Текст книги "Вкус страха"

Автор книги: Джерими Бейтс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

ГЛАВА 6

Вторник, 24 декабря, 18:55

Заповедник Нгоронгоро, Танзания

Столовая была наполнена запахами шафрана, ванили, тмина, муската и прочих ароматов блюд панафриканской кухни. Все сидевшие за длинным столом уже попивали кто по третьему, а кто и по четвертому бокалу, громко болтая и пронзительно смеясь.

Скарлетт все еще тянула первый бокал вина. После того, что Сэл рассказал о поджоге в «Принце», праздничное настроение улетучилось. В довершение всего через десять минут после начала ужина у Сэла снова разыгрался желудок, и он сказал, что ему нужно прилечь. Ее первой мыслью было, что Сэл хочет поговорить с Дэнни Замиром без свидетелей. Когда ты уже четыре года замужем, такие вещи начинаешь чувствовать интуитивно. В общем-то, именно так она и узнала о другой женщине. Не по запаху духов на сорочках Сэла. Не по случайным текстовым сообщениям в его телефоне. Не со слов подруги. Просто старая добрая женская интуиция.

Потом Скарлетт устыдилась собственной подозрительности. В конце концов, ему действительно нехорошо, и вполне возможно, хочется побыть одному.

Отбросив сомнения, она принялась изучать меню. На десерт должны были подать хрустящие трубочки. Звучало заманчиво, но никак не укладывалось в ее диету. Чтобы не поддаться искушению, Скарлетт взяла бокал мерло и вышла на веранду. Облака на западе были поразительного розовато-оранжевого цвета, а те, что поближе, темнели насыщенной синевой с серебристыми и белыми прожилками. На дне кратера тени становились все длиннее и гуще, поглощая зелень. Она прикрыла глаза и позволила себе окунуться в безмятежность.

– Впечатляющий вид, не правда ли?

Скарлетт вздрогнула. Немного вина пролилось из бокала на пол, едва не угодив на ее серебристые туфли от Кристиана Лубутена. Она обернулась и увидела стоящего за спиной пожилого джентльмена. Его седеющие волосы с годами начали редеть, а от белой щетины челюсть казалась словно припорошенной свежим снегом. Для своего возраста мужчина был в отличной форме – в свое время он мог быть хоть велогонщиком на «Тур де Франс».

– Вы меня напугали, – сказала Скарлетт.

– Простите, милая моя. Этого я меньше всего хотел, – голос у него был хриплый, но необыкновенно притягательный, смягченный очаровательным ирландским говором.

Незнакомец кивнул на кратер:

– Три миллиона лет.

– Он такой старый?

– Вы уже были внизу, мисс?..

– Кокс. Нет, пока. Мы с мужем планируем завтра. Проедем насквозь, чтобы попасть в Серенгети.

– Позвольте спросить, а где сейчас ваш муж?

– Вернулся в дом. Он сегодня себя неважно чувствовал.

– Жаль. Как думаете, завтра он уже придет в норму?

– Надеюсь, что да. А вы уже были там, мистер?..

– Хилл. Бенджамин Хилл. Нет, пока не был. Тоже поеду завтра.

– Может быть, там и увидимся?

– Возможно, – он протянул ей руку. – Пожалуй, я и так отнял у вас слишком много времени.

Она пожала протянутую руку:

– Спокойной ночи, мистер Хилл.

– И вам доброй ночи, мисс Кокс.

Скарлетт смотрела вслед уходящему ирландцу. Он не пошел через столовую, а обогнул здание и скрылся за углом. Скарлетт нахмурилась. Этот человек был обходителен и вежлив, но было в нем что-то тревожное.

В столовой она попросила официанта найти кого-нибудь, чтобы проводить ее в домик, и вышла на улицу, стараясь в ожидании сопровождающего держаться в тепле – поближе к стоявшим по обе стороны от входа большим чашам, в которых горел огонь. На такой высоте с заходом солнца температура падала очень резко. Скрестив руки на груди, она вернулась к размышлениям об ирландце и поняла, что именно ее обеспокоило. Его не было за ужином. За длинным столом было двенадцать стульев, стол был сервирован на двенадцать человек, и свободных мест не было. До ухода Сэла, разумеется. Значит, ирландец пришел из Южного или Северного лагеря? Если так, то что он здесь делал? Скарлетт посмотрела на часы. Без десяти восемь. Разве Уилсон не говорил, что гостям запрещено ходить по территории без сопровождения после семи?

Услышав шаги за спиной, она резко обернулась и увидела сопровождающего – воина-масая, завернутого в клетчатое красное одеяние и держащего в руках АК-47. Скарлетт повидала в жизни немало телохранителей, но с таким сталкивалась впервые. Она не была уверена в том, что автомат способен остановить атакующего буйвола или хотя бы крупную кошку, но понадеялась, что не придется выяснять это на собственном опыте, и держалась поближе к сопровождающему, пока не дошла до ступеней, ведущих в дом. В ванной Скарлетт умылась, почистила зубы, натянула шелковую пижаму и легла в кровать, стараясь держаться своей половины.

– Не спишь? – спросила она.

– Теперь не сплю, – голос Сэла в темноте казался оторванным от тела.

– Тебе уже лучше?

– Кажется, да.

– Завтра с тобой все будет в порядке?

– Надеюсь.

– Хорошо, – она на мгновение умолкла, и наступила абсолютная тишина. – После твоего ухода я встретила одного человека.

– Что, теперь моя очередь звонить адвокатам?

– Не смешно, Сэл. Кстати, его зовут Бенджамин Хилл. Мне кажется, он расхаживает без сопровождения. А ведь без сопровождающего здесь нельзя…

Сэл издал какой-то звук. Неужели смех?

– В чем дело? – спросила она.

– Бенджамин Хилл? – в его голосе явно звучало веселое изумление. – Такой пожилой британец?

– Ирландец, – сказала она и нахмурилась. – Ты его знаешь?

– Конечно.

– Но откуда?

– Видел по телевизору. У него свое шоу.

В голове Скарлетт все сошлось:

– Он походил скорее на Шона Коннери, чем на Бенни Хилла.

Сэл, никогда не любивший болтать перед сном, не сказал больше ни слова и вскоре задышал в размеренном ритме спящего человека. Она закрыла глаза и тоже задремала.

Спустя какое-то время Скарлетт почувствовала, что ее расталкивают. Она села, и ей понадобилось несколько мгновений, чтобы вспомнить, что она не в своей постели в Лос-Анджелесе.

– Снаружи кто-то есть, – прошептал Сэл.

От его слов сон тут же слетел.

– Что?

– Я слышал шум.

– Где?

– Тшш…

Скарлетт прислушалась. Стояла полная тишина.

– Я ничего не слышу, – тихонько ответила она.

– Прислушайся.

И тут она услышала слабый шум за стеной, прямо у изголовья. Словно опавшие листья похрустывают под чем-то тяжелым.

– Это какое-то животное, – сказала она. – Что еще…

Она замолчала. «Принц». Пожар. Неужели кто-то выследил Сэла в Африке?

Ее охватил ужас. Она заперла дверь? Боже… А на этой двери вообще есть замок?

– Сделай что-нибудь… – прошипела она.

Сэл выскользнул из постели. Он пересек комнату, раздвинул шторы и открыл дверь на балкон. В комнату ворвался прохладный ветер, неся с собой запах лаванды. Сэл вышел наружу. Посмотрел налево, направо. Пошел налево. Три шага, и он скрылся из вида, выйдя из проема.

Мучительно потянулись секунды. Скарлетт больше ничего не слышала. Ни встревоженных криков. Ни звуков борьбы. Тишина. Тут она поняла, что именно это и может быть свидетельством самого страшного. Внутри нарастала паранойя. Она представила себе мужа, лежащего в кустах с перерезанным горлом. Она окликнула его, не боясь, что ее может услышать еще кто-нибудь.

– Иди сюда, – донесся голос Сэла.

Облегченно выдохнув, Скарлетт встала и переступила порог деревянной веранды. Прохладный ветер обдувал ее запястья и щиколотки, проскальзывал через ворот пижамы, и от этого соски тут же отвердели, а кожа покрылась пупырышками. Она пошла по веранде влево и увидела Сэла, облокотившегося о перила. Локти его лежали на перекладине, а руки были скрещены на груди, словно он наблюдал за воскресной игрой в бейсбол. Она посмотрела в темноту под балконом.

Посреди небольшого островка папоротников сидела и вылизывалась пара шакалов.

Сэл залаял. Шакалы подняли головы. Их желтые глаза, блестевшие в темноте, казались безразличными, но все же немного зловещими.

– Сэл, прекрати, – прошептала она.

– Это всего лишь собаки.

– Это опасные собаки.

– Сюда им не забраться.

– А если они дождутся тебя, когда ты в следующий раз пойдешь в главное здание?

– Это безмозглые животные. А безмозглые не помнят обид.

Снова оказавшись в комнате, Скарлетт как следует хлопнула Сэла по заду. Это он был безмозглым животным. Она закрыла дверь и щелкнула замком. Шторы задергивать она не стала, радуясь скудному свету луны и звезд.

Лежа в постели, она никак не могла уснуть. Ей казалось, что там, снаружи, все еще кто-то есть: поджигатель, киллер, или как еще называют того, кто пришел, чтобы убить тебя посреди ночи…

Нет – это она просто дала волю воображению. Они с Сэлом уже об этом говорили. Он в безопасности. Никто не знает, что он здесь. Какова вероятность, что кто-то полетит аж в Африку и выследит его на краю обрушившегося вулкана? Какая-то нелепая голливудщина. Это просто бродят дикие звери.

Постепенно Скарлетт все же одолел сон.

* * *

В половине третьего ночи Фицджеральд открыл глаза. Последние несколько часов он спал, но в то же время не спал. Этому он научился давным-давно в британской армии. Открыв дверь «Лендкрузера», ирландец вышел в ночь. В небе, усыпанном льдинками звезд, светила почти полная луна, и этого света ему вполне хватало. Протяжно и мелодично кричал козодой, и чистоте этого звука позавидовал бы любой чревовещатель. Больше не было слышно почти ничего, но Фицджеральд знал, что окружающий лес кишит жизнью. Он двинулся по грунтовой дороге в сторону домика, где остановились Сальвадор Брацца и Скарлетт Кокс, насвистывая (Johnny I Hardly Knew Ye», чтобы случайно не наткнуться на какое-нибудь животное. Обычно зверье убегает, но иногда в панике может и напасть, особенно если ранено или защищает молодняк. С собой у него был купленный на свалке карданный вал, но карданный вал не остановит буйвола или леопарда.

Через пятьсот метров он вышел к парковке на поляне за лагерем «Дерево», где в ряд стояли шесть внедорожников. Все они были «Лендроверами». Три из них – «Лендровер-Дискавери». Только один из них, второй справа, был последней, третьей серии. Он-то и был нужен.

Фицджеральд лег на спину и сунул в зубы тонкий фонарик. Потом заполз под высокую раму машины и осмотрел ее нижнюю часть. Вынув из кармана небольшой гаечный ключ, он отвинтил шесть болтов, крепивших муфту. Первые пять вывернулись довольно легко. Шестой, стервец, потребовал почти столько же времени, сколько первые пять, вместе взятые. Ирландец сдвинул вал вперед, чтобы отсоединить его от раздаточной коробки, потом назад, чтобы высвободить из дифференциала, чуть дернул, и вал оказался в его руке. Смазанное маслом уплотнительное кольцо выпало ему на грудь. Он не стал его убирать, решив осмотреть вал. Шлицы почти не были изношены. Впрочем, он этого и не ожидал. Отложив в сторону хороший вал, Фицджеральд вернул на место кольцо и вставил принесенный с собой почти полностью стертый вал. Он снова затянул шесть болтов – шестой встал на место куца охотнее, чем покидал его. Во всем этом была какая-то метафора всей жизни, но у Фицджеральда не было времени над этим думать. Он вылез из-под машины.

Одним резким движением ирландец вырвал антенну радиостанции из гнезда на креплении для запасного колеса «Лендровера». Вернувшись к своему «Лендкрузеру», он откинулся на сиденье и закрыл глаза, надеясь поскорее уснуть. Через несколько часов, с первыми лучами солнца, нужно уже быть на ногах.

ГЛАВА 7

Среда, 25 декабря, 06:55

Заповедник Нгоронгоро

– Сэл, ты готов? – громко спросила Скарлетт. – Силли уже все погрузил в машину и ждет снаружи.

– Иду-иду.

Сэл вышел из ванной через пару мгновений. Его волосы, все еще влажные после душа, были, как обычно, зачесаны назад. Может быть, это все были причуды освещения, но он казался смуглее, чем накануне, и выглядел более здоровым. Скарлетт ощутила легкое напряжение внизу живота.

– Отлично выглядишь, – сказала она, подумав, не настанет ли сегодня время стереть невидимую черту, разделявшую кровать. Кто знает? Все может быть.

– Мне определенно лучше, – сказал Сэл. – Похоже, от заразы я избавился.

Она не раздумывая чмокнула его в свежевыбритую щеку, от которой пахло смесью лайма и какой-то медицинской мази века этак семнадцатого:

– С Рождеством!

Он удивленно выгнул бровь:

– А ты сегодня в хорошем настроении.

Так оно и было. Какие бы мрачные мысли об убийцах, готовых лететь за тридевять земель, ни посещали ее ночью, в такое прекрасное солнечное утро они казались еще более нелепыми. Больше того, ей не терпелось спуститься в кратер – одно из лучших мест в Африке для наблюдения за животными в естественных условиях.

На улице возле «Лендровера» их поджидал Силли в идеально отглаженной форме для сафари и широкополой шляпе. Скарлетт сфотографировала его на «Никон», висевший у нее на шее, и они пустились в путь на запад вдоль края кратера. Ранняя утренняя роса покрывала высокую траву и кустарники, тысячи птиц чирикали, свистели и пели на ветках. У въезда в кратер стояла зеленая табличка, гласившая, что за ней находится охраняемая территория, объект всемирного наследия, биосферный заповедник и прочая, и прочая. Скарлетт попросила Сэла встать перед табличкой, чтобы сделать фотографию. Он об этом и слышать не хотел – он был кем угодно, но только не любителем фотографироваться.

Официально дорога, шедшая вниз по внутренней стене кратера, носила название «Спуск Сенета», но Силли называл ее «Слоновьей тропой», и Скарлетт решила, что это название подходит куда больше. Дорога действительно скорее напоминала узкую, извилистую и очень крутую тропу.

Чем дольше они ехали, тем гуще становился утренний туман, придавая всему вокруг первобытный, доисторический вид, словно они не только спускались на дно обрушившегося вулкана, но и путешествовали назад во времени. В одном месте дорога проходила по самому краю отвесной скалы, возвышавшейся на десятки метров над дном кратера. В клубах тумана мимо них проплыла табличка с надписью «POLE POLE» — Силли пояснил, что это переводится как «медленно-медленно».

Скарлетт старалась не смотреть в окно. Воспоминания о Лорел-Каньоне были еще свежи в памяти.

Только если они свалятся с обрыва здесь, она не очнется в больнице – она вообще больше никогда не очнется.

Однако ее беспокойство оказалось напрасным. Через полчаса яркие лучи солнца разорвали редеющий туман, и к тому времени, когда они добрались до дна кратера – слава богу! – погода стала идеальной, как на картинке. Вид был не менее живописен, чем из домика. Поверхность озера переливалась розовым от тысяч фламинго. Волнистые холмы саванны, усеянной желтыми акациями, тянулись вдаль золотыми нитями. Со всех сторон возвышались скалистые стены вулканической кальдеры – неприступного барьера, защищавшего эти места от внешнего мира.

– Глядите! – воскликнул Силли, остановив машину и указывая в сторону пучка травы, торчавшего в сотне метров по левую руку.

Скарлетт высунула голову через люк, проделанный в крыше «Лендровера», и посмотрела в бинокль. Она навела резкость и увидела гепарда, растянувшегося на боку и подвернувшего длинный толстый хвост. Она передала бинокль Сэлу и утерла пот со лба тыльной стороной ладони. Чертовски жарко. А ведь еще только восемь утра.

Силли схватил микрофон рации, закрепленной на приборной панели, нажал на кнопку передачи, сказал что-то на суахили и нахмурился. Он покрутил ручки, переключил канал и попытался снова.

– Что-то не так? – спросила его Скарлетт.

– Рация не работает.

– А с кем ты хотел поговорить?

– Я хотел сообщить, что встретил гепарда, чтобы следующая группа, которая поедет по Слоновьей тропе, его не пропустила, – он огорченно покачал головой. – И мы тоже не сможем узнать, если где-то заметят кого-нибудь из «большой пятерки».

– Может, антенна сломалась? – предположил Сэл.

Силли обошел машину и осмотрел крепление запасного колеса. Вернувшись на переднее сиденье, он сообщил:

– Ее, антенны, вообще нет. Наверное, отвалилась, пока мы ехали через кусты. Или какой-нибудь зверь оторвал ночью, – он выглядел совершенно убитым. – Простите. Это моя вина. Нужно было проверить машину перед отъездом.

– Не грусти, шеф, – сказал ему Сэл. Мы собираемся просто проехать через кратер насквозь. Так приключение становится даже интереснее.

Скарлетт погладила его по бедру, благодаря за понимание.

По пути на запад через кратер они увидели столько газелей, зебр и буйволов, что сбились со счета. Скарлетт внимательно разглядывала саванну в бинокль в поисках групп «Лендроверов», надеясь, что это будет означать присутствие хищника. Так и оказалось. Первое скопление привело их к отдыхающему в кроне акации леопарду, второе – к стае пятнистых гиен, с громкими звуками, напоминавшими смех, рвавших грудную клетку антилопы своими сильными челюстями.

Когда Силли упомянул, что они подъезжают к специальной площадке для пикников, Сэл попросил его остановиться, чтобы сходить в туалет. Им предстоял еще долгий путь, и Скарлетт решила тоже во с пол ь-зоваться возможностью. Она подошла к одноместной будке, сложенной из шлакоблоков, и стала ждать, пока выйдет’ Сэл. Она наблюдала, как птица-секретарь важно вышагивает на длинных ногах в высокой сухой траве, когда услышала, что Сэл разговаривает по телефону. Она подошла чуть поближе, но уловила только одно или два слова, прежде чем разговор прекратился. Спустя несколько мгновений Сэл вышел и с любопытством посмотрел на нее.

– Мне тоже нужно сходить, – сказала она.

– Добро пожаловать.

Скарлетт сделала свои дела и подошла к раковине вымыть руки, не переставая думать, с кем это ее муж говорил по телефону и почему он это делал в туалете, а не при ней.

Она посмотрела в зеркало на стене и провела пальцами вокруг глаз, словно могла волшебным образом стереть мелкие морщинки, которые уже начали там собираться.

– Тебе уже тридцать, Скарлетт, сказала она себе. – С днем рождения. Вот твои лычки. Ты их заслужила, и дальше будет только больше.

Ее мысли вернулись к Мари Драгомирофф, тридцатишестилетней темноволосой смуглокожей наследнице крупной французской судоходной компании. Эта красотка говорила на шести языках, владела собственной успешной линией одежды, а ее экзотическая внешность затмевала любого, кто оказывался с ней в одном помещении, будь то принц, рок-звезда или сама Скарлетт. Они виделись всего один раз на благотворительном вечере в Вашингтоне год назад. Скарлетт прекрасно помнила тот день. Мари была одета во что-то элегантное и придуманное ею самой и выглядела лет на десять моложе своего возраста, порхая по залу беззаботной бабочкой – настоящая светская львица, и законодатели и воротилы бизнеса встречали ее улыбками и провожали взглядами.

А как она обхаживала Сэла, невинно касаясь его руки…

Как я могла не заметить этого раньше?

Она прикрыла глаза, потерла лоб и вышла из туалета.

Когда она вернулась к «Лендроверу», Силли указал на небо, где начали собираться темные грозовые тучи.

– Нужно поторопиться, – сказал он. – Если начнется дождь, может размыть часть дороги вверх по склону кратера.

– И что тогда? – спросила Скарлетт. – Мы застрянем здесь на всю ночь?

Она содрогнулась от мысли, что придется провести ночь на окруженном скалами дне кратера с самой высокой в Африке плотностью теплокровных хищников на единицу площади. Но Силли покачал головой:

– Этого не произойдет. Смотрители приедут и заберут нас.

– Даже если дорогу размоет?

– Есть и другие дороги, которых я не знаю. Они найдут путь.

– Ты помнишь, что радио не работает? Как мы их вызовем?

– Они узнают, – просто сказал он, хотя ей показалось, что во взгляде гида промелькнула тень сомнения.

Силли сел за руль «Лендровера», а Сэл и Скарлетт забрались на заднее сиденье. Вдали пророкотал гром. Низкие хмурые тучи заслонили солнце, и небо потемнело. Скарлетт чувствовала запах озона и видела вдали серые вертикальные полосы, говорившие о том, что там уже идет дождь. И вот он начался. Капли звонко стучали по крыше машины и взбивали бурые фонтанчики грязи на грунтовой дороге. Не прошло и полминуты, как дождь превратился в ливень. Дворники с хлюпаньем болтались взад-вперед, еле справляясь с потоком воды, струившимся по лобовому стеклу. Раскат грома грянул так сильно, что Скарлетт вздрогнула, про себя умоляя Силли ехать быстрее.

К западной стене кратера они подъехали минут через пять. Небо на мгновение побелело от пронзившей его молнии и подсветило узенькую, шириной с карандаш, дорогу, петлявшую вверх по каменистому склону. Скарлетт стало не по себе. С этого ракурса шестьсот метров склона казались непреодолимыми. И все же Силли лишь чуть сбросил скорость, когда дорога пошла в гору, и Скарлетт успокоилась. Все в порядке. Они доберутся…

Внезапно откуда-то из-под днища донесся громкий лязг, а за ним – скрежет.

– Что это было? – спросила Скарлетт, вжавшись в сиденье.

– Не знаю, – ответил Силли. – На приборной панели пишет, что нужно переключиться на нейтраль.

– Так валяй, приятель, – сказал ему Сэл.

Скрежет усилился. Силли переключил передачу. «Лендровер» резко остановился, а потом покатился назад.

– Дергай ручник, живее! – завопил Сэл.

– Не работает!

Джип катился назад все быстрее.

– Сделай что-нибудь! – вскрикнула Скарлетт.

Она попыталась посмотреть в заднее стекло, но ничего не увидела сквозь дождь и сумрак.

Силли со всей силы рванул ручной тормоз. «Лендровер» замедлился, чуть прополз назад по инерции и, наконец, остановился.

– Не отпуская тормоз, включи первую передачу и попробуй еще раз, – сказал Сэл.

– Никак! Передача не переключается.

– Нажми на газ.

– Я пытаюсь. Ничего не происходит. Совсем ничего.

– Какого черта? – Сэл открыл дверь и вышел прямо под ливень.

Он обошел машину, попинал колеса и пару раз нагнулся, исчезнув из вида. Сэл постучал в дверцу Силли, и тот опустил стекло.

– Можешь заблокировать дифференциал?

– Да.

– Давай. Потом снова попробуй газануть.

Силли сделал, как ему было сказано, но покачал головой. Молния с треском подсветила черные тучи наверху, от чего они на мгновение приобрели мшистозеленый оттенок. По ушам снова ударил оглушительный раскат грома. Сэл, ругаясь на чем свет стоит, залез обратно в машину. Он вымок до нитки.

– Не хватает мощности, – сказал он. – Двигатель не проворачивает колеса. Значит, проблема в трансмиссии. Я надеялся, что проблема в дифференциале.

– А что это такое? – спросила Скарлетт.

– Дифференциал передает крутящий момент на четыре колеса равномерно, даже если они вращаются с разной скоростью. Если одно проворачивается в грязи, он направляет всю мощность туда, и мы не можем сдвинуться с места. Но Силли его заблокировал, заставляя оба колеса на оси крутиться с одинаковой скоростью, несмотря на сцепление с дорогой. И это не помогло.

– Значит, мы застряли? – Именно этого она и боялась. – Радио у нас нет. Помощь мы вызвать не можем.

– Думаешь, в кратере еще кто-нибудь остался? – спросил Сэл у проводника.

– Не знаю. Возможно. Погодите! Кто-то едет!

Скарлетт снова посмотрела в заднее стекло и увидела фары приближающейся машины. Сэл выскочил наружу и замахал руками. Перекинувшись парой слов с водителем, он жестами позвал Скарлетт и Силли к себе. Скарлетт, пригнув голову, бросилась под проливным дождем к стоявшей машине – какому-то большому полноприводному внедорожнику вроде «Лендровера». Она потянула заднюю дверь на себя и забралась внутрь, следом за ней влез Силли. Сэл сел на переднее сиденье.

Она хотела поблагодарить водителя за то, что он их подобрал, но слова застряли в горле.

– Вы?! – воскликнула она.

Сэл озадаченно посмотрел на него:

– Бенджамин Хилл?

Ирландец протянул руку:

– Он самый. Ваша жена, должно быть, упомянула о нашей мимолетной встрече?

– Да, – Сэл пожал протянутую руку. – Зовите меня Сэл. Это наш гид, Силли.

– Какое забавное имя, – улыбнулся ирландец, – Позвольте спросить, что у вас стряслось?

– Машина потеряла обороты, когда мы ехали вверх по склону, – объяснил Сэл. – Проблема не в дифференциале. Наверное, шестерни стерлись.

– Увы, тут я вам помочь не могу. Боюсь, я слабо разбираюсь в механике. Но я могу подбросить вас наверх.

Они двинулись в путь, и Скарлетт была невероятно рада тому, что они больше не стоят на месте. Сэл покрутил регулятор на приборной панели, пока вентиляторы не начали гнать теплый воздух. Из динамиков доносилась негромкая латиноамериканская музыка.

– А вы один приехали на сафари? – спросила она ирландца.

– Я в Африке по работе, мисс Кокс. Коллега посоветовал съездить в кратер Нгоронгоро.

– А ты чем занимаешься, Бен? – Сэл ко всем обращался запросто.

– Моя фирма специализируется на анализе рисков.

– Что ж, если нужно рискованное место для ведения бизнеса, ты его нашел.

Сэл еще несколько минут поговорил с ирландцем о делах, потом они стали обсуждать гольф. Когда Сэл приступил к рассказу о том, как прошел лунку с одного удара, с упоминанием японских инвесторов и непременного обмена подарками, Скарлетт перестала следить за беседой. Эту историю она слышала уже не раз.

Через полчаса они добрались до края кратера.

Если я правильно помню, мисс Кокс, – сказал ирландец, ведя подпрыгивающий джип по скользкой дороге, – вы упомянули, что собираетесь сегодня ехать в Серенгети?

– Да, верно. Но, похоже, придется задержаться. У нас ведь теперь нет машины.

– Я могу отвезти вас обратно к дому, где вы сможете найти себе новый транспорт.

– Это было бы здорово! Но вам ведь не по пути?

– А чем еще старику заняться?

– Постой, Бен, – сказал Сэл, вглядываясь сквозь лобовое стекло. – Да. Притормози. Кажется, впереди машина смотрителя.

– Пустяки! – ответил ирландец. – Я и сам без проблем вас отвезу.

– Останови.

– В самом деле, мистер Брацца…

– Черт… Останови, Бен!

В какой-то момент Скарлетт показалось, что ирландец собирается проехать мимо, но тот все же свернул на обочину и остановился возле припаркованной машины. Сэл вышел и постучал в стекло смотрителя парка. Смотритель отложил рацию и опустил стекло. Сэл начал говорить, активно жестикулируя. Когда он вернулся, то скомандовал Сняли перенести багаж в другую машину.

– Что происходит? – спросила Скарлетт.

– Я предложил парню немного заработать и отвезти нас в Серенгети. Теперь не придется терять время на возвращение в гостиницу и ожидание новой машины.

– А что насчет оставшейся в кратере?

– Попрошу кого-нибудь из гостиницы взглянуть на нее. Силли может вернуться сегодня вместе со смотрителем, а не завтра, как мы собирались, и забрать ее.

Предложение звучало слишком заманчиво для Скарлетт, и она сказала:

– Похоже, мы все-таки покинем вас, Бен. Спасибо, что подвезли. Надеюсь, вы хорошо проведете здесь время.

– Спасибо, мисс Кокс, – ответил ей ирландец со странной улыбкой. – И вам того же.

* * *

Глядя, как Брацца и Кокс садятся в «Лендровер» смотрителя парка и уезжают, он продолжал улыбаться, испытывая одновременно злость и удивление, как одна нелепая случайность может угробить продуманный план.

Фицджеральд собирался вырубить эту парочку вместе с гидом по дороге к гостинице и оставить тела в лесу на поживу местной фауне. К тому времени, как наступит утро и начнутся поиски, искать будет уже почти нечего, и уж точно от тел останется слишком мало, чтобы определить настоящую причину гибели. Следователям придется остановиться на версии, что, когда машина сломалась, туристы попытались выйти из кратера пешком, сбились с пути, а потом хищник напал на них и сожрал. Такое случается чаще, чем принято считать.

И угораздило же наткнуться на этого чертова смотрителя! В какой-то момент Фицджеральд думал проехать мимо, но, если бы смотритель заметил в его машине Браццу или Кокс и сообщил об этом после обнаружения тел, обстоятельства их гибели стали бы расследовать более тщательно. Это было неприемлемо. Задание так хорошо оплачивалось именно потому, что смерть Браццы должна была выглядеть как несчастный случай. Более того, на кону была репутация Фицджеральда. Наемных убийц его уровня в мире было немного, и вести о грязной работе разлетались мгновенно.

Он закурил «Кент», переключил передачу и поехал следом за своей дичью.

В следующий раз пусть на такое везение не рассчитывают.