Текст книги "В переплет по обмену, или Академия должна выстоять (СИ)"

Автор книги: Елена Ловина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 23
Флирт от Лоча

Итан

Казалось, вопросам не будет конца.

Правда, что с Руффи все в порядке?

А точно это не мантикора Итана была на стадионе?

Так уменьшили мантикору или нет? Нет? Точно нет? Вот совсем-совсем нет?

А что тогда с мантикорой?

Она будет участвовать в показательной тренировке на следующей неделе? Нет? А с ней все в порядке?

А сегодня будет участвовать в тренировке? Тоже нет?

А почему ее не дают увидеть?

Кстати, мы видели и слышали: она постоянно рычит и царапает стены – с ней все в порядке?

А вы точно ничего не скрываете?

Итан готов был сам начать рычать и царапать стены от очередного «точно», прозвучавшего в сотый или в тысячный раз.

И даже в денниках ему не было покоя, хотя здесь все обстояло иначе – его завалили с головой сочувствием. От обслуживающего персонала и зоомагов, чья практика проходила среди магических животных, так и сыпались вопросы, только уже другого толка.

Каждый, кто задавал вопрос, был способен по тихому рыку отличить одно магическое животное от другого, определить его настроение и даже поставить предварительный диагноз – им уже не выдашь версию про иллюзию. Так что по распоряжению ректора зоомагам доверили страшную тайну: Руффи заболела и ее отправили на лечение, чтобы она смогла вернуть форму к финальным играм по воздушному бою. В принципе, ни слова лжи.

А пока Итану придется подчинить новую мантикору, попытаться сыграться с ней и запасным подопечным – грифоном Ярги – и делать вид, что все под контролем.

И самое бесячее в этой ситуации, что без Руффи жизнь не останавливалась. Команда стремительно приближалась к началу турнира по воздушному бою. Отличие от вчерашнего дня было в малом – необходимо было сыграться в другом составе и выступить так, словно никаких изменений не произошло.

Итак, Итан думал, что к вечеру либо начнет вести себя, как новая необъезженная мантикора, которая бесновалась в деннике вместо Руффи, либо сразу пойдет убивать соверенскую ведьму, потому что внутри все клокотало от гнева и требовало крови, но на последней лекции жизнь вновь сделала очередной кульбит, и вопросы иссякли сами собой.

В академии появился новый объект для внимания, и им оказался Лоч.

Парня скрутила девица из Соверена, да так, что весь боевой курс целых три минуты не мог снять заклятье, выглядевшее, словно детская завязочка. И ведь не сняли – заклинание само растаяло, не оставив и следа.

А преподаватель рукопашного боя Хинт стоял рядом, улыбался во весь рот, азартно потирал руки и даже делал записи в блокноте, на котором крупными буквами было выведено «Соверенские фиалки». И момент, когда Лоч оказался свободен, кажется, довел Хинта до катарсиса. Страшно было представить, что в голове у боевика варится и назревает.

А назревало, на удивление, всего лишь небольшая перестановка в предметах – Хинт договорился, и отправил весь курс на урок географии, куда буквально за несколько минут до этого умчались соверенские адептки. И в общем-то, урок проходил бы скучно и не интересно, если бы Лоч с грацией озверевшей мантикоры в начале лекции не уселся за той девицей, что применила на нем неизвестное до сегодняшнего дня заклинание.

– Златоглазка, приходи после обеда на стадион – сегодня тренировка по воздушному бою, – Лоч тыкал стилом девушке между лопаток, а на ее свирепые взгляд обезоруживающе улыбался (по крайней мере, ему так казалось). – Я на твое имя пропуск выпишу, а потом можем и по оде пройтись – я после тренировок знаешь какой голосистый. Тебя как, кстати, зовут?

Все, кто знал Лоча достаточно хорошо, только посмеивались и делали ставки, как скоро девица сдастся и согласится на свидание. Никого не смутило, что эта была та самая девица, которая несколько иначе отреагировала на проверенный флирт Лоча – с кем не бывает.

Итан не любил присутствия посторонних на тренировках, но даже его захватил всеобщий азарт, но только до того момента, как Лоч перевел свое внимание на соверенскую ведьму. На ведьму, которая должна вернуть ЕГО мантикору в нормальное состояние.

– Эй, блондиночка, хочешь увидеть, как сильные накачанные парни сражаются друг с другом в небе? – этот вопрос прозвучал ровно после того, как преподаватель, решивший сорвать злость на Эдере, снисходительно разрешил той вернуться на свое место. К слову, девчонка отвечала, хоть и сбивчиво, но правильно, так что преподаватель принялся выискивать следующую жертву для опроса на другом конце аудитории.

– Мантикоры там будут? – уточнила девушка, опасливо глянув в сторону Итана.

И вот, вроде не должны его задевать ни настороженный взгляд в свою сторону, ни приветливый и дружелюбный ответ Лочу, но, поди ж ты, задевает, словно чужак пришел на его территорию и осматривает его владения. Пришлось даже мотнуть головой, чтобы отогнать наваждение.

– Будут, конечно, но они у нас ручные – их бояться не нужно, – расплылся в улыбке Лоч, – а той, что вас напугала, так вообще в ближайшее время не будет. Ну, что, выписывать пропуск?

– Выписывай! – девушка кивнула серьезно, ошарашив своим согласием не только Итана, но и подругу. – Выписывай на имя лэсси Совер Льен.

У Итана зародился в груди какой-то нездоровый кашель, схожий с неконтролируемым рычанием, а еще желание загонять друга на тренировке до такой степени, чтобы отбить у того мысли о девушках на ближайшую неделю, или сколько там понадобится на возвращение Руффи нормального размера.

Точно, даст двойную…нет, тройную нагрузку. Без обид, друг, но это ради общего дела.

Кто-то попадет под раздачу, хех.

Глава 24
Лэсси Совер Льен

Эдера

– А они даже рубашек не снимут? – шушукались на трибунах девочки и строили кислые лица. – И как проверить, так ли они накачаны, как преподносили?

Парни на провокации не велись и слаженно проходили полосу препятствий, разогреваясь перед основным действием – бою на крылатых магических животных – одетые в специальные тренировочные костюмы черного цвета без каких-либо нашивок и эмблем. Форма им очень шла – даже не раздеваясь, они демонстрировали вполне мускулистые тела и широкие плечи, но девочкам лишь бы поехидничать да похихикать, чтобы смутить парней. Парни смущаться не желали, а вот браваду, с которой они встретили гостей на стадионе, заметно подрастеряли – на ее место пришло раздражение и легкая злость.

– Эди, а кто из них тот самый Лоч? – жутко громким шепотом на весь стадион спросила Дарен, принесшая на трибуны увеличительный артефакт, позаимствованный у соседки по комнате.

Даже без артефакта увеличения было видно, как одна из фигур в черном выпятила грудь и еще больше расправила плечи. Правда, от очередной реплики Дарен фигура сбилась с шага, а затем припустилась бежать быстрее, отдаляясь от трибун.

– Долли, это вот этого ты скрутила, да? Какой-то он хиленький – его бы подкормить.

Долли закатывала глаза и продолжала дуться. На меня. Причем за какие-то незначительные действия с моей стороны.

Вот я думала, что основной претензией будет: как я могла принять приглашение на тренировку от Лоча, который буквально за мгновение до этого заигрывал с моей подругой. И у меня ответ был вполне оправдательный: так мы ж идем вдвоем. Причем, Долли не согласилась на свидание, но при этом на тренировку попала – и репутация при ней, и любопытство удовлетворила. Ну и за компанию отбиваться от навязчивых ухаживаний будет легче…ей.

Так претензии-то были в другом!

Зачем мне на трибунах она? Долли вообще думала, что пропуск будет на одного, и она благополучно вернется к учебе и продолжит оберегать свою репутацию верной невесты и будущей жены.

Кто ж знал, что пропуск так и будет выписан на лэсси Совер Льен, по которому на стадион прошел весь наш курс, оставив за воротами девушек Кронстона. По мнению Долли, это был мой тайный замысел. Даже спорить не буду – мысль такая закралась в голову, но я-то думала, что блондин после «лэсси Совер Льен» внесет имя как в пропусках, которые нам выдали в этой академии. Например, если бы Лоч проявлял серьезный интерес к моей подруге, то вписал бы в пропуск «лэсси Совер Льен Долорес Кортес». Следом бы, возможно, вписал и мое имя – лэсси Совер Льен Эдера Миович.

Но блондин вообще не заморачивался и внес ровно то, что я сказала, и уже перед тренировкой пожинал плоды своего легкомыслия – все пятьдесят адепток академии Сверена с легкостью прошли сквозь магическую преграду по одному пропуску.

Видели бы вы лица команды – непередаваемое зрелище. Лицо капитана вообще можно было зарисовать и после пугать им непослушную мини-мантикору.

К слову, меховая нечисть каким-то невероятным чудом сбежала из-под надзора и с невозмутимым видом ждала меня возле входа на стадион. Правда, при виде лица Итана, которое каменело с каждой адепткой, пересекшей границу стадиона, мини-мантикора, словно дождь, просочилась в мою наплечную сумку для учебников и даже не дышала, пока я не уселась на трибунах.

Вторая и третья претензия Долли ко мне были как раз к количеству нашего сопровождения, которое с воодушевлением перемывала косточки каждому члену команды, и к присутствию кошака на трибунах.

К наличию сокурсниц на тренировке претензии начались ровно в тот момент, когда ехидные замечания и смешки перешли в томные вздохи по поводу красоты и статности некоторых членов команды. Я только отмахивалась на зудение Долли, пока не услышала, как несколько наших девиц начали вразнобой петь оды капитану команды. Я даже не сразу сообразила, что они говорят про Итана.

Захотелось задать вопрос: вот эти томные вздохи и призывные взгляды все-все относятся к тому каменному злобному голему, которого непонятно как оживили магией? Пришлось глаза протереть и забрать увеличительный артефакт у Дарен, чтобы повнимательнее рассмотреть объект воздыханий и убедиться, что злобности и агрессии в этом боевике гораздо больше, чем красоты, статности, а ширина плеч и мускулы вообще ничем не отличаются от того же набора у остальных членов команды.

Про злобность и агрессию скажу отдельно – Итан так гонял по стадиону свою команду, что под конец первой части тренировки все парни дышали так надсадно, словно готовы выдохнуть вместе с воздухом собственные легкие. Монстр, одним словом.

Ну а претензии к кошаку даже у меня возникли, особенно в тот момент, когда к отдышавшимся и немного отдохнувшим парням привели летающих магических животных.

Серьезные и сосредоточенные парни в форме факультета зоомагии шли цепочкой от денников, что располагались в дальней части стадиона, к трибунам и вели за недоуздки живность немного страшненькой наружности. Там были только те, кто обладал магией и умел летать: пара мантикор, три грифона, два пегаса, гиппогриф и мини-мантикора…

Стоп!

Что⁈ Мини-мантикора?

Это как понимать⁈

Похоже, Руффи не одна такая? Или…

Глава 25
Замене НЕТ

Эдера

Мини-мантикора?

Это как понимать⁈

От неожиданности я даже опешила и некоторое время таращилась на мини-мантикору, с гордым видом идущую уже впереди всего строя магических животных. На трибунах и на поле, где стояли игроки, сначала повисло всеобщее недоумения, а потом тишину взорвал жизнерадостный заразительный смех.

Кажется, появление черного пушистика с золотыми крыльями и нелепым хвостом восприняли как шутку. И только мне было не до смеха, потому что гревшая бок сквозь сумку для учебников меховая нечисть из этой самой сумки пропала. И, судя по всему, именно Руффи вышагивала впереди, ожидая фанфары и аплодисменты, ну или приказ к началу боя.

Даже с моего места было заметно, как при виде мини копии мантикоры у Итана дернулся глаз…раза три, а костяшки на пальцах побелели. И взгляд парня зашарил по трибунам, пока не наткнулся на меня, словно нашел основного виновника данного безобразия. А я что? Это не я – главное правило начинающего артефактора, если что. Я сидела с самым невозмутимым видом, словно не из-под моего надзора сбежала рассерженная мантикора, и честно не отводила взгляда, хотя самой жутко хотелось сбежать подальше со стадиона.

Вот, спрашивается, зачем я сюда потащилась?

Именно в этот момент та часть меня, что отвечала на приглашение Лоча и тащила на стадион Долли, решила покаяться и признать, что идея была отвратительной, а я всего-то хотела показать Долли, как чувствует себя девушка, которую лучшая подруга постоянно с кем-то пытается свести. Похоже, интриган из меня так себе, да еще и животинку потеряла, причем на стадионе, полном громадных, агрессивных и голодных магических животных.

Тем временем парни из команды отсмеялись, посмахивали набежавшие слезы и принялись разбирать партнеров по воздушному бою – каждому по одному, и только к Итану подвели сразу мантикору нормального размера и грифона, на выбор, так сказать. И выбор у Итана оказался несказанно сложным, потому что мини-копия мантикоры встала впереди обоих монстров, превышающих ее по размеру раз в десять, и демонстративно прогнулась, как это делали другие животные, предлагая забраться к себе на спину.

Зоомаги фыркнули, пряча улыбки, ошалевшие от подобной наглости боевые монстры пооткрывали пасти, раздумывая, то ли проглотить непонятную животинку, то ли раздавить, а до виновницы всеобщего недоумения, кажется, начало доходить, что ей нашли замену в лице…в мордах…виде этих двух гор, возвышающихся над ней. И вот в этот момент осознания мне неожиданно стало страшно, и не за мини-мантикору, да-да!

Меховая нечисть вся выгнулась, распушилась, и зашипела да заорала так, словно мы на кладбище с настоящей нечистью столкнулись и вот-вот станем очередной жертвой неупокоенного создания. И первыми на это агрессивное мини-животное отреагировали те самые крылатые монстры, что были раз в десять больше черного котейки. Все они без исключения ощерились, зарычали-заклокотали и принялись наступать, волоча за собой зоомагов и игроков, которые с двух сторон вцепились в недоуздки.

И этой мини-версии мантикоры дать бы деру: лапами или на крыльях, – да только она, как на зло, все еще помнила себя агрессивным монстром посильнее тех, кто ее окружал с целью проучить, а именно разодрать на мелкие клочки, и считала, что справится одной лапой…правой или левой – не важно.

Свалка началась мгновенно. Кто первый ринулся в бой – было не понятно, но вокруг клубка перепутанных тел разлетались в разные стороны перья и шерсть, устрашающий рев и визг боли смешались в один трубный гул, авокруг этой битвы летала и шипела черно-золотая молния и умудрялась даже кого-то укусить и поцарапать.

Хорошо, что парни, и зоомагии, и игроки, додумались отпустить недоуздки, и их не уволокло в тот беснующийся шар магических монстров, иначе бы малыми потерями эта битва не закончилась. Парни вскоре отмерли, вспомнив, что они вообще-то должны управлять животными в любой ситуации, и в этот момент над трибунами начала расползаться магическая сеть подчинения, от которой у нормальных животных напрочь выбивало агрессию, оставляя лишь желание подчиняться.

Это была самая жестокая магия по отношению к магическим животным, которая существовала со времен первых в истории магов. Это была самая жестокая магия по отношению к тем, кто мог управлять животными без полного подчинения. Это была бездушная сила, которой было не важно, что станет после с животным, если оно не подчинится. И по отношению к магу сила тоже была безразлична, потому что, жестко подчиняя магическое животное, маг терял не только силу и способность сострадать. И именно этой силой пользовались здесь в Кронстоне, чтобы подчинить разъярившихся животных, только вот животные не пожелали подчиняться.

– Ох! – разнеслось над трибунами со стороны тех, кто не имел никакого понятия о зоомагии в Соверене – они переживали за парней.

– Они же их задушат! – взвыла Лари-Мель, вскакивая со своего места.

– Они не справляются! – вскрикнула я, увидев, что магия подчинения обтекает мечущийся в агонии клубок тел, а животные начали вести себя крайне странно: все как один затихли и устремили взоры на тех, кто, стоя в одной куче, направлял магию подчинения на животных.

А потом все животные, рыкнув, встали на лапы и на полупальцах/копытах направились в сторону парней.

Одна маленькая живность устроила настоящий переворот…

Глава 26
Сопротивление

Эдера

А потом все животные, рыкнув, встали на лапы и на полупальцах/копытах направились в сторону парней.

Что-то на стадионе пошло не так, и бывшие хозяева положения в ближайшее время должны были стать обедом для животных, чьи предки уничтожали людей ради магии.

– Ой, мамочка, – пискнула все та же Лари-Мель и начала искать взглядом выход, но тут возле нее встала Дарен и кивнула на поле.

– Надо помочь.

– У меня голова кружится от их магии, – пропищала Лари-Мель, и рядом с ней закивали еще несколько девушек, что учились вместе с нами на зоомагии – самые сильные со всего потока.

– Надо помочь, – упрямо проговорила Дарен и протянула руку, предлагая забрать часть ее силы бытового мага. – Они скоро иссушат себя, или их сожрут.

– И потом, нас после такого точно будут спасать, – с предвкушением улыбнулась Марта, поправляя воротник своего лисьего полушубка на выдающихся достоинствах. Вот как в ней сочетались зоомагия, требующая душевного отношения к животным, и любовь к меху этих самых животных?

– Точно, не все ж Эдере лежать под горой мускул – я тоже так хочу, – встрепенулась одна из девушек, что вместе с Лари-Мель планировала сбежать в числе первых. Сейчас же она взяла себя в руки и сосредоточилась на животных, что с плотоядным оскалом надвигались на парней.

Парни, было видно, направляли последние силы на животных, которые в предвкушении свежей крови даже не моргнули под тяжестью такой силы, от которой у нас, зоомагов Соверена, уже капала кровь из носа и ломило виски. Но мы встали вдоль ограждения, взялись за руки и отправили импульсы собственной магии к животным, передавая им спокойствие и умиротворение.

Не скажу, что получилось сразу и идеально – вообще, хорошо, что хоть что-то поучилось, ведь в Соверене нет и в помине таких монстров, что мы увидели вживую на стадионе. Раньше мы подчиняли исключительно домашнюю живность, спокойную, даже флегматичную, а летняя практика в королевском кирале, где нам обещали показать настоящего василиска, казалась сказкой, а не близкой реальностью.

И, тем не менее, животные остановились и недоуменно принялись озираться, пытаясь понять, что это пытается их сбить с предстоящего обеда, на который они уже основательно настроились. Эта остановка стала нашей первой победой, маленькой, но очень важной, потому что она говорила, что мы сумели настроиться на животных.

Дальше нужно было переключить внимание на другой объект, и тут нам помогли девочки-бытовики, запустившие на поле обычный маленький мячик, но наложили на него иллюзию более крупного мяча, с которым будет интересно играть всем этим монстрам. Играть животным было весьма увлекательно – они бегали, прыгали, клацали зубами возле иллюзии, отталкивая хвостами, лапами и копытами конкурентов. В общем, развлекались, только выглядело это со стороны если и забавно, то совсем немного – в основном, угрожающе.

– Молодцы, девочки, – раздался за нашими спинами голос мэссина Лианела, – но теперь нужно вернуть всех обратно и передать управление команде – парни должны вернуть подчинение тех, на ком им предстоит летать.

– Но они подавляют животных! – возразила Лари-Мель, озвучивая наше общее несогласие. – Лишают их воли!

– В данных обстоятельствах парни действовали согласно регламенту, – голос профессора стал строже, а взгляд – холоднее. – Если животное вышло из-под контроля и его не смогли подчинить снова, то оно подлежит отправке в изолятор, а далее по протоколу.

Мы разом вздрогнули, потому что фраза «далее по протоколу» во всех случаях говорила о физическом уничтожении животного, но ведь это только в случае с бешеными животными, разве нет?

Мы постепенно свернули свою магию, давая парням из команды перехватить управление животными, и напряженно вглядывались то в лица парней, то в морды крылатых созданий из детских страшилок.

Вроде, все шло нормально, но только не у Итана. Его мантикора и грифон даже не думали умиротворяться и с ненавистью отвечали рычанием и клокотанием мини-мантикоре, которая, пытаясь запугать противника, превратилась в черный меховой шарик с торчащими по бокам золотыми перышками. Парень удерживал двух магических монстров, но каждый раз, как собирался укрепить связь, миниатюра мантикоры принималась так надсадно орать, что все сбивалось: потоки подчинения, умиротворение животных, терпение Итана и…мэссина Лианела.

Профессор уже пару раз выругался под нос, поминая маму Руффи такими словами, что «твою ревизию» завхоза выглядело вполне приличным заклинанием.

– Эта мелкая дрянь доведет до того, что хороших боевых животных придется отправить под протокол, – шипел профессор зоомагии, направляя на животных заклинание подчинения. Издалека ему было сложно удержать двоих, поэтому профессор размашистым шагом отправился к эпицентру разлада, а я, незаметно для себя самой, последовала за ним, а девочки…девочки шли следом.

Профессор был силен – от его магии мы с девочками спотыкались, в висках стучало уже не молоточками, а кувалдами, пара капель крови над губой превратились с тонкую струйку. Но мы держались и упорно шли дальше. Кто мы? Зоомаги Соверена, для которых фраза «далее по протоколу» была сравнима с красной тряпкой для наремского быка – вызывала нешуточную ответную агрессию и желание спасти того, к кому это «по протоколу» собирались применить.

Так как остальные животные смиренно улеглись у ног своих наездников, то наше внимание было направлено исключительно на недовольных мантикору и грифона, и жутко рассерженную Руффи. И спасать нам, видимо, придется больших животных – маленькая меховая нечисть посмотрела на профессора пренебрежительно, а на нас с таким презрением, словно мы какие-то букашки, а не будущие зоомагии третьей третьего года обучения.

Как-то стало неловко находиться рядом со столь надменным шариком с королевскими повадками, а когда заклинание подчинения, направленное профессором на тройку рычащих монстров, стекло с животных, словно растаявшее на солнце мороженое из вафельного рожка, стало еще и страшно. Просто страшно.

И вот как теперь усмирять их?