Текст книги "Свадьба с драконом прилагается, или Трон для попаданки (СИ)"

Автор книги: Елена Счастная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

Повисло неловкое молчание.

– Да… я заметил, – упавшим голосом ответил Харгон и поклонился мне тоже, хоть и не так низко. – Принцесса…

Едва ворочая окостеневшей шеей, я ответила на его приветствие кивком. Камергер явно ждал каких-то распоряжений на мой счёт. Возможно, он думал, что принц сейчас же отправит меня под стражу в какую-нибудь темницу поглубже, но Латар сразу разгадал не заданный вслух вопрос и распорядился:

– Для принцессы нужно подготовить комнату в женской башне.

– Но… – не выдержал Харгон.

– Надеюсь, ты хорошо меня услышал? – слегка надавил принц. – Комнату в женской башне. Большую и светлую.

– Да, ваше высочество, разумеется, – сразу согласился мужчина. – Позвольте проводить вас.

Он пошёл впереди, а мы следом – как раз к женщине с подростком, которые встречали нас напряжёнными взглядами. Особенно недоуменно таращился на меня мальчишка, а дама лишь раз за разом оглядывала с головы до ног, и её лицо становилось всё мрачнее.

– Виэсса Галла, – улыбнулся ей принц. – Как приятно видеть вас здесь в такой ранний час.

– От всех забот и тревог, ваше высочество, я стала спать очень мало, – посетовала она, наконец освободив меня от своего пристального внимания, после чего присела в книксене. – К тому же Венель сегодня спозаранку собрался на охоту – какой уж тут сон.

Похоже, эта женщина кто-то вроде наставницы для этого юноши. А он никто иной как младший брат Латара. Теперь его имя, не раз мимоходом упомянутое в разговорах Лаяны и Нимара, тоже всплыло из глубин моей памяти.

– Познакомься, Венель, – обратился принц к нему. – Это принцесса Алита. Вы раньше, кажется, не встречались…

Уж не знаю, где в то время был младший принц, но обо мне он явно слышал. Его лицо мгновенно вытянулось, а глаза наполнились неприязнью и даже ужасом.

– Очень приятно познакомиться, ваше высочество, – решила я проявить дружелюбие.

Но мальчик моего порыва не оценил.

– Сенеон никогда не привёл бы её сюда без цепей! – процедил он с поразительной злостью. – А ты ещё предлагаешь мне радоваться знакомству с ней?

На этом Венель развернулся и быстрым шагом удалился. Я тихонько покосилась на Латара. Судя по тому, как твёрдо заострились его скулы, сейчас он не отказался бы хорошенько всыпать младшему брату.

* * *

Примерно так может выглядеть Хадфорд и императорская резидениция:

7.4

Виэсса Галла всплеснула руками, проводил воспитанника взглядом.

– Ну что за несносный мальчишка! – воскликнула она досадливо. – Уж простите, ваше высочество. Я поговорю с ним.

– Подождите, – остановил её Латар и повернулся к камергеру. – Харгон, сегодня нужно уведомить всех придворных о том, что я приглашаю их вечером в большой приёмный зал. У меня для них есть важная информация, которую им придётся выслушать и принять. Чтобы потом не было отговорок, что они ничего не знали.

– Хорошо, ваше высочество! – кивнул мужчина. – Только не могли бы вы предупредить меня – вкратце – о чём будет разговор? Чтобы я, так сказать, имел представление.

Виэсса Галла даже подошла ближе, чтобы ничего не пропустить – похоже, эти двое были достаточно приближенными к императорской семье и имели право узнавать всё из первых уст.

– Что ж, если вкратце, – усмехнулся Латар. – Я планирую взять принцессу Алиту в жёны – после того как утрясу все формальности.

– Как⁈ – не удержалась от восклицания наставница. – Но ведь…

И хоть она осеклась, я всё равно мысленно закончила за ней оборванную фразу. Да, такое положение ничуть меня не радовало, но и не удивляло. Всё логично: принц привёл во дворец убийцу своего брата и собирается объявить её своей невестой. Ожидать любой другой реакции окружающих на эту новость было бы странно.

– Все объяснения потом, – строго глянул на неё Латар. – Сейчас я просто прошу вас, Эцида, подготовить Венеля к тому, что это так или иначе случится. Тилиру с Алитой я познакомлю сам.

– Ваше высочество… – вздохнул камергер. – Сегодня вам придётся непросто…

– Я знаю, – сухо ответил принц. – Сейчас я хочу хоть немного отдохнуть с дороги. И надеюсь, что хотя бы вы будете на моей стороне.

Я лишь слушала их разговор, стараясь унять бешеное сердцебиение, которое всё нарастало с каждым словом Латара. Любопытно, что им двигало на самом деле? Из одной только политической выгоды он не стал бы по уши влезать в такое неблагодарное дело – отмывать репутацию убийцы. Уверена, мало кого на самом деле волновало, что привело Сенеона к такому фатальному итогу. В глазах придворных виновата только я.

– Что ж… – Харгон озадаченно кашлянул. – Ваша комната всегда содержалась в готовности к вашему возвращению. А принцессу я провожу в подходящие покои сам, если позволите.

– Я сопровожу Алиту лично, – твёрдо обозначил Латар.

– Простите, – слегка обиделся камергер. – Вы мне не доверяете?

– Вам – доверяю, а остальным пока нет.

Он отпустил виэссу Галлу к младшему принцу, а мне предложил взять его под руку и повёл вперёд, прямо в недра белокаменного замка. Признаться, поражённая первыми мгновениями возвращения в императорскую резиденцию, некоторое время я просто не могла сказать ни слова. Всё это походило на сон, который казался и реальным и нереальным одновременно, и на происходящее в нём повлиять не было пока никакой возможности.

– Миленько… – тихо протянула я чуть погодя. – Надеюсь, вы поняли, на что подписались, ваше высочество. Полагаю, вам придётся потрудиться, чтобы добиться понимания при дворе. А когда слухи разнесутся…

– Потрудиться предстоит не только мне, – оборвал меня принц. – Не думайте, что я буду всеми силами за вас заступаться, а вы лишь будете сидеть сложа руки, принцесса. Хотите дальше жить спокойно, придётся вести себя соответствующе. Иначе даже я не смогу вас спасти. Одного моего приказа не трогать вас будет недостаточно.

– Лучше бы вы просто меня отпустили…

– Теперь, полагаю, отпустить вас я не могу категорически. И дело не только в том, что на вас сразу же откроется охота и в покое вас всё равно не оставят. А кто будет ограждать меня от скверны?

– При дворе нет других магов, кто мог бы с этим справиться?

– Где ваш исследовательский интерес? – ироничным тоном укорил меня Латар. – Скажем так… Вкус вашей магии нравится мне гораздо больше, чем какого-нибудь престарелого лекаря – это уж точно.

– Только не говорите, что причина лишь в этом, – я передёрнула плечами, ощутив лёгкий озноб. Видимо, нервное перенапряжение всех последних дней всё-таки давало о себе знать.

– Нет, конечно, – серьёзно ответил принц. – Причин того, что вы здесь, очень много. В том числе и личных. Вы сами узнаете все, если захотите.

Вэст Арумет и Килин сопровождали нас всё то время, пока мы шли до женской башни замка, но держались на приличном расстоянии, давая нам поговорить. И хоть камергер вёл себя более сдержанно и учтиво, чем гвардеец, я всё равно чётко ощущала исходящую от него ауру непонимания и лёгкой неприязни.

Что же, он тоже не знал о том, как развлекается Сенеон в своих покоях? Да ни за что не поверю! Смотритель замка наверняка знает всё, даже как часто его обитатели чихают.

Нужно быть с ним осторожнее, присмотреться. Возможно, врагом мне он всё-таки не станет. Да и Килин, надеюсь, перебесится. Надо подумать, как наладить с ними контакт. Императорская гвардия в друзьях безусловно была бы для меня гораздо полезнее, чем в противниках.

Вскоре мы наконец добрались до места – теперь предстоял довольно долгий подъём по огромной винтовой лестнице. Она выглядела совсем не так, как в тех замках, устройство которых мне приходилось видеть раньше в своём мире – широкая, светлая, с огромными окнами на каждом этаже, и в каждое из них лился тёплый утренний свет.

Мы поднялись почти на самый верхний ярус, когда камергер деликатно предупредил нас:

– Сюда, ваше высочество. Полагаю, принцессе подойдут её прежние покои.

– Вас они устраивали? – уточнил у меня Латар, прежде чем мы свернули с лестницы в жилую часть.

А я понятия не имела! Наверное, да, если в замужестве и всём остальном, что к нему прилагалось, Алиту вообще могло что-то устраивать. Её держали не в подвале – уже хорошо.

– Вполне, – сдержанно ответила я.

Вэст Арумет зазвенел ключами, прошёл вперёд и открыл передо мной высоченную, украшенную резьбой дверь. Я заглянула внутрь и натурально обомлела. Такое, пожалуй, невозможно было себе представить даже в какой-нибудь фантазии. Покои выглядели совершенно сказочно!

Огромные окна, как в готических храмах, невероятный простор и свет, что заполнял всё вокруг. В гостиной у фактурной каменной стены стояла пухлая софа на гнутых ножках, перед ней – низкий столик, чуть дальше – кресла. Паркетный пол выглядел идеально начищенным, а из окон вид открывался такой, что захватывало дух.

– Я распоряжусь принести сюда цветы, – между делом сообщил камергер, провожая меня в спальню. – К вам приставят горничных, я назначу самых ответственных. Сюда перенесут все ваши вещи. Камеристка, фрейлины – все они по-прежнему проживают здесь, и вы сможете увидеть их в любой удобный для вас момент.

Я слушала его лишь краем уха, увлечённо осматриваясь в комнате. Спальня выглядела не менее впечатляюще, чем гостиная. Арочные своды здесь были расписаны фресками, сбоку от огромной кровати с балдахином, в нише окна располагался уютный диван с подушками. С другой стороны – большой туалетный столик с овальным зеркалом в замысловатой раме. Ещё одна дверь, полагаю, вела в ванную.

– Да, благодарю, – ответила я рассеянно.

– Вижу, всё в порядке, – подытожил Латар удовлетворённо. – Предлагаю вам, принцесса хорошо отдохнуть после трудного ночного перелёта. Вечером нас ждёт важный выход. От него будет зависеть многое.

Пожалуй, насчёт отдыха он был прав, а вот о «важном» выходе думать мне совсем не хотелось. Спешку Латара можно было понять – он торопился объяснить всё придворным, чтобы не допустить продолжительного момента неведения и догадок. И я уже предвкушала, в какое ядовитое общество мне сегодня придётся окунуться.

* * *

Примерно так могут выглядеть покои принцессы Алиты

Глава 8.1

Латар Тирголин

Едва я добрался до постели и рухнул в неё, провалился в сон безо всяких лишних мыслей и терзаний – у меня просто не осталось на это сил. И дело было даже не в долгом перелёте почти без отдыха – проходил и не такое. Просто вспыхнувшая вновь очаг скверны, здорово меня подкосил. В какой-то момент, когда случился приступ, я успел подумать, что и правда просто ничего не смогу сделать и разобьюсь. Парни поддержали меня, конечно, но приземление всё равно вышло довольно жёстким.

А если бы рядом не оказалось Алиты… Я даже не представляю, что было бы дальше. Я слышал о том, что бывает с теми, кто заражается скверной – он полностью теряет человеческий облик, а если это драак, то и его дракон тоже. На территории Адетара не было ни одного её очага, ни подземного, ни открытого. До недавних пор они считались полностью уничтоженными. Но проклятым звартам каким-то образом удалось их отыскать.

На свою территорию они никого не пускали, огрызались, как самые дикие звери и не желали налаживать никакие дипломатические отношения с соседями. По крайней мере, со стороны империи Адетар.

Кто стоит за их войском, толком не знал никто. Я пытался выяснить – безуспешно. А рубить этого змея явно нужно с головы. Вот только где её отыскать? Кругом торчали одни только хвосты. Зварты слыли самыми настоящими дикарями, так что, наверное, неудивительно, что и подчинили они себе такую же дикую силу.

Даже у императорских архимагов никогда не было возможности изучить скверну подробно. Сдерживать они её умели, но уничтожать – нет. Теперь можно было говорить о том, что способ полностью искоренять её из тела всё-таки найдётся – появилась надежда. И надо же было такому случиться, что моей прекрасной спасительницей, которой удалось прижечь эту гадость, стала беглая принцесса Алита. До сих пор эта мысль с трудом укладывалась в моей голове.

Это была злейшая насмешка судьбы – иначе не назовёшь.

Когда до меня дошла весть о том, что Сенеон впал в беспамятство после одного лишь удара ножом для писем, я не поверил. Признаться, братец сам кого хочешь мог довести до такого состояния: на пути к своим целям он не знал жалости. Поэтому видеть его в беспомощном, бессознательном состоянии для меня было удивительно – и это мягко говоря.

Каждый день лекари говорили о том, что вот-вот ему полегчает, он придёт в себя и расскажет наконец, что на самом деле случилось. Но дни и месяцы шли, а ситуация не менялась. Ровно до того момента, пока однажды ночью его дыхание не остановилось. Поговаривали, что кто-то просто решил прекратить его страдания. Стража уверяла, что никто посторонний в его покои не входил.

Лекари же сказали, что Сенеона доконало проклятие, которое внезапно обнаружилось в его крови – сильнейшее и такое разрушительное, что никто не смог остановить этот процесс. Откуда ему было там взяться, если проклятиями никто из знакомых мне магов и драаков не владел? Был лишь один ответ – его каким-то образом создала пырнувшая Сенеона и сбежавшая в их брачную ночь принцесса Алита.

Раньше я её не встречал: случай всё никак не сводил нас хотя бы для личного знакомства. Поэтому я не узнал её в лицо сразу. Но её магия, этот удивительный необычный вкус и свет, который очистил меня – всё говорило о том, что она не обычная лекарка.

Подозрения крепли – и в один миг я понял. Так просто и легко. Мой дракон оправился от скверны, а её драконица наконец проявила себя. Они были теперь связаны через магию, и он не мог ошибиться.

Мне бы возненавидеть принцессу за то, что она сделала, или хотя бы отнестись к ней с неприязнью, но я не мог. Как ни крути, она спасла меня. Я испытывал к ней лишь лёгкую настороженность пополам с любопытством, а ещё притяжение – совершенно иррациональное в такой ситуации – и этим оно меня раздражало.

Зная, каким был Сенеон, частенько слушая доходящие до меня обрывки сплетен из кругов самых приближенных лиц о том, как из его покоев порой выводят вконец измученных служанок, я понимал, что для Алиты ударить его ножом был единственный шанс защититься.

И страшно подумать, что было бы, останься он в живых. Он поднял бы всю стражу, всех сыскарей в самых захудалых концах империи, но отыскал бы её. Принцесса давно была бы казнена или замучена в темницах.

Я же не мог поднять на неё руку – скорее отрублю её себе сам.

Она не походила на злодейку – и этим была опасна. Про наложенное на Сенеона проклятие я помнил всегда. Она из рода жемчужных драконов, владеющих сильнейшими заклинаниями, которые называют «рёв», и умеет за себя постоять. Просто огненная смесь, угроза для любого, кто посмеет её обидеть. И она сейчас была нужна мне.

Не только для лечения от скверны конечно.

Она была как ценный эликсир, который может спасти и может отравить – смотря как им воспользоваться.

Сейчас я чувствовал витающий в воздухе ядовитый аромат. Двор вряд ли примет её возвращение легко, и часть негодования всех аристократов Адетара обрушится на меня. А уж моё намерение жениться на Алите и вовсе всколыхнёт такую волну ненависти и непонимания, что устоять бы на ногах.

Но я был уверен – если непоколебимо гнуть свою линию и убедить всех, что Алита – жертва и не могла поступить по-другому, я обрету гораздо больше, чем потеряю. Знать Адетара перебесится и успокоится. Но просто не будет.

Сегодня мне снились тревожные сны, но, проснувшись, я почти ничего из них не смог вспомнить. Время перевалило за полдень. День обещал быть длинным.

Провести время в одиночестве мне не удалось. Пронырливый камердинер, который раньше прислуживал Сенеону, будто слушал моё дыхание, и сразу же прознал, когда я проснулся. Он встретил меня в гостиной моих покоев – откланялся со всем почтением, выразил всю радость от моего возвращения, какая только была ему доступна, и наконец ушёл распорядиться насчёт обеда.

Я выдохнул: какой навязчивый тип. Впрочем, может, брату такие и нравились. Те, кто будет вылизывать ему пятки до блеска и каждый день уверять господина в его исключительности и превосходстве над всем живым.

Мне же такое раболепство было чуждо. Но раз наследнику престола Адетара не положено теперь обходиться без камердинера, то надо просто найти другого.

Пользуясь моментом, пока его нет, я сам привёл себя в порядок после сна: переоделся, умылся холоднющей водой, чтобы взбодриться. А когда вытирал полотенцем лицо и волосы, услышал стук в дверь.

– Войдите! – крикнул, выглянув в гостиную.

Потом только подумал, что надо было, наверное, поступить как-то иначе, но я просто не привык. Обычно в военных гарнизонах всё гораздо проще, и жизнь во дворце мне придётся постигать вновь. Все эти премудрости, условности и церемониал – жуть.

– Ваше высочество… – прозвенел приятный услужливый женский голосок.

В комнату вошла хорошо одетая девушка – явно не служанка – неся в руках большой поднос с моим, очевидно, обедом. Она присела в глубоком книксене, чудом удерживая равновесие и прошествовала дальше.

Я даже выглянул в коридор – стража на месте. Похоже, девицу тут хорошо знают, раз её появление не вызвало никаких волнений.

– Доброе утро, ваше высочество! – отрапортовал один из стражников, увидев меня.

Я лишь кивнул ему и вернулся в комнату.

Девушка уже расставляла блюда на столе, повернувшись ко мне самой выдающейся частью тела. Довольно фамильярно и странно.

– Вы кто? – спросил я, остановившись поодаль.

То, что не служанка, уже понял, иначе даже спрашивать бы не стал.

– О, простите, ваше высочество! – спохватилась девушка. – Мы же и правда не знакомы! Меня зовут Рианея Велдрион, я не так давно живу при дворе…

– Вы дочь князя Валдриона?

– Да! – обрадовалась она. – И я просто счастлива быть вам полезной.

– Вообще-то камердинер должен был предупредить меня, – проворчал я, отчего-то испытывая лёгкое неудовольствие от присутствия здесь этой Рианеи, хоть на моём месте любой мужчина был бы по меньшей мере заинтригован.

Девушка красива, неглупа, раз строит из себя великую наивность, и явно появилась здесь не ради моего обеда. Как будто его не мог принести кто-то менее родовитый. Более того – она тоже дракири, хоть и не слишком выдающаяся. И сейчас все женские достоинства демонстрировали не только мне, но и моему дракону.

Правда, он молчал в то время, как рядом с Алитой вовсю навязывал мне свои инстинкты – никакого спокойствия!

– Простите! Это была моя просьба! – Рианея приложила ладонь к довольно выразительной груди. – Мне не терпелось вас увидеть и поприветствовать! Выразить вам своё глубочайшее почтение. Я столько о вас слышала, что будто бы знаю вас много лет!

– Прекрасно, – кисло буркнул я. – Благодарю за обед и весьма рад знакомству. Можете идти.

Не знаю, каких усилий Рианее стоило сохранить всё то же благожелательное выражение хорошенького личика и улыбку, которая буквально приклеилась к её губам, потому что в глазах девушки вспыхнул волне читаемый гнев. Интересно, на что она рассчитывала?

– Надеюсь, я смогу увидеть вас снова, ваше высочество, – пролепетала она.

Проходя мимо, придержала шаг прямо напротив меня, взглянула кротко, взмахнув ресницами. Намёк – прозрачнее не придумаешь. Сразу видно, как воспитывал свою дочь князь Велдрион – в покорности перед мужчинами, особенно теми, кто вероятно может стать мужем.

Особенно если это принц крови.

– Легко, – усмехнулся я. Её лицо просветлело, но когда я продолжил, слегка потухло. – Сегодня вечером в большом приёмном зале я жду всех придворных. Полагаю, вам тоже нужно прийти.

8.2

– Я обязательно буду, – вновь нашла в себе силы улыбнуться девица, присела в изящном книксене напоследок и наконец ушла.

Я мельком оглядел еду, которую она принесла мне – мало ли. Драаки почти не подвержены простым заклинаниям типа очарования или приворота – такими их не возьмёшь – но мелкие последствия таких ухищрений всё равно могут быть неприятными. Не хотелось бы потом маяться расстройством желудка или головной болью.

После обеда я вызвал в бывший кабинет Сенеона – другого в резиденции у меня всё равно не было – камергера Харгона Арумета и верховного пристера Далэрона Моргорэля. Здесь это были одни из самых влиятельных людей, хоть и не находились на виду постоянно – они могли помочь мне исподволь повлиять на настроение и мнение придворных, чтобы потом распространить его на остальные земли империи.

Однажды мне придётся встретиться с князьями – и это может оказаться ещё более сложной задачей. А пока необходимо было защитить Алиту здесь.

Первым пришёл Харгон – как всегда сдержанный и внимательный. Скорей всего, он уже догадался о чём пойдёт речь в преддверии вечернего сбора. Нужен он был мне не просто так: по всему замку у него имелась сеть «смотрящих», которые всегда были в курсе всего – ну или почти всего – что здесь происходило. Он о своей «побочной» деятельности разглагольствовал мало, но те, кому позволено, о ней знали. И он был одним из тех, кто знал о грязных увлеченях Сенеона, но молчал о них из соображений личной безопасности и недопущения хоть каких-то волнений по этому поводу среди подданных.

– Ваше высочество, – Харгон почтительно мне поклонился. – Надеюсь вы хорошо отдохнули?

– Вполне сносно, спасибо, – кивнул я. – Вот только в покои ко мне просочилась некая Рианея Велдрион…

– О! Она докучала вам? – расстроился камергер. – Ну что за непоседливая девица! Слышал, она ждала вашего возвращения больше многих. Её происхождение позволяет ей надеяться… Ну, вы сами понимаете, на что. Впрочем, буду честен, никогда ранее к нам не поступало столько просьб от князей и аристократов помельче принять ко двору их дочерей. Казна знатно обогатилась от их взносов.

Он улыбнулся, стараясь смягчить ситуацию, но я остался серьёзен.

– Полагаю, скоро большую часть из них можно будет отправлять по домам, – проворчал. – Боюсь, если так пойдёт дальше, у меня голова вспухнет запоминать имена всех девиц, что пожелают заглянуть ко мне в покои какими-то ухищрениями. У меня там не проходной двор и не бордель.

– Я понял, – кивнул Харгон. – Случай это неприятный и впредь не повторится.

– Подберите мне нового камердинера. Тот, что служил Сенеону, меня не устраивает.

– Будет сделано, – вновь глубоко поклонился Харгон.

И я теперь был уверен, что всё наладится – если уж он дал слово, то больше не допустит беспорядка и подобных вольностей. Однако случившееся сегодня лишь убедило меня в том, что нравы придворных Сенеон вконец распустил.

Вскоре пришёл и верховный пристер – иными словами старший служитель Предвестников. Занял он это место ещё при отце, всегда следовал его интересам верно, хоть и мог быть, говорят, довольно эмоциональным. За советом к нему, как я слышал, не раз обращался даже Сенеон, хоть он служений Предвестникам не поддерживал, считая себя почти равным им.

– Ваше высочество! Слава Предвестникам, вы вернулись! – он воздел глаза к расписанному некими батальными сценами потолку. Я не вникал в их реальную историчность. – Как никогда мы все нуждаемся в восстановлении императорской власти и завершении этих смутных, неспокойных времён.

– Я сделаю всё, что от меня зависит, светлейший, – кивнул я и жестом предложил ему садиться в монструозное кресло напротив.

Пристер, имея весьма сухое телосложение, даже в своих объёмных одеждах почти потерялся в нём.

– Я позвал вас лично для того, чтобы ввести в курс ситуации, которая так или иначе вскоре будет главенствовать над всеми. И хочу, чтобы вы были готовы помочь мне её уладить.

Камергер понимающе покивал, а пристер сразу пришёл в лёгкое нервное возбуждение.

– Вы о прибытии сюда принцессы Алиты, полагаю, – его брови трагично взлетели, а складки на лбу стали глубже. – Признаться, я рекомендовал бы отправить её в темницы. Приведя её сюда на равных правах со всеми, вы очень рискуете. Не скрою, с утра ко мне в храм уже наведался кое-кто из придворных, они выражают большую озабоченность этим.

– Я рад, что моё решение привезти сюда Алиту без цепей кого-то заставил обратиться к свету Предвестников. Но давайте пока обойдёмся без скверных предзнаменований.

– А что это, раз не оно? – Далэрон строго ударил посохом в пол. – Убийца Сенеона на свободе, как будто ничего не случилось!

Я встал, и верховный сразу смолк.

– Я не собираюсь выслушивать ваши упрёки. Потому что знаю – вы в курсе того, как Сенеон любил общество женщин и что предпочитал с ними делать за закрытыми дверями своих покоев! И можете не изображать наивность. Вы знаете, что случилось в ту ночь, когда принцесса Алита сбежала. Я лично видел пятна крови по всей комнате, и это была не кровь моего брата. Он мог убить её! За что? За неповиновение, конечно! И полагаю, её смерть не расстроила бы вас и придворных так же сильно? Возможно, он покалечил бы её и, вдоволь наигравшись, бросил бы, как сломанную вещь. Об этом вы не думали?

Лицо пристера потемнело, а камергера – не изменилось. Он, похоже, уже знал, что я скажу и на что буду упирать. Ведь именно ему и его подчинённым приходилось убирать за Сенеоном следы его пристрастий и объясняться перед родственниками пострадавших от его рук девушек. Платить, затыкать рты слугам – и вновь сносить то, что император творил. Однако я понимал, что у него не было выбора, и не раз слышал, что сам он это не одобрял.

– Для того, чтобы назвать Алиту своей невестой… – продолжил я, но осёкся, когда увидел, как вытаращились глаза пристера.

– Невестой⁈

– Да.

– Ваше высочество! – взмолился он. – Это будет большой ошибкой. Хорошо, вы не хотите заключать её под стражу, но жениться… На запятнанной, на опороченной! Вы же понимаете, что скорей всего Сенеон уже взял её, как подобает мужу взять жену. И после этого…

– Думаю, она ударила его ножом ещё до, – возразил я, хоть, конечно, доподлинно не знал.

– Ваше высочество, – вмешался камергер. – Вы мало виделись с братом, но знали его. Полагаю, принцесса ударила его уже после. Мы находили в комнате обрывки её платья… гхм… белья, и постель была смята. Разворошена, я бы сказал. Мала вероятность того, что…

Перед глазами повисла багровая пелена, и окончание фразы я уже не услышал. Всё это время я гнал от себя самые скверные мысли насчёт того, успел ли Сенеон сделать Алиту своей, и уверял себя, что нет. Она этого не допустила бы. Но я не видел тех событий своими глазами и не мог знать наверняка – поэтому сомнения на этот счёт у меня, конечно, оставались.

– Полагаю, одной из первых мер, прежде чем твёрдо назвать принцессу своей невестой, должна быть проверка её невинности! – деловито заявил пристер. – Вокруг вас сейчас появится столько достойных девушек! Они принадлежат родам не менее древним, чем принцесса. И если вы возьмёте в жёны порченую – пусть и вашим братом – этого никто не поймёт. Как бы вы ни пытались это объяснить.

– Полагаю, об этом я не обязан отчитываться перед всеми, – внутренне вскипел я, но сохранил голос ровным, хоть явные напряжённые интонации всё-таки меня выдавали.

– Не обязаны, конечно, – спокойно согласился Харгон. – Но они всё равно узнают. Уж поверьте. Ничто и никогда ещё не останавливало заинтересованных и разозлённых лиц на пути к добыче нужной информации.

8.3

То, что дворец полон крыс, не стало для меня новостью, я представлял, насколько они могут быть пронырливы и изворотливы. Но устраивать представление с проверкой принцессы Алиты не собирался. Не хотел тешить их любопытство и давать повод для злорадства – обойдутся!

– И что вы предлагаете мне сделать? – я упёрся в стол ладонями и наклонился вперёд, в сторону собеседников, которые, почуяв угрозу, заметно вжались в кресла. – Пойти к принцессе и заявить, что ей нужно пройти проверку на невинность? После всего того, что она пережила в ту ночь? Вы в своём уме?

– Мы не знаем точно, что было… – заикнулся было пристер.

– Вот именно! А лучше бы вам понимать это. Даже если что-то было, – я осёкся, лишь на миг представив, но заставил себя продолжить: – Полагаю, её слова на этот счёт будет достаточно!

Мужчины переглянулись, и по выражению их лиц стало ясно, что они быстро отчаялись переубедить меня в этом вопросе. Мне же была омерзительна сама мысль о том, чтобы заставить Алиту пройти через этот унизительный процесс. Однако холодный внутренний голос тут же подкинул логичный вопрос: а что если Сенеон заставил её, взял силой? Смогу ли я через это переступить?

Ответа пока не было, ведь я никогда не сталкивался с подобным.

– Но если вскроется, что она не девственна, представляете, что будет? – предпринял последнюю попытку переубедить меня вэст Моргорэль.

– Значит, нужно сделать так, чтобы это не вскрылось! Её невинность принимается как факт! – отрезал я. – И больше не будем об этом.

– Хорошо, мы можем отбросить вопрос её невинности, – кивнул Харгон. – Но убийство остаётся убийством. Для большинства, уверен, поведение Сенеона не будет играть большую роль. Более того, многие сочтут ваши попытки донести до них мысль о том, что принцесса – вынужденная защищаться жертва, как способ его очернить.

– При всём уважении, ваше высочество, – добавил пристер. – Одного вашего оправдательного слова будет недостаточно.

– Значит, мне нужно слово того, чей авторитет выше моего, – проговорил я спокойно, хоть идея, которая пришла мне в голову во время обратной дороги в Хадфорд, до сих пор казалась опасной. Но это может сработать.

– Чей же авторитет выше вашего? – растерянно усмехнулся Далэрон, взмахнув широким рукавом своего пристенского одеяния. – Разве что самих Предвестников.

– Или того, кто считается близким к ним, – добавил я и обвёл собеседников заговорщицким взглядом.

Первым догадался камергер, и его лицо моментально вытянулось. Пожалуй, за всё время разговора он впервые выпал из душевного равновесия. На своём веку он навидался многого, хоть был ещё не стар, однако осознание поразило даже его – а это показатель!

– Вы что же, имеете в виду… Сайнеша?

Тут и пристер икнул, замер, вцепившись в свой посох, а его глаза медленно поползли из орбит. В кабинете несколько мгновений висела ошарашенная тишина, а я лишь убедился, что мыслю в правильном направлении.

– Говорят, он совсем рехнулся, и к нему давно уже не водили никого на суд, – осторожно проговорил он.

– Потому что давно никто из драаков или дракири не совершали ничего столь же серьёзного, как убийство императора, – пояснил я. – А разговоры о его безумии – уверен, лишь домыслы тех, кто его ни разу в глаза не видел.

Я же видел Сайнеша лично – первый раз по юношеской глупости, конечно, но впечатлений набрался на всю жизнь. А затем я не раз летал к нему, уже когда принял свою ипостась. Правда, в последние годы увидеться с ним не получалось, а сейчас появился очень веский повод сделать это.