Текст книги "Космическая чума. Сборник"

Автор книги: Джордж Смит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Дэрик Джонс неожиданно покрылся потом. Он беспокойно ерзал на сиденье «Форда-континенталя» рядом с водителем. Затем нервно сжал руки и попытался, правда, без особого успеха, выдержать сверлящий взгляд Сильсона.

– Пит, – пробормотал он, – я…

– Послушай-ка, – спокойно перебил его Сильсон, – ты хочешь испортить мне всю игру или что?

На этот раз его голос звучал угрожающе.

Дэрик сглотнул.

– Ты, собственно говоря, знаешь, сколько средств я уже вложил в это предприятие? – продолжил Сильсон. – Как же я могу упустить такой шанс? Такой подарок, как этот, получают лишь раз в жизни, малыш, и я не намерен от него отказываться. Кроме того, я дал обещание. Я не могу отступить. И ты тоже.

– Это-то я понимаю, – тихо сказал Дэрик. – Просто это дело для меня слишком крупное, Пит.

– Слишком крупное!

Сильсон грубо захохотал.

– Может быть, ты хочешь остаток своей жизни провести, взламывая сигаретные автоматы и обирая богатых туристов с континента?

– Я хочу провести остаток своей жизни, во всяком случае, не в тюрьме! – вскипел Дэрик. – Черт тебя возьми еще раз, Пит. Ведь мы до сих пор занимались проделками, которые под стать глупым юнцам, но вот то, что…

– Ты уже говорил, – проворчал Сильсон. – То время уже прошло, малыш. Полчаса работы, и мы обеспечены на следующие полмесяца, а может, и дольше. Этот Смит платит чертовски хорошо.

Затем он добавил:

– Но он будет и чертовски зол, если его подведут.

– Я не хочу, Пит, – настаивал Дэрик.

Но его голос потерял решительность, необходимую для того, чтобы эти слова звучали правдоподобно.

– Я не могу пойти на это, понимаешь? Я возмещу твои убытки, и мы забудем все это безумие.

– Ты возместишь мои убытки? – язвительно повторил Пит. – Я пошлю Смита к тебе, если он появится. Так?

Дэрик изворачивался, как придавленный уж.

– Пит, подумай все-таки, – умоляюще попросил он. – Ведь там вокруг солдаты! Они долго мешкать не будут. Кроме того, это предательство, измена родине!

Сильсон изумленно охнул. Его нижняя челюсть отвалилась вниз, и он несколько секунд оцепенело глядел на своего партнера, как будто серьезно сомневался в его нормальности.

– Измена родине? – эхом растерянно проговорил он. – Ты что, сбрендил вконец или дразнишь меня? Я тебе не верю, малыш. Ты боишься, вот и все. А русские и без того знают «фантом», можешь быть уверен.

– Тогда почему этот Смит так хорошо платит за несколько обломков?

Сильсон пожал плечами.

– Откуда я знаю? Мало ли зачем ему… А теперь – конец дискуссии. Надо потихоньку начинать.

– Но.

– Никаких «но». Пусть ты наделаешь в штаны, но теперь ты заткнешь свою пасть и сделаешь то, о чем мы договорились, – грубо сказал Сильсон.

Он загасил сигарету в пепельнице, обернулся и взял ободранную сумку с заднего сиденья. Она звякнула, когда он потянул ее вслед за собой из машины.

Дэрик нерешительно взял свою куртку.

– У меня нехорошее предчувствие, – сказал он.

Несмотря на это, он открыл дверцу потрепанного «Континенталя», вылез и обстоятельно натянул куртку. Его взгляд блуждал между плотно стоявшими деревьями, за которыми они спрятали машину, и пытался в темноте проникнуть на ту сторону холма.

Он знал, что там происходит. В последние три дня они были здесь, по меньшей мере, раз десять, первый раз едва ли не через час после падения самолета, немногим позже, чем появилась полиция, и сразу же вслед за ней военные оцепили то место, где лежали горящие обломки.

Катастрофа вызвала волнение не только в его родном муниципалитете Симсвиль.

«Торнадо», который упал здесь, принадлежал к первому поколению этих летающих боевых компьютеров. Это была – если можно верить прессе и радио – вообще первая машина такого типа, которая разбилась.

Собственно говоря, неудивительно, что сразу появились военные и попытались прикрыть это дело покровом тайны. Чего Дэрик не понимал, так это почему обломки так долго не убирают, а довольствуются тем, что местность на пять миль в окружности объявили зоной военного оцепления и обнесли двухметровым забором из колючей проволоки.

Все это дело, так или иначе, было сугубо секретным. Среди населения Симсвиля ходили странные слухи, начиная с предположения, что машину увел русский шпион, до утверждений, что она была сбита НЛО.

Если даже все они лишь наполовину соответствовали истине, приближаться к обломкам было делом небезопасным.

Но Дэрик понимал также, что назад пути нет. Хотя и не мог сказать, какой черт его попутал согласиться на безумное предложение Сильсона. Сначала он не принял все это всерьез. Когда же понял, что Сильсон действительно хочет подобраться к обломкам и спрятать некоторые из них, чтобы потом продать за большие деньги, было слишком поздно давать обратный ход.

– Теперь вперед, – сказал Сильсон рядом с ним.

Дэрик подтянул молнию своей темно-коричневой куртки, надел перчатки и, крадучись, двинулся за ним. Мягкая лесная почва заглушала шум шагов, а темная одежда делала их почти невидимыми.

Хотя место падения и было окружено сплошной сеткой и постоянно охранялось, но посты не были бдительными, как предполагал Дэрик. Солдатам наскучило постоянное и однообразное дежурство – большей частью дежурные после полуночи то и дело забегали во временно сооруженный барак, чтобы обогреться чашечкой кофе и перекинуться парой словечек. А им с Сильсоном не нужно было много времени. Забор не окажет сопротивления кусачкам Сильсона. Судя по всему, Смит – или как там его еще называл таинственный связной Сильсона, адрес которого он узнал бог знает откуда, – достаточно точно описал ему место, где нужно искать. От машины осталось не слишком много. Но специалисту даже наполовину оплавленная деталь могла открыть довольно ценную информацию.

Дэрик пытался утешить себя мыслью, что они, в конце концов, утащат всего лишь немного железного лома. Но это было слабое утешение.

Они подкрались к опушке леса и остановились под защитой последних деревьев.

Сильсон приложил палец к губам, предостерегающе посмотрел на Дэрика и достал из сумки складную треногу.

Он установил на ней бинокль, торопливо навел резкость и довольно долго вглядывался в оцепленную зону.

– Все в порядке, – шепнул он.

Затем сложил и убрал треногу.

– Все спокойно. Наши храбрые ребята сидят в бараке, и дельце может пройти гладко.

Он ухмыльнулся, поднял сумку и сделал приглашающее движение головой.

– Пошли.

Дэрик с трудом кивнул и побежал. Расстояние до забора казалось бесконечным. И хотя оно было длиной максимум пятьдесят метров, у Дэрика было впечатление, что надо пробежать целую милю.

Инструмент в сумке Сильсона гремел так громко, что этот звук, казалось, должен был слышать весь Симсвиль. Каждое мгновение Дэрик ожидал, что дверь барака распахнется, оттуда выскочит вооруженный солдат и рявкнет: «Стой! Стрелять буду!»

Но они беспрепятственно достигли забора. Сильсон опустился на колени, торопливо расстегнул сумку и извлек почти метровой длины резак.

– Будь внимателен! – прошипел он.

Дэрик кивнул, полуобернулся и горящими глазами уставился на низкий, окрашенный в зеленый цвет барак. За узкими окнами горел свет, и время от времени он замечал в окнах смутные тени. За его спиной раздавалось тихое звяканье – ножницы Сильсона, как бумагу, резали петли проволочного заграждения. Время как будто остановилось. В животе Дэрика распространялась противная слабость.

– Готово, – шепнул Сильсон. – Давай быстрее!

Дэрик нехотя повернулся, заставил себя опуститься на колени и пополз за Сильсоном через дыру в сетке. Как-то внезапно у него появилось чувство, что они преодолели не только эту сетку, но и вторую, невидимую границу. То, что они делали до сих пор, было безобидными детскими проделками, как он сам это называл. Но теперь все было совсем иначе. Если их сейчас поймают, то ближайшие десять лет они проведут в каторжной тюрьме или часовые пристрелят их здесь же.

Сильсон коснулся его руки и молча показал на обширный кратер перед ними. Истребитель взорвался, как бомба, и разворотил довольно большой участок поля. Земля выглядела обожженной, а под их ногами хрустели обломки.

Они осторожно продвинулись дальше и остановились в нескольких метрах от обугленного фюзеляжа «фантома».

Обломки самолета утратили всякое сходство с ним. Треугольные крылья были сорваны и смяты, как бумага, а там, где должны были находиться двигатели, зияла лишь черная, обожженная дыра с ржавыми, ломаными краями.

Дэрик вздрогнул. На какое-то мгновение ему показалось, что идет война.

Он с трудом оторвался от ужасной картины и вслед за Сильсоном забрался в пилотскую кабину. На секунду он был поражен, какой она была маленькой. Пилот должен был умещаться в ней, как в консервной банке. Но, в конце концов, эту машину сконструировали не для удобства. Кабина полностью сгорела. Приборная доска была расколота, и наполовину расплавлена, а из разорванных внутренностей машины вываливалась неразбериха проводов, каких-то трубок, кабелей и мудреных деталей.

– Однако все это лишь бесполезное железо! – прошептал он. – Надо отсюда убираться, Пит.

Сильсон со злостью покачал головой и включил свой фонарик.

Тонкий желтый луч, дрожа, ощупывал пол кабины.

– Заткни свою пасть, – тихо сказал он. – Я знаю, где искать. Лучше смотри, чтобы нас никто не увидел. Я сейчас!

Он порылся в своей сумке, вытащил отвертку и маленький красный резак и начал ловкими движениями работать на приборной доске. Он, казалось, точно знал, что ему надо.

Беспокойство Дэрика росло. С большим трудом удалось ему подавить бурливший в нем страх. Они были в оцепленной зоне лишь несколько минут, но ему казалось, что прошла уже вечность. Часовые могли вернуться каждое мгновение.

Сильсон тихо выругался, яростно повернулся к той штуке, которую он пытался отсоединить, и, охнув, выпрямился. На его лбу блестел пот.

– Эта зараза сидит крепко, – сказал он.

– Да брось ты ее. Мы…

Сильсон в ответ зашипел.

– Что ты понимаешь! За эту штуку мы получим триста фунтов. Ты думаешь, я взял весь риск на себя и теперь уйду с пустыми руками? Дай мне молоток.

Дэрик вздрогнул.

– Какой…

Сильсон грубо оттолкнул его в сторону, полез в сумку и вытащил нужный инструмент.

– Нет! – выдохнул Дэрик. – Они услышат!

– Единственное, что они могут услышать, это твое нытье! – яростно зашипел Сильсон.

Он поднял молоток и со всей силой опустил его на приборную доску. Раздался резкий, звонкий звук, который в ушах Дэрика прозвучал как пушечный выстрел. Он повернулся и с колотящимся сердцем уставился на барак для часовых, в то время как Сильсон позади него продолжал стучать по приборной доске.

– Прекрати! – молил его Дэрик.

Его голос дрожал от страха. «Они должны услышать это», – думал он в отчаянии.

Но в дежурном бараке все оставалось спокойно.

– Готово! – сказал Сильсон за его спиной. – Она у нас!

Он все уложил в свою сумку, облегченно выпрямился и хищно осмотрелся в разбитой кабине пилота в поисках еще чего-нибудь.

– Это может быть интересно, – пробормотал он.

Он нагнулся, снова включил свой карманный фонарик и направил луч на вырванный наполовину из своего гнезда прибор с разбитым стеклом.

– Ради бога, Пит, скорее! – взмолился Дэрик.

Сильсон посмотрел на него. Злобная ухмылка скользнула по его лицу.

– Что, наложил полные штаны?

Дэрик с усилием сглотнул.

– Да, – сказал он. – Мы здесь слишком долго. Ты уже нашел, что мы искали. Можно, наконец, смыться. Часовые каждое мгновение могут вернуться. Они, в конце концов, не слепые.

Сильсон покачал головой, решительным движением вырвал приглянувшийся ему прибор из гнезда и, вздохнув, поднялся.

– Я, честное слово, не знаю, почему я с тобой вожусь, – сказал он. – Если ты боишься, тогда ты должен… Э! Что это?

Он нагнулся, покопался в слое пепла, разбитого стекла и обломков перед креслом пилота и наконец, извлек на свет плоский металлический чемоданчик. Тонкий слой искусственной кожи, который когда-то покрывал жесть, обуглился черными полосами и обгорел, но сам он, казалось, был даже не поврежден.

– Возьмем его с собой, – сказал Сильсон. – В этом чемодане наверняка что-то ценное, секретные документы или что-то вроде того. Мистер Смит, возможно, заплатит нам еще кое-что, если мы принесем ему больше, чем он требовал.

Он хотел сунуть чемодан в руки Дэрику, но тот, отказываясь, поднял руки и отступил на полшага назад.

– Эта штука слишком тяжелая, – сказал он. – У нас и так больше, чем нам нужно. Сейчас можно удирать. Может быть, в чемодане только карта местности или бутерброды пилота.

– Такой чемодан используют только для важных документов, – утверждал Сильсон. – Я видел уже один раз такую штуку. Она надежна, как несгораемый сейф. Ну-ка, возьми ее. А теперь будем уходить.

Дэрик нерешительно взял металлический чемодан и помог Сильсону выбраться из обломков корпуса. Они немного понаблюдали за бараком, потом, крадучись, так же беззвучно, как и пришли, выбрались из зоны. Они и не подозревали, что уносят с собой нечто худшее, чем смерть.

* * *

Человек, наглухо застегнутый в плотный черный плащ, снова и снова подносил к глазам массивный бинокль и подолгу наблюдал, время от времени подкручивая резкость. Судя по мощной оптике, наблюдатель не был дилетантом, со знанием дела была выбрана и обрывистая лесная опушка, откуда сквозь расступавшиеся ели открывалась широкая панорама на равнинную часть внизу. Закончив наблюдение и удовлетворенно осмотрев бинокль, неизвестный спрятал его под плащом.

Он повернулся, пошел без особой спешки к опушке леса и почти беззвучно исчез в подлеске. Несколькими секундами позже он открыл дверцу черного «Форда», стоявшего с зажженными фарами на узкой лесной дороге.

– Ну, Торнтон? – спросил его сидевший за рулем мужчина.

Это был стройный, темноволосый, южного вида человек. Сильсон знал его под именем Смит, но это имя было таким же фальшивым, как и Марк Боландер, которым он пользовался в Соединенных Штатах, Фердинанд Крюль в Германии и Генри Асмьер во Франции.

В действительности его звали Борис Держанович, и он был родом из маленькой деревни на Кавказе. Несмотря на то, что ему едва ли исполнилось тридцать лет, он был уже одним из лучших агентов КГБ, работавших на Западе.

Торнтон с облегченным вздохом опустился в мягкое кресло и нащупал ремень безопасности.

– Прибор у них, – пробормотал он. – Я, правда, не разобрал, что они взяли там еще, но они что-то сняли и уложили в свою сумку. Кроме того, они, кажется, нашли еще что-то вроде чемодана. Не имею представления, что в нем.

Смит ухмыльнулся.

– И ты считаешь, что это было рискованно?

– Я все еще так думаю, – сказал Торнтон.

Смит нагнулся и повернул ключ зажигания. Мотор «Форда» ожил.

– Это всегда опасно – нанимать любителей. Я против.

Смит равнодушно пожал плечами, включил фары и тронул машину.

– Иногда необходимо избирать не лучший путь, мой дорогой, – насмешливо сказал он. – Я описал этому Сильсону прибор, который нам нужен, достаточно точно. Дешевле мы наверняка не получили бы его никогда.

Он ухмыльнулся.

Лицо Торнтона потемнело.

– Ты думаешь? Английская секретная служба, может быть, и глупа, но не настолько. Не пройдет и двух дней, как они заполучат обоих друзей.

Смит на мгновение задумался. Машина пошла быстрее, свернула через некоторое время на основное шоссе, и он выжал до отказа педаль газа.

– Возможно, – проворчал он наконец. – Но мы заберем прибор еще сегодня. К тому же у них обоих возможности говорить больше не будет…

* * *

Тьма сгустилась еще сильнее, когда они проникли в недра корабля. Серый полумрак, царивший снаружи, уступил место абсолютной черноте. Сердце Дамоны невольно застучало, хотя она и крепилась, но все же чувствовала, как в ней поднимается панический страх. Они скользнули мимо каких-то крупных обломков и, наконец, вернулись к открытому люку, который видели вначале. Сэгиттер медлил заплывать в него. Он предпочел бы проникнуть в судно через более удобное отверстие. Но все грузовые люки были задраены, а за пятиметровой рваной и зазубренной трещиной, пробитой взрывом в корпусе судна, лежал непроходимый лабиринт из разорванных труб, кабелей и проводов – смертельная ловушка, в которой они застряли бы наверняка.

– Где мы сейчас? – спросила Дамона.

Сэгиттер немного помедлил. Луч его фонарика скользнул по стене, на мгновение задержался на открытом проеме люка, а затем двинулся по полу, который представлял собой вертикальную стену, так как судно лежало на боку.

– Середина корабля, – невнятно пробормотал он. – Примерно середина. Нам нужно дальше к корме, не так ли?

Дамона кивнула, хотя Сэгиттер едва ли мог видеть это движение.

– Я боюсь, – сказала она.

Сэгиттер тихо засмеялся.

– Боитесь? Я вас предупреждал. Залезть в подобное судно не всякий сможет. Мы еще можем повернуть назад.

– Нет, – возразила Дамона. – Сейчас, пожалуй, немного тревожно, но все худшее уже позади.

Она поплыла быстрее, чтобы догнать Сэгиттера, который тем временем уплыл далеко вперед.

Водолаз бросил на нее короткий взгляд и ободряюще кивнул ей. Его лица нельзя было разобрать за блестящим стеклом маски.

Снова Дамона должна была восхититься той элегантностью, с которой двигался Сэгиттер.

На земле он выглядел маленьким и невзрачным, немного неловким, но под водой совершенно преобразился.

Сэгиттер плыл с легкостью рыбы, и каждый жест, каждое движение, казалось, были у него чрезвычайно элегантными и легкими, как будто бы здесь, а не на твердой земле была его стихия. Она начинала понимать, почему ей порекомендовали этого человека.

– Там, впереди, лестница.

Сэгиттер указал вперед. Дамона на какое-то время потеряла ориентацию. Судно лежало на боку, все опрокинулось на девяносто градусов и выглядело на редкость чуждо и причудливо. Желтый свет фонаря Сэгиттера ощупал тонкую металлическую лестницу, ведущую глубоко внутрь судна.

Тонкий серый туман из мельтешащих хлопьев под лучом фонаря делал тьму с другой стороны лестницы абсолютно непроницаемой. И в то же время казалось, что эта тьма постоянно находится в беспорядочном, угрожающем движении.

– Я хотел бы знать, что это за муть, – прозвучал в ее наушниках голос Сэгиттера.

– Где? – спросила Дамона.

– Эта серая, грязная муть вокруг. Она плавает повсюду. Это бросилось мне в глаза еще снаружи, но она как будто лезет из корабля.

Он вытянул руку и попытался поймать хлопья, но они, казалось, сразу же растворялись между его пальцев.

Дамона тоже заметила эти серые, грязные сгустки еще на пути к обломкам корабля, но она думала, что это обычная грязь, которую можно найти повсюду в акватории Лондонского порта, и перестала обращать на нее внимание.

– Ничего удивительного, что наша река медленно гибнет, – продолжал Сэгиттер. – Они перевозят на судах огромное количество грязи, и ни один человек не заботится ни о чем. Я здесь, внизу, находил такие вещи…

Он вздохнул, замолчал и взялся правой рукой за поручень лестницы, чтобы потихоньку подтягиваться вдоль нее.

Дамона следовала за ним на небольшом расстоянии. Давящее чувство тревоги усиливалось, чем глубже они продвигались внутрь. Вода казалась здесь особенно холодной. Дамона тщетно пыталась разобрать что-нибудь в вибрировавшей тьме, в которую упирался луч фонаря. Перед ними не было ничего, кроме тьмы, полной таинственного движения и беззвучных, танцующих теней.

Дамона тряхнула головой и попыталась отпугнуть гнетущие мысли, но это не помогло, наоборот.

Она подплыла к шахте лестницы, перебралась через короткий, усеянный множеством острых обломков коридор и поднырнула под наполовину сорванную с петель дверь. Свет ее фонаря внезапно потерялся к темноте перед ней.

– Главный коридор, – объяснил Сэгиттер. – Он идет от носа до кормы через все судно. Нам нужно налево.

Он немного помедлил, коснулся ее руки и на мгновение направил свет фонаря на ее лицо. Дамона заморгала.

– Теперь лучше вы плывите вперед, – сказал Сэгиттер. – Коридор достаточно высокий. Нет никакой опасности, что вы где-нибудь заплутаете. Но все-таки будьте осторожны. Я все время буду рядом с вами.

Дамона вытянула руку и подняла большой палец вверх: международный знак ныряльщиков – о’кей. Он указал еще раз рукой в направлении кормы, отступил и подождал, пока Дамона не проплывет мимо него. Они были не очень далеко от места, где погиб Хирлет. Но до сих пор Дамона ни разу не видела следов кукол-монстров, хотя судно ими прямо-таки кишело. Кукольник собрал здесь большую часть своей армии после того, как потерял склад в городе.

Но сейчас судно было пустым. Все, что Дамона видела, только и было, что черная вода, насыщенная этими серыми, пушистыми хлопьями. Дамона лучом фонаря медленно скользнула по потолку, полу и стенам коридора, когда они двинулись дальше к корме.

Серая слизь, казалось, была повсюду.

Она сочилась из-под дверей, вываливалась из открытых люков и иллюминаторов и большими, клубящимися облаками поднималась из глубины судна. Слизи становилось тем больше, чем ближе Дамона приближалась к корме. Дамона протянула руку и попыталась поймать комочек, хотя все в ней противилось этому. Комочек был на ощупь мягким и скользким, как грязная вата, которая уже наполовину растворилась в воде.

– Я действительно хотел бы знать, что это за гадость, – еще раз сказал Сэгиттер. – Вы понимаете, что это, или нет?

– Нет, – ответила Дамона. – Так же, как и вы.

Ее голос звучал неуверенно, но если Сэгиттер и заметил это легкое колебание, то молча пропустил его мимо ушей.

Дамона выбрала его не только за высокую квалификацию водолаза, но и – что, пожалуй, важнее – потому, что он пользовался репутацией человека, который умеет молчать и не задает лишних вопросов. У нее мелькнула догадка, откуда могла появиться серая слизь, но она была слишком фантастичной, чтобы высказывать ее вслух.

Она поплыла дальше. Коридор казался необычайно длинным, но скорее это зависело от ее нервов. Когда она находилась здесь в последний раз, они должны были бороться за свою жизнь и не располагали достаточным временем, чтобы оценить размеры судна.

– Там, впереди, что-то есть, – через некоторое время сказала она.

Сэгиттер играючи, одним движением ласт оказался рядом с ней и осветил разбитую лестницу. Металл был искривлен и обожжен, а зазубренная дыра внизу выглядела, как жерло потухшего вулкана. Дамона ужаснулась.

На какое-то мгновение перед ее глазами встало лицо Хирлета, когда он пытался подняться по лестнице, прежде чем смертоносный взрыв не сбросил его обратно. Это была не лучшая смерть. Хирлет был ее врагом, человеком, который безжалостно убил бы ее, если бы ему представилась такая возможность. И, несмотря на это. Дамона при мысли о его смерти не чувствовала ни триумфа, ни облегчения. Несмотря ни на что, этот человек, возможно, не был ответствен ни за один из своих поступков. Это ведь уже не первый случай, когда черные силы зла проводили свои замыслы за счет ни в чем не повинных людей.

– Что с вами? – спросил Сэгиттер.

Дамона вздрогнула. Она лишь сейчас заметила, что застыла у края рваной дыры и, как загипнотизированная, оцепенело смотрит в глубину.

– Вы боитесь?

Она кивнула. Она боялась, но ее страх имел иную причину, нежели та, которую, возможно, предположил Сэгиттер.

Какая-то опасность подстерегала ее там, внизу, она это ясно чувствовала.

Эти обломки не были мертвы, как казалось.

– Если хотите, я один нырну вниз, – сказал Сэгиттер. – Вы можете меня подождать здесь.

Дамона покачала головой.

– Об этом мы уже говорили, – сказала она, запинаясь. – Это же не очень далеко. Вещь, которую я ищу, должна быть там, внизу.

– Внизу?

На этот раз сомнения в голосе Сэгиттера нельзя было не услышать.

– Под этой палубой находится машинное отделение. Судя по тому, как это все здесь выглядит, там, внизу, царит еще больший беспорядок.

Вместо ответа Дамона направила луч фонаря в глубину и неестественно спокойными движениями поплыла туда.

Облака серых хлопьев поднимались ей навстречу. Тусклый луч ощупал лопнувшие трубы и разорванный бак, а потом потерялся где-то под ними в черно-серой мгле. Кусок скользкой серой массы коснулся ее маски и зацепился за шланг кислородного прибора. Она с отвращением отпихнула его и поспешно протерла стекло маски. Серая слизь вздрогнула и завибрировала, будто наполненная внутренней силой.

На короткий, ужасный миг Дамоне показалось, что она ощутила нечто вроде вытянутых щупалец, как будто студенистая, осклизлая масса пыталась изо всех сил вцепиться в нес. Но, возможно, это было воспаленное воображение, призрак, который представили ей ее возбужденные нервы.

Наверно, это было именно так.

– Куда теперь? – проник в ее сознание голос Сэгиттера. – Машинное отделение чертовски большое, знаете ли. Рассчитывать здесь на удачу трудновато.

– Это должно быть где-то здесь, внизу, – запинаясь, ответила Дамона. – Хирлет упал в эту дыру, когда пол разорвался.

Сэгиттер вздохнул.

– И теперь вы думаете, что это лежит прямо под нами, да?

– Я надеюсь.

– Вы представляете себе, с какой силой движется вода через затонувшие суда? – сухо спросил Сэгиттер.

Дамона промолчала. Водолаз был прав. В обычных условиях такое предприятие было бы совершенно бессмысленным – найти вещь, которая едва ли больше детского кулачка, в таком хаосе. Но она и рассчитывала не на обычные возможности.

– Ждите здесь, – сказала она. – Я уверена, что знаю, где нужно искать.

Она, наконец, освободилась от сгустка слизи, погрузилась глубже и направила луч фонаря на пол.

Перед ней предстала причудливая картина. Дамона ожидала сильных разрушений, но вид, который представился ей, превзошел даже самые худшие ожидания. Машинное отделение было разбито так основательно, как только возможно.

Взорвавшийся паровой котел, должно быть, вызвал настоящую цепную реакцию других взрывов.

Двигатели были разрушены до основания, провода и трубы спутаны в клубок, а сантиметровой толщины железные листы разорваны и смяты, как бумага.

Тонкий, напоминавший туман серый слой лежал на полу, легкая серая пленка, подобная пушистой слизи, которая встречалась повсюду на судне.

Дамона поводила лучом фонаря несколько раз взад и вперед, проплыла немного вправо и попыталась найти место, где, по крайней мере, можно было бы кое-как устроиться, будучи уверенной, что какой-нибудь обломок не оборвет кислородный шланг и не порвет костюм.

Она заставила себе медленно опуститься вниз, погрузиться до лодыжек в серую слизь, пока, наконец, не коснулась пола.

– Все в порядке там, внизу? – озабоченно спросил Сэгиттер.

– Да, – ответила Дамона. – Но я была бы вам благодарна, если бы вы немного помолчали. Я должна сконцентрироваться.

– Охотно. Но…

Дамона недолго думая выключила переговорное устройство. Ей необходимы были спокойствие и тишина, если она хотела найти талисман.

Она закрыла глаза, нащупала руками надежную опору и попыталась сосредоточиться. В первый момент она ничего не почувствовала, но потом ощутила прикосновение мягкой, словно бестелесной руки, легкой и одновременно бесконечно сильной.

Дамона вздрогнула, словно от удара электрическим током. Внезапно она поняла, что глухое, беспокойное чувство, которое она ощущала все время, исходило не только из таинственного окружения, холода и ее воспоминаний.

Это судно не было мертвым. Хирлет и его кукольные твари могли погибнуть, но что-то осталось, что-то бестелесное и злое, которое здесь гнездилось и, как терпеливый хищник, подстерегало жертву, шедшую в его ловушку.

Она ужаснулась. Страх в ней заклокотал интенсивнее, чем прежде. Она боролась с желанием вскочить и уплыть отсюда как можно быстрее и одновременно пыталась сконцентрировать всю свою волю и способности.

Она немного выждала и попыталась сконцентрироваться еще раз. Ее скрытые резервы были давно уже не такими, как раньше, но их должно было хватить для того, чтобы найти ведьмино сердце.

Дамона отчетливо представляла себе, что произойдет, если магическая сила ведьмина сердца соединится с наследством, оставленным Хирлетом.

На этот раз прикосновение было иным, не мягким и ощупывающим, а требовательным – незримая волна чужой воли, которая билась в ее душу и угрожала унести ее. Что-то злое, смертельное окружало ее.

Дамона тихо засмеялась. В какой-то момент она подумала, что не сможет остановить приступ чуждых сил. Но этот приступ оборвался так же внезапно, как и начался. Дамона немного помедлила, прежде чем продолжить свои поиски. Она уже давно не обладала настоящими телепатическими способностями, но достаточно долго носила ведьмино сердце, для того чтобы почувствовать его присутствие.

Кто-то коснулся ее плеча. Это был Сэгиттер. Он резко жестикулировал, все время качал головой и показывал рукой на ее наушники. Дамона сердито повернулась и сделала ему знак ждать где-нибудь в стороне. Сэгиттер пожестикулировал еще некоторое время, потом пожал плечами и яростным движением отплыл прочь.

Она снова сосредоточилась. Ее взгляд ощупывал пол, усеянный обломками и грязью, но она сосредоточилась не на этом зрительном впечатлении, а на том, что ей подсказывало ее колдовское чутье. Камень был здесь – это она чувствовала – совсем рядом с ней. Она сделала осторожное движение, остановилась и двинулась немного вправо. Ее движение подняло облако серой слизи, и снова у нее появилось чувство, что эта масса, как большое, странным образом наполненное жизнью существо, реагирует на ее присутствие – присоски и щупальца, образованные тонкими, гибкими нитями, которые охватили ее ноги и начали медленно обвивать ее тело…

Ей стоило чудовищного напряжения отогнать ужасное видение и снова сконцентрироваться на ведьмином сердце. Она находилась сейчас совсем рядом с камнем. Она осторожно опустилась на колени, вытянула руки и аккуратно ощупала пол.

Снова взвилось облако серой массы, заколебалось на уровне ее груди и легло, как тонкая липкая пленка, на стекло ее маски. Она закрыла глаза, подавила подступавшую тошноту и продолжила поиски.

Ее пальцы скользнули по чему-то маленькому, твердому и круглому. Это был камень!

Дамона облегченно вздохнула. Ее рука обхватила ведьмино сердце, осторожно вытащила его из путаницы обломков и немного прополоскала в воде, чтобы смыть липкий серый налет.

Она еще ненадолго замерла, потом надела через голову тонкую цепочку, к которой был прикреплен талисман. Затем она подняла руку, включила переговорное устройство и нажала кнопку вызова.

– Мне очень жаль, что я была так невежлива, мистер Сэгиттер, – сказала она, – но теперь я нашла то, что искала. Мы можем всплывать.

Но она не получила ответа. Из маленького наушника доносился только монотонный шум электромагнитных волн.

Дамона подождала несколько секунд, еще раз нажала на кнопку и снова вызвала Сэгиттера.

Но и в этот раз ничего не изменилось.

Сэгиттер или выключил свое переговорное устройство, или не мог больше отвечать.