Текст книги "Развод. Ненужная жена генерала-дракона (СИ)"
Автор книги: Екатерина Борисова
Соавторы: Анастасия Борисова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)
Глава 14
Глава 14
– Ты моя собственность, Ника, – хрипло рычит он мне на ухо. – Всегда была и всегда будешь! А своё я не упущу…
– Ты уже… – едва могу протолкнуть жалкий звук через сжатое горло.
– О нет, – он прикрывает глаза, делает шумный вдох, – финальный раунд впереди. Ты не достанешься Робу, слышишь? Ты останешьсямоей неверной женой! Слава о потаскухе ван Дерден расползётся по всей столице. Тебя перестанут принимать во всех благородных семействах, откажут в посещении балов и светских мероприятий, а простые горожане будут тыкать в тебя пальцем и шептаться в спину. Ты станешься отвергнутой, падшей женщиной под моим благородным покровительством. И тогда ты сама выберешь монастырь. Будешь валяться у меня в ногах, чтобы я позволил тебе туда уехать вымаливать прощение у богинь!
– Не дождёшься, – хриплю я. Сознание путается. Мне не хватает воздуха, но сдаваться я не собираюсь. Лучше смерть!
– Дождусь! – муж заставляет меня запрокинуть голову, острым когтем царапая тонкую кожу прямо над гортанью, а сам утыкается носом в основание шеи и жадно втягивает мой запах снова и снова.
Рычит, скалится и яростно шипит.
– Ты вся провоняла чужим мужиком, потаскуха! – Эрик, не давая мне пошевелиться и пресекая любую попытку сопротивляться, рвёт в клочья пиджак Роберта, а следом огромными чёрными когтями разрезает на лоскуты и рубашку.
Он не церемонится со мной, местами вспарывая мою покрытую мурашками кожу.
Сознание взрывается от боли и страха.
Это конец – проносится на задворках сознания.
– Пришло время показать тебе, Ники, кто твой настоящий хозяин! Вернуть свой запах на тебя раз и навсегда! – рычит он, отшвыривая меня в угол через всю камеру, а сам принимается неторопливо расстёгивать пуговицы на своём кителе.
– Я тебя ненавижу, Эрик! – шиплю, с трудом поднимаясь на четвереньки и откашливаясь. – Я больше никогда не стану твоей! Лучше смерть…
– Хочешь умереть прямо сейчас или после нашей близости? – Эрик опасно щурится. Он не отступит, и, если ему придётся взять меня силой, он сделает это.
Я же в панике озираюсь по сторонам. Крохотная камера. Старая рухлядь вместо мебели. Здесь негде спрятаться, тем более от обезумевшего дракона.
– Только подойди, – шиплю, растирая саднящее горло.
Мысли мечутся в панике. Что делать? Кого звать на помощь? Да и придёт ли она?
Бросаю полный надежды взгляд на дверь, но она потно прикрыта, скорее всего, заперта.
Эрик с надменной усмешкой перехватывает мой взгляд.
– Надежда умирает последней, ведь так, Ники? – он скидывает китель на спинку кресла и также неторопливо начинает расстёгивать белоснежную сорочку.
Шаг.
– Ты ведь была неплохой женой…
Ещё один.
– Умная. Покладистая. Занятая своими глупыми делами. Правильная до тошноты…
Его тяжёлые гулкие шаги раскатами грома звучат под низкими потолочными сводами камеры.
– Ты правда думала, что сможешь удержать моё внимание? Пустышка без дара! – зло чеканит он каждое слово, выдёргивая края рубашки из-за пояса брюк. – Посредственность! Бесплодная драконица без дракона…
Эрик останавливается всего в паре шагов от меня, рассматривает моё практически обнажённое дрожащее тело с пренебрежением и холодной злостью.
– Ты опозорила меня, дрянь! И ты за это ответишь! Запомнишь на всю жизнь, что не стоило предавать ван Дердена! – он рывком вытягивает широкий армейский ремень с тяжёлой пряжкой из пояса брюк и медленно накручивает его на огромный кулак.
Он не посмеет! Он не станет этого делать!
– Эрик! – я выставляю вперёд руку – жалкая попытка униженной слабой женщины оградиться от удара.
Следом моё сознание взрывается от острой вспышки боли – Эрик с размаху опускает на меня ремень. Бьёт со вкусом, со знанием дела, жестоко, чтобы научить, покарать и унизить.
Толстая дублёная кожа со свистом разрезает воздух и ложится на моё предплечье, обжигая его. Алая красная полоса после удара расцветает на бледной коже.
Глава 15
Глава 15
– Нет! – кричу я, перехватывая второй рукой запястье, и получаю следующий удар.
Массивная пряжка ремня с фамильным гербом ван Дерденов попадает по плечу, оставляя моментально налившийся красно-бордовый синяк и тупую боль во всей руке.
– Чего тебе не хватало, идиотка? – впервые на моей памяти кричит Эрик и замахивается снова. – У тебя было всё! Дом! Почёт! Титул! Моё покровительство! Моя постель!
– Тебя! – кричу, захлёбываясь слезами. – У меня никогда не было тебя и любви! Ты только делал вид, что интересуешься моими делами. На самом деле – пытался отправить подальше с глаз. Конечно, пустышка, без дара, без магии, без драконицы! Но знаешь, что, Эрик, ты сам меня выбрал такой! Ты с самого начала знал, что я пустая! А вот я верила, что ты другой!
– Пустышка? Да твой отец всей столице рассказывал про уникальный семейный дар, который просыпается только у женщин! И что пробуждение – вопрос времени. К тому же за тебя давали такое наследство, что даже женатые мужики прикидывали, как бы им по тихой избавиться от жён и заполучить тебя! Тебя прекрасно разрекламировали! Вот только твой дар оказался выдумкой. А наследство нуждалось во вложениях! Думаешь, твой Робертлюбит тебя? Он подобрал тебя, только чтобы насолить мне! Ты знала, что я на последнем курсе увёл у него из-под носа медаль отличника учёбы и военной подготовки, а с ней лучшее назначение? Я получил старт успешной карьеры, а твой Роб почти десять лет лазил по притонам, выискивая врагов родины, чтобы зацепиться в тайной полиции. Поуль с тобой из мести! Ты никому не нужна, Ники! Никому! Ты жалкая! Бездарная! Опозоренная женщина! Ты – всего лишь оружие мести!
В груди разрывается моё бедное израненное сердце!
Каждый его удар отзывается болезненным напряжением каждого нерва.
Нет, он врёт! Всё было не так! Все знали, что у меня нет дара! Папа не мог так со мной поступить!
Слёзы продолжают катиться по щекам, я не в силах остановить их поток. Мне страшно, больно, стыдно и хочется умереть.
Я опускаю голову, позволяя волосам закрыть моё лицо. Не хочу видеть Эрика, не хочу ощущать его присутствие рядом.
Сжимаюсь на полу, обхватив себя синеющими и пульсирующими от ударов руками.
Пусть всё закончится. Пусть уже всё произойдёт и Эрик уйдёт, оставит меня в покое.
Но мужу нравится наблюдать за моей агонией! Он не спешит.
С грохотом отбрасывает от себя ремень, наклоняется и, впившись в моё плечо когтями, вздёргивает вверх.
– Ты с самого начала была моей собственностью! Я купил тебя как товар, как скотину! Мне обещали покорную, тихую жену, с которой не будет проблем. Но кажется, мне всё-таки придётся самому воспитать тебя, Ники!
Он впечатывает меня в стену, коленом, широко разводит ноги и фиксирует руки над головой.
Его синий, полыхающий настоящим безумием взгляд совершенно мне незнаком. Это не Эрик. Это чудовище!
Пускай между нами никогда не было настоящей душевной близости, но он никогда не был монстром!
Гулко сглатываю, захлёбываясь истерикой.
Или я просто предпочитала не замечать, какой он.
– Я научу тебя подчиняться. Будешь стонать и просить ещё!
В груди поднимается волна неожиданной силы. Протест, ненависть, презрение, боль, горечь потери и что-то крохотное, светлое, что никак нельзя позволить Эрику замарать, бьётся где-то глубоко внутри.
Всё это придаёт меня сил и желания бороться дальше.
Я поднимаю взгляд на мужа и рычу.
– Шлюху свою научи покорности! А меня не надо!
– Дрянь, – Эрик сжимает кулак, высоко вскидывает руку.
Я зажмуриваюсь, ожидая удара. Минуты растягиваются в вязкий кисель, но ничего не происходит.
В ту секунду, когда я решаю приоткрыть глаза и проверить, что происходит, раздаётся оглушающий взрыв.
Взрывной волной меня прикладывает о стену. Тупая боль разливается по затылку, локтям и лопаткам.
Яркая вспышка ослепляет меня. Слёзы градом катятся по лицу, мешая разглядеть хоть что-то в этом аду.
Больше никем не удерживаемая я оседаю на пол и пытаюсь собрать на себе обгоревшие лоскуты рубашки и пиджака. Обожжённые ладони горят, кожа с них сползает клочьями.
Удушающий чёрный дым забивает лёгкие, не даёт вздохнуть полной грудью и, наконец, позвать на помощь.
– Что здесь происходит? – со стороны выбитой двери раздаётся до дрожи знакомый голос – Роб. – Вера, ты где? Вера!
Следом раздаются торопливые шаги. Суматоха. Камеру заполняют едва различимые тени.
Чувствую, как Роберт поднимает меня на руки, сворачиваюсь клубочком и утыкаюсь носом ему в грудь.
– Кто пустил ван Дердена к Веронике⁈ – его голос полон холодной, пронзающей насквозь стали.
Кто-то что-то отвечает ему. Но я уже ничего не могу разобрать.
Мягкое тепло разливает по телу. Но сил нет даже на то, чтобы слабо улыбнуться.
– Спасибо, Роб, что спас меня! Я тебя ждала… – шепчу и проваливаюсь в спасительную темноту.
Глава 16
Глава 16
Возвращаюсь в себя мучительно долго и болезненно.
Приглушённый свет бьёт по воспалённым глазам. Голова гудит и раскалывается. Распухший язык не помещается во рту и никак не может облизать сухие губы.
– Выпей, – приказывает Роберт, чтобы я никак не могла отказаться. – Вот так! Ещё пару глотков.
По нёбу растекается вязкий, чуть горьковатый отвар с пряным привкусом трав и сладостью дикого мёда.
Глотаю напиток с трудом, горло саднит безбожно. В какой-то момент захожусь в кашле.
Сильные руки Роберта поддерживают меня.
– Я больше не хочу, – вытираю рот ладонью.
Но мой дорогой Роберт хмурится, чего я никогда за ним не замечала и снова протягивает мне кружку.
– Надо, Вера, – качает он головой. Не принимая моего отказа. – Тебе нужны силы.
– Мне просто надо немного отдохнуть, – валюсь обратно на постель и зарываюсь в подушки. – Мне просто нужно время…
Я прикрываю опухшие от слёз и взрыва веки и всхлипываю. В моей памяти яркими вспышками проносятся ужасы моего замужества. Измена Эрика, гадкая натура лучшей подруги, сорванные украшения и та жестокость, с которой муж стегал меня ремнём.
– К сожалению, именно времени у нас больше нет, – в голосе Роберта звучит что-то такое, что заставляет мен приподняться снова.
Глава тайной полиции сидит на краю своей роскошной кровати, куда он уложил меня, держит в руках свою любимую кружку с лечебным отваром. Длинные тёмно-бордовые волосы рассы́пались по его плечам – я знаю, что дома он предпочитает их не заплетать. Форменный китель смят и валяется на кресле.
Между его идеальных бровей залегла глубокая морщинка, взгляд темно-вишнёвых глаз напряжён. А в узком драконьем зрачке бушуют страсти.
– Что случилось, Роберт? Это Эрик? Он что-то тебе сделал? – по груди моментально растекается ледяное колючее беспокойство.
Но Роберт лишь усмехается, правда, невесело. Протягивает мне кружку и встаёт.
– Скажем так, мы вдвоём с твоим Эриком наворотили дел. Разбирательство по твоему побегу закончено. Сегодня нам всем надлежит явиться в суд.
– В суд? Но на расследование давались сутки. И то, что произошло в участке…
– Вера, – мягко, но всё же обрывает меня Роберт, – ты пролежала без сознания пять дней. Расследование по всем эпизодам закончено. Нам надо собираться в суд.
– Пять дней? – мои глаза округляются. – Я провалялась пять дней без сознания? Как такое может быть?
– Ну после того, что ты устроила в участке, удивительно, что всего пять, – вот теперь он возвращает себе привычную ленивую улыбку и ставит на кровать большую коробку. – Я тут кое-что тебе купил. Правда, ориентировался на свой вкус, а не на ван Дердена…
От упоминания мужа меня выворачивает.
– Погоди, ты сказаля натворила ? А что я такого натворила?
– А ты не помнишь? – Роберт, уже достававший из коробки тёмно-серое платье, откладывает его в сторону и впивается в меня внимательным взглядом.
– Эрик ворвался ко мне и… и… – произнести то, что собирался сделать Эрик, я не могу. – А потом пришёл ты и меня спас.
– Я тебя не спасал, родная, – Роберт подходит ближе и помогает мне спуститься с кровати, обнимает и прижимает к своей груди. – Ты спасла себя сама стихийным выбросом энергии. А вообще, я думаю, у твоей драконицы есть неплохие шансы проявиться.
– Нет! Не может быть! Я же пустая! Нулевой резерв! Никакой магии. Ни капли! Я даже простые заклинания никогда не была способна заставить работать.
– Потенциал у тебя огромный. Ты приложила генерала драконов и подпалила его шкурку. Ты разнесла половину участка и завалила булыжниками тех, кто должен был тебя защищать, но просто закрыл глаза при появлении ван Дердена. С ними я ещё разберусь, когда лекари вытащат их с того света. Глава участка получил по темечку аккуратно над именной шкатулкой ван Дердена, в которой получил свою взятку. Ему не отвертеться. Свой пост он уже потерял. Осталось, не попрощаться с жизнью. А главное, ты не оставила следов. Горжусь тобой!
– Роберт, это какая-то ошибка… Ты не хуже меня знаешь, что я пустышка.
– Ты не пустышка, Вера! Не смей о себе так говорить, – Роб убирает прядку, прилипшую к моим губам.
Его взгляд соскальзывает ниже, цепляется за что-то на моей шее и вспыхивает настоящим животным огнём.
– Убью, – рычит Роберт и касается прохладными пальцами саднящей кожи на моей шеи.
Бросаю на себя взгляд в огромное зеркало в старинной золочёной раме, что стоит позади мужчины, и ужасаюсь.
Неужели это я?
Глава 17
Глава 17
– Готова? – Роберт в очередной раз придирчиво осматривает меня.
Он ответственно подошёл к подбору платья.
Строгое, прекрасное в своей простоте серое шерстяное платье с высоким белоснежным воротником.
Наверное, для леди ван Дерден она слишком скромное, но для той, что собирается расстаться с мужем – идеальный вариант.
Длинные рукава с узкими манжетами надёжно скрывают синяки и красные полосы после ремня Эрика от любопытных глаз.
Высокий воротник-стойка помогает прикрыть багрово-синюшную шею и следы от когтей мужа.
Длинные светлые волосы пришлось распустить по плечам, чтобы скрыть разорванные мочки. Лекарь, которого нанял Роб, влил в меня огромное количество своей магии, но практически ни с чем не смог справиться.
После спонтанного выброса магии я как губка впитывала любую энергию и пыталась не умереть. Разорванные мочки и ссадины на теле мой организм волновали слабо.
Складываю пальцы в замок и судорожно сжимаю. С такой силой, что пальцы краснеют, а суставы трещат.
– Вера, успокойся, – Роберт стягивает с шеи платок и повязывает его мне, скрывая то, что воротник скрыть не в силах. – Это стандартная процедура. У нас все козыри в руках.
– Ты не понимаешь, Эрик не отступит. Он сказал, что не отпустит меня, уничтожит. А если узнает, что я не пуста, то…
– Он не узнает. Никто не узнает, я обещаю. А теперь идём. Не сто́ит заставлять судью ждать.
Он распахивает передо мной дверцу кареты, спрыгивает на тротуар сам и подаёт мне руку, затянутую в перчатку.
Гул оживлённой улицы моментально стихает, а потом обрушивается на меня с новой силой.
– Госпожа ван Дерден!
– Леди Вероника! Всего пара слов!
– Как вы прокомментируете то, что произошло в полицейском участке?
Со всех сторон на меня обрушивается шквал вопросов и вспышки фиксирующих артефактов. Газетчики, как стервятники рвут мою семейную драму во все стороны и пытаюсь выпотрошить моё нутро.
– Без комментариев, – негромко, но чётко произносит Роб.
Он серьёзен и предельно собран. Тёмно-бордовые волосы стянуты в тугую косу, сквозь тонкую кожу перчатки он дарит мне своё тепло и поддержку.
Стараясь не обращать внимания на выкрики газетчиков, поднимаюсь по ступеням суда.
В зале на удивление малолюдно: секретарь, несколько членов палаты лордов, выступающих наблюдателями, свидетели и судейская коллегия.
– Заседание будет в закрытом режиме, – шепчет мне Роб, когда мы садимся.
Я осторожно оглядываюсь, с замиранием сердца разглядывая зал и страшась встретиться взглядом с яростными синими глазами мужа.
– Его не будет, – Роб сжимает моё запястье.
Не будет! Волна облегчения и жгучей благодарности прокатывается по телу. Не знаю, как Роберту это удалось, но это… замечательно.
Потому что смотреть на мужа я смогу. А в его присутствии вряд ли смогу дать связные показания.
– Заседание суда объявляется открытым, – поднимается со своего места секретарь, настраивает фиксирующие артефакты и кивает главному судье.
Болезненный процесс затягивается. Честно говоря, я рассчитывала на пару часов. Да, я ожидала неудобные вопросы. Но я не ожидала, что перед общественностью вывалят всё моё «грязное бельё».
Свидетели сменяют один другого: служащие военного министерства, главный архивариус, секретари, горничные из нашего с Эриком столичного дома и из высокогорного поместья – Роберт собрал всех.
И все они под присягой рассказывают жуткие вещи. Связь Эрика с Этерией длится не один день. Все эти люди, маги, драконы видели, как начинался их роман и ничего не сделали, ничего не сказали, не остановили Эрика, не предупредили меня.
Я гулко сглатываю, когда на трибуне в очередной раз меняется свидетель. Моя личная горничная из столичного дома, и она меняла шелковые простыни на нашей постели после того, как Эрик и Этерия…
О боги!
Я до боли, до побелевших пальчиков впиваюсь в длинный шерстяной подол.
– Потерпи, осталось немного, – шепчет Роберт, практически отрывая мои руки от многострадального подола. – Скоро всё закончится, и ты станешь свободной женщиной. Никакого монастыря…
Я с благодарностью ему улыбаюсь, глубоко вдыхаю и…
Дверь с грохотом распахивается.
Все лица обращаются ко входу.
Вздох удивления и благоговения разносится по залу.
На пороге стоит Его Величество император Азурии.
– Свидетели и палата лордов – на выход! В зале может остаться только верховный судья и Вероника ван Дерден. Председательствовать я буду лично! – сердитый голос монарха, звучит властно и непреклонно.
– Мой сир, – Роберт низко склоняет голову. – Дозвольте мне остаться, какзаинтересованной стороне…
За спиной императора раздаётся недовольный рык… ЭРИКА!
Мой муж стоит за императором и пронзает меня стремительно темнеющим взором. О боги, сколько в нём ненависти и жажды расправы.
– Останьтесь, Поуль, – рычит император, сверкая гневным взглядом, а после мажет по мне. Стоит ему только пробежаться по моей фигуре, как в его золотых глазах вспыхивает настоящее драконье пламя.
Ох, не к добру!
Глава 18
Глава 18
Император Азурии – Максимилиан IV занимает место верховного судьи, а сам судья опускается на место секретаря, сметает фиксирующие артефакты в верхний ящик стола и кивает, сообщая монарху о готовности.
– Вероника ван Дерден! – гремит голос императора над трибунами.
Я поднимаюсь с места и растерянно моргаю. Не могу понять, чего он от меня ждёт.
– К трибуне, – недовольно морщится монарх.
Внутри всё сжимается.
Мне совершенно не нравится его тон и пылающий яростью драконий взгляд с тончайшим росчерком зрачка.
Я осторожно, стараясь не делать резких движений, пробираюсь между рядами к трибуне.
Стоит мне поравняться с Эриком, который намеренно застыл в проходе, как у меня замирает сердце.
Я делаю крохотные шаги, отклоняюсь так сильно, как могу, только чтобы не зацепить даже край его военного мундира, ни в коем случае не прикоснуться к его руке.
Похоже, моего мужа забавляет подобная ситуация, он хмыкает и специально делает ещё один шаг ко мне, полностью перекрывая проход между рядами.
Я вздрагиваю и отшатываюсь.
Ненавижу!
– Леди ван Дерден, мы ждём! – подгоняет меня император.
– Прошу прощения, – ниже опускаю голову и протискиваюсь между Эриком и деревянной скамьёй.
Моё тело моментально вспыхивает от нашей близости, кожа покрывается болезненными мурашками, а по внутренностям растекается панический страх.
– Ты уже проиграла, – шипит муж, касаясь обжигающе горячей ладонью моего бедра.
Сдвигая край скамьи, я отпрыгиваю.
Встаю за трибуну и стараюсь смотреть перед собой, ищу взглядом Роба – мой единственный маяк в этом бушующем море.
– Леди ван Дерден, – гремит голос императора. – Признаёте ли свою связь с начальником тайной полиции Робертом Поулем?
– Я не…
Я не была готова к такому вопросу. При чём здесь Роб?
Впиваюсь в Роберта взглядом и с удивлением вижу, как он кивает мне, подсказывая ответ.
– Да или нет, леди ван Дерден?
– Да.
– Вы признаёте, что сбежали из замка своего законного мужа с Робертом Поулем? Сговорились с ним, собираясь опозорить мужа?
– Всё было не так! – выкрикиваю я.
Мой взгляд мечется по пустому залу. Но натыкается на злую усмешку Эрика.
Что ты рассказал императору, монстр?
– Да или нет?
– Нет! – мой голос дрожит от гнева.
– Значит, вы не сбега́ли с высокогорного замка?
– Сбега́ла, но я…
– Как давно вы знакомы с господином Поулем? – обрывает меня император.
Черты его лица ожесточаются, губы недовольно поджимаются, а взгляд способен убивать…
– На этот вопрос мне тоже ответить «да» или «нет»? – выдыхаю зло и ядовито. И успеваю перехватить недовольный взгляд Роберта.
– Мне кажется, вы не понимаете, леди ван Дерден, серьёзности данного мероприятия, – опасно щурится император. – Как вы думаете, зачем вы здесь?
– Я здесь, чтобы получить развод с генералом ван Дерденом, – отвечаю уверенно.
– Нет, леди Вероника, – рявкает Максимилиан IV, а я вжимаю голову в плечи. – Мы выясняем меру вашей вины в покушении на моего генерала и на его будущего наследника.
– В покушении? – бледнею я. Перевожу не верящий взгляд с императора на Роба, а потом на Эрика.
Мой муж непривычно бледен, всё также стоит в проходе, привалившись плечом к высокой спинке скамьи. Только сейчас я замечаю, что он придерживает правую руку, укачивает её.
Не хило его приложило – мстительно проносится у меня в голове. – Нечего было лезть.
А при чём тут наследник? Или они имеют в виду Этерию?
Пытаюсь проглотить огромный ком, что подступает к горлу.
Это не слушание по разводу, это суд надо мной. Эрик не обманул. Он не отступит.
– В полицейском участке был применён неизвестный артефакт, освободивший огромное количество энергии. Участок уничтожен, личный состав поражён, генерал ван Дерден на несколько дней выведен из строя, – перечисляет император. – К тому же на моё имя поступила жалоба от генерала ван Дердена, в которой он обвиняет вас в покушении на его наследника, которого носит Этерия Роуз. Вы себя признаёте виновной?
– Если я себя призна́ю виновной хотя бы в одном пункте, что меня ждёт? – щурюсь, ожидая ответа.
Мне не переиграть Эрика, но я могу попробовать частично признать вину.
– В любом случае вас ждёт ссылка в монастырь неспящих сестёр на границе империи. Ваша вина уже доказана! Ещё утром мне на стол легли свидетельские показания, подтверждённые драконьей клятвой на крови. Вы, как не проявившаяся драконица, подобную клятву не в состоянии произнести. Ваши слова останутся только словами. Сейчас от ваших признаний будет зависеть наказание для Роберта Поуля: пожизненная ссылка или смертная казнь!
