Текст книги "В отчаянном разрушении (ЛП)"

Автор книги: Елена Дж.

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

Глава 21

АРЛО

Лицо Розалии искажается в гримасе, когда она отставляет бокал.

Мы в " Porter's Place" с Фрэнки и Клементиной. Наш столик стоит в самом центре этого проклятого места, и мне трудно удержаться от того, чтобы не погладить Клементину.

Прошло ровно два дня с тех пор, как Розалия вернулась из поездки с Гарретом, и она была не в лучшем настроении. Я пытался поговорить с ней, но она мало что мне рассказывала. Клементина, похоже, так же не в курсе событий, как и я.

На этой неделе она не появлялась в доме, как я и ожидал, если бы между ней и Гарретом что-то произошло, но, опять же, я понятия не имею, что происходит.

Официантка подходит к столу, прерывая все мои мысли, пока она принимает наши заказы на еду. Напитки уже наполовину выпиты, поэтому мы тоже просим добавки. Клементина смотрит на меня, когда приходит ее очередь говорить свой заказ, и мне приходится прочищать горло и игнорировать взгляды моей чертовой дочери и лучшей подруги, пока я изрекаю заказ, который я сделал для Клементины в прошлый раз, когда мы были здесь.

Как только официантка уходит, Фрэнки присвистывает и делает глоток своего пива. Я делаю то же самое, прежде чем хмурое выражение лица Розалии возвращается на ее лицо.

– Ты собираешься сегодня потусоваться с Гарретом? – спрашивает Клементина, наклоняясь над столом.

Она качает головой и обводит взглядом ресторан. – Нет, он занят.

Она отвечает отрывисто, и я это замечаю. Похоже, Фрэнки и Клементина тоже заметили это, так как их глаза слегка расширились.

– Что случилось, Розита? – спрашивает Фрэнки, подталкивая ее локтем. Она смотрит на него, а затем разражается искренним смехом.

Но он не доходит до ее глаз.

– Ничего, все хорошо. Просто все еще устала после поездки, вот и все. Он сказал, что хочет провести ночь с парнями со своим соседом по комнате.

– Может, это и к лучшему, – говорит Клементина. Мы все смотрим на нее, и ее щеки приобретают легкий румяный оттенок. – Вы так часто бывали там, может, он хотел просто побыть со своими друзьями, верно?

– Наверное.

Розалия вздыхает, откидываясь на спинку стула. Фрэнки хмурится, но потом наклоняется к ней и обхватывает ее за плечи. Она тихонько смеется и улыбается.

– Вот наша девочка! Никогда не позволяй мужчинам затупить эту улыбку, – восклицает Фрэнки.

Ее улыбка становится еще шире, и мне приятно видеть, что она выглядит немного лучше. Надо будет спросить ее позже, действительно ли происходит что-то, о чем она нам не говорит.

Может, Клементина сможет с ней поговорить.

Еду приносят в рекордные сроки, и мы с жадностью погружаемся в нее. Набивая свои лица, мы практически не оставляем места для разговоров. Бургеры очень вкусные, и я даже украл кусок пиццы с тарелки Розалии, пока она не заметила и не отмахнулась от меня рукой.

Фрэнки тоже кричит, пытаясь стащить кусок. Это приводит Клементину в приступ хихиканья, и это похоже на ангельские звуки. Я все больше склоняю свое тело на ее сторону, ее волосы медленно задевают мою руку, когда она вертит головой то в одну, то в другую сторону во время разговора и еды.

Это так глупо, но мне очень хочется зачесать прядь волос ей за ухо. Это чувство всепоглощающее, и кончики моих пальцев чешутся от желания сделать это.

– Эй, а это не Нейтан и Брайан? – говорит Розалия, отрывая меня от моих мыслей.

Клементина кашляет, и я тихонько похлопываю ее по спине, пока она восстанавливает дыхание. Я смотрю туда, где Розалия кивает головой, и тут я вижу их.

Моя челюсть сжимается, и я держу ладонь на спине Клементины, наблюдая, как они заходят в ресторан, и хозяйка ведет их к кабинке в другом конце зала.

– Кто? – спрашивает Фрэнки, тоже оглядываясь. Я опускаю взгляд на Клементину, чтобы оценить ее реакцию, но она не смотрит в ту сторону. Она смотрит на стол, ее губы слегка дрожат, и я это замечаю.

В этот момент я вижу только красный цвет и борюсь с желанием встать, пройти через весь ресторан и наброситься на парня. Кто бы из них ни был Нейтаном. Или оба, я бы отлупил обоих. Уверен, Фрэнки с радостью присоединится.

Розалия пожимает плечами и возвращается к своей тарелке. Но Фрэнки, кажется, замечает мой сжатый кулак и кинжалы, которые я бросаю в парней отсюда.

– Что случилось, Арло? – спрашивает он, приподнимая бровь. Я отвожу взгляд от мальчика и киваю.

– Это неважно, – заверяю я его.

Но Клементина слегка фыркает, и я ловлю ее. Моя рука еще немного поглаживает ее по спине, и Розалия пересаживается на свое место. Она наклоняется и кладет руку на руку Клементины, лежащую на столе.

Другая рука, как я замечаю, вцепилась в ее ногу. Я скриплю зубами от этого зрелища. Этот ублюдок заставляет ее делать это. Я хочу...

– Что происходит, Клементина? – спрашивает Розалия, на ее лице написано беспокойство.

Клементина молчит, пока не делает глубокий вдох и наконец не поднимает на нее глаза. – Ничего! Просто немного нездоровится.

– О нет, ты думаешь, это из-за еды? – спрашивает Розалия.

Фрэнки качает головой. – Пищевое отравление обычно проходит через несколько часов.

Я бросаю на него взгляд, и он пожимает плечами, а потом говорит: – Что? Ты же знаешь, что это правда.

– Папа, может, нам стоит просто получить чек и отправиться домой, – говорит Розалия, глядя на меня. Я киваю и еще раз похлопываю Клементину по спине, после чего отодвигаю стул и встаю.

В этот момент я смотрю в сторону стойки хостес и вижу там блондина. Это, должно быть, Нейтан. Он явно флиртует с девушкой, но в этот момент он, кажется, чувствует мой пристальный взгляд. Ему, кажется, все равно, он отводит глаза от стола, и они падают на мою девушку.

Его глаза расширяются, брови поднимаются, а на лице появляется ухмылка. Я сжимаю кулаки на боках, но прежде чем я успеваю что-то сказать или сделать, он подходит к нам.

Все тело Клементины напрягается, и я оглядываюсь на Фрэнки. Его лицо становится серьезным, когда он видит мое выражение. Его взгляд переходит на Нейтана, когда мальчик наконец-то подходит ко всем нам.

Розалия ярко улыбается, не понимая, что происходит. – Привет, Нейтан! Давно не виделись.

– Просто хотел зайти и поздороваться, – ухмыляется он, но он похож на волка в овечьей шкуре.

Клементина молчит со своего места, но Розалия наконец смотрит на нее, и ее поза меняется. Она слегка откидывает плечи назад, а затем ее глаза на малейшую секунду переходят на мои.

– Мы немного заняты. Если вам нужен Гаррет, то он к нам не присоединился. Ее слова приятны, но ее лицо говорит совсем другое.

Нейтан смеется, качает головой и смотрит на Клементину. – Все в порядке, просто хотел поздороваться.

Розалия кивает, но ничего не говорит. За столом по-прежнему тихо, и я придвигаюсь ближе к спинке стула Клементины, чтобы занять более защитную позицию.

В этот момент Нейтан замечает, как близко я к ней подхожу. Но я не уверен, о чем он думает, потому что он даже не смотрит на меня. Он смотрит на нее, и, судя по тому, как низко она опустила голову, она не обращает на него внимания. И, похоже, это его раздражает.

– Даже не поздороваешься? – говорит он, внося разлад в атмосферу. – Нас прервали в прошлый раз, когда мы разговаривали.

Я сжимаю брови, слушая его. Она все еще молчит, но потом поднимает голову и качает ею.

– Что? Не стесняйся, Клементина.

Его тон на грани дразнилки, но я вижу его насквозь.

– Она устала. Нам пора уходить, – сурово говорит Розалия.

Но Нейтану, похоже, все равно, и это заставляет мою кровь закипать. – Правда? Ну, приходи скорее, Клементина. Я видел, ты тоже ходишь на занятия этим летом? Давай я отвезу тебя домой после занятий.

И тут я срываюсь.

– Она использует мой грузовик, чтобы доехать до дома.

В этот момент Клементина поворачивает голову ко мне, а Фрэнки ухмыляется Нейтану. Нейтан выглядит раздраженным и даже закатывает на меня глаза. Я поднимаю бровь.

– Правда? – тихо спрашивает Клементина, и Розалия кивает, несомненно, просто подыгрывая моим словам. Но я говорю серьезно.

Если я дам ей свой грузовик на время летних занятий, чтобы этот подонок не подходил к ней после уроков, то я дам ей эти чертовы ключи. Я буду ходить домой пешком после работы или Фрэнки будет подвозить, мне все равно.

– Точно, – смеется Нейтан, качая головой. – Позвони мне, Клементина. Я скучаю по тебе. Ты тоже скучаешь по мне, по крайней мере, на вечеринке у бассейна мне так показалось.

Прежде чем кто-то из нас успевает ответить, Нейтан поворачивается на каблуках и идет обратно к кабинке, где ждет его друг. Я делаю глубокий вдох, и на несколько секунд за столом становится тихо.

– Боже, я и не подозревала, какой он гребаный мудак, – говорит Розалия.

Фрэнки качает головой и опирается на стол. Он смотрит на Клементину. – Он тебя беспокоит?

Она качает головой. Я скриплю зубами.

– Да, беспокоит.

Слова вылетают у меня изо рта, и весь стол смотрит на меня. Я кладу руку на плечо Клементины, и кажется, что она немного расслабляется от этого прикосновения. Я сдерживаю улыбку.

– Он?! – шипит Розалия, наклоняясь ближе, а затем откидывая голову назад, туда, где скрылся Нейтан. Ее глаза превратились в прорези, а лицо покраснело от гнева.

– Нет, нет! Ничего страшного.

– Клементина, – говорю я с укором. Ее светлые волосы каскадом падают на плечи, когда она смотрит на меня. Ее карие глаза слезятся, как будто она вот-вот расплачется. От одного этого взгляда мне хочется подойти к Нейтану.

– Ну, дай мне знать, если он будет продолжать тебя беспокоить, – подталкивает Розалия. Она наконец-то поднимает на меня глаза, а затем переводит их туда, где моя рука лежит на плече Клементины. На мгновение она изучает нас, а затем убирает сумочку на колени и роется в ней.

– Пойдем заплатим и оставим их поговорить, – предлагает Фрэнки, и я киваю, благодарный за эту идею. Он встает, а я еще раз поглаживаю Клементину по плечу, пока она не смотрит на меня, пока я иду с Фрэнки к входу в ресторан. Я практически чувствую ее взгляд на своем затылке.

– Что это было? – спрашивает Фрэнки, когда мы уже отошли достаточно далеко и подходим к официантке, чтобы расплатиться. Я достаю бумажник и протягиваю его девушке, а затем поворачиваюсь к своему лучшему другу.

– Это намного больше, Фрэнки. Больше, чем я готов признать, – говорю я с тяжелым вздохом. Он поднимает бровь в ответ.

Официантка возвращает мне карточку с чеком, я даю чаевые и расписываюсь на ней, после чего мы возвращаемся к столику, чтобы забрать девочек.

– Я прикрою тебя, чувак, – быстро бормочет Фрэнки, и я протягиваю руку, чтобы хлопнуть его по плечу и притянуть к себе в объятия.

Девочки собирают свои вещи, прежде чем встать, и Клементина выглядит немного лучше. Ее руки сцеплены перед собой, и это успокаивает мои нервы.

Розалия выглядит нерешительной, и я понимаю, что ей было бы проще узнать, но это не моя история.

Я думаю, что Клементине будет полезно рассказать ей. Розалия – ее лучшая подруга, и ей нужен кто-то в такие моменты. Я хочу быть этим человеком для нее, но иногда тебе просто нужна лучшая подруга, которой можно выговориться. К тому же это не та область, в которой я хорошо разбираюсь, чтобы оказать поддержку. Розалия может дать ту женскую точку зрения, которая действительно поймет Клементину.

Мы молча выходим из ресторана на парковку. Фрэнки обнимает Розалию, прежде чем отдать мне честь, а затем все остальные направляются к моему грузовику. Я открываю двери, чтобы девушки могли забраться внутрь, и мы отправляемся в путь.

Клементина сидит сзади, и я чаще, чем обычно, смотрю в зеркало заднего вида, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Она тихая, как мышка, даже когда Розалия поет песни по радио.

Но на мгновение наши глаза встречаются, и она слабо улыбается, от чего у меня немного отлегло от сердца.

Глава 22

АРЛО

Как только мы оказываемся дома, Клементина отмахивается от нас и говорит, что идет спать, а я с Розалией отправляюсь на кухню. Она не так разговорчива, и я не думаю, что сейчас подходящее время расспрашивать ее о поездке или Гаррете. Я хочу, чтобы у нее было пространство и время, чтобы рассказать мне.

– Buenas noches, – говорит она, прежде чем поцеловать меня в щеку, и я крепко сжимаю ее. Она убегает по лестнице, а я отправляюсь в свою комнату, чтобы приготовиться ко сну.

И только когда я выхожу из душа и возвращаюсь в спальню, обернув полотенце вокруг талии, моя дверь со скрипом открывается. Я сужаю глаза, гадая, не нужно ли что-то Розалии, но в этот момент вижу вспышку светлых волос и Клементину, входящую в комнату. Она тихо закрывает дверь и поворачивается, подпрыгивая при виде меня.

– Я думала, ты уже спишь.

Я ухмыляюсь. – Ты планировала разбудить меня или что-то в этом роде?

Она крутится возле двери, пока медленно не подходит к кровати. Она одета в голубые атласные шорты и майку. Ее соски твердые и проступают сквозь ткань. Я облизываю губы при виде этого, и она улыбается.

Мои ноги быстро подбираются к краю кровати, где она сидит. Она поднимает голову и смотрит на меня, а затем ее взгляд перемещается вниз по моему торсу, где лежит полотенце.

– Тебе нравится то, что ты видишь, Girasol?

Она кивает, а затем приподнимается на кровати и манит меня взглядом. Ей не нужно повторять дважды.

– Я хотела спуститься вниз, чтобы выпить стакан воды, – говорит она, – но потом увидела твою дверь, и у меня появились другие идеи.

Она добирается до центра кровати, и я позволяю полотенцу соскользнуть с моей талии. С ее губ срывается хныканье, когда я наклоняюсь, чтобы взять ее за лодыжки и раздвинуть их.

Я доползаю до конца кровати и провожу губами по ее икрам, бедрам, а затем по ее прикрытой киске.

– Я не могу насытиться тобой, – говорю я совершенно искренне. Она не спорит. Она лишь приподнимает бедра, заставляя мой рот прижаться к ее обтянутой одеждой киске, и я стону, закрывая глаза на короткий миг.

Она так сладко пахнет, и я знаю, что ее вкус будет таким же приятным. Поскольку Розалия уехала на целую неделю с Гарретом, у нас с Клементиной было много-много времени для близости. В памяти всплыло краткое воспоминание о том, как я ел ее на кухонном острове. А потом даже на заднем дворе, где она лежала обнаженная на шезлонге, а я заставлял ее выкрикивать мое имя больше часа.

Это было мое любимое время на этой неделе.

– Ты мне нужен, Арло, – умоляет она. Ее бедра слегка дрожат, когда она пытается сжать ноги вместе, но мои руки крепко обхватывают ее колени, не позволяя ей двигаться. Она снова бьет бедрами, и я утыкаюсь носом в ее киску.

– Правда? – спрашиваю я дразнящим тоном, наклоняясь губами к внутренней стороне ее бедра и захватывая ее плоть зубами, слегка покусывая. Она извивается и старается не издавать тихих возгласов.

– Д-да, папочка, – хнычет она. Услышав эти слова, сорвавшиеся с ее губ, я оказываюсь в другом измерении.

Мне никогда не нравилось, когда меня так называли, когда я оказывался с кем-то в постели. Но то, как она это произносит... это делает меня чертовски твердым. От этого мне хочется овладеть ею, раздвинуть ее, трахать ее и изливать в нее свою сперму, пока она не наполнится мной.

Пока она не станет круглой и полной меня...

Она снова застонала от давления моих рук на ее бедра. Я даже не осознавал, что сжимаю ее так сильно, я был погружен в свои мысли. Мысли, к которым я не был готов. Как будто она открывает нового Арло Сантоса и даже не подозревает об этом.

– Ты нужен мне внутри, пожалуйста, папочка, – снова шепчет она, протягивая руку вниз, чтобы схватить меня за волосы. Ее изящные пальчики обхватывают пряди и сильно дергают. Я рычу, прежде чем переместить руки к поясу ее шорт и стянуть их вместе с трусиками. Я стягиваю их с ее лодыжек и позволяю им упасть на землю.

– Ты хочешь, чтобы я наполнил тебя своим членом? – спрашиваю я, упираясь руками в ее бедра, а затем прижимаю язык прямо к ее киске, проникая сквозь губы, чтобы добраться до клитора. Она откидывает голову назад на матрас, бормоча под нос. – Хочешь быть такой чертовски полной мной, чтобы из твоей киски вытекала моя сперма? А? Ты этого хочешь?

Мои слова вылетают быстро, и я даже не узнаю себя. Я никогда раньше не произносил этих слов. Никогда.

Она только кивает и закрывает глаза, пытаясь крепко вцепиться в мои волосы. Я снова прижимаю язык к ее клитору, а затем скольжу по ее губам и дразню ее вход. Ее мычание и движения бедер становятся беспорядочными – она так мокрая для меня.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, – умоляет она в перерывах между потугами.

Моя эрекция прижимается к матрасу, пытаясь найти хоть какое-то облегчение. Но мне нужно подготовить ее. Я слишком большой для нее, если я этого не сделаю.

Я еще немного поводил языком, прежде чем надавить пальцем на ее вход и медленно ввести его. Ее крики становятся немного громче, но она изо всех сил пытается усмирить себя.

– Тебе придется вести себя тихо, bebita, – предупреждаю я. Я продолжаю нажимать на палец, пока не дохожу до костяшки. Затем я ввожу и вывожу его из нее, после чего пробую второй палец.

От этого она дергается и извивается в моих руках, а ее лицо так покраснело, когда я наконец поднял глаза. Она так старается для меня.

– Ты так хорошо делаешь для меня, bebita. Такая хорошая девочка, ты знаешь об этом?

Я хвалю ее, прежде чем ввести оба пальца очень глубоко и найти ту губчатую часть, которая заставляет ее ноги дрожать, дыхание усиливается, а из ее красивых губ вырываются восклицания.

– Мне нужно больше, пожалуйста, – едва слышно произносит она.

– Думаешь, ты готова к моему члену? – Я дразню ее, добавляя третий палец, и это заставляет ее тело извиваться. – Mi nena preciosa, ¿estás lista para más68?

Она кивает головой, когда я поднимаю взгляд, и я вытаскиваю пальцы, облизывая их дочиста. Матрас прогибается, когда я встаю и наконец-то позволяю себе доставить удовольствие. Я обхватываю рукой свой член, позволяя большому пальцу скользить по стволу, и вздрагиваю. Из кончика вытекает сперма, и он умоляет о ее сладкой киске.

– Ты хоть понимаешь, что ты делаешь со мной, Girasol? Ты сводишь меня с ума. Un hombre loco. Que triste. Te necesito, por favor, bebita69.

– Entonces ven70, папочка, – говорит она, поднимая руки, чтобы схватить меня. Я падаю на кровать, нависая над ней и держа свою ногу между ее ногами, чтобы она была раздвинута для меня. Мой член упирается в ее бедро, а

кончик касается ее киски, и мне требуется все, чтобы не кончить прямо здесь.

– Презерватив? – спрашиваю я на коротких вдохах, уже чувствуя, что умру от ее тугой киски. Это лучшее чувство, и я хочу испытывать его снова и снова.

Она качает головой, и я поднимаю бровь. Мне становится интересно, испытывает ли она те же откровения, что и я. Что ее посещают те же больные мысли, что и меня, когда я трахаю ее в чистом виде.

Первые несколько раз после жары в бассейне мы пытались использовать презервативы, но она чувствуется так охренительно хорошо, когда ничего не мешает. Хотя я стал лучше справляться с этим, вытаскивая ее как можно раньше, чтобы усилить меры безопасности.

В тот день в бассейне я кончил в нее один раз, но с тех пор я думаю об этом почти каждый день. Я хочу кончать в нее каждый день, если она мне позволит. Наполнить ее до краев. Пусть она течет по ее ногам.

– Мне нравится чувствовать тебя всего, Арло. Пожалуйста, – улыбается она.

Я несколько раз провожу рукой по своему члену, а затем наклоняюсь внутрь, и мой кончик скользит по ее длине, а затем упирается в ее вход. Она слегка покачивает бедрами, чтобы кончик немного вошел, и я стону.

– Bebita, я долго не протяну.

Она молчит, пока я толкаю бедра вперед, и мой член медленно входит в нее. Мы оба шипим от этого ощущения, и я клянусь, что мои глаза почти закатились к затылку. Она чувствуется так, так хорошо. Я чувствую себя отчаявшимся мужчиной, который каждый день гонится за этим кайфом.

– Пожалуйста, еще, еще, – умоляет она, пока я продолжаю толкаться в нее. Ее лодыжки пытаются обхватить меня и сомкнуться вместе, чтобы удержать меня внутри нее.

– Я дам тебе больше, – говорю я сквозь скрежет зубов. В этот момент я наклоняюсь и хватаюсь другой рукой за изголовье кровати и ее талию. Ее глаза расширяются, прежде чем она осознает, что я делаю.

Одним резким движением и щелчком бедер мой член входит в нее до упора. Я кончаю за миллисекунды, и она вскрикивает, зажав рот рукой, чтобы Розалия не услышала

наверху.

Мы оба молчим, пытаясь услышать, проснулась ли она, но в доме тихо. Я стону и чувствую, как ее киска сжимается вокруг меня. Черт, она идеальна.

– Пожалуйста, подвинься.

Ее голос звучит тихо, и я киваю, отстраняясь, а затем снова подавая бедра вперед. Я провожу рукой от ее талии к задней части ее колена, чтобы освободить его от ее спутанных лодыжек за моей спиной. Я поднимаю ее ногу, пока ее колено не оказывается у ее груди, заставляя меня войти еще глубже.

– Черт возьми! – шепчет она, зажмурив глаза от ощущения. Я так глубоко вошел, что смотрю вниз и расширяю глаза.

– Господи, Girasol. Ты видишь это? Я прямо здесь, – говорю я, убирая руку с изголовья и укладывая ее на низ живота. Ощущение того, что мой член торчит в ней так глубоко, что я могу чувствовать ее, приводит мой разум в неистовое бешенство.

– Ммф, – пропищала она сквозь сжатые губы. На ее лбу выступили бисеринки пота, и я выдохнул с досадой, не отрывая взгляда от ее нижней половины.

Я двигаю бедрами вперед-назад, наблюдая за открывающимся передо мной зрелищем. С каждым движением бедер выпуклость невероятно увеличивается.

– Хочешь, чтобы я наполнил тебя своей спермой, детка?

Я задыхаюсь, когда мои толчки становятся быстрее. Я все ближе и ближе к своей разрядке и отчаянно надеюсь, что она позволит мне кончить в нее.

– Арло, – хнычет она, ее кулаки хватаются за простыни, а затем пытаются найти что-нибудь еще, за что можно ухватиться. И тогда они наконец находят опору по бокам моего лица. Ее руки теплые, и она притягивает меня к себе, чтобы поцеловать. Ее губы мягкие, и я хочу наслаждаться этим ощущением некоторое время. В этот момент она вскрикивает, когда мои толчки становятся все глубже и сильнее.

– Отвечай, – требую я, когда наши губы на мгновение расходятся.

– Да, да, пожалуйста. Пожалуйста, папочка, пожалуйста, наполни меня.

– Да?

Она кивает, снова целуя меня. Ее свободная нога обхватывает мою талию, но я ловлю ее за колено и подтягиваю к груди, так что теперь она у меня согнута. Этот угол вводит меня глубже, и мой член пульсирует от желания вырваться.

– Д-да, – скулит она. – Наполните меня,

сэр. Пожалуйста! Я нуждаюсь в этом. Ты мне нужен, – почти кричит она.

Я проталкиваюсь еще глубже и стону, срывая с губ целую вереницу восклицаний.

– Черт. Что я буду с тобой делать? Наполню тебя своими детками?

Ее киска сильно сжимается вокруг меня, и это пробуждает во мне новый интерес. У нее определенно те же мысли, что и у меня.

– О, тебе нравится эта идея?

– Да! – кричит она.

– Полно моих гребаных малышей, да? Черт возьми, я бы тогда каждый день тебя наполнял.

С последним толчком бедрами я стону и падаю на нее, но хватаюсь ладонями за ее голову, чтобы не раздавить ее. Мой член быстро пульсирует, выбрасывая веревку за веревкой спермы. Мои ноги неконтролируемо трясутся, и даже пальцы на ногах выгибаются.

Это, должно быть, один из лучших оргазмов в моей жизни.

Ее бедра снова оказываются рядом с моей талией и обхватывают меня, прижимая к себе. Удерживая меня внутри нее еще некоторое время. Мое дыхание неровное, и я чувствую, как быстро бьется ее сердце под мной.

– Так хорошо, так хорошо, – шепчет она, беря рукой мои волосы и проводя по ним пальцами. Я наклоняюсь навстречу прикосновениям и позволяю своему телу расслабиться еще немного, медленно опускаясь все ниже и ниже на ее тело, пока не убеждаюсь, что почти весь мой вес находится на ней.

Я зарываюсь головой в ее шею и целую ее кожу. Ее киска снова сжимается вокруг меня, и я стону.

– Basta, Клементина. Если только ты не хочешь, чтобы я трахал тебя еще сильнее и наполнял еще больше.

Она хихикает, пока я не поднимаю руку, чтобы посмотреть на нее. Ее глаза, кажется, стали ярче, и она выглядит такой счастливой. Это вызывает улыбку на моем лице.

– Кто сказал, что я этого не хочу?

Я рычу и хватаю ее за щеку и подбородок одной рукой. Ее лицо такое крошечное в моей ладони, что я не могу в это поверить. Я чувствую, как она сглатывает под моей рукой.

– Не сегодня, милая. Давай немного поспим, хорошо? У нас впереди еще целые дни, чтобы я мог наполнить тебя. Но не смей покидать эту кровать. Я не хочу, чтобы хоть одна капля покинула тебя, хорошо?

На мгновение она умолкает, а потом закусывает губу и послушно кивает.

– Да, сэр.