Текст книги "Невинная во власти бывшего (СИ)"

Автор книги: Екатерина Мелис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

Глава 16

Инстинктивно прижимаюсь к нему. Ищу защиты от него же самого. Мне страшно.

– Ты слышала, Лера? – глухо интересуется Тимур.

– Да, – отвечаю я, но выполнить приказ не могу.

Теряюсь полностью и растворяюсь где-то внутри себя.

Окна тут под потолком, закрыты решетками, стены – голый кирпич. Несколько закрытых стеллажей, цепи и кольца под потолком.

Кровать, изогнутое кресло. Стол и еще одна странная конструкция, напоминающая козла.

Меня потрясывает.

Бросаю на него отчаянный взгляд. Сталкиваюсь глазами.

Выгонит же. Я сама пришла. Знала зачем. Даже с картинками ознакомилась.

Хорошо. Делаю несколько шагов. Останавливаюсь и медленно опускаюсь на колени. Ничего не происходит.

Тимур идет к стеллажам.

– Глаза в пол, – приказывает он мне.

Сверлю взглядом мягкое покрытие. Пол тут мягкий, покрыт стыкующимися матами, но не везде. Местами вижу кольца. Вздыхаю тяжело. Мне и так понятно, зачем они нужны.

Шаги. Приближаются.

– Волосы собери в хвост, – он протягивает мне черную толстую резинку. – И всегда так делай перед моим приходом. Так удобнее иметь тебя.

Киваю, собираю волосы.

Тимур сжимает хвост в кулаке.

– Отлично. Можно держать и трахать сзади. Удобно направлять член тебе в рот и насаживать, особенно, если не стараешься и ленишься впускать глубоко.

Я покрываюсь румянцем. Слишком откровенно.

– На четвереньки, – приказывает он.

Встаю. Очень неудобно на каблуках.

– Прогни спинку, – требует Тимур.

Стыдно, хоть и возбуждает. Получается, что я приподняла попку вверх. Свожу ноги, но тут же чувствую щелчок. На мои ягодицы опускается предмет, вызывая резкую боль.

Поворачиваю голову и вижу короткий хлыст.

– Ноги раздвинула!

Подчиняюсь не сразу. Он успевает шлепнуть меня еще три раза. Это ощутимо. Сопротивляться больше не хочется. Всхлипываю и развожу ножки.

– Уже лучше. Теперь стащи трусики вниз. Хочу как следует тебя рассмотреть.

Я умоляюще поднимаю глаза. Молю не приказывать такого.

– Мог бы привязать тебя к той штуке, – он кивает в сторону конструкции, напоминающей козла, – и сам все сделать. Не хочу. Желаю, чтобы ты сама раскрыла себя для меня.

Я сжимаюсь в комок и не шевелюсь.

– Лера, – Тимур присаживается передо мной на корточки. – Как ты с другими трахалась? Даже интересно!

Вот откуда он взял этих других? Мне тоже интересно, но про девственность я боюсь и заикаться. Тимур уверен, что это не так. Просто разозлится и все.

– Правила такие. Ты делаешь то, что я скажу. Без каких-либо мыслей, сомнений и попыток увильнуть. Если тебе невыносимо, то есть слово сигнал. Я изменю игру после него. Ослаблю веревки, снижу интенсивность воздействия. Есть стоп-слово. Это критический момент. После него игра заканчивается. Ты будешь немедленно освобождена и все прекратится.

Сообщает слова и заставляет их повторить.

– Вереск, – тихо говорю я. – Бересклет.

– Запомнила, так?

– Да, – отвечаю я.

– Остальные слова становятся частью игры. Они могут быть правдой, но я на них не буду реагировать.

– В смысле? – спрашиваю я.

– Тебе будет больно. И ты можешь об этом сказать. Умолять меня остановиться, кричать, плакать. Но я буду знать, что это часть игры. Боль терпимая. Остановка не требуется. «Нет», «не надо», «мне страшно», «умоляю, остановись» – все это просто распалит мой интерес. К тому же я сам буду следить за твоей реакцией – если увижу, что ты действительно мучаешься, но терпишь, приму соответствующее решение. «Вереск» – я буду знать, что мы идем не в том направлении. «Бересклет» – все зашло в тупик, тебе нужна помощь, я облажался и не почувствовал этого. Ответственность на мне. Все, что здесь случится я беру на себя. Мы начнем постепенно. Не переживай, я не садист.

– Как же, – фыркаю я. – Заметно.

– Тебе кажется, что нет разницы, но она весьма большая. У нас будет затейливый секс, я буду тебя оскорблять и унижать. Использовать. Но мне не нужно, чтобы в процессе ты испытывала жуткую боль или получила моральную травму. Тебе будет хорошо. Я умею доставлять женщине наслаждение.

Зажмуриваюсь от его слов.

– Меня возбуждает подчинение, а не страдания. Хотя их ты все же ощутишь, я думаю.

Киваю.

– Правила понятны?

– Да.

– Да, господин, – шлепает меня по щеке Тимур. – Ты – моя собственность. Я дорого купил тебя со всеми потрохами и требую именно такого обращения.

– Да, господин, – сейчас эти слова еще труднее произнести.

– У нас первый раз, Лера, – его рука ласково гладит мою щеку. – Мы пробуем друг друга. После него ты сможешь уйти. Дальше это будет невозможно до истечения срока контракта. То есть год. Год рабства, если говорить прямо. Поэтому сегодня оцени свои силы реально. Не всем женщинам такое по душе, и я это приму. Используй стоп-слово до того, как получишь необратимые впечатления. Это ясно?

– Да, господин, – я прикрываю глаза, потому что осознаю все, что он говорит.

– Теперь, если ты готова, то вернись в прежнюю позу. Медленно стяни трусики и покажи мне себя. Обещаю, что потом тоже сможешь насладиться зрелищем во всех подробностях. Я буду иметь тебя, снимать это, а затем показывать тебе. Даже когда меня не будет рядом, ты бесконечно будешь переживать эти моменты. Тем более, что, по сути, ты закрыта в этом доме. Никаких контактов, кроме тех, которые я разрешу.

Я медленно поднимаюсь.

– И еще. От твоего поведения зависит то, что я буду разрешать. В качестве наказания, я могу запереть тебя в комнате надолго. Посадить на цепь.

Чувствую, как на шее натягивается ошейник.

– Лишить телефона и интернета. Ты к такому готова?

Глава 17

– Да, господин, – откликаюсь я.

Если останусь тут, то придется жить по его правилам. И принять их такими, как придумал он. Всего год.

Отцу грозит срок намного больше. Получается, что я буду делить заключение с ним. Только мое явно будет комфортнее. Не будет же Тимур запирать меня здесь на недели?

– Можно ли выходить в сад? – спрашиваю я, пока не началось.

– Можно, – отвечает он. – И не только в сад. Ты будешь жить нормальной жизнью, если окажешься послушной девочкой.

Киваю. Пора ею становиться. Принимаю прежнюю позу, прогибаю спинку. Сама медленно, как он и велел, стягиваю трусики.

Тимур встает сзади меня. Ногой раздвигает мне колени еще шире.

– Закрытые губки. Очень красиво. Жаль, что ты не послушалась сразу… Теперь будет больно. Не меняй положение.

На ягодицы ложится удар. Довольно слабый. Следующий чуть сильнее. После третьего я вскрикиваю. Тимур бьет осторожно, проверяя мой болевой порог. Пока выдерживаю, просто очень стыдно стоять так перед ним, с раздвинутыми ногами и сокровенным местом, выставленным напоказ. Он одет, а я практически обнажена. Я у его ног.

Всхлипываю от этой мысли, но чувствую сильное возбуждение. Интересно, он видит это? Понимает, как на меня действует ситуация?

– Хорошо принимаешь боль. А как тебе мысль, что ты дала кому-то право поставить тебя на колени и пороть? Что при этом чувствуешь? Даешь ли мне такую власть над собой?

Я чувствую, как кончик плети скользит по моим ягодицам, поглаживает их.

– Да, господин, – отвечаю ему.

Пока все очень страшно, но я все больше нуждаюсь в этом. Изменить решение можно и позже, если мне не понравится.

Я могу остановить его в любой момент. Для меня это очень важно. Думала, что все будет не так. Ждала бескомпромиссности.

Несколько сильных ударов. Пытаюсь уйти от них.

– Не вертись, – приказывает Тимур.

Замираю на месте. Мне хочется показаться сильной, только сложно не сорваться. Я будто бы со стороны слышу собственные вскрики. Громко. Отчаянно. Не могу сказать, что из-за боли. Скорее это страх.

Хлыст падает на пол.

– Пора тебя попробовать, – глухо говорит Тимур.

Его пальцы раздвигают мои нижние губки, растирают по ним выступившую влагу.

– Такая мокрая. Удивительно, Лер. Кажется, тебе по вкусу стоять раком с цепью на шее и получать по заднице.

Я молчу.

– Тебе нравится? Нравится, когда ты у ног мужчины? – громче и резче спрашивает он, поднимая хлыст. – Похоже, я рано его положил…

– Не рано! – взвиваюсь я. – Мне нравится, когда я у ваших ног!

Голос сбивчивый и выше, чем обычно. Но я не хочу продолжения.

– Уже лучше.

В меня входит его палец. Начинается та же сладкая пытка. Он знает, что делает. Знает меня и мои желания лучше, чем я знала.

Другой рукой Тимур берет меня за волосы и заставляет прогнуться сильнее.

– Стой так! – приказывает он. – Открой рот!

Открываю, пальцы входят и туда тоже.

– Вот так, – голос еще глуше и тише. – Сразу в два места. Обожаю затыкать все дырочки. Облизывай.

Я посасываю его пальцы, позволяя им входить глубоко.

– Прогибайся.

Закрываю от стыда глаза и делаю это. Тимур добавляет еще палец. Уже больнее. Думаю, что будет, если войдет рывком. Пугаюсь. Надо ему все же сказать. Ведь иначе я могу получить травмы. Пусть думает, что хочет, оскорбляет и смеется. Но лучше предупредить.

Слышу, как расстегивается молния.

Сейчас.

Пытаюсь вытолкнуть его пальцы языком.

– Согласен, – усмехается он. – Член лучше. Давай сюда свой ротик.

Я встаю на колени, открываю рот, радуясь к тому, что он не спешит меня трахать.

Принимаю орган. Облизываю головку. Чувствую, как мужская ладонь крепко берет меня за хвост. В этот раз Тимур слишком возбужден, чтобы давать мне поблажки. Он входит глубоко и грубо. Держит так, что не увернуться. Упираюсь руками в его бедра.

– За спину! – резко бросает он. – Забудешься выпорю без всякой жалости.

Я уверена, что легко избегу наказания, но когда темп становится резче и начинаю задыхаться, то не выдерживаю. Даже не успеваю подумать, что именно делаю. Судорожным движением отталкиваю от себя.

Синие глаза смотрят на меня.

– Я научу тебя контролировать свои движения, – хрипло выдыхает Тимур, жестко имея меня в рот. – Будешь самой послушной девочкой. А пока, придется узнать, что именно ожидает плохих.

Он отпускает меня. Пользуюсь передышкой. Вытираю губы и смахиваю выступившие слезы.

Тимур возвращается с веревкой.

– Руки перед собой. Протяни мне.

Я только качаю головой и чуть отползаю назад. Страшно, но не того, что он будет делать со мной, как только я стану беспомощной. Я и так беспомощна перед ним. Мы совершенно неравны. Тимуру не надо меня связывать или бить, чтобы сделать все, что он захочет.

Меня пугает собственная реакция. Как я сама протяну руки, чтобы он меня связал, как утону в возбуждении, от одного касания грубой веревки. Представляю себе это и теку. До боли возбуждаюсь. Утреннее желание кажется мне малозначительным по сравнению с той бездной, в которую я падаю сейчас.

– Не могу, – тихо произношу я.

– Хорошо, я сам.

Он берет меня за запястья. Каждая деталь врезается мне в память – сильные и горячие руки, от которых нет спасения. Короткий взгляд, проверяющий мою реакцию.

Сердце срывается с места. Пытаюсь вскочить и отбежать, настолько сильные эмоции у меня это рождает. Не могу покорно дать себя связать.

– Привыкай, что я сильнее… Привыкай мне подчиняться.

Тимур подтаскивает меня ближе, накидывает петлю мне на запястья, стягивает их. Веревка оборачивается несколько раз. Не туго, но крепко. У меня сознание выворачивается от этого. Четкие и быстрые движения, идеальный расчет. Мне не больно. Просто больше не могу владеть руками.

Смотрю на Тимура задыхаясь от чувств, которые сама до конца не понимаю. Желание бьет через край. Я просто… Просто теряю контроль над собой, над телом. Все переходит к нему.

Это возбуждает. Стоит прикрыть глаза, как сразу, будто бы на повторе, вижу, как связывает мне руки. Быстро, точно, резко. Явно не в первый раз.

Накатывает такая страсть, что я прижимаюсь лбом к его бедру. Трусь щекой. Сама тянусь к органу, который так близко. Тимур наступает ногой на конец веревки. Не могу поднять рук.

Снова насаживает меня на член. Берет за волосы. Положение безвыходное. От этого я обмякаю в его руках. Наслаждаюсь беспомощностью. Исступленно ласкаю языком, впускаю глубже, чем могу. Давлюсь. Горло издает жалкие и неприличные звуки, но от них только сильнее накрывает.

Тимур резко отшвыривает меня.

Слышу долгий вздох.

– Не отделаешься так легко…

Глава 18

Неужели он чувствовал тоже самое? Так же загорелся, как и я?

Рывком поднимает меня с пола и ведет за собой. Грубо прижимает к козлу лицом вниз. Конец веревки, которой связаны мои руки фиксирует к нижней перекладине. Талию крепит ремнем.

Чувствую, как веревка оборачивается вокруг бедра. Привязывает так, чтобы ноги были раздвинуты. Дрожу всем телом.

Сначала не шевелюсь, потом проверяю, сколько свободы он мне оставил.

Нисколько. Ноги не свести. Руками можно дергать, можно взяться за перекладину и приподняться. Прогнувшись в спине. Но это ничего не меняет.

Чувствую легкую панику. Он может делать со мной все, что придет в голову. Вообще все, что угодно. Хоть каленым железом прижигать.

– Лера? – он присаживается на корточки и заставляет меня посмотреть на него. – Ты здесь?

– Да…

Я совершенно теряюсь. Желание, смущение, стыд, страх – они все вместе во мне. Не могу ничего из этого отогнать.

Он проводит пальцами по щеке, ласкает губы.

– Ты в моих руках. Что чувствуешь?

– Беспомощность, – выдыхаю я. – Страх.

– Шикарно. Остановиться или ты в порядке?

– В порядке, – отвечаю чуть смазано, потому что он продолжает ласкать мои губы.

Жажду поцелуя. Хочу этого невероятно сильно, но знаю, что такой ласки не дождусь. Тимур не будет меня целовать никогда. А я даже не должна этого хотеть. Ведь то, что происходит неправильно.

– Думаю, что тебе сейчас сложно. Ты боишься меня. Боишься того, что полностью в моей власти.

– Да, господин, – отвечаю я.

Тимур молчит, только ласково гладит меня по волосам.

– БДСМ – это доверие между участниками. Оно рождается разными способами – репутация в определенных кругах, обсуждение фантазий и практик. Я не могу предложить тебе наш. Скажу только, что не причиню вреда. Веришь?

– Верю, господин, – внутри меня будто бы пружина расправляется.

Становится легче. Я в его власти, но под его же защитой.

Всхлипываю, когда он поднимается. Чувствую, как захватывает за волосы, дергает вверх. Резкими движениями обнажает грудь. Пальцы мучают соски. Непозволительно грубо крутят их.

– Не надо, – выдыхаю я. – Не так…

– Именно так и надо, – меняет мои слова местами Тимур. – Ты только такого отношения заслуживаешь. И мне нравится так обращаться со своей сучкой. Ты – сучка, Лера. Моя вещь, которую я сейчас отымею во все дырки.

– Аах… – с губ срывается стон.

– Буду делать все, что пожелаю. Твое тело принадлежит мне.

– Да…

Его дыхание становится тяжелее. Понимаю, что все случится сейчас. Я очень мокрая, но если будет жестко, то меня это не спасет.

– Тимур… Я должна сказать! – вскрикиваю я от шлепка по соску.

– Говори, – хрипло выдыхает он, впиваясь в мое плечо губами.

– Я девственница. У меня никогда этого не было. Не порви, прошу…

Следует пауза. Тимур отходит прочь, а затем на мои ягодицы опускается плеть. Чувствую множество хвостиков. Тут же взрываюсь криком.

– Лгунья! Я уже об этом тебя предупреждал! Ты что пытаешься тут устроить?

С каждым словом следует удар. Больно. Извиваюсь и понимаю, что положение изменить не могу. Ничего не могу сделать. Бьет сильно.

– Все еще есть желание играть со мной?

– Это правда. Я не… – прерываюсь на крик. – Я не стала бы лгать! Ничего не прошу, просто…

Он останавливается.

– Говори.

– Тимур, я должна сказать. Издевайся, если хочешь. Можешь не верить, но я девственница. Везде, кроме рта. И там меня этого недостатка лишил ты. Вчера. Сутки назад. Или сколько там прошло? В каждом месте, где проникнешь, это будет впервые. У меня никого не было.

Бывший даже не реагирует на то, что я опять обращаюсь на «ты».

– Зашилась?

– Думай, что хочешь, но это так.

Я задыхаюсь от эмоций, а потом выдаю:

– Не прошу какого-то особенного отношения. Просто боюсь, что ты меня порвешь своей здоровенной штукой. И придется ехать позориться в больницу. Ты сказал, что не причинишь вреда… Сказал тебе верить!

Глава 19

Из-за своего положения не вижу выражение его лица.

– И хотелось тебе тратить деньги на пластику. Замуж что ли собиралась? – в голосе неприкрытая издевка. – Не выгорело? Нда… Бывает. Ну ладно. Я буду нежен, – следует смешок. – Насколько могу. Хотя мысль, что я порву твою лживую и похотливую дырку, очень возбуждает.

Когда его ладонь касается моей спины, чувствую, как она дрожит.

– Знаешь, если ты считала, что таким образом обманешь меня, то просчиталась. Я все своими глазами видел. Но допустим, зашилась. Хорошо, я это учту, пока буду тебя трахать.

– Спасибо, – выдыхаю я.

Вот и сказала. Не верит. Еще и видел что-то. Не пытаюсь с ним спорить.

– Ты заслужила наказание. Помнишь?

– Да.

Не могу описать это чувство, когда уступаешь право пользоваться своим телом другому человеку. Я понимаю, что не могу ничего изменить. Не могу закрыться или убежать. Тимур будет делать со мной что-то, что я не увижу, не смогу предотвратить, отменить.

Если я буду умолять его перестать, это тоже не поможет.

Кроме того самого слова.

Ничего не происходит некоторое время. Ожидание нарочное, томящее, заставляющее трепетать.

Наконец, что-то касается моей кожи.

– Смотри перед собой, – глухо приказывает Тимур. – Не пытайся крутить головой.

Застываю. Из горла вырывается тихий звук. Напрягаюсь всем телом.

Чувствую, как шлепает меня плоским предметом. Что-то кожаное. Сейчас, скорее всего, будет очень больно, но удары слабые и частые. Мои ножки широко разведены. Новый удар приходится по самому чувствительному местечку. Хлопки еще чаще. Очень сладко. И совсем легко. Хочется свести ножки и прекратить, но это не в моей власти.

Стоны приходят сами. Пытаюсь их сдержать, но жар нарастает. Извиваюсь, насколько позволяют веревки. Теряю остатки разума и стыда. Невыносимо жажду.

– Горячая шлюшка, – шепчет Тимур. – Думала скрыть свои пороки, но тело тебя выдает. Вижу, как сильно хочешь член.

Он снимает с себя рубашку и кидает на меня, будто бы я – мебель. Моя голова под тканью. Слышу, что раздевается. Чувствую его у себя за спиной. Член приставлен к моей дырочке.

– Вот и конец твоей лже-девственности, Лера, – с издевкой говорит Тимур, медленно проникая в меня.

Больно! Я кричу, вцепляюсь пальцами в веревку. Замирает. Учащенно дышу. Не могу сдвинуться с места. Не изменить положение. Никак не увернуться, но он чувствует меня. Ждет, когда буду готова.

По моей спине бегут его горячие руки. Тимур застывает, позволяя мне привыкнуть к ощущениям.

Рука стягивает с меня рубашку. Он гладит меня по волосам.

– Тише, – шепчет он, будто бы забываясь. – Все хорошо, Лерочка. Сейчас станет легче.

Совершенно нежно касается меня. Таю от этого. Будто бы не было жестоких слов.

– Теперь ты моя, – глухо говорит он. – Повтори.

– Я – твоя, – выдыхаю, чувствуя, как ласково пальцы касаются моей щеки.

Чуть толкает орган вперед, уничтожая тонкую преграду внутри окончательно.

– Я твой первый, – шепчет он. – Как бы хотел, чтобы это было на самом деле.

Чуть приподнимает меня, ласково касается губами спины. Нежно гладит грудь.

– Лера, – это похоже на рычание. – Девочка моя…

Чувствую медленные и осторожные движения. Растягивает меня, дает привыкнуть. Не спешит. Я заполнена и это начинает доставлять удовольствие. Чуть подрагиваю в его сильных руках,

– Ты такая влажная… Легко входит, хоть и тугая. Реально как в первый раз. Спасибо за подгон, жаль, это ложь…

Голос все глуше. Понимаю, что он жаждет двигаться, но пока я бьюсь под ним всем телом, дает время.

– Вошел до конца, – хрипло стонет он. – Сладкая девочка. Еще лучше, чем я думал.

Вздрагиваю под ним. Чувствую осторожное, но сильное движение бедрами.

– Готова продолжать?

– Да, – отвечаю я, и Тимур толкает член в меня.

Держит за волосы, заставляя выгнуться дугой. Веревка тянет руки. Упираюсь в перекладину.

– Черт, Лера… Реально как целочка… Кайф просто.

Он жадно тискает мой сосок, потом засовывает пальцы в рот. Начинает двигаться чаще. Почти не больно, только у него очень большой, когда входит до конца, я вскрикиваю каждый раз.

– Пожалуйста, легче, – шепчу едва разборчиво из-за того, что продолжает занимать мой ротик пальцами.

– Молчать, – приказывает он.

Толчки чаще. Резче. Он отпускает мои волосы, крепко берется за талию двумя руками. Вбивает в меня член.

– Моя. Уже моя. Вот так, сучка.

Жалобно и протестующе пищу, а потом он подносит какой-то предмет к клитору. Слышу звук вибрации. Легкий нажим.

В сочетании с движениями во мне это дает сумасшедший эффект. Жалобные стоны сменяются сладкими. Тело расслабляется, замирает. Сама толкаюсь навстречу. Напрягаю ноги, руки, чтобы усилить нарастающее чувство.

– Мм… аааах…

Это же мой голос. Распахиваю глаза, хватаю ртом воздух. Мир становится ярче, тело вспыхивает огнем. Чувствую, как сокращается моя дырочка, плотно обхватывая скользящий во мне орган.

– Неужели так нравится? – шепчет Тимур. – Нравится, когда тебя привязывают и трахают как вещь? Нравится, когда называют сучкой? Рвут такую узенькую дырочку?

Эти слова рождают в сознании бурю, которую не усмирить. Чувствую себя такой, как он сказал. Жар течет по венам. Каждое слово попадает в цель. Почему? Но думать я сейчас не могу. Только чувствую. Зависимость, боль, страсть, унижение. На меня это действует. Тимур порвал меня, и я его вещь.

Голова кружится. Становится сладко.

– Да… Да… Да! – я взрываюсь под ним.

Ничего не могу поделать с телом. Извиваюсь, бьюсь. Меня выкручивает. Каждое его движение усиливает мой оргазм.

Тимур сильнее прижимает ко мне вибратор. Ощущение продлевается. Я едва в силах дышать.

– Тимур… – шепчу я, выдыхаясь.

Он судорожно гладит мою спину. Убирает игрушку, темп выше. Почти больно. Наматывает мои волосы на ладонь.

– Лера… Сладкая… Вот так… Черт…

Он снова заставляет меня прогнуться, жестко крутит сосок.

– Сейчас тоже кончу. Ты на таблетках?

– Нет! – я пугаюсь, что сделает это в меня.

– Тогда придется заняться другой твоей дырочкой.