Текст книги "В переплет по обмену, или Академия должна выстоять (СИ)"

Автор книги: Елена Ловина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 31
Угу, сотрудничество…

Эдера

Главный кипер академии был похож на свою рабочую территорию: что-то постоянно делал, куда-то шел, с кем-то разговаривал или кричал, кого-то чесал за ухом, а кого-то бил по шерстяному заду. В общем, не сидел на месте ни минуты, так что список полагающегося для питомцев корма и разрешение ректора пришлось отдавать на бегу. Три или пять раз этот мужчина список ронял, а по разрешению ректора разве что мы с Итаном не прошлись – все остальные, кто был в денниках, отметились, оставив отпечатки сапог или лап. И кричал этот мужчина так громогласно и заковыристо, что совершенно не вязалось с его полной низкой фигурой и добродушным глуповатым выражением лица.

– И передайте своим подружкам, будущим зоомагиням, – с мягкой улыбкой кипер очень ощутимо выталкивал меня к выходу, – что дерь…экскременты они будут убирать наравне со всеми, несмотря на маникюр, педикюр и кракелюр.

Даже возмутиться не дал в ответ – захлопнул ворота в ту часть денников, где мы его настигли, и демонстративно зажег перед моими глазами надпись: «Не входить – идет кормление опасных животных!».

Честно, мы выдохнули с облегчением. У меня вообще голова кругом шла от энергичности мужчины, и я даже не расстроилась, что нас выдворили в коридор, тем более, самое интересное находилось по нашу сторону двери: здесь все еще сновали ведра, летали сита, ездили повозки.

– Ну, ты иди в библиотеку, – хлопнула я парня по плечу, едва не свернув шею и челюсть, засмотревшись на лопату, которая сама удирала дерь…экскременты в одноколесную тачку, – а я руки помою и приду…через минут…пятнадцать-двадцать или тридцать.

– Или вообще не придешь, – в тон мне тянул слова Итан и, по-хозяйски приобняв меня за плечи, потянул дальше по коридору и дальше от шедеврального магического инструмента. – Уже через пять дней, между прочим, у нас совместная рунология, и профессор Илиот первым делом вызовет нас с докладом.

– Да? Ну, там же не очень много – успеем написать. Правил всего пять или шесть.

– Их семь, – с нажимом ответил парень, продолжая утягивать меня к выходу, – и по каждому из правил придется отчитаться. Особенно его заинтересуют выводы, что на основании правил мы должны сделать.

Парень уже немного порыкивал, так что пришлось сосредоточиться на его словах и постараться объяснить, что я вовсе не отказываюсь делать доклад, а просто пытаюсь слегка отсрочить его написание – на чуть-чуть.

– Ну, какие выводы? – возмутилась я. – У нас все было под контролем!

– Да? – парень даже споткнулся, словно я сказала что-то шокирующее. – Тогда что же в вашем рисунке, которым вы испортили пол в столовой, привело к подобным последствиям? Это первое, что спросит профессор!

– Да почему профессор РУНОЛОГИИ будет требовать с нас подобный ответ⁈ Далась ему эта ПОРТАЛЬНАЯ безопасность⁈ – я вывернулась из-под крепкой руки, моментально ощутив холод в том месте, где она только что меня обнимала, и встала напротив парня.

Не знаю, на кого я в тот момент злилась: на профессора или на парня – и тот, и тот настоятельно отдаляли меня от вожделенных артефактов, да еще требовали вникать в бесполезный для меня предмет – я его уже сдала. А парень еще и голос повышал. Эй, я тоже могу кричать!

– Потому что вы вычерчивали портальные руны, а про банальные предохраняющие руны забыли! – не остался в долгу парень, еще сильнее повысив голос.

– Все мы начертили! А если и так, то чего ты полез в наш рисунок, если видел опасность⁈

От злости я привстала на цыпочки, чтобы казаться выше и значительнее.

– Потому что я идиот, и нужно было дать тебе попасть в портал вместо сундука – может, тогда бы мозги встали на место!

– Вот и отлично! Раз такой умный, то и делай доклад сам! А я без тебя все напишу, ясно⁈ – прокричала я в лицо парня, не замечая, что мы ругаемся глаза в глаза на расстоянии ладони друг от друга, – если присмотреться, то можно увидеть темные крапинки в радужке стального цвета.

– Ну, раз это твое решение, то так тому и быть, – парень резко отстранился и отошел на шаг, а вокруг, будто, похолодало – словно лэс Маршелин снова свой зонтик в землю впечатала.

Я поджала губы и, обогнув парня, направилась к выходу – желание оставаться в денниках и рассматривать бытовые артефакты резко пропало, оставив внутри злость и раздражение на боевика. Вот как так можно испортить хорошее о себе впечатление? Только что мы вместе догоняли старшего кипера, пытались привлечь его внимание и вручали тому нужные документы, а сейчас даже дышать рядом сложно и горло саднит от напряжения.

И хуже всего, что этот гад в чем-то прав – я в новой академии и не знаю правил, а он, возможно, пытался уберечь меня от снижения рейтинга. Подумала и тут же фыркнула. Как же, меня он ограждал! Доклад-то дали нам обоим, а он еще на меня его пытался повесить, чтобы я за обоих работала. Вот теперь напишу доклад без него, а он сам пусть как хочет, так и выпутывается, вот!

В библиотеку я не пришла – прилетела! В таком гневе неслась по территории академии, что едва не сбила нескольких профессоров и с десяток адептов. Удивительно, что библиотеку нашла с первого раза, нигде не заблудившись. Итану меня точно не обогнать!

– Что значит, книг нет⁈

Вот это номер!

Глава 32
Чего ожидать от библиотеки

Эдера

– Что значит, книг нет⁈

Я пыталась отдышаться, хватала ртом воздух, а рукой – правый бок, в котором несказанно кололо – так бежала, что превысила все свои «рекорды», что когда-либо делала, а тут мне говорят ТАКОЕ!

– Нет, – развел руками старенький библиотекарь, протирая окуляры клетчатой ворсистой тряпицей. – У нас в начале года каждый новый курс проходит подготовку по портальной рунологии, а после экзаменов устраивает костер из методичек. Ничего не поделаешь – традиция!

– У нас бы за такую традицию заставили на каникулах витражи от пыли отмывать и новый комплект методичек закупать, – зло выдала я, а сама при этом выискивала стул поближе, чтобы на него свалиться – силы, кажется, покинули мое тело.

– Так заставили, правда, не витражи, а конюшни, а новые методички придут на следующей неделе – курс-то уже экзамены сдал.

– Где еще можно найти правила по построению портальных рун или вообще правила портальной безопасности?

Единственное желание было упасть рядом со стойкой библиотекаря и притвориться пылью, на которую никто в данном месте не обращает внимания, но пришлось плестись за старичком, который для своего возраста очень шустро передвигался – не догнать.

– Вот! – с гордостью продемонстрировал он несколько стеллажей с книгами, а затем строго добавил. – Книги выносить из библиотеки нельзя. Библиотека работает с шести утра до полуночи.

Хотелось спросить, есть ли среди адептов боевой академии те, кто способен пожертвовать сладким сном ради пыльных бездушных фолиантов, но библиотекарь достаточно шустренько ретировался, оставив меня хлопать глазами на светящиеся золотом корешки книг.

История порталов со времен первых магов до наших дней.

Первые артефакты, переместившие яблоко на два шага.

Знаменитые портальщики всех времен.

Самые длинные перемещения с помощью порталов.

Я люблю портальщика, а не тебя – боевик!

Последняя книга явно принадлежала к художественной литературе и не имела ничего общего с портальной магией и техникой безопасности порталов, но рука почему-то потянулась именно к ней. Видимо, от растерянности и обилия непонятного.

Зря я сделала столь скоропалительные выводы – техника безопасности в той книге была описана очень подробно, и даже внутри порталов, но я вернула книгу на место так быстро, словно она жгла пальцы, а не заставляла краснеть щеками и ушами. Даже огляделась для надежности, чтобы убедиться: то, что я прикасалась к подобному непотребству, никто не видел. И полку на всякий случай запомнила, чтобы обходить ее стороной по большой дуге…или девочкам рассказать – как пойдет.

Ну а дальше был…тихий ужас!

Найти книгу с нужными правилами, да еще чтобы все в одном месте было, оказалось просто нереально – там на каждое правило даже не несколько томов, а длинные полки. Книги стояли, спрессованные друг с другом так плотно, что вытащить одну можно было только с соседками, если весь стеллаж на себя не перевернешь.

Одну книгу я так усиленно вытаскивала, что у меня в руках оказался корешок, а сама негодница так и осталась приклеенная к своему месту. С перепугу я разом вспомнила бытовое заклинание приклеивания, и чуть сама не осталась заложницей чьего-то чрезмерного усердия – еле пальцы отлепила.

Выходила я из библиотеки ровно в полночь с красными от усталости глазами, помятая и запыленная, а из записей у меня был один единственный лист, который я в бешенстве исписала новым заклинанием «твою ж ревизию» с бешенным количеством восклицательных знаков и корявых злых человечков, болтающихся на древней виселице. В самом начале в каждом человечке я совершенно отчетливо видела сходство с Итаном, но под конец схематичные скелетики приобрели разноцветные пряди профессора Илиота и козий хвост Сусанны Войчек, вместо которой я отправилась в Кротштон, а попала в это логово садистов, придумавших подобные полки.

В общем, у меня почти дергался глаз, а в голове полностью сформировался план мест…победы над несговорчивым стеллажом, и даже голод не мог сдвинуть с намеченной цели. И только подушки в этой академии оказались на столько коварными, что захватили меня в плен раньше, чем я о них подумала. Буквально на мгновение положила руку на белоснежную наволочку, чтобы спрятать под одеяло артефакт-переводчик, возвращенный Лежей, как проснулась от свирепого рыка Долли, которая была уже полностью одета и готова к новому дню. Ночь пролетела так быстро, что даже моргнуть не успела.

С трудом подняв голову от подушки, я с удивлением уставилась на своих питомцев, чинно восседавших и возлежавших на соседней кровати.

Белка и лемур красовались одинаковыми алыми лентами, повязанными на манер мужских галстуков с замысловатым крупным узлом, а полоз постоянно дергала кончиком хвоста, на котором у нее сверкало горным хрусталем золотое кольцо. Кольцо постоянно сползало, хотя на момент покупки Лана могла его натянуть до основания черепа.

Сорока была обвешана всеми моими украшениями, что я аккуратно припрятала под матрац, и даже как-то умудрилась достать артефак-переводчик, который почти всю ночь упирался мне между ребер, и только под утро куда-то делся – теперь-то ясно, куда.

Гекон, узрев мой открытый глаз, тут же подскочил на месте и прикатил к кровати зеленое яблоко, раздуваясь от гордости, что смог справиться с таким крупным предметом.

И только Чары уже не было видно – ее радужный хвост мелькнул в открытом окне, а громкое ржанье пробуждало быстрее, чем рычание Долли.

– Вставай быстрее! – Долли закидывала меня вещами, а Шуша схватила расческу и принялась буквально выдирать целые пряди. – Твои животные нас чуть свет разбудили – так хотели попасть на лекцию, а тебя не добудишься! Вот заметь, животные твои, а страдаем мы.

Под постепенно стихающее бурчание подруги, отбиваясь от белки-помощницы и гекона-кормильца, я быстро оделась, закинула питомцев кого в сумку, а кого на плечо, и побежала в аудиторию.

Я снова не успевала позавтракать, но пропустить лекцию, на которую были официально приглашены мои питомцы, не имела права, хотя, что нового можно узнать про разнообразие видов? Ну, хоть питомцы мои почувствуют себя значимыми – вон как старались принять представительный вид, что даже приоделись.

Возле аудитории нас ожидала Руффи с такой же алой лентой, что и у моих питомцев, и вздыбленной спиной, зигзагом переходящей в распушенный чешуйками хвост. Мини-мантикора нервничала, а рядом не менее нервно выстукивала копытами Чара, разбрызгивая вокруг себя магическую радугу. Глаза у обеих были такими круглыми и большими, словно за дверью они увидели как минимум древнего мастадонта, провалившегося в наш мир из портала.

Наверное, лучше бы так и было.

Что же там такое в аудитори?

Глава 33
Сравнительная зоомагия

Эдера

В аудиторию мы входили осторожно, словно на вражескую территорию, боясь лишний шаг сделать или, не дай боги, чихнуть. Питомцы, что прятались в сумке, даже носа не высовывали, а остальные выстроились цепочкой за моей спиной и семенили мелкими перебежками, пытаясь слиться с академической формой.

Признаться, я бы тоже за кем-нибудь спряталась, но все девочки как-то быстро и незаметно проскользнули за парты раньше меня, и я осталась одна возле доски, словно флагшток на стадионе. А передо мной полная аудитория адептов, словно на лекцию пригласили два лишних потока. И все с любопытством смотрели на нас, вернее на меня и мой зоомагический «шлейф».

Преподавателя еще не было, потому, чтобы понять свои дальнейшие действия, я осмотрела ближнюю территорию.

Вдоль доски были расставлены семь фанерных кубов, на которых лежали артефакты иллюзий – специальные руны мерцали разными цветами и даже тихо потрескивали магией. Перед каждым кубом были расставлены круглые полумягкие кресла на деревянных ножках, причем на каждом было прилеплено шпилькой схематичное изображение магического животного. Если в спирали и солнышке я с трудом узнала змею и ящерицу, то с остальными проблем не было: и белка, и пони, и птица, и даже лемур угадывались сразу. Похоже, это были места для моих питомцев, и уговаривать их посидеть именно в этих креслах не пришлось – места были в самом центре внимания, а покрасоваться зверушки любили.

Мне отвели место на первом ряду рядом с проходом, чтобы в случае непредвиденных реакций я могла сразу успокоить или усмирить питомцев. Садясь на свое место, я была уже не так уверена, что лекция не принесет ничего нового, особенно, когда увидела радостное лицо мэссина Лианела.

– Итак, у нас сегодня лекция по разнообразию видов магических животных, – мужчина предвкушающее потер руки, а затем галантно поклонился моим питомцам и мини-мантикоре, смутив тем самым всех шестерых и даже Руффи.

– Адепт Друнг, вы так сладко зеваете, – в полной тишине было слышно, как упомянутый адепт поперхнулся и закашлялся, – что даже неловко отрывать вас от этого занятия, но придется. Поведайте нам всем, как и когда в нашем мире появились магические животные.

Всегда ненавидела вот такие моменты, когда в твою сторону поворачивают головы абсолютно все, но в этот раз не удержалась – повернулась вместе со всеми, чтобы поглазеть на незадачливого адепта, так не вовремя открывшего рот.

Парень был заспанным и помятым, словно всю ночь не отлипал от книг и заснул только под утро, и книги эти, скорее всего, были более податливы тех, что я пыталась вытащить с полок в местной библиотеке.

– Все магические животные попали к нам через порталы из соседнего мира, где магия агрессивна и опасна для людей. Это произошло в кх-кх…тыс…во…семьсот…днцать лет назад и…

Кажется, все, что адепт помнил, он только что выложил и надолго замолчал, озадаченно озираясь на соседей, которые и не думали ему подсказывать дальше. Да и как подсказывать, если все внимание преподавателя приковано к этому недотепе величиной со шкаф.

Хотя, недалеко нашёлся смелый и беспечный адепт, шипящий на всю аудиторию правильные даты, так что преподаватель перевел свое внимание на него.

– Адепт Шайден, прошу, ответьте нам, что стало с первыми животными, попавшими в наш мир.

– Их одомашнили! – бодро, почти рапортуя, ответил рыжий веснусчатый парень, шипевший подсказки.

– И каким же способом, позвольте спросить?

– Их приручили! – ни сколько не стушевавшись, ответил адепт, хотя всем уже было ясно, что что-то в своем ответе парень упустил.

– Позвольте уточнить, как это удалось нашим дальним предкам? – вкрадчиво уточнил мэссин Лианел и щелкнул пальцами, направляя магию в артефакты иллюзий.

Все слаженно повернули головы в сторону доски и замерли. За спинами моих питомцев возвышались жуткие монстры. Покрытые чешуей или броней, капающие ядовитой слюной, сверкая красными всполохами в тех местах, где должны быть глаза, чудовища смотрели на каждого из нас плотоядно и злобно.

Только проморгавшись и выдохнув нервный комок, я осознала, что за спинами моих питомцев на фанерных кубах возвышались дальние прародители конкретно этих магических животных. Жуткие картинки были столь реалистичны, что захотелось вернуться в детство и открыть сказки, где первые животные выходили из портала степенно и чинно и с радостью становились верными друзьями магов, что встретились им возле порталов.

Эти монстры могли магов разве что съесть, не пережевывая, вместе с мечами, первыми артефактами и огромными фолиантами, в которых записывались в то время магические заклинания – запоминать их никто в древности и не пытался.

Скажу честно, академическая правда Кронстона разительно отличалась от того, что нам преподавали в нашей академии, хотя история древних времен на всех континентах преподавалась по одному учебнику первого Магистра, объединившего сильных магов в орден. Всё вместе они дали отпор непрошенным гостям из соседнего мира. В учебнике выглядело все более ванильно и жизнерадостно: бум, бах, шварк и готово!

– Эм…– протянул рыжий адепт, пытаясь придумать достойный ответ, – их вышло очень мало и их поймали. А потом…прикормили.

Над аудиторией поднялось дружное мужское ржание, перекрывающее тихое хихиканье девушек.

– Не исключено, что спустя лет триста маги и смогли прикормить тех, кого не уничтожили, – ответил мэссин Лианел, усмехнувшись, – но способствовало приручению время и то, что живущие в нашем мире магические животные с каждым новым потомством мельчали. Есть в этом царстве неучей кто-то, кто сможет провести аналогию с нашим временем?

– Это как сейчас из порталов выходят магические животные, а мы их вылавливаем и передаем на обучение? – робко уточнил один из тех, кто сидел ближе к первому ряду.

Вокруг весело загалдели адепты, соглашаясь, а вот мы с девочками удивленно переглянулись.

Какие магические животные?

Какие порталы?

В Кронстоне ловят вот таких вот монстров?

Похоже, нам пора отсюда…

Просто пора.

Глава 34
Зоомагия приспособления

Эдера

– Это как сейчас из порталов выходят магические животные, а мы их вылавливаем и передаем на обучение? – робко уточнил один из тех, кто сидел ближе к первому ряду.

– Очень похоже, вы правы, адепт Стормен, – мэссин Лианел еще раз щелкнул пальцами, и на наших глазах монстры-иллюзии принялись уменьшаться в размерах, приобретать более спокойные черты, исчезла броня и ядовитая слюна, а на месте всполохов появились нормальные глаза. – Кто назовет главную причину подобного видоизменения?

Желающих ответить не нашлось, и преподаватель недовольно поцокал языком.

– Лэсси Миович, ваше мнение?

От неожиданности, что на меня обратили внимание, я чуть не подпрыгнула на стуле, но взяла себя в руки и медленно поднялась, проклиная преподавателя, превратившего лекцию в какой-то диспут – нет бы, рассказал нам все, что думает, а мы бы…я бы поспала немного.

– Они приспособились, – ответила я, хмуро следя за питомцами – они пока рассматривали аудиторию и не оборачивались назад. Страшно представит их реакцию, когда они увидят собственных прародителей, пусть те сейчас и в более узнаваемой форме.

– К чему, по вашему, должны были приспособиться животные, которые были заведомо сильнее наших предков?

– К магии нашего мира? – почему-то получилось вопросительно, хотя в Соверене я на этот вопрос отвечала всегда без запинки.

– Присаживайтесь, лэсси Миович, – кивнул преподаватель и еще раз щелкнут пальцами, пробуждая в артефактах магию.

Животные-иллюзии продолжили изменяться, и вот за спиной Руффи появилась вполне нормальная черная мантикора, а за спиной Чары – небесный конь Скайден, которого уже лет сто никто не видел. За сорокой Лежей расправил крылья стальноклювый птекель, известный тем, что хватает и уносит в свое гнездо высоко в горах все блестящее и тяжелое.

За мини-полозом, как не странно, разместилась не крупная змея, каких много в южных лесистых странах, а настоящий василиск, узнаваемый по птичьему хохолку на голове и по паре мелких крылышков алого цвета.

Гекон и лемур особо странными прародителями похвастаться не могли – у них даже размеры не сильно отличались, хотя я всегда думала, что магический гекон как минимум должен был иметь в родственниках дракона, ну, или его мини-версию.

Ну а белка за спиной Шуши могла похвастаться габаритами дракона и передними зубами, которые, наверняка, могли сточить каменные стены охранных гарнизонов, что размещались на границах королевств, за считанные минуты.

Но выдающимися были вовсе не размеры животных или их частей, а магические потоки, что циркулировали внутри. Иллюзия помогала увидеть то, что сокрыто от большинства магов, не имеющих способностей к зоомагии, и демонстрировала, как синие потоки поглощались животными. Примечательно, что синим цветом всегда отображались потоки силы, циркулировавшие внутри каждого из нас – наша жизненная магия.

– Как видите, магические животные поглощают переработанную магию и не способны получать ее извне. Какой вывод мы можем сделать?

Профессор замолчал и обвел взглядом аудиторию, а адепты в ответ принялись рассматривать либо доску, либо питомцев, либо парту, лишь бы ненароком не встретиться взглядом с лектором. Даже я потупила взгляд, не желая вновь оказаться в центре внимания.

– Что слухи, будто Эдера уменьшила мантикору, нагло врут! – неожиданно для всех ответила Лари-Мель и покраснела, словно крылья у василиска.

– Точно! – в тон ей ответила Дарен. – Она изменила магические потоки и ускорила приспосабливаемость отдельной мантикоры!

Мне только и оставалось, что закатить глаза под всеобщий хохот. Но я была даже рада этому ответу сокурсниц – шутка, пусть и пойдет дальше, но теперь уже не будет вызывать по отношению ко мне настороженность и предубеждение. Хороший ход, профессор!

– Профессор, а значит ли это, что самый лучший способ для выживания магических животных – это становиться фамильярами? – раздался голос с заднего ряда и, кажется, он принадлежал смелому рыжику, что подсказывал собрату по несчастью. – Ну, когда животные поглощают излишки силы мага, не давая ему причинить себе и окружающим вред от хаотичных или неконтролируемых всплесков?

– Это предпоследняя ступень в развитии магических животных в нашем мире, – лицо у профессора стало походить на морду кота, который находился в засаде, а мимо пробегала мышь.

– А какая же последняя, профессор? – мышь заглотила наживку, и глаза лектора азартно вспыхнули.

– Кто ответит прямо сейчас, тот не будет писать эссе на эту тему. Даже дам подсказку!

И по щелчку пальцев артефакты иллюзий принялись возвращать монстрам их изначальный вид, который нам демонстрировали в начале урока – с броней, ядом, капающем из пасти и жутко-алым взглядом голодающего монстра.

Только вот незадача – именно этот момент выбрала Чара, чтобы отвлечься от разглядывания аудитории и посмотреть за спину.

Кто бы знал, что мини-пони умеет так вопить. Я за все время знакомства с Чарой ни разу не слышала подобных звуков, а у нас с ней всякое было: от ужаса перед переменой места жительства до ссор по поводу полировки копыт или покупки кондиционера для гривы.

От ее крика вздрогнули все, кто был в аудитории. На этот звук в аудиторию порталом ввалились адепты боевого факультета во главе с преподавателем. От истеричных вибраций затрещали артефакты иллюзий и принялись расширять изображения монстров на всю аудиторию.

– Прекратить истерику! – рявкнул мэссин Лианел, резко теряя весь свой расслабленный и довольный вид.

Чара на мгновение закрыла рот, икнула, а затем разрыдалась, поливая пространство вокруг себя потоком слез и брызгами радуги.

От женской истерики, даже в лице мини-пони, боевой факультет резко сдал назад, но портал успел схлопнуться, и адептам понадобилось некоторое время, чтобы сориентироваться и, едва не сорвав дверь с петель, дружным строем сбежать в коридор.

В ответ из коридора в аудиторию ворвался противный крик птицы-звонаря, который здесь, видимо, отвечал за все экстренные оповещения. И теперь уже в коридор ринулись, спасаясь от женской истерики, остальные адепты и адептки, не так слаженно и собранно, но вполне шустро – аудитория за минуту опустела.

– Лэсси Миович, прекратите истерику у своей подопечной! – зло процедил профессор зоомагии и, не дожидаясь моего участия, направил в Чару подчиняющее заклинание протокола.

Рядом с дверью заискрила похожая магия – магия полного подчинения, и я удивленно увидела, что исходит она от Итана, вернувшегося в аудиторию.

В груди заполошно заколотилось сердце, а ладони резко вспотели. Надо что-то делать!

Как выходить из ситуации?