Текст книги "(не) отец двух близняшек (СИ)"
Автор книги: Елена Белильщикова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)
Глава 31
Глава 31
Я бросилась вниз, на ходу выхватывая ключи от машины. Письмо от Виктора осталось в квартире – попросту выпало из ослабевших пальцев. Но адрес запечатлелся в голове, будто выжженный. Дом подальше от города… Сердце бешено колотилось, пока я дрожащими руками заводила машину. Она рванула с места, устремляясь по городским улицам. Мимо пролетали дома и детские площадки, магазины и пожелтевшие скверы… но для меня все сливалось в одно. А в голове, как на повторе, проносились слова Виктора.
Выехав за город, я едва не заблудилась в поисках нужного адреса. Асфальт сменился грунтовкой, поросшие травой обочины – зарослями деревьев и кустов, нависающих на дорогу. Кривые ветки не раз царапнули по крыше, шурша листвой.
– Где же ты, Виктор? – пробормотала я, сжимая руль, ведь уже далеко позади оказалась деревня, которую он указал, как ориентир.
Покосившийся дорожный знак. Я едва не пропустила его в зарослях. Как и поворот следом: узкую грунтовку. Она отходила вбок, виляя между деревьями. Чуть не проскочив, я резко вывернула руль, и машину подкинуло на кочках. Трясло так, что я думала только об одном: хоть бы не застрять по дороге.
Хотя нет, была еще слепая паника: «Нужно было позвонить Лексу, но что, если Виктор и правда следит за мной? Он мог бы узнать про звонок. Он мог бы даже, черт возьми, проследить за офисом «Золотого тигра» на случай, если я заскочу туда по дороге… Я же не прощу себе, если девочки пострадают по моей глупости. Если сама поставлю их под удар. Нет, нужно ехать одной. Виктору я нужна целой и невредимой. Он не тронет меня… наверно».
Впереди показались дворы. Точнее, несколько развалившихся от времени домиков, а рядом с ними – высокий забор с массивными кованными воротами с шипами наверху. Виктор нашел себе «логово» подальше от любых соседей.
Остановив машину, я бросилась к воротам. Они были приоткрыты, и по спине пробежал холодок.
«Он ждет меня», – мелькнуло в голове, и я затравленно оглянулась по сторонам.
Во дворе над дорожкой были установлены металлические арки. По ним вился виноград. На вид – давным-давно мертвый. Сухие лозы и покореженные листья. Они же хрустели под ногами, пока я шла по дорожке из дикого камня к двухэтажному дому.
Входная дверь тоже была отомкнута. Когда дверная ручка поддалась, появилось стойкое ощущение ловушки. Мышеловки, в которую наивный мышонок заходит сам. Прямо на своих каблуках и с единственным оружием в лице дамской сумочки.
Первая же комната оказалась просторным залом, заставленным всевозможным художественным барахлом. Мольберт, натянутые холсты, свернутые рулонами полотна, валяющиеся то тут, то там эскизы… А над камином висела одна-единственная картина. Та самая, которую я увидела тогда дома у Виктора. Разбитая женщина, кричащая от ужаса, и роящиеся вокруг мелкие фигурки машин.
– Я знал, что ты поспешишь, милая, – послышался знакомый до ужаса голос.
Я резко обернулась. Виктор направился ко мне неторопливо, как хищник. Проходя мимо мольберта, он сдернул белую простынь, которая накрывала его, как от пыли.
Мои ладони сами собой взлетели к лицу, а с губ сорвался короткий вскрик. Ведь я сразу узнала свое лицо. Широкими мазками Виктор изобразил белоснежное платье, а на нем – алые капли крови. От розы, которая у девушки в руках.
– Белый – это жертвенность, – с одержимым огоньком в глазах заговорил Виктор. – Мать всегда должна быть жертвой. Думать о том, чтобы было хорошо ее детям… с кем им будет хорошо. Думать о своей семье… Это мы должны быть семьей, Лара, а не твой идиот-жених. Я, ты и девочки. Ты просто запуталась, но я помогу тебе.
Он шагнул ко мне, и я вздрогнула всем телом, заметив пистолет на поясе.
* * *
Аманда, задыхаясь от сдерживаемых слез, выскочила на улицу. Лекса не оказалось дома и в офисе. Он не отвечал на телефонные звонки. Поэтому ей пришлось выслать всю информацию на мессенджер и ждать, когда он объявится. Но в душе у Аманды было неспокойно. Вдруг Виктор что-то задумал, и Лекс в опасности? Или Лара и девочки? Не то, что бы Аманда ужасно переживала за бывшую соперницу, но… малышки точно не виноваты. Она любила детей, и было противно даже думать, что такой псих, как Виктор, может подвергнуть их опасности ради того, чтобы добраться до Лары или до Лекса.
Аманда, нахмурившись, посмотрела на входную дверь подъезда, и тут к ней подошла странная женщина яркой внешности. Больше похожая на гадалку из прошлого, чем на инста-модель.
– Извините, вы не подскажете, где квартира Алаева? – женщина тяжело дышала, так, словно после долгого бега.
– А Вам зачем? – нахмурилась Аманда, уставившись на незнакомку.
– Мне срочно нужно с ним поговорить! – глаза женщины заблестели.
Аманда схватила ее за руку, утягивая на скамейку возле дома.
– Я – его подруга. Аманда. Лекса сейчас нет дома. Расскажите мне, что произошло.
Женщина помедлила, пристальным взглядом изучая Аманду, но поняла, что выхода нет. И вздохнув, заговорила.
– Меня Рада зовут. Лара пропала! Его… невеста!
– Что?! Как пропала?! – глаза Аманды расширились от шока.
Значит, Сантьяго был прав, Виктор все-таки перешел к активным действиям. И начал с Лары? А вдруг Лекс уже узнал об опасности и тоже сунулся спасать свою красотку? И попал в ловушку? Подтверждая страхи, Рада шмыгнула носом и продолжила рассказ:
– Я сама ничего не знаю! Я – лучшая подруга Лары и всегда помогаю с девочками! Ну, там посидеть с ними, когда ей некогда, или еще что-то… Но на днях я уехала по работе в другой город! Возвращаюсь, а на столе записка от Лары. Черкнула пару строк, типа чтобы хотя бы я была в курсе… Ее в последнее время преследовал бывший парень. Виктор, художник.
– Виктор! – выдохнула Аманда, сжимая кулаки.
Худшие опасения сбывались на глазах. Рада испуганно покосилась на нее, но продолжила рассказ:
– Так вот, в записке было сказано, что Виктор похитил девочек и держит за городом. И что требует, чтобы Лара приехала туда. Адрес она тоже написала на бумажке, но я не знаю, стоит ли мне туда ехать… Лара написала в записке, чтобы я ее ждала!
– Не смейте соваться туда! – резко оборвала Аманда и потянулась к сумочке.
Сквозь тонкую, чуть сверкающую ткань проступили очертания ножа. Аманда не была милой невинной девочкой-цветочком. Несмотря на всю свою инстаграмность и модельную внешность, она никогда не забывала свои корни. И то, кем был ее отец. Бандит. Убийца. Торговец запрещенными вещами.
Она всегда знала, еще с юного возраста, что может стать жертвой нападения. И училась обороняться. Отец обучил всему. Обращаться с ножом, с пистолетом. И сейчас, усмехнувшись про себя, Аманда подумала, что пришла пора вспомнить теорию и перейти к практике. На Викторе.
– Я сама поеду туда. Дайте мне адрес.
– Вы… уверены? – на лице у Рады проступило сомнение.
Аманда не любила долго ждать. Она сверкнула глазами и выхватила из сумочки нож. Глаза Рады стали огромными и круглыми. Слишком решительно Аманда сжала рукоятку.
– Второй раз просить не придется?
Рада часто-часто замотала головой и протянула дрожащей рукой бумажку с адресом.
Аманда, сухо кивнув, вызвала такси. Чтобы успеть выручить Лекса и Лару, нужно было спешить.
Оказавшись в отеле, в своем номере, Аманда переоделась в облегающие темные джинсы и водолазку с воротом. Удобно и незаметно. Длинные волосы она собрала в хвост и слегка подбросила нож в воздухе, ловя за лезвие. Он сверкнул сталью и не оцарапал кожу. Аманда усмехнулась сама себе.
– Значит, не утратила хватку.
Аманда бросила взгляд на телефон Сантьяго и вздохнула. Ее не вовремя начало грызть чувство вины. За то, что он все сделал для нее, признался, а она так грубо его послала. И сейчас снова мчится спасать Лекса, Лару и остальной мир. Пока Сантьяго переживает там, в своем номере, и ждет ее.
– Я не могу сейчас к нему идти, – прошептала Аманда своему отражению в зеркале. – Он просто запрет меня и никуда не отпустит.
Уйти просто так, не предупредив, Аманда не могла. Уже не могла. После слов Лекса, после разговора с Сантьяго, после того сумасшедшего поцелуя ее словно связали какие-то невидимые нити с чертовым колумбийцем. И терять это Аманда не хотела.
– Ладно, – решилась она. – Вдруг я не вернусь от Виктора, и Сантьяго расстроится? А так есть хоть один шанс на спасение. Ведь ради меня он перевернет землю и небо.
Аманда решительным жестом нажала на запись голосового в мессенджере и коротко надиктовала всю историю про Раду и то, что сказала та странная гадалка.
– Я еду туда, к Виктору, одна! Если не вернусь к шести часам, то можешь выезжать по адресу на фото и спасать меня… Прости, амиго, что создаю тебе столько проблем. Обещаю, я исправлюсь!
Последний штрих: фото бумажки с адресом, что ей дала Рада. И Аманда, надев удобные кроссовки, сбежала вниз, к портье. Передала ему телефон, деньги и просьбу отнести Сантьяго прямо в номер через час. Портье, увидев сумму чаевых, вспыхнул и поклялся мамой, что выполнит приказ. Аманда не сомневалась в исполнительности молодого человека и попросила вызвать такси. Встреча с Виктором становилась все реальнее. Но страха Аманда не ощущала. Только сильное и яркое желание спасти невиновных ни в чем девочек и уберечь Лекса от опасности.
* * *
Я затравленно попятилась, наблюдая за Виктором. В итоге, не заметила стульчика за спиной, на котором стояла банка с краской. Он с грохотом опрокинулся, и по полу растеклось красное пятно. Я коротко вскрикнула.
– Осторожнее, Лара, – усмехнулся Виктор. – Еще напугаешь девочек.
– Где они?!
У меня словно открылось второе дыхание. Не замечая пистолета, я бросилась вперед. Стремительная, без капли страха, с яростью в глазах. Мои пальцы вцепились в рубашку Виктора, хотя больше хотелось расцарапать ему лицо.
– Не смей устраивать истерику! – жестко отрезал он, одной рукой перехватывая оба запястья. – Девочки наверху, еще напугаешь их!
Я и опомниться не успела, как оказалась отброшена в сторону. Только вырвался глухой стон, стоило упасть на сваленные рулоны бумаги. Виктор шагнул ко мне, так выглядя еще более высоким и устрашающим. Его ладонь оказалась рядом с пистолетом. Я невольно попыталась отползти.
Брови Виктора недовольно сдвинулись, стоило ему это заметить. Он наклонился, рывком вздергивая на ноги, как безвольную куклу.
Приняв вертикальное положение, я попыталась высвободиться. Не тут-то было! Сильные пальцы вжались в плечи.
– Мне больно, – тихо пискнула я, попытавшись давить на жалость.
Виктор даже не услышал. Он перехватил меня, силой разворачивая к картине над камином. Прядь волос возле моего уха шевельнуло лихорадочное, сбитое от эмоций дыхание.
– Никто не знает полной истории этой картины, – прошептал Виктор, продолжая сжимать мои плечи. – Не знает, как погибла моя мать.
– Отпусти, – выдохнула я, уже по тону понимая, что не хочу знать эту историю.
– Она изменяла отцу. Постоянно закатывала скандалы, приводила своих любовников… я сидел в своей комнате, пока она закрывалась с ними в спальне. Но я все слышал, я все знал. И мать это понимала. Всегда повторяла, что если скажу отцу, он уйдет, а она сдаст меня куда-нибудь. Всегда повторяла, что мы ей только портим жизнь, на даем жить для себя… Это от нее, – Виктор горько усмехнулся, тронув небольшой шрам возле губы, на который я раньше не обращала внимания. – Но я все равно любил ее и все прощал, только бы мама была рядом! Но она не захотела быть с нами. Она предала нас! И поплатилась за это…
Он сильнее сжал пальцами мои плечи. Я одними губами прошептала:
– Это сделал твой отец?
– О нет… – Виктор отпустил меня с улыбкой на лице, больше напоминающей гримасу боли. – Он так и не понял, что она никогда нас не любила. Не умела любить! Всегда всех использовала. Знаешь, чему она учила меня, Лара? Что люди – коробки с конфетами! Конфеты съедаешь, а коробку выкидываешь. Только она была пустой коробкой… и я просто пробрался ночью в гараж. Повредить кое-что в машине – это совсем несложно. Даже, если ты – ребенок. А утром она собрала вещи и уехала. Точнее, попыталась… Влетела в ближайшее дерево. Машина всмятку. Я тогда поклялся себе, что никогда не буду, как она! Никогда не оставлю близких людей! Никогда!
Он стиснул кулаки, прохаживаясь по комнате, как зверь по клетке. Голос тоже напоминал рычание. Я стояла, прижимая ладони к бешено колотящемуся сердцу.
– Виктор, девочки – не твои дети, – голос задрожал. – А я – невеста другого человека!
– Не смей со мной спорить! – Виктор подошел вплотную ко мне, до боли резко хватая за волосы, а второй рукой поглаживая по щеке. – Ты – мое вдохновение, моя муза! Только с мыслями о тебе я смог снова писать после той катастрофы. Я чудом выжил тогда и решил начать жить заново. Попытаться. Ведь я почувствовал… или ты будешь со мной, или я не смогу тебя отпустить!
Виктор достал пистолет, и я поняла, что его попытка начать с чистого листа не увенчалась успехом. Ведь в глазах напротив была одержимость. Любовь и ненависть уже в равных долях.
Глава 32
Глава 32
Я уставилась на направленный на меня пистолет. От страха заныло в животе. В горле пересохло, и собственный голос показался чересчур хриплым:
– Виктор, послушай… ты ведь жил без меня все эти годы…
– Это была не жизнь! – выкрикнул Виктор, и пистолет в руке слегка дрогнул. – Раньше я продал достаточно картин, чтобы до конца дней жить, ни в чем себе не отказывая. Просто творить, жить вдали ото всех, но я не смог! Ты – мое наваждение! Без тебя ничего не получается. Я боролся с собой, я пытался тебя отпустить, но теперь понимаю… мы суждены друг другу. Нельзя бороться с судьбой, Лара. Отдай мне кольцо от него. Мы выбросим его и будем счастливы.
Он протянул руку, глядя мне в глаза и по-прежнему держа на прицеле. А у меня словно отключился инстинкт самосохранения. Я запальчиво шагнула вперед, храбро глядя в глаза.
– Мы с Лексом встретились спустя семь лет. Случайно! Мы могли погибнуть от рук бандитов, но нам повезло. Это судьба! А не то, что ты себе надумал!
Я вскрикнула и дернулась всем телом, когда прогремел выстрел. Пуля попала в вазу, стоящую в углу. Та разлетелась на осколки, и на пол посыпались свернутые листы бумаги.
Дрожа всем телом, я обхватила себя за плечи. Взгляд скользнул к Виктору. Он нарочно выстрелил в сторону. А теперь пистолет снова оказался наставлен на меня. В серых глазах больше не было ярких эмоций. Только холодная слепая решимость.
– Не смей повышать голос, девочка, – ровно отчеканил Виктор. – Ты останешься здесь. Даже, если не по доброй воле.
* * *
Тая зло пнула запертую дверь, оглядываясь на сестру. Майя сжалась в комочек в углу, сидя на полу. Глаза – широко распахнутые, блестящие, как у перепуганного зверька. Она, казалось, пыталась стать незаметной среди старых пыльных коробок и прочего хлама.
А Тая металась то к двери, то к крохотному чердачному оконцу. Оно было грязным, и пришлось долго тереть его ладошкой, чтобы хоть что-то увидеть. Увы, ничего обнадеживающего. Только то, что очень высоко. А внизу – запущенный двор со старыми деревьями и заросшим виноградником.
– Нас же спасут? – тонко пискнула Майя.
Еще недавно они тихонько сидели в квартире, дожидаясь маму. Тая заканчивала рисунок с измазанными в гуаши пальчиками. Майя кружилась по комнате, представляя, как скоро будет выступать на льду. Мама должна была вернуться с минуты на минуту, поэтому они даже не испугались, когда послышался шум в замке. Только не короткий, как поворот ключа, а как будто кто-то долго скребся в скважине. Тая насторожилась первая, выглядывая из комнаты. И первая увидела высокого мужчину со страшными, как у злодея из мультика, светло-серыми глазами. Она видела его когда-то давно рядом с мамой, но не могла вспомнить…
– Конечно, спасут, дурында! – фыркнула Тая, сдувая челку со лба, а потом подошла к сестре, падая рядом на грязный пол.
Они обнялись, прижимаясь друг к другу. Майя потерла мокрые от слез щеки, оставляя грязные разводы. Тая шмыгнула, понимая, что и сама сейчас расплачется. Но тут снизу послышался грохот и голоса.
– Это мама! Слышишь, это наша мама! Она пришла за нами! – вскочила Тая.
Майя тоже подорвалась на ноги. Она подбежала к окну, на всякий случай выглядывая наружу.
– А там… еще какая-то тетя, смотри!
* * *
Когда Аманда подкатила к загородному дому Виктора, то вздохнула с облегчением. Каким бы психом он ни был, но об охране не позаботился. Аманду это порадовало: сражаться с мужиками в камуфляже не хотелось совершенно. А так ее шансы повышались.
Аманда подняла голову, находясь в небольшом саду, и уже нацелилась на то, чтобы вскрыть заднюю дверь дома Виктора одной из универсальных отмычек. Комплект из них лежал в сумочке.
На секунду Аманда замерла, чувствуя, как сердце пропустило удар. Из окна верхнего – чердачного – этажа смотрели дети. Две совершенно одинаковые перепуганные мордашки.
Аманда медленно выдохнула, на ходу меняя план. Сначала нужно спасти девочек. А уже потом искать Лекса или Лару. Аманда улыбнулась чуть сдавленно и помахала малышкам, а потом полезла в сумочку за отмычками.
В голове уже начала складываться картина, что делать дальше. Аманда медленно, крадучись бесшумно, как кошка, поднялась вверх по лестнице и уперлась в запертую дверь. Как назло, отмычки не подошли. В отчаянии оглядевшись, девушка наткнулась взглядом на железный лом, сваленный в углу. Она схватила изогнутый железный прут и изо всех сил ударила по замку и двери. Хлипкое дерево поддалось после нескольких ударов.
Из комнаты послышался тихий детский плач. Аманда ворвалась в комнату и увидела жмущихся друг к другу маленьких девочек. Одна из них плакала, а вторая смотрела искоса, словно дикий зверек, готовый укусить.
Аманда осторожно подошла к девочкам, прекрасно понимая, что у них нет причин ей доверять, и опустилась на колени перед ними.
– Привет. Меня зовут Аманда. А вас?
Настороженно смотрящая девочка не ответила, а та, что плакала, шмыгнула носом и тихонько проговорила:
– Я – Майя. А это Тая. Моя сестра. А ты кто?
– Я – подруга вашей мамы. И Рады, – Аманда молилась, чтобы знакомые имена расположили девочек к себе. Но этого не случилось.
Тая свела тонкие брови в полоску и буркнула:
– В фильмах так тоже всегда говорят. А потом крадут.
– Вас и так украли, – логично заявила Аманда.
Тая сморщила носик и задумалась над ответом. Тогда Аманда обратилась к Майе, более лояльно настроенной к ней.
– Я хочу вам помочь. Отвезти к Раде. Давайте сделаем так. Вы помните ее номер телефона?
Девочки синхронно закивали, и Аманда дрожащими руками достала смартфон из кармана.
– Тогда диктуйте. Поговорите с Радой, а потом скажете, хотите ли вы сбегать со мной из этого дома, к ней.
– Я хочу! – с готовностью отозвалась Майя. – Даже без звонка! Ты красивая, и ты мне нравишься. Я пойду с тобой!
– Тогда давай успокоим твою сестру, – слабо улыбнулась Аманда и протянула смартфон Тае.
Уже через несколько минут, поговорив с Радой и убедившись в благонадежности новой знакомой, девочки повисли на ней, как две маленькие обезьянки. Аманда крепко прижала их к себе, быстро сбегая по лестнице вниз. Молясь, чтобы таксист, которому она оставила сумму, наверняка превышающую государственный долг какой-нибудь африканской страны, не уехал и не бросил ее тут. Один на один с опасностью.
Аманде повезло. Машина стояла там же, где девушка ее оставила.
Аманда хлопнула дверью, переводя дыхание и усаживая девочек рядом с собой на заднее сидение, для верности обнимая руками. И стребовала с Майи адрес Рады.
– Потом снова вернетесь сюда! – щеки Аманды горели от волнения, когда она говорила с таксистом.
Тая осторожно подергала ее за выбившуюся из хвоста длинную темную прядку.
– А зачем тебе возвращаться? Тут плохо!
На языке у Аманды вертелось: «Чтобы спасти твоего папу». Но она побоялась пугать девочек, еще не зная, рассказали им о том, кто такой Лекс на самом деле или нет. Поэтому лишь улыбнулась уголками губ, хотя глаза при этом остались холодными.
– Чтобы наказать того, кто вас украл.
Передав девочек из рук в руки Раде, Аманда, подумав, отпустила таксиста. И попросила в отеле срочно арендовать ей машину, чтобы не быть привязанной к водителю.
Внутри шевелились дурные предчувствия. Аманда прекрасно понимала, что возвращаться в загородный дом – плохая идея. Но из головы не выходил Лекс. На пожаре. С глухим стоном летящий вниз по лестнице. И огонь на верхних этажах, лижущий портьеры.
Тогда Аманда струсила и сбежала. Вернулась слишком поздно и долгие годы считала Лекса погибшим. А сейчас? Если она струсит и останется дома, то повторит свою ошибку. Снова бросит Лекса в беде. Аманда крепко сжала руль, выжимая газ на загородном шоссе. Нет. Больше она так не поступит. Она загладит свою вину перед ним. Она спасет его от психа Виктора.
«А вдруг его там нет? – зазвучал в голове Аманды противный голос, порождающий сомнения. – Ты же не знаешь наверняка! Может, там только та его девчонка? И ты будешь рисковать жизнью ради того, чтобы наладить семейное счастье Лекса и Лары?»
Аманда немного сбавила скорость, понимая, что сама себя запирает в ловушку. Она никогда не отличалась благородством и, конечно, ради одной Лары не полезла бы к психу-художнику. Но…
Перед глазами вдруг встали девочки. Их пушистые макушки, доверчивые ручонки, что так крепко обхватывали шею Аманды. И сияющие глаза. Неужели она поддастся ревности и оставит их сиротами?
– Плевать, даже если в особняке нет Лекса, – бросила самой себе Аманда со злостью. – Значит, я спасу маму Майи и Таи. Я еду туда не ради Лары. А ради Лекса и девочек. И неважно, как все обернется в итоге. Слишком поздно отступать…
В этот раз Аманда подготовилась лучше. Спрятала авто в кустах неподалеку от загородного дома. Задняя дверь оказалась открыта ею же, и она проскользнула в дом тихо, достав пистолет и крепко сжав в руке привычным движением.
Дом был довольно большой, и Аманда знала, что ей просто повезло в прошлый раз, когда она увидела девочек в окне. Вряд ли Лекс выйдет вальяжно на балкон и помашет рукой.
Начать обыск Аманда решила с чердака и двигаться постепенно, обшаривая комнату за комнатой. Несколько раз она набирала номер Лекса, но безрезультатно. Механический голос в трубке сообщал, что абонент находится вне зоны действия сети. Поэтому, спустившись с чердака на верхний этаж, Аманда заглянула в еще несколько комнат прежде, чем спуститься вниз.
Мастерская оказалась первой комнатой, куда Аманда вошла внизу. Она нервно дернулась, увидев алое пятно, расползшееся на полу, как кровь. Но оказалось, что это всего лишь перевернутая банка краски. Аманда сразу же измазала в ней свои модельные туфельки.
Повсюду валялись холсты, чистые и с набросками. У стен стояли картины, некоторые из них были занавешены простынями. Сухие краски и кисти оказались разбросаны на большом деревянном столе. А на самом видном месте висела та самая картина, при одном взгляде на которую у Аманды шел мороз по коже. Разбитая женщина, в глазах которой застыл, так натурально переданный ужас… словно Виктор смотрел в эти глаза за секунду до ее смерти.
– Я – талант, не правда ли? – раздался за спиной низкий мужской голос, и Аманда вздрогнула всем телом, оборачиваясь.
– Не… подходи ко мне! – в голосе прорезались истерические нотки.
А Виктор усмехнулся, глядя пугающим немного потусторонним взглядом куда-то сквозь нее. Она поздно вспомнила, что он – псих, и даже пистолет, вскинутый ею, не напугал его.
– Ты не сделаешь этого, – отстраненно бросил Виктор, делая несколько плавных шагов вперед, огибая разбросанные холсты и мольберты.
Аманда попятилась и тут же споткнулась об один из них. Выстрел, раздавшийся в мастерской, разрезал воздух, и пуля улетела куда-то в стену. Аманда сдавленно выругалась, понимая, что промазала, как подготовишка. Но светло-серые глаза Виктора будто гипнотизировали. Не давали сосредоточиться на выстреле.
– Мать научила меня, своим примером, что все вы, женщины, – грязные.
Аманда тяжело дышала, слыша этот низкий вибрирующий голос. А Виктор медленно приближался к ней, словно не видя под ногами хлама, пробираясь сквозь него.
– Вы продажные. Вам нет дела до чувств других людей. До мужчин, до мужей, до ваших детей.
– У… у меня нет детей! – заикаясь, проговорила Аманда. – И мужа тоже нет!
– И не будет, детка, – хищно усмехнулся Виктор, бросаясь на нее неожиданно. – Знаешь, ты так похожа на нее. И ты, и Лара… но если Лару я не трону, она мне нужна. То тебя я спокойно могу убить. Ты сама ко мне пришла. Ты мешаешь мне. Ты такая же, как она… – речь Виктора стала слегка путаной, бессвязной.
На щеках вспыхнули пятна, будто он горел от жара. Аманда сглотнула. Ей стало страшно по-настоящему.
– На кого я похожа?! – завизжала она, когда Виктор оказался совсем близко.
Следующий выстрел прошел буквально в сантиметре от его лица. Виктор нахмурился и с силой выбил пистолет из рук девушки, скручивая ее, как котенка.
– На мою мать. Мне часто хотелось… убить ее заново, – скучающе протянул он, пока Аманда извивалась в его руках, пытаясь вырваться. – Но я держался. Пока не сорвался однажды прямо на улице. Встретив там незнакомую девушку с голосом, копией ее. Она говорила по телефону, совсем, как моя мать. Дело техники было надеть кожаные перчатки и затолкать в темный переулок… Ее нашли утром. Но я был напуган и решил, что меня обязательно найдут. И обвинят в убийстве. Поэтому я решил начать жизнь заново. Воскреснуть, переродившись… Хорошая идея. Правда? – смех Виктора прозвучал, как скрежет металла по стеклу.
Аманда прикусила губу до крови, замерев в его руках, ощущая сильные пальцы на своей шее. Совсем, как та девушка перед смертью?
