Текст книги "Развод с предателем. Хозяйка молочной фермы (СИ)"

Автор книги: Елена Белильщикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Эйприл собиралась было сказать, что, конечно же, она накормит малыша-котенка и он ни в чем не будет нуждаться. Но вспомнилось, как Бранд набросился с кинжалом. И очень захотелось пусть маленькой, но мести! Так что Эйприл прищурилась лукаво и продолжила:

– Если ты поможешь мне! Как придем домой, подоишь мне козу. А я вам за это приготовлю чудесный вкусный обед. Знаешь, как котята любят молоко пить?

– Подоить козу?!

Бранд и коза уставились друг на друга с одинаковым ужасом. Она попробовала сбежать в кусты, но Эйприл вовремя сцапала ее за ошейник.

«Лучше б волк какой-нибудь напал», – тоскливо подумал Бранд.

Впрочем, волки считали, что козлятина – это мясо жесткое. И приближаться не спешили. Так что Бранд обреченно кивнул, глядя на котенка, который пригрелся в ладонях и прикрыл глазки.

– Хорошо. Будет вам молоко.

Эйприл снова тепло улыбнулась и не удержалась, потрепала по плечу Бранда. Он был таким милым сейчас, когда она застала его врасплох. Таким растерянным.

– Отлично! Котенок точно будет сыт. И скажет тебе большое спасибо, Бранд!

Они как раз подошли к дому. Бранд отказался переодеваться и лечиться. Умчался в выделенную ему комнату поухаживать за котенком. Впрочем, еще свистнул миску воды, потому что котенок и впрямь был очень грязным, покрытым пылью дороги.

Эйприл с облегчением вздохнула и отправилась на кухню. Там она взялась готовить скромный обед. Эйприл решила сварить суп. Фредерик принес с утра свежего хлеба. А Бранд обещал подоить козу. Так что молоко у них точно будет!

– Интересно, а сынок придет на обед или нет? – проговорила вслух Эйприл и взглянула в окно, но там никого не было.

Где-то через полчаса испуганного мяуканья и нездешних ругательств Бранд показался из-за двери. Котенок шмыгнул за сундук, стоящий у стены, и забился в щель. И напрочь отказался отзываться на любые кис-кисы.

Бранд с унылым видом потрогал набухающие царапины на руке. Что ж, теперь кровь на нем была не только стражников, но и его тоже.

– Где тут это… кувшин? Э-э-э, ведро то есть! – Бранд почесал затылок, пытаясь сообразить, во что доят козу и как это, вообще, делается.

Глава 22

Бранд вернулся в комнату к котенку, недовольный и взъерошенный. В руках у него была тарелка с едой. Эйприл все-таки решила, что молочка для малыша будет маловато. Вот только весь обед полетел из рук на пол, тарелка разлетелась на осколки, когда Бранд увидел у окна не котенка, а ребенка. И вздрогнул от неожиданности!

– Ты кто такой?! И как здесь оказался?

Бранд завертел головой, не понимая, куда делся котенок. На аромат еды не выбежал. Хотя, может, и к лучшему. Не то пришлось бы его ловить, чтобы не наступил на осколки.

Мальчишка подошел немного напугано ближе и пронзительно мяукнул. А потом заговорил по-человечески.

– Меня зовут Бонбон! Это я был котенок, тот самый котенок, которого ты спас. Я сбежал из деревни, потому что меня там били и обижали! Оставь меня у себя, пожалуйста? Я знаю, многие любят оставлять себе бездомных котят и заботиться о них! Обещаю, что буду очень послушным и пригожусь тебе. Могу снова превратиться в котенка, и ты меня даже не заметишь. Я не буду тебя раздражать ничем. Ты только не обижай меня!

Он подошел ближе и тронул внезапно выпустившимися коготками Бранда за рукав и снова мяукнул.

– Ты что? – улыбнулся Бранд и растрепал короткие волосы мальчика, торчащие во все стороны, как усы у котенка. – Никто тебя не обидит!

Он вспомнил, что стражники, проходя мимо его камеры, болтали что-то о деревне оборотней, находящейся неподалеку. Похоже, что Бонбон оттуда. Бранд присел перед ним на корточки и взял за худенькие плечики.

– Расскажи, с кем ты жил раньше? Кто тебя обижал? Вдруг кто-то из родных ждет тебя и волнуется! – осторожно спросил Бранд, но уже предположил, что перед ним сирота.

Бонбон вдруг рассмеялся и вцепился коготками ему в рукав.

– А как тебя зовут? Ты мне покушать принес? А почему разбил? – с любопытством спросил Бонбон и присел на корточки, чтобы принюхаться.

В животе у него забурчало. Ему хотелось встать на четвереньки и снова превратиться в котенка, слизать все то, что казалось таким вкусным, с пола. Но он не стал. Постеснялся.

– Я пошутил! Точнее… проверил, хороший ли ты, можно ли тебе доверять! Я не сбегал из дома, и меня не обижали. Я потерялся. Я живу в деревне, далеко отсюда, на окраине. И когда мы с папой проезжали на телеге из города обратно домой, я увидел красивый цветочек! Спрыгнул с телеги, решив сорвать его и догнать папу. Но папа уехал и не заметил, что меня нет. А я так и не смог догнать его и потерялся.

Бонбон вздохнул тяжело. Ему, конечно, хотелось бы задержаться здесь. Интересно же! Настоящее приключение! Но он знал, что родители будут волноваться и искать его.

– Но если ты меня оставишь при себе, я могу это… пойти в твои оруженосцы! – гордо заявил Бонбон. – Предупрежу родителей и могу! Ты не смотри, что я маленький на вид. Я уже взрослый и многое могу! – взволнованно мяукнул он.

– Какой еще оруженосец?! – Бранд уставился на Бонбона во все глаза. – Тебе и десяти лет нет!

«А у меня нет и оружия нормального, а не украденного у стражи. Оруженосец без оружия получился бы», – ехидно сказал Бранд себе.

– Пойдем, – Бранд протянул руку. – Меня зовут Бранд, а та женщина – это Эйприл. Она накормит тебя обычной едой, человеческой, за столом! Не на полу же тебе есть! А потом подумаем, что делать.

Ему вспомнилось, что, вообще-то, Эйприл живет здесь не одна. Ее сын Фредерик мог оказаться гораздо подозрительнее, чем она. Но выбора у Бранда не было! Если не спрятаться где-то, стража его точно обнаружит. После такого побега лучше не попадаться в руки королю Генри.

«А еще нельзя надолго выпускать из виду Эйприл, – подумал Бранд. – Без нее весь мой план пойдет прахом».

– Есть мне десять лет! – надуто пробормотал Бонбон. – Не нужно считать меня совсем уж маленьким!

Но когда Бонбон услышал про еду, глаза его загорелись. А уши, казалось, даже зашевелились, как у настоящего кота!

– А что за еда будет? Я голоден! – радостно выпалил он, пока топал рядом с Брандом на кухню, знакомиться с Эйприл.

Она показалась мальчику милой улыбчивой женщиной, которая поначалу охнула и схватилась за сердце, услышав путаный рассказ Бранда. Котенок, ставший человеком… Тут есть чего испугаться, наверное?

– Не бойся меня! – мяукнул приветственно Бонбон и тронул рукой с коготками плечо Эйприл. – Меня зовут Бонбон. И я пришел пообедать!

– Тогда мой ручки, – строго сказала Эйприл, подтолкнув его слегка к мисочке с водой, а сама повернулась к Бранду. – И что ты теперь собираешься делать?

– Нужно отвести его обратно в деревню оборотней, – ответил он машинально и сам осекся.

Раньше Бранд нечасто ловил себя на желании кому-то помочь. Тем более в такой ситуации, где это представляло для него риск. Ведь сейчас разгуливать по лесу – это нарываться на стражу Генри. Но Бранд понимал, что Бонбон хорошо держится, но внутри наверняка напуган. А его родители не находят себе места. Нужно вернуть мальчика домой как можно скорее! Хотя этот малыш был таким милым, что даже не хотелось с ним так быстро расставаться!

«А ведь, если бы не плен там, в моем родном мире, у меня уже, вполне возможно, была бы семья», – подумал Бранд.

Он потратил слишком много времени на поиски артефактов, на глупую месть – на всякую ерунду, как видел сейчас. А теперь чувствовал, что все, что ему нужно, – это домашний уют и покой.

Эйприл увидела, что Бранд приуныл, и решила его приободрить. Она подтолкнула его в плечи, разворачивая в сторону, чтобы он посмотрел на Бонбона. Мальчик развлекался тем, что плескал водой на стол и наблюдал, как растекаются лужицы.

– Посмотри на Бонбона. Он не выглядит слишком уж растроенным или напуганным! – хмыкнула Эйприл. – Поэтому не переживай, что сразу не догадался о том, что он оборотень! Оборотни морально взрослеют немного раньше, чем обычные люди. В плане того, что становятся более самостоятельными и независимыми. Так что… будь у тебя другое положение в обществе, то ты вполне мог бы взять этого мальчика в оруженосцы или в помощники, – она негромко и тепло рассмеялась. – Так что не переживай. Отведешь его в деревню после обеда. Плакать он не будет.

– У него родители есть, – рассмеялся Бранд, отмахиваясь. – А был бы сиротой, то, может, и забрал бы. Не в оруженосцы, а в воспитанники. Не пропадать же ему одному.

Он задумчиво посмотрел на Бонбона. Странно было размышлять о жизни и смерти здесь, в Сумеречных землях, которые, в принципе, обречены. И королевский замок, и деревня оборотней со временем просто вымрут, если только все их обитатели не переберутся в другие края, подальше отсюда.

«Я мог бы все это исправить, – Бранда кольнула вина перед Бонбоном и еще десятками, сотнями местных жителей, которые уже забыли цвет зеленой листвы. – Если бы не струсил рискнуть собой ради этого чужого края».

Эйприл видела, что Бранду не по себе. Что его будто мучает… не то вина, не то совесть. Он тихо погладил по волосам Бонбона, который с аппетитом уплетал свежесваренный суп.

На мгновение и Эйприл захотелось забрать этого улыбчивого мальчугана. В какое-то более безопасное и спокойное место. Сделать его жизнь светлее и теплее… вот только Бонбон в этом не нуждался. Даже в Сумереных землях он и без того был счастлив. В своем небольшом мирке, в деревне оборотней, со своими родителями и друзьями.

– Ешь скорее, и я дам тебе булочку. На дорогу. А Бранд отведет тебя к родителям в деревню. Пойдешь с Брандом? Не испугаешься? – спросила ласково Эйприл у Бонбона.

Тот смешно замотал отросшими волосами, как хвостиком.

– Нет! Я Бранда не боюсь. Он хороший!

Даже Бранд кашлянул от этого определения. Но не стал возражать.

– Я слышал, где находится деревня, – проговорил Бранд задумчиво. – Надеюсь, мы не заблудимся вдвоем.

Он украдкой посмотрел на Эйприл. Она тоже глядела на Бонбона тепло и задумчиво, как и он. Наверняка точно так же тайком думала о том, что хотела бы, чтобы у нее был такой сын. Милый маленький мальчуган. Что ж, у Эйприл еще были все шансы развестись, снова выйти замуж, вновь познать счастье материнства… Если бы не тот маленький нюанс, что у себя в голове Бранд уже приговорил ее к смерти.

«Если я не справлюсь, то окажусь снова за решеткой. Разве это будет жизнь? Нет, нет, я не имею права отступить, – твердо сказал себе Бранд. – А раз так, то я отдам ради своей жизни жизнь Эйприл! И не отступлю».

Эйприл рассмеялась и покачала головой. И подошла поближе к Бранду, тронула его за плечо.

– Пока Бонбон доедает, пошли со мной, я нарисую тебе небольшой план, куда идти, где находится деревня.

Бранд с интересом воззрился на нее. Здесь многие люди даже не читали и не писали, но она же была из другого мира. Так что ее знания остались с ней. Как раз, пока она нарисовала примерный план, как добраться до деревни, Бонбон доел, и Бранд с ним засобирался в дорогу.

Эйприл знала, что деревня находится неподалеку, так что он скоро вернется. Если не останется переночевать у гостеприимных хозяев, которые будут рады возвращению Бонбона.

Но нет, время пролетело незаметно. И дверь стукнула, когда Бранд вернулся. И почти сразу, следом за ним, вернулся Фредерик.

– Привет, мама! – радостно сказал он и обнял Эйприл.

Фредерик не сразу заметил Бранда. Он, будто нарочно, отступил в угол. Словно пытался замаскироваться под еще один шкафчик. Заметив эту плохонькую маскировку, Фредерик с подозрением сузил глаза. Молодой мужчина с тонкими, даже острыми чертами лица и хитрыми зелеными глазами показался подозрительным. Коварным.

Улыбка моментально слетела с лица Фредерика. Он обычно был доброжелательным и гостеприимным человеком. Но тут… Во-первых, они скрывались. А во-вторых, какое-то чутье, интуиция шептали ему на ухо, что нельзя доверять этому человеку.

– Кто это, мама? – напряженно спросил Фредерик, сжимая ее руку, будто готовясь защищать от неожиданного гостя.

Бранд улыбнулся максимально доброжелательно, хотя сейчас ему хотелось завыть, словно волку на луну. И вцепиться зубами в горло незнакомцу. Ведь он мог стать проблемой… при устранении Эйприл.

– Здравствуйте. Меня зовут Бранд. Я друг Эйприл. А Вы?.. – Бранд сделал паузу своим мелодичным голосом и снова улыбнулся.

– Ой, Бранд, Фредерик, познакомьтесь! Это мой сын, Фредерик. Это Бранд, мой друг и спаситель. Я, кажется, рассказывала тебе о нем, Фредерик? Он был моим… эм-м-м… сокамерником. И помог мне однажды сбежать, – теперь уже Эйприл улыбнулась немного фальшиво, будто тоже не до конца доверяла.

– Друг? – Фредерик подошел ближе к Бранду. – А откуда же на тебе одежда стражника? Король Генри начал бросать в темницы своих же?

Фредерик с подозрением окинул взглядом мундир Бранда. Одежда сидела не слишком хорошо, будто была чересчур свободной, не по размеру.

Фредерик внимательно сощурился. Сейчас его обычно золотистые, светлые волосы были покрашены в темный цвет ради маскировки. Из-за этого лицо выглядело мрачнее, более хмурым, чем при обычном виде.

Бранд сразу понял, что от этого парня стоит ждать беды. Слишком цепко выглядел его взгляд. Слишком правильные вопросы задавал Фредерик. И врать ему… стоило поменьше. Если Бранд не желал быть раскрытым раньше времени. А то и вырубленым. Ведь Фредерик явно выглядел крепче его.

– Нет, – проговорил мрачно Бранд. – Я не стражник и никогда не был им. Я попаданец.

Он хотел добавить, что он совсем как Эйприл. Но не стал. Вдруг Фредерик не в курсе все истории? Бранд решил молчать. Еще ему скандала от Фредерика и разбора полетов тут не хватало.

– А я тебя не видел… Вы с мамой редко пересекаетесь? – осклабился Бранд, пытаясь выяснить, насколько Эйприл и Фредерик близко общаются.

«Мне что, теперь придется работать над устранением не только Эйприл, но и ее сына?» – недовольно проворчал Бранд про себя.

– Я живу здесь, с ней, – мрачно проговорил Фредерик. – Мы скрываемся и стараемся лишний раз не показываться никому на глаза, не приводить гостей. Это может быть опасно. Раз нас всех ищет стража. Почему же тебя?

Он придирчиво всмотрелся в черты лица Бранда. Не был он похож на выходца из Змееземья или Сумеречных земель. Значит, попаданец вместе с телом, а не одной душой? Такие случаи упоминались, словно больше старая сказка, чем правда. Случайно переместиться в этот мир можно было только душой при гибели тела в другом мире – это Фредерик точно выучил на уроках магической истории, еще в детстве. А вот вместе с телом… это могло произойти только намеренно. С помощью особенной, очень сложной магии.

Бранд нервно тряхнул волосами, словно по привычке надеясь закрыть длинными ухоженными локонами аристократическое лицо. Но не вышло. И тогда он сверкнул глазами на Фредерика очень злобно.

– Ты что, мне не доверяешь? – почти рявкнул Бранд. – Я же сказал, я спас твою маму от подземелий. От участи, может быть, хуже смерти! А ты мне не веришь? Спроси у Эйприл сам!

Его слова прозвучали с очень искренним надрывом. Он помнил, как еще в его детстве, в другом мире, папа смеялся над ним и называл «принцем драмы», и прочил, что Бранд еще немного подрастет и станет королем. Королем драмы. Так и получилось. Воспоминания о детстве были не из приятных. Бранд нахмурился, пытаясь сосредоточиться на другом. На Фредерике. На том, как обмануть его. Втереться в доверие. Хотя на самом деле хотелось одного. Набить ему физиономию.

Тот и бровью не повел на показательное возмущение Бранда.

– Уходишь от ответа, – заметил Фредерик с нажимом. – Я ведь не говорил, что не доверяю. Просто поинтересовался, за какие такие прегрешения ты оказался в королевской темнице. Может, ты точно так же у добрых людей селился, а ночью вырезал их семьями и грабил.

Эйприл возмущенно охнула:

– Фредерик!

Конечно, ее удивило его поведение. Ведь раньше Фредерик всегда и со всеми вел себя благовоспитанно и вежливо. Что ж, он поспешил улыбнуться широко и открыто, делая вид, что все это была шутка. Пусть и дурацкая.

Бранд поджал губы и возмущенно воззрился на Фредерика.

«Вот змея! И не уклониться от ответа!» – прошипел Бранд про себя.

– Никого я не грабил! Меня посадили в тюрьму только потому, что я попаданец. И могу быть опасным для Генри и окружающих. Ну, во всяком случае, мне так объяснили. Я же попаданец с телом, а не просто душой. Не так, как… другие попаданцы, – Бранд едва не проговорился насчет Эйприл, но вовремя удержал язык за зубами. – Поэтому от меня не знают, чего ожидать и боятся. Вдруг я переместился в ваш мир со злыми намерениями. Во всяком случае, так сказал мне Генри. Может, он мою силу уникальную магическую хочет забрать, я откуда знаю? В моем мире я был очень сильным магом! Я рад, что в этом мире считают так же!

Бранд гордо задрал нос, хотя прекрасно знал, что никаких особых сил у него не было.

– Сила уникальная… – задумчиво проговорил Фредерик, покосившись на его рукав, на котором виднелось пятно, подозрительно напоминающее засохшую кровь. – Безграмотный тогда этот король Генри, раз попаданцев боится!

Фредерик весело улыбнулся, пытаясь разрядить остановку. Эйприл повелась на это и сказала, что сходит в сарай к Белке.

Оставшись наедине с Брандом, Фредерик подошел к нему ближе. Лицо у него стало серьезным, напряженным.

– Я вижу, что ты что-то скрываешь, – произнес Фредерик негромко и честно. – Пока не знаю что. Но просто знай… не думай, что мою мать некому защитить, если что. Она не одна, хоть отец и обошелся с ней так мерзко. Поэтому надеюсь, что ты и правда нам друг.

Бранд поморщился. Этот Фредерик уже создавал ему проблемы. Но вместо того, чтобы ругаться, Бранд вальяжно кивнул.

– Понимаю твои чувства. Я сам очень признателен твоей матери за помощь. Что она пустила меня и обогрела. Все-таки нам, беглецам, нужно держаться вместе, согласен? Обещаю, если на нас нападут стражники, я буду драться, как лев, защищая твою мать. А не только собственную жизнь!

Он сверкнул глазами, надеясь, что его обещание прозвучало достаточно экспрессивно и искренне. И Фредерик наконец-то отстанет от него.

Глава 23

Я не могла ходить с Белкой на то же пастбище, что и большинство жителей деревни. Ведь мне лучше было поменьше попадаться людям на глаза. Конечно, я ходила по улицам, относила молоко, покупала что-то на рынке в базарный день. Но старалась избегать разговоров. А когда приводишь животное пастись, с тобой точно заведут беседу. Никто же вроде как никуда не спешит. Да и всегда оставалась вероятность, что в деревню заедет какой-нибудь стражник. Да хоть воды попросить попить! Так что лучше было поменьше там показываться. В общем, я решила, что лесная опушка – это неплохое место. Да и трав там было достаточно. К тому же, Белка, барышня характера вредного, по крайней мере, не могла там никого бодать, кроме ствола старого дуба. А на пастбище, как я подозревала, она начала бы задираться с каждой животиной, которая, по ее великому козьему мнению, не так подышала.

– Белка! – я предостерегающе натянула поводок, закрепленный на ошейнике.

Белка недовольно обернулась, зыркнув желтыми глазищами. И высказала протяжным блеяньем все, что думает о нарушении ее личных границ. Мол, может, у меня призвание такое! В сорняках в человеческий рост скакать, а потом вылезать из них вся в репяхах!

Пока Бранд гостил у нас, я как-то поручила ему отвести Белку пастись. В итоге выяснилось, что он ничегошеньки не смыслит в травах. Потому что уже на вечерней дойке коза была подозрительно тиха и покладиста, и мне мерещилось, что где-то в грудине у нее так и рвется наружу зловредное хихиканье. Ведь молоко, как оказалось, вышло таким, что только вылить!

Я напустилась на Бранда, а он развел руками, хлопая глазами: «Так это была горькоцветка разве?»

Я хлопнула себя по лбу, после чего попыталась воззвать к совести козы. Белка задрала морду не то, чтобы почесать рогами спину, не то, чтобы проверить, нет ли под потолком сарая пауков.

«Она же горькая, Белка! Зачем ты ее ела?!» – возмутилась я.

Белка что-то недовольно проблеяла и улеглась спать. Мол, ну, и что, что было невкусно, зато и вам теперь невкусно! Несомненно, если бы козы умели смеяться, то Белка общалась бы с нами исключительно злодейским смехом.

– Я не Бранд, а он ушел, так что теперь тебе спуску никто не даст, – сообщила я Белке, потянув ее прочь от горькой травы.

Впереди показалась одна из наших любимых полянок. Я села на валун, держа кончик длинного поводка, чтобы Белка могла спокойно гулять по всей поляне. Оставлять козу одну казалось мне плохой идеей. В лесу на Белку могли бы напасть дикие звери или нечисть. Хотя Бранд как-то съязвил, что в таком случае нечисть еще плакаться к нам прибежит.

– Ешь давай, не привередничай! – с улыбкой отмахнулась я, когда Белка подняла голову так озадаченно, что травинка выпала изо рта.

Коза дернула ушами. А через секунду и я поняла, в чем дело. Совсем близко раздалось лошадиное ржание.

Я схватила Белку за поводок, готовая броситься наутек. Ведь со всадниками у меня уже закрепилась нехорошая ассоциация со стражей. В деревне верхом никто не ездил. Если кому и повезло накопить на лошадь, то ее запрягали в телегу. Так что это явно был кто-то неместный!

– Белка, пойдем! – зашипела я. – Нам нужно уходить!

Вот только коза у меня решила потренироваться в упрямстве. Она уперлась копытами в землю что есть сил, недовольно выставив рога. Мол, изо рта обед забирают, жадины!

– Белка! – умоляюще взвыла я и потянула козу за собой усерднее.

Она недовольно поплелась за мной, останавливаясь буквально на каждом шагу и отвлекаясь на любую вкусную с ее точки зрения травинку. Но оказалось, что бежать уже поздно.

– Эйприл! Это ты?!

От этого голоса у меня сердце рухнуло в пятки. Генри! Даже не какой-то там стражник, а сам король собственной персоной! Я выпустила из руки поводок, понимая, что с Белкой мне никак не сбежать. А так есть шанс удрать, а потом найти ее. Все-таки на свою кличку она с горем пополам отзываться начала, привыкшая, что за это ей всегда дают какую-нибудь вкусняшку.

Я ринулась прочь напролом, через кусты, не разбирая дороги. Но почти сразу же позади меня раздался треск веток. Генри побежал за мной!

– Эйприл!

Он настиг меня на небольшой поляне, хватая сзади, буквально обвивая руками, как в объятьях. Почему-то в голове вспышкой пронесся тот наш поцелуй, самый первый. Та искра, которая проскочила между нами. Но я не могла себе позволить думать об этом сейчас. Когда пыталась изо всех сил вырваться, освободиться! Ни к чему хорошему моя активная возня не привела. Попытка ударить Генри ногой в колено – тоже. В итоге мы лишь потеряли равновесие и полетели вниз. Я кое-как извернулась, чтобы не упасть лицом в землю. И в итоге оказалась лицом к лицу с Генри, лежащая спиной на траве. Мое дыхание было сбитым, сорванным, а сердце колотилось, как у пойманной птицы.

– Что же ты все убегаешь от меня, Эйприл? – Генри перехватил меня кончиками пальцев за подбородок, заставляя посмотреть в глаза. – Никак не могу забыть твой прошлый побег. Еще никому не удавалось меня так одурачить.

Генри хмыкнул не то зло, не то уважительно. По моему телу пробежала легкая дрожь. Ведь на этот раз он точно не поведется ни на какие уловки! А это значит, меня снова ждет темница… в лучшем случае. А в худшем – эшафот.

– П-прости, – выдавила я. – Но что мне оставалось делать?

Я выпалила это с отчаянием, на глаза у меня навернулись слезы. Генри со вздохом успокаивающе погладил меня по щеке. От этой простой, едва ощутимой ласки я замерла, будто к моему горлу приставили острый кинжал. А Генри вдруг встал и подал мне руку. Он покачал головой, не глядя мне в глаза.

– Честно скажу, Эйприл, я не знаю, что мне с тобой делать. Любую другую на твоем месте я не стал бы щадить. Безопасность моей семьи – это то, ради чего я готов на любые жесткие меры. Да ты меня понимаешь.

Я кивнула.

– Понимаю. Сама бы ради сына пошла на все.

– Ты и пошла. Пробравшись во вражеский замок, не думая о последствиях, – Генри улыбнулся. – Ты очень смелая, правда, и очень сильная духом.

– Я просто люблю своего сына. Так же, как и ты, Генри, – я повела плечами, смутившись от его комплиментов.

– Да, – кивнул он. – Мы похожи. И поэтому я еще раз расспросил Лео обо всем. В деталях, в подробностях, по кругу, чтобы он уж точно запутался в своем вранье, если решил просто тебя выгораживать… Никогда не думал, что буду устраивать собственному сыну такой допрос.

Генри со вздохом устало провел ладонью по волосам, убирая назад с лица короткие черные прядки, встрепанные за время погони.

– И ты убедился, что я не похищала Лео? – спросила я негромко.

– Думаю, что убедился, – Генри посмотрел мне в глаза. – Сейчас, когда я посмотрел тебе в глаза, убедился окончательно. Ты не выглядешь той, кто может играть подло.

– Спасибо, – пробормотала я, уголки губ дернулись в несмелой улыбке. – Так значит… теперь я свободна? Меня больше не будут преследовать?

«И я с сыном смогу спокойно уехать домой?» – так и крутилось у меня на языке, но я не решилась настолько сразу дергать тигра за усы, ведь Фредерик все-таки был пленником в подземельях Генри.

– Не будут, – кивнул он, и по глазам было видно, что и правда принял окончательно это решение только сейчас. – Но не забывай одну вещь, Эйприл.

– Какую?

Похолодев, я попятилась. Правда, тут же наткнулась спиной на дерево, вжавшись в его ствол лопатками. Генри подошел ко мне, упираясь ладонью в шероховатую кору, будто загоняя меня в ловушку.

– Твой побег от меня. То, как ты меня обхитрила. Не думай, что это сойдет тебе с рук так просто.

– Что со мной будет? – прошептала я испуганно.

Генри тепло рассмеялся. Он вытащил из моих волос зацепившуюся за них сухую травинку. Теперь темных волос. Я так и не привыкла к ним. И теперь радовалась тому, что со временем краска смоется и не нужно будет красить их снова!

– Не бойся, Эйприл. Не бойся меня… – мягко и тепло попросил Генри, а потом лукаво прищурился. – Просто я подумал, что имею право кое-что попросить у тебя. Пригласить тебя к себе. Сегодня вечером.

Он отступил на шаг, скрещивая руки на груди в ожидании ответа.

– У меня есть муж, Генри, – я нервно заправила прядку волос за ухо. – Который до сих пор у тебя в подземельях.

«А еще у меня есть гордость! – хотелось добавить мне. – И я прекрасно знаю, что короли женятся на принцессах из других королевств. Я же могу быть лишь любовницей, а эта роль для меня унизительна!»

– И ты любишь его?

– Нет. И мечтаю о разводе с ним после всего, что он сделал! – искренне выпалила я. – Но это не значит, что я готова прямо сейчас… ну, ты понимаешь.

Мои щеки тронул легкий румянец. Может, я и покрасила волосы, но кожа у меня осталась прежней. Почти белой и очень нежной. Выдающей мои эмоции с головой! А этот разговор меня очень смутил!

– Понимаю, – серьезно кивнул Генри. – Тогда я приглашаю тебя не на свидание, а на семейный ужин. Приходи вместе с Фредериком. Догадываюсь, что он прячется где-то с тобой. Лео будет очень рад вас видеть!

– Я… подумаю, – я нервно облизнула пересохшие губы.

– Это не ловушка, Эйприл. Даю тебе слово. Ты мне нравишься, и я хочу приручить тебя, – Генри взял мою руку в свою и легонько коснулся губами костяшек моих пальцев. – Даже если понадобится время, чтобы вылечить твое разбитое сердце после всего, что натворил твой муж.