Текст книги "В переплет по обмену, или Академия должна выстоять (СИ)"

Автор книги: Елена Ловина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 35
Семейная встреча

Итан

Оповещение придти в малый конференц-зал застигло Итана, когда он неспешно шел в сторону библиотеки – к чему спешить, если в нужной секции он так и так найдет соверенскую ведьму, но, хотя бы немного остывшую после бурной ссоры. Пусть немного спустит пар – ей полезно, хотя в гневе она выглядела на удивление…мммм…соблазнительной?

Мысль его самого удивила, но обдумать, обсмаковать, расчленить на кусочки ему не дали, а потом все итак забылось, потому что в конференц-зале его ожидал отец, Глен Вальтер Крейн собственной персоной.

Три года назад, когда Итан завалил экзамен по портальной магии, отец тоже явился почти сразу, чтобы объявить, что лишает младшего сына не только доступа к семейному бюджету, но и летнюю практику ему выхлопотал на задворках королевства, куда ссылали самых неугодных и сильно провинившихся адептов боевых академий. Еще Итану пришлось выслушать, что он своей взбалмошностью и недальновидностью сам лишил себя возможности попасть на лето в гарнизон Шаяг под крыло к старшему брату и получить действительно значимую практику на будущее, ведь после окончания академии ему по семейной традиции предстояло принять от брата этот самый гарнизон в управление. Мнения ни самого Итана, ни Глена младшего никого не интересовали, но на пути к исполнению семейного долга пришлось вносить коррективы.

В то лето Итан, на удивление, уже через три дня забыл и свой гнев, что с его желаниями и мнением не считаются, и обиду, что он всегда в семье даже не второй после Глена, а какой-то десятый, и жажду доказать всему миру, что он сам стоит больше, чем о нем думает семья. Да и как жить со всем этим багажом, если с утра до вечера только и приходилось, что открывать и закрывать порталы и выпроваживать магических гостей из соседнего мира или вылавливать их по соседним землям.

А ночью начинались воздушные бои между соседними гарнизонами, причем самым шиком считалось, что в схватку отправлялись не на полностью подчиненном животном, а на только что пойманном, «диком». Итану победить не удавалось ни разу, потому что в каждом гарнизоне были старожилы, кто в воздушном бое был на столько силен, что ни один адепт и мечтать не мог о таком успехе, но сам дух командной игры в воздухе навсегда захватил его в свои сети.

В конце практики, получив на руки вполне существенную сумму, Итан выкупил мантикору и привез ее в академию. В первую же неделю он успешно пересдал не только портальную магию, но и несколько других предметов, и через полгода уже претендовал не только на повышенную стипендию, но и на бесплатное обучение. Подумать только, в начале учебы она презирал бесплатников, не имеющих за спиной поддержку сильной семьи, а через полтора года сам им стал и при этом тихо злорадствовал, видя, как бесился отец, потеряв рычаги давления.

С того лета они с отцом виделись только на семейных праздниках, от которых не удавалось отвертеться, так что его появление в академии говорило, что какое-то из недавних происшествий тянуло как минимум на провал экзамена, угрожающий его будущему управлению в гарнизоне Шаяг. Знать бы какое из…

– Ты завел кота? – неприязнь в голосе отца была едва уловима, но этого хватило, чтобы урчащая за пазухой Руффи замолчала и затаилась, и только торчащий из отворота куртки черный пушистый бок выдавал ее присутствие.

Ответа, в общем-то, не требовалось, потому Итан только кивнул.

– Теперь понятно, почему твоя мантикора взбесилась, – выдал мужчина, хмуря брови. – Ты же знаешь, что мантикоры не приемлют любых других кошачьих на своей территории.

Теперь было хотя бы понятно, что подтолкнуло отца появиться в академии. Знать бы еще причину беспокойства – ведь не угроза над победой в турнире так переполошило семейство.

– Через пару дней из королевского питомника пришлют другую мантикору – обученную и полностью подчиняющуюся магическим приказам. И в питомник, что ты купил свою…Руф-фи и подал протест – из-за их некомпетентности едва не пострадал один из моих наследников. Думаю, они вернут тебе деньги и заберут бракованную мантикору.

Как всегда внутри закрутился ядовитый комок гнева, требующего выплеснуться наружу в яростном протесте, но с губ слетело только ироничное замечание.

– Кажется, Руффи я покупал на свои деньги, так что ты к ней не имеешь никакого отношения.

– К Руффи – нет, а вот к тебе – самое непосредственное. Даже если ты временно почувствовал здесь некую иллюзию свободы и независимости от семьи, то лишь потому что я это позволил.

Итан сжал зубы, чтобы не сказать какую-нибудь гадость – все ж главе семьи не принято откровенно хамить, даже если этого хочется до зубовного скрежета.

– Весной на одном из турниров будет присутствовать королевская семья, – отец резко сменил тему, открывая, наконец, причину своего внезапного интереса к воздушному бою. – Если проявишь себя лидером на турнире, то можно будет просить короля отменить обязательный королевский контракт и после академии сразу отправиться в гарнизон Шаяг.

И сменить, наконец, брата на дальней границе королевства, куда сердобольная матушка не сможет добраться из-за ненависти к порталам и длительным перемещениям в замкнутом пространстве кареты. С каждым новым семейным сбором гарнизон Шаяг приобретал более привлекательные черты. Единственное, как бы не пришлось в конце следующего учебного года выгрызать у брата право за должность, ведь если не сам Глен, то его супруга точно не горит желанием вернуться под семейное крыло.

– С новой мантикорой забудь эту вашу необоснованную методику «не подавления личности». С Руффи ты ее использовал, и вот куда она тебя привела.

В этот раз ругательство не слетело с губ только потому, что под курткой гневно зашипела сама Руффи и принялась активно выворачиваться, чтобы достойно ответить на подобное замечание. Благо, отца не интересовало чужое мнение, и он уже покидал конференц-зал в полной уверенности, что с ним согласились. Что ж, он имел основание так считать, ведь слова главы семьи, даже оброненные мимоходом, для сыновей были сродни магическому подчинению – очень трудно вырваться из-под их власти, практически невозможно. И если бы Руффи оставалась обычной мантикорой, он мог бы не устоять под этим подчинением и уже к ней применить подобную магию…и потерять настоящего друга.

Весь вечер, ночь и утро Итана колотило от противоречивого гнева и желания применить пожелание отца в действии, но в расписании на этот день ни значились ни занятия с магическими животными, ни тренировка по воздушному бою, так что выливать гнев приходилось на боевой тренировке, жестко подавляя желание отправиться в денники.

Зов птицы-звонаря, оповещающий о происшествии на территории застал группу Итана в конце занятия, так что даже перестраиваться не пришлось – сквозь портал шагнули в аудиторию и оказались в эпицентре женской истерики, исходящей от всегда жизнерадостной мини-пони. Отступить было правильным решением, но вот магия, что внутри требовала выхода, забурлила возмущенно, особенно, когда почувствовала конкуренцию со стороны мэссина Лианела, сжавшего в руке заклинание протокола.

С чего профессор взял, что имеет право ломать чужих питомцев, если их можно подчинить? Тем более, у Итана это получится быстро и основательно.

Кажется, двое на одну?… или на восмерых?

Глава 36
Полный раздрай

Эдера

– Я знаю, знаю, какая последняя ступень в развитии! – закричала я во все легкие, вскочила со своего места и начала тянуть руку вверх, словно я в младших классах школы, и мне срочно нужно опередить всех-всех и ответить, что будет с жуком, если ему оторвать крылья и голову.

На меня удивленно уставились все мои питомцы, а следом посмотрели и мужчины. Итан заморгал, словно стряхивал наваждение, а заклинание подчинения на его руках потухло само, осыпавшись тусклыми искрами. Преподаватель оказался сильнее и заклинание протокола не погасил, но явно заинтересовался моим восклицанием и – слава богам! – отвернулся от шокировано замолчавшей Чары.

– Прямо-таки знаете?

Я кивнула и стремительно вышла к доске, встав таким образом, чтобы оказаться между своими питомцами и мужчинами. Набрала воздуха в грудь и собралась, как на уроке, рассказать только что придуманную теорию, как вместо этого громко икнула. А затем еще раз и еще. И я бы рада была остановиться, но между двумя «иками» не наблюдалось даже мало-мальски длинного перерыва, чтобы можно было вставить слово хотя бы из трех-пяти букв, не говоря уже о целом предложении.

Если мэссин Лианел в начале смотрел заинтересовано и выжидательно, то где-то через минуту на его лицо начали наползать раздражение и недовольство, словно я своим иканием его отвлекаю от очень серьезного дела. Итан же сделал несколько шагов назад, но не ушел совсем, а встал так, чтобы, скорее всего, я не видела его лица, а сам ехидно улыбался – гад!

– Вы не переживайте, мэссин, – вышла вперед Чара, успокоившаяся в тот момент, как я перетянула внимание на себя, – с Эди все будет нормально. Она часто так икает: когда злится, нервничает или врет. Мы уже много способов знаем, как ей перестать икать – целых сто!

Наверное, Чара меня еще сильнее разозлила, раз я зачастила. Даже пришлось закрыть рот руками, чтобы не слишком громко демонстрировать, что я злюсь или – о, боги – вру. Кто бы мог подумать, что меня вот так вот подставит собственный питомец, выдав за эмоционально неуравновешенную лгунью.

– Что ж, раз сейчас вы не в силах держать ответ, хотя горели желанием, то напишите все в эссе, – раздраженно проговорил профессор зоомагии и погасил заклинание протокола. – И сокурсницам своим передайте, что с них на следующей неделе тоже эссе.

От возмущения я даже икать перестала. На лекции присутствовала куча народа, а эссе писать только нам? Несправедливо! Я бы даже высказалась, да только Руффи в этот момент решила, что моя юбка идеально подходит, чтобы поточить когти, и впилась десятью мини-кинжальчиками мне в бедро.

– Ру, нельзя! – подскочила я на месте, позабыв возмущение, и услышала от двери тихое бормотание профессора: «О, сто один способ!».

– Еще один доклад? Да ты талант напрашиваться на дополнительную работу.

А вот парень даже не скрывал иронии – смотрел насмешливо и немного сочувственно, но злило меня не это.

– Ты что же, действительно собирался направить заклинание полного подчинения на них? – я сделала широкий жест, демонстрируя маленьких безобидных зверюшек, которые смотрели на нас с Итаном такими круглыми удивленными глазами, что впору умиляться, а не прессинговать.

– Заклинанию протокола можно противопоставить только полное подчинение – тебе ли не знать теорию, – хмыкнул парень в ответ, намекая, что меня с питомцами не выпустили бы из королевства, если бы я не продемонстрировала комиссии способность управлять магическими животными.

К слову, он был почти прав, но только не знал некоторых нюансов. Меня выпустили, даже с питомцами, только на комиссии кое-кто снова икал, а животные благоразумно помалкивали, что следовало делать и в этот раз – в смысле, держать рот закрытым.

– И я, кстати, снова тебя защищал, – выдал парень, подмигнул задорно и, подхватив Руффи, направился из аудитории.

– Это как это?

Я даже рот открыла от удивления, я возле моих ног звонко поддакнули Шуша и Чара.

– Да, как это⁈

Итан остановился в дверях, загораживая почти весь проем, и отвечать начал не мне, а моим питомцам. Из-за бившего из коридора света, лицо парня оказалось в тени, но вот голос выдавал, что его обладатель вовсю веселится.

– Ваша хозяйка, должно быть, уже готова была нестись рыбкой, чтобы загородить вас от опасного заклинания. При ее тройной степени защиты можно было ожидать рикошета, а потом обвинения в нападении на преподавателя.

Я нервно сглотнула, представив вторую часть предположения, о которой я как-то даже не подумала. А про первую часть парень угадал на все сто процентов: и собиралась, и уже, в общем-то, готовилась вклиниться и начать спасать, если бы мое восклицание не отвлекло.

– Это ты прав – Эди может! – пока я приходила в себя, мои питомцы сдавали меня, так сказать, со всеми внутренностями.

Словно им было мало назвать меня лгуньей, они, восторженно улыбаясь, представили меня безбашенной и опрометчивой. Эй, мы не на свидании с неприятным сыном дамы из комитета по домашним животным – хватит меня дискредитировать!

– Она страшна в гневе! – сообщила Чара, сделав страшные глаза, словно именно ими она показывала, какой я становлюсь, когда злюсь.

– Не соглашусь, – хмыкнул Итан, – она просто бесподобна, когда злится.

И ушел.

Вот просто взял и ушел, оставив меня с пылающими щеками и непониманием. Что это было в конце? Комплимент или так просто?

Или все же комплимент?

А-а-а-а! Как узнать-то!

Полный раздрай!

Глава 37
Урок вне плана

Эдера

К вечеру удалось забыть и непонятное признание Итана, и собственное смятение, и даже ненужное и необоснованное ожидание продолжения. Голова, наконец-то, прочистилась от странного тумана, и оказалось, что иду я не в библиотеку искать литературу для доклада, а на запланированную Долли лекцию по литературе и поэзии средних веков.

Идя следом за подругой, я тщетно пыталась себе напомнить, почему мы все пошли на поводу у моей подруги, а не занимаемся каждый своим делом. Как оказалось, не я одна заполучила внеплановые задания – почти каждая в чем-то отличилась, и только Долли волновала сорванная лекция.

– Дол, мне доклад готовить, – ныла я всю дорогу, напоминая, что литература – не самая большая из моих проблем.

– Утром перед завтраком в столовой восстановим, кто чем занимался и что чертил, – отмахнулась подруга, соколиным взором высматривая запоздавших сокурсниц, – пока наши руны и твой сундук не убрали, хоть каждый прием пищи рассматривай и вспоминай, что мы там нарушили.

Я удивленно воззрилась на подругу. Не то, чтобы я сомневалась в методе, но…

– А сундук, разве, еще не убрали?

– Ты где витаешь, Эди? Мимо этой инсталляции пройти невозможно, а ты удивленные глаза строишь. Что-то у местного рунолога не получается.

На последней фразе Долли ускорилась, и уже через минуту оказалась у аудитории раньше всех, бодро распахивая широкие двери.

– Заходим, девочки, быстро – у нас полтора часа на то, чтобы понять материал.

Вокруг послышался недовольный гул, но он резко исчез, словно, сверху звуконепроницаемое заклинание набросили, стоило девушкам зайти в аудиторию и озадаченно встать каменными изваяниями напротив доски.

Лектором должен был быть Лоч, как мы все помнили, и он находился тут же возле кафедры – стоял, облокотившись небрежно, одну руку засунув в карман брюк, отглаженных до острых стрелок, а в другой, так же небрежно, сжимал огромный лиловый пион на толстом мясистом стебле. Волосы у парня были зачесаны назад, но один белый локон все время сползал на глаз, так что блондин постоянно пытался его сдуть, фыркая куда-то вбок.

За спиной парня широкий преподавательский стол был застелен льняной кипельно-белой скатертью, и все, что стояло на столе, навевало на романтику, а не на уроки: зажженные свечи, хрустальные бокалы, бутылка с вином, тарелка с сырной нарезкой и фруктами, а в промежутках все было усыпано яркими алыми лепестками.

Широкая улыбка сползла с лица Лоча, стоило первым девушкам войти в аудиторию, а когда последние протолкнулись, чтобы посмотреть, из-за чего затор, то никто бы не сказал, что на холодном аристократическом могли появиться даже намеки на предвкушение и нетерпение.

– Проходите, проходите, не стойте, – поторопил нас парень таким холодным тоном, словно собрался нас муштровать в строевом шаге, а не в литературе, – кто будет сегодня справляться лучше остальных, получит либо фрукты, либо сыр. Ну, а самая смышленая унесет с собой «Лики любви» – наверняка, на портальной станции у вас все тайники повытряхивали.

Скажу честно, в этот момент, мы все, и я в том числе, смотрели на Долли с осуждением. Не сказать парню, что будет исключительно лекция, а не свидание – это было слишком даже для повернутой на учебе девицы. Но Долли только поджала губы и выдала парню план лекции и список вопросов, на которые он должен был ответить. Кто бы сомневался, что подруга основательно подойдет к решению проблемы с «сорванной» лекцией, а на романтические потуги парня даже не обратит внимания, вернее, сделает вид – уши-то у нее под волосами покраснели, да-да.

К слову, Лоч все же подготовился. Он легко находил узнаваемые примеры, от которых мы приходили в восторг, потому что сразу же становилось понятно, как в тексте спрятаны заклинания и как их активировать. Он предлагал разные варианты прочтения одного и того же текста и мы вместе искали в нем возможные фразы для создания какого-нибудь простого заклинания. Он хвалил, рассыпался в комплиментах, улыбался обаятельно и понимающе, так что каждая из нас как минимум получила презент с тарелки, приготовленной для романтического свидания. Каждая из нас, кроме Долли.

Мою подругу парень демонстративно игнорировал: не смотрел в ее сторону, не задавал вопросов, не отвечал на ее замечания или попытки ответить. В общем, Лоч или обиделся, или выбрал другую тактику общения с моей подругой, и эта тактика работала – уши у Долли пылали, словно раскаленная кочерга, а самозаправляющееся стило было переломлено пополам – третье, между прочим, за полтора часа.

– К сожалению, до «Ликов Любви» еще никто не дотянулся, – парень взлохматил белобрысую шевелюру и убрал бутылку в сумку для учебников, – но на следующей неделе она послужит вам хорошим стимулом на нашей лекции. Кстати, кто не желает продолжать обучение – можно не приходить, ведь вам этот предмет не придется сдавать на экзаменах.

Удивительно, но никто не заявил, что не придет, а уж как девушки прощались – самый твердолобый бы осознал, что за дверью аудитории на него начнется охота, а Лоч, судя по снисходительной улыбке, с которой он отвечал на каждое «до завтра», сказанное с придыханием и кокетливой улыбкой, твердолобым точно не был.

– Долорес, нам нужно обсудить мою компенсацию и следующую лекцию, – заявил этот покоритель женских сердец таким будничным тоном, что никто бы не учуял подвоха, и только моя подруга не пожелала остаться с «лектором» наедине и попросила меня задержаться. Не зря – чутье на неприятности у нее есть.

– Мне не нужны ваши семейные приемы самообороны – достаточно поцелуя за каждый урок.

У Долли есть время подумать, а у нас с вами пофантазировать – что там будет дальше.

Глава 38
Неожиданности

Эдера

– Мне не нужны ваши семейные приемы самообороны – достаточно поцелуя за каждый урок.

Я стояла возле двери, старалась не смотреть на эту парочку и не замечать, как вокруг них искрит от возмущения, интереса и желания переломить друг друга. Похоже, они пока не догадывались, что со своим сопротивлением они вышли на очень тонкий лед отношений, о которых даже отчаянный оптимист скажет, что они бесперспективны. Но это в теории – что может случиться на самом деле, не знают даже вездесущие боги.

Долли тем временем решительно схватила парня за шею и, притянув на уровень своего роста, смачно чмокнула в лоб, оставив розовую с блеском отметку ровно в центре – словно сердечко нарисовала. А потом еще и припечатала парня каким-то бытовым заклинанием, когда тот поймал ее губы и с чувством принялся смаковать.

В такой ситуации не сложно растеряться: то ли срочно спасать подруг, то ли оставить все как есть и не вмешиваться. И даже не знаешь, нужно отвернуться или…

Пока я размышляла, подруга смогла прервать тесный контакт и вновь применила известное только ей заклинание: Лоча отшвырнуло к доске, а Долли слегка протащило в обратном направлении. Если приглядеться, то на каменной плитке можно было увидеть борозды от каблуков и черные полосы от форменных сапог.

Парень открыл было рот, чтобы что-то сказать: то ли ехидно пошутить, то ли оправдаться, – но подруга уже развернулась к нему спиной и бросилась вон из аудитории, словно за ней гнались все те монстры, которых нам сегодня демонстрировали на утренней лекции. Когда Доли пронеслась мимо меня, напрочь забыв, что я ее поджидала по ее же просьбе, то даже слепой заметил бы лихорадочный блеск в растерянных глазах и впервые за двадцать лет порозовевшие щеки. Похоже, в жизнь Долли ворвались нежданные изменения, игнорируя хорошо продуманный план на ближайшие десять лет, которым подруга, не скрывая, гордилась больше достижений в учебе.

А мне, почему-то, взгрустнулось. Даже опрометчиво захотелось какой-нибудь романтичной встряски, чтобы на время забыть и об учебе, и о возвращении обратно в Соверен, и о королевском кералле, куда мечтает отправить меня матушка. Хотя нет, про матушку я не права – у нее две мечты, которые противоречат друг другу: королевский кералль и мое счастливое замужество. Но, думаю, она еще варианты бы рассмотрела – все что угодно, лишь бы не артефакторика. Если узнает о результатах тестирования, то никакие границы ее не остановят – примчится и заберет меня из этой кузницы пробуждающихся магических способностей.

Тряхнула головой, отгоняя странные мысли, непонятно какими зигзагами ушедшие от романтических желаний к маминой неприязни артефакторики. Словно брабуг запутал и перемешал в голове все нужное и ненужное. Собралась догонять подругу, а мне в спину прилетел неожиданный вопрос от Лоча.

– У нее есть парень там, в Соверене? – спросил парень, поднимаясь с пола и потира грудь, куда пришлись оба заклинания Долли.

– Тебе не кажется, что спрашивать нужно было еще утром?

Он развел руками, словно извиняясь, но оправдываться или что-либо объяснять не стал, а я вышла, оставив вопрос без ответа – пусть спрашивает теперь у Долли, я же не желаю быть посредником – у самой какая-то сумятица в голове который день. Никакой ясности.

Вышла и едва не споткнулась о Руффи, которая растянулась вдоль порога и с наслаждением зевала, впиваясь когтями в стопку листов, перевязанную черной суровой нитью. Между черных лап была видна часть записи: «…безопасность…портальных….ний…адеп…Ит…рей».

Надеюсь, она вот это не стащила у Итана или его соседа по комнате.

– Ты ко мне? – на всякий случай уточнила у мини-мантикоры и, присев рядом на корточки, аккуратно извлекла из-под лап чей-то доклад. Хотя, почему чей-то? На титульном листе крупно было выведено имя Итана, курс и тема, так что ошибиться было невозможно – в мои руки попал реферат за первый курс по портальной безопасности. И надо думать, вряд ли Руффи могла сама найти эту стопку листов и принести мне. Невольно запылали щеки – то ли от смущения, то ли от удовольствия, – а губы против воли растянулись в широкой улыбе. Даже про подругу забыла, что надо бы ее догнать и ободрить. Сама как-нибудь разберется – не маленькая.

– Пойдем-ка с этим в библиотеку, – предложила я Руффи, пряча доклад в сумку, а затем беря мини-мантикору на руки.

Словно настоящая кошка, Руффи начала подставлять голову и шею под ласковые почесывания, а затем и вовсе затарахтела от удовольствия и растеклась на руках, словно тряпочка. Так мы и дошли с ней до библиотеки по полутемным коридорам учебного корпуса, не встретив по дороге ни одного случайно заглянувшего адепта или преподавателя.

В библиотеке тускло светили настольные колбы, за несколькими столами сидели заморенные адепты, а старичок-бибилиотекарь дремал за своей стойкой. Выбрав стол ближе к той секции, где я мучилась с книгами по портальной магии, я опустила мини-мантикору на стол, а сама принялась читать доклад.

Оказалось, что за тот реферат Итан получил на столько низкий бал, что у меня просто взыграло любопытство – в каком месте парень так крупно напортачил, что его удостоили отметки «невозможное невежество». Наверное, стоило возмутиться, что мне прислали заведомо провальный текст, но азарт – он такой – его просто невозможно обуздать здравым смыслом.

Итак, Итан Крейн, где же вы провалились четыре года назад?

Любопытство – не порок?