355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Елена Мельникова » Каменные сердца (СИ) » Текст книги (страница 11)
Каменные сердца (СИ)
  • Текст добавлен: 9 марта 2018, 11:00

Текст книги "Каменные сердца (СИ)"


Автор книги: Елена Мельникова


Соавторы: Иван Мельников
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 48 страниц) [доступный отрывок для чтения: 18 страниц]

Кем-то предупрежденный, мэр встречал нас на грязной красной ковровой дорожке метров за пятнадцать до гостеприимно растворенных дверей борделя-мэрии. Градоправитель представлял собой помесь аристократа с дешевым сутенером: пухлощекий толстячок в суслячьей шапке, длиннополом фраке на голое тело и грязных меховых тапках в виде зайчиков. Да, конечно, имелась и статусная лента, в которую он, судя по разводам и пятнам, еще и сморкался. Пузан раскланялся перед нами и пригласил в ратушу, но практичная Кирна потребовала на месте выяснить, как будут оплачиваться наши услуги. Вот тут-то мэр и продемонстрировал истинную ценность полосы голубого шелка у себя на брюхе – он утер ею обильный пот, проступивший у него при упоминании о награде. Суетливость отцов города – а присутствовали и шериф, и главный казначей, и еще какие-то невнятные хари – подсказала сообразительным нам, что жадность в их мозгах потихоньку побеждает осторожность. Посему Тиана не замедлила подкинуть им пищи для размышлений.

– Ну, уровень нашего бесстрашия напрямую зависит от оплаты, – обронила она, лениво скручивая цигарку.

– О, благодарность наша не ведает границ! – выкрикнул заученную фразу Феликс и немедленно получил от шерифа зуботычину.

– Старина Фел прав, но… – замялся мэр, оглянулся на казначея и решился, – но годы нашего процветания давно позади… – Кирна угрожающе хмыкнула, я зевнула, Тиана предложила ехать дальше. – Мы заправим… да, заправим ваши машины!

– Похоже на бычачье дерьмо! – воскликнул Декстер и уже приготовился ляпнуть более весомое оскорбление, но мэр прервал его:

– Давайте проследуем на склад, уверен, там найдется для вас что-нибудь!

Под склад город выделил огромное, обитое жестью здание, ибо здесь хранилось – начиная с запасов съестного и топлива, и заканчивая ненужным, просроченным, истлевающим хламом. В нос ударил острый запах химикалий, сдобренный аппетитным мясным амбре. Какое-то время мы стояли в полной темноте. Под потолком мигнуло, потом еще, и свет постепенно разгорелся. И мы узрели! Горы тюков, ящиков, канистр…

Что-то мне подсказывает, мы могли устроить и впрямь разорительный набег на городские закрома, никто не посмел бы окоротить нас. Но мы скромно покопались в ближайших кучах. Владилен выудил пузырь технического спирта. Я удовольствовалась неработающим (пока) роторным пулеметом, достойным турели моего «юрала», и ящиком разнокалиберных патронов, в котором заметила полупустую, вроде бы пулеметную ленту. Джо, как с родным, обнимался с переносным компьютером, типа книги, только без страниц. Натан, обретающий в подобные моменты зоркость грифа, добыл из груды железяк очередную деталь для своей ненаглядной тачки. Тиана приперла несколько мешков и промышленной взрывчатки, мотивировав свой выбор необходимостью решать проблему дикарей кардинально. И проблема эта вновь напомнила о себе устами взволнованного мэра, уже почуявшего скорое оскудение хранилища.

Как обычно, мнения разделились: одни хотели вжарить, другие – мирно поболтать. Аксель пристрастно расспросил градоправителя о предпринятых мерах по усмирению братьев-варваров. Толстяк покраснел и тихо признался, что столковаться с ними он уже пытался… но его публично унизили и изгнали с позором. Дикари не допускали в свои дела цивилизованных соседей, считая эру тонкой взаимовыгодной дипломатии прошедшей. Каньоном, по их мнению, должен был править кто-то один, сверху, снизу – везде, а сыновей осталось двое да еще слабак-мэр. Амбиции Клыка и Когтя (очень подходящие имена выбрал им папаша) жаждали удовлетворения, немедленного и полного.

И тем не менее Аксель, Натан и Данике настаивали на попытке провести очередной тур мирных переговоров, тщетно стараясь убедить прочих во главе с Тианой, выступавшей особенно громко, пока ничего не ломать и не взрывать. Но разве можно спорить с теми, кто записал себя в герои? Конечно, нет. Цыганин махнул рукой и предложил хотя бы поспать перед началом активных действий. С этим все согласились. Не иначе Аксель надеется спустить дело на тормозах. Интересно, как…

**

Сагерт направился к филиалу Гильдии, самому крепкому и внушительному зданию в городе. Его походка, выражение лица никогда и никому не выдали бы истинных чувств, бушевавших внутри. Боец позволял себе ненавидеть лишь в краткий миг приближения к цели, потом он очищал свою душу от чересчур сильных эмоций и снова становился расчетливым, хладнокровным, внимательным. Как должно воину, воспитанному Учителем.

В Верхнем Каньоне Гильдия поставила дело на широкую ногу – помимо рыночных павильонов имелся магазин в первом этаже филиала. Просторная зала мягко освещалась многочисленными лампами, отражающимися в ростовых зеркалах, являвших пример истинной, а не бутафорской, роскоши. Посередине ее делил длинный помост-дорожка, по которому дефилировали рабы во время показа клиенту, после они выстраивались на нем же, ожидая своей участи. Не было аляповатых украшений, как в борделе, напротив, простотой убранства подчеркивалось – клиент попал в солидное заведение, а не в шарашкину контору. Тут предлагались не девочки на час, а выгодное вложение денег, приобретение движимого имущества, которое прослужит долгие годы.

Вошедшего Сагерта встретила миловидная девушка, чистенькая, одетая строго и со вкусом, с блокнотом из плотного картона в руках. В магазине существовало несколько ступеней проверки покупателя: вышибалы, освобождающие помещение от безденежных, недовольных, излишне буйных клиентов, продавцы-консультанты, отсеивающие праздношатающихся зевак, и хозяин зала, заключающий сделки. Вы могли покинуть магазин на любом этапе даже без объяснений причин. Но Сагерт выглядел достаточно презентабельно, чтобы охранники, лишь покосившись на него, вернулись к своим занятиям, а владелец мигнул продавщице: мол, твой выход.

Сагерт хорошо подготовился. Нельзя прийти просто так – если хочешь задержаться подольше, нужно действительно сделать заказ. Ему якобы понадобилась женщина, не мутантка – ни в коем случае! – симпатичная и… Он слышал о людях, умеющих влиять на разум, эмоции, даже способных переиначивать их. Данике называл их «психиатрами» и уверял, будто некоторым таборчанам (в числе первых Кирне и Тиане) необходима помощь такого специалиста. Чем не предлог? Когда Сагерт сжато выдал свои требования, консультантка хмыкнула, закусила карандаш и с сомнением качнула головой. Терять покупателя из-за его глупых желаний было недопустимо, и в итоге она переложила задачу подбора на опытные плечи начальника, попросив клиента подождать.

По подиуму просеменили семь девиц, все ухоженные, накрашенные и причесанные, в одинаковых легких туниках. Сагерт скучающе проводил их глазами, а потом воззрился на продавщицу, как бы говоря: «Знаете, интересующие меня способности на лбу не написаны».

– Вот эта станет чудесной женой, – консультантка кивнула на эффектную мулатку. – Та отлично шьет, прямо-таки Дарья-искусница. С нее может начаться процветающее дело! – палец переместился в сторону девчушки лет тринадцати. – Следующая, не поверите, работала в ремонтной мастерской…

– Я же четко сформулировал, какими талантами должна обладать кандидатка, – с деланным спокойствием сказал Сагерт, мысленно недоумевая: «А кто такая, о небо, Дарья-искусница?»

– Но описанные вами способности могут скрываться в любой из них, – вкрадчиво произнесла девушка, обводя рукой строй рабынь.

Сагерт намеревался продолжить дискуссию, когда в дверь ввалилась Кирна. Стражи напряглись, один приподнялся с табурета, но продавщица, заметив взгляд, брошенный клиентом на визитершу, подняла ладонь, останавливая бугаев.

– И что ты тут забыл? – гневно вопросила Кирна. – Тебя же облапошат, ощиплют, как куренка! Тебе их пытаются всучить? Это дрянь, Сагерт. Брак.

– Я бы на вашем месте не позволяла своей женщине вмешиваться в серьезные дела, – тихо проронила консультантка.

Сагерт обреченно вздохнул. Фразочка едва не стоила неразборчивой девчонке жизни – Кирна за доли секунды выхватила тесак и очутилась рядом с обидчицей. Если бы Сагерт немного промедлил, по начищенному полу покатилась бы голова продавщицы с растрепавшейся прической и с застывшим навеки удивлением на лице. Но он успел сжать Кирнино запястье, и оружие оставило на шее жертвы длинную неглубокую царапину, ровно такую, на какую договорились его ненависть с его здравомыслием. Боец и сам с удовольствием убил бы замешанную в грязном деле работорговли девку, но не сейчас же! Он сгреб брыкающуюся подругу в охапку и покинул магазин, когда охранники только начали соображать, что стряслось.

**

Меня давно терзало любопытство, зачем нашему бойцу сраная Гильдия, филиалы которой он с таким упорством ищет в каждом городе? На сей раз я решила это выяснить, благо никаких других развлечений пока не предполагалось.

В торговом зале Гильдии вышла курьезная сценка. Похоже, Сагерту понадобилась еще одна сожительница, но первая имела свое мнение на этот счет. Ну вот, теперь мне тоже лучше делать ноги!

Я вернулась к каравану почти сразу за Сагертом с Кирной. Народ уже укладывался спать, а мне вздумалось прогуляться вниз, к дикарям, пока все вокруг превратилось в сонное царство. К несчастью, меня застукал Аксель, и он не оценил моей идеи. Приперев меня к стенке трейлера, цыган разорялся насчет «молокососов, что не только нос, всю харю по самую жопу в костер суют». Все, кто не дрых, услышали, а кто уже дремал – проснулись и тоже были введены в курс дела. В итоге вместе со мной увязалась большая часть табора, кроме Натана, притворившегося занятым, Элейн и Акселя с Захарией, которые остались приглядывать за имуществом.

Нет, ну какого же хрена! Мой великолепный замысел оказался испорчен. Я-то рассчитывала сиеста, она и на дне Каньона сиеста – подобраться к стойбищу справа от моста (по словам мэра, там правил менее свирепый из братьев – Коготь). Но такую ораву даже вусмерть пьяные или объятые безудержным сном дозорные заметят! Расстроившись не на шутку, я убежала вперед, оставив отряд далеко позади.

Прогулка заняла около часа, и это по самому солнцепеку! Как назло, долбаная тень выбрала другую сторону каньона. И почему мы тоже ее не выбрали? Впрочем, питьем и всякими шапками да очками мы запаслись (без них ни один опытный путешественник из машины носу не высунет), а вот чего не учли, так это тяжести Тианиной поклажи. Девица никому не позволила нести хотя бы часть багажа, утверждая, будто такие жопорукие ребята, как мы, обязательно попортят содержимое ее рюкзака. Ну, никто особенно и не настаивал. Декстер, так тот вообще через некоторое время принялся глумиться над подружкой:

– И с чего ж ты так взмокла? Уж не от вида ли моей крепкой спины? Поторапливайся, если охота и спереди посмотреть! А? Говоришь, из-за жары? Ну да, точняк, я горячий мачо… – Тушкан, посмеиваясь, ловко уклонился от пинка и продолжил в том же духе.

Джонатан справедливо бухтел по поводу неразумности массового похода и бессмысленности своего личного участия в нем. А вот по мнению Туве, грядущие сцены насилия должны были открыть Хайду непознанные грани мироздания, а прогулка – не допустить возникновения детской полноты. Какая же дурь, дамы и господа!

Наконец Тиана покачнулась и рухнула наземь, как подкошенная. Данике констатировал тепловой удар. Остальные, сгрудившись вокруг, создавали тень, вернее же, просто любопытничали. Доку удалось привести девицу в чувство в рекордные пять минут, в процессе лечения нещадно ругая ее за самоуверенность, недальновидность и глупость.

Проморгавшись, Эльхаим первым делом попробовала закурить, но Данике разгневанно выбил папироску из ее дрожащих пальцев и запретил прикасаться к табачным изделиям до конца дня.

– Встань и иди! Тушкан повелевает! – дурным голосом воззвал Декстер, простерши ладони над Тианой.

Единственное, чего он добился своей показухой, – сердитого шиканья Данике, сопровожденного моим тихим хихиканьем и бранью Кирны. Конечно же, Эльхаим была пока не в силах даже сесть. Тяжело вздохнув и окинув нас мутным взором, она поинтересовалась, не рванул ли ее рюкзак до срока…

Тогда-то хвостатый мессиканец и решил освободить подружку от тяжелой ноши, причины всех ее бед. Он принялся отволакивать свертки из рюкзака к реке и утопил около трети до того, как диверсию обнаружили. Вот тут началась настоящая потеха! Хоть плату в шляпу собирай! Тиана, вскочив, обрушила проклятия на голову Декстера, его родных, знакомых и домашних животных, и накинулась на него с кулаками. Тушкан пытался отшутиться (мол, хочешь, чика, таскать что-нибудь вспыхивающее быстро и горящее долго – понеси меня), но получил свое сполна. Девица безжалостно поколотила его и навьючила поклажей. Огнеплюй, само собой, она оставила при себе.

Увлекшись дружеской потасовкой, мы, как распоследние идиоты, прозевали группу дикарей, направляющуюся к нам из деревни Клыка. Спасла нас бдительность Кирны – все попрятались по кустам. Кроме Туве, которая невозмутимо обратилась к Хайду с очередной речью:

– Урок на сегодня: отгадай-ка, что им нужно, мелкий Джо?

– Они хотят нас убить, – торопливо ответил тот и умоляюще добавил: – Туве, а ты разве не спрячешься?

– Я разберусь с ними, – улыбнулась ушастая. – Покажу, как это делается.

С сумасшедшими спорить бесполезно, посему мы сныкались, затихли и приготовились ко всему. Все не заставило себя ждать: вскоре на дорогу вышли опасного вида мужики, где-то рыл пятнадцать или около того. Вооруженные в основном арбалетами, но парочка ребят захватила винтовки, и, похоже, они умели ими пользоваться.

– Где эти ублюдки? Попрятались, сучьи дети! Ну да ладно, от нас не уйдут! – раздавались крики, а потом их внезапно сменило гробовое молчание: бугаи осознали присутствие в пейзаже лишней детали – Туве.

Девушку обступили, некоторое время рассматривали, не проронив ни звука, и наконец, расчухав ситуацию, принялись обсуждать, «а кто у нас тут самый смелый», «что же, кроме девчонки некого и послать», «понравятся ли Клыку разрисованные сиськи» и тому подобные насущные вопросы. Туве немного послушала, а потом громко пообещала:

– Если вы не бросите оружие, у вас будут неприятности.

Рев гудка «джона гира» стыдливо заглох бы перед взрывом хохота (вперемешку с возмущением), последовавшим за столь наглым заявлением. Рыжую дурочку ожидала незавидная судьба…

**

Натан рылся в багажнике до тех пор, пока его спутники не скрылись за воротами. Он был рассержен тем, что Аксель опять не пресек сумасбродную выходку Томми, увлекшую остальных на смертельно опасную прогулку вниз. Его бы воля, Дриббл, пожалуй, выгнал бы мальца, пристрелил, ну или приковал наручниками в кузове тягача.

Когда на стоянку вломились шериф, несколько амбалов со значками Гильдии работорговцев и девка с перевязанным окровавленной тряпицей горлом, Натан уже готовился мирно задремать. До Акселя в трейлере пришельцы не достучались. Наверное, хитрожопый цыган попросту притаился внутри, не пожелав сталкиваться с недружелюбно настроенными гостями. Они миновали Кирнин джип, заглянули в тягач и устремились к «сандерклапу». Его уже заметили, и прятаться или бежать было поздно, кроме того, Натан прекрасно знал свои обязанности (хоть и навязанные общественностью): если Аксель отсутствовал или прикидывался таковым, должность парламентера переходила к Дрибблу или Данике. Надо отдать ему должное, Аксель ни разу еще не отлынивал в действительно щекотливых ситуациях… разве вот теперь.

Вылезши из машины, Натан встретил посетителей радушной улыбкой, но при этом недвусмысленно шваркнул дверью, как бы намекая: ребята, я с вами покалякаю, но вы, вообще-то, некстати.

– Добро пожаловать. Чем обязан? – порой физиономия Дриббла приобретала акулью обаятельность, отчего собеседникам хотелось поскорее закруглить разговор, так или иначе.

– Извините, сейчас время отдыха, но… – неуверенно начал шериф.

– Психованная баба, блондинка в коже, она приехала с вами! И тот мужик… – истерично пропищала девка, придерживая повязку. – Они чуть не убили меня!

– Тише, Детти, – прогудел один из здоровяков. – Сегодня упомянутые особы побывали в нашем заведении. Мужчина как раз приценивался, когда женщина…

– Мерзкая паскуда! – взвизгнула Детти.

– … явилась, охаяла товар, а потом порезала ее, – верзила, чья учтивая речь совершенно не вязалась с людоедским обликом, досказал, будто его и не прерывали.

– Дело в том, что ваших спутников довольно легко опознать, – словно извиняясь, вставил шериф, – я решил уточнить.

– Сожалею, но в данный момент они внизу, расхлебывают ваши проблемы, – жестко ответствовал Натан, гневно сверкнув глазами. А про себя адресовал пару ласковых Сагерту и его подружке.

– Да-да, конечно, дело немного подождет, – блюститель порядка откланялся, несмотря на раздраженное блеяние обиженной девицы.

До поры все устаканилось, но было просто необходимо обсудить с Акселем поведение Тома и заставить его как-то урезонить Кирну.

**

– Натанчик! – Элейн грубо тормошила Дриббла за плечо.

– Я уже проснулся, Эли! Хватит, у меня сейчас зубы обобьются! – Натан протер глаза. – Что случилось-то?

Цыганка потащила его к невысокой балюстраде моста и указала вниз, где ярким пятнышком мелькала Туве в окружении мужиков самого отчаянного вида. Натан опрометью кинулся в «сандерклап», откопал в бардачке бинокль и, вернувшись обратно, с изумлением обнаружил Элейн с огромной старинной подзорной трубой.

– У них серьезные проблемы, – констатировала Принцесса воров. – Пора выручать!

– А у тебя есть снайперская винтовка? – небрежно вопросил Натан, наблюдая за сценкой внизу.

– Нет, но есть кое-что получше. – Дриббла насторожил тон Элейн. Он обернулся и увидел, как цыганка обвязывает свои ноги тонким тросом, другой конец которого крепился к фонарному столбу. – Вытянешь нас.

Натан не успел ничего возразить – Элейн кинулась с моста головой вниз.

**

Само собой, Джонатан Хайд, мать его так-то, не усидел за камнем, когда его подружка очутилась в опасности. Истошно завопив, горе-герой вскочил и выставил вперед руку с металлическим полуметровым копьецом. Устройство полыхнуло синим, из него вырвалось нечто, похожее на вилку, и вонзилось в зад одному из обидчиков. Тот заорал во все горло и схватился за уязвленный филей.

Понеслась! Суровых варваров закидали горючими коктейлями, бумерангами и камнями, лишь раззадорив их. К несчастью, все вышеозначенные предметы нанесли чисто символический ущерб (преимущественно самолюбию) и лишь слегка смутили неокрепшие дикарские умы.

Наверное, следует сделать небольшое лирическое отступление. Так вроде бы у писателей называется лабуда, которая лепится к повествованию на соплях, пришивается сикось-накось или попросту кладется рядышком (нехай будет, от читателя не убудет). Есть и у меня такой кусманчик. Вот вы, поди, записали Тома Мэйби в ряды везучих засранцев, попусту коптящих небо? Да-да, несмотря на мою несомненную пользу, меня часто обвиняют в никчемности, требуя у Акселя урезать мой паек. Для этих обличителей напомню: Томми заменяет будильник, Томми исполняет роли поваренка, мальчика на побегушках, няньки при Владилене и любом упившемся таборчанине, наравне со всеми несет сторожевую вахту. Томми первым идет куда подальше, как самый младший. У Томми имеется велосипед, коим периодически пользуются все. Томми терпеливо выслушивает все истории у костра. И наконец, Томми уже дважды расчищал свинарник в трейлере! И помимо всего вышеперечисленного, Том неплохо, как выяснилось, управляется с огнестрелами. Впрочем, я отвлеклась. У пацана есть вещь, которую признают полезной абсолютно все. Ею и оправдывают его существование.

Еще в бытность мою в Идэне я восхищалась одним из персонажей «Безумного Мака» (довоенного фильма про то, как люди станут жить после войны) – мелким мальчишкой самого дикарского вида, не побоявшимся сопровождать Главного Героя в опаснейшем путешествии. Кроме того, поц дважды охренительно точно метнул бумеранг… Роботы сочли бумеранг спортивным снарядом, а я упражнялась в его кидании, представляя вместо мишеней разных Главных Мерзавцев.

Пластиковый угольник вместе с перчаткой для ловли остался в Куполе. А мне один из многочисленных Акселевых знакомцев выточил из стали новенький, потом они вместе с цыганом еще и армированную рукавицу с кобурой справили. В честь чего? Это связано с пресловутой байкой про громадного сурка, не забыли? Я непреднамеренно поохотилась на него, точнее, тварь охотилась за мной, но метко пущенная палка-металка поменяла нас ролями. С тех пор Том доставляет к столу свежатину, не переводя патронов. Наверное, если б док не жрал свои чудо-таблетки, он производил бы не меньший фурор с луком и стрелами.

Но вернемся к нашей . Цыгане сидят за камнями-кустами, дикари стоят с приоткрытыми ртами. Слева вяло горит жухлая трава, там, где шлепнулся Тианин коктейль.

Еще больше дикари растерялись, когда в их толпу с небес упало нечто, унесшееся вместе с Туве обратно ввысь. Надо признать, мы тоже обалдели. Первой очухалась, как ни странно, Тиана, бросив еще один пылающий подарочек, а потом пришла очередь бугаев Клыка. То есть, сами понимаете, очереди никто не ждал, однако бывают состояния мозга совершенно несовместимые с активными действиями. В данном конкретном случае – удивление.

По нашим укрытиям дали залп, выщербив из валунов тучи каменных крошек и вполне предсказуемо сразив Джо, так и продолжавшего торчать да лупать глазами. Арбалетный болт прошил его насквозь под правой ключицей – Хайд рухнул навзничь. Прочие не пострадали.

Кирна, брезгливо прошипев: «Таких двадцать голов за один патрон дают!» – убрала дробовик и ринулась в драку, размахивая своими тесаками. Я вторично запустила бумеранг, располосовав кому-то спину. Позже придется вызволять лезвие оттуда (не из спины, конечно, хотя оно могло и застрять, а из-под ног). Сагерт уже вклинился в самый центр толпы, опередив даже свою кровожадную подругу. Тушкан засветил кому-то в лоб булыжником, а Данике, верный врачебному долгу, пополз к раненому Джо. Лучше б тоже камнями покидался!

И тут я скорее почувствовала, чем заметила какое-то движение сбоку: Тиана готовила огнеплюй к бою. Собственно, раструб уже харкнул оранжевым язычком ей на самокрутку, и теперь пламенная струя постепенно увеличивалась, направляясь к дерущимся.

– Сагерт, уноси ноги! – мой отчаянный крик вовремя достиг адресата.

Боец подхватил на плечо Кирну и прыгнул в сторону. Ох, опоздай он хоть немножко, и гореть бы им ярко. Тиана широко повела соплом орудия. Получилось в прямом смысле зажигательно!

Вполне закономерно пляски и песни представителей племени Клыка привлекли внимание дозорных из поселения Когтя – к месту побоища приближался внедорожник, начиненный вооруженными мордоворотами. В интересное положение мы попали.

**

– Ну, и зачем ты это сделала? Все ведь шло как по маслу! – оскорбленно спросила Туве у Элейн, еще даже не встав на ноги.

– Эли, великолепное исполнение! – восхищенно заявил Натан, аплодируя.

Правда, он не одобрял ее поступка, пока она летела вниз-вверх, рискуя прошибить головой грунт, но сейчас готов был восхвалять отвагу и ловкость цыганки сколько угодно.

– Как тебе удалось рассчитать нужную длину троса? – льстиво поинтересовался Дриббл.

– На глазок, – ядовито процедила цыганка, потирая лодыжку. – Некоторые вот не оценили! А у меня из-за нее синяки будут на лодыжках.

– А мне опять по жаре топать! – пробурчала Туве и побежала к воротам, всплескивая руками и продолжая громко возмущаться. Развевающиеся накладные кисточки на кончиках ушей придавали ей отдаленное, но вполне уловимое сходство с велосипедом.

– Нет, какова, а?! – воскликнула Принцесса воров, проводив взглядом сбрендившую деваху.

**

Все клыковцы, державшиеся на ногах (читай – успевшие потушиться), быстренько ретировались при виде новой порции врагов. А мы остались.

– А тут у нас кто? Очередная компашка слабачков из Верхнего? – приветствовал нас загорелый детина в вычурном кожаном доспехе, увешанном разнообразными когтями, и с внушающим уважение, почти станковым, арбалетом в руках.

– Племя свободных цыган. Наш шаман сказал: народу Когтя нужна помощь – мы явились! – продекламировал Данике. Иногда на него прямо-таки снисходит вдохновение, хотя не исключена и длительная подготовка. Так-то док немногословен.

– Ха, – кратко ответил ему варвар, неторопливо обвел взглядом нас, поверженных сторонников Клыка, с которых уже снимали трофеи, и отдельно – Данике. – Шаман, говоришь? Давай-ка, узнаем, каков он. Пусть духи решат!

Глупцы! Может ли кто-нибудь сравниться с Владиленом Михайловичем Птицыным, потомственным грусским алкашом, в вопросах, касающихся фей, чертей и прочих глюков? Тем паче, их колдун ничем не отличался от рядового дикаря, разве что юбкой из дурно пахнущей речной травы и повышенной чумазостью. Он заулюлюкал, потрясая обвешанной косточками винтовкой, потом немного успокоился и повелительно указал на замшелый валун с мерцающим слюдяным пятном в виде птичьего черепа. Издав еще один нечленораздельный рык, шаман принялся скакать, а от кучки его спутников отделился низенький жилистый паренек немногим старше меня. Ухмыльнувшись щербатым ртом, он завернул за камень и присел. Это начинало смахивать на дурацкую клоунаду в бродячем цирке… Неужто шутник решил там навалить? Похоже на то: юный варвар встал, поправил штаны (его товарищи загоготали) и удалился, подбадриваемый шлепками по спине и дружескими подзатыльниками. Главенствующий здоровяк призывно повел раскрытой ладонью:

– Угадывай, шаман!

Данике пихнул Птицына, прильнувшего к фляжечке. Мы, памятуя о длительности владиленовских камланий, расселись полукругом и достали жратву, повергнув дикарей в ступор своим спокойствием. Гроссиец не подкачал: не меньше получаса он играл на варгане и конвульсивно бился в пыли. Когда Владилен бросился на землю в пятый раз, Декстер, не выдержав, резко вскочил и метнул в алкаша картофелину, которую до того аппетитно вкушал. Корнеплод попал точно в лоб Птицыну и на минуту вырубил его. Варвары зашевелились, посчитав, что наш колдун сдался, но тут дед очнулся и возвестил: «Желторотик там обмотанный проволочкой патрон упрятал». Пацан обиженно взвыл, получив от кого-то из старших увесистую оплеуху. Вожак рявкнул, в мгновение ока прекратив произвол. Дикари притихли.

Опередив всех желающих, я кинулась к священному валуну, уселась и принялась рыться в многочисленных карманах. За время своих приключений мне удалось захапать бессчетное число необычных штуковин, а некоторые сопровождали меня аж из самого Идэна. Никогда не знаешь, что и в какой ситуации пригодится! Была у меня такая беленькая матовая капелька с хвостом – , – у каждого жителя Купола имелась такая для личного общения с роботами. Покинув «родину», я, конечно, выключила устройство. Его-то мне и пришло на ум загадать когтевскому шаману.

Само собой, я повторила пантомиму своего оппонента, вдобавок демонстративно почесав задницу. Таборчане, не посвященные в мои коварные плутни, напали на меня с попреками. Оставалось лишь хитро улыбаться, прикрываясь от особо рьяных изъявлений недовольства.

Вражеский колдун лениво переступил с ноги на ногу и нахально сообщил: «Там игральная кость!» Как же я не догадалась?! Говнюки же выбрали камушек не наобум, наверняка мы не первые попались на эту уловку – неизвестно как, но кубик с точечками действительно появился. Правда, мое имущество не пропало, свидетельствуя о подвохе. Я выложила предметы на камень и приготовилась толкнуть обвинительную речь, но меня перебил главарь, объявив ничью. Отвертелся гад! Впрочем, Владилену в признании его шаманских талантов он не отказал и пригласил нас в поселение для беседы с Когтем. Племенной колдун попытался возразить, но как-то съежился под недобрым взглядом командира.

Сколько, вы думаете, народу влезает во внедорожник? Правильный ответ – столько, сколько требуется. Нас, как гостей, усадили внутрь, а дикари облепили кабину и кузов, держась за многочисленные поручни, скобы и крюки, приделанные к машине, видимо, именно для увеличения вместительности. Какой-то богатый кретин пальнул в воздух.

**

Жилище Когтя располагалось в двухэтажном красном автобусе с полустертой загадочной надписью «Рип ван Линкль. Туры по еврейским Эльпам», частично перекрытая каракулями, повествующими о деяниях законного хозяина Нижнего Каньона. Транспорт был укомплектован бронепластинами по периметру и яркими вымпелами на крыше.

Делегацию впустили в заднюю дверь. Перед входом пришлось сдать оружие, поэтому несогласные воинственные дамы из нашего «племени» остались снаружи вместе с изнывающим под тяжестью поклажи Декстером и Джонатаном, так и не пришедшим в сознание.

Коготь восседал за кабиной водителя в одном из пассажирских кресел, покрытом пятнистой звериной шкурой. Вождь представлял собой эталон силы и здоровья – высокий, тучный, с кулаками чуть ли не с голову годовалого младенца, весь в бурой шерсти, росшей на нем так же обильно, как трава на плодородной почве. Водянисто-серые навыкате глаза смотрели из-под ленивых век хмуро и подозрительно. Он едва заметно кивнул нам.

– Мне доложили, вы хотите помочь изгнать моего нечестивого братца? – у меня возникло ощущение, что вождю приходится сдерживать свой густой бас так же, как тело, – ему было тесно здесь. Этот человек создавался для замков, просторных узорчатых шатров, на худой конец, длинных кандинавских изб.

– Да, – торжественно начал Данике, – ведь широко известно, если у правителя рождается два сына, то один являет собой закон, а другой – хаос.

– Ты хорошо сказал. Ты ведешь это племя?

– Нет, наш лидер – Сагерт Железный, – практически без заминки выпалил врач, посторонившись и почтительно склонившись перед Сагертом. Надо отдать должное бойцу, он даже бровью не повел.

– Почему же со мной говоришь ты? – вознегодовал Коготь.

– Он искусен в речах, вождь. Я доверяю ему быть моими устами, – невозмутимо произнес Сагерт, положив ладонь на плечо Данике.

– И ты готов ответить за его слова? – насмешливо спросил Коготь, мгновенно овладев собой.

– Как за свои собственные, – Сагерт чуточку приподнял уголки губ.

– Хорошо. Мы выступим, когда тень сместится на западную сторону каньона, и рассеем орды Клыка. Сейчас вы можете отдохнуть.

– Если вожди позволят, – встряла я, рискуя подарить свою голову местному частоколу, – разумнее ворваться туда, пока они спят.

– А какую часть твоего тела олицетворяет этот молокосос? – рыкнул Коготь, угрожающе подавшись вперед и сжав пальцы на подлокотниках (от его движений мебель надсадно заскрипела). Но, смерив меня уничтожающим взглядом, дикарь признал-таки: – Однако он прав.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю