Текст книги "Мой босс... Козел! (СИ)"

Автор книги: Елена Северная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 15

На следующее утро все мысли о замужестве и подмене жениха рассеялись, словно утренний туман под солнечными лучами. А всё почему? Потому, что офис лихорадило от предстоящего совета директоров.

Секретарша у зама – это отдельная история. По-моему, ей бы отлично работалось на должности секретаря у шефа, а не у зама. Елену Викторовну весь технический персонал боялся, как огня. К полудню переговорная была вылизана, хоть в белых носках заходи. Люстра сияла, словно каждая стекляшка из горного хрусталя выполнена и внутри заточён природный светодиод: так всё сверкало и переливалось. Сама Елена Викторовна уверенно раздавала команды – что, куда, сколько, чего поставить и положить. Я летала по переговорной аки голодная пчела, вылетевшая из улья весной на первые цветы. Когда всё было разложено и расставлено, Елена Викторовна с удовлетворением осмотрелась и постановила:

– А теперь пошли обедать! Эти (она имела в виду директоров) раньше двух часов не сядут. Олеарнский только в половине первого прилетает, а ещё из аэропорта доехать надо.

И мы спустились в кафе. Уже там она из боевого носорога превратилась в обыкновенную миловидную полноватую женщину, словно сняла железный панцирь. Как-то незаметно мы разговорились. Я почувствовала в ней родственную душу. Может, это было связано с её полнотой, ведь она первая женщина с такими формами, которую я встретила в офисе. Конечно, возможно и были ещё дамы в теле, но я с ними не сталкивалась. А может, сыграло роль то, как она помогла мне с организацией совета директоров. Да, я понимаю, что в отсутствии босса, заместитель выходит на первую линию, но всё же.

– Так ты почему ещё не замужем? – сама не зная, Елена Викторовна наступила на больную мозоль. – Такая симпатичная девушка и одна, – она с аппетитом откусила румяную булочку.

– Да вот, всё жду своего единственного, – промямлила я.

– Ой, – женщина махнула рукой. – Пока ждёшь, можно иногда и замуж отлучиться.

– Не-е-ет, – ответила с печальным вздохом. – Я жду принца на белом коне. А принцы, они принцесс со штампом о разводе не берут в жёны. И потом, я по любви хочу, а не просто потому, что возраст подошёл.

Елена Викторовна внимательно посмотрела на меня и хмыкнула:

– Дурёха ты, Мария, (где-то я уже это слышала…). Надо идти, пока берут. Я вот тоже: сначала училась, потом карьеру делала. Амурчик летал рядом, всё зудел над ухом. Я его тапком и пришлёпнула, чтоб не мешал. А теперь что?

– Что? – невольно переспросила я.

– Карьера не получилась. Амурчик воскрес, обиделся, повертел пальцем у виска и улетел к другим. А я вот теперь уже и не жду прынца, хотя к топоту копыт прислушиваюсь.

Тут у неё зазвонил телефон. Выслушав собеседника на том конце связи, Елена Викторовна облачилась в привычный панцирь офисного носорога и произнесла:

– Через пять минут.

Через пять минут мы встречали серьёзных мужчин в строгих костюмах и с видом повелителей мира. Хотя – нет. Были тут две дамы: Орлеанская Дева – она же начальник юридического отдела, и высокая шатенка – начальник отдела кадров. Когда все расселись по местам, в зал вошли двое мужчин. Я похолодела. Один был мне хорошо знаком – это Олеарнский, а второй был никто иной, как Козел-старший, отец шефа, я видела его мельком на дне рождении Олеарнского. Тогда ещё босс живенько слинял с мероприятия вместе со мной. Шеф так и не вычухался от вируса: сегодня ночью снова поднималась температура. Пришлось ему оставаться дома. Поэтому я чувствую себя, как муравей-разведчик в холодильнике: и еды много, а побежать за соплеменниками нельзя – дверца закрыта. Господи, хочу стать невидимой и неосязаемой!

Какое счастье, что я здесь не одна! Елена Викторовна ведёт протокол, а в мою задачу входит лишь обеспечение находящегося на столе: вода, соки, чистые бокалы, канцелярка. Хожу тенью, меняю бутылки. Соки тоже в бутылках, это специально было оговорено. Чем им в пюрпаках не устраивает? Ну ладно. Хозяин – барин. Кто я такая, чтобы сильным бизнеса сего указывать?

Часа два шла говорильня про сроки, графики, прибыли, убыли и всё в этом духе. Наконец, стали обсуждать китайских партнёров в свете последнего контракта. Тут Козел-старший и выдал:

– На китайское направление предлагаю создать отдельную группу. Рынок там огромный, последний контракт не единичный, будем развивать прямое сотрудничество и дальше. У нас добавился сотрудник со знанием китайского языка, необходимость в такой группе зрела давно.

Олеарнский опасно прищурился: как это без его ведома? Но вслух он только спросил:

– И кто у нас специалист по китайскому языку?

– Мария Дмитриевна, – представил меня самый главный босс. – Она уже показала себя в последней сделке.

Все дружно повернули головы в мою сторону. Я стояла ни жива, ни мертва. Чувствовала себя как бабочка на препарационном столе: столько взглядов! Такие разные – изучающие, насмешливые, откровенно-похотливые. Были и те, кто излучал неприязнь. Но никто не смотрел с такой ненавистью, как Олеарнские. И непонятно, кто сильнее ненавидел: дочь или папанька.

– И каким же образом сей специалист себя проявил? – ядовито продолжил Аркадий Олеарнский.

– Кому особо интересно, может задать этот вопрос мне лично после совещания, – отрезал Козел-старший.

А Олеарнский всё не успокаивался:

– Нам всем интересно. Особенно в том свете, что эту особу Борис Иванович представил мне на праздновании дня рождения как свою невесту. Семейственность, конечно, хорошо. Но что вы знаете об этой девице? Можем ли мы доверять ей? На кону огромные деньги компании.

Генеральный нахмурился.

– Мой сын доверяет Марии, а я доверяю своему сыну.

– Как вы можете доверять той, что обманом пытается пролезть в вашу семью? – в глазах Аркадия вспыхнуло торжество.

Что он задумал? Присутствующие зашевелились, полушёпотом переговариваясь между собой. В воздухе заманчиво запахло скандалом.

– Аркадий, какой обман? Поясни!

– Ты знаешь, что у неё есть ребёнок? – оскалился Олеарнский в предвкушении этого самого скандала.

– Конечно, знаю, – спокойно произнёс Козел-старший. – Это сын Бориса.

– Как бы не так! – в разговор вступила Жанна. – Этот мальчик никакого родства с ней – тык пальцем в мою сторону, – не имеет! У меня есть доказательство! Генетическая экспертиза!

Я похолодела: какая экспертиза? О чём она говорит? Генеральный словно услышал мои мысли:

– Какая экспертиза? Где вы брали материал? – рыкнул он.

– Обыкновенная, – вобла пожала тощими плечами. – Есть в нашей компании ответственные сотрудники, которым она небезразлична, помогли с материалом. Сейчас достаточно одного волоска! – Многозначительно покосившись на меня, усмехнулась.

И тут я вспомнила, как Мишка, подлец, дёргал меня за волосы в лифте. Я ещё тогда думала, что он целый клок вырвал! Вот гад! А ещё в «друзья постельные» набивался!

– А волосок мальчика я сама достала, когда он приходил в офис якобы к «матери» – вобла обвела всех торжествующим взглядом, затем сосредоточилась на генеральном. – Она всё врёт! – опять тык в мою сторону. – Она специально подсовывает Борису чужого ребёнка! Надеется женить его на себе! Да вы и не заметите, как она пролезет на ваше кресло!

Директора с интересом наблюдали за скандалом. Ещё бы, такое зрелище! Премьерный показ бестселлера в жанре мелодрам. А у меня земля стала уходить из-под ног, ведь результат генетической экспертизы и без заключения знала: Санька и я не кровные родственники.

– Жанна Аркадьевна, – генеральный откинулся на спинку шикарного офисного кресла и прищурился, вертя в пальцах ручку. – Неужели вас так волнует занятость моего кресла?

Вобла даже не смутилась, наоборот, вдохновенно начала вещать:

– Я, как и многие здесь присутствующие, заинтересована в процветании нашей компании. А такие, как эта, – указующий перст снова направился в мою сторону, – создают угрозу для её благополучия. И я не намерена молчать, когда вокруг творится чёрт знает что! И вообще, куда смотрит наша служба безопасности? – теперь длинный «карающий» коготь развернулся в сторону щупленького неприметного мужичка, что сидел по левую руку от генерального.

– Действительно, и куда смотрит? – Устало вздохнул Козел-старший, но в глазах я заметила нехороший блеск.

– А с каких пор личная жизнь сотрудников является приоритетом? – невозмутимо вопросил «незаметный».

Я сделала вывод, что именно он и является начальником службы безопасности. Наверное, так и должен выглядеть настоящий профессионал. Вроде бы и ничего примечательного, а как чуть присмотришься, так страх ледяными мурашками впечатывается в кожу: кажется, он одним взглядом в мгновение распотрошил твой мозг, и приготовил из него удобоваримое блюдо для своего начальника. И я была не одна в своём убеждении. Вон как многие директора опасливо поёжились при одном только звуке голоса СБэшника.

– Не приоритет, но без внимания оставлять нельзя! – менторским тоном произнесла вобла.

– Конечно, Жанна Аркадьевна, – улыбнулся мужичок, и его улыбке самый кровожадный крокодил обзавидуется. – Я приму к сведению ваше пожелание, и проверю личную жизнь всех сотрудников, – продолжил безопасник, сделав ударение на слове «всех».

– Ну, я думаю, всех не стоит, – Дева слегка сбледнула. Ага! У самой рыло-то в пушку! Хотя, какой пушок? Там шерсть произрастает! – Сотрудников со стажем уж не надо трогать, только новеньких, – пробормотала она под яростным взглядом отца. Угу. И этот экземпляр оброс густой растительностью.

– Всенепременно, любезнейшая Жанна Аркадьевна, – продолжал лыбиться безопасник. – Не извольте беспокоиться!

После этих слов забеспокоились все. А я так и стояла соляным столбом – беспокоиться некуда, за меня уже побеспокоились.

– Но, думаю, вопрос с Марией Дмитриевной решён.

– У кого ещё есть какие соображения? – задал вопрос генеральный. И непонятно было: то ли он имел в виду меня, то ли деятельность службы безопасности.

Первым зашевелился плотненький мужчина в дорогом костюме, сидевшим на нём так идеально, несмотря на шарообразные формы хозяина, что закрадывалось сомнение о его производстве. Костюма, если что. Сдаётся мне, костюмчик сшит первоклассным мастером индпошива.

– Я с Марией Дмитриевной сталкивался на днях, – прокашлявшись, начал он. – И хочу сказать: хватка у неё железная. Она смогла расшевелить нашего вип-архитектора, что на удалёнке, и тот сдал проект в срок, хотя ранее за ним такого не наблюдалось. Вечно его приходилось пихать в спину и ждать, сроки всегда закладывались с запасом на его инертность. Давно бы уволил, мерзавца, но его работы просто высший класс. Заказчики в очередь выстраиваются. Поэтому, мне лично, всё равно откуда у неё ребёнок. Главное, работу она работает отлично.

– Принято, – пробасил генеральный.

Мне почудилось, или он и в самом деле одобрительно крякнул?

– Мда-а-а, – протянул Олеарнский, – какой взлёт! От секретарши в сотрудники спецгруппы!

Честно, меня это уже начало раздражать. Да, секретарша. Но у меня высшее образование, четыре языка и потрясающая работоспособность. За своей дочуркой следили бы лучше.

– Если Мария будет с китайцами работать, так как с моим отделом, то хана всей китайской продуманности, – изрёк директор отдела маркетинга. Я позволила себе скосить глаза на него. Да-а-а, пободались мы с ним знатно. Но зато каков результат! Реклама мини коттеджа в северном стиле лофт уже окупила себя! Заказы пошли с первых показов. Кстати, проект делал именно тот вип-архитектор. – Она ж на два а то и три шага вперёд бдит!

Остальные директора одобрительно загудели.

– Какая разница от кого ребёнок? У меня вот двое растут от разных жён, а один на стороне. К моей работе есть вопросы? – высказался ещё один директор. С ним я не сталкивалась, но была благодарна за поддержку. И постаралась запомнить в лицо. Да-да, я такая. Всех помню, всем воздам.

– А что наш «министр финансов» отмалчивается? – спросил вдруг Козел-старший.

– Денег на новый роллс-ройс нет, – флегматично произнёс кто-то в конце стола. – Могу предложить помечтать за это.

– Ох, Моисей Борисович, зачем нам роллс-ройс? – Хмыкнул генеральный. – Мы будем поддерживать отечественный автопром.

– Тода зачем спрашиваете? – не меняя первичной интонации, ответствовал «министр финансов»

Видимо, это была уже обычная шутка, означавшая хорошее настроение начальства, так как все заседающие облегчённо засмеялись.

– В таком случае все свободны, – подвёл итог Козел-старший.

Директора изящно просачивались вон, несмотря на имеющиеся у некоторых внушительные формы, и заинтересованно поглядывали на меня, так и застывшую нерукотворным памятником.

– Фу-у-ух, – выдохнула Елена Викторовна, когда за последней спиной закрылась дверь. – Ну и выдержка у тебя! Я в твои годы уже бы этой мымре причёску апгрейдила до состояния коленки.

Что я могу сказать? Я тоже хотела приобщиться к дизайнерскому парикмахерскому искусству, но решила всё же поднакопить мастерства. Пока я – ученица. А вот стану мастером – держитесь все!

Вслух сказала:

– Зачем показывать свои способности сразу? Меряться умением делать пакости, надо втихаря, но у всех на виду.

– Молодец! – похвалила Елена Викторовна. – Для таких змеюк дудочки нужны индивидуальные. Вот и займись её изготовлением неспеша и со вкусом, – и подмигнула.

Так как время было уже почти конец рабочего дня, я поспешила в приёмную. Нужно было просмотреть и отработать почту. Провозилась почти до шести вечера. Оставалось последнее письмо от какого-то неизвестного мне адресата, но открыть его я не успела – в приёмную вошли Козел-старший и безопасник. Сердце ухнуло вниз и забилось в истерике где-то в коленках. Блин, вот нет за мной никакой вины, но почему-то чувствую себя виноватой. Или это присутствие высокого начальства на меня так действует?

– Мария, – пробасил генеральный, – а поужинайте с нами.

И сказано это было не как приглашение, а как констатация факта: мол, ужинаешь с нами и точка. Шаг влево – попытка к бегству, шаг вправо – провокация. Расстрел на месте.

Ресторан, куда нас привёз водитель шикарного чёрного монстра (монстрее даже авто босса), располагался на окраине города. Я немного струхнула. А что? Рядом начинался лес, придушит меня Козел-старший и прикопает там. Ага. Предварительно накормив деликатесами. И так я была в этом уверена, что назаказывала себе еды от пуза. К чёрту диеты! Хоть наемся в последний раз, тем более нас провели в отдельный кабинет, никто не будет видеть процесс моего обжорства, а эти двое предполагаемых убивцев потерпят. Может, первый и последний раз увидят девушку с хорошим аппетитом.

Вкушали кулинарные изыски молча. Иногда я лишь ловила на себе заинтересованные взгляды несостоявшегося свёкра, безопасник ел с выражением вселенского безразличия и на меня никакого внимания не обращал. Даже обидно стало. Я, можно сказать, лебединую песню живота исполняю, и всё для одного зрителя, второго девушки с формами не заинтересовали.

На последних аккордах мне стало уже всё равно: умру я от обжорства или от чего другого. Помню бабушка – мамина мама, – говаривала, что в роду у нас ведьмы были. Закинув в рот вишенку от десерта «Пьяная вишня», я почувствовала уверенность: бабуля была права. Я не я буду, если после смерти не изведу своих убивцев, являясь к ним в ночных кошмарах. С удовлетворением доела последний кусочек и выжидательно воззрилась на Козела-старшего. Ну, и? Чего звал? Он по-своему расценил мой взгляд, хмыкнул, промокнул губы салфеткой и спросил в лоб:

– Скажите, Мария, зачем вы устроились секретарём в нашу фирму?

Что-то такое я и ожидала.

– Зачем люди на работу устраиваются? – пожала плечами. – Деньги нужны.

– Вы вполне могли бы работать в семейном бизнесе, а не на чужого дядю, – продолжил он, и, заметив моё недоумение, пояснил: – Как видите, моя служба безопасности работает. Я знаком с вашим отчимом, а так же знаю, что вы не замужем и у вас нет детей. Как вам удалось заполучить мальчика?

– Обладаю потрясающими способностями доставать и уговаривать, – я откинулась на спинку стула, внутренне скукожившись от страха быть обличённой ещё и во лжи.

– Угу, – угукнул в свой десерт, состоящий из сырной тарелки с каким-то тёмным соусом и гроздью винограда, безопасник. – Потрясающими способностями пакостить ты обладаешь.

– Петрович, не нагнетай, – миролюбиво прервал его «свёкр».

Впервые я увидела проявление человеческих эмоций на флегматичном лице безопасника: он слегка покраснел и в сердцах кинул ложку на стол.

– Какое «не нагнетай», Иван? Я три месяца операцию готовил, на брюхе ползал, кучу денег слил, а она пришла, ресничками хлопнула, подолом махнула и всё коту под хвост!

О, точно! Козела-старшего зовут Иван Николаевич! Я вспомнила, Анна Марковна так его называла. И чего это я коту под хвост отправила?

От дальнейшей информации я готова была сама себя прикопать где-нибудь под осинкой. Ага, чтоб лежать под священным деревом и не высовываться ни в живом, ни в призрачном виде. Оказывается, Козел-старший давно просёк махинации Олеарнских, а контракт с китайцами должен был стать последним аккордом: планировалось всю семейку вывести на чистую воду. А тут я со своим китайским всё испортила. Обидно-то как! Хотела, как лучше, а получилось, как всегда. Да что ж за невезение!

– Не бухти, Петрович, – цыкнул Козел-старший. – Ты заметил, как Мария вела себя на собрании? Ни одной реакции на все выпады! Железная выдержка! Надо это использовать.

Удовольствие от похвалы горячо разлилось по щекам. Хоть в чём-то я хороша, не подвела главного босса. И тут же заледенела под холодным изучающим взглядом убийцы: именно так смотрел на меня безопасник. Слабая надежда, что меня изучают на предмет использования в дальнейших делах, а не как потенциальную жертву, теплилась внутри робким огоньком. Над столом повисла тяжёлая мрачная атмосфера. Воображаемые тучи, грозящие неотвратимыми последствиями, сгущались над моей головой всё сильнее и сильнее. И как гром прозвучало:

– Наверное, ты прав. Если зло неизбежно, то надо его приручить, – постановил Петрович, что-то решив про себя. Подозреваю, что он уже спланировал следующую операцию с моим участием и это мне не понравится. Мстительная улыбка, искривившая его губы, это только подтвердила. – Пусть работает в китайской группе. Будем получать сведения из первых рук.

– А как же Борис Иванович без секретаря? – я непроизвольно икнула. – Ольга на больничном, и потом, она немного беременна, и это надолго.

– А кто сказал, что с тебя снимаются обязанности секретаря? – удивился безопасник. – Просто добавляются новые.

– Но это же уйма времени! Я не успею везде! – праведное возмущение также непроизвольно вылилось из уст и заметалось в воздухе.

Однако тут же наткнулось на железный щит аргументов начальства:

– Успеешь. Меньше времени останется на всякие пакости.

Ну, знаете ли!

Пыхтящую, как осенний (читай – толстый и объевшийся) ёжик, меня запихнули в машину и отвезли домой. А дома ждал очередной сюрприз. Не успела зайти в квартиру, как телефон разразился требовательной трелью: маменька изволила меня слышать.

– Мария, ты помнишь о торжестве?

Как не помнить? Конечно, помню! Глаза б мои не видели всего торжества, уши не слышали родственных «советов» как выйти замуж, челюсти не жевали гастрономических изысков из дорогущих ресторанов, – это у меня в мыслях. А вслух:

– Да, мама.

– Не вздумай отлынивать, – строго сказала маменька. – Тётя Люда придёт со своим племянником. Очень хороший парень. Он согласен взять тебя замуж, даже в твои двадцать восемь лет. Мы с тётей Людой обо всё договорились.

– Мама!

– Не мамкай! Позорище какое! Сестра давно замужем, а ты в старых девах ходишь! Мне в приличном обществе показаться стыдно!

Р-р-р-р-р!

– Мама! У меня уже есть мужчина! – выпалила я.

– Да какой у тебя может быть мужчина? – я прямо увидела, как маменька картинно закатывает глазки с наращенными ресничками. – Редактор или переводчик с фитюлькиной зарплатой? Не позорься!

– Мама! – не стесняясь, я уже рычала.

– Не вздумай его приводить! – отрезала маман. – Не хватало ещё нищебродов кормить. Выйдешь замуж за Вадима и точка! Мы уже решили, что жить будете в твоей квартире, а папа обещал взять Вадима на работу к себе в салон. Всё. В субботу чтобы была как штык! – и отключилась.

В этом вся моя маменька. Она всегда называла отчима моим отцом, хотя он меня не удочерил именно потому, что мама была против. Ладно маменька. Хочешь богатого зятя? Так я тебе его сейчас обеспечу!

Решительным шагом направилась в комнату босса.

– Шеф! Я ведь до сих пор считаюсь вашей невестой? – выпалила я, грозно нависнув над распластанным в кровати мужчиной.

– М? – в полунемом вопросе изогнулась невозможно красивая бровь.

– Отвечайте! Или я за себя не отвечаю! – распалившись, я не замечала, как каламбурила.

– Машенька, золотце, ты чего такая? – под соболиными бровями удивлённо распахнулись серебристо-серые глаза.

– Я невеста или как? – пыхтела я не хуже паровоза. Да я сейчас взорвусь от негодования!

– Невеста, невеста, – тут же была схвачена за талию и притянута к горячему телу в лёгкой пижаме. – Любимая, единственная, – тёплые ладони оглаживали мои чуть больше девяносто и спину. – Что случилось?

– У отчима юбилей! – выпалила я. – И ты идёшь со мной!

– С удовольствием познакомлюсь с будущими родственниками! – лукаво улыбнулось это выздоравливающее чудовище. Вошло в роль и чмокнуло меня в нос. – Саньку берём?

– Вот ещё! Нечего ему там делать!

Руки босса продолжали оглаживать всю меня, куда дотягивались. А я вместо того, чтобы наполниться праведным гневом – а нечего лапать, не собственность! – стала успокаиваться, и расслабилась. Всё-таки классный мужик мой босс! Повернув голову, встретилась глазами расплавленной ртути. Она затягивала всё глубже, и я вязла, словно муравьишка в чашке мёда… В голове загудело, а тело предательски стало потряхивать. Блин, опять гормоны! Если так дело и дальше пойдёт, я… я…я за себя не ручаюсь!

– Выздоравливайте, – буркнула, выпутавшись из таких тёплых объятий, и трусливо сбежала на кухню заполнять сексуальную пустоту десертом от Анны Марковны. Такими темпами мои «немного больше» девяносто превратятся в «очень много больше».

Ну, не дура я?