Текст книги "В переплет по обмену, или Академия должна выстоять (СИ)"

Автор книги: Елена Ловина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

Глава 4
Нас не ждали, а вот мы…

Эдера, столовая Академии Кронтон

– Вы слышали, эти качки назвали нас синей нежитью! – возмущалась морковно-рыжая Ада, чуть ли не каждую минуту поправляя окуляры на носу: то вверх подтолкнет, то вниз спустит.

– Уверена, это ошибка в переводе, – отвечала ей Кара, демонстративно постукивая пальцем по артефакту, что висел у нее на шее.

В отличие от всего потока Кара использовала дорогущий артефакт перевода, созданный в виде легкого украшения-кулона, чем пыталась ненавязчиво похвастаться. Как всегда, ненавязчиво не выходило, ведь ее кулон, как яркий феникс в курятнике, ослеплял и вызывал желание сделать темную, в смысле, прикрыть безобразие.

– И что, по-твоему, неверно перевел артефакт? – грозно насупилась Ада, словно лично настраивала и заряжала все пятьдесят артефактов.

– Не нежить, а нечисть, – уверенно заявила Кара, а мы дружно захихикали.

Мы, конечно, понимали, что разница есть, но мы ж не в боевой академии учились, чтобы различать нюансы. Хотя, и то, и то звучит обидно.

Мы сидели одни в академической столовой, способной вместить в десять раз больше, чем сейчас в ней находилось. Все желающие на нас поглазеть висели на окнах со стороны улицы и то и дело срывались вниз, стоило одной из нас задержать взгляд на ком-то и невинно похлопать ресницами.

До обеда было еще далеко, завтрак мы пропустили или его съели до нас, так что в столовой нас угостили чаем с молоком и черными сухарями. Чай был сладким, а сухари черствыми, словно их сушили про запас лет десять назад, и вот с нашим появлением пришло время вскрыть заначку.

Те из нас, кто вечно сидел на салатных листиках и обезжиренном йогурте, от чая отказывались, а сухари вообще проигнорировали. Я же с удовольствием выпила две нескромные кружки, которые с трудом можно было назвать родственниками сервизных пар, из которых в Соверене подавали травяные чаи или какао. Сухари я тоже погрызла, но один умудрился встать поперек горла и вызвать икоту, от которой в данный момент меня лечили мои сокурсницы.

– Фу, не могу больше не дышать! – выпалила я, с наслаждением хватая ртом воздух. – Ик! Да чтоб тебя! Ик!

– Не помогло, – глубокомысленно заявила моя любимая подруга Доли и сверилась со списком, вычеркнув третью или четвертую строчку. – Что там у нас дальше?

Что дальше, знать совершенно не хотелось, икать я уже устала, а нервное состояние не давало сосредоточиться, отсчитывая время, прошедшее после закрытия портала. По договоренности с транспортной компанией мой сундук размера ОГ со спрятанными внутри питомцами должен был появиться через три часа после моего выхода из портала. В том же месте.

Дождь продолжал лить. К нам никого не пускали: ни своих, ни чужих. Прошло уже полтора часа, как мы дохлюпали до столовой. И у меня есть еще время, чтобы справиться с икотой, перестать нервничать и незаметно выбраться из, внимание, охраняемого помещения. И незаметно вернуться на то озеро, которое, судя по всему, здесь служило полигоном, принять сундук и, опять внимание, незаметно транспортировать его…хоть куда-нибудь в сухое закрытое место, похожее на комнату. Иначе в сундуке активизируется артефакт и выпустит моих питомцев на свободу – лови их потом по всей территории. Хотя, за местных опасаться не приходится – боевые маги должны спокойно относиться к магическим животным…

Лишь бы не прибили по незнанию.

Интересно, удастся Эдере «встретить» питомцев?

Глава 5
Почетней не бывает

Итан

– Вы двое будете охранять вход в столовую, – распорядился заместитель ректора по воспитательной работе мэссин Клиф и, подумав немного, добил, – это самое почетное задание во всей Академии со времен…

Дальше видимо в голову ничего не пришло, потому что «наседка», как среди адептов прозвали мэссина Клифа, махнул рукой и собрался уходить.

– Профессор, а кого от кого охранять? – скрывая ехидную ухмылку, уточнил Итан.

В столовой собрался такой цветник, словно весенний сезон балов перебрался в Боевую Академию. Это внутри столовой.

А вот снаружи адепты, что полюбопытнее, первый и немного второй курсы, заполонили окна со стороны улицы и походили на орангутангов в брачный сезон: кривлялись, демонстрировали мышцы, и делали вид, что готовы начать драться, стоило кому-нибудь из цветника бросить в их сторону взгляд из-под опущенных ресниц.

– Зоопарк приехал, – поморщился мэссин Клиф и махнул неопределенно рукой, сноровисто показав при этом быстро удаляющуюся спину. – Этих от этих.

Итан и Ксандр, второй «счастливчик», понимающе кивнули и встали плечом к плечу в дверном проеме.

– Подумать только, сколько хлопот от этой синей нечисти, – ухмыльнулся Ксандр и повернулся лицом к девицам, оценивающе разглядывая тех, что ближе всех сидел к выходу.

– И как любая нечисть они неплохо умеют маскироваться, – добавил Итан, наблюдая, как девицы скромно опускают взгляды, хлопают ресницами и мило краснеют. – А потом они выходят на охоту, и ты становишься жертвой.

– Тьфу на тебя, скажешь тоже, – Ксандр поежился и повернулся к девицам спиной.

Томительные часы охраны «этих» от «этих» походили на ночное дежурство на первом курсе: ничего не происходило, но попробуй закрыть глаза, и сразу возле тебя появится кто-нибудь из преподавателей, чтобы тут же вменить наказание. И все равно в какой-то момент можно прозевать то самое событие, о котором надлежало докладывать руководству академии. За спиной стало подозрительно тихо, даже хихиканья не было слышно, только какое-то пыхтение, словно все девицы разом превратились в ежиков.

С Ксандром они оглянулись вместе, но только Итану хватило сил не присвистнуть от удивления, потому что картина открылась престранная: девицы ползали по центру столовой, совершенно бесшумно расчищенному от столов и стульев, и выписывали какие-то линии. В центре стояла блондинка и почему-то линии вокруг себя выписывала не мелом или красками для лица, как другие девицы, а ярко-золотой магией.

– Они что, шабаш собираются устраивать? – удивился Ксандр, но Итан уже не слушал – бежал вперед в самый центр линий, чтобы вытолкнуть блондинку из магической аномалии, что формировалась воронкой над ее головой.

Что бы не придумали девицы, но защита академии могла принять их действия за враждебные и начать атаковать.

Столкнувшись с девицей, Итан только и успел удивиться, какая она легкая и хрупкая и одновременно цепкая, острая и угловатая – успела, падая, ухватиться за него руками, утянуть за собой следом и при этом подставить под его мягкие места свои колени и, почему-то, локти.

А еще она вот совершенно неблагодарная. Вместо того, чтобы сказать спасибо, девица юркой ящеркой выскользнула из-под Итана, хотя он и пытался закрыть ее от аномалии, и со словами «какого брабуга ты творишь» еще и потоптаться по его руке и ногам.

Итан вскочил следом и тут же повторил фразу, только вполне нейтрального мелкого вредного хорька заменил на вполне приличного, в смысле, совершенно неприличного демона, потому что над их головами в воронке магической аномалии завис самый большой транспортный сундук, какие только бывают на международных портальных станциях. Правда, у этого сундука было одно существенное отличие – он только одной половиной попал в Академию Крнстон, тогда как вторая половина осталась на территории другого королевства.

– Ты что натворил⁉ Ты! Сам ты нечисть!

Стоит оставить девушек без внимания, и они уже такое натворили…

Глава 6
Портальная аномалия

Эдера

Кому пришла в голову мысль перенаправить точку выхода из портала в столовую? Ну…мне, конечно, но девочки подхватили. Они вообще все легкие на подъем, и любую авантюру поддерживают сразу, будь то обмен адептами с северным Кротштоном или спасение моих питомцев. А я что? Я перенервничала.

Вообще, время уходило, а две крепкие спины, перекрывающие выход из столовой, обозначали как минимум, что выбраться через двери не выйдет. Ну а искать другой путь в незнакомой академии по крайней мере недальновидно – заблудишься на раз. Хоть и бытует поверье, что все здания академий внутри спланированы совершенно одинаково, я была другого мнения, потому что точно помнила, как потерлась в трех учебных заведениях, когда ездила навещать братьев и сестру – в своей же не терялась никогда.

В общем, я всего лишь спросила, пробовал ли кто-нибудь из девушек перенаправлять место привязки транспортных сундуков. Оказалось, что каждая первая хоть раз, но ошибалась в координатах, когда оформляла багаж для отправки домой или в академию. Исправление ошибки занимало чуть ли не пол дня на портальной станции или пару минут в платном портальном агентстве.

Дальше выяснилось, что только четверть девушек пользовалась платным агентством, и всего пятеро обращались к нелегалам – те не давали гарантий, но снабжали схемой расположения рун, которую нужно было начертить на полу, и формулой вливания магии в центральный рисунок. Нужно было спросить, сколько из пятерых смогли вернуть багаж по этой схеме, прежде чем влезать в неизученную магию. Но, повторюсь, я нервничала, поэтому соображала туго, а вот нервная дрожь внутри и беспокойство за питомцев требовали действия, причем активного.

Однозначно, нужно было идти к местному ректору и просить помощи, а не это вот.

Когда воронка над головой начала открываться, на меня снизошло озарение – нужно было подправить одну руну в той части схемы, которую чертила Долли. Естественно, озарение снизошло предельно поздно, а мощная масса, состоящая из железных мышц и неподъемных костей, свела на нет возможность хоть что-то исправить. А потом я оказалась погребена под этой массой…такой горячей, приятно пахнущей и жутко тяжелой.

Мне бы рассмотреть, кто на меня свалился, но вид зависшего сундука вверг меня в состояние агрессивного шока, иначе как можно объяснить то, что я набросилась на парня с обвинениями, причем назвала его нечистью?

– Отставить панику и беспредел! – прогремел зычный голос на всю столовую, заставляя нас всех замереть на месте.

Тут только я заметила, что вторжение молодого человека, помешавшее довести портал до ума, помешало исключительно мне одной – остальные девушки продолжали чертить схему, не особо обращая внимание на то, что творится вокруг. Кто-то продолжал поддерживать полог тишины, хотя необходимости в нем уже не было – профессор с зычным голосом разнес нашу простенькую защиту на лоскутки. Девушки, сидевшие за ближайшим к выходу столом, активно хлопали ресницами и мило краснели, отвлекая на себя «внимание» охраны, которой даже на месте не оказалось – один стоял рядом со мной, а второй маячил за спинами профессора с зычным голосом и лэс Маршелин.

В общем, мое фееричное падение на пол и погребение под мужским телом прошло незамеченным, по крайне мере для большей части моих сокурсниц. Уф! Слава богам, а то потом не отцепишься от насмешек и шуточек.

Профессор подошел к краю нашей схемы и очень внимательно принялся изучать руны, обходя их по кругу. Возле нескольких рун даже постоял с задумчивым видом, словно идеально ровный рисунок был интереснее зависшего над головой половины сундука размера ОГ.

– Скажите, лэс Маршелин, – профессор поднял голову на нашего куратора и уперся взглядом в ложбинку у основания шеи (предсказуемо, если учесть, что наш куратор была стандартного для веасерских нимф роста – на две головы выше высокого мужчины), – ваши подопечные уже изучали портальную магию?

Сердце в груди екнуло, словно я вновь на сдаче данного предмета. Видят боги, я не хотела влезать в этот предмет снова, но ведь питомцев нужно было спасать. Кстати, сейчас их тоже нужно спасать, но никто даже не думал вытаскивать транспортный сундук из портальной воронки.

– Да, конечно, – уверенно ответила лэс Маршелин, при этом сжав ручку зонтика до побелевших костяшек.

Честно, я бы в этот момент отступила на несколько шагов назад, как сделали все девочки, только сзади стояла просто несдвигаемая масса мускулов, принявшая вертикальное положение. Может, стоило спрятаться за его спину?

– А по какой шкале оценивали сдачу ваши профессора?

Кажется, кому-то пришла пора сворачивать эксперименты и прятаться за широкую спину…

6.1

– А по какой шкале оценивали сдачу ваши профессора? – продолжал допытываться зычный мужчина, пряча в вопросе какой-то неприметный подвох.

Мужчина окинул нас цепким взглядом, на что мы все ответили ему своими, честными и незамутненными мыслью (так порой любил говорить ректор, когда сталкивался с неоднозначными происшествиями в стенах нашей академии). Ну и рассмотрели мужчину как следует – чего ж без дела глаза поднимать.

В первую очередь в глаза бросались волосы: белые, синие и черные пряди по всей голове говорили о принадлежности к королевству Фортен, где основной магией считалась рунология, а преобладание одного из трех цветов говорило о направлении, в котором эту магию развивал обладатель трехцветной шевелюры. Судя по равномерному чередованию трех цветов, зычный профессор был универсалом.

Дальше бровей можно было не опускаться – они у профессора тоже были трехцветными и цепляли тем, что складывалось впечатление, будто цвета, плавно перетекающие один в другой, постоянно менялись местами. Но под бровями нас ждал цепкий внимательный взгляд, от которого хотелось закрыться, словно этот взгляд раскладывал тебя по мелким кирпичикам и выискивал твои дефекты и бреши. Говорят, таки взгляды можно встретить у лекарей и некромантов, но первые мне попадались исключительно дружелюбные и веселые, а вторые уже лет триста как не рождались ни в одном из королевств.

Фигуру пришлось рассматривать уже более быстро, но крепкие плечи, мускулистые руки, и отсутствие живота говорили, что мужчина как минимум за собой следил, хотя по возрасту выглядел как мой дед, ушедший к богам пять лет назад.

– Зачет или незачет, – послышался ответ куратора, и я глупо хлопнула ресницами, вспоминая, о чем ее вообще спрашивали. Кажется, я слишком пристально разглядывала волосы и, особенно, брови мужчины – брови, кстати, непроизвольно поползи вверх, но тут же вернулись на место. Кто-то удивлен?

– А лэсси… – заминка произошла на моем имени, потому что мужчина смотрел теперь исключительно на меня. Я снова попятилась и снова впечаталась в мощную грудь, которую не сдвинуть, не пробить – пришлось вновь вернуться на место, сделав полшажка вперед.

– Лэсси Эдера Миович, – подсказала лэс Маршелин и тут же добавила, видимо, на недосказанный вопрос, – зачет по артефакторной портальной магии.

– Артефакторной…– протянул профессор и посмотрел мне под ноги, где вместо магических рун, выписанных мной в центре схемы, расплывались черные чернильные разводы. – Кажется, там в первую очередь сдают технику безопасности, не так ли, адепт Крейн?

– Совершенно верно! – четко и лаконично ответили за моей спиной, а я невольно поежилась от странных мурашек, прокатившихся по спине: вроде и слов то всего два, но какой при этом волнительный голос, аж от самой макушки до пяток проняло. Захотелось повернуться и рассмотреть обладателя голоса, мускулов и невероятной способности срывать чужие экпери…начинания.

– Похвально, что вы помните, адепт Крейн, – не без ехидства заметил профессор, а потом суровым голосом отчеканил, – через неделю жду от вас двоих доклад по технике безопасности, которую вы оба нарушили в данном случае, а так же ваши заключения, как правильно нужно было действовать, чтобы не допустить расчленения предмета на два пространства.

Что он сказал? Расчленения⁈ А как же мои питомцы?

Мне едва не поплохело, и только мысль, что питомцам гораздо хуже, не давала покоя и ответственно удерживала меня в вертикальном положении.

– А сейчас адепт Крейн продемонстрирует портальную магию без использования артефактов и закроет, наконец, несанкционированную аномалию, – еще холоднее процедил профессор, соревнуясь, похоже, по степени замораживания голосом с нашей лэс Маршелин.

Я почувствовала, как теплая стена из мускулов отодвинулась от меня, а уже через мгновение обозревала широкую спину, с которой ее хозяин стягивал академический китель – выглядеть стало еще живописнее, потому что бела рубашка очень эффектно обтягивала то, что скрывал плотный пиджак.

Но любоваться на спину у меня не было времени, потому что следующий вопрос стал для меня решающим – решительно пора было действовать.

– В какую сторону выталкивать сундук?

– Без разницы – хоть напополам рассекайте, – ответил профессор и собирался еще что-то добавить, что-то неприятное и ехидное, судя по взгляду, но я оказалась быстрее.

– Не вздумайте трогать сундук! Там живые существа!

Хозяин спины замер, а вот я решительно выскочила вперед и встала между сундуком и местными злодеями, собирающимися «расчленить» моих питомцев. Не позволю!

– Живые существа? В транспортном сундуке? – не поверил профессор и трижды постучал по стенке сундука, которая нависала над моей головой. Видно было по глазам, что профессор бы с удовольствием постучал мне по лбу, определяя степень пустоты внутри, но его ожидал сюрприз – из сундука послышался ответный стук.

Представим глаза профессора? Или удивление питомцев? И будем надеяться, что дальше все образуется.

Глава 7
Открыто – выходите!

Эдера

… его ожидал сюрприз – из сундука послышался ответный стук.

Признаюсь, сама вздрогнула, хотя для меня-то ответ не должен был стать неожиданностью.

Мужчина же, получив ответ из сундука, подобрался и даже сформировал в руке слабый огонек, словно в темноте дорогу собрался подсветить. Я бы даже не обратила внимание на такой незначительный светляк, если бы наши два охранника и еще один, пришедший с лэс Маршелин и профессором, не сформировали в руках очень серьезные огненные шары – с такими на сказочных драконов можно идти в атаку, а не на моих питомцев.

Я струсила, потому что никогда раньше не видела настоящих боевых огней, а тут сразу три, причем складывалось впечатление, что они сами по себе – сами решают, когда сорваться с пальцев и сжечь все вокруг. И вспомнила детство, когда такие же огненные шары летали по дедовой лаборатории и, облизывая мебель и текстиль, сжигали все за собой.

Я оцепенела, сжалась и почувствовала, что не могу дышать, как в детстве, все мышцы свело судорогой, но тут из сундука вновь раздался стук – он-то и вернул меня в реальность, вытеснив и детский страх, и желание сжаться, спрятаться. Я сжала медальон на шее, который послужил мне защитой в момент опасности в лаборатории, и активировала – вокруг меня и моего имущества размера ОГ выросла золотая сеть, сквозь которую ни один боевой огонь не пролетит. Газ и дым такая сеть не остановила бы, но в данный момент я смогла оградить себя и питомцев от опасности, а потом уже обратилась к куратору.

– Лэс Маршелин, скажите им, что мои питомцы безопасны!

Наш куратор, кажется, тоже временно впала в ступор, узрев боевые огни в руках адептов, но после моих слов встряхнулась и, обогнув профессора, встала между мной и кронстонцами.

– Уверяю вас, профессор, что питомцы Эдеры безопасны. Не скажу, что безобидны, но ваши фаеры здесь не уместны. В сундуке нет никого больше лошади.

Кажется, после этой фразы даже мои сокурсницы с удивлением ставились на сундук, а затем на меня, пытаясь представить, как в этого дорожного монстра все же смог влезть конь. Если б не знала, сама б не поверила.

– Продемонстрируйте, пожалуйста, лэсси… – профессор как-то немного смутился, увидев в руках у адептов боевые огни, и быстро, почти незаметно потушил свой светоч.

Адепты, кстати, свои огни убирать не спешили, да к тому же разошлись в разные стороны, словно беря меня в окружение. Их магия меня нервировала, отвлекала, возвращала в ступор, и, честно, хотелось открыть сундук, что висел над головой, забраться к питомцам, пусть и потеснив, и выбраться с той стороны, где висела вторая часть ящика. Кажется, я уже нагостилась в новом для себя месте – пора и домой возвращаться.

– Лэсси, – с нажимом произнес профессор, и от его голоса стало даже зябко – таким он был требовательным, – еще немного промедления, и, боюсь, вашим питомцам не поможет ваша защита.

Я коротко кивнула, отступила на шаг к сундуку и, вскинув руку вверх, приложила ладонь к торцу, где были выведены запирающие и отпирающие руны. Даже смотреть не нужно было – руны я чувствовала кончиками пальцев – активировала отпирающую руну и едва не получила створкой по лбу. Следом на меня свалился Вагнер, обвив хвостом за шею и вцепившись в косу как в спасительную веревку, брошенную утопающему.

– Погасить боевые огни! – прозвучал резкий приказ от дверей, и мы с Вагнером, признаться, едва не скончались на месте – я итак перенервничала, а Вагнер просто всегда всего боялся: резких звуков, резких движений, резких запахов. – Что вы здесь устроили?

Это появился еще одним преподаватель, и его сразу послушались – адепты загасили свои «фаеры», как их назвала лэс Маршелин, и встали ровно, расправив плечи и высоко подняв подбородки…и стали удивительно похожи друг на друга своими позами.

– Разрешите доложить, декан Фареен, – гаркнул почти над самым ухом тот из адептов, что пришел вместе с лэс Маршелин и профессором. Дождавшись кивка, адепт продолжил, – лэсси Эдера Миович и другие адептки академии Соверена провели неопознанный ритуал по призыву транспортного сундука! Сундук застрял между порталами. По уверению адептки и лэс Маршелин в сундуке находятся безобидные питомцы размером с лошадь. Пока из сундука вылез только полосатый скунс. Лошадь, видимо, застряла!

И взгляды всех вновь были устремлены на сундук, а потом на меня и на Вагнера, потому что все пытались увидеть в трясущемся лемуре, обнимающего меня всеми лапами, того самого скунса, про которого говорил адепт. Декан же усмехнулся и, глянув на сундук, произнес каким-то специально поставленным голосом, от которого у меня мурашки побежали, причем жутко панические, а не волнительные и приятные, как от голоса того, кто меня сбил с открытия портала, кажется, Крейна.

– Лошадь – на выход!

Не знаю, какой ментальной составляющей пользовался декан, но шаг сделали и Вагнер, и несколько моих сокурсниц, и даже профессор, хотя уж он-то должен был иметь иммунитет от внушения.

Вот только лошадь не вышла…

Она вылетела! Эффектно: с громим «иго-го» и взглядом разгневанного бога войны.

И тут все, кто находился в столовой, принялись хохотать. Я бы даже сказала – ржать.

Что же такого смешного в этой лошади?