Текст книги "Мистер IQ (СИ)"
Автор книги: Элен Форс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)
Глава 16. Исполнение желаний.
Те-бя? Тебя. Меня?
Я оглохла. Ничего не слышала. Зажмурилась и поцеловала его, чувствуя, что меня поймали и не дали упасть. Глупо, правда? Радоваться такой мелочи…
Официант принёс лимонад, и я сразу выпила половину графина, потому что меня мучила жажда. Сладкая вода не могла её утолить, но притупить вполне.
– Если хочешь, почему избегаешь? – всё моё стеснение вытеснило желание быть с этим странным и малознакомым мужчиной, в которого я влюбилась до упомрачения. Сама себя не узнавала, откуда во мне весь этот напор. Ещё больше мне хотелось понять его. В моей голове что-то щёлкнуло, замкнуло и я помешалась на Когане.
– У меня много работы накопилось. – ответил Коган. – Нужно было порешать лично дела. И я не избегаю тебя, Амели. Мне нужно было просто подумать, взвесить все «за» и «против» наших отношений.
Прозвучало унизительно. Обычно люди бросались в омут страсти и не думали о последствиях, потому что там, где чувства – нет места логике. А Коган ещё размышлял и взвешивал – стоит ли связываться со мной.
И это не было на него похоже.
– Не мог никак определиться, стоит ли связываться с монашкой? – слова вылетели сами собой. Лишь ляпнув не подумав, я прикусила язык, потому что осознала, что проболталась. Мужчина был умён, чтобы провести параллель.
– Брось. Я давно знаю, что ты подслушала наш разговор с Бесом. – Коган коснулся оголённого участка на спине, пуская ток по венам. Его забавляла моя растерянность. – Ещё, когда ты подстриглась, понял, что хочешь бунтовать и доказывать, что никакая ты не пресная монашка!
Его ехидная улыбка стёрла все краски с моего напуганного лица. Коган вернулся в мою жизнь и снова отправил меня на подвесной канат балансировать между счастьем и отчаянием. Любой неверный шаг и сорвусь!
– Ну и подтвердила ты всё лично ночью, когда обещала научиться всем штучкам в постели… – в глазах Когана заплясали искры. Мужчина точно хотел чего-то большего, чем милая беседа в баре, где десяток девиц светил голыми задницами. – Очень убедительно клялась. Просила остаться и сделать тебя своей женщиной.
– Что? – мои глаза округлились. Я не помнила такого и наговорить такого бреда тоже не могла, но Коган говорил убедительно. – Я? Когда?
– В ту ночь, когда ты на весь дом звала меня и стонала. Пришлось спать с тобой. Тебя так жарила температура, что я раздел тебя, обтирал водкой твоё голенькое тело и убаюкивал как младенца. – мужчина закатил глаза. Мол, как можно было забыть такое.
Стоило мне представить как Коган растирал меня полностью голую, тело покрылось липкой испариной. Даже в футболке стало невыносимо душно, хотелось её снять и обтереться несколькими кубиками льда, что так притягательно смотрели на меня из бокала с лимонадом.
– Я не помню этого… – призналась я на выдохе.
– Это я уже понял. – засмеялся Коган. – Но если быть серьёзным, Амели… я очень хочу тебя. И не на одну ночь, а на постоянной основе. Хочу, чтобы ты ждала моего возвращения в своей уютной квартирке в милой пижаме, готовила твой фирменный брауни и измазывалась с головы до пят шоколадом, который я буду слизывать с тебя всю ночь… – каждое его слова распаляло. Уровень влажности у нашего стола становился опасно высоким. И я совсем не предала значения, что для отсутствующего три месяца человека, Коган слишком много про меня знал. – Только ты ребёнок ещё, милая. Маленькая влюблённая девочка, которая, когда узнает меня получше, испугается и сбежит, а вот я тебя уже не смогу отпустить. Буду ломать пока не поломаю под себя.
– Это забота? – спрашиваю обречённо счастливо. Его слова вызывали у меня умиление, неужели здоровяк боялся причинить мне боль своим скверным характером.
– Рациональность. – отвечает он без тени улыбки. – Амели, если я спас твою шкурку, это не повод думать, что я белый и пушистный зая, который будет гладить тебя по головке и читать стихи на ночь. Я очень жестокий и бескомпромиссный человек, люблю, когда всё так, как этого хочу я. Если скажу тебе собирать вещи и переезжать в другой город, тебе не останется ничего, как взять чемодан в зубы и поехать за мной. И трахаться я люблю жёстко, без ванили и слюнявых поцелуев. – Он говорил спокойно в самое ухо, чтобы я могла усвоить каждый из его аргументов. – И самое главное, моя жизнь – сплошная опасность. Становясь частью неё тебе придётся жить по некоторым правилам, которые будут ограничивать твою свободу. Например, охрана. Она будет всегда с тобой.
Альф говорил, что Коган – профессиональный убийца. Когда он с лёгкостью лишил жизни Хонхофов у меня не осталось сомнений, что он связан с криминалом. Меня это почему-то не пугало. Розовый туман так плотно окутал меня, что я плохо соображала и была согласна на всё. Дура, что сказать.
– Звучит печально. Столько всего, чтобы оттолкнуть меня. Звучит так, как будто ты хочешь убедить меня отказаться. – надеюсь, что не выгляжу жалко. – Всё, что ты сказал я знала и до этого. На пушистого зайку ты никогда не был похож.
– Маленькая моя, глупая, Амели. – Коган усмехается, напоминая мне Дьявола, описывающего все условия контракта для продажи души. – Боюсь, ты даже не представляешь, что я за человек… и какие мысли у меня в голове.
– Например… какие? – закрываю глаза, надеясь, что он представляет меня в своих объятиях. Коган точно думает о чём-то пошлом.
– Например, я думаю, как убить твоего сладкого Джорджа. – холодно говорит мне Великан на ухо. – Он так вызывающе на нас пялится, что не могу никак решить: пробить голову, чтобы он остался дурачком, или выколоть один глаз, чтобы знал, что пялиться на чужих девочек неприлично.
Сначала мне кажется, что он шутит, а потом понимаю, что нет. Великан говорит на полном серьёзе.
– Ты ревнивый, я поняла. – стараюсь сгладить. – Тебя нельзя провоцировать, да? Нужно свести к минимуму своё общение с мужчинами?
Коган закрывает глаза и дерзко усмехается, а у меня спина становится колом. Не могу понять его.
– Думаю, сработаемся. – шутит Коган, запуская огромную ладонь мне под футболку. – Учти, милая, я предупреждал тебя, и ты не сбежала. Дороги назад не будет.
Не успеваю переварить его слова, как Великан поднимается на ноги и рывком поднимает меня. Выглядит он возбужденным, и я вместе с ним.
– Пошли. До конца выступления я не досижу. – Коган ведёт меня к выходу, и я немного пугаюсь его. – Если захочешь, закрою этот бар к чёртовой матери, чтобы могла посмотреть канкан в исполнении голожопых шлюшек в следующий раз.
Смотреть канкан мне не очень хотелось, тем более мои мысли были совершенно о другом.
– Куда мы?
– К тебе.
Сердце уходит в пятки. Разве я ни этого хотела?
Бойся своих желаний, Амелия. Ты хотела быть с этим мужчиной? Теперь научись соответствовать ему и запихни куда подальше синдром монашки. Ты должна быть раскованная под стать ему.
В голове представлять всё действие намного спокойнее, чем переживать это в жизни.
Коган усаживает меня на заднее сиденье своего автомобиля, и мы трогаемся с места. Моя рука всё ещё в его руке, и я не могу никак осознать, что еду с ним к себе домой.
В моей маленькой квартирке ему будет тесно развернуться. Это вызывает у меня улыбку. Коган будет у меня дома!
– Да, Бес. – Коган принимает вызов мобильного и говорит с другом по-русски. Я различаю лишь слово «Бес». В тайне от всех я стала немного учить этот язык, чтобы хоть иногда понимать Когана. Пока уровень знания был равен нулю, но я старалась. – Правда? Хм, нет не видел. Неужели она тоже в «Розовом кролике»? В таком неприличном месте? Как же так, Амели должны же была ужинать у Вас!
Как бы мне хотелось узнать о чём они говорят!
– Ладно, можешь не переживать, дружище, птичка в клетке и больше не вылетит из неё. Ага. Я припомню тебе ещё это! – он отбрасывает телефон и хищно усмехается. Так эмоционально, что мне становится не по себе.
– Что-то не так? – спрашиваю его осторожно, рассматривая крупные кисти рук.
– Всё ок. Просто не люблю, когда Бес строит из себя папочку. – Не совсем понимаю его, но не решаюсь спросить ничего больше. Коган решает удовлетворить моё любопытство. – Видишь ли, зайка, друзья решили тебя отправить в это чёртово кабаре, чтобы позлить меня. Они прекрасно знали, где я буду.
– Оу. – заливаюсь краской. Получается, они практически свели нас лбами. Они сводничали? Если да, то я обязательно отблагодарю их.
– Да да. – смеётся Коган и откидывается назад, запрокидывая голову. – Но так получилось даже лучше.
Мы выбегаем из машины, когда она тормозит у подъезда. Коган подхватывает меня на руки, чтобы было быстрее. Великан напоминает торнадо, всё сметает на своём пути к цели.
Он открывает дверь своим ключом, пугая меня тем, что всё это время Коган мог в любой момент прийти ко мне без приглашения. Странно узнать, что твоя жизнь была под чьим-то колпаком всё это время.
Я не готовилась к этому вечеру. На мне нет особенного белья, и я даже не убирала волосы. Не могла и подумать, что всё произойдёт так стремительно. Это жутко тормозит и смущает меня. Вдруг ему не понравится?
– Что не так, Амели? – спрашивает прямо мужчина, превосходно чувствуя изменение в моём настроении. Я у него как на ладони. – У меня сейчас яйца лопнут, давай без девичьих жеманностей. Поздно пугаться и пятиться назад.
Теряюсь. Трудно привыкнуть к его напору. Коган всегда говорит, что думает.
– Я… не в лучшей своей форме. – пытаюсь придумать как упаковать реальность.
– Милая моя девственница, я так сильно хочу тебя, что меня даже месячные не остановят. – Кто бы сомневался. Порой мне кажется, что Когана и член между ног не остановит, если там есть ещё и вагина. Я отрицательно качаю головой и шумно набираю воздух в лёгкие. – Тогда что?
– Я никак не подготовилась. На мне нет белья, я не эпилировалась… ну не знаю, как должно быть. – Великан закатывает глаза, и я начинаю чувствовать себя глупо. Стоило нам оказаться в интимной обстановке, как я уже веду себя как глупый ребёнок.
– Бельё меня не интересует. – отвечает он строго голосом преподавателя. – Похер, что рвать перед тем, как взять тебя. И по поводу эпиляции, мне не нравится, когда женщина напоминает голого ребёнка. Я хочу, чтобы ты была женщиной везде. Найди салон и просто сделай там всё аккуратно!
Киваю, готовая провалиться под землю.
– И смотри на меня. – Коган сжимает мой подбородок, вынуждая поднять голову. – В этом нет ничего постыдного. Мы взрослые люди, обсуждающие свои желания. Я хочу делать то, что нравится тебе, и чтобы ты делала так – как нравится мне.
– Пытаюсь привыкнуть. – говорю тихо и опускаю глаза, упираюсь в мощный стояк и тут же поднимаю обратно. Чувствуя, как покалывает щёки от багрового румянца. – Я быстро всему учусь.
Последнее было лишним, Коган готов взорваться от распирающего его смеха. Окончательно тушуюсь, хочу выскользнуть, но Великан не отпускает меня. Придавливает к стене в гостиной и сжимает рукав футболки, тянет на себя. Я слышу хруст ткани и чувствую, как по коже пробегает тёплый ветерок.
– С удовольствием научу тебя всему. – Говорит он, прикусывая кожу на шее. – Я думал на досуге и пришёл к выводу, что не против развратить монашку, сделать из неё похотливое создание.
Пошлая мерзость распалила ещё больше. Стало невыносимо жарко даже без футболки. Коган точно знал, что делать. Великан запустил руки в джинсы, ловко расстёгивая их одной рукой и стаскивая с меня. Он был нетерпелив, это позволяло мне думать, что Коган и сам измучился от желания. Великан рычал и кусал меня как животное, торопясь поскорее сделать своей.
Хотелось выть от мучающей пульсации между ног, требующей срочного заполнения пустоты. Это и есть, наверное, тот самый сексуальный голод, о котором все говорят. Я тянула мужчину на себя и ждала, когда он уже заполнит меня и утолит жажду.
Коган бережно отнёс меня на кровать, положил на спину и стал рассматривать как украшение в витрине дорого ювелирного магазина. Мне нравилось, что в его глаза плескалась похоть, которую невозможно подделать.
– Если бы ты знала, Амели, как мне хотелось сорвать тебе целку ещё в Ирландии, не смогла бы так сладко спать рядом со мной. – признаётся мужчина, попадая своими словами прямо в сердце. Коган начинает ласкать меня словами, превращая мозговые извилины в кашицу. – Никому бы не отдал, было глупо отрицать, что я захотел тебя себе при первой же встрече.
– Не верю. – звучит как сладкая ложь.
– Уж поверь. – Коган стаскивает с себя одежду и кладёт мою руку на член. Чтобы я не одёрнула её, он накрывает своей рукой мою дрожащую кисть и заставляет ласкаться его, вверх-вниз. – Когда увидел, как дрожат твои губки от волнения в кабинете Хонхофов, только и думал о том, как они будут смотреться на моём члене… Сладенькая девочка.
Он наваливается и целует, проникая пальцами в пульсирующую пещерку и вгоняя меня в оцепенение. Мысли, что сейчас мне будет больно, сковывают. Я не боюсь потерять девственность. Страшно, что не смогу сделать мужчине приятное, буду деревянным поленом.
– Расслабься, Амелия. Не думай. Чувствуй. Прислушивайся к своему телу. В постели не место сомнениям. – Коган увеличивает темп, трахает бешено пальцами, доводя меня до точки кипения. Я готова кричать от наслаждения. Мысли сами собой разлетаются. – Хочу, чтобы ты кончила на моём члене.
Он врывается в меня одним толчком, не жалея и не думая о том, какого это, потерять девственность.
Я же перерождаюсь в новую, незнакомую до этого мне девушку, кончающую на мужском члене по его приказу. Боль от дефлорации смешивается с жгучим кайфом, пропитывая тело пороком. Я будто получаю свою первую дозу наркоты, сразу же осознавая, что уже не смогу слезть.
Мужчина начинает толкаться во мне с дикой скоростью, меняя меня под себя и причиняя дискомфорт. Да, Коган не нежный, он безумен, и я разделяю его безумие. Губы растягиваются в порочной улыбке.
Ловлю своё отражение в зеркале шкафа и поражаюсь тому, что вижу. Наблюдая за тем, как голый, покрытый влажным потом мужчина в два раза крупнее меня нависает и двигается во мне я порочно прижимаюсь к нему и улыбаюсь как опытная сексоколичка.
Увиденное заставляет меня кончить ещё раз, сжать член Когана во мне плотнее. Великан не выдерживает такого плотного натиска и кончает вслед за мной, спуская всё, что в нём накопилось за этот вечер.
Его дикий рёв – мой лучший комплимент.
Он падает на подушки рядом со мной и смеётся.
– Я беру свои слова обратно, Амели. Ты пожар!
Глава 17. Кто же ты такой, Коган О'Донелл?
Я просыпаюсь раньше Когана. Великан сладко спит на спине, рыча даже во сне. Выползаю из-под него и смотрю на мужчину по-новому. Рассматриваю как своего мужчину. Того, кто сделал меня женщиной.
Могу ли я теперь считать нас парой?
Мне нравится его лицо: волевое, неидеальное с веснушками и рыжей бородой. В каждой чёрточке и морщинке столько силы и характера. Коган – непростой человек. Вольная птица, как сказала Алёна.
Раньше я мечтала стать женой и нарожать мужу кучу детишек, свить гнездо и жить счастливо. Теперь же я хотела лишь любить и быть любимой, попробовать построить настоящую семью.
Выбираюсь из кровати и иду на кухню, чтобы приготовить завтрак. Коган упоминал брауни вчера, так почему бы мне его не приготовить? Хочется порадовать Великана.
Мне не составляет труда сварить турецкий кофе и намутить брауни с шоколадом. Расстраивает только, что как на зло, у меня получается не лучшее моё творение. Всё так и сыпется из рук после прошлой ночи.
– Пахнет аппетитно. – Коган возникает из ниоткуда, пугая своим появлением. Мужчина вальяжно садится на маленький стул за столом, и я пугаюсь, что он сломается под ним. На Великане только мой шёлковый халат, который смотрится на нём уморительно. – Что? Мне показалось, что я в нём буду секси!
– Не показалось. – ставлю перед ним чашку с дымящимся кофе и тарелку с не совсем презентабельным брауни, но очень вкусным. – Ваш завтрак, господин О’Донелл.
– Скажи ещё раз. – попросил он хрипло, и пришлось взяться пальцами за стол, чтобы не осесть на пол. Сразу на колени.
– Господин О’Донелл. – повторяю и чувствую, как завожусь сама. У меня всё горит между ног после секса с ним, но я жажду продолжение. – Хотите ещё что-то?
– Амели. – подозрительно щурится Коган. – Ты из себя скромницу строила профессионально всё это время!
– Спасибо за комплимент, господин О’Донелл. – Коган делает глоток кофе, не моргая и пожирая меня глазами. Если бы он знал сколько сил уходить на то, чтобы не свалиться перед ним в обморок, то понял бы, что скромницы никуда не делась.
– Я бы сожрал тебя вместо брауни на завтрак, но зашивать тебя в мои планы не входит. – он делает над собой усилие и разрывает магнетическое напряжение, что повисло в воздухе. – Придётся сегодня наслаждаться платоническими утехами.
Разочаровываюсь. Несмотря на дискомфорт мне хочется получить ещё немного эйфории.
Мы завтракаем спокойно. В основном я рассказываю о своей учёбе, а он меня слушает. Мне нравится, что Коган ни на что не отвлекается и не делает вид, что ему интересно. Просто ведёт беседу, расспрашивая обо всём. Ему действительно важно, как я тут жила без него. Он не похож на моего отца и братьев, Коган более внимателен ко мне как к женщине.
– Волосы придётся отрастить обратно. – приказывает он, разминая мне шею, пока я мою посуду. – Мне очень нравятся твои рыжие волосы, настоящая редкость. Огненное золото.
Приятно вот так по-домашнему получать от него комплименты.
– А мне нравится, что в обычной жизни ты не такой страшный. – прижимаюсь к нему спиной и целую в подбородок, едва контролируя прилив нежности. – Когда я тебя увидела, думала ты конченый псих, убивающий людей налево и направо. Боялась до жути находиться с тобой в одной комнате.
– Первое впечатление не было обманчивым. – отвечает он. – В среднем я лишаю жизни человек пять в неделю своими или чужими руками.
Мне хотелось бы, чтобы это была шутка, но Коган не шутит.
– М? Ты киллер? – глупо спрашиваю мужчину, осматривая его пытливо снова. Тело у Когана было натренированным и сильным, выглядел он как тайный агент.
– Нет, Амели. – отвечает он без улыбки на полном серьёзе. – Скажем так, я работаю в частной военной организации, мы следим за террористическими движениями, стараемся убирать всяких психов.
– Можно считать, что Вы творите добро? – предполагаю наивно, вынуждая его улыбнуться. Мне хочется всё вывернуть и обелить мужчину.
– Нет, Амели. Добрыми дядьками нас не назовёшь. – Категорично качает головой Коган.
– Вы с Бесом работаете вместе? Алёна знает, чем Вы занимаетесь?
– Я работаю НА Беса. – удивляет меня Коган. Я думала, что мужчины равны в бизнесе. – Организацию создал отец Алёны и Беса в своё время, сейчас он отошёл от дел. И предугадывая твой вопрос отвечаю сразу, что между ними нет и намека на кровные узы. Лука, отец Алёны, когда-то подобрал и воспитал Беса.
– А как ты попал к ним? – у меня перед глазами возникает Коган, сбежавший из дома. – Они приютили тебя после того, как ты сбежал?
– Нет. Я сбежал из дома в Дублин, немного потусил там и связался с не совсем хорошей компанией, что, итак, понятно. Занимался грязными делами: наркота, оружие, оргии. Было весело. – В рот будто насыпали битого стекла, жутко узнавать такое о мужчине после секса, забравшим твою девственность. Но Коган говорил честно, и я уважала его за это. Обманывать меня он не собирался. – На одной из оргий познакомился с Бесом, мы подружились и в будущем я решил примкнуть к его семье.
– В твоей жизни видимо было много оргий, раз ты такой искушенный. – не знаю, что нужно говорить в таких случаях. Не скажешь же: «Ой, у тебя, наверное, интересная работа.»
– Это всё, что тебя зацепило? То есть наркота и оружие, норм? Приколдес? – Мужчина меня провоцирует, зная, что я не могу подобрать слова, чтобы описать всю растерянность.
– Ты ещё балуешься наркотиками?
– Никогда не баловался, я ими торговал. – отвечает мужчина, а из меня вырывается лишь «оу». В корне меняет дело. – С этим кстати связано моё долгое отсутствие и не желание впутывать тебя в свою жизнь. – Он делает паузу, чешет бороду, доводя мои нервы до предела. Неужели есть ещё что-то, что мне следует знать? – В молодости я женился на одной прекрасной женщине, дочери мексиканского наркобарона. Между нами давно ничего нет, но развод мы так и не оформили. Пришлось попотеть, чтобы найти Алеху и направить ей все необходимые документы. Она пока не ответила, но я работаю над этим.
У меня глаза заслезились от потока информации.
– Ты не против, я присяду? – из горла вырвался глупый смешок. – Ты прав, Коган, на твоём фоне я монашка. Трудно будет выйти на твой уровень. Это всё, или есть ещё удивительное и интересное?
Меня прибило к стулу, как муху газетой к стеклу. Я не могла даже представить в своём самом ужасном кошмаре, что Коган окажется женат. И как теперь жить с этим?
– Думаю, на сегодня хватит. Я арендовал яхту на сегодня, давай прокатимся. – как ни в чём не бывало продолжает Великан и идёт в мой крошечный душ в коротком халате.
Я остаюсь на кухне, придавленная фактами из биографии мужчины и не знающая как с этим жить дальше. Верующей я не была и не считала, что мы с Коганом сгорим в адском котле за его грехи, но слушать о том, что он наркобарон, торгующий оружием и занимающийся чем-то там, связанным с террором, было странно. Тем более странно, что я переспала с женатым мужчиной, который только собирался разводиться. И конечно его жена не милая булочница из кафе, а наркобаронесса.
Меня будто поместили в сюжет кино.
– Амели? – Коган выглядывает из душа, голый и хитрый. – Пошли ко мне. Хватит загоняться по мелочам. – А что тогда для него не мелочи?
– Нам не хватит места там. – отмахиваюсь, потому что хочется побыть одной. У меня такой сумбур в голове, что нужно записать к психологу.
– Сложу тебя вдвое. – шутит Великан и я послушно иду к нему. Сбрасываю пижаму и забираюсь в душ. Тут для нас двоих и вправду тесновато, мы прижимаемся к друг другу, становимся единым целым. Когда Коган накрывает меня собой, становится легче, мысли начинают отступать. – Я поищу, что-нибудь побольше для нас. Не люблю дома и пафос, постараюсь найти уютную квартиру в центре.
– Меня устраивает и эта. – честно отвечаю ему. Мне очень понравился выбор Когана, я была удивлена как мужчина точно угадал мой вкус.
– Знаю, милая, но тут мне приходится наклоняться, чтобы пройти в двери. – замечает он и целует меня в висок.
Мы ласкаемся в душе, напоминая детей. Жмёмся, мылимся и много целуемся. Я впервые принимаю душ с мужчиной, но рядом с Коганом нет места стеснению. Просто живу здесь и сейчас. Даже мысли о его жене и работе не кажутся больше такими страшными.
Коган вытирает меня полотенцем после водных процедур, целуя в макушку как маленького ребёнка и заливисто смеясь, вызывая негодование.
– Ты напоминаешь мне маленького воробушка, которого остригли из-за вшей. – смеётся он, а у меня глаз дёргается. Я за стрижку отдала все свои карманные деньги. – Ну прости, не люблю женщин с короткими волосами. Но ты даже в образе мальчугана секси, спасает аппетитная фигурка.
– Специально всё это говоришь, да? Чтобы я отрастила волосы? – шеплю зло. – Завтра же побреюсь налысо!
– Ох, Амели, глупышка. – говорит мужчина, оттягивая мою голову назад и кусая до крови за нижнюю губу. – Ни один парикмахер не позволит тебе больше подстричься. Я об этом позабочусь.
Не на секунду не сомневаюсь, что он не шутит. Не удивлюсь, если он силой мысли отрастит мне локоны по ягодицы за ночь!
– Ты не оставляешь мне выбора в этом вопросе!
– За то даю его в других. – мягкость Когана обманчива. Он милый и пушистый сейчас, но один раз погладишь против шерсти, и мужчина отгрызет тебе пальцы за такое. Я чувствую силу под его гранитной грудью.
