Текст книги "Вкус страха"

Автор книги: Джерими Бейтс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

ГЛАВА 34

Когда Скарлетт открыла глаза, ей показалось, будто она очутилась на поле боя. Дождь лил стеной с иссиня-черного неба, и повсюду вокруг слышалась стрельба. В носу и во рту стояла вонь сгоревшего пороха и смерти. Она понятия не имела, кто в кого стреляет, пока не заметила вспышки выстрелов на колокольне.

Сзади раздался оглушительный грохот. Небо расчертила тонкая полоска дыма. Верхняя часть колокольни разлетелась мелкой каменной крошкой. Стрекот автоматных очередей продолжался еще несколько секунд, пока не умолк.

Скарлетт в недоумении огляделась. Повсюду валялись трупы. И Сэл…

Господи, Сэл…

Она отвернулась.

Рэмбо крикнул что-то троим оставшимся солдатам, которые бросились к церкви, видимо, чтобы добить нападавшего. Потом он подошел к ней.

– Кто это был? – спросил он.

Скарлетт покачала головой.

Рэмбо выстрелил так близко от ее лица, что она почувствовала колебание воздуха от пули, просвистевшей мимо и впившейся в землю. Гудение в ушах, и без того не прекращавшееся, усилилось. Он продолжал что-то кричать, но Скарлетт не слышала. Прервав поток ругани, главарь обернулся к троице своих малолетних подручных, которые появились из церкви.

Они волокли за руки и за ноги ирландца. Так же, как до этого волокли Грома. И бросили его в грязь.

Значит, он все-таки не сбежал.

Рэмбо несколько раз сильно хлопнул Фицджеральда по лицу, пока тот не очнулся. На долю секунды его взгляд встретился со взглядом Скарлетт, и между ними проскочило что-то, хотя она так и не поняла, что это было.

Над головой прогремел гром, и она поняла, что снова слышит.

– Ты убил моих людей! – орал Рэмбо.

– Славно повеселился, – хриплым голосом ответил ему Фицджеральд.

Рэмбо сказал что-то парню в футболке с Ди Каприо, который тут же отыскал мачете и передал его Рэмбо. Тот ткнул лезвием в сторону ирландца и зловеще ухмыльнулся:

– Что тебе вырезать сначала? Яйца или сердце? Я люблю и то, и другое.

ГЛАВА 35

Вертолет «Белл 206» стремительно несся над самыми верхушками деревьев. Дэнни сидел в кабине рядом с пилотом. На обоих были приборы ночного видения, окрашивавшие землю ярко-зеленым. Между ног Дэнни стоял М249 SAW – ручной пулемет с ленточным питанием, использовавшийся всеми видами вооруженных сил США. В заднем отсеке сидели двое из его группы. Четверых пришлось оставить в Дар-эс-Саламе, потому что в вертолете было всего семь мест, а Сэл сообщил, что выживших трое, включая его самого и Скарлетт.

– Вон там, – сказал Дэнни в микрофон, закрепленный на кевларовом шлеме. – Поляна.

– Вижу, – подтвердил пилот. – Что это? Костер?

– Облети-ка по кругу.

Пилот повернул машину влево и пролетел над костром.

– Господи! Это все трупы?

Дэнни нахмурился. Сэл сказал, что уничтожил четверых террористов, но на земле лежало не меньше дюжины тел. И он насчитал пятерых стоящих, а не троих. Что-то здесь было не так.

– Садись! – скомандовал он. – Быстро!

Пилот развернул машину, сбросил скорость и включил посадочный фонарь. Дэнни продолжал наблюдать за землей и увидел, как одна из зеленых фигурок начала махать рукой. Кто бы это ни был, он едва ли мог надеяться, что пилот это увидит. Вдруг до Дэнни дошло, что человек не машет, а указывает на что-то. Он проследил направление и увидел хорошо знакомый силуэт человека с РПГ на плече.

– Уклоняйся! – ^: крикнул он.

– Что? – переспросил пилот.

Дэнни перегнулся через кабину и рванул ручку управления вправо. Вертолет начал разворачиваться, но слишком медленно. Взрыв разворотил хвостовой винт. Пилот в отчаянии включил авторотацию, но вертолет продолжал бешено раскачиваться. Его сносило все ближе к зданию. Раздался громкий писк, словно в грузовике, дающем задний ход, и каменная стена устремилась им навстречу.

Дэнни понял, что жить ему осталось секунды три.

ГЛАВА 36

Скарлетт услышала рокот и, посмотрев на бушующее небо, увидела летящий над самыми деревьями вертолет. Ее изодранное платье и высокие травы затрепетали в потоке воздуха от лопастей.

Дэнни!

Рэмбо отбросил мачете и побежал. Но это оказалось не трусливым отступлением. Боевик спешил к гранатомету. Вертолет остановился и завис. Она закричала и замахала руками, показывая в сторону Рэмбо. Безуспешно. Рэмбо перезарядил гранатомет и выстрелил, попав точно в цель. Хвостовой винт вертолета исчез в облаке пламени. Машина потеряла управление, и ее понесло в сторону церкви. Винт царапнул по камню, высекая из него факел искр, и соскочил с оси. Кружась, он отлетел в сторону и врезался в землю, словно гигантский сюрикен, взметнув в воздух фонтан грязи. Половина церкви обрушилась, а искалеченный фюзеляж вертолета огромной сломанной игрушкой рухнул на землю.

Спасательная операция провалилась, с отчаянием поняла Скарлетт. Понимая, что у нее не остается другого выбора, кроме бегства, она принялась оглядываться в поисках Грома, не желая бросать его. Вместо этого она увидела ирландца. Тот стоял в полный рост с окровавленным ножом в руке. Три подростка, державших его, теперь валялись мертвыми на земле. Должно быть, он расправился с ними, пока все отвлеклись на вертолет.

Ирландец посмотрел на нее, согнул руку в локте и резко метнул нож.

Она вскрикнула.

Клинок просвистел совсем рядом с головой. Она обернулась вслед пролетевшему ножу и увидела, что он вонзился в грудь Рэмбо. Тот выронил подобранный с земли автомат, протяжно заскулил, словно жалуясь на несправедливость жизни, и повалился на траву. Скарлетт снова обернулась к ирландцу и хотела что-то сказать – может быть, даже поблагодарить его. Но вдруг дверь кабины разбитого вертолета открылась. Из нее с трудом выбрался человек с большим пулеметом. Слова, уже готовые сорваться с языка, тут же вылетели из головы, и она бросилась к обломкам, чтобы помочь выжившему.

Человек стянул с головы шлем, и Скарлетт тут же узнала красивое смуглое лицо Дэнни Замира. Он согнулся в приступе кашля.

– Там еще кто-то остался? – спросила она.

Фюзеляж не взорвался, но был объят пламенем и клубами черного дыма.

Дэнни покачал головой, и что-то внутри нее сжалось.

– Сэл? – спросил он.

– Нет.

Дэнни никак не отреагировал. Во всяком случае, так ей сначала показалось. Пока она не заметила, как напряглись мускулы на его шее.

– Как? – тихо спросил он.

Она рассказала.

– Вот дерьмо! – пробормотал он, потом решительным жестом прижал к груди пулемет. – Кто остался?

– Только я, Гром и…

– Эй! – крикнул Дэнни. – Ты куда это собрался?! Ирландец, хромавший в сторону леса, остановился.

– Где нашелся один отряд повстанцев, – сказал он, – могут быть и другие. Лично я не собираюсь дожидаться их прихода.

Дэнни напрягся. Он явно понятия не имел, что это был убийца, охотившийся на Сэла, пока не услышал акцент.

– Отпусти его, – сказала Скарлетт. – Он спас мне жизнь.

Дэнни не обратил на нее внимания.

– Мне сказали, что ты здесь, – сказал он, направляясь к ирландцу. – Я думал, ты уже давно сделал ноги.

– Мы знакомы? – осведомился Фицджеральд.

– Нет. Но я знаю, кто ты такой.

– Мои поздравления. Это очень тесный круг, – бросил ирландец и хотел снова повернуться к лесу.

Дэнни вскинул оружие:

– Ты никуда не пойдешь, говнюк.

– Что такое?

– Брось нож, – скомандовал Дэнни, указывая на мачете, которое ирландец вытащил из трупа Рэмбо.

– Что ты собираешься делать? Пристрелишь меня?

– Я сказал, брось!

Фицджеральд отшвырнул нож в грязь.

– Хорошо, – сказал Дэнни и поставил пулемет на землю. – Теперь все будет по-честному.

– Ты собираешься со мной драться?

– Да.

– Но зачем? – удивленно спросил Фицджеральд.

– Потому что так хотел бы босс, – ответил Дэнни.

ГЛАВА 37

Фицджеральд не знал этого человека, но если тот хотел драки, что ж, пусть… Противник был крепок на вид и держался как профессиональный солдат. Акцент выдавал в нем израильтянина, значит, вероятнее всего, он из Моссада. На меньшее Брацца не согласился бы. Фицджеральд понял, что не стоит его недооценивать.

– Красный Камень, верно? – осведомился противник.

– С домашним заданием ты справился.

– Меня зовут Дэнни Замир.

– Это должно меня поразить?

– Должен же ты знать имя того, кто тебя убьет.

Фицджеральд понял, что Замир бравирует больше для того, чтобы взбодрить себя, поднять свой боевой дух. Когда предстоит смертельная схватка, нужно настроиться на победу, иначе все будет кончено, так и не начавшись. Фицджеральд сейчас был именно в таком состоянии. Впрочем, как и всегда.

Они начали кружить, будто боксеры, выжидая удобного момента для атаки. Вот Замир метнулся вперед, выбросив вперед правый кулак.

Фицджеральд отступил, уклоняясь от удара.

– А ты правша, – сказал он.

– Очень верное замечание.

– Это плохо.

– Да? Почему же?

– В рукопашной преимущество у левшей.

Замир снова сделал выпад, но Фицджеральд отбил удар и контратаковал, ударив ребром ладони чуть ниже локтя, прямо по лучевому нерву, выведя из строя руку соперника. Почти одновременно он ткнул большим пальцем левой руки в левое плечо Замира, заставив онеметь и вторую руку. Но Замир оказался крепким орешком и с разворота ударил Фицджеральда ногой, метя в ребра. Фицджеральд в последний момент успел вскинуть руки и отбить атаку.

Они разошлись в стороны.

– Неплохо для старика, – сказал Замир, вращая плечами, чтобы вернуть чувствительность рукам.

– Неплохо для еврея, – парировал Фицджеральд.

Замир бросился вперед, видимо решив, что сможет измотать более пожилого противника постоянными яростными атаками. Фицджеральд увернулся влево, одновременно ударив кулаком по затылку противника. Рванув его голову вниз, он одновременно вскинул вверх колено.

Затрещали зубы.

Замир отшатнулся, оглушенный. Из разбитого рта текла кровь. Фицджеральд наконец перешел в контратаку. Он снова ударил Замира сбоку по шее кулаком, отбрасывая его назад. Но самоуверенность подвела ирландца. Когда он пошел в решающий натиск, чтобы добить противника, Замир, каким-то образом еще не утративший способности сопротивляться, коротким хуком в солнечное сплетение едва не вышиб из него дух.

Они снова разошлись, тяжело дыша.

Замир провел ложную атаку слева, а потом рванулся вправо, сближаясь с противником, и локтем ударил Фицджеральда снизу вверх в челюсть, оглушив его. Он попробовал ударить локтем еще раз, целя в лицо, но Фицджеральд предугадал его намерение, развернулся на месте и оказался за спиной Замира. Он схватил противника за ворот и рванул назад, одновременно нанося короткий удар кулаком по левой почке. После этого ударом сзади под колено сбил Замира с ног.

Но прежде, чем Фицджеральд успел навалиться сверху, Замир провел подсечку, угодив по израненным голеням Фицджеральда. Тот вскрикнул и тоже рухнул рядом.

Замир тут же оказался сверху, молотя Фицджеральда кулаками по лицу.

Фицджеральд услышал треск носовых хрящей, в глазах потемнело. Из последних сил он схватил Замира за волосы и рванул его голову вниз, одновременно выставляя навстречу собственный лоб, и впечатал «шотландский поцелуй» прямо между глаз противника.

Замир всхрюкнул и обмяк. Фицджеральд перевернул его и теперь оказался сверху. Он занес левый кулак, собираясь покончить с дракой…

В этот момент кто-то врезался ему в бок, и Фицджеральд распластался в грязи.

ГЛАВА 38

Пока Дэнни дрался с ирландцем, Скарлетт сидела в стороне, не зная, кому из них она желает победы. Дэнни, безусловно, был на ее стороне. Он помог бы им выбраться из этой богом забытой дыры. Но, с другой стороны, ирландец спас ей жизнь, и об этом она тоже не забывала.

Гром, наконец более или менее пришедший в чувство, устроился рядом. Широко раскрытыми глазами он в недоумении смотрел на беспощадный поединок.

– Кто они? – спросил он, кивнув в сторону дерущихся.

– Ирландец и начальник охраны Сэла.

– Ирландец? Который из них?

– Тот, что постарше, в черном…

Гром без раздумий бросился вперед. Скарлетт увидела, что он подобрал мачете, брошенное ирландцем.

– Гром! – крикнула она. – Нет!

Фицджеральд уже оказался сверху и собирался прикончить Дэнни, когда Гром врезался в него, будто сумасшедший регбист, и они оба проехали по грязи метра полтора. Гром оседлал ирландца и занес мачете над головой.

– Нет! – снова крикнула Скарлетт.

Гром на мгновение отвлекся.

И тут искалеченные ноги Фицджеральда взметнулись вверх, обхватив шею Грома сзади и сомкнув голени под его подбородком. Ирландец извернулся всем телом, стряхивая с себя нападавшего Мачете отлетело далеко в сторону.

Лицо Грома покраснело. Он с трудом дышал.

Скарлетт схватила с земли ближайший автомат, направила его в воздух и нажала на спусковой крючок. С полдюжины пуль устремились в небо оглушительной очередью, отчего тело девушки содрогнулось так, что она едва не выронила оружие. Опомнившись, она направила ствол на ирландца.

– Отпусти его! – скомандовала она.

Фицджеральд лишь посмотрел на нее. Гром продолжал биться, пытаясь вырваться из смертельного захвата.

Скарлетт дала еще одну очередь в воздух, на этот раз более короткую.

После томительно долгого ожидания Фицджеральд расцепил ноги и, откатившись в сторону, присел на корточки. Одной рукой он держался за левый бок, в который врезался Гром. Дождь смыл грязь, которой было покрыто его лицо, и теперь Скарлетт увидела, что у него сломан нос, а под глазами наливаются уродливые пурпурные круги. Поперек горла извивался белый шрам.

Гром, потирая горло, поднялся на колени. По правую руку от него зашевелился Дэнни, приходя в себя. «Проснись и пой!» – пришла в голову Скарлетт строчка из какой-то песенки. Заметив Фицджеральда, присевшего на корточки чуть в стороне, Дэнни тут же повернулся к нему, словно собираясь продолжить прерванный бой.

Скарлетт направила автомат на него.

– Не двигайся, Дэнни, – сказала она.

– Это же убийца, – ответил ей Дэнни, не сводя глаз с ирландца. – Он здесь, чтобы убить Сэла.

– Я знаю.

– Тогда почему держишь меня на мушке? Дай мне убить засранца.

– Он спас мне жизнь.

– Ты слышала, что я сказал?

– А ты слышал, что сказала я? – Она снова перевела автомат на ирландца. – Зачем ты это сделал? – спросила она, моргая, чтобы стряхнуть с глаз капли дождя. – Почему ты мне помог?

Тот ничего не ответил.

Гром поднялся на ноги, чуть пошатнулся, но устоял. Он посмотрел на Дэнни, потом на Фицджеральда:

– Вот это я понимаю – «все сложно»…

– Гром, там, в церкви, есть спутниковый телефон, – сказала Скарлетт. – Лежит на алтаре. Можешь его принести? Еще там в одном из крыльев я видела веревку. Ее тоже принеси.

Гром кивнул и зашагал прочь.

– Дай мне автомат, Скарлетт, – попросил Дэнни и шагнул к ней.

Она снова перевела ствол на него, заставив остановиться.

– Ты его убьешь, – сказала она, бросив взгляд на ирландца, который по-прежнему сидел на корточках, внимательно наблюдая за происходящим и прикидывая возможности.

– А есть выбор? – спросил Дэнни.

– Мы его свяжем. Возьмем в плен.

– Он слишком опасен. Не стоит так рисковать. Дай мне автомат. Можешь не смотреть.

– Нет, – покачала головой она. – Больше никто не умрет. Никто.

Блеснула молния, заливая черное небо ярким светом. Дэнни провел ладонью по мокрым волосам.

– Дай мне хоть пулемет взять.

– Ты не станешь в него стрелять?

– Без твоего приказа – нет.

Скарлетт понимала, что вечно играть в миротворца не получится, поэтому неохотно согласилась. Дэнни поднял пугающего вида пулемет из грязи и повесил лямку на плечо так, чтобы можно было стрелять от бедра. Он навел ствол на Фицджеральда. Скарлетт задержала дыхание, ожидая выстрелов. Но их не последовало. Через минуту вернулся Гром с веревкой и связал ирландцу руки за спиной. Скарлетт наконец опустила автомат и расслабилась, почувствовав, что хищник наконец-то оказался в клетке.

– А где телефон? – спросила она у Грома.

– Не нашел. Стена обвалилась и засыпала алтарь.

– Мы можем его откопать?

– Без вариантов. А даже если и сможем, думаю, его раздавило в лепешку.

– Значит, пойдем пешком, – сказал Дэнни.

Скарлетт покачала головой:

– На корабле остались террористы.

– Они мертвы, – сказал в пространство Фицджеральд.

– Полагаю, это ты их убил? – спросил Дэнни.

– Верно полагаешь. А я предлагаю двигаться. Как я уже говорил, там, где есть одна группа повстанцев, могут быть и другие. Они могли услышать взрыв. Тогда скоро будут здесь.

От этих слов Скарлетт похолодела. За этот день она уже несколько раз обманула смерть, и ей совсем не хотелось снова испытывать судьбу.

Дэнни подобрал мачете и сказал:

– Пойдем прямо на юг и постараемся не отклоняться в сторону, пока не дойдем до реки.

– Вообще-то, – заметил Фицджеральд. – Надо идти на юго-восток.

– Он прав, – Скарлетт достала подвеску-компас. – Думаю, это нам не помешает.

Дэнни кивнул:

– Хорошо. Следи за направлением.

Он рывком поднял ирландца на ноги и толкнул вперед:

– Давай, иди. Я следом. Скарлетт, ты – за мной, а…

– Гром, приятель.

– Гром, ты – замыкающий.

– Хорошо, – сказала Скарлетт. – Только сначала, Гром, пожалуйста, позаботься о теле Сэла. Положи… – она едва не сказала «что осталось», но вовремя поправилась: – Положи его в огонь. Кремируй.

Она предложила бы и свою помощь, но поняла, что не сможет смотреть на то, что осталось от мужа.

Гром ушел исполнять ее просьбу. Вернувшись через несколько минут, он мрачно кивнул, словно говоря, что дело сделано. Дэнни с каменным лицом толкнул ирландца вперед, и они направились в сторону стоящих плотной стеной зеленых дебрей.

Скарлетт последовала за ними, борясь с почти непреодолимым желанием оглянуться на костер. По ее грязным щекам стекали слезы.

Они медленно брели по сырым джунглям. Полог листвы не пропускал прямые струи дождя, но Скарлетт и так уже давно вымокла до нитки и продрогла. Она сосредоточенно шла, стараясь аккуратно ставить ноги в одну прямую линию и ни о чем не думать, хотя мысли бились в голове с такой силой, что не обращать на них внимания было невозможно.

В последний раз она чувствовала себя такой потерянной, напуганной и жалкой в тот день, когда женщина из органов опеки появилась в школе и сообщила, что сегодня мама за ней не придет – никогда больше не придет (лишь годы спустя она узнала, что в тот день ее мать повесилась на электрическом проводе, привязанном к качелям на заднем дворе). Только тогда, много лет назад, Скарлетт еще обладала детской стойкостью, поразительной способностью ребенка забывать плохое и жить дальше. Теперь… что ж… теперь ей казалось, что она никогда не забудет сегодняшний день. Как можно такое забыть? Против воли перед глазами представало изувеченное тело Сэла, грубо разрывая ту завесу нереальности происходящего, которая окутывала ее с самого момента его смерти.

«Я никогда больше не увижу тебя в костюме от Уильяма Фьораванти, – подумала она, понимая, что думать об этом сейчас нельзя, но не имея сил остановиться. – Никогда больше не буду поддразнивать, что ты похож на гангстера. Никогда не увижу возбуждения и гордости в твоих глазах, когда ты рассказываешь о своих гостиницах».

Какой же мелочью теперь, после всего произошедшего, казалась та мимолетная интрижка…

Наконец они выбрались из девственных джунглей на заросшую вырубку, но тропинку, по которой шли сюда, им найти не удалось. Дэнни пришлось воспользоваться мачете, чтобы пробивать новый путь через густую тропическую растительность. Когда Скарлетт уже начало казаться, что они безнадежно сбились с пути, впереди показалась речка: та самая, которая чуть не унесла ее в прошлый раз.

– Слава богу! – выпалила она. – Значит, мы всего в двадцати или, может, тридцати минутах пути от большой реки.

– Отлично, – сказал Дэнни. – Но на экваторе темнеет быстро. У нас мало времени.

Фиц джеральд, не проронивший ни слова с тех пор, как они покинули развалины городка, шагнул в воду первым. Дэнни последовал за ним. Гром взял Скарлетт за руку, и они пошли вброд вместе по грудь в воде. Оказавшись на другом берегу, Гром остановился, чтобы немного отдышаться.

– С тобой все в порядке? – спросила Скарлетт, понимая, что он все еще страдает от того же недомогания. – Отдохнуть не нужно?

– Все в порядке.

Она бросила взгляд на ранку на его запястье.

– Дома меня кусали водяные пауки, – пояснил он. – А вот вдовы раньше никогда.

Скарлетт была потрясена. Черная вдова? В ее саду в Лос-Анджелесе эти твари иногда попадались, и она сразу же их убивала. Их яд редко мог привести к смерти, но без лечения последствия укусов могли быть очень тяжелыми.

– Вчера вляпался прямо в ее паутину, когда ходил, прошу прощения, отлить.

– Уверен, что это была она? Черная вдова?

– Не. Бурая. У нее яд вдвое сильнее.

– Ты же сказал тогда, что не знаешь, кто это был.

Он пожал плечами, одновременно ребячливо и робко:

– Наверное, просто не хотел никого тревожить.

Они едва не врезались в спину Дэнни, не успев сообразить, что тот остановился.

– В чем дело? – спросила Скарлетт.

– Его спроси, – Дэнни кивнул на ирландца.

– Что там? – потребовала она ответа.

Фицджеральд повернул к ней бледное, ничего не выражающее лицо:

– За нами следят, – просто ответил он.

Скарлетт похолодела и принялась озираться по сторонам. Но не видела вокруг ничего, кроме смутных зеленых и серых пятен.

– Повстанцы? – спросил Гром.

Фицджеральд покачал головой:

– Леопард. Причем здоровенный. Я заметил следы по пути сюда.

– Ты его видел? – спросила Скарлетт у Дэнни.

– Нет. Я следил за ним, – он качнул головой в сторону ирландца. – Не за лесом.

– Может, зверю просто любопытно? – предположил Гром.

– Леопарды – настоящие оппортунисты среди хищников, – пояснил Фицджеральд, усмехнувшись. – Они охотятся на кого угодно, от мотыльков до крокодилов. Если он решит, что сможет с нами справиться, то попробует.

– Мы уже недалеко от реки, – сказала Скарлетт. – Давайте просто двигаться дальше.

Все согласились с ней и пошли вперед. Скарлетт пожалела, что не взяла с собой автомат. Но он казался лишним, учитывая то, что пулемет Дэнни, судя по виду, был способен остановить даже слона. Гром тоже не взял оружие, сославшись на слабость.

Дэнни снова остановился. Он прижал палец к губам и тихо указал направление. Сначала Скарлетт ничего не увидела, но потом заметила на фоне листвы чуть более темное, черное пятно и вскоре различила голову и вытянутое тело крупного животного.

Спустя мгновение оно скрылось из вида.

– Это был не леопард, – тихо сказала Скарлетт. – Он совершенно черный.

– Это называется меланистической формой, барышня, – пояснил Фицджеральд.

– Как-как?

– Меланизм – генетическая мутация, противоположная альбинизму. Дает преимущество для выживания в сумеречных джунглях. Таких животных еще называют пантерами.

– Очень познавательно, – с цинизмом бросила она. – От нас-то ему что нужно?

– Разве не очевидно? – печально поднял взгляд ирландец. – Он голоден.

Впереди хрустнула ветка. Дэнни заставил Фицджеральда встать на колени, чтобы тот не попробовал сбежать, потом направил ствол в сторону источника шума.

– Это его остановит? – спросила Скарлетт.

– Это его разнесет в клочья, – сказал Дэнни. – Но, думаю, хватит и предупреждения. Кто хочет, заткните уши.

Он надавил на спусковой крючок… И ничего не произошло. Нахмурившись, Дэнни проверил пластиковый короб в нижней части пулемета с лентой латунных, с зелеными кончиками, патронов и выругался:

– Приемник раздавлен всмятку. Наверное, еще когда вертолет упал.

Фицджеральд расхохотался. У Скарлетт отвисла челюсть.

– То есть он не работает? – спросила она.

– Нет.

– Починить сможешь?

Ответить он не успел. Леопард наконец перестал скрываться и выскочил из кустов. Приземистый черный силуэт, на котором выделялись лишь желтые глаза, белые зубы и розовый язык. Скарлетт схватила левой рукой Дэнни, правой – Грома. Ирландец остался на коленях перед ними.

– Не бегите! – крикнула она, лихорадочно вспоминая, что говорил ей Купер в Серенгети. – Делайте что угодно, только не бегите!

Леопард не сбавлял ход. Она почувствовала, как напряглись Дэнни и Гром.

– Верьте мне! Только не…

Дэнни вырвался и побежал. Леопард метнулся в сторону и устремился в джунгли вслед за ним.