Текст книги "Ученик Белого Дьявола 3 (СИ)"

Автор книги: Джон Голд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 8
Интерлюдия

После разговора с Временем Белый Дьявол перенёсся в Директорат Морду – государство, находящееся в центральной части континента Крыла. Этой страной правили не кланы и не род императора, а совет из ста самых уважаемых представителей ценных профессий.

За окончательное решение отвечают одиннадцать лордов, владеющих наибольшим количеством земель и богатств. Довольно сложную систему управления придумали три тысячи лет назад. Благодаря ей Директорат Морду одновременно развивался, и при этом никто не мог долго усидеть в кресле Председателя – он может накладывать вето практически на любые решения на всех заседаниях.

Как и у других стран континента, у Директората есть прямой КОНТАКТ с Небом. Ну как контакт…

Директорат что-то просит: людей, ресурсы, путь на другой материк, так как порты и выход к Океану Кармадона уже есть.

Небо всё это даёт, вручая «удочку», но никак не «рыбу».

Если страна не может освоить подарок Неба – на неё обрушиваются беды. Чаще всего уменьшается количество новичков, прибывающих из Пограничной Зоны. Реже в виде наказания появляются природные бедствия, живые катастрофы и жуткие катаклизмы… Без Сект с ними не справиться.

[Выживание стран строится на тройном союзе – правителей, Сект и народа.]

В худшем случае весь материк может быть уничтожен. Жизнь в Поднебесье не бывает тихой и спокойной.

Так происходит на любой территории, закреплённой за тем или иным государством. Страна – это люди с единой культурой, системой управления и территориально выраженной границей. Если все условия соблюдены, Небо само решает, открывать ли канал связи с правителем.

[Власть над государством – всегда единолична.]

Прибыв в Поднебесье, Белый Дьявол оказался в столице Директората Морду. Действуя по знакомой схеме, он лично нашёл своих первых клиентов. Пробудил пекарю корни стихии, а владельцу кафе восстановил подорванное здоровье. Двух неразлучных парней-близнецов свёл с парой таких же одержимых семьёй дам.

[Мир другой, а потребности у людей всё те же.]

На первом этапе ЛЮБОЙ посредник Неба всегда вкладывает в оплату сделок собственную жизнь. И только потом посеянные «семена желаний» дают всходы в виде передаваемого Права на Контакт.

Таким образом сохраняется конфиденциальность: прежние клиенты из числа смертных забывают о заключённых сделках. В то же время Белый Дьявол получает свою комиссию.

[К счастью для всех, в Первом Поясе само Небо запрещает заключать посредникам Контракты с адептами.]

Так, за пять дней у Белого Дьявола появились первые десять цепочек из клиентов. Следом – и те, кому они успели передать Право на Контакт. Так у него скопилось немного средств.

Через книгу сделок Белый Дьявол задал вопрос Небу:

«Где Маркус Гринч?»

Последовал ответ:

«Такого адепта нет на континенте Крыла».

Посредник нахмурился, не понимая, с чего вдруг такие сложности. Учитывая время переноса из Галадры, крайне маловероятно, что Маркус отправился на другой материк. Потому Белый Дьявол стал перебирать варианты.

[Гринч зачем-то взял другое имя?]

Через книгу заказов посредник задал чёткий временной порог в одну неделю. Затем описал точный возраст, пол, расовую принадлежность адепта и отличительные черты в виде отсутствия Ядра и корней стихии.

Чернила на листе бумаги, чуть помедлив, стали собираться в слова. В книге заказов появился весьма неожиданный ответ.

'Подозрение на использование книги заказов Неба в личных целях.

– Доступ к поиску адепта заблокирован на один год.

– Функционал Книги Заказов сокращён. Точность информации частично снижена'.

Читая это и не веря собственным глазам, Белый Дьявол откинулся на спинку кресла.

[Мне что, перепала часть запаса неудачи Гринча? Мало того что искомой информации не получил, так ещё и качество данных упадёт. Учитывая симметричность между нарушением и наказанием, вероятнее всего, ухудшится блок описания клиента.]

В этот раз Небо действовало в пределах своих правил: «посредник не должен по своему желанию лезть в дела смертных и бессмертных». Адепты без Ядра, корней стихии и при этом с интерфейсом – большая редкость. На материке такие появляются по одному человеку в месяц на государство. Не уникальный случай, но через новости не выйдет найти такого адепта.

Дело осложнялось тем, что Белый Дьявол не мог подать ноту протеста. Как назло, на руках не имелось контракта со смертным, которым можно было бы прикрыть столь необычный запрос на поиск.

[Придётся искать Гринча по старинке.]

Белый Дьявол не догадывался, что искомый человек находится в соседнем государстве.

…

9 января 3074 года (суббота)

Город Ностромо, империя Колоссус

Крепость Лорда

Заняв должность маркграфа, Пакур не особо радовался такому назначению. Лорд происходил из расы зверолюдов – если быть точнее, получеловек-полутигр. Как аристократ империи, он получил титул вместе с прозвищем «дуэлянт». Герб в виде двух скрещённых шпаг прямо намекал на то, как именно Валентайн добился признания от императорской семьи Колоссус.

[Любой правитель нуждается в вассалах, готовых вырезать нарыв на теле страны… Через дуэли, интриги и наследуемое дворянство.]

Верные Пакуру люди и полулюди пошли за ним, покинув уютный столичный особняк.

Назначение маркграфом являлось одновременно признанием и ссылкой. Император решил отдалить верного вассала от аристократов, недовольных участившимися дуэлями. Когда неблагонадёжный граф боится выйти на светский приём… стая его прихлебателей поджимает хвосты и лишний раз пасть больше не разевает.

Прежний Лорд маркграфства Валентайн пошёл на поводу у тёмных Сект, платя им дань живым товаром. Он позволял «пропадать» части новичков, прибывающих в Центр из Пограничной Зоны. В ответ Небо обрушило на империю Колоссус оправданную кару – засуху на четверти всех пахотных земель. В империи Колоссус начался сильнейший кризис продовольствия.

С началом засухи прежнего маркграфа Валентайна вызвали в столицу и публично казнили. Следом Пакур получил своё назначение и право называться Валентайном.

Тигролюд со свитой занял крепость и стал наводить свои порядки. С улиц Ностромо исчезла три четверти криминала. Стражи стало вдвое больше. Поток контрабанды из диких земель снизился до минимума. Оставшиеся в живых скупщики перешли под теневой контроль маркграфства.

[Поток контрабанды подобен пульсу. Если он есть, значит, ценные ресурсы не утекают через другие дыры. Если слишком быстрый, значит, на поле появилась жадная до денег организация.]

Помимо банд, пришлось избавить маркграфство от контактов с Сектой Скреббы. Их вербовщики скупы до взносов за доступ к Центру. Со сменой Лорда они стали требовать к себе особых преференций.

В итоге три их конкурента – Секты Голубого Неба, ЛедоВластия и Огнецвета – согласились закрыть дыру в бюджете маркграфства. Взамен они попросили убрать Скреббу из распределения новичков в Центре.

[Все довольны… Точнее, почти «все».]

C тех пор Cекта Скреббы больше не может официально набирать новичков в маркграфстве Валентайн. Тогда их вербовщики стали пользоваться неофициальными путями.

Через подкуп сотрудников Центра они начали забирать новичков с талантами, закалкой и сильными духовными корнями. Причём действовали вербовщики настолько жёстко и нагло, что три другие Секты подняли шум.

Как правитель земель, Пакур сменил весь состав работников Центра. Особо ценные кадры прошли через допрос и артефакт, отличающий ложь от правды. На должность главы охраны Центра тигролюд поставил капитана Лебедона. Тот ценил воинскую честь и служение империи выше материальных благ. Он успел навести порядок и периодически проводил чистку кадров.

[Как итог – Лебедона устранили.]

Некто проник в Центр Получения Гражданства и оборвал жизнь капитана. Никто не видел убийцы и не слышал боя. Непонятно, как неизвестный прошёл через патруль и охранный контур формации. Нет никаких сомнений в том, что это вербовщики Секты Скреббы наняли убийцу.

Однако Лорд не мог предъявить обвинений без улик. Несмотря на власть и титул, Пакур не в том положении, чтобы объявлять войну целой Секте. Даже будь тигролюд в ДЕСЯТЬ РАЗ сильнее, ему не хватит сил противостоять такой организации, как Секта.

Живущие в маркграфстве кланы и другие Секты готовы выделять ресурсы…Однако им тоже НЕВЫГОДНО усиливать позиции Лорда. Оттого Пакур попал в неприятную ситуацию. Из-за показательного убийства Лебедона авторитет Валентайна пошатнулся.

[Если оставить его устранение без ответа, Секты и мелкие аристократы начнут гадить исподтишка.]

Сейчас в кабинете Лорда находилось трое адептов. Первым был сам маркграф-тигролюд. У окна стоял его заместитель Обенель – адепт, проведший на полях сражений больше лет, чем многие адепты живут на этом свете.

Третий адепт только вошёл в кабинет и остановился у стола Лорда… Кристоф Вальц… Если кто-то в маркграфстве спросит, какую должность ОН занимает, все ответят: «Заместитель лорда». Только узкий круг лиц знает, по каким именно делам он «заместитель».

– Что удалось узнать? – рыкнув, произнёс Валентайн, обращаясь к Обенелю.

Старый чёрт шагнул прочь от окна.

– Убийца – адепт на седьмой стадии Очищения [1–7]. Возможно, даже на шестой [1–6], – Обенель нахмурился. – Он применил технику «Жало», усилив удар собственной жизненной силой. Мощь атаки выросла в два-три раза, забрав у него несколько лет жизни. Раз охрана прозевала импульс от применения «Жала», значит, убийца находился в артефактной экипировке. Именно она погасила всплеск духовных частиц.

– Имя?

Валентайн властно глянул на старого друга.

– Мы не узнали, – Обенель покачал головой. – Ни возраста, ни пола, ни расы, ни того, как он проник. Убийца прошёл сквозь охранную формацию, не потревожив сигнальных линий. У него имелся пропуск одного из охранников. Более точных деталей узнать не удалось.

Валентайн молча перевёл взгляд на Кристофа. Мужчина лет пятидесяти, с морщинами на лице, с обезоруживающей улыбкой и слегка глуповатым взглядом… Крайне обманчивая внешность! В маркграфстве Валентайн именно ОН отвечал за дела, которые НЕ решить, следуя букве закона.

Лорд недовольно рыкнул.

– Вальц?

– Если прикажете, мой лорд, – улыбнувшись одними уголками губ, мужчина поклонился. – Мне нужен обычный перечень разрешений для стражи, гарнизона, а также возможность поговорить с кем угодно по душам. В городе, само собой. Уверен! Убийца Лебедона до сих пор прячется в Ностромо.

– С чего вдруг такая уверенность?

– Я бы сам так поступил.

Кристоф хитро улыбнулся.

– Без свидетелей, – помрачнев, Валентайн кивнул. – Найди убийцу Лебедона. Для доказательства подойдёт и труп. В идеале я хочу видеть улики против Секты Скреббы.

– Как прикажете, мой лорд.

Сказав это, Кристоф Вальц покинул кабинет.

Видя, что Пакур ожидает реакции, Обенель покачал головой. У Кристофа невероятное чутьё на людей. Он точно найдёт всех причастных к делу. Другое дело, что Вальц, встав на след, не ищет улики, а тихо… выпытывает нужные ему ответы. Изворотливый, как змея, живучий, как червяк… И верный Валентайну, как тот верен императору Колоссусу.

Видя, что Обенель недоволен, Валентайн хмыкнул:

– Время мирных решений давно прошло. Либо я отвечу на ход Скреббы, либо в следующий раз они попытаются убить тебя или меня. Прости, старый друг… Я не готов отпускать тебя на тот свет.

– Как и я вас, мой лорд, – Обенель с почтением поклонился и тоже покинул кабинет.

Он находился на пике стадии Заложения Основ [2–4]. Лорд Валентайн – на середине стадии Золотого Ядра [3−2]. Во всём маркграфстве найдётся не так много адептов, способных оставить царапину на их коже… Однако в Секте Скреббы имелось больше десяти адептов Золотого Ядра [3+] и три десятка старейшин на стадии Заложения Основ [2+].

Пакур при всём своём желании не мог решить конфликт военным путём. Единственный способ – вызов на дуэль.

[И я буду к ней готов, р-р-р!] – подумал «Дуэлянт» Пакур Валентайн.

Глава 9
Ночью небо спит

9 января 3074 года (после полуночи)

Ностромо, империя Колоссус

Маркус Скабре (Гринч)

Ночь, квартал ополчения, тускло светят фонари на духовных частицах. На мне одежда мирных жителей – штаны, свободная рубаха, жилетка с большими карманами снаружи и внутри. Ботинки с подошвой из нескольких слоёв кожи впечатываются в хорошо утоптанную почву.

Привычного глазу дорожного покрытия в Поднебесье нет. Брусчатка есть на пеших улицах в богатых районах. Каменные плиты кладут только на улицах, где ездят повозки и другой гружёный транспорт.

[Пора, Маркус! Миром правят те, кто умеет мыслить по-новому.]

Отправившись на поиск монет, я действовал шаг за шагом. Ещё сидя дома, я активировал Сферу Восприятия и Визуальный Буфер. Потом запустил сканирование.

[Надо составить карту окрестностей.]

Сначала нашёл четырёх адептов на восьмом уровне Очищения [1–8] – охранников квартала, о которых предупреждала «Мадам Стрыга». Бойцы со скуки разве что в потолок не плевались. На мои сканирующие волны никто не обратил внимания.

Видимо, в Ностромо полным-полно адептов. Волны в Духовном Море от применения разных техник – это часть повседневной нормы. Волноваться надо, когда вокруг слишком тихо или колебания слишком сильные.

[Идеально! Можно не прятаться от возможных наблюдателей.]

Выйдя на улицу и встав недалеко от одной из стен квартала ополчения, я запустил серию сканирующих волн во все стороны.

Вшух-вшух-вшух-вшух…

Восемь секторов – восемь сжатых в луч сканирующих волн. Максимум реакции со стороны адептов, находящихся в соседних домах, – это инстинктивный поворот головы. То же касается и охранников, приставленных к кварталу ополченцев.

Один лениво глянул в мою сторону, другой ответил такой же сканирующей волной и перевёл взгляд на квадратный диск, лежащий перед ним. К этой штуке тянулись нити управления от формации, накрывшей весь квартал.

[Вот оно что,] – понял я спустя секунду. – [Охранник проверяет соответствие жетонов, домов и адептов, которые в них находятся.]

Разметка линий на поверхности непонятного устройства совпадала с планом квартала ополченцев. Видимо, окажись я на чужом участке, и охрана сразу же об этом узнает.

[Здесь есть магическая сигнализация, показывающая факт проникновения,] – сделал в памяти зарубку. – [Надо потом узнать, как обходить такие.]

Здесь, в Ностромо, радиус активного сканирования уменьшился до семисот метров, а область пассивного восприятия – до трёхсот.

В пассивном режиме чем ближе ко мне находится какой-либо объект, тем лучше вижу его очертания. Если долго стою на одном месте – картинка постепенно достраивается.

[Видимо, в пассивном режиме Сфера Восприятия считывает данные колебаний энергии в самом Духовном Море. Маги его ещё астралом называют. В свою очередь, активное сканирование – это рукотворная волна во всё том же Духовном Море.]

Раз никто не обращает внимания на факт сканирования, можно прошерстить весь город.

Используя данные из Визуального Буфера, нейросеть «Мохреш» стала достраивать карту квартала добровольцев. Так я увидел, что под южной стеной есть два тоннеля. Один полностью затоплен водой и местами обрушен, а другой вполне себе цел. Кто-то развесил фонари через равные промежутки.

Области сканирования не хватило для того, чтобы увидеть картину в целом. Тайный подземный ход вёл куда-то дальше, в центр города.

На трёхмерной карте теперь отображалось всё то, чего мне раньше так сильно не хватало: заборы, границы формаций, расположение адептов и даже патрулей, ходивших недалеко от квартала добровольцев.

[Надо потом добавить на карту условные обозначения. Сейчас легко запутаться.]

Включив в Сфере Восприятия режим «Поиск», представил медную монетку, затем серебряную и золотую. Создал себе мысленную папку для искомых предметов и добавил в неё все три вида валют Империи Колоссус.

Стоя на ночной дороге, я присвистнул и завертел головой.

– Как же их тут много!

Сканирующая волна углубилась в почву на метр. Рядом со мной эффективность вырастала до двух метров. Оттого я видел, где в земле закопаны монеты и другие вещи.

[Полости типа тоннелей видны на ещё большей глубине.]

Вытянув перед собой руку, я вторичным Телекинезом вытащил из-под утоптанной земли монетку.

[О, серебрушка!]

Очистив её от грязи, кладу в карман. Пройдя буквально полметра, таким же фокусом достаю из-под слоя травы медяк. Затем второй, третий, четвёртый…

В тусклом свете фонарей фокусов никто не замечает. А меж тем у меня в карманах монет всё больше.

Дойдя до выхода из квартала ополчения, я в очередной раз показал свой белый жетон. Стражники мазнули по нему безразличным взглядом, не став ничего проверять.

Один из них буркнул мне в спину:

– Слышь, новичок! В Нижний Город не ходи. Если помрёшь там, никто искать не станет.

Этот же гад запустил в мою сторону сканирующую волну. Спустя секунду ещё одна сканирующая волна прошлась только по карману с золотой монетой.

[Завтра же обзаведусь кошельком!] – отметил я про себя. – [Каждый встречный проверяет, чем можно поживиться. Теперь понятно, почему всё ценное адепты носят в пространственных сумках и кольцах.]

На город опустилась ночь, и улицы стали куда менее оживлёнными, чем днём. Пропали толпы горожан, повозки и прочий ездовой транспорт. Уличные фонари расставлены через каждые пятьдесят метров. Ставни на окнах и те закрыты. То ли местные жители опасаются вандалов… То ли ударных волн от стычек адептов.

[Ставлю на второе.]

Добравшись до улиц с брусчаткой, понял, что искать монеты тут в разы сложнее. Сканирование показывало находки под слоем камня, но ломать дорожное покрытие – значит гарантированно навлечь на себя проблемы. Стражники такое сразу заметят.

Бродя по переулкам, я старался обходить группы подозрительных типов. Их оказалось довольно много. Одни втихую торговали спиртным в бутылках. Другие – пилюлями непонятного назначения. Около одного из таких типов я случайно нашёл чью-то заначку – кошелёк, спрятанный на уровне второго этажа. Стянув его вторичным Телекинезом, заодно выгреб и лежащие рядом монеты. Потом тихо покинул переулок и отошёл дальше.

Просканировав завязку и форму самого кошелька, добавил его в «Поиск». Форма предмета может меняться, а вот верёвочка у горловины почти всегда одинаковой формы. Этот артефакт из мягкой ткани хорошо экранирует духовные частицы. Мне такой след и не нужен. Я ищу предмет «по форме», а не по излучению.

[Надо же, какой богатый!] – я присвистнул, увидев в кошельке малый духовный кристалл. – [Примерно половина линши… То есть пятьсот духовных частиц. Будет, с чем потом попрактиковаться.]

Дойдя до следующего переулка, я остановился как вкопанный. Сканирование высветило в очередном тайнике сразу четыре золотые монеты и ещё один малый кристалл.

Меня прошиб холодный пот. Я заозирался, проверяя, нет ли рядом чудовищ или вооружённых до зубов адептов.

[Должен быть подвох! Не верю, что мне вдруг повезло.]

Вскрыв тайник за камнем в стене, я убрал монетки в недавно найденный кошелёк. Огляделся… Рядом нет ни патруля, ни припозднившихся горожан, ни странных мужиков.

Дальше я стал идти вдвойне осторожнее и лишний раз на глаза людям не попадался. Однако монетки нет-нет, да находились. То серебряные, то медяки…

В одном месте пришлось взрыхлить землю на клумбе и забрать у покойника пространственное кольцо и золотые серьги. Надеюсь, садовник не заметит, что кто-то рылся под подозрительно хорошо растущим кустом роз.

[Не бывает так, Маркус! Только не у тебя,] – шептала мне чуйка. – [Может, Небо спит по ночам? Поэтому мне палки в колёса никто не вставляет?]

Спина потела всё сильнее. Должна же быть тут какая-то подстава⁈ Не может мне НАСТОЛЬКО везти!

Чем дальше я отходил от квартала добровольцев, тем больше мне попадалось небольших находок. В забитом мусором сливе нашлись три свитка для хранения растений. Чуть дальше попалась чья-то оторванная рука с ещё одним пространственным кольцом.

[Не-Бы-ва-ет!] – продолжал я шептать, снимая с руки скелета артефакт. – [Да, лежало на метровой глубине под слоем грязи… Да, найти в сливном канале сложно… Может, у стражи есть собаки для поиска артефактов?]

От греха подальше вернул руку скелета туда же, где она находилась до этого. Ещё и крестик из веточек сверху поставил.

Монетки находились тут и там. То горсть медяков, то две серебрушки, то очередная золотая монетка. В закопанном на метровой глубине глиняном горшке обнаружились три стеклянных флакона-артефакта для хранения пилюль.

[Вроде целые?]

Земля давно спрессовалась, сверху положили брусчатку.

[Чей-то забытый тайник.]

Зайдя чуть сбоку, я взрыхлил землю под дорогой и достал горшок с флаконами. Два из трёх флаконов оказались треснувшими, а в третьем хранилась только труха, оставшаяся от пилюль.

– Фух! Ну наконец моя удача дала о себе знать, – произнёс я, довольно улыбаясь. – Если бы ядовитый пар из бутылки вырвался, то вообще отлично.

Зная своё везение, я специально пошёл домой по дуге. Идти той же дорогой обратно – значит навлечь на себя проблемы. Вдруг владельцы одного из тайников объявились⁈ На их месте я бы тогда начал подозревать всех, кого этой ночью встречу на улице.

Иду, никого не трогаю… Но тут вдруг Сфера Восприятия высветила в детской песочнице нож-лопатку из необычного материала. Он отталкивал любые виды эссенции и духовных частиц.

[Хмм? Может, дитё стащило у родителей артефакт, посчитав его лопаткой?] – кладу находку в пространственную сумку. – [Форма треугольная, но режущая кромка только сбоку. Никогда таких ножей не видел.]

Тихо иду по спальному району. Из дома слева вдруг донёсся богатырский храп. Одна из створок ставней сама собой открылась, выпуская наружу эти звуки.

ХРРРР!

В соседних комнатушках стали просыпаться люди. Один из них, подняв с пола ботинок, стал каблуком стучать в стену. В ответ звуки храпа стали ещё громче.

Очередная сканирующая волна высветила нечто интересное. В фундаменте дома подсветила три десятка трупов, вмурованных в полы.

[Запомню адрес,] – в лёгком шоке от увиденного качаю головой. – [При случае предложу стражникам проверить это место.]

Спустя три часа поисков находки забили весь найденный кошелёк. Пришлось забраться в один из переулков и переложить вещи. Монеты и пара духовных кристаллов остались в кошельке – еле смог затянуть верёвочку на завязке.

Затем, надев на руку пространственное кольцо, влил в него немного духовных частиц. В тот же миг над ладонью появилось окошко мини-портала.

[Как необычно!] – при взгляде внутрь портала через Сферу Восприятия появилось наложение картинок. – [Значит, артефакт создаёт карман в пространстве.]

Чем больше предметов внутри кольца и их общий вес, тем больше требуется духовных частиц на поддержание работы артефакта.

[Теперь понятно, почему пространственные сумки носят на поясе. У них ёмкость намного больше. Сумка тянет к земле, когда внутри лежит много предметов. Носить такую тяжесть в кольце, надетом на руку, адепту будет неудобно. В бою такое попросту опасно.]

Сложив все найденные вещи в пространственное кольцо, я продолжил свою ночную прогулку.

…

В основном попадалась всякая мелочь. Нашлись выдохшиеся духовные пилюли и разложившиеся от старости талисманы.

[Сгодится для изучения.] – Кладу хлам во второе пространственное кольцо.

Пока гулял по ночным улицам Ностромо, подмечал детали. На глубине от пяти сантиметров до метра таилась гора всевозможных сокровищ. И что странно: о них, кроме меня, никто не знает.

[Раз их до сих пор не нашли, значит, моё ощущение пространства необычно. Я не целитель, но вижу состояние энергоканалов у других адептов. Чую скопление эссенций на огромном расстоянии. Могу видеть сквозь маскировку, если долго на неё смотрю.]

Обыскивая улицы Ностромо, я выявил пару закономерностей. Не считая пары случаев везения… Брр! До сих пор мурашки бегают по спине… Кристаллы с духовными частицами мне больше не попадались.

[Вывод? Без защиты в виде кошелька, кольца или пространственной сумки адепты легко находят предметы, излучающие духовные частицы.]

То же касается и ценных растений. В открытом виде они мне ни разу не попались.

[Вывод номер два. Адепты Поднебесья хорошо чуют скопления эссенций. Однако обычные вещи, вроде монет и слабых артефактов, их чутьё не замечает.]

Довольно потирая испачканные землёй руки, я произнёс:

– Пока все гоняются за единственным тощим журавлём в небе, я съем всех куриц, бегающих по земле… И даже тех синиц, что прячутся под ней в виде золотых монет!

За следующий час я нашёл ещё два пространственных кольца – оба с давно протухшими тушами животных. Потом выкопал из-под земли пустую бутылку в виде цифры восемь. Судя по экранированию и остаткам эссенции, в ней хранился «жидкий огонь» или что-то в этом духе.

[Итого три кольца, два мешка, один кошелёк, горстка непонятных артефактов, пара кристаллов… И кучка монет разного номинала.]

…

Время приближалось к утру. Я шёл обратно к кварталу ополченцев. Заранее замечая патрули, обходил их через переулки. Чем меньше людей меня заметит, тем меньше потом будет вопросов.

[Не бывает так! Должен быть подвох.]

Выйдя из очередного переулка, заметил, как трое мужиков с ножами налетели на третьего. Тот прикрывал собой двух дам воинственного вида.

[Хммм… Шесть человек. Если спасу тех, на кого напали, это зачтётся за хорошую карму? Если да, то смогу перезарядить талант Уробороса.]

Встав за поворотом, я заорал:

– ЭЙ, СТРАЖА!.. НА ПОМОЩЬ! Тут люди друг друга режут.

Никто из бандитов не испугался. Ножи всё так же наголо.

[Может, это и есть Нижний Город?] – вглядываюсь в карту. – [Так и есть! Теперь понятно, почему меня стражники об этом предупреждали.]

Оба квартала ополченцев – новичков и ветеранов – примыкают к Нижнему Городу. Патруль здесь почти не ходит. Бесполезно звать представителей правопорядка. Потому бандиты и не суетятся.

Видя, что ситуация не решилась и никто не спешит убегать, я сам вышел в переулок. Пришлось намотать на лицо первую попавшуюся тряпку. Ею оказался платок, найденный в одном из пространственных колец.

Стоило мне выйти, как один из бандитов мгновенно запустил сканирующую волну.

– Что за? Нулёвка, ты совсем берега попутал? – главный из нападающих буркнул коллеге. – Кабан, свидетеля в расход.

В мою сторону метнулся паренёк на коротких ножках. Довольно скалясь, он сжимал в руках два коротких топорика.

Понимая, что драки не избежать, я сунул руку в карман… И понял, что у меня вообще нет никакого оружия.

[А я говорил! Не может мне вдруг взять и повезти.]

Достав одну попавшуюся монету, я швырнул её, применив Усиленный Бросок.

Шмяк!

Монета вошла в глазницу Кабана. Разогнавшийся парень рухнул на землю и прокатился на брюхе ещё метр.

Второй бандит ринулся ко мне, двигаясь зигзагом. Уловив частоту движений и подгадав момент прыжка, я швырнул ещё одну монету.

Шмяк!

Второй бандит свалился на первого.

Тут одна из воинственных девиц рыкнула:

– Лютый! Он золотую монету кинул.

Защищавший их мужик зыркнул на последнего бандита.

– Хамдун, завалим его, – кивок в мою сторону. – Потом поговорим о разделе добычи.

Тут-то до меня и дошло.

[Ах ты… Хитрая Фортуна! Нет тут никакого нападения. Это члены одной банды не могли добычу поделить.]

Достав из кармана сразу две монеты, я швырнул одну из них в даму, метя в сердце, а другую – в мужика. Обе атаки в полную силу.

Вшу-вшу!

Монета пробила кожаный доспех дамы насквозь, а потом и тело.

Дзинь!

Вторую монету рассекло об меч, выставленный бандитом в защите. Осколки навылет пробили шею мужика.

Шмяк!

Третья монетка добила подранка, угодив точно в сердце.

Вшух-вшух!

Ещё два Усиленных Броска, и в переулке остался только я и шесть трупов.

– О боги магии! – я заглянул в карман. – Дороговато вышло. Три золотые и четыре серебряные монеты. И забирать такие деньги не хочется обратно. Фу-у-у! Вдруг тут по следам крови могут опознавать⁈

На бандитах не оказалось ничего ценного. Трое обычных людей и пара адептов. Осмотревшись, нашёл и ту добычу, которую они не успели поделить. Ею оказалась пространственная сумка для сбора алхимических ингредиентов.

[Один в один как та, которую я нашёл в тайнике арендованного дома. Ну-у-у… Хоть какая-то компенсация.]

Открыв интерфейс жителя Поднебесья, заглянул в описание таланта Уробороса. В поле зарядки таланта продолжала красоваться цифра в ноль процентов.

Подняв голову к ночному Небу, я показал кулак.

– Совсем ты людей не ценишь! Ни одного процента моей карме не накинул.

Переложив все предметы из сумки алхимика в обычную пространственную сумку, я затем отключил артефакт и засунул его туда же.

[Нельзя класть одно пространственное хранилище внутрь другого, не отключив. Оно не войдёт в мини-порты для складирования. А потом не откроется внутри.]

Прихватив пару коротких топориков Кабана как трофеи, я бросился бежать в сторону квартала добровольцев. Причём не по прямой… А прыгая между стен дома за счёт Импульсной Походки.

Вшух-вшух-вшух!

Если стражники попытаются искать с помощью собак, следы потеряются на земле.

Добравшись так до ближайшей улицы, я прыжком пересёк её и снова оказался в переулке.

[Фух! Чуть не попался на глаза патрулю.]

Стражники отвлеклись. Пропрыгав по стенам ещё два десятка метров, я опустился на землю и зашагал в сторону квартала ополчения.

[Надо добавить на карте «Мохреша» заметки, куда лучше не соваться.]

Подходя к нужным воротам, я как мог скрыл свои находки. Кольцо зажал в ладони. Остатки найденных монет закинул в единственную активную пространственную сумку. Сплющил её, чтобы из кармана сильно не торчала… Получилось плохо. Жилетка сбоку сильно выпирала.

Стражники на входе в квартал ополчения опять меня внаглую просканировали.

– Слышь, новичок. – один из них нахмурился, заметив пространственное кольцо и сумку. – Не стану спрашивать, кто твой покровитель и зачем ты втихую ходишь к нему ночью. Леди разные бывают… Однако не свети ТАКИЕ артефакты, пока не будешь уверен, что сможешь их защитить. В городе много глаз. Кто-то из них увидит пространственное кольцо, передаст нехорошим людям… А те скажут ещё более нехорошим, и тебя подкараулят при выходе за стену… Или ночью. Я бы даже сказал, особенно ночью!

Поблагодарив стражников, я направился к себе. В моё отсутствие Сати вычистила двор и все комнаты дома. Несмотря на раннее утро, на столе в столовой уже исходила паром каша. Чайник с кипятком стоял на плите в режиме подогрева. В доме пахло чистотой.

[Она, что? Всё это время комнаты драила?]

– Господин Маркус! Вы вернулись.

Вытирая пот со лба рукавом, Сати вышла из кладовки. Полы и полки там оказались вычищенными до блеска.

– Ночь на дворе! Отдыхай, – произнёс я хмуро. – Даю тебе выходной до полудня. Если увижу до этого времени с тряпкой, накажу!

Поднявшись к себе в комнату, я открыл ящик стола и сложил туда все свои находки.