![](/files/books/160/oblozhka-knigi-v-lapah-irbisa-si-381573.jpg)
Текст книги "В лапах Ирбиса (СИ)"
Автор книги: Елена Ласк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)
Глава 8
– Добрый день. – На пороге моей квартиры стоял улыбчивый парень в форме одной из курьерских служб. У него в руках был красивый букет из белых и розовых пионов, который он радостно протянул мне вместе с небольшим пакетом. – Это просили передать вам с наилучшими пожеланиями.
По инерции взяла в руки всё, что он принёс, в нос моментально ударил приятный сладкий аромат. Я хотела задать курьеру вопрос не перепутал ли он получателя, но парень быстренько исчез, я бы даже сказала мастерски.
Поставила цветы в вазу и заглянула в пакет. Внутри находилась деревянная лаковая коробка с серебристым логотипом, а внутри были часы серебристого цвета с силуэтом морды барса на циферблате и записка: «Теперь ты всегда будешь знать сколько прошло времени. Ирбис». С нашей встречи прошла неделя и я почти забыла всё, что случилось в тот вечер. Голова была занята Киссой и тем, что после нашего разговора она не появляется ни дома, ни на учёбе и конечно же не отвечает на мои звонки и сообщения. Был верный вариант позвонить Барсу, но подобные порывы я безжалостно давила в себе, смирилась с тем, что пора привыкнуть к новой повзрослевшей сестре. Разумовского уговорила дать ей шанс на пересдачу, и он нехотя дал отсрочку. У него на лице было всё написано, он давно намекал, что не видит в Киссе будущего врача. Зря я надавила на неё с поступлением в медицинский, ей никогда не нравилось, возможно даже к лучшему если её отчислят, может тогда за ум возьмётся, карабкаясь в этой жизни самостоятельно.
Рассмотрев циферблат внимательнее, заметила небольшое окошечко, в котором время шло по-своему. Если я правильно поняла в нём отсчитывалось время, прошедшее с момента нашего знакомства. В них всё было продумано до мелочей: металлический браслет напоминал шкуру снежного барса выбитым на металле рисунком и фактурой, стрелки напоминали усы животного и даже замочек был в форме лапы. Оставлять подарок Ирбиса себе не собиралась, но, прежде чем вернуть, решила примерить. Часы идеально обогнули запястье, сомкнувшись на нём как влитые. Не смотря на замысловатость, не казались вычурными или вульгарными. Меня смущало одно – то, что означал этот подарок. Извинения? Плата за несостоявшийся секс против моей воли? Компенсация морального ущерба? Или он был приманкой с перспективой на будущее? Его привлекла моя девственность? Тогда напрасно он рассчитывает её купить. Секс у меня будет только с мужем. Это я давно для себя решила, а Ирбис явно не из тех, кто будет ждать первой брачной ночи. Своим принципом я не преследовала никаких особых целей, просто давно поняла, что отвратительно разбираюсь в людях, и мой шанс не напороться на того, кто банально воспользуется мной для своих плотских утех, основан на вероятности встретить человека, готового ждать.
Налюбовавшись на подарок, который собиралась вернуть вместе с пиджаком, попыталась снять с руки, но ничего не получилось, странный механизм не поддавался, будто спаялся прямо у меня на запястье. Я всё перепробовала на что хватило мозгов – часам ничего, а моё запястье натёрто до красных отметин. Так и пришлось идти на смену в больнице в них.
Яркий свет фар моментально ослепил. За ним просматривался силуэт чёрного матового автомобиля. Характерный звук предупреждал о появлении зверя. Первый порыв – ускориться, скорее скрыться в подъезде, только это станет проявлением слабости. Замерла на месте, оценивая обстановку: четыре утра, все спят, в доме не горит ни одного окна, во дворе пустынно. Он подходит ко мне в своей небрежной вальяжной манере, весь в чёрном. В его руках огромный букет из бордовых, почти чёрных лилий, аромат которых заполняет всё вокруг. Это наша четвёртая встреча, но моя спесь поубавилась после третьей. Сразу вспомнила, какими дикими глазами Барс смотрел на меня, прижав к стене обнажённым влажным телом, демонстрируя свою похоть. Внутри неприятно заклокотала тревога. Он остановился в шаге от меня, нас разделял только букет. Смотрит пристально, с интересом, доводя меня до паники.
– Красивая. – Произнёс, облизнувшись, оскалившись в улыбке. – Ты наверняка будешь хороша в постели, у вас это семейное. – По телу прошла первая неприятная ледяная дрожь. – У тебя дикий темперамент, под стать моему. Жаль не заметил сразу. Тебя будет интересно приручать, укрощать, ломать под себя.
– Ничего не будет. – Вытолкнула из себя слова, еле-еле, а глаза Барса будто вспыхнули, стебли из букета захрустели в его руке.
– Пока у меня не будет с тобой, продолжу пользоваться твоей сестрой.
– Это ваши отношения. Меня они не касаются. – Непроизвольно сделала шаг назад, а потом ещё и ещё, уперевшись в стену дома, рядом с дверью в подъезд.
Расстояние между нами не увеличилось. Барс по-прежнему находился слишком близко. Он жёстко взял меня за запястье, больно сжимая, и силой вложил в руку букет, который я крепко прижала к груди, создавая импровизированную преграду между мной и Барсом.
– Я хочу тебя. Могу прямо сейчас, прямо здесь насадить на свой член. Только это не интересно. Пресно. Так можно с любой. С тобой хочется по-другому, чтобы стояла на коленях, отсасывая, и смотрела своим диким непокорным взглядом. Я всегда получаю желаемое.
Цветы снова захрустели, когда Барс сократил расстояние до минимума, всматриваясь в мои глаза.
– Я не опущусь до подобного.
– Верно. Ты падёшь… ради сестры, которую я опущу на самое дно, когда она перестанет меня удовлетворять и надоест. Для начала, дам попользоваться парочке своих друзей, или деловых партнёров. Тебе лучше побыстрее начать соображать, чем рискуешь, отказывая мне.
– Не смей. – Руки сжались в кулаки до хруста, стало противоестественно жарко, внутри бурлила ненависть.
Барс отстранился ровно на один шаг, посмеиваясь и снова облизываясь. Не выдержала, со всей силы хлестнула изрядно потрёпанным букетом по морде Барса, остановив его издевательский смех. Он замер, стиснув челюсти и закрыв глаза, будто усмиряя в себе что-то. Это был идеальный момент, чтобы сбежать. Стоило мне сделать шаг в сторону двери, как я почувствовала на себе крепкую хватку, и удар спины о твёрдую поверхность, шею моментально сдавила рука очень опасным захватом.
– Тварь неприступная, умолять будешь, чтобы я тебя трахнул. – И дышит мне в лицо жаром, а в глазах пепелище.
Барс сделал резкое движение, будто отшвырнул меня, но я устояла. Под ногами хрустели цветы, которые я даже не помнила, когда выпустила из рук. Подняла взгляд на него, действуя иррационально, попутно проверяя шею. Барс ещё несколько секунд рассматривал меня с непроницаемым лицом, а затем улыбнулся.
– Да, именно такая, как я хотел.
После этих слов он спокойно сел в машину и уехал, а я осела на холодный асфальт, пытаясь справиться с моментальной слабостью, завладевшей телом.
В голове звенело. Не сразу поняла, что это сигнал вызова медсестры. Моментально пришла в себя, вынырнув из сна в реальность, отряхиваясь от забытых ощущений.
– Ничего себе. – Присвистнула Мила, моя коллега, когда мы переодевались после смены. Сегодня я не была готова на болтовню, чувствовала себя разбитой, только Мила намеренно этого не замечала. Она заканчивала последний курс и мечтала переехать заграницу. Её целью было стать пластическим хирургом, никем другим Мила себя не видела.
– Ты о чём? – Всё же уточнила, натягивая джинсы, надеясь, что пустой трёп поможет хоть немного отвлечься.
– О твоих часах. – Кивнула на мою руку, таинственно улыбаясь своей идеальной улыбкой, к сожалению, искусственной – последствие аварии в школьные годы. Мила сама мне как-то рассказала, признавшись, что до сих пор не может привыкнуть.
– Часы как часы, ничего особенного. – Постаралась избежать развития темы, но Мила не угомонилась.
– Разумовский подарил? Или у тебя другой состоятельный ухажёр?
– Разумовский не делает мне никаких подарков, он просто мой преподаватель и наставник. – Эти слова я повторяла раз за разом Миле, подругам, сокурсникам, особо любопытным, сующим нос не в свои дела.
– Значит, ухажёр. – Сделала свои выводы Мила. Я не хотела продолжать эту беседу, устала, двое суток без сна сказывались. – Дашь примерить? – Её глаза горели в предвкушении, только осталось потереть ладошками.
Она так и замерла в одной юбке и лифчике, дожидаясь моего ответа.
– Не могу их снять. Замочек заклинило. – Ответила честно.
– Не хочешь давать так и скажи. Переживу.
Мила отвернулась к шкафу, нервно стаскивая с плечиков блузку.
– Я не вру. Если у тебя получится их с меня снять – они твои.
Я не шутила, надеясь, что азарт Милы и её находчивость помогут мне избавиться от оков. Глаза коллеги загорелись. Сначала аккуратно, а затем нетерпеливо она предприняла безуспешные попытки расстегнуть браслет. Её мыслительный процесс отражался на лице в прищуренных глазах и постоянном покусывании нижней губы.
– М-да. – Констатировала она, устало выдохнув, плюхнувшись на скамейку.
– Я же говорила, заклинило.
– Наивная. – Ухмыльнулась, снова облизнув пухлые губы, это было её привычкой, на которую я так и не привыкла не обращать внимания. Карие глаза пробежались по мне с ног до головы, будто впервые видят. Мила сгребла свои курчавые волосы в хвост и, кивнув мне на руку, с видом учёного пояснила свою реакцию. – Это фирменные часы, стоят кучу денег, скорее всего платиновые. Их делают на заказ и вторых таких ты не найдёшь, поверь, я разбираюсь. Когда такие часы не расстёгиваются, это означает только одно – они не должны расстёгиваться. Так что, дорогая, ты попала.
– Чёрт. – Устало выдохнула я. Ещё одной проблемой больше.
Пока ехала домой, перерыла весь интернет в поисках информации о часах. Женщина, сидящая рядом со мной в автобусе, странно косилась в мой телефон, где ноли в ценах зашкаливали, недовольно сопя, и прыгая глазами с экрана на моё запястье и обратно. Так и пришлось, натянуть рукав посильнее, пряча проблему в рукаве. Судя по всему, они действительно были платиновыми, о цене старалась вообще не думать, потому что, узнай я её, подарок Ирбиса стал бы для меня ещё большей проблемой. Пока самой большой по-прежнему оставался загул Киссы.
Глава 9
– Слушаю. – Раздался в телефоне деловой, спокойный до трясучки, голос.
– Как их снять?
Я была спокойна. Приветствие пропустила совершенно случайно. Расспросы настигли меня и на работе, даже несмотря на то, что часы я носила циферблатом на внутренней стороне запястья и старалась прятать. Среди моих знакомых оказалось слишком много знатоков дорогих часов. Только доктор Разумовский придерживался деликатного молчания, хотя то и дело посматривал на мою руку. Спустя несколько дней я поняла, что бесполезно скрывать то, о чём все уже перешёптываются, выдвигая между собой версии происхождения дорогого украшения на руке не особо состоятельной девушки.
Не выдержав очередного вопроса с подтекстом одного из врачей, во время перерыва набрала номер, который с трудом нашла. Так как Кисса по-прежнему не появлялась дома, мне пришлось самостоятельно искать способ связаться с Ирбисом. В соцсетях его, конечно же, не было, по крайней мере в друзьях ни у сестры, ни у Барса я его не нашла. О личной встрече и речи быть не могло. Ирбис очень меня напугал тогда, в машине, и я больше не хотела повторять тот опыт. Был стопроцентный вариант поговорить с его братом, но я отмела эту возможность, не собираясь давать Барсу малейший повод считать меня должной ему. Часы, идеально сидевшие на руке, мешали мне жить, но не своим наличием, а невозможностью их снять. Они всё больше привлекали внимание знакомых. На лицах половины группы появлялись надменные ухмылки, стоило мне попасть в поле зрения. Сплетницы перешёптывались, мысленно ликуя подтверждению своих догадок о моей связи с Разумовским, которая всё больше укоренялась. Как будто ни от кого другого я не могу получить подарок. Ухажёров у меня всегда было достаточно. Только в нашем потоке ко мне подкатывали трое парней, один из которых сын местного олигарха. Почему никто не подумал, что это подарок от него? Неужели всем приятнее мусолить мой как бы роман с Разумовским? И всё это в разгар сессии, когда все особенно на нервах и не в себе. В итоге я не выдержала и начала искать способ связаться с Ирбисом. Ему, как оказалось, принадлежало офисное здание в центре города, но пробиться на телефонный разговор удалось с трудом, потому что по личным вопросам, со слов секретарши, было приказано не соединять. Я психанула и попросила просто передать, что звонила Ника. Меньше минуты прошло, прежде чем я услышала его «слушаю» в ответном звонке.
– Всё очень просто. – Я ждала продолжения, но оно не последовало. В трубке воцарилась непонятная тишина, напрягающая больше, чем его тон.
Всмотрелась в окно в сестринской, из которого отлично просматривались подъезжающие машины скорой помощи. Пока было тихо. И всё равно я выбрала не лучшие время и место для разговора с Ирбисом. Хотя не факт, что набралась бы смелости ещё раз. Наверно, нужно было ещё поискать варианты, возможно нашла бы человека, который знал, как снять с меня часы без их повреждения. Как назло, все как один предлагали разрезать браслет. Один, самый умный, послал меня в Швейцарию, где они были изготовлены. Все эти варианты были отложены про запас. Я убедила себя, что от одного телефонного разговора хуже не будет, но он может многое прояснить. Теперь, слушая его еле слышное ровное дыхание в трубке, моя уверенность подсдулась, его «просто» прозвучало с нотами подвоха, сложного и продуманного.
– Говори. – Выдохнула в трубку. Мне казалось, что Ирбис наверняка слышит, что дышу я тяжело, и знает, что нервничаю, хотя особого повода для этого нет.
– Только ты должна сделать всё, как я сказал. Обещай.
Никаких обещания я давать не хотела. Усиливалось предчувствие, что со мной ведут игру. Начинало казаться, что он ждал этого звонка, продумав варианты нашего диалога. Хотя нет ничего удивительного в том, что я хочу избавиться от его подарка, подпортившего мне жизнь.
– Иначе что? Они взорвутся? – Не получалось сдержать раздражение, моя нервная система не успевала подстраиваться под новые стрессы, которых, в последнее время, был перебор, причём процентов на шестьдесят из-за семьи Барских.
– Что с настроением? – Требовательный вопрос, будто я ему должна. Неужели он ждал, что я буду сыпать благодарностями за его щедрость. Удивлён, что мне может что-то не нравится и привык к другому, что ж, сюрприз.
– Нормально всё с моим настроением. Говори, что делать. – Постаралась сдержаться, всё-таки мы с Ирбисом незнакомы. Наше первое общение закончилось моим очередным испугом и окончательно взбесить и этого Барского мне не хотелось.
– Ты не дала обещание.
– Хорошо, обещаю. – Нужно было закругляться, ещё немного и наговорю лишнего.
– Отлично. Было бы здорово, если бы ты на всё так легко соглашалась. – Я сглотнула и притворилась, что не поняла о чём он. Нужно было терпеть, пока не узнаю, как снять часы. – Тебе просто нужно встретиться со мной.
Так и знала. Предсказуемое развитие событий. Банальным его способ добиваться желаемого точно не назовёшь.
– Нет. Просто скажи, как их снять. – В моём голосе не было никаких эмоций. Не хотела, чтобы он понял, что мне страшно, что перед глазами его взгляд наполненный сдерживаемой им похотью.
– Уже сказал. Ты должна быть в голубом платье. Готов поспорить, такое у тебя есть.
– Не боишься проиграть?
– Этот цвет идёт к твоим глазам, и ты это прекрасно знаешь.
– Что-то ещё? – Я спрашивала не потому, что собиралась встретиться с ним, а чтобы узнать степень его наглости. Похоже он чувствовал себя хозяином положения, и даже не рассматривал другие варианты развития событий, кроме выбранных им.
– Шпильки. – Очертания догадки становились всё чётче.
– И где же пройдёт наша встреча?
– Всё банально – в ресторане.
– Снова будешь предлагать услуги дефлоратора?
Его самоуверенность взбесила и страх отступил. Я решила говорить напрямую, без игр и уловок.
– Нет. Мы просто поужинаем. – В его тоне звучит обида. Сам виноват, что я воспринимаю его подобным образом. Ни он, ни его брат не вызывают у меня доверия. Они одна семья и одна кровь. Росли вместе, воспитывались одними родителями. В глазах обоих живёт дикость, которую я раньше не встречала ни в одном человеке.
– Когда ты хочешь встретиться? – Поинтересовалась, обдумывая, стоит согласиться или использовать альтернативные способы снять часы – вандальские.
– Предоставлю выбор тебе. – Какой широкий жест, иллюзия, что я что-то могу решать.
– Завтра.
– Я заеду за тобой в восемь.
– Лучше в шесть.
На той стороне раздалось что-то вроде смешка, за которым последовала продолжительная пауза. На этот раз я не собиралась самостоятельно её прерывать.
– Значит, в шесть. – Произнёс Ирбис странным тоном, будто что-то задумал. – Я заеду за тобой.
– Нет. Я приеду сама и уеду тоже сама. Назови адрес. – Я была готова к тому, что он сейчас выдаст что-то вроде «всё будет так, как я сказал», и это было бы замечательным поводом пойти на попятную, его внезапная податливость тревожила.
– Пришлю адрес в сообщении. До завтра, Ника.
Сообщение пришло моментально. Судя по геолокации, которую он прислал, для встречи Ирбис выбрал кафе «На набережной». Небольшое уютное заведение с довольно скромным простым меню и классически-консервативным интерьером, в котором преобладали белый, бежевый и кофейные цвета. Кажется, каждый, кто живёт в этом городе, хоть раз бывал в этом заведении, из панорамных окон которого открывается красивый спокойный вид на реку. Меня радовало, что наедине мы с Ирбисом там не останемся, негде, нет в этом заведении никаких ВИП-комнат, все посетители друг у друга на виду. Не смотря на все сомнения, убедила себя, что ничего плохого за одну встречу с этим человеком в людном месте со мной не случится и утвердилась в своём решении пойти.
Смена в больнице подходила к концу. Ночь прошла спокойно. Только под самый конец смены привезли парня, у которого пальцы на обеих руках были вывихнуты в обратную сторону. Такое я видела впервые. Было понятно, что эти травмы не результат падения, но пострадавший без конца повторял, что он неудачно упал. Все сделали вид, что поверили. К тем, кто поступает в больницу на платной основе вопросов, за исключением медицинских, необходимых для правильного лечения, не задают. Только вот дежурный врач почему-то не захотел давать парню обезболивающее, в результате чего пациент вырубился, когда ему вправляли на место очередной палец. Вступать в споры с врачами здесь было запрещено, особенно младшему медицинскому персоналу. Я медкарты не видела, существует много оказаний для обезболивающих, но наблюдая за происходящим, мне показалось, что дело было вовсе не в противопоказаниях. Оставшиеся пальцы ему вправляли в уже бессознательном состоянии, после чего определили в одну из платных палат. Врач при мне внёс запись, исключающую из списка разрешённых медикаментов обезболивающие. В кабинете только у меня было лицо, с написанными на нём недовольством и недоверием, на что доктор лишь ухмыльнулся. Конечно, по его личным меркам я никто, подстилка и протеже Разумовского. Не раз выслушивала его неоднозначные намёки по поводу особого ко мне отношения доктора Разумовского, которые я проглатывала, стараясь не раздувать пузырь, наполненный чужими домыслами. Если он лопнет, спокойно работать в этом месте мне уже не дадут.
Вернувшись домой, снова поняв, что дома одна, сразу завалилась спать. На встрече с Ирбисом мне была нужна ясная голова, чтобы окончательно покончить с его подарком и нашим знакомством.
Глава 10
Однотонное голубое платье свободного прямого кроя с коротким рукавом длиной чуть выше колена. Алые туфли на шпильке и сумка на плечо в тон, которые я одолжила у сестры. Прямые волосы на роспуск. Аккуратные стрелки и алая помада. Я выполнила все пожелания Ирбиса, намереваясь оттолкнуть своим внешним видом, решив, что подобный макияж он сочтёт вульгарным и не к месту. А ещё я смахивала на Киссу, которую он не жаловал. Только осознание, что всё равно иду у него на поводу, подпитывало мою неуверенность. В голове то и дело мелькала мысль, что зря согласилась на эту встречу. Ирбис будто играет в какую-то игру с понятными и известными только ему правилами. Всё не просто так, только выставлять себя трусихой не моя тема, никогда не грешила ложными обещаниями и никого не водила за нос, поэтому не собиралась идти на попятную. Он хочет встретиться со мной, что ж, пусть эта встреча состоится и перечеркнёт все его планы относительно меня, если они есть. Крайне глупо надеяться, что их нет, Ирбис не скрывал интереса.
Весь день, пока собиралась на встречу и добиралась до места, продумывала что буду говорить и как. Пыталась понять, как правильно вести себя с подобным человеком и в подобной ситуации. Уже когда почти добралась до места, вспомнила про свой опыт общения с его братом. Сколько всего я от того наслушалась. Вечера с лилиями неоднократно повторялись, Барс с каждым разом становился злее, а я старалась его не раздражать, цветы в лицо не швыряла, пощёчин не давала. Только ничто не выводило брата Ирбиса из себя больше, чем отказ.
«– Ещё не передумала. – Вместо приветствия.
Барс прекрасно изучил расписание моей жизни. Сегодня подловил у здания бассейна, в который я хожу каждую субботу рано утром и никогда не пропускаю, даже если сразу после нужно бежать на работу. Это мой личный способ расслабиться и абсолютно ни о чём не думать, своеобразная перезагрузка.
– Волосы сырые. Садись в машину. Твои цветы ждут тебя. – Мотнул в сторону своего чёрного чудовища, ухмыляясь, а у самого желваки ходят от напряжения, потому что уже знает, что откажусь.
– Спасибо, я на метро.
Ухмылка моментально исчезла с лица, взгляд гневно вцепился в меня.
– Ещё ни одна девушка не предпочла метро моей машине. И каждая пищала от восторга, трахаясь со мной в ней, Кисса не исключение.
– Меня никак не задевают твои слова и подробности личной жизни сестры. Если это всё, мне пора. – Обошла Барса стороной, собираясь уйти.
– Она приглянулась одному очень влиятельному человеку. Глаз с неё не сводит при встрече. Это при том, что у Раджи целый гарем. – Остановилась, чувствуя спиной укол. Барс знал, как бить, и куда.
Обернулась, всматриваясь в лицо этого человека, пытаясь понять играет он или говорит серьёзно, и как далеко он может зайти.
– Что бы Кисса к тебе не чувствовала, она не станет ни с кем спать по твоей указке. А если сама захочет переключиться на кого-то другого, я буду только рада.
Секунда, и Барс уже сжимает мою шею на затылке, всматриваясь в глаза. Я никак не реагирую, давно ждала подобной вспышки, знала, что рано или поздно он сорвётся, только всё равно оказалась не готова.
– Даже не мечтай избавиться от меня. Я могу уйти из жизни Киссы, но не из твоей. Пока не получу своего, в покое тебя не оставлю. Никуда не денешься. А теперь, если не хочешь, чтобы я окончательно взбесился, заберёшь цветы из машины.
Барс отпустил меня резко, так, что мотнуло. Попятилась от него, приводя дыхание в норму. Ног почти не чувствовала, пока шла к его машине. Он стоял не двигаясь, внимательно наблюдая. Я открыла дверь автомобиля со стороны пассажирского сиденья. Как всегда букет из семи пышных веток, связанных лентой под цвет бутонов. Подняла его с сиденья, стиснув в руке. Барс испытывал наслаждение, наблюдая как я исполняю его волю. Букет с каждым разом становился всё неподъёмнее и тяжелее, будто груз, который мне навязали. Замерла с букетом на несколько секунд, глядя на Барса. Он добился своего – я послушалась, только его радость была недолгой, у меня на лице было написано, что теперь ненавижу его ещё больше. Я ушла обычным шагом, не торопясь, зная, что на сегодня хищник сыт, и что это ненадолго.»
На набережной было немноголюдно, середина недели, людям не до прогулок. Я пришла раньше времени и нервно бродила вдоль парапета, пока не поняла, что своим внешним видом привлекаю внимание, слишком бросаюсь в глаза. После пары пошлых подкатов, остановилась, повернувшись лицом к реке, наблюдая за колебаниями водной поверхности. Почему-то вспомнила, что мы с Киссой так ни разу не побывали на море, у нас была одна общая мечта, которая так и не сбылась. Скорее всего на море мы побываем, но уже порознь, и наши планы поплавать с дельфинами и научиться сёрфингу никогда не воплотятся в жизнь.
– Прекрасно выглядишь. – Послышалось совсем рядом.
Ирбис незаметно подошёл сзади, пока я любовалась видом, оперевшись на парапет, и произнёс эти слова мне в макушку. Спина моментально выпрямилась натянутой струной, чтобы увеличить расстояние между нашими телами, только попытка провалилась. Ирбис поставил свои руки по бокам рядом с моими, заковав между собой и парапетом, практически не оставив свободного места для какого-либо манёвра. Я молчала. Не от страха. Просто не знала, что говорить. В моей голове наша встреча должна была проходить иначе, без подобного контакта тел, сдержанно и по-деловому. Именно на такую я настроилась.
– Думаю, нам стоит прогуляться перед ужином. – С этими словами Ирбис освободил меня, слегка отстранившись, только легче от этого не стало.
Обернулась, наконец рассмотрев его. Снова в костюме тройке и рубашке. Всё тёмно-синего цвета, кроме чёрных ботинок. Ирбис протянул мне руку, которую я не собиралась принимать, демонстративно сцепив пальцы в замок. Нельзя, чтобы он снова увидел испуганную до немоты девочку и даже вспоминал о ней. Сейчас мне не страшно. Только испытываемое чувство непонятной неловкости было ничуть не лучше. Всё из-за его пристального уверенного взгляда, в котором сейчас не было того, что так напугало в нашу предыдущую встречу.
– Снова скажешь, что мы никуда не пойдём, пока я не сделаю всё как ты говоришь? – Выпалила, забыв о запланированной сдержанности. С собеседником мне однозначно повезло, мои слова его никак не задели, по крайней мере, даже если это и так, Ирбис ничем себя не выдал, ни один мускул не дрогнул. Брату стоило бы поучиться этой черте у него.
– Скажу, что переживаю за твои ноги.
Ирбис гневно посмотрел мне за спину. Спустя несколько мгновений мимо нас прошли двое парней, будто обходя по странной амплитуде, а взгляд Ирбиса снова смягчился и вернулся на меня.
– Шпильки были твоей прихотью. – Почему-то чувствовала себя глупо. Мне казалось, что я выгляжу вычурно, но Ирбис не отрывал от меня взгляд, скользя по телу будто раздевая.
– Желанием. – Ответил, проведя своим взглядом снизу-вверх, замерев на моих губах. Не меньше, чем в сотый раз пожалела, что так ярко накрасилась. Ирбис мог подумать, что я польстилась и решила его соблазнить. Если это действительно так, то паршивей не придумаешь. Нельзя, чтобы он думал подобным образом.
– Как скажешь. Если мне потребуется опора я сообщу. – Старалась держать дистанцию. Все дистанции, которые возможны между людьми.
– Пойдём. – Спокойно произнёс, убрав руки в карманы, слегка развернувшись, задавая направление.
Мы шли рядом на небольшом расстоянии друг от друга. Я ждала, когда Ирбис продолжит разговор, сама этого делать не собиралась и не считала нужным. К нему у меня был всего один вопрос, который он прекрасно знал. Ирбис шёл глядя куда-то вперёд, будто забыв о моём присутствии, а я, периодически поглядывая на него, точнее, делая вид, что смотрю через него на реку. Я прекрасно понимала, что рано или поздно молчание закончится, только наша встреча казалась всё более странной.
– Пришли. – Произнёс Ирбис, остановившись рядом с пришвартованным белоснежным катером, принадлежащим кафе «На набережной». Одной из моих сокурсниц сделали на нём предложение, и чаще всего его арендовали именно для таких торжественных моментов. Только это не мой случай.
– Ты говорил, что мы просто поужинаем.
По-детски осмотрелась по сторонам. Мимо нас спокойно проходили люди. Какая-то пожилая пара недалеко от нас, перешёптывалась, улыбаясь, неотрывно наблюдая за нами. Группа из четырёх девчонок тоже ждала развития событий. Мне стало не по себе, что не скрылось от глаз Ирбиса.
– Так и будет. Для нас уже накрыт стол. – Ирбис снова протянул мне руку и замер в этом положении сковывая взглядом. – Или ты не хочешь знать, как снять часы? – Ухмыльнулся, понимая, что загоняет меня в ловушку.
– Браслет можно и разрезать. – Пустила в ход последний аргумент.
– Можно, но ты почему-то до сих пор этого не сделала. Идём, даю слово, что не трону. – И сам взял меня за руку, слегка сжимая пальцы, потянув на себя, будто его слова были гарантией. Засопротивляться я не успела, ведомая его напором, только у мостика резко затормозила, доверия тот не внушал, как и человек рядом. Ирбис раздумывать не стал, просто приподнял меня за талию, и, преодолев препятствие, поставил на палубу, отпустив лишь когда я восстановила равновесие.
– Тебе нечего бояться.
Его словам сопутствовал звук отплывающего судна.