых обносках, другая – леди в кружевах тончайшей работы и драгоценных каменьях. Сдалась ей такая подруга, как ты! Ей и так живется не плохо. Состоятельный папаша, да еще жениха ей припас неплохого. Видимо, добрый дядя решил таким образом воссоединить семейное состояние, разделенное после смерти деда между детьми. Интересно, это брат его матери или отца оказался таким пронырой? И что, все-таки, случилось с его родителями?»
Снаружи бушевала стихия. Ветер достигал такой скорости, что отрывал, казалось намертво прикрученные, панели. О крышу их гостевого домика то и дело что-то громко ударялось. Обогреватель работал исправно, а электрический свет развеивал сумрак, но было все равно как-то тревожно, и спать путешественникам вовсе не хотелось.
– А как ты оказалась в экоплемени? – Внезапно проявил интерес Ник. – Твои родители прозрели до твоего рождения или ты застала этот светлый момент их жизни?
– Я ничего не знаю о своих родителях, – спокойно произнесла девушка. Она давно свыклась со своим положением, и сейчас рассказывала эту историю, словно та относилась вовсе не к ней, а к кому-то постороннему.
Ник ошеломленно слушал ее историю, и уже не совсем был рад тому, что спросил. Он не испытывал иллюзий на счет жизни в Океании, и не считал это место раем, но и подобной жестокости по отношению к новорожденному тоже не ожидал.
– Теперь я понимаю. Ты чувствуешь себя обязанной этому племени и сносишь все приказы старейшин, но…
– Только не нужно меня жалеть, – гордо вскинула голову девушка. – Жизнь у меня не так плоха, как тебе может показаться. У меня есть крыша над головой, пища, и я занимаюсь любимым делом. Пусть я одеваюсь не так роскошно как… некоторые, но поверь, мне это и не нужно. Я забочусь о других, и мне нравится, когда я вижу плоды своего труда.
– Твои соплеменники продали тебя первому встречному, даже не спросив твоего на то согласия, и ты считаешь, это достойная плата за вой труд? Хороша же и благодарность! Даже то, что они спасли и вырастили тебя, не дает им права распоряжаться человеческой жизнью.
– Старейшины действуют в интересах всего племени, – упорно твердила Лили. – Они заботятся о благополучии большинства.
– И бросают на произвол судьбы свою соплеменницу. Ты понимаешь, что тебе грозило? Я мог оказаться, кем угодно, и сделать с тобой, все что угодно.
– Я не так беззащитна, как может показаться, – спокойно сказала Лили, но Нику почудилась угроза в ее голосе, и он сбавил обороты.
– Понимаешь, это племя… У меня просто в голове не укладывается, что в наше время, кто-то может жить подобным образом, в лишениях и почти голодая.
– При моей сознательной жизни племя ни разу не голодало! – Возмутилась Лили. – Чего не скажешь о низших сословиях, что живут в городах. Думаешь, там жизнь лучше? Думаешь, простые рабочие могут себе позволить лекарства, когда болеют их дети, иди сытно едят в период плохого урожая на плантациях? По крайней мере, старейшины экоплемени заботятся о своих братьях и сестрах, следят за их жизнью, делают все, что в их скромных силах, дабы решать проблемы. А что делает император? Его, думаешь, беспокоят судьбы тысяч подданных, он беспокоится о голодающих детях в трущобах. Или может, ему было дело до той несчастной, которая, вынеся муки родов, вынуждена была расстаться с собственным ребенком? Думаешь, что заставило ее сделать это, пустить малютку дрейфовать в океан? Может, она понимала, что это единственный шанс подарить малышу шанс на выживание. Может, она сама тратила последние жизненные силы, что бы отнести корзину к берегу? Где в ту минуту был император с его хваленым Сводом Законов, лекарствами древних, лазерами и флаерами?
Ник неподвижно смотрел в пустоту, не находя в себе силы посмотреть сейчас Лили прямо в глаза.
– Но ведь в Океании все не катастрофически плохо. Население империи огромно. Конечно, кто-то живет в нужде, кто-то умирает от болезней. Наше общество не совершенно, оно нуждается в доработке и усовершенствовании. Катастрофа отбросила человечество на несколько шагов назад в развитии, но мы не сдадимся, мы все наверстаем.
– Что-то я не заметила никаких изменений за последние годы. Богатые становятся лишь богаче, а бедные все беднеют.
– Но император не всесилен, он же не может помочь каждому! Да и кроме всего прочего, есть министры, может, они не представляют ему реальной картины в империи?
Лили устало махнула рукой, совершенно не желая продолжать спор на эту тему. Она понимала, что каждый из них останется при своем. Нику не понять ее мир, как ей не понять его образа жизни. На протяжении всей истории существования человечества между бедными и богатыми оставалась пропасть.
* * *
Лили первой заметила, что буря стала стихать. Открыв двери, она выглянула наружу, и решив, что опасность миновала, отправилась наружу. Повсюду царил беспорядок. На дорожках были разбросаны обломки строительных панелей, оторванные ветки растений, которые не успели спрятать в укрытия, и нигде не было видно ни единой живой души. Возможно, люди опасались второй волны урагана, а может, изволновавшись за последние часы, незаметно для себя уснули в наступившей тишине.
Девушка повертела головой и решила прогуляться на пристань. Постояльцев нужно было чем-то кормить, поэтому рыбакам придется первыми приступать к работе. Она надеялась встретить хоть кого-нибудь, что бы расспросить о распорядке на островке, но выйдя из-за приземистой хозяйственной постройки, замерла на месте от удивления. Вокруг по всему, сколько позволял обзор, океану виднелись корабли. И это были не туристические лайнеры или суденышки рыбаков. Огромные торговые пароходы дремали на легких волнах. Здесь их было более десятка, каждый чем-то отличался от собрата, но широкие трубы у всех оставались пустыми, отдыхая от жара и дыма. Техники, ожидая распоряжений капитанов, экономили топливо и предоставляли возможность двигателям отдохнуть.
– Откуда здесь взялся караван, да еще подобных размеров? – Спросила Лили у одинокого рыбака, проверяющего снасти.
– Дык, шторм, видала, какой был? Снесло их сюда. По крайней мере, так говорят, – лукаво подмигнул ей рыбак. – А так, к слову, хозяин этого каравана частенько делает сюда крюк, то у него сломаица чёй-то, то захвораит кто, а нужных снадобий на борту не окажется. А как по мне, так он просто полюбляет запеканку, что наша хозяйка готовит, а мож и не только запеканку.
– Так у нее же семья! – Воскликнула возмущенно Лили.
– Отож, семья, – покивал рыбак. – А запеканку вы ейную пробовали? Славная запеканочка, ей-ей! И караван-то вот он. Стоят прохлаждаются!
«Буря, она такая, скроет следы чего угодно, ей-ей!» – Подумала про себя Лили, глядя на череду внушительных пароходов, так гордо держащихся на воде. Эти красавцы могли перевозить тонны и тонны грузов, развивая при этом приличную скорость.
– А когда они теперь вернуться на свой маршрут?
– Дык, кто ж их знаить? – Крякнул рыбак.
– Ну, может кто-то и не знает, но уж вы-то… – Задорно подмигнула ему девушка.
* * *
Через час Ник, завернувшись в полюбившееся пестрое покрывало, стоял, позевывая, на палубе огромного белоснежного лайнера «Великий император». Он с трудом мог вспомнить, как сюда попал. Лили ворвалась в гостевой домик, словно продолжение ушедшей бури, растолкала его, сунула в руки сумку с вещами и потащила куда-то, не давая даже прийти в себя. Молодой человек совершенно не подозревал, что они собираются покинуть островок Ирэн, и вышло так, что умыкнул у радушной хозяйки часть убранства хижины.
Он нахмурился, припоминая свое недавнее пробуждение. Лили что-то тараторила про толпы любопытных туристов, ожидающих по соседним домикам, когда же улучшиться погода, что бы забросать его вопросами, о каком-то, неизвестно, откуда взявшемся караване, и об одном капитане, любящем местную запеканку и предоставившим им пару пассажирских кают.
Ник совершенно не понимал, зачем было нужно так спешить, и что плохого в его статусе героя. А причем здесь запеканка мадам Ирэн, ему было и вовсе невдомек.
– А они обещали мне памятник поставить, – мечтательно протянул он, глядя на размытую полосу горизонта.
– Радуйся, что обошлось, – глухим голосом сообщила Лили. – У древних была традиция, памятники только после смерти ставить.
Путешествие с торговым караваном было самым безопасным видом перемещения по Океании, тем более с таким внушительным, как этот. Лили не переставала радоваться, что он так удачно встретился им на пути. На такую колонну мощных и вооруженных на славу пароходов не решиться напасть ни одно судно. Кроме того повсюду были расставлены дозорные и караульные, так что ни кому из посторонних было не пробраться на борт.
Лили, теперь совершенно не переживавшая за жизнь своего подопечного, почти все время проводила в машинном отделении. Там поначалу посмеивались, увидев ее в легкомысленном платье и кокетливой шляпке, но совсем скоро она сумела изменить отношение к себе, сделав парочку толковых замечаний по поводу работы парового механизма.
Ник же маялся от безделья. Сидеть в каюте было особенно скучно, и он то и дело прогуливался по верхней палубе. Пассажиров на «Великом императоре» почти не было, это в первую очередь был торговый караван, и порой ему даже за целый день не с кем было перекинуться парой слов.
Лили была единственным человеком на борту, кого он знал достаточно хорошо, но девушка постоянно где-то скрывалась. Раздобыв брючный костюм темно коричневого цвета со множеством карманов и курткой на теплой подкладке, она стала походить на одного из членов команды. За несколько дней она завоевала сердца не только техников, матросов, старого кока, но и почти всех особей мужского пола плывших на «Великом императоре». Ник не мог поверить, что она общается с ними со всеми, а для него не может найти ни минутки, и стал подозревать, что девушка попросту избегает разговоров с ним.
«Зато не пристает с постоянным контролем безопасности, – думал молодой человек, облокотившись о прочные перила верхней палубы. – Здесь охрана на высшем уровне, даже ей не о чем беспокоиться. И отчего только эта вполне сообразительная девушка верит во всякие россказни про мутантов и тайное оружие древних? Они, конечно, проводили немало экспериментов, но что бы создать человека-амфибию… Я не мог не узнать о подобном, копаясь в исторических архивах. Понятно, что научные тонкости мне не постичь, но сам факт существования подобного в Океании».
– Любуешься пейзажем? – Вывел его из задумчивости женский голос.
– Больше мне здесь заниматься нечем, – развел руками Ник. – Что это у тебя?
Молодой человек заинтересовался оптическим прибором в руках у Лили.
– Одолжила у одного инженера. Экспериментальная штуковина на остове технологий древних, но его собственная разработка.
Она поднесла прибор к глазам и стала тщательно изучать горизонт.
– Что ты там хочешь найти? Я уже битый час туда смотрю, и ничего интересного. Море, небо, белые облака. Хотя если подключить фантазию, может выйти весьма забавно. Смотри, вон тот белый пушистый комочек тебе ничего не напоминает?
Девушка отстранила прибор и изумленно посмотрела на собеседника, затем на небо и снова на Ника. Она и сама любила высматривать забавные формы среди белоснежных охапок скоплений пара, проплывающих мимо, но от него она такого никак не ожидала.
Лили пожала плечами и вернулась к осмотру голубых просветов между облаками. Уж что-что, а признаваться в любви к этой детской забаве она не собиралась.
– Может, все же расскажешь, что ты там ищешь?
Сколько он не вглядывался в раскинувшуюся перед ними картину, ничего примечательного не заметил.
– Эш предупредил о кое-чем странном, – наконец произнесла девушка. – Он заметил дирижабль, что двигался в нашем направлении и довольно быстро.
– И что в том странного? Это торговый путь, мало ли кто и куда может лететь этим маршрутом.
– Дирижаблей в Океании не так много, и для перевозки грузов их не используют, слишком дорого выходит. Только если это особо важный заказ или срочная доставка.
– Может это как раз один из подобных случаев?
– На границе видимости с замыкающим караван судном, дирижабль исчез.
– Куда исчез? – Не понял Ник.
– Просто исчез. Эш несколько раз поднимался к поверхности, но не видел его больше.
– Значит, капитан изменил направление. Видишь, они вовсе не за нами летели.
– Не изменил направление, не повернул назад или в сторону, он просто исчез. Иначе Эшхарда увидел бы их в стороне, но небо было чистым от края до края.
– А не мог он… ошибиться? Нырнул глубоко, отвлекся на проплывающую мимо рыбку, потерял счет времени, а когда всплыл, вокруг никого. Да и какое тебе дело до какого-то дирижабля? Летят люди по своим делам, и пусть летят.
– Последнее время события вокруг меня закручиваются слишком лихо, чтобы я не обратила внимания на подобного рода «совпадение».
– Ты параноик, – вяло махнул рукой Ник. – Попросись взглянуть на радары в рубке управления, капитан тебе не откажет.
– Радары ничего не показывают.
– Вот видишь, они свернули в сторону.
– Один человек придумал радар, другой мог придумать, как его обмануть. Технологии древних были полны подобных штуковин.
– Опять ты за свое! Технологии древних тебе мерещатся повсюду. Неужели, ты, правда, думаешь, что кто-то мог обойти все системы защиты, живую охрану, вынести это все из хранилища и распространять по Океании незамечено? Это совершенно не возможно!
– Парализатор, что я купила на улицах Мааса, был вполне материален, – напомнила девушка, пожав плечами.
Ник, понимая, что спор на эту тему ни к чему не приведет, облокотился о перила и устремил невидящий взор в ту же сторону что и Лили свой чудо-прибор.
– Эй! Направь-ка свою штуковину вон туда, – воскликнул он через пару минут.
Но Лили не отреагировала, решив, что он просто забавляется.
– Ну же, давай! Это весьма-весьма странно, а ты ведь любишь странности, правда?
– Девушка направила линзы в указанном направлении и лишь убедилась в правильности своей догадки.
– Это так по-детски, – укорила она молодого человека.
– Да нет же! Смотри не на небо, а на воду, – азарт в попытке рассмотреть все получше заставил его поддаться вперед, чуть ли не перевесившись через защитные ограждения. Вода в указанном месте была почти черная от застилавшей ее тени.
– Это просто тень, – возмутилась Лили, – что в ней странного?
– Тень от чего? – Спросил Ник и теперь уже две пары глаз неотрывно глядели на темные волны. Но необычным было то, что сверху был абсолютно пустой участок. Голубое небо было такого же ясно-голубого оттенка, что и везде, и лишь крохотный обрывок большого облака, отставший от своих сородичей, красовался в воздухе.
Лили, как завороженная, всматривалась в тень вытянутой формы, так стремительно приближавшуюся к «Великому императору». Голубая гладь неба и спокойные еще секунду назад облака дрогнули, по ним, словно по заводи, прошла мелкая рябь и через мгновенье исчезла. Но вместе с ней исчезло и чистое небо, и рваный край ближайшей тучки. Теперь перед ошеломленными наблюдателями висел огромный дирижабль.
В глубине души Лили была готова к чему-то подобному, и она понимала, что нужно спешить. Но даже секунды ей хватило, что бы по достоинству оценить все великолепие произведенного человеком летательного аппарата. Гигантский шар вытянутой удлиненной формы был оплетен то ли сеткой, то ли решеткой. Она служила для удержания оболочки, но в то же время складывалась в причудливый узор, который смело можно было назвать произведением искусства.
На боку гондолы подвешенной к аэростату красовался тот же узор, выполненный из стального цвета полос. Они ярко выделялись на темном корпусе, сияя в лучах солнца, и лишь еще больше подчеркивали, заключенную в кольцо эмблему горящей, словно настоящим пламенем, птицы.
Теперь никаких сомнений в реальности преследователей не оставалось. Увиденное собственными глазами должно было, как нельзя лучше, убедить Ника в этом, но в тот момент Лили думала о другом. Она еще до конца не осознала, что происходит, но внутренний голос уже кричал об опасности. Справа и слева – пустынная в это время палуба, до входа во внутренние помещения несколько метров, преодолеть которые нужно будет по открытому пространству. На размышления у нее была лишь секунда, и Лили решила искать спасения там, где провела большую часть своей жизни. Она толкнула ничего не понимающего Ника через перила и сама полетела следом.
Кто бы не скрывался за эмблемой личной стражи императора, такого он явно не ожидал. Пули полетели за ними спустя мгновенье, но было уже поздно. Срикошетив об обшивку парохода, они уходили в сторону, а беглецы стали недосягаемы, скрывшись в океанских волнах.
Оказавшись в воде, Лили усердно заработала руками, увлекая за собою и Ника. Они спаслись от одной беды, но теперь им грозила другая, не менее суровая и безжалостная. Гигантские лопасти винтов, вращающиеся с огромной скоростью, с каждым мигом становились все ближе. Они были остро заточены, что бы не путаться в случайных колониях водорослей, и перемолоть две человеческие фигуры для них было сущим пустяком.
Похоже, в этот раз Ник сохранил некоторую часть самообладания. Попадая в экстремальные ситуации слишком часто за последнее время, он поневоле начинал учиться выживать. И сейчас он понимал, помощь может и не успеть, так что нужно и самому потрудиться. Молодой человек отправлял воду за спину неумелыми гребками, Лили по мере сил пыталась направлять его в нужную сторону, но казалось, что все напрасно, и они даже не сдвинулись с места.
Прошли какие-то доли секунды с того момента, как они упали с парохода, но Нику казалось, что он находится здесь уже целую вечность, походя на муху, барахтающуюся в чаше с дождевой водой. Руки быстро устали и плохо слушались, но он упорно пытался грести. Пароход же, словно исполинское механическое чудовище из сверхпрочного пластика, двигался вперед, не обращая никакого внимания на пару букашек, попавших в плен океанской пучины.
Ник начинал задыхаться, привычное уже состояние он узнал сразу.
«Как быстро в этот раз, – вяло подумал он. – Это потому, что я не берег силы. Выложился на полную, а выплыть так и не сумел. Нужно было беречь дыхание, она же говорила, а я не послушал».
Сквозь накатывающийся туман забвения он все же уловил, что какая-то сила увлекает его за собой. И оставалось лишь надеяться, что они направляются к поверхности.
«Мне нужно наверх, к кислороду», – мысленно попросил Ник, но сил на большее у него уже не было. Ему казалось, что он вот-вот потеряет сознание, или даже лишился его на какие-то мгновенья, но впустить в легкие соленую воду, он все же не успел. Когда Ник сделал судорожный вдох, они наполнились чудесным, свежим и таким вкусным воздухом. Молодой человек жадно хлопал губами, как только что пойманная рыба и не мог поверить в свое очередное чудесное спасение.
– Спокойней, не так много, – предупредил знакомый голос.
«Она здесь, она рядом, она снова спасла меня, – ему хотелось кричать слова благодарности, но не было сил.
– Старайся делать не очень глубокие вдохи.
Он послушался и понемногу стал приходить в себя, попытался осмотреться, но ничего не увидел. Он открывал и закрывал глаза, но ничего не менялось, вокруг было абсолютно темно. Значит, или ему изменило зрение, или… Одна половина его тела была в воде и ее, видимо, держал на своей спине Эшхарда, голова же и грудь находились в воздушном пространстве.
– Где мы?
– На дне, – коротко ответила Лили.
– Но…
– Чш-ш. Потом. Просто дыши.
Был еще один вопрос, беспокоивший Ника даже больше, чем остальные, но об этом он даже не решался говорить вслух.
Он совершенно потерял ощущение времени, когда Лили тихо приказала:
– Сделай полный, но не глубже обычного, вдох. На счет три ныряем.
Эшхарда получил собственные распоряжения и в нужный момент понесся вперед. Поверхность океана, которую они увидели очень скоро, встретила их совершенно пустынной. Ни пароходов каравана, ни таинственного дирижабля видно не было, но по ним никто не стрелял, а это уже было хорошим знаком.
– И что дальше? – Выдавил из себя Ник. Чувствовал он себя не лучшим образом и еле держался на воде.
– Сядешь за мной. Только не зли Эша, а то я не гарантирую, что к концу плавания все конечности останутся при тебе.
Лили ловко взобралась на спину морского ящера и уже протягивала Нику руку.
– Может, ты мне объяснишь, где мы только что были?
– Думаю сделать это лучше где-нибудь подальше отсюда. Они могут вернуться, что бы поискать наши останки, и весьма удивятся, что мы живы и здоровы, да еще верхом на огромной ящерице.
Эш возмущенно фыркнул, но все же медленно поплыл вперед.
– Да ладно тебе, – похлопала его по лоснящейся шее девушка. – Ты же не будешь отрицать, что хоть и дальнее, но родство у вас есть?
Подводный обитатель для порядка проворчал еще немного, но вскоре успокоился.
Они мчались вперед, оставляя позади километры, но на бескрайних просторах так и не появилось ни одного свидетельства человеческого обитания.
– А когда ожидается ближайший остров? – Решился спросить Ник.
От непривычного способа передвижения у него занемели все мышцы, а спина стояла колом. Постоянные брызги соленой воды не давали одежде просохнуть, и теперь модный когда-то костюм натирал кожу в совершенно непредсказуемых местах.
Лили, решив, что они достаточно далеко отплыли, предоставила Эшу возможность отдохнуть от ездоков. Услышав об остановке, Ник с громким стоном свалился в воду, и разминая затекшее тело, принялся барахтаться на месте.
– Постоянных поселений здесь нет, а отшельники или бродяги не жалуют этот район. Так что плыть нам еще довольно долго.
– Долго? Что значит, долго? Час или два? Неужели три?
Лили молча стащила куртку, решая, бросить ее или все же сохранить. Брюки, бывшие такими мягким на суше, сейчас вымокли и доставляли массу неудобств. Сейчас девушка сильно сожалела, что не оставила свою старую одежду. Не притязательная на вид, та быстро сохла на воздухе и не тянула ко дну под водой. С другой стороны, множество карманов предоставляли возможность все важное всегда носить при себе, оставляя руки свободными.
– Думаешь, мы сумеем преодолеть этот путь верхом?! – Ужаснулся Ник, вклиниваясь в ее размышления.
– Можешь остаться здесь, если хочешь, – равнодушно ответила девушка. На что Эш, плававший неподалеку, заинтересованно повернул голову и интенсивно закивал. Ему эта идея чрезвычайно пришлась по вкусу, ведь нести на спине одного гораздо проще, чем двоих.
Молодой человек промолчал на ехидное замечание, но через минуту все же произнес:
– Спасибо тебе. Ты спасла мне жизнь. Снова.
Эшхарда устроил вокруг морды настоящий гейзер, выпуская из носу клубы пузырей и делая вид, что это занятие полностью занимает все его внимание.
– Да, да, и тебе тоже спасибо, – обратил на него внимание Ник, заставив своими словами зубастую пасть растянуться в довольной ухмылке – «всегда пожалуйста». – Я бы без вас точно пропал. Ты была права с самого начала, меня преследовали. Но честное слово, я никак не ожидал, что со злым умыслом. Я даже представить себе не могу, что кто-то желает мне зла.
– Смерти, – ехидно поправила его Лили. Она была счастлива получить, наконец, похвалу, но не совсем смирилась с нанесенными обидами.
– Может и так, но все равно это просто невероятно, что бы личная стража! – Негодовал молодой человек, не замечая, что распаляется все больше. – Да как они посмели?! Они давали присягу. Каждый во время обряда посвящения лично клялся служить мне до конца жизни, и защищать до последней капли собственной крови!
Лили теперь уже озабоченно посмотрела на него.
– Эй, ты как себя чувствуешь? Может, лучше вернемся на спину Эшхарда? И да, не стоит пить морскую воду, это может вызывать галлюцинации и психические расстройства.
Молодой человек покачал головой, посмотрел ей в глаза и надменно вскинул подбородок. Правда он не учел, что находится по шею в воде и выглядит этот жест совсем не так же как на суше.
– Миледи, вы долго добивались правды о моем происхождении и цели путешествия. Так вот, в виду последних событий, постигших мою августейшую особу и вашей роли в моем спасении, я принял решение, что вы заслужили честь быть посвященной.
Лили мельком глянула на Эшхарда, словно ища поддержки или совета, но тот лишь закатил глаза и с шумом выпустил воздух, изображая тяжкий вздох.
– Ник, давай отложим этот разговор на потом, а? Забирайся на Эша, и отправимся в путь, отыщем приличный островок с достойной едой и пастелью.
– Миледи, мое полное имя Николя Ксавье Тома Робер де Бержерон.
Лили поразилась, зачем человеку такое длинное имя. Он ведь обходился коротким «Ник» все это время, зачем же теперь усложнять?
– Если ты хочешь, что бы я впредь звала тебя так, это пустая затея. Я просто не сумею это все выучить.
– Тебе правда ни о чем не говорит это имя? – Поперхнулся набежавшей волной молодой человек, на что Лили только покачала головой. – Тогда может тебе чем-то говорит титул Императора Океании и Объединенных островов?
«Что он несет. Этого просто не может быть», – подумала девушка, отказываясь верить подобному заявлению.
Ник, точнее Николя Ксавье Тома Робор де Бержерон, наслаждался озадаченностью спутницы.
– Но если феникс – это эмблема личной стражи императора, то значит, нас преследовала твоя собственная охрана? – С некоторой поддевкой изрекла она свои соображения.
Лицо молодого человека тут же изменилось, будто он проглотит сырого и не вполне свежего моллюска.
– Теперь ты понимаешь причину моего гнева? – Вздохнул он. – Все это время я думал, что это мой дядя устроил погоню, имея целью вернуть меня в Новый Вавилон.
