Текст книги "(не) отец двух близняшек (СИ)"
Автор книги: Елена Белильщикова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)
Глава 7
Глава 7
Тогда, несколько лет назад, я не обращала внимания на то, как Виктор мог жестко схватить и вжать в стену, целуя до боли в губах, если ему показалось, что мое платье – слишком открытое. Закрывала глаза на то, что он рычит всякий раз, стоит переброситься парой слов даже с официантом или таксистом. Отмахивалась, что это просто дурной характер, когда мне выговаривали за общение в соцсетях и требовали, чтобы на аватарке стояло только наше общее фото… Прозрела лишь, когда позвонила его бывшая девушка, где-то раздобывшая мой номер.
– Он же не говорил, почему уехал из Санкт-Петербурга, да? Да потому что мой отец поклялся, что иначе затаскает его по судам! И конец репутации миленького художника, – засмеялась она. – Романтичная натура, да? Цветы-подарки? Я тоже так думала. До того, как Виктор чуть не задушил меня, когда увидел рядом с другим мужчиной. С моим братом, но кто же стал разбираться?..
– Задушил? – скептично усмехнулась я, решив, что это преувеличение от ревнивой бывшей.
– Я еще недели две носила шарфы, – от серьезного и мрачного голоса по коже пошли мурашки. – Не говоря уже о том, сколько тональника извела. Он еще не поднимал на тебя руку? Держится? Или уже было, но потом ты повелась на то, как он ползал в ногах и клялся, что такого больше не повторится? В общем, решай сама, но мое дело – предупредить.
Я в тот же вечер порвала с Виктором, сказав, что устала от ревности. Какое-то время он не понимал слова «нет». Названивал, караулил у подъезда, подбрасывал подарки… Пока я не сорвалась, грозясь пойти в полицию.
– Хорошо, Лара, – Виктор поджал тонкие губы, недовольно хмурясь. – Я оставлю тебя. Ненадолго. Ты сейчас не в себе и сама не понимаешь, что разрушаешь. В понедельник я улетаю в Париж на выставку. А когда вернусь через две недели, мы все обсудим. Подумай о нас. Никто и никогда не будет любить тебя так, как я. Тебя и твоих детей…
Взгляд блеснул так одержимо и безумно, что мне захотелось вцепиться ногтями в красивое лицо. Наброситься дикой кошкой. Только дикий страх, сковавший на уровне инстинкта, не дал сдвинуться с места.
Виктор ушел. А в понедельник я узнала, что самолет не долетел до Парижа. По новостям показывали обломки и спасателей, уносящих тела жертв. Я обнимала девочек, сидя на диване, и они жались ко мне, немного напуганные такими картинками на экране. А на моих губах блуждала легкая улыбка. Ведь внутри потихоньку расслаблялся жуткий комок…
– Думаешь о Викторе? – догадалась Рада, звучанием своего голоса выдергивая из воспоминаний. – После него ты даже не пыталась встречаться с кем-то… Не все в мире – психи!
– Хватит с меня попыток, – фыркнула я, тряхнув головой. – Если Лекс действительно хочет заполучить меня и Майю, ему придется постараться!
– А ты сама готова сделать шаг навстречу? – осторожно спросила Рада. – Хотя бы один маленький шажок? Или думаешь, кто-то будет бросать весь мир к твоим ногам, пока ты и пальцем шевелить не будешь?
Она внимательно прищурилась, глядя мне в глаза. Но так и не дождалась ответа.
* * *
Когда Лекс вернулся домой, было уже поздно. Погруженный в свои мысли, он машинально вставил ключ в замок и попытался провернуть. Заело. Лекс нахмурился, не понимая, в чем дело. Он подергал ключ, а потом тронул дверную ручку. Оказалось открыто.
Дыхание сбилось. Ладонь машинально потянулась к поясу, но сегодня пистолет Лекс с собой не брал.
«Черт, оставил в сейфе», – мелькнула мысль.
Он вошел в квартиру медленно и бесшумно, как крадущийся зверь. Рука сама собой скользнула в карман. Пальцы нащупали гладкую рукоятку складного ножа. Привычка из прошлого – всегда носить при себе оружие. И не зря, похоже. Ведь из кухни била желтоватая полоска света.
Лекс напряженно сжал нож, идя вглубь квартиры. Заученное движение кистью – и тонкое серебристое лезвие выпорхнуло наружу. Шаги – максимально плавные, без единого шороха.
А потом Лекс мгновенно оказался в дверном проеме. Напряженный, готовый атаковать даже, если его поджидает вооруженная до зубов толпа. На лице – одна решимость, в глазах – уже проблески яростного огня… Вот только вместо бандитов-грабителей обнаружился лишь листок на столе. Лекс кинулся к нему.
В глаза сразу бросилось: «Ты поплатишься за все».
Вырезанные из журналов буквы, наклеенные в ряд, – клише из кино. Глупое, но действенное. Распечатку можно отследить. Почерк узнать. А отыскать, что это были за журналы и кто их купил, – невозможно.
Лекс дернулся было схватить листок. Но потом рука замерла над столом. Мало ли, какие еще сюрпризы могли поджидать в квартире. Качнув головой, Лекс прошелся по комнатами. Правда, предварительно достал из сейфа пистолет. К счастью, он не понадобился.
– Чисто, – выдохнул Лекс, возвращаясь за кухонный стол.
Замки на двери оказались вскрыты виртуозно. И не скажешь, что с ними кто-то поработал. Сигнализацию тоже отключили. Причем, похоже, каким-нибудь хитрым гаджетом, без внешних повреждений.
«Нужно съездить в офис и взять что-нибудь на замену», – подумал Лекс, но прежде всего достал телефон.
Первой мыслью было позвонить Ларе. Но потом представил, как она ответит, сонная, толком ничего не понимающая, и задаст сотню вопросов, стоит спросить у нее адрес. Так что вместо этого Лекс позвонил давнему знакомому.
– Олег? Спишь?
– Только ты можешь спросить это в час ночи, – хрипловато рассмеялся Олег. – Не особо.
– Мне нужно узнать адрес одной девушки.
Лекс говорил без предисловий, четко и коротко. Как когда-то… когда они занимались общим делом, рискуя жизнями и прикрывая друг друга.
– Лекс, ты староват для извращенца, подглядывающего в окна, – поддразнил Олег.
– Ей может грозить опасность. И… ее ребенку тоже, – Лекс сдавленно кашлянул, словно проглатывая: «нашему». – Хочу приставить охрану, но не пугать их.
Он подошел к окну, немного отодвигая штору. Взгляд скользнул вниз, на темный двор, освещенный редкими фонарями и еще более редкими окнами в соседних многоэтажках. Вроде бы никаких подозрительных машин.
– Понял, – Олег мгновенно посерьезнел. – Скидывай всю информацию. Пробью твою девочку.
После той ночи Лекс не находил себе места. И дело было не только в записке, обнаруженной на кухонном столе. Просто стало понятно, как тревожно сжимается сердце, стоит только подумать, что может что-нибудь случиться с Ларой… или с той маленькой девочкой, которая так доверчиво держала ладошку в его руке, пока они бродили по зоопарку.
В душе в очередной раз защемило, и Лекс ударил кулаком по стене.
– Ну, не может она быть чужим ребенком, не может! – вырвалось рычанием.
Перед глазами стояло личико Майи, когда Лара уводила ее из зоопарка. Растерянное, чуть испуганное. Немного растрепавшиеся светлые волосики и взгляд, который до последнего хватался за Лекса.
А еще вспоминались глаза Лары. То, как потускнел ее взгляд. Даже не обиженно. Разочарованно. Как будто Лекс предал ее. Уже во второй раз.
«Нет, я так не могу», – пронеслось у него в голове.
Лекс всегда пытался поступать «как должно». Как благородный герой из старого романа. Восстанавливал справедливость за смерть матери, защищал слабых, наказывал злодеев… А сейчас чувствовал себя, как последний подлец.
Руки чесались позвонить, отменить анализ ДНК, сказать, что к черту результаты. Еле-еле уговаривал себя, что взрослый логичный человек, что нужно сначала узнать правду.
А потом самоконтроль все-таки сорвало. В одну из бессонных ночей, когда Лекс лежал и смотрел в темноту, вспоминая, как уходила Лара. Что-то щелкнуло внутри – и он подорвался, торопливо одеваясь.
Снаружи едва-едва рассвело. Какое-то время Лекс просто ехал по городу, тихому и сонному, утреннему и серому. Взгляд скользил по еще закрытым магазинам. Наконец на глаза попалась маленькая цветочная лавка. Ее только-только открывали. Припарковавшись, Лекс выскочил из машины. Он влетел внутрь практически следом за продавщицей.
– Розы. Самые красивые, – выпалил Лекс.
Она улыбнулась, глядя на него, как на влюбленного мальчишку. Даже стало неловко. Но все лишние мысли ушли, когда в руках оказался пышный букет темно-красных роз.
Следом Лекс нашел магазин игрушек. Самый первый, который открылся. Взгляд скользил по нарядным куклам в прозрачных коробках, наборам конструкторов, мягким мишкам и зайкам… Лезли мысли, что если бы Лара не скрыла Майю, Лекс мог бы приводить сюда дочь. И не раз. Баловать ее, нагребая столько, чтобы все игрушки еле-еле в комнату вмещались.
– Подбираете на подарок? – улыбнулась молоденькая девчушка-консультант, подходя ближе.
На ней были светлые джинсы и футболка с котенком, а на голове – ободок с розовыми кошачьими ушками. Девушка смотрела приветливо и по-доброму, ожидая ответа.
– Да, – кивнул Лекс, отводя взгляд. – Для девочки, шесть лет. Не могу определиться.
– Для родственницы? – с улыбкой поинтересовалась девушка, попутно показывая кукол. – Нравятся ей такие? У нас еще есть из мультиков, вон там…
Лекс не слушал. Он заметил на полке игрушечного тигренка и взял в руки. Наощупь тот оказался мягким-мягким и пушистым. Глаза блеснули, как у настоящего зверька. Того, которого гладили в зоопарке.
– Для дочки, – одними губами прошептал Лекс.
* * *
Я суетилась перед раковиной, домывая сковородку после яичницы, а девочки носились по квартире. Майя не могла найти свой учебник, а Тая, в принципе, как оказалось, не собрала ничего для художественной школы, в которую ходила после обычной.
– Не забудь пастель! – крикнула я, по-быстрому натирая сковороду клетчатым полотенцем.
Судя по топоту, Тая как раз забыла. И теперь побежала обратно в комнату, чтобы схватить коробку.
В этот момент раздался звонок в дверь.
– Я открою! – звонко выпалила Тая.
Я даже не успела ничего сделать. Только услышала звон цепочки и поворот замка. А потом тонкий голосок Таи:
– Ой… Вы кто?
«Сколько раз говорила не открывать, пока не спросила!» – мысленно возмутилась я и выбежала в прихожую.
Так и замерла с посудным полотенцем, перекинутым через плечо. Ведь в дверном проеме оказался Лекс. В одной руке он держал большого игрушечного тигренка, в другой – впечатляющий букет роз. Даже на расстоянии я почувствовала их приятный аромат.
– Это тебе, Майя, ты же любишь тигрят. А это маме, – улыбнулся Лекс.
Он протянул игрушку Тае, а потом предложил мне букет роз. Я замерла, подумывая, не выгнать ли им, как веником. Для начала решила снять посудное полотенце, чтобы окончательно не позориться. А ситуацию тем временем разрешила моя дочурка.
– Я – не Майя! – она мрачно глянула исподлобья, но все-таки прижала к себе игрушку. – И не люблю я никаких тигрят!
– Понятно, – процедил Лекс сквозь зубы.
Он бросил букет на комод, где у меня обычно лежали ключи. А потом ухватил за руку, буквально силой выволакивая на лестничную площадку. Как была, в домашних тапочках.
– Уже настроила против меня ребенка, да? – захлопнув дверь, он наклонился, зажимая меня к стене, отрезая пути к отступлению.
Лекс уперся ладонью возле моей головы. Его лицо оказалось так близко, что я почувствовала горячее дыхание на губах.
– Я… не… ничего не делала. И вообще, тебя никто сюда не звал! – наконец прорезался голос.
Я попыталась оттолкнуть Лекса. Но едва мои ладони коснулись его груди, как он ловким жестом перехватил оба запястья. Слишком ловким, как у героя боевика при захвате. Ни вырваться, ни дернуться даже.
– Не настраивала? А как тогда объяснишь ее реакцию? – прошипел Лекс.
Я отвернулась, пытаясь по-быстрому сгенерировать какую-нибудь версию. Но в голову шел один бред. Да и Лекс перехватил меня за подбородок, рывком разворачивая к себе.
– У них просто школьный спектакль! – попыталась выкрутиться я. – И у Майи задание: вжиться в роль! Так что сегодня она не девочка Майя, а злая принцесса, вот!
Лекс с подозрением прищурился. Не отпустил. Только склонился еще ниже, как будто вот-вот поцелует. Лишь взгляд с этим не вязался, яростный и недоверчивый.
– Спектакль, говоришь? – прошипел Лекс. – Может, я тогда приеду и посмотрю?
– Э-э-э… нет, – я помотала головой. – Еще тебя в школе не хватало! Придется сказать учителям, кто ты, а они потом им проболтаются…
– Им? – нахмурился он, отпуская меня. – Кому «им»?
– Ну, одноклассникам Майи. А они ей. Вот, – ломано объяснила я, нервно переплетая пальцы.
В этот момент дверь квартиры открылась, и наружу высунулась Тая.
– Мам, ну, мы сейчас все опоздаем! – заканючила она.
– Кто все? – Лекс снова озадаченно сдвинул брови.
– Тебе же тоже пора на работу! – я изобразила самую широкую из улыбок. – Спасибо за цветы, а теперь нам всем пора!
Я ухватила Лекса за руку, разворачивая к лестнице и подталкивая в спину. С таким энтузиазмом, будто вот-вот столкну со ступенек. Он был вынужден поддаться, но все-таки обернулся.
– Мы еще поговорим, Лара, – произнес Лекс напряженно, будто не понимая, где собака зарыта.
«Собака» же в лице Майи в любой момент могла выскочить из квартиры. И раскрыть весь наш «маленький» секрет, став рядом с сестрой. Так что я заторопила, лишь бы Лекс отвязался:
– Обязательно-обязательно! А сейчас иди и считай, что прощен!
– Давай я подброшу? – оглянулся он.
– Нет-нет-нет, не хватало еще, чтобы в редакции мне кости перемывали! – отрезала я.
И смогла вздохнуть с облегчением только тогда, когда Лекс все-таки скрылся из виду.
Глава 8
Глава 8
Лекс сумел договориться в клинике, чтобы анализ ДНК сделали в срочном порядке. Полноватая девушка в белом халате загадочно улыбнулась, протягивая конверт с результатами. Почему-то дрогнули руки.
«Забавно, – подумал Лекс. – Никогда не дрожали. Даже, когда хватался за пистолет».
– Я… открою позже, – сказал он, и прозвучало немного хрипло.
Девушка понимающе закивала. А Лекс вышел из клиники и сел в машину. Какое-то время он просидел, глядя на конверт в руках. Не решался открыть. В голову лезли воспоминания о зоопарке, о светящихся глазах Майи. И о том, как она закрылась и смотрела волчонком, когда Лекс пришел в квартиру и протянул игрушку. Он почувствовал себя по-настоящему виноватым. Захотелось заново завоевать доверие этой малышки, у которой никогда не было отца.
«А что, если отец все-таки – не я? Что, если Лара соврала?» – царапнула непрошенная мысль.
Закрыв глаза, Лекс тряхнул головой. Стоило Ларе вернуться в его жизнь, как он стал слишком много о ней думать. В итоге, одно предположение о ее вранье больно ранило.
Лекс решительно разорвал конверт. В руках оказался сложенный листок-распечатка. Взгляд быстро-быстро скользнул по строчкам.
– Вероятность отцовства: девяносто девять процентов, – одними губами прошептал Лекс, сам себе не веря.
Он сложил листок медленно, словно в полусне, пряча обратно в конверт. А потом рука потянулась к телефону. Выбрав нужный контакт, Лекс вслушался в длинные гудки. Едва они сменились девичьим голосом, он выдохнул:
– Элли… это все правда.
– Что правда? Лекс, в чем дело? – заволновалась Элли, услышав, как напряженно звучит его голос.
– Я… действительно отец ребенка, – Лекс посмотрел на конверт в руках. – Сегодня получил результаты анализа ДНК. Я должен был проверить, правда ли это моя дочь.
– И что будешь делать теперь? – осторожно спросила она.
Легкий прищур темно-зеленых глаз стал сосредоточенным, как много лет назад, когда Лекс только учился стрелять по мишеням.
– Теперь я точно не отступлюсь, – уверенно произнес он.
– От Лары? – по голосу было слышно, что Элли лукаво улыбается.
Лекс коротко выдохнул. Так и захотелось, как в детстве, запустить в эту чертовку диванной подушкой!
– От своей дочери, – максимально терпеливо проговорил он.
От серьезного тона Элли еще больше развеселилась, рассмеявшись.
– Точно так же ты упирался в детстве, когда тебе нравилась какая-нибудь девочка! – озорно воскликнула она, но потом немного притихла. – А потом понравилась я…
Повисло неловкое молчание, и Лекс заговорил:
– Я совершил ошибку, оставив тебя тогда, Элли. Когда ты только закончила школу и была готова на все, чтобы…
– Не будем об этом, – оборвала Элли.
Он вздохнул.
– Просто… такую же ошибку я совершил с Ларой, – продолжил Лекс более глухо, покачав головой. – Уехал тогда от нее, толком ничего не объяснив, не сказав всю правду. А теперь за это расплачивается наша дочь.
– Ты все исправишь, – спокойно и уверенно сказала Элли.
Даже на расстоянии он почувствовал легкое тепло, будто она накрыла его ладонь своей. И раскисать расхотелось.
– Да, – твердо кивнул Лекс. – Чего бы мне это ни стоило.
* * *
Шел дождь, а мой зонтик сломался. Я вздохнула, ощущая себя мокрой курицей, когда вошла в пустую квартиру и встряхнула зонтик. В квартире царила непривычная тишина: девочки отправились на день рождения к подруге, и мама той обещала привести их домой вечером. Так что у меня было пару часов оплакать свою несчастливую женскую судьбу. Наше свидание с Лексом сегодня не сложилось. Как только мы сели за столиком в кафе, и милая официантка улыбнулась нам, протягивая меню, его телефон зазвонил.
– По работе? – заволновалась я, зная, что Лекс очень ответственно относится к сотрудникам. И переживая за его подчиненных.
Все-таки охранное агентство – это большая ответственность. Я помнила историю, как одного из охранников подстрелили на задании и как Лекс ездил в больницу, переживая за него, как за родного брата.
– Нет, – помедлив, Лекс положил телефон на стол и задумался.
Смартфон вибрировал, и я опустила глаза. И вздрогнула. На экране высветилось фото симпатичной девушки. Темноволосой, улыбчивой, нежной… А на экране было подписано: «Элли».
– Ты не возьмешь трубку? – я слегка изогнула бровь, чувствуя себя неловко. Понимая, что мне неприятно видеть его реакцию на имя на экране. И вообще, видеть это имя…
– Мы же с тобой на свидании. Это некрасиво по отношению к тебе, – натянуто улыбнулся Лекс, отодвигая телефон еще дальше. И старательно отводя взгляд.
У меня заныло все внутри, видя, насколько он старается изображать безразличие.
«Чертов джентльмен!» – мысленно выругалась я и совершила ошибку, сверкнув показной улыбкой.
– Да возьми ты трубку, вдруг что-то важное! Я подожду!
Зачем я настаивала, хотя легкая боль и ревность иголочками кололи сердце? Зачем играла в благородство, которого не ощущала? Будто бы назло себе…
– Ну, хорошо, – не стал долго сопротивляться Лекс и взял трубку.
Его лицо сразу осветилось нежной улыбкой. Такой нежной, что меня затошнило.
«Дура! Лучше бы он пропустил звонок, а не стал мурлыкать при тебе! Сама виновата!» – сейчас я готова была надавать себе пощечин. Но лишь стиснула зубы и принялась ждать. Лучше не стало. Лекс нахмурился и встал из-за стола. Отошел к окну, говоря так тихо, что я не могла разобрать ни слова.
«Что за секреты у него от меня?!» – я сама не могла понять, почему киплю от злости. Ведь мы с Лексом только начали узнавать друг друга заново. Почти знакомиться заново! Я не имею на него никаких прав. Не имею права ревновать к девушкам… так подозрительно похожим на меня.
«Темноволосая кареглазая девочка, такая хрупкая и нежная, такая чистая и искренняя… Что-то не меняется в этой жизни, да, Лекс? Особенно твои вкусы в девушках… Кто я для тебя сейчас? Лишь замена твоей бывшей великой любви, что послала тебя в далекие дали?»
Неприязнь к Элли – этой незнакомке, завладевшей вниманием Лекса, – терзала кислотой душу. Я стиснула салфетку, надеясь, что не швырну ее в лицо своего спутнику, когда он соизволит вернуться, договорив.
– Прости, Лара, – покаянное лицо Лекса вдруг возникло передо мной, как призрак оперы. И я вздрогнула.
– Что?
– Элли позвонила. У нее… проблемы, – Лекс помедлил, явно подбирая слово.
Я сжала салфетку так, словно у меня в руках был острый кинжал. О, с каким удовольствием я вонзила бы кинжал ему в сердце! Но, к сожалению, мы были не в сказке и не в фэнтези-романе. А садиться в тюрьму после такого акта немотивированной агрессии я не собиралась. Поэтому прищурилась, прожигая Лекса злым взглядом.
– Вот как. И что же? У Элли, вроде как, муж в наличии имеется. Может, пусть выполняет супружеские обязанности и решает ее проблемы? Ты-то здесь причем?
– Лара! – в шоке выдохнул Лекс, и я не вовремя вспомнила, что собиралась держать свой острый язычок при себе хотя бы первые пять свиданий. Чтобы не отпугнуть мужика сразу, а потом, когда он влюбится и упадет у моих ног, продемонстрировать ему свою истинную натуру. Отомстить, так сказать! Но не удалось.
– Я отвезу тебя домой. Прости, пожалуйста, – он перехватил мои ладони, сжимая слишком крепко.
Я видела, что Лекс искренне переживает, но в груди кипела обида. И я не собиралась прощать его так легко.
– Я обязательно заглажу вину, – шепнул он мне ласково на ухо, привлекая к себе. – Пойдем с тобой вечером в дорогой ресторан, я приглашу тебя на танец…
– Элли свою ненаглядную зови в ресторан! – прошипела я Лексу в лицо, вырывая из его рук свои ладони.
Я рванулась к двери, почти побежала. Тут же споткнулась у порога. Чуть не упала, но сильные теплые руки подхватили меня за локоть, прижимая к себе.
– Осторожно.
Лекс обнял так крепко, что я задохнулась. И позволила себе на минуту слабость уткнуться лицом в его рубашку. Вдохнуть его невероятный, неповторимый аромат. Немного хвои, немного свежего ветра… Все, как много лет назад. Когда мы были почти-детьми и целовались под каждым фонарем, считая их. Считая каждый фонарь…
– Пойдем со мной. Я отвезу тебя домой, – Лекс сам разрушил все очарование момента, потянув меня к выходу.
Я вздохнула, ощущая, как злость и ревность осыпаются серым пеплом. Однажды он так же бросил меня и укатил на свое задание… или к Элли… какая теперь разница? Он снова выбирал не меня. Даже в такой мелочи. Разрушая при этом наши новые отношения, которые он клялся начать с чистого чиста. А теперь у меня дети. Семья. Ответственность. Я не могла окунаться в омут любви с головой, как раньше, в юности. У меня появилась ответственность перед моими дочками…
– Прости, Лекс. Я возьму такси. Не нужно меня отвозить, – я нашла в себе силы мягко отстраниться и прикрыла глаза, пряча эту непрошенную усталость.
– Но, Лара… – Лекс понял, что я говорю серьезно, и отпустил, но нахмурился, предчувствуя неладное. – Лара, это мелочи! Всего лишь одно испорченное свидание. Я организую еще лучше!
– Ты не понимаешь, – покачала головой я, направляясь к двери. – Дело не в свидании. А в отношении. Я должна быть на первом месте. Я и Майя, если ты серьезно относишься к нам. А быть хорошим для всего окружающего мира… это такое себе занятие, Лекс. Но я не собираюсь ничего тебе доказывать. Позвони, когда в следующий раз захочешь забрать Майю из школы в зоопарк? Препятствий ставить не буду. Но в ресторан наедине я с тобой больше не пойду…
Лекс остался стоять на месте, пока я шла вперед, находя в себе силы выдерживать его долгий обжигающий взгляд. Силы не оборачиваться. Мне хотелось только одного. Спрятаться в своей ракушке, дома, одной, и наконец выплакаться. Так глупо… Я поверила Лексу снова. Повелась на его внимание, на горящий интересом взгляд. На ласковые слова, на будто бы случайные жаркие касания сильных рук. Я поверила в то, что он хочет быть со мной и Майей. Но забыла о том, что в этом мире нельзя доверять никому. Как всегда, судьба отрезвила меня жестоко, но действенно. Ведь я знала в глубине души, что если бы Элли была свободна и стояла сейчас перед Лексом, он и не вспомнил бы о существовании меня и ребенка… Он бы без колебаний выбрал бы ее. Другую. Ту, с которой провел почти всю свою сознательную жизнь. Подругу детства, которая заботилась о нем, окутывала нежностью и дарила эмоции. Он выбрал бы Элли сердцем, потому что был знаком еще до меня. А чувства ко мне и семь лет назад, и сейчас оказались недостаточно сильными, чтобы удалить номер Элли и ее фото из своего телефона.
