Текст книги "Жизнь после эпилога 2 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

– Тяжело, – ответила, немного подумав. – Но мне пришлось привыкнуть, у меня просто не было выбора.

– Как и у меня… – горько вздохнула Лилиана.

– Ошибаешься, – возразила. – Выбор есть всегда. Просто нужно понять, что ты хочешь по настоящему. И стремиться именно к этому. А сейчас идем, стоит позавтракать.

Робко взяв меня за руку, словно маленький ребенок, Лилиана послушно прошла за мной в трапезную, где нас уже ждал Дэймос, и стеснительно поприветствовала моего мужа:

– Здравствуйте, магистр Рауф…

– Уже не магистр, – отрезал он довольно жестко, отчего Лили вся сжалась. – Я не преподаю, мне запрещено это императором. Но я аристократ, лорд этих земель. И командир боевого отряда на шестой заставе. Можете обращаться ко мне «господин Рауф». Это понятно?

– Да, господин Рауф, – промямлила Лилиана, на что я цокнула и с укором посмотрела сначала на мужа, который решил изобразить тирана, а потом на кузину, которая начала кусать дрожащие губы.

Дэймос на мой взгляд фыркнул и закатил глаза, Лили вообще не поняла, что я на неё смотрю, так что пришлось подталкивать её к столу и распоряжаться:

– Садись, позавтракаем.

Завтракали в тишине. Дэймос сосредоточенно, Лили – подозрительно тревожно, то и дело замирая, словно была готова в любой момент услышать гневный окрик, а вот я слегка хмурилась, то и дело поглядывая на неё. Кто это её так до невроза довел? Ну хоть аппетит есть…

В итоге поели все и я, отметив, как Лилиана с тяжелым выдохом (и явно переев) откинулась на спинку стула, первым делом спросила у супруга:

– Пройдем в кабинет? Или в гостиную?

– Давай в кабинет, – решил он и перевел взгляд на замершую Лилиану. – Идемте, леди Дювай. Пора объясниться.

Бросив на меня паникующий взгляд, тем не менее кузина отрывисто кивнула, но когда мы все поднялись, то первым делом шагнула ко мне и взяла за руку, тем самым давая понять, что нуждается в поддержке сильнее, чем кажется со стороны.

Не торопясь отмахиваться от чужой беды, я крепко сжала её ледяные пальцы, а в кабинете села рядом на диван, так и не отпустив руку. Дэймос прошел за свой стол, обстоятельно за ним расположился, устремил излишне суровый взгляд на гостью и велел:

– Рассказывайте. Почему вы здесь и в таком виде. С самого начала.

Судорожно вдохнув и шумно выдохнув, Лилиана бросила на меня странный виноватый взгляд, но потом снова повернула голову к моему мужу и заговорила:

– Всё… началось осенью. Когда я поступила в академию. Раньше я жила в совсем маленьком городке при храме. В один из дней на меня снизошла милость богов и настоятельница увидела, что из моих рук исходит благостное свечение. Именно она первая поняла, что боги одарили меня светлым даром, и помогла добраться до столичной академии. Там на приемной комиссии определили, что у меня четвертый уровень дара. Светлого дара.

Дэймос нетерпеливо кивнул, ведь прекрасно об этом знал, но пока не торопил. Наверняка видел, что Лилиане нужно собраться с мыслями, чтобы рассказать действительно всё самое важное.

– А потом я… – девушка нервно облизнула губы, – познакомилась с его высочеством.

И снова виноватый взгляд на меня.

– Сначала я не знала, что у него есть невеста. Он казался мне таким… Таким идеальным!

Судорожно вдохнув и сжав пальцы добела, она горько улыбнулась.

– Он был учтив и весел. Невероятно умен. И дарил милые подарки. Когда я узнала, что у него есть невеста, я… – её губы дрогнули, – пыталась с ним поговорить. Но он отмахнулся. Сказал, что решит проблему. И это ничего не значит. Он любит меня, я люблю его и… это главное. Я поверила. Я… – она снова посмотрела на меня, – я слышала про тебя разное. От него. Что ты бездушная. Жестокая. Тебя ему навязали, а он не хотел. А потом произошло столько всего… Ну, вы знаете. Я была уверена в том, что это правда! Что вы ужасные люди и желаете мне смерти!

Последнее она аж выкрикнула и сразу же часто-часто задышала, на какое-то время закрыв лицо ладонями, но не заплакала. Сумела справиться с эмоциями, убрала ладони и, сгорбившись, сильно прикусила губу, обняв себя руками за плечи.

– А потом… потом стало всё плохо. Мне сказали, что я должна соответствовать. Что я ничего не умею, хотя мне уже семнадцать. И это недопустимо. Меня постоянно ругали. И требовали-требовали-требовали! Ставили в пример Эржену, которая, оказывается, была безупречна во всём… Даже… он.

Она рвано выдохнула и посмотрела на меня откровенно больными глазами.

– Это было ужасно. Узнав, что ты вышла замуж и твой брак благословили боги, и нам надо съездить проверить это, я… обрадовалась. Ведь это значило, что хотя бы в дороге от меня ничего не будут требовать. Мы приехали и… я увидела тебя. Ты изменилась. Очень сильно. Ты больше не была злой. Не была бездушной. Меня это так поразило… Знаешь, я долго думала о том, почему всё так. А потом поняла, что ты стала свободной. От них. От… всего. Я пыталась поговорить с Алехандро о том, что тебя сослали в слишком ужасное место, но он… – она горько улыбнулась, – сказал, что не желает об этом слушать. Тебя для него больше не существует. А потом всё стало совсем плохо…

Глава 17

Несколько раз вдохнув и скукожившись окончательно, Лилиана замкнулась в себе, но продолжала рассказывать.

О том, что в академии стали требовать больше и настойчивее. А у нее мало что получалось. И память не особо хорошая. И манеры. И пластичности движениям не хватает. И в магии… В магии вообще всё ужасно.

И самое главное – люди.

– Родители на меня постоянно кричали, – прошептала она. – Что я их позорю. Что я обязана быть леди, а я… недоразумение. Отец много пил. То бахвалился тем, что станет тестем будущего императора, то орал, что я слишком многое позволяю его высочеству, когда он прилюдно меня обнимает. И веду себя, как… как…

Она всхлипнула, но так и не договорила явно чрезмерно бранное слово.

– А потом он погиб. Упал пьяным с лестницы. Я так плакала… и не выучила экзамен.

Лилиана подняла на меня покрасневшие глаза.

– Алехандро сказал, что я тупая. А я просто… просто не смогла. И я… я сказала, что раз я тупая, то разрываю помолвку. Пусть ищет себе умную. Настоящую леди. А он…

Её голос сорвался на сбивчивый шепот:

– Он меня ударил. И заявил, что я не просто тупая, а блаженная. Уже всё решено и не мне решать. Он говорил такие страшные слова…

Не выдержав, Лилиана всё-таки расплакалась, а я привлекла её к себе и начала гладить по спине и волосам, забирая боль предательства. Настоящего предательства…

– Что ж, – прозвучал в тишине строгий голос Дэймоса, когда кузина притихла в моих объятиях, – основное я понял. А теперь расскажите мне, леди Дювай, что вы хотите от нас?

Резко вскинувшись, Лили впилась в него блестящими от слез глазами.

– Заберите мою магию! Пожалуйста! Если я не буду больше светлой магичкой, я буду ему не нужна! Умоляю! Сделайте это! Вы ведь так хотели! Я вам разрешаю! Я сама все нужные бумаги подпишу! Какие хотите!

Темные брови Дэймоса медленно поползли к волосам, он придирчиво изучил Лилиану, а потом пренебрежительно хмыкнул.

– Ничего глупее в жизни не слышал. Леди Дювай, вы хотите умереть?

– Почему умереть? – растерялась кузина и тревожно посмотрела на меня.

– Маг без магии не жилец, – небрежно пожал плечами мой супруг, отчего Лили резко побледнела. – Да, я вам лгал в тот раз. Ритуал по изъятию магии – смертелен. Но… – Дэймос мазнул ироничным взглядом по мне, после чего снова посмотрел на Лилиану, – это уже не актуально. Я нашел иной способ решения своей проблемы. И вы мне для него не нужны. Так что давайте заново. Что. Вы. Хотите?

– Я… – голос Лилианы дрожал, а она сама выглядела откровенно растерянной, – я не знаю.

– Давай подумаем вместе, – произнесла я мягким голосом, кладя свою ладонь поверх её пальцев. – Ты хочешь свободы?

– Да!

– Ты хочешь учиться магии?

– Я… – она судорожно облизнула губы и посмотрела на меня самым несчастным взглядом, – я бездарность…

– Лили, – мой голос стал строже, но не грубым, а таким, чтобы привлечь её внимание, – это не ответ. Просто подумай. Если бы у тебя начало получаться, ты бы хотела продолжать учиться магии? Или твой ответ: категорическое нет? Ни за что и никогда?

Зашарив тревожным взглядом по моему лицу, Лили медленно и очень неуверенно кивнула.

– Хочу. Очень хочу. У меня… ну… иногда что-то получается. Но мало! Я такая неумеха…

– Тш-ш, спокойно. С этим мы разберемся. Не торопись, всему своё время. Давай дальше. Ты хочешь быть леди?

– Нет! – откровенно истерично выкрикнула Лили и снова сильно побледнела. И с надрывом повторила: – Нет! Нет, пожалуйста…

– Всё-всё. Я услышала тебя. Спокойно. – Я крепко сжала её ладонь. – Ты в безопасности. Тут тебя никто ни к чему принуждать не будет. Дыши. Дыши глубоко и ровно. Дыши…

Продышавшись вместе с кузиной, я задала новый вопрос:

– Чем ты хочешь заниматься?

– Я…

Я видела, Лили снова хочет сказать «не знаю», но эти слова так и не сорвались с губ, а через минуту она тихо выдохнула, глядя мне в глаза:

– Я хочу помогать людям.

И тут Дэймос припечатал:

– Храм.

– Что? – Мы обе повернули к нему головы и если Лили напряженно сжалась, то я удивленно приподняла брови.

– В Хайтоне очень хороший храм и порядочный жрец. Молодой, справедливый, отзывчивый. Говорил в ним на днях о разном. Ему нужна помощница. Обучать буду сам.

– Но как это защитит Лилиану от притязаний его высочества? – возразила я. – В Хайтоне проживает довольно много людей, её могут узнать, да и о светлой послушнице весть разнесется быстро.

– Тогда сначала замуж, – цинично хмыкнул Дэймос. – Потом в храм.

– За кого? – дрогнувшим голосом спросила Лили.

– Ну, не за меня уж точно, – фыркнул мой не к месту развеселившийся супруг. – Я уже женат.

Кузина почему-то сочно покраснела и бросила на меня виноватый взгляд, а я вдруг вспомнила, что в любовном романе она вроде как симпатизировала магистру Рауфу, именно поэтому доверилась, когда он увел её в свою лабораторию.

Нда… И что удивительно, ревность во мне даже не всколыхнулась! Кого тут ревновать? Вот этого малохольного воробушка? Я вас умоляю!

– Так! – выдохнула я, когда пауза затянулась. – Замуж определенно надо, но это на перспективу. А мысль с храмом хорошая. Только надо замаскироваться. Как минимум изменить черты лица, может даже добавить возраста. И ни в коем случае не использовать светлую магию. На людях! Если очень хочется, пусть заряжает алтарь и стены благостью, чтобы людям было приятно находиться в храме. Да?

Я выразительно посмотрела на супруга, намекая, что идея – моя, но помочь мне её исполнить должен он.

– Изменить внешность? – задумался он, уловив главную мысль. – Ну, в принципе можно. Есть парочка простейших амулетов. Прибавим возраста лет до сорока, наложим невзрачность… На первое время сойдет. Леди Дювай, ваше решение?

Сначала Лилиана посмотрела на меня и я проибодрила её улыбкой. Потом Лилиана внимательно изучила Дэймоса. Напоследок, что примечательно, задумалась, и только потом кивнула.

– Да, вы правы. При храме мне будет хорошо. Спасибо вам большое. А чему вы будете меня учить? – и с таким непосредственным доверительным любопытством посмотрела на моего мужа, что я вдруг всерьез задумалась, что она малость того. Блаженная.

Но, может, это и неплохо? Не всем же быть такими бессовестными циниками, как мы с Дэймосом!

– Быть светлой девой и не бояться своих сил, – иронично хмыкнул муж. – Удивитесь, леди Дювай…

– Лили, – торопливо перебила его кузина и моментально смутилась, когда муж дернул бровью. – Пожалуйста, зовите меня Лили. Без «леди».

– Хорошо, – размеренно кивнул мой супруг. – Так вот, Лили. Быть магом – не тяжкий труд, особенно когда это идет от души, а информация подана под правильным соусом. Сегодня я напишу вам ряд вопросов для самостоятельного изучения, Эржена подберет литературу. Не знаю, чему вы успели обучиться в академии, так что начнем с основ. Я не буду ничего от вас требовать, но если вы сами хотите стать магом, то обязаны знать основы. Понимать, откуда что берется и почему. К практике перейдем позже. Эту неделю живете здесь, в гостевых покоях. С этажа не выходить. Категорически. Это прежде всего в ваших интересах. Как только я договорюсь со жрецом и подготовлю для вас амулет смены внешности, то отвезу вас в Хайтон. По всем вопросам и личным просьбам можете обращаться к Эржене.

И многозначительный такой взгляд в мою сторону. Мол, твоя протеже, ты и разгребай.

На это я просто кивнула, потому что понимала, что это закономерно. И была готова нести ответственность до конца.

– Вопросы?

– Нет, – поторопилась помотать головой Лилиана. – Спасибо вам большое. Я правда очень ценю всё, что вы для меня делаете, и буду стараться.

Радуясь, что моя сестрица в целом мила и адекватна, я вместе с ней вышла из кабинета Дэймоса и задумалась, что делать дальше. План спасения всем хорош, но… Детали тоже нужно проработать!

И для начала я поинтересовалась:

– Что ты вообще любишь?

– В смысле? – напряглась Лили.

– В глобальном, – улыбнулась. – Шить, вязать, читать, готовить… Бездельничать?

– О, нет! – на меня посмотрели с легким возмущением. – В приюте при храме нас приучали к труду и рукоделию. Ну… – она чуть поморщилась, – к простому. Мы сами себе готовили, шили, прибирались. Наставница отмечала, что у меня получается аккуратно шить и вязать. И тесто у меня пышным получалось. А вот почерк у меня не очень… – она вздохнула, – и храмовые рукописи мне переписывать не дозволяли. Но читать я любила.

Последнее прозвучало с подозрительной горечью и в прошедшем времени, давая понять, что последние события эту любовь пошатнули.

Что ж…

– Это всё хорошо, – кивнула я. – А теперь ответь на вопрос: что любишь ты?

– Наверное… – она снова задумалась, причем осознанно, – вышивать. Крестиком. Это простая техника, но если тоненькими нитками и мелкий рисунок, то очень красиво получается.

Отлично! Среди своего рукоделия, до которого руки не дошли, я как раз видела подходящие ткани, нитки, иглы и даже пяльца. Будет чем занять девушку, пока Дэймос готовит амулет!

– Хорошо, идем со мной. Расскажи заодно, какие вещи любишь носить. Какого цвета и фасона? Берта съездит завтра в город, купит тебе что-нибудь на первое время.

Приведя Лилиану в свою гардеробную и выгрузив ей половину ящика того рукоделия, которое меня саму не интересовало, потихоньку смогла разговорить и на примере своих платьев выяснила, что после всех тех роскошных вещей, которыми её завалил принц, она предпочитает скромные серые и бежевые платья без вырезов и с длинными рукавами. Практически монашеские. Видимо, слова родного отца о том, что она позволяет принцу много лишнего, достигли цели и засели глубоко в душе. Или… принц действительно позволял себе лишнего?

Внимательно изучив Лилиану, не смогла понять это сама и решила спросить.

– Лили, скажи, а… Алехандро тебя только целовал или…

На меня посмотрели с ужасом.

– Нет!

Фух!

– Извини за бестактный вопрос, – повинилась, взяв её за руку. – Просто, если бы он действительно позволил себе лишнего…

– Он… – она отвела взгляд в сторону и судорожно облизнула губы, – хотел. Но его прервали. И я… – она рвано выдохнула и дернула плечом, – мама объяснила мне, что для мужчины это нормально. Хотеть… близости. Но запретила. Сказала, что если позволю, то стану порченой девкой и даже принц меня замуж не возьмет. Разочаруется. Будет пользоваться, но только как фавориткой. Как подстилкой. А в храм с правителем должна войти чистая дева. Это что-то особенное значит. Они… – она горько улыбнулась и посмотрела мне в глаза, – сказали, что раз тебя боги милостью одарили, то меня тем более одарят. Ведь я светлая. Но должна оставаться такой до свадьбы. Нетронутой. Но Алехандро, он… – она снова отвела взгляд и начала рассматривать пол, – тогда сильно разозлился, когда я пыталась разорвать помолвку. Сначала ударил, потом придушил, а потом… порвал платье. Но ему помешали. И я… – она горько усмехнулась и покачала головой, – я поняла, что это всё ложь. Всё. Он потом извинялся, говорил, что я сама его довела, но он не такой… Он просто расстроился. – Лили скривила губы и подняла на меня откровенно грустный взгляд. – Но я видела в его глазах злобу. Настоящую. Темную. На любимых так не смотрят. И я сбежала. Я дура, да?

– Нет, Лили, – я покачала головой. – Ты не дура. Ты просто юная и неопытная. Не умеешь разбираться в людях и тобой воспользовались. Прости за правду. Просто… Теперь ты знаешь, что бывает и так. Добро пожаловать во взрослую жизнь.

– Это больно.

На это мне ответить было нечего, так что я предпочла переключиться на рукоделие и следующие несколько часов помогала Лилиане отвлечься, вместе с ней подбирая ткани, рисунок, а к нему нитки и иголки, чтобы было чем занять время.

Перед обедом к нам заглянула Берта и я озадачила её внушительным списком одежды, которую стоило приобрести для Лили. Ничего сверхдорогого и роскошного, но базовый минимум ей необходим срочно.

– Я дам денег! – тут же вскинулась кузина. – У меня есть!

– Перестань, – отмахнулась. – Оставь себе на будущее. Деньги у нас есть, уж на пару платьев хватит.

– Но… как же… – растерялась Лилиана и с легким напряжением осмотрелась в комнате, где мы сидели.

Да, всего лишь в гостиной её покоев, которые не могли похвастать особо новой и роскошной мебелью, но мы и не стремились к дворцовой роскоши.

– Всё в порядке, – повторила я. – Поверь, с пары платьев мы не обеднеем. А тебе ещё на что-то жить потом. Всё, не спорь.

– Спасибо, – смущенно улыбнулась кузина и сосредоточилась на своём рукоделии, явно ощущая себя неловко.

Я же продиктовала Берте и дорожный саквояж, в который потом отправится запасная одежда, когда Дэймос увезет Лилиану в город. Не в руках же нести!

– Всё сделаю, госпожа Эржена, – заверила меня Берта. – Как раз завтра утром господин Ульрих за продуктами едет, составлю ему компанию.

После этого мы прервались на обед, причем ели вдвоём – Дэймос снова куда-то уехал, ну а после обеда, чтобы немного отвлечься от рукоделия, которым тоже невозможно заниматься круглые сутки, я предложила Лилиане почитать книгу по истории края, которая мне в своё время очень понравилась. Заодно обсудили первые пару глав и я отметила, что кузина действительно любит читать и в целом неглупая девушка. Просто… юная и наивная.

Бывает.

Следующие несколько дней прошли ровно, без потрясений. Берта обеспечила Лилиану бельем, одеждой и обувью, Дэймос вручил листок с вопросами для самостоятельного изучения, а я поделилась своими тетрадями и учебниками, подсказав, где и что искать. По вечерам мы вместе рукодельничали, обсуждая прошедший день, причем с каждым днём Лилиана выглядела всё здоровее и увереннее в себе, видя, что никто её тут не гнобит и не поучает без повода.

Смысл? Раз уж она сама решила, что венец императрицы ей не к лицу.

Интересно, что думает по этому поводу его высочество?

Этот вопрос я задала мужу однажды вечером, когда мы уже ложились спать, подозревая, что за Алехандро тоже наверняка следят бесы. И не ошиблась!

– Рвёт и мечет, бедолага, – цинично и откровенно злорадно усмехнулся мой бессовестный муж. – Чем хорошо Пограничье, сюда не каждые поисковики долетают. Так что даже личные вещи в поиске не помогают. Он догадывается, что она где-то здесь, но тут сотни километров тайги и далеко не один город. Это всё равно что искать иголку в стоге сена. Император, кстати, им крайне недоволен. Сначала одна невеста стала неугодна, потом вторая самоустранилась… Твоя не такая уж и глупая кузина, оказывается, написала ему личное письмо, которое ему передали, когда она уже подалась в бега. И там подробно расписано, что его высочество… не жених ей более. Ибо жесток, лжив и невоспитан. Леди Дювай закатывает истерики и требует найти кровиночку, а леди Инсомро уже пустила слух по светским гостиным, что принц жестоко обходился с невестой, требуя у светлой девы невозможного, и та чуть ли не самоубилась.

– Страсти какие, – покачала головой. – На нас, надеюсь, ещё никто не думает?

– Удивишься, но… думают, – поморщился Дэймос. – Архимаг. В нашу сторону уже выехал проверяющий и он лично его сопровождает, так что придется спрятать твою сестрицу чуть более качественно, чем планировал изначально.

– Куда? – нахмурилась я.

– Не «куда», а «как», – поправил меня муж, привлекая к себе. – Не волнуйся, глобально ничего не изменится. Просто временно заблокирую её магию запирающей печатью наподобие той, что высечена на твоём браслете. Плюс зеркальная экранка и ещё парочка затейливых амулетов на изменение внешности и ауры. И ни одна собака не унюхает. Завтра всё закончу и вечером сам увезу её в Хайтон. Жреца я уже предупредил, он не против.

– Он нас не выдаст?

– Нас? – Дэймос иронично приподнял брови. – А мы тут при чем? Это личное желание совершеннолетней девицы. Ну а учитывая, что она светлая, то тем более.

– В смысле?

– Считается, что если человек одарен светом, то его нельзя ни к чему принуждать, – пояснил Дэймос. – И жрец лично пообещал мне позаботиться о светлой деве, которая желает найти себя в храме и служении. Он её не выдаст, не беспокойся.

– Хорошо.

Радуясь, что для моего любимого злодея нет нерешаемых проблем, я расслабилась окончательно и с чувством и изобретательностью поблагодарила его за всё, что он для меня делает. Пускай, не только для меня, но… Это я его попросила. И в глобальном смысле он делает это именно для меня.

– Вы самый лучший муж, мой лорд.

– А вы самая бессовестная… и изобретательная манипуляторша, леди Рауф, – усмехнулся он. – Но мне нравится.

А уж мне как нравится! Словами не передать!