Текст книги "Измена или Восстать из пепла (СИ)"
Автор книги: Екатерина Барсук
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)
Глава 6
Лида
Совсем скоро Сережа обещал приехать. Это значит, что мне срочно нужно спрятать все украшения в комод, самые дорогие вещи убрать в коробки под кровать, а еще не забыть выключить уведомления на всех устройствах. Не дать возможности усомниться в моей истории.
Таких, как Сережа, у меня было несколько – я вижу таких издалека. Изголодавшиеся по женской ласке и упругой груди, стыдливо прикрывающие кольцо, когда я подхожу знакомиться.
Для каждого у меня своя тактика – кому-то нравятся смелые навязчивые девчонки – с такими я заигрываю открыто: прошу застегнуть молнию на кожаных сапожках и как бы случайно постанываю от того, что он слишком сильно затянул. Некоторым нравится чувствовать свое превосходстово и власть, которых в действительности у них нет. Таких обычно не держат в авторитетах, так что они пытаются компенсировать это в отношениях с женщинами.
Когда я устроилась секретаршей в офис строительной компании, моей целью был генеральный директор. Тот, к сожалению, оказался крепким орешком, верным своей жене – на моей памяти такое было редкостью. До сих пор помню, как он жестко схватил меня за плечи и оттолкнул, со словами «еще раз приблизишься – уволю». Тип мужчин, который никогда не снимает кольцо с безымянного пальца, даже когда едет попариться с друзьями в сауне. Таких я избегаю.
Я уже хотела ретироваться, но вовремя заметила его. То, с какими глазами он смотрит на задницы проходящих мимо сотрудниц и мямлит рядом с ними… Я сразу поняла – за него нужно цепляться.
Оставалось самое главное – понять, сможет ли он тратить на меня крупные суммы. Или даже вопиюще непристойные, о которых его жена может только мечтать. Наверняка, какая нибудь старая никому не нужная тетка… Таких я видела каждый день, такой я боялась стать.
С Сережей все было очень просто. Наживку в виде «я такая бедная наивная девочка» он заглотил в первый же день. Взял мой контакт и начал написывать. Сначала просто смешные видео скидывал или начинал говорить о каком-то фильме – я яростно поддакивала и изображала интерес. Смеялась над анекдотами про глупых женщин, которые ничего не умеют – ни водить, ни в технике разбираться. Особенно блондинки – вот такие как я.
Сереже я очень нравилась. Будь его воля, не было бы социальных рамок – он бы накинулся на меня в мой первый рабочий день. Но он пока ждал, оценивал, можно ли мне доверять, или я – тот тип любовниц, которые жаждут увести его из семьи и всем рассказать о нашей связи. Конечно, нет. Мне нужны только ресурсы. Семью строить я готова только с тем, у кого они безграничные, к таким Сережа явно не относится.
Когда он начал рассказывать мне о болезни своей жены, я очень сдерживалась, чтобы не рассмеяться и имитировать печаль. Сколько я слышала таких историй! Чисто по-женски, мне было жаль его жену. С другой стороны – пусть следит за мужем лучше.
Манипулировать Сережей оказалось легче легкого. Стеснительно ляпнула о сумке, «о которой мечтаю уже год, но она мне не по карману», а потом быстро сменила тему.
Как загорелись его глаза, как он хотел меня порадовать… Уже через два дня сумка была у меня. А еще через неделю я ее отработала. Мы встречались у меня, иногда оставались в офисе после смены.
Надо же жене было заявиться именно в тот день, когда я начала намекать на машину. Мой старый Volkswagen выглядел совсем не солидно. А моя знакомая как раз продавала Audi с белым салоном, как я люблю.
Сережа тогда очень замешкался. Видимо, для него сумма была приличной. Скорее всего, он потихоньку начал бы меня сливать и вернулся к верной семейной жизни, так что особых надежд я не питала.
Звезды сошлись. Его жена оказалась симпатичной, показалась немного властной женщиной. Я сразу увидела в ней мощь, стержень. Такие как она измен не прощают. После предательства мужчина просто перестает для нее существовать.
После того вечера Сережа стал мне названивать, просить пожить у меня. Пришлось аккуратно сообщить, что бабушка, которая сдает мне квартиру, запрещает водить мужчин. Это была моя квартира, разумеется, но Сереже об этом знать не обязательно. Как и то, что мамы с инсультом, о которой я рассказываю, не существует.
Он растерян и переживает из-за развода. Сейчас он будет обижен на свою Марину – почему она не простила его и не приняла обратно. Психика будет защищаться и он будет стремиться переложить ответственность. Именно сейчас – самое время вступать в игру по моим правилам. Здесь я хищник, а он – жертва, и моя главная задача – делать вид, что всё наоборот.
Звонок в дверь. Поправляю прическу, пшыкаю духи и бегу открывать.
Совсем не понравилось то, что я увидела. Передо мной он, еле стоящий на ногах, в несуразной одежде. Вижу у него в руках чемодан. Всё-таки сделал, что я просила?
Он с тупой улыбкой заходит в квартиру, кидает чемодан на пол – я ногой быстренько сую его под диван, и заваливается на кровать. Бьет по одеялу рядом с собой, приглашая меня присесть. Мне противно, но виду не подаю.
Присаживаюсь рядом и грустным голосом спрашиваю:
– Сережа, ты что, пил? Что случилось?
Он смеется и запрокидывает голову на подушки.
– Я всё придумал, Лида. Мы с тобой будем вместе! Давай переедем в другой город и ты родишь мне наследника, а? Представляешь, пол жизни прошло, а у меня нет сына.
Мне всё это очень не нравится. Во-первых, естесственно, я не беременна и сижу на противозачаточных. По моим расчетам он должен был испугаться, дать мне денег на аборт и моральную компенсацию и уйти в закат. Во-вторых, какого наследника он хочет? Наследника чего? У него нет своего бизнеса, он на вторых ролях, из недвижимости – один дом, и тот брачный. Эта идея фикс у таких мужчин, как он, вызывала у меня недоумение.
Думаю, как выкручиваться. И как незаметно спросить о том, что в чемодане. Точнее, сколько.
У него звонит телефон. Он смотрит на экран и недовольно сбрасывает звонок.
– Это Марина?
По его недовольному лицу понимаю, что да.
* * *
Марина
Я в ярости. Не мог он просто взять и украсть все отложенные деньги. Не верю и не хочу верить. Пробегает шальная мысль, что деньги могла забрать Дина – мало ли, подростковый бунт. С другой стороны, она знает, на что откладывались эти суммы – нет смысла воровать то, что и так принадлежит тебе. Должно было принадлежать.
От безысходности перерываю все ящики, комод, все полки. Сама понимаю, что никто не мог просто взять и переложить их. Звоню Сереже. Гудки идут, но трубку никто поднимать не собирается. Позвонила раз пять, все безрезультатно. Это было сделано по указке сверкови или этой щлюхи? Сам он на это бы не пошел, просто кишка тонка. Явно кто-то подтолкнул.
После такого ни о каком примирении не может быть и речи. Война, так война. Я выбью столько, сколько смогу.
Ошибкой было хранить деньги в наличном виде. С картами и вкладами всё доказать всё в суде было бы намного проще. Но сложнее – не значит невозможно.
Я взяла старые пыльные чемоданы и начала собирать его вещи в них. Не складывала, прочто закидывала и утрамбовывала ногой. Такая подлость, мелочность… В голове не укаладывалось.
Собрав все его пожитки, я выставила все у входа в дом. Все равно, пойдет ли дождь – это уже его проблемы, не мои.
Соня спустилась из детской, попросила сделать ей бутерброд с чаем. Увидела, что я делаю и задумалась.
– Мамочка, это папины вещи?
Я вздохнула. Вот как объяснить ей? Что сказать? Твой папа – предатель и вор? Теряюсь.
– Да, это вещи Сережи. Он больше с нами не живет. Понимаешь, он меня очень обидел, поступил некрасиво. Мало этого, он еще и украл у нас деньги.
– Украл?
– Да. Он вчера приходил не потому, что по нам соскучился, он просто хотел забрать то, что мы откладывали на квартиру для Дины.
Я жалею, что вывалила это на Соню. Но по другому я не могла.
Она, к счастью, не стала больше задавать вопросов, просто села за свой столик и начала рисовать.
Я, чуть успокоившись, сделала ребенку бутерброд и чай, поставила ей и заглянула, что же она рисует.
На рисунке был домик, я, Дина и Соня. Папа с чемоданами был изображен на заднем плане, вдалеке от нас. Видимо, рисунки для нее были терапией и помогали легче перенести всё, что происходило вокруг.
Слышу поворачивающийся ключ – Дина пришла. Даже не знаю, как сообщить ей.
Она уже успела увидеть вещи на улице, так что понимала, что снова что-то произошло. Что-то, еще хуже измены.
Она увидела мое бледное лицо, поставила рюкзак на пол в прихожей и оглянулась – повсюду был легкий беспорядок, который я навела.
– Что он снова натворил?
Я кивком показала в сторону двери на задний дворик. Точно не при Соне это обсуждать.
Вижу, что Дина начала волноваться. Мы присели на диванчик и Дина выжидающе на меня посмотрела. Как же мне хотелось, чтобы это был просто сон и мне не пришлось говорить это всё дочери.
Но, увы, жизнь была беспощадна.
– Дин, помнишь, мы с папой откладывали тебе на квартиру деньги…
Она с ужасом на меня посмотрела. Тоже не хотела верить.
– Папа… отец их забрал?
Я кивнула. Вижу, что глаза Дины наполнились слезами от обиды.
– Не думала, что папа может быть такой тварью. Ему эта… тварь важнее чем мы? Как он мог? Зачем вообще обещал эту кваптиру, лучше бы я не знала и не рассчитывала.
Дина заплакала, не сдерживаясь, уткнулась лицом мне в колени. Я не знала, что ей сказать, поэтому просто гладила ее по спине и перебирала волосы.
– Мы справимся, солнышко. Слышишь меня? Я выгрызу для нас будущее. Завтра выхожу на работу. Если что, ипотеку возьмем, но свой уголок у тебя будет. Пообещай только, что никогда не повторишь ошибку мамы и всегда будешь иметь подушку безопасности?
– Да, мам.
Она продолжала всхлипывать еще двадцать минут, и я молчала, но была рядом. Больше никогда я не дам себя и своих девочек в обиду. А Сережу – уничтожу.
Глава 7
Я так и не смогла уснуть этой ночью. Сережа так и не ответил ни на один звонок. Пила успокоительные, посмотрела серию сериала, почитала новую книгу, одну из тех, которые накупила в большом количестве и отложила в долгий ящик. Сон сморил меня уже к утру, когда нужно было готовить девочкам завтрак. Я решила, что позволю себе отдохнуть.
Задремала и проснулась в 10 утра. Спустилась вниз: Дина накормила себя и Соню, вижу грязные тарелки из под овсянки на столе, доску с нарезанными фруктами.
Соня включила себе мультики про своих любимых феечек, в которых у нас был весь дом – повсюду лежали журналы с феями, коллекционные игрушки и раскраски. Когда она в очередной раз рассказывала мне, почему Флора лучше Стеллы, или как ей нравится новое превращение – я внимательно слушала и задавала вопросы.
У Сони сначала было тяжело с речью, и заговорила она именно о феях и в таком количестве, что мы втайне начали скучать по времени, когда она не говорила. Сейчас она стала такой болтушкой, что выдержать иногда было тяжело – благо, она постоянно гуляла со сверстницами и созванивалась с ними по телефону.
Я любила своих дочерей намного больше, чем себя. Наверное, психологи сейчас скажут, что это плохо, на первом месте должна стоять ты сама, потом муж, потом дети. Я с этим категорически не согласна. До сих пор помню, какими усилиями мы добивались первой беременности. Сразу после выпуска из университета мы пытались зачать ребенка – но раз за разом терпели неудачи. Была и замершая беременность, которая переживалась мной как величайшая из утрат – на полгода я впала тогда в депрессию. Раньше об этом было не принято говорить, как сейчас. Тогда меня за это клевали, в том числе муж, который не понимал, почему я не хочу пытаться снова, здесь и сейчас.
Когда я вновь забеременела, то не знала, куда себя деть. Боялась лишний раз выйти из дома – вдруг продует, ходила аккуратно – боялась упасть на живот. Каждый поход на УЗИ был той еще пыткой – я молилась, чтобы никогда больше не услышать: «Ваш плод больше не развивается».
Все тревоги рассеялись, когда мне показали будущую Дину и сообщили пол. Тепло разлилось по груди и я поверила, что всё будет хорошо. Так всё и прошло.
Вторая беременность произошла случайно, но мы решили оставить ребенка. Конечно, риски были выше, мне было 32, а за плечами такой груз неудачных попыток. Но я в глубине души чувствовала, что нам нужен еще один человек. Думаю, каждая мама интуитивно ощущает, что для нее лучше, и к этому голосу нужно прислушиваться.
Девочки мои были любимыми и желанными, одна – выстраданная, вторая – неожиданно вторгнувшаяся в нашу жизнь. И именно они помогали мне стоять на плаву. Сама я бы сейчас больше жалела себя, плакала в уголочке, но мне было, ради чего жить, добиваться и расти, пусть и вопреки.
Соня увидела меня, прочитала еще одну лекцию про Алфею и ушла дальше смотреть серию. Я позавтракала, привела себя в порядок и отправилась в офис Михаила.
* * *
Миша
Я всё чаще ловлю себя на мысли, что добился чего-то не того. Да, у меня успешный адвокатский кабинет, большой жизненный опыт, но проблема в том, что я никогда не был счастлив.
Не любил женщин, с которыми был вместе – скорее всего, потому они и уходили от меня после нескольких лет брака – деньги, забота и уважение – это хорошо, но когда мужчина смотрит на тебя без желания изо дня в день, выдержать это тяжело.
Я никогда не врал им о том, что испытываю. Врать я могу и имею, но конкурентам, соратникам, сослуживцам – но не своим женщинам. Я говорил, что хочу создать с ними семью, что готов обесмпечивать всем необходимым, но ни одной женщине я не признавался в любви. Их это устраивало. Первые пару лет. Потом все начинали искать мужской заботы на стороне – и я прощался с ними, но без криков и ругани. У меня были все ресурсы, чтобы уничтожить их, но я не желал им зла – только простого человеческого счастья, которое сам не испытывал.
Последняя жена оказалась самой странной – она постоянно пыталась вывести меня на эмоции. Оставляла открытым телефон с переписками и злился, когда я не читал сообщения на экране, приходила домой с красной отметиной на шее и начала кричать и кидаться посудой, когда я поверил, что она ударилась о навесной ящик. Ну а когда я, увидев ее с другим, молча предложил развестись – она привела в мой офис этого кота.
Я не верил в эту легенду, но не хотел больше ранить ни одну женщину, пока окончательно в себе не разберусь. Пусть кот будет дополнительным этапом, проверкой. Проверкой для меня – вдруг, пока какая-нибудь помощница будет добиваться расположения Барсика, я впервые полюблю.
То, как Марина ворвалась в мою жизнь, поразило. Она была такой закрытой и в то же время такой загадочно-привлекательной. Мне хотелось узнать ее получше – например, почему она была настолько колючей и что скрывается за ледяной стеной. Но пока Марина четко давала понять, что намерена держать дистанцию.
Слышу, как открывается дверь и Андрей приглашает ее ко мне. Как мальчишка начинаю переживать. Что она со мной делает?
* * *
Марина
Я надела белый брючный костюм, собрала волосы в пучок и чуствовала себя спокойно. Андрей предложил кофе, а я не стала отказываться. Тем более, здесь он был не растворимый, а из полноценной кофемашины.
Зашла и села на широкое кресло рядом со столом будущего начальника.
– Выглядите как всегда чудесно, Марина. Могу на ты?
Я оценивающе посмотрела на него, с легким вызовом. Главное, чтоб он невоспринял это как шаг навстречу его симпатии.
– Можешь. Чем сегодня предстоит заниматься?
Не успела я договорить, как на мои колени запрыгнул тот самый огромный жирный кот, улегся и замурчал.
– Валики для одежды за наш счет.
Михаил улыбнулся и достал пачку из нижнего ящика. Я тоже не сдержалась.
– Часто он так хулиганит?
– Только когда видит обаятельных женщин.
Опять окучивает меня, как молодую девчонку. Марина, не поддавайся.
– Так что же, в этом офисе я первая обаятельная женщина?
– Получается, что так.
Он улыбается так, что появляются ямочки. У него слегка кудрявые темные волосы и светлая кожа, глубокие серые глаза. Тело плотно сложенное, только ходит он большую часть времени в костюмах, так что много сказать нельзя. Привлекательный мужчина в «сочном» мужском возрасте – зачем ему окучивать меня, когда у него неограниченный доступ к девушкам и женщинам намного привлекательнее? Не понимаю.
Он поправляет рубашку и сменяет игривый тон на деловой.
– Итак, Марина, я обсудил с Андреем твою работу, мы решили, что я должен провести с тобой парочку проектов, обучить тебя всему, а затем – возлагать какие-то другие обязанности, когда ты будешь уже увереннее. Не против?
– Не против, конечно.
– Стажировку оплачу как и обычную работу, не переживай в этом вопросе.
Он кладет на стол большую папку, на которой крупно написано «ДЕЛО № 33838».
– К нам обратилась женщина из Ростова. Ее сын погиб, переходил дорогу через рельсы, его переехало поездом. Мать в горе и отчаянии, пытается привлечь машиниста к ответственности, но безрезультатно – он уже не успел бы затормозить. Что мы можем ей предложить?
Мозг начал перебирать варианты, я напряженно думала и вспоминала всё, что проходила в университете. Сначала туго, потом взяла со стола лист бумаги и ручку и выписала все, что вспомнила.
– Так… Поезд – это источник повышенной опасности, верно?
– Абсолютно точно, Марина. Радуешь.
– Таким образом, собственник поезда понесет ответсвенность за причинение вреда даже если ффактически не виноват – как и в случае с автомобилями.
– Бинго.
– Значит, мать может подать иск о компенсации морального вреда – сейчас взыскивают суммы около 3–4 миллионов рублей на компанию, правильно?
– Я в тебе не сомневался. Сегодня наша задача – написать иск, вот все документы по делу – он придвинул мне папку. А после – поехать к этой женщине, утвердить иск, взять подпись. Сумму вознаграждения мы с ней уже утвердили – сорок процентов от выигрыша. Задача понятна?
– Да, капитан.
Не знаю, зачем я это сказала, но Миша рассмеялся.
Иск я готовила около четырех часов. Готова была петь дифирамбы Андрею – видя, что на моих ногах постоянно спит Барсик, он то и дело приносил мне напитки, заказывал еду и угощал. Складывалось ощущение, что я президент, а не простая помощница. Миша всё это время недовольно зыркал глазами на Андрея и довольно – на меня.
Когда ноги мои окончательно затекли и я согнала Барсика с колен – он ответил мне недовольным «МАУ», я показала готовый иск Михаилу. Он вдумчиво читал, поправлял каждый мелкий недочет – будь то запятая или точка. Он был очень дотошным. Я понимала, что это правильно, но это все равно немного раздражало.
– В целом, я тобой очень доволен. Это очень достойный документ. Поехали к клиенту?
– Да, поехали.
Похвала в профессиональной сфере оказалась чертовски приятной. Не «вкусно приготовила еду», не «хорошо пропылесосила» или «хорошо воспитала детей». Это, безусловно, тоже приятно, но ни в какое сравнение не идет с пониманием, что ты, несмотря на годы прозябания дома, сохранила рабочие навыки.
Я оставила свою машину у офиса и села к Михаилу на переднее. У него был Genesis, о котором я мечтала раньше. Мягкие удобные сиденья, автоматическая коробка передач – хорошо бы когда нибудь пересесть в такой автомобиль. Я любила свою ласточку, но переключать передачи по триста раз на дню утомляло, хоть и было доведено до автоматизма.
Мы тронулись и почти выехали из города – до Ростова было ехать около 40 минут, но тут Миша стукнул по рулю и выругался.
– Марин, я забыл свидетельство о смерти и доверенность дома. Не против, заедем ко мне и заберем? Буквально 10 минут. Я дома просматривал информацию и положил бумаги на окно.
– Нет, не против.
– Отчасти поэтому мне и нужна помощница – я рассеянный и часто забываю, где что оставил. Прошу прощения за форс-мажор, переработку оплачу, если по времени не уложимся.
Мы подъехали к огромному жилищному комплексу, построенному в стиле архитектуры восемнадцатых веков – все с арками, колоннами, побеленное. Внутри подъезда пол выложен мрамором.
Мы вместе поднялись на пятый этаж и зашли к нему. Вопреки внешнему виду дома, у него внутри всё было минималистично и скромно, типичная квартира холостяка. Единственное, что придавало квартире жизнь – его фотография с дочерью. Они были очень похожи и на фотографии та широко улыбалась, обнажая улыбку с брекетами. Очень милая девочка. Пока Миша искал документы, я была на кухне.
Поиск затянулся, так что я в это время заскочила в уборную. Что-то в его квартире смущало, но я не понимала, что именно. В ванной осенило – в его квартире почему-то не висело ни одного зеркала, даже над раковиной. Интересно, в чем причина?
