Текст книги "Побег в сказку и свекровь в придачу (СИ)"

Автор книги: Елена Ха

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

– Тимка! Луковка! Вы здесь! Как же славно!

– Да! Спасибо, что не бросила, хозяйка, – поклонился в пояс домовой.

– Хозяйка? – удивленно переспросила Ксюша.

– Конечно, это в трактире ты работницей была. А здесь – хозяйка! – кивнула ей шишимора.

Положительные эмоции неудержимо выплескивались радостными воплями и неизбежно разбудили Трофима.

– Жена, ты чего шумишь с утра пораньше? Голова и так трещит… – проворчал муж и перевернулся на другой бок.

– Нужно было налегать вчера на квас, а не на всякую бурду, – буркнула Ксюша и выскочила из кровати.

Подхватив своих помощников, она побежала умываться и готовить завтрак для семьи. Для Ксюши всегда было важно о ком-то заботиться, чувствовать себя нужной. Именно потеряв ощущение нужности в своем мире, она стала несчастной. Ведь когда человек тебе нужен, ты и сам о нем заботишься. Это взаимное тепло согревает сердце и наполняет жизнь смыслом.

– Мама, доброе утро! Чем это так вкусно пахнет! – ворвалась на кухню Анюта.

Ксюша чуть миску с пирогами не выронила.

«Мама…» – мысленно повторила она и широко улыбнулась своей новой дочери. Она скучала по своим, но этой милой малышке с ее открытостью удавалось развеять родительскую тоску.

– Я испекла пирог с яблоками. Ты такого точно еще не ела! – ответила она Анюте.

«Рецепт шарлотки наверняка еще не дошел до этих мест», – усмехнулась про себя Ксюша.

– Ой, Тимка и Луковка тоже здесь! У нас получилось, – обрадовалась девочка, заметив маленькую супружескую парочку.

Домовой и шишимора с удовольствием нарезали вчерашний хлеб и грели самовар.

– Доброе утро, Анюта! – с теплом поприветствовала девочку шишимора, она обожала детей.

– Ты, кажется, подросла за последние пару дней! – отвесил ребенку комплимент домовой.

– Правда? – обрадовалась Аня.

– Иди умываться и за стол, – строго сказала Ксюша, прерывая милую болтовню нечисти и ребенка. А сама взяла соленый огурец и рассол и отправилась будить мужа.

Когда молодая жена вошла в спальню, Трофим уже был одет. Выглядел он слегка помятым, но движения его, как всегда, были решительными.

– Хочешь огурчик, муженек? – с усмешкой спросила попаданка.

Воевода молча забрал ковш с рассолом и жадно осушил его.

– Огурец на завтрак съем, – сказал он и направился к выходу, но перед тем как выйти на двор остановился, обернулся и мягко проговорил, – Спасибо за заботу.

Ксюша улыбнулась мужу, подскочила и чмокнула его в щеку, а потом с гордым видом отправилась накрывать на стол.

Шарлотка всем понравилась. Плотно поев, Трофим собрался к своим дружинникам. Ему предстояло разработать план засады для разбойников, проделать огромную подготовительную работу, изучить местность.

Ксюша искренне желала, чтобы лиходеев поймали.

– Будем ждать тебя к ужину, – сказала она на прощание, когда муж, накинув плащ, собрался выходить.

Мужчина резко обернулся, обнял жену за талию, притянул к себе, горячо поцеловал и долго не отпускал, крепко удерживая в объятиях. Отступил он резко, будто боялся передумать. Ксюша даже пошатнулась от неожиданности. Трофим поддержал жену за локоток, погладил ее по щеке и ласково сказал:

– Буду скучать по тебе, жена.

И вышел.

– Я тоже, – прошептала Ксюша в закрытую дверь.

Но скучать ей было некогда. Дел в холостяцком доме накопилось море. Агафья, конечно, мыла полы и посуду, стирала грязное белье, но делала это все напоказ, в углах, чулане, под лавками скопилась многолетняя пыль. Нужно было все перемыть, перестирать, перештопать, а еще на огороде дополоть грядки, собрать подоспевшие огурцы и созревшую малину, пока ее птички не склевали.

Все дела в доме Ксюша смело поручила Тимофею. Чтобы Луковке было не обидно, но при этом опасаясь обычного случайного разгрома от шишиморы, молодая хозяйка поручила нечисти приглядеть за Аней, показать ей, как штопать. Так и девочка была при деле, и Луковка, при этом пострадали только дырки.

Когда Трофим вернулся домой, изба сверкала чистотой, вокруг витал сладкий аромат малинового варенья и полевых цветов, на столе стоял букет с лютиками и клевером.

Уплетая вкусное мясо, воеводе не удержался, спросил:

– Жена, как ты умудрилась столько всего сделать за один день?

– Мне Анюта помогала, – ушла от честного ответа Ксюша.

Ей было немного стыдно перед мужем, ведь она притащила в его дом нечисть без его разрешения. А вдруг рассердится?

– Не, я почти не помогала. Это все Тимофей. Он очень трудолюбивый, – с наивной непосредственностью выдала мачеху Анюта.

Трофим замер, не донеся ложку с рагу до рта. Откашлялся, положил ложку в котелок и, пристально глядя в глаза Ксюши, холодно спросил:

– И что же это за Тимофей? Андреев сын или, может, кузнец? И что этот Тимофей делал в доме в мое отсутствие?

Ксюша удивленно моргнула, не сразу сообразив, о чем идет речь. Только когда муж, не дождавшись ответа и приняв растерянный вид жены за признание вины, встал, попаданка поняла, что ее ревнуют.

– Муж, остановись, ты все неправильно понял! – кинулась Ксюша догонять воеводу, который решительно собрался покинуть дом.

Она подскочила к нему со спины и оплела руками, прижалась к спине и затараторила, пытаясь объяснить упрямому ревнивцу, как на самом деле обстоят дела, пока он не натворил дел. Трофим пытался разомкнуть объятия жены, но действовал слишком аккуратно, боясь причинить боль, поэтому ему пришлось выслушать правду:

– Тимофей – это домовой. Я познакомилась с ним в трактире, мы подружились. Поэтому, когда ты взял меня в жены, я решилась перенести Тимку и его жену Луковку сюда. Я знала от них, что твоя мать извела всю нечисть в твоем доме, но они хорошие. Они здорово мне помогают. И Аня их тоже любит. Прости, что не сказала… – выпалила на одном дыхании попаданка.

– Да, батюшка, не серчай. Вона сколько хорошего Тимка для нас сегодня сделал. А меня Луковка научила шить и вышивать. Я все твои рубашки заштопала, и не видать, где дырки были, – похвасталась Анюта.

Трофим развернулся в руках жены и, посмотрев по очереди на своих девочек, уточнил:

– Вы обе видите нечисть?

Девочки дружно кивнули.

Мужчина вздохнул и сурово сказал:

– Уже поздно. Всем спать.

– Значит, ты не сердишься? Им можно остаться? – заглядывая в глаза мужу, спросила Ксюша.

– Что уж теперь делать? Если они облегчат твой труд, я не против, пусть живут, – хмурясь, ответил воевода, – Но если начнут пакостить, позову мать.

– Мы не будем. Чесслово! – хором откликнулись Тимка и Луковка с печки.

– Они не будут, – передала слова нечисти Анюта.

И семейство стало готовиться ко сну. Ксюша собрала грязную посуду и налила миску молока.

– Иди мирись с мужем, я приберу, – заверил ее домовой.

Молодую жену уговаривать не пришлось. Она побежала вслед за Трофимом в баню, а войдя, с порога предложила:

– Тебе помочь?

Трофим не стал отказываться, но к помывке они перешли не сразу, вначале была долгая предварительная подготовка. В кровати они оказались только через полтора часа. Уже засыпая, Ксюша не удержалась, спросила:

– Ты меня ревнуешь? Не доверяешь?

– Прости. Доверяю. Просто ты такая молодая и красивая… – прошептал Трофим.

– А ты такой надежный и ласковый, – откликнулась жена.

Засыпали они оба счастливыми.

Неделя прошла быстро в делах и хлопотах. Никто не доставлял молодой паре проблем. Даже свекровь больше не беспокоила свою неугодную невестку. Ксюша решила, что ведьма смирилась. Напрасно…

Глава 12
Новые козни

Утро субботы было пасмурным. Мрачные серые облака висели низко над землей, предупреждая о грядущей буре. Сердце Ксюши было не на месте, то замирало в ожидании беды, то ухало в пятки от страха за Трофима. Но рядом была Анюта, и нужно было прятать свои тревоги. Поэтому молодая жена решила сегодня запечь курицу целиком, с этим блюдом нужно было повозиться, для начала поймать курицу…

Трофим был сосредоточен, позавтракал молча, только перед уходом обнял жену за плечи и строго сказал:

– Посидите сегодня дома. Хорошо?

Ксюша вздохнула и кивнула. Только тогда Трофим взял приготовленный им с вечера мешок и вышел.

В окошко девочки воеводы увидели, как во дворе их мужчина поздоровался с двумя невысокими, но крепкими дружинниками. Они не заходили в калитку со стороны площади, а по-тихому пробрались со стороны огородов. Трофим развязал мешок и дал товарищам по платью и платку, а сам пошел на конюшню. Через десять минут он вывел запряженную крепкой серой лошадкой телегу. Дружинники к тому времени уже преобразились в баб. Они стояли, вытянувшись в струнку, в длинных платьях, на головах их были повязаны платки, а на ногах красовались лапти.

Все трое уселись на телегу и выехали со двора. А Ксюша с остервенением начала ощипывать курицу. Анюта играла рядом в куклу. Почти сразу прибежала Агафья и стала ломиться в дом. Но Трофим закрыл главный вход на замок, а задний, ведущий в хлев, закрыла Ксюша на щеколду.

– Мама, а что Агафья здесь делает? – спросила Анюта.

Она хотела подойти к окну, но Ксюша не дала. Обняла девочку и спокойно сказала:

– Мы с тетей Агафьей сегодня играем в прятки. Мы спрятались в доме, но она не должна знать, что мы тут. Поэтому нам нужно сидеть тихо и к окнам не подходить. Хорошо?

Анюта улыбнулась и кивнула. Играть она любила.

Побегав вокруг дома, Агафья досадливо топнула ногой. Ксюша с замиранием сердца наблюдала за ней через вязанные занавески. Тут со стороны огородов подошел Семен и тихо спросил, но Ксюша все равно услышала:

– Ну, чего ты копаешься? Где ребенок?

– Дом заперт. Может, он отдал девочку своей матери? – расстроенно сообщила женщина.

– Жаль, не будет у парней козыря в рукаве… Но мы и без этого справимся… – усмехнулся Семен и скрылся в том же направлении, в каком и появился.

Агафья спокойно вышла через калитку.

Разговор подельников растревожил Ксюшу еще больше. Но как она ни крутила их слова, понять смысл не могла. Оставшийся день прошел без происшествий и уже клонился к вечеру, когда к дому подбежал Фома. Увидев замок, он принялся кричать:

– Оксана, Оксана! Ты где? Ты Настю не видела?

Тут уж Ксюша не утерпела, выглянула в окошко и с тревогой спросила:

– Нет. А давно она пропала?

– Ты же вроде уезжала сегодня на ярмарку? – удивился Фома.

– Так вернулась, – нашлась с ответом Ксюша.

– Я не видел, чтобы ваша телега обратно заезжала, а ведь мельницы никак не миновать на пути в село, – задумчиво откликнулся Фома.

– Если думал, что меня дома нет, чего пришел? – возмутилась девушка.

– Я в отчаянии и просто не знаю, что мне делать. Сегодня Настя утром ушла из дома, и с тех пор ее никто не видел…

– А куда она шла? – тут же принялась расспрашивать Ксюша.

– Ко мне. Мы должны были пойти на болото за морошкой.

– А вы не ссорились?

– Нет! – возмутился такому предположению жених.

Ксюша глянула на Анюту, спокойно уплетающую пирожки, и стала размышлять:

«Сама Настя сбежать не могла. Неужто ее похитили как мою сестру… Нужно поспрашивать в деревне, кто и когда ее видел в последний раз. Трофим наверняка уже должен был встретить разбойников, ведь уже вечереет. Если я выйду из дома, ему это уже не повредит. А ждать нельзя. Вдруг именно сейчас Настя в беде. Она, конечно, та еще заноза, но это от неопытности. Молодая просто еще…»

– Анюта, а пойдем в гости к бабушке? – приняв решение, спросила Ксюша.

– Пойдем. У бабушки вкусно пахнет, много травок разных. А еще она любит рассказывать истории.

– Фома, я отведу Аню к Агриппине Аристарховне, а ты пока зайди в трактир, вдруг там ее видели.

– Хорошо, – с готовностью кивнул парень и кинулся исполнять задание.

Ксюша же подхватила Анюту, вышла через черный ход и побежала к знахарке.

Не успела она забежать на двор мрачного дома ведьмы, как та собственной персоной выскочила к ней навстречу с перекошенным лицом и странным вопросом:

– А ты что здесь делаешь? Тебе что, Настя не передала послание?

– Какое послание? – опешила Ксюша.

– Вот же дура безмозглая, – досадливо топнула ногой знахарка.

Ксюша поставила Анюту на травку и, решительно шагнув к свекрови, схватила ее за плечи и как следует встряхнула. Ей даже показалось, что она услышала, как брякнули старые кости ведьмы.

– Говори, что ты опять учудила. Моя сестра пропала!

Ведьма бросила на сердитую невестку испуганный взгляд и проворчала:

– Да ничего особенного я не делала. Просто подговорила Семена дождаться тебя сегодня в полдень у его сенокоса, да попробовать соблазнить. Я знаю, что ты девка глупая, и натура твоя кошачья рано или поздно вылезет наружу! Утром встретила твою сестру да через нее и передала послание, якобы, от Семена. А она, видать, такая же неумеха, как ты!

Ведьма топнула ногой, еще и плюнула под ноги Ксюше, но невестка не обратила внимания на этот жест презрения, ее волновали совсем другие проблемы.

– Что же ты натворила⁈ – чуть не плача проговорила девушка.

Теперь перед ее мысленным взором предстал весь ужас ситуации. Трофим сказал Агафье, что поедет с женой и матерью в субботу на ярмарку. А мать подговорила одного из бандитов соблазнить в субботу невестку. Разбойники не дураки, смекнули, что их пытаются заманить в засаду. Если бы сын действительно собирался брать мать в поездку, она бы знала…

«Но почему Трофим не предупредил мать? Забыл? Или не доверяет?» – обдумывала Ксюша сложившуюся ситуацию.

– Я еще ничего не успела натворить! Но уж поверь, я тебя на чистую воду выведу, – шипела рядом Агриппина Аристарховна.

– Твой сын готовил сегодня засаду разбойникам. Агафья была их засланными ушами. Через нее Трофим дал знать банде, что поедет с женой и матерью на ярмарку. А ты своим вмешательством разрушила его планы. Семен один из бандитов. Благодаря тебе они поняли, что история с ярмаркой – ловушка! – выпалила Ксюша, решив рассказать свекрови правду. Попаданка понимала, что ей сейчас нужны соратники.

Агриппина Аристарховна пошатнулась, схватилась за сердце и прошептала:

– Как же так… Почему же он не предупредил?

– Может потому, что не хотел тебя тревожить? – предположила Ксюша, – Или видеть тебя не желал! Но не это сейчас главное. Страшно то, что разбойники догадались про засаду и не сунулись бы в нее, а раз Трофима нет, значит, случилась беда…

– Что же теперь делать? – всхлипнула знахарка, и из ее черных глаз потекли слезы.

Сердце Ксюши тут же смягчилось, видя, как мать переживает за своего ребенка. Она и сама была не своя из-за страха потерять мужа.

– Не переживай. Если он жив, мы его спасем. Но нужно найти их стойбище, – обняв свекровь, подбодрила ее невестка.

Анюта тоже обняла бабушку, поглаживая ее бок пухлой ручкой.

– Я смогу их выследить! – уверенно заявила знахарка, вытирая слезы, – Если твоя сестра пропала, скорее всего, она пошла к сенокосу, оттуда ее и прихватили. Я пройду по их следу.

– Хорошо, тогда идем к старосте, все ему расскажем, оставим Аню в его доме, там безопасно. Возьмем несколько дружинников и пойдем искать бандитов. Не мог же Трофим всех с собой забрать, – размышляла Ксюша.

– Идем! – решительно объявила Агриппина Аристарховна и заковыляла в сторону главной площади села.

Староста оказался в трактире, они с Данилой охали и ахали, слушая причитания Фомы о его пропавшей ненаглядной душечке, Настеньке.

Ксюша не стала ходить вокруг да около, подхватила под руку старосту, под вторую руку его сцапала ведьма. Вместе они увели его домой, а там обрисовали ситуацию с засадой и ролью матери в провале сына.

Староста слушал и хмурился. Стоило девушке и знахарке закончить, как он крикнул на улицу:

– Караульный!

Рядом с его домом всегда стояли на карауле пара дружинников. В дом тут же вбежал один из них.

– Быстро беги в дом Агафьи и притащи ее сюды. Но по дороге позови мне десяток крепких парней. Понял?

Парень кивнул и убежал.

– Да, Агриппина Аристарховна, натворила ты дел, – проворчал староста, когда караульный убежал выполнять его поручение, и снова громко крикнул, – Параня!

В светлицу вбежала дочь старосты, с удивлением осмотрела поздних гостей и тихо спросила у отца:

– Что случилось, батюшка?

– Не твоего ума дело. Тебе я поручаю приглядеть за Анютой. Забери ее к себе, да спать уложи. Поняла?

– Конечно… – в недоумении откликнулась девушка.

– Анюта, иди с Параней. Помнишь, я тебе утром говорила, что мы с Агафьей играем в прятки. Теперь наша очередь ее искать. Она спряталась в лесу. Там уже темно, а тебе пора спать. Утром проснешься и узнаешь, кто выиграл. Хорошо? – попыталась успокоить падчерицу Ксюша, она видела, как девочка бросает умные напряженные взгляды на взрослых.

Может, она многое из разговоров и не понимала, но тревогу мачехи и бабушки чувствовала.

– Мама, ты хорошая, ты победишь! – ответила девочка, обняла Ксюшу и поцеловала.

Только после этого послушно последовала за Параней.

Агриппина Аристарховна, наблюдавшая за этой сценой, удивленно переспросила, буравя невестку цепким взглядом:

– Мама?

– Она сама стала меня так называть. И я ее люблю как родную. Смирись, у нас с твоим сыном крепкая любящая семья, и пока все наши беды исходят только от тебя! – буркнула Ксюша.

Тут на дворе послышались громыхание лат и топот ног. Староста выглянул в окно и объявил:

– Идем, дружина явилась.

На дворе стояли десять закованных в латы, с мечами на поясе воинов. Они с немым вопросом в глазах рассматривали странную компанию: огромного старосту, хрупкую молодую и очень красивую девушку и приземистую старуху.

– Ваши товарищи попали в беду. Они хотели поймать разбойников в засаду, но, скорее всего, сами в нее угодили. Мы отправляемся их искать. Нашу знахарку вы знаете. Она вызвалась нам помочь. Будьте готовы к сложной битве, – ответил сразу на все невысказанные вопросы староста.

– Ты не можешь идти с нами, – нахмурилась Ксюша, – Ты власть. В твое отсутствие разбойники могут напасть на село. Кто будет отвечать за оборону, если тебя не будет?

– Ты права, – кивнул староста, осмотрел ряды бравых молодцов и подозвал самого рослого, – Митяй, ты будешь за главного в вашем отряде.

Митяй, чернявый, чернобровый мужик со смуглым мрачным лицом, молча кивнул и посмотрел на Ксюшу, безошибочно определив, кто будет головой в этом сложном деле.

– Мы пойдем по лесу, в ночи. Нам нужно передвигаться тихо. Поэтому вам нужно снять доспехи. Если удастся найти лагерь разбойников, они, скорее всего, будут уже спать. Охранять покой товарищей будет всего пара караульных. Поэтому из оружия лучше всего взять луки и ножи. Не стоит доводить дело до полноценного боя.

– Согласен, – кивнул Митяй, – Мы будем готовы через десять минут.

И все десять убежали. Тут вернулся парень, которого староста посылал за Агафьей. Вернулся один.

– Ее нет, – развел он руками, – Я заглянул к соседям. Они сказали, что с утра ее не видели.

– Неужели она сбежала в банду? Но почему? – удивилась Ксюша.

– Узнаете, когда ее найдете! – резонно заметил староста.

Через десять минут явились десять крепких воинов в простых черных рубахах и штанах, у каждого на поясе висел кинжал, а за спиной лук и стрелы.

– Вот, возьмите для защиты, – выдвинувшись из строя, сказал Митяй и протянул женщинам два кинжала.

Ксюша и знахарка отказываться не стали, прицепили к поясам ножны.

– Сейчас мы идем к сенокосу Семена. Он один из бандитов. Мы знаем, что сегодня он там, скорее всего, был. Оттуда будем искать след, – пояснила Ксюша Митяю, тот кивнул и спокойно последовал за двумя женщинами.

Они шли без факелов, из освещения над их головами были только звезды и полумесяц. Но знахарка передвигалась по лесной тропинке уверенно, будто у нее было кошачье зрение, Ксюша старалась не отставать и идти шаг в шаг. Дружинников позади себя она вообще не слышала, так бесшумно они передвигались.

Пройдя через небольшую полосу леса, их отряд вышел на просторную поляну, посреди которой стоял небольшой покосившийся стог.

– Подождите меня здесь, я осмотрюсь, – тихо прошелестела знахарка и исчезла, практически растворилась в ночной мгле.

Ксюше стало не по себе, она впервые задумалась: как ведьма будет искать след, она же не следопыт? Пока они собирали отряд, беседовали со старостой, попаданку больше волновали другие вопросы: жив ли Тимофей, можно ли его спасти, и что случилось с Настей? Но оказавшись ночью в лесу в компании ведьмы, ее душа затрепетала от страха иного рода.

Неожиданно где-то слева ухнула сова, и Ксюша вздрогнула всем телом, едва не упав в обморок.

– Не бойся, нынче год хороший, волкам хватает еды, они к людям не полезут, – попытался успокоить девушку Митяй.

Стало только хуже. Теперь Ксюша с еще большим ужасом всматривалась в окружающую ее тьму, до боли в висках вслушивалась в едва уловимые звуки леса. Внезапно перед ее взором предстала ведьма, в тусклом свете месяца ее морщины и мясистый нос казались зловещей маской древних идолов, вырезанной из дерева. Девушка от испуга снова схватилась за сердце.

– Чо дрожишь, как осина в дождь. Сидела бы дома у печи, раз трусиха такая, – проворчала Агриппина Аристарховна и, махнув рукой дружинникам, добавила, – пошли. Есть след.

Почти час они шли без тропинок, через буераки и заросли. Лес был таким густым, что сюда не проникал даже блеклый свет ночного светила. В чащобе стояла практически кромешная темнота. Ксюша не понимала, как так легко передвигаются дружинники и ведьма, сама она шла на ощупь. Ветки хлестали ее по щекам, цепляли одежду, рвали волосы из растрепавшейся косы. Она все чаще задумывалась, что Агриппина Аристарховна права, с чего она вообще решила, что должна возглавлять этот поход.

«Митяй справится сам с разбойниками, а ведьма точно доведет их до цели. Но возвращаться уже поздно. Дороги домой одна я не найду», – мысленно ругала себя попаданка.

Неожиданно ведьма встала столбом, растерянно осмотрелась и бухнулась прямо на кочку мха.

– Что случилось? – присев рядом, с беспокойством спросила Ксюша.

– Устала. Старая я. Чую, они где-то рядом. Но след не вижу… – призналась тихо свекровь на ушко своей неугодной невестке.

– А как ты видишь? – так же тихо спросила Ксюша.

– Человек оставляет свое тепло там, где проходит. Я его вижу. Этот след постепенно исчезает, мир поглощает наше тепло. Но здесь были люди недавно, я не вижу, потому что истощились силы. Старая я уже…

Ксюша сжала руку свекрови и решительно сказала:

– Тебе просто нужно подкрепиться!

Она осмотрелась, рядом за старым трухлявым пнем, похожим на рогатого лешего, был черничник. Ксюша стала рвать ягоды в ладошку, мысленно желая Агриппине Аристарховне набраться сил и найти сына. Насобирав горсть, она вернулась к ведьме и протянула чернику ей прошептав:

– Приятного аппетита!

Знахарка хотела отмахнуться, но что-то во взгляде невестки заставило ее послушно съесть ягоды.

– Спасибо, – буркнула она, смотря на Ксюшу исподлобья.

– Сосредоточься на тепле. Вдруг они уже так близко, что ты почувствуешь их самих, а не след, – предложила невестка.

Знахарка кивнула и решительно сказала:

– Отойдите от меня на десять шагов.

Все послушно отступили. Ксюша интуитивно держалась ближе к дружинникам, ей было страшно остаться один на один с лесом. Где-то снова ухнула сова, а сразу за ней раздался странный смех ехидны.

Ведьма тут же подскочила со своей кочки и указала узловатым пальцем в ту сторону, откуда слышались эти неприятные звуки.

– Это они. Пьяный человеческий смех я не спутаю с криком животных, – пробормотала ведьма сама себе под нос и, ловко перелезая через поваленные деревья, устремилась вперед.

Через пять минут впереди между деревьев замелькали языки пламени и стали доноситься обрывки тихого разговора.

– Так ему и надо… хотел нас обмануть, да сам пропал, – пробулькал писклявый голос.

– Да, хорошо мы сегодня покуражились. Жаль, трех парней потеряли… – откликнулся бас.

– Мы отомстили. У них все полегли!

Агриппина Аристарховна замерла, вцепившись в руку идущей рядом невестки. Ксюша тоже остановилась, всматриваясь в пятно света впереди. За деревьями хорошо была видна поляна, на которой стоял небольшой сарай, перед ним горел костер. У костра грелись два мужика, один почти такой же огромный как староста, второй хлипкий и мелкий, росточком ниже Ксюши. Чуть в стороне от костра стоял столб, и к этому столбу был привязан Трофим. Рубашки на нем не было, как и живого куска кожи. Весь в крови и грязи, он обмяк, удерживаемый только веревками. Вокруг него на земле валялись обглоданные кости и огрызки огурцов, свекольная ботва и подгнившие капустные листья.

– Эти животные заплатят за издевательства над моим сыном, – прохрипела рядом Агриппина Аристарховна, – Их рода зачахнут в муках, предки сами откажутся от таких бесчеловечных потомков. Не будет им покоя ни в Яви, ни в Нави!

Ксюша ощутила пронизывающий холод и едва устояла на ногах, а ведьма скривила губы в усмешке и обратилась к Митяю:

– Я вас привела куда надо. Теперь дело за вами!