Текст книги "Перекрестки миров. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Джек из тени

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Глава 15

Корнев выдернул руку. Кости чудом не хрустнули, но запястье ощутимо заныло. Капитан бросил быстрый взгляд на своих парней. Трое сбежавших разведчиков лежали на мерзлой земле, плотно стянутые пластиковыми хомутами по рукам и ногам. Под действием лошадиной дозы транквилизатора Ланцета они пускали слюни в мох, тяжело и хрипло дыша. Тащить эти девяностокилограммовые туши, обвешанные броней и боекомплектом, по ночному лесу, да еще и под огнем – та еще задача для суицидников.

– На подходе мои люди, – произнес Корнев. – Предлагаю немного отступить. Принимать бой на их условиях в этой лощине – глупо. Там дальше, метрах в четырехстах, мы проходили отличную позицию. Хоть какая-то высота, поваленные стволы и узкая горловина между каменными выходами. Продержимся, пока броня не подтянется.

Гигант с нескрываемым сомнением посмотрел на капитана. В его картине мира отступление явно не стояло на первом месте в списке тактических решений, но перспектива попасть под концентрированный удар десятка боевых магов тоже не вызывала энтузиазма. Орди шумно втянул воздух огромным носом, оценивая запахи, и наконец медленно кивнул.

– Веди, безволосый.

Сводный отряд пришел в движение мгновенно. Корнев распределил сектора, Леший тут же подхватил под мышки одного из спящих беглецов. Лейтенант натужно крякнул, пытаясь закинуть обмякшее тело себе на спину. Бронежилет, разгрузка и спадающая голова товарища категорически не хотели фиксироваться в удобном положении. Димон и Татарин возились с двумя другими.

Внезапно один из гигантов, шедший замыкающим, молча подошел к Комарову. Аштари легко, словно пустой вещмешок, перекинул безвольное тело разведчика прямо в бронежилете себе на левое плечо.

– Так быстрее, – коротко произнес мощный дядька, ускоряя шаг. Двое других аштари проделали тот же маневр с остальными спящими бойцами. Человеческие тела на их огромных плечах смотрелись как детские рюкзаки.

Корнев лишь одобрительно кивнул. Скорость сейчас решала всё.

Они спешно покинули место стычки. Леший, отходя последним, успел соорудить из подручных средств парочку растяжек. Тонкие синтетические нити легли поперек удобной тропы, скрывшись в слое опавшей листвы.

Группа двигалась след в след, стараясь не ломать сухие ветки. Минут через пять позади, откуда-то из глубины леса, раздался глухой, раскатистый взрыв.

– Красиво идут, – пропыхтел Леший, шагая следом за капитаном. – Прямо по учебнику. Торопятся, раз под ноги не смотрят.

– Или пускают вперед мясо в качестве трала, – Корнев не оборачивался, контролируя маршрут через ПНВ.

Вскоре бойцы вышли к нужной точке. Это был естественный рубеж обороны: старое русло высохшей речки, зажатое между двумя высокими, каменистыми склонами. По центру лежал исполинский ствол давно рухнувшего дерева, образуя отличный бруствер. Слева и справа подходы ограничивали густые, колючие заросли местного кустарника, продраться сквозь которые без шума было нереально.

Разведчики тут же разошлись по позициям. Татарин лег за правым краем ствола, Соколов вскарабкался по соседнему стволу вверх, занимая точку с хорошим обзором. Спящих бойцов аккуратно сгрузили в самое безопасное место – глубокую промоину за стволом.

Корнев повернулся к аштари, чтобы обсудить сектора обстрела, но слова застряли в горле.

Пятеро гигантов не стали прятаться за стволом вместе с людьми. Они рассредоточились чуть впереди, среди деревьев и кустарника. Смолин, висевший на частоте, восхищенно присвистнул в наушник.

– Ты глянь, кэп… Эти жлобы реально растворяются!

Капитан наблюдал за процессом своими глазами. Здоровяки замерли, прижавшись спинами к толстым стволам или опустившись на колено возле валунов. И в этот момент их маскировка начала действовать. Это не было просто накинутыми на плечи ветками. Куски мха, травы и коры, закрепленные на их куртках, вдруг начали мелко мерцать. Края силуэтов размывались, цвета сливались с окружающим фоном. ПНВ сходил с ума, пытаясь сфокусироваться на фигурах, которые буквально впитывали в себя текстуру леса.

– Предаторы хреновы, – усмехнулся Леший, поудобнее перехватывая свой Вал. – Если бы не знал, что они там сидят, в упор бы не заметил. Местная мимикрия в действии. Да и вообще, кэп! Вокруг таких заборы строят! Ты видел эти ручищи⁈ Прикинь, что будет, если дать ему в руки Печенег Гвоздя⁇

– Асташко будет рыдать за потерянный пулемет? – усмехнулся капитан.

– Это тоже, – хмыкнул Леший, – но я про огневую мощь сейчас. В его руках пулемет смотреться будет, как в моих Кедр, тупо игрушка для взрослых.

Орди, слившийся с огромным пнем в десяти метрах от позиции Корнева, чуть повернул голову. Его глаза тускло блеснули из-под шлема.

– Пройдут мимо дерева, – гигант указал взглядом на приметный кривой ствол деревца метрах в пятидесяти впереди. Его голос звучал как шелест сухой листвы, не разносясь дальше нужного радиуса. – Мы вступим в бой, чтобы сейчас вам не мешать. Будем бить в бок и в спину, когда вы свяжете их спереди.

Корнев одобрительно кивнул. Здоровяк соображал быстро. Он понял, что огнестрельное оружие разведчиков идеально работает на дистанции, и решил не лезть под перекрестный огонь раньше времени.

Лес затих. Наступило то самое ожидание, когда слышишь биение собственного сердца. Прохлада пробиралась под форму, но никто не смел пошевелиться.

Смолин, рассекая ночное небо на своем разведчике, работал как заправский передовой наводчик. Его голос в наушниках звучал сосредоточенно, перекрывая легкое шуршание помех.

– Наблюдаю искажения по фронту, кэп, – рапортовал лейтенант. – По ходу, по вашу душу идут маги под маскировочными барьерами или местные разведчики под иллюзиями. Чуть дальше за ними, метрах в ста, ползет основная масса. Примерно больше полсотни ушастых. Идут медленно, широким фронтом. Видимо, не хотят больше ловить пулю лбом или осколки на растяжках. Обнюхивают каждый куст.

– Сможете ФПВшками сработать? – тихо спросил капитан, не отрывая взгляда от сектора обстрела.

– Прицельно будет очень сложно, – уныло, с ноткой профессиональной обиды ответил Смолин. – Много препятствий. Кроны здесь густые, ветки переплетены. Сигнал рвется, картинка сыплется пикселями. Если начнем пикировать, скорее всего, соберем стволы до того, как долечу до их голов.

– Давай, как сможешь, – приказал Корнев. – Загоняй их с флангов. Все равно кого-то заденешь, а главное – посеешь панику и сломаешь им строй. Когда начнется штурм, работаете по готовности.

Вскоре капитан стал различать едва уловимое движение. Едва уловимый треск сухой ветки, неестественное колыхание травы. Малораны крались профессионально, но их было слишком много, чтобы пройти абсолютно бесшумно, не потревожив окружение. Эйрин начала медленно доставать клинки из ножен, но под пристальным взглядом капитана так же медленно убрала обратно, смирно сидя за корягой.

Недалеко от Лешего, контролирующего правый фланг, громко хрустнула ветка. Кто-то из ушастого авангарда оступился.

Лейтенант не стал ждать приглашения. Очередь из автомата вспорола тишину. Из маскировочного марева с глухим стоном вывалились двое ушастых. Тяжелые пули прошили легкие доспехи, словно фольгу. Оптические иллюзии мгновенно рассеялись, обнажив мертвые тела на прелой листве.

Леший тут же сорвал кольцо на гранате и закинул гостинец, снимая второй маскировочный барьер перед позицией разведчиков. Осколки посекли все вокруг, заставив наступающих малоранов залечь на землю.

И тут же застрекотали очереди. Корнев, Татарин и Димон открыли подавляющий огонь по силуэтам, мелькающим среди деревьев. Ушастые ответили. В сторону бруствера полетели обычные и светящиеся стрелы. Одна из них ударила в ствол перед Корневым, мгновенно покрыв древесину коркой искрящегося льда. Температура вокруг упала градусов на десять, изо рта повалил густой пар.

Аштари, слившиеся с лесом, терпеливо ждали. Они не шевелились, пропуская мимо себя первые линии ушастой пехоты, которые рвались к позициям разведчиков. Когда бойцы Корнева чуть сбавили темп, переходя на одиночные выстрелы для экономии боекомплекта, гиганты вступили в игру.

Все пятеро синхронно поднялись из своих укрытий. Идеальный камуфляж осыпался с их брони. Они не стали рубить мечами вслепую. Аштари выстроились в ровную, непреодолимую стенку, сомкнув свои огромные, окованные железом щиты, перекрывая группе ушастых пути отхода, отрезая авангард от основных сил.

Маги малоран, поняв, что попали в клещи, перенесли огонь на новую, более массивную цель. В стену щитов ударили сгустки концентрированного пламени и шипящие молнии. Обычного человека такая магия испепелила бы вместе с бронежилетом, но аштари лишь крякнули от натуги, упершись ботинками в землю. Металл их щитов светился от перегрева, но держал удар.

Противный, высокочастотный визг летящего на высокой скорости дрона привлек внимание как гигантов, так и малоран. Ушастые с тревогой начали задирать головы, выискивая источник звука.

– Держать строй! – крикнул Корнев во всю глотку. – Вспышка по фронту!

Несколько ФПВ-дронов, закладывая виражи между толстыми ветками, спикировали на скопление ушастых. Лейтенант и его операторы выжали из управления всё, пожертвовав двумя машинами, которые разбились о стволы, расчищая путь остальным, но три камикадзе достигли цели. Дроны ударили точно по правому флангу малоранов, где концентрировались маги.

Грохнули термобарические взрывы. Воздух в лощине выгорел, ударная волна разметала ушастых, как сухие листья. Огненные шары осветили ночной лес, выхватив перекошенные от ужаса лица ушастых солдат. На фоне затихающего гула взрывов вдалеке стал отчетливо слышен надрывный рев тяжелых дизельных двигателей.

Ушастые, явно действовавшие на опыте прошлых стычек, поняли, что ловить здесь больше нечего. Одно дело воевать с пехотой, и совсем другое – попадать под мясорубку крупного калибра, от которого не спасают ни деревья, ни заклинания. Малораны начали быстро откатываться в глубину леса, стараясь уйти из возможного сектора.

Орди опустил дымящийся щит. Гигант тяжело дышал, его борода покрылась инеем от ударной магии малоран. Он посмотрел на подъезжающие железные коробки «зеленых», изрыгающие смерть, и уважительно хмыкнул.

Обратный путь в город кошаков напоминал поездку в кузове грузовика, доверху набитом металлоломом. Пока грузовик подпрыгивал на ухабах лесной дороги, Корнев решил прояснить ситуацию. Капитан достал фляжку, сделал глоток воды и протянул ее гиганту. Орди не отказался.

– Вы, я смотрю, не сильно жалуете ни ушастых, ни местных хвостатых, – начал Корнев разговор, перекрывая гул трансмиссии. – Живете сами по себе?

Орди вернул фляжку, вытерев усы тыльной стороной руки.

– Жили, – глухо поправил здоровяк. – Наши земли лежат чуть дальше. На предгорьях и в самих горах, там, где камень встречается с небом. Мы – аштари. Первые хозяева Великого Леса, человек. Когда-то наши прапрадеды охотились здесь, не спрашивая разрешения. А потом кто-то выгнал этих блохастых кошек из степей, и они приперлись сюда.

Гигант презрительно скривился.

– Хвостатые плодятся как кролики по весне. И жрут всё, что не прибито к земле. Сожрали половину всех видов зверья, до которых смогли дотянуться. А вторую половину не сожрали только потому, что мы начали бить их по башке и загонять обратно в чащу. С тех пор и держим вооруженный нейтралитет. Они не лезут в горы и опоясывающие горы леса, мы не подходим к деревянным городам, пока хвостатые не наглеют.

– А малораны? – Корнев внимательно слушал, мотая информацию на ус. Политика этого мира обрастала новыми, крайне интересными подробностями.

Орди горестно вздохнул, звук получился похожим на работу кузнечных мехов.

– Только этих остроухих ублюдков не хватало для полного счастья. Малораны дошли до наших пограничных поселений всего пару раз. Решили, что горы – это легкая добыча. Мы преподали им урок. У нас крепкие стены и узкие тропы, а в ближнем бою ушастые против нас – словно щенки. Знатно огребли и больше крупными силами не лезли.

Корнев покачал головой. Картина складывалась паршивая.

– Боюсь, Орди, ваша спокойная жизнь в горах заканчивается, – капитан посмотрел прямо в глаза гиганту. – Ил’да не просто так собрала Большой Совет. Лес горит по краям. Ушастые выдавливают кошаков с востока. А на юге стоит Рим, который только и ждет момента, чтобы откусить кусок пожирнее. Хвостатые зажаты в тиски. Они уже предложили нам разработку ваших рудников в предгорьях в обмен на защиту.

Лицо Орди потемнело. Густые брови сошлись на переносице, образовав глубокую складку. Гигант медленно сжал огромные кулаки.

– Значит, старая карга решила торговать тем, что ей не принадлежит, – пророкотал аштари. – Она думает, раз вы пришли со своими железными повозками, то мы подвинемся?

– Мы не собираемся воевать с вами за горы, – Корнев поднял руки в примирительном жесте. – Нам нужна руда, вам – спокойствие на границах. Если малораны сожгут лес, следующими будете вы. Римляне тоже не остановятся. Мы можем договориться. Тем более я не предлагаю решать все здесь и сейчас!

Орди долго молчал, глядя в пол грузовика. До него доходила простая истина: буферная зона в виде кошачьих владений трещит по швам. Изоляция больше не работает.

– Поговорим, – наконец кивнул гигант. – Когда доберемся до этой ведьмы.

Колонна въехала на центральную площадь города кошаков под утро. Великое Древо возвышалось над ними мрачной, неприступной громадой.

Корнев первым выпрыгнул из машины, разминая затекшие ноги. За ним спустился Леший, потягиваясь до хруста в позвоночнике. Эйрин выскользнула из Тигра, настороженно оглядываясь. Бойцы начали оперативно выгружать из десантного отделения троих беглецов, которые до сих пор пребывали в глубоком медикаментозном сне.

Ил’да ждала их на площади. Старейшина стояла, опираясь на посох, в окружении своей гвардии. На ее лице читалось напряженное ожидание. Хвостатая считала каждую машину, каждого солдата, выходящего из брони. Когда она увидела живого Корнева, ее плечи едва заметно опустились – явно выдохнула с облегчением.

Тент грузовика, шедшего следом за головной машиной, откинулся. Из кузова, тяжело ступая на землю, один за другим начали выпрыгивать пятеро гигантов в тяжелой броне, последним выбрался Орди. Аштари выпрямились во весь рост, возвышаясь над людьми и кошаками как ожившие каменные изваяния. Они молча, с нескрываемым пренебрежением осматривались вокруг. Бойцы Корнева продолжали заниматься своими делами, совершенно не обращая внимания на трехметровых гостей, что еще больше ломало шаблоны местным жителям.

Орди коротко кивнул Корневу и тяжелым, размеренным шагом, от которого чуть подрагивал деревянный настил площади, двинулся прямо к Ил’де. Гвардия кошаков напряглась, перехватывая оружие, но старейшина резким жестом приказала им стоять на месте.

Глаза старухи расширились. Она смотрела на приближающегося гиганта так, словно перед ней возник призрак из самого мрачного прошлого.

– Только этого не хватало в моем лесу! – искренне простонала старейшина, забыв про всю свою дипломатическую выдержку. – Я думала, ты давно сдох, Орди!

Гигант остановился в трех шагах от нее. Он скрестил мощные руки на груди и оскалился в жесткой, совершенно недоброй усмешке, обнажив крупные зубы.

– И тебе не хворать, старая карга, – пробасил Орди, глядя на Ил’ду сверху вниз. – Смотрю, ты всё так же плетешь интриги, раздавая чужие земли направо и налево. Я пришел узнать, с каких это пор кошки решили, что предгорья принадлежат им?

Корнев, стоя чуть в стороне, достал сигарету и с удовольствием закурил. Капитан смотрел на вытянувшееся лицо Ил’ды, на напряженного Орди и понимал, что геополитика в этом проклятом мире только что вышла на совершенно новый, искрящийся уровень. И ему эта игра начинала чертовски нравиться.

Глава 16

Следующий день начался не с привычного урчания дизелей, а с тяжелого, ритмичного рокота, который накатывал с неба. Звук дробился о стволы Великого Древа и заставлял местных жителей в панике жаться к деревянным стенам своих жилищ.

В разрыв между исполинскими кронами медленно опускались два транспортных Ми-8. Вертолеты зависли над широкой расчищенной площадкой, подняв тучу пыли и древесной трухи. Пилоты ювелирно посадили тяжелые машины, колеса шасси мягко коснулись дощатого настила, который угрожающе скрипнул, но выдержал вес.

Корнев стоял в стороне, прикрывая глаза от летящего мусора. Рядом мрачной статуей возвышался Ланцет. Боковые створки ближайшего вертолета распахнулись. Оттуда выпрыгнули двое крепких парней.

– Грузим, живо! – рявкнул Ланцет, перекрывая свист турбин.

Троих ошпаренных ментальной магией бойцов выносили по одному. Лица ребят были бледными, рты полуоткрыты, глаза закатились. Никто не знал, какие необратимые изменения произошли в их мозгах после того, как оборвалась искусственная привязанность.

– Я накачал их химией под самую завязку, командир, – Ланцет подошел к капитану. – До госпиталя долетят, как бревна. А вот что с ними будут делать наши мозгоправы – хрен его знает. У нас протоколов лечения от магической шизофрении в справочниках нет.

Один из вертолетов оторвался от площадки и тяжело ушел вверх, быстро превратившись в темную точку на фоне светлеющего неба. День обещал быть тихим, но только не для Корнева.

В дальнем конце отведенного под казармы помещения громко и с выдумкой ругались Казанова и Смолин. Связист и командир взвода БПЛА напоминали двух бурлаков на Волге. Они тянули за собой тяжелую катушку с кабелем. С барского плеча большого начальства роте выделили воздушный ретранслятор дальней связи. Штука дорогая, капризная, но необходимая для прямого и устойчивого канала с бригадой в условиях гигантского леса.

– Я манал эти джунгли! – прохрипел Казанова, выпутывая ногу из узловатого корня. – Командир, скажи мне, почему мы тянем эту хрень на самую высокую ветку, а не эти пушистые спецназовцы? У них когти есть!

– Потому что это секретная аппаратура связи, Игорь, – Корнев подошел ближе, с интересом наблюдая за мучениями подчиненных. – А еще потому, что ты связист. Это твой прямой функционал.

– Мой функционал – кнопки нажимать и в микрофон вещать! – огрызнулся Казанова, сдирая с лица паутину. – А тут натуральный промышленный альпинизм! Смолин, не тяни рывками, у меня сейчас позвоночник в трусы осыплется!

Лейтенант Смолин, пыхтя не меньше напарника, закрепил карабин на вбитом в кору костыле.

– Не ной, Игорек. Зато теперь у нас уютный деревянный каземат с прямой линией к родному начальству, и не только! Будем смотреть трансляции новостей.

Монтаж занял почти три часа. Когда парни, наконец, спустились, Корнев пригласил их в оборудованную под узел связи комнату. На отдельном столе стоял защищенный ноутбук, подключенный к терминалу.

Капитан ввел коды доступа. Экран мигнул, система запросила подтверждение шифрования, и спустя десяток секунд на дисплее появилось четкое изображение.

За столом сидел Асатьев. Дипломат выглядел свежее, чем во время их последней встречи на плацу. Строгий костюм, аккуратная прическа, ни следа усталости. Чуть в стороне, лениво развалившись в кресле и потягивая кофе из бумажного стаканчика, маячил майор Третьяков.

Допрос начался без прелюдий.

Три с половиной часа Корнева гоняли по одному и тому же кругу, меняя формулировки, углы захода и интонации. Асатьев спрашивал про политику, реакцию Совета, поведение Ил’ды. Третьяков вгрызался в детали ночного боя с ушастыми, оценивал габариты и боевой потенциал аштари, методично вытягивал из капитана поминутный хронометраж зачистки клана Ночных Теней и что могли по этой теме сопоставить хвостатые.

Корнев отвечал так, словно читал статью в учебнике, только каждый раз написанную другими словами. Он пил холодную воду, курил прямо в помещении и не поддавался на провокации особиста.

– … Итого мы имеем классический провал разведки и агентурной работы с стороны противника и недосоюзников, – Третьяков наконец поставил стаканчик на стол и подался вперед. Глаза майора довольно блестели. – Ушастые облажались с засадой. А хвостатые облажались с попыткой взять под контроль командира прикомандированного военного контингента. Великолепно.

– Не вижу поводов для радости, товарищ майор, – Корнев затушил сигарету. – У меня три бойца в состоянии овощей. А бабка, управляющая этим зоопарком, фактически провернула государственный переворот моими руками.

– В этом и суть, Алексей, – дипломатично вступил Асатьев. Он сложил руки домиком и слегка улыбнулся. – Потери – это трагедия. Но с точки зрения стратегии, хвостатые только что прострелили себе ногу. Переговорная позиция рухнула.

– Сначала пытаются надеть на твоих людей ошейники. Это акт агрессии. Затем выясняется, что нагло врали нам в глаза насчет своих соседей. Они скрыли наличие аштари – расы гигантов, способной делить элитную пехоту малоранов на ноль в ближнем бою.

– Старуха явно считает их минимальной проблемой, – заметил Корнев.

– Это ее личные проблемы и расовые предрассудки, – отрезал Асатьев. – Для нас важен факт. Ил’да не контролирует весь регион. У нее под боком серьезная сила, с которой она в контрах. И теперь мы это знаем. Но не станем давить на нее коленом прямо сейчас.

– Предлагаете спустить диверсию на тормозах? – капитан нахмурился.

– Ни в коем случае! Но и ломать кошаков рановато. Пусть аштари и хвостатые сцепятся как следует на дипломатическом фронте. Старуха сейчас в панике, она боится, что мы можем рассмотреть аштари, как основной план. А ты, капитан, должен сыграть на этом. Смотри по ситуации. Выжидай. А когда хвостатые окончательно увязнут в собственных интригах – бей по рогам и бери сто двадцать процентов годовых. Нам нужны идеальные условия для работы в регионе. Впереди знатный головняк с ушастыми, это лишь вопрос, когда мы снова схлестнемся широким фронтом. И нам нужен надежный тыл и четкая позиция перед руководством, что все это не зря.

Корнев кивнул. Логика пиджаков работала без сбоев. Цинично, жестко и эффективно. Особенно, когда придется отчитываться о потерях не техники, а личного состава в очень далекой стране, которой нет на стандартном глобусе. Оправдание большого количества двухсотых должно быть железобетонным и выражаться в серьезных материальных благах… Или огромной территории, куда не достанет ракетный удар с ядерной начинкой потенциального противника.

– Кстати, Алексей, – Асатьев слегка расслабил узел галстука, улыбаясь чуть шире. – Твой заказ сделали в кратчайшие сроки. Как в лучших домах ЛондОна и Парижа. Транспорт с грузом уже прошел арку, скоро будет у тебя.

На последних словах дипломата, Третьяков за его спиной расплылся в откровенно ехидной, издевательской ухмылке. Особист потер подбородок, явно предвкушая какое-то шоу. Корнев отвел взгляд от камеры.

– Все для дела, – буркнул капитан.

– Мы так и поняли, Алексей, – Асатьев кивнул. – Конец связи. Ждем отчетов по аштари.

Экран погас. Корнев захлопнул крышку ноутбука. Тишина в комнате давила на уши. Капитан потер лицо ладонями. Интриги, заговоры, тайные артефакты. Местная политика напоминала банку с пауками, куда он добровольно сунул руку.

Рация на поясе коротко щелкнула.

– Командир, это КПП, – раздался голос часового. – Тут делегация от местных. Просят аудиенции.

– Кто именно?

– Девочка-посыльная от главной ихней. От Ил’ды. Просит передать, что старейшина ждет Ключника на вечернее чаепитие.

Корнев посмотрел на часы. Вечер переставал быть томным.

* * *

Покои Ил’ды встретили капитана полумраком и густым ароматом травяных сборов. В этот раз никакой стражи ни внутри ни снаружи не было. Старейшина сидела за низким резным столиком из темного дерева. На ней была простая, домашняя одежда – свободная рубаха и мягкие штаны. Посох, символ ее теперь безграничной власти, скромно привалился к стене в углу. Перед кошкой стояли две деревянные чаши, от которых поднимался легкий пар.

– Проходи, Алексей. Садись, – Ил’да указала на подушку напротив себя. Голос старушки звучал мягко, почти по-родственному.

Корнев опустился на подушку, скрестив ноги. Ил’да подвинула к нему чашу.

– Местный сбор. Снимает усталость, проясняет мысли. То, что нужно после долгой беготни по лесу.

Капитан взял чашу. Напиток действительно оказался отличным – терпким, горячим, без приторной сладости. Он сделал глоток и прикрыл глаза, демонстрируя удовольствие. Старейшина наблюдала за ним поверх своей чаши, ее глаза ловили каждое движение человека.

Беседа потекла неторопливо. Ил’да действовала как опытный рыбак, методично стравливая леску. Она расспрашивала о климате в родных краях Корнева, говорила о темпах восстановления разрушенных кварталов города на Древе, жаловалась на урожай каких-то местных корнеплодов. Обычный треп двух соседей по даче.

Корнев поддерживал игру. Он пил чай, кивал в нужных местах и ждал.

– Знаешь, Алексей, – Ил’да поставила чашу на стол и сцепила пальцы в замок. – Сегодняшний Совет прошел… продуктивно.

– Да неужели, – хмыкнул капитан.

– Оппозиция перестала существовать, – спокойно констатировала старушка, проигнорировав сарказм. – Глава Ночных Теней больше не плетет интриги. Те, кто ее поддерживал, «осознали» свои ошибки. Великий Лес наконец-то обрел единство, о котором мы мечтали поколениями. Все счастливы.

– Счастье – понятие растяжимое…

– Неважно, как мы к этому пришли. Важен результат. Но есть одна проблема, – Ил’да чуть подалась вперед. – Единство нужно удерживать. Старые обиды забываются медленно…

Старушка замолчала, смотря на Корнева со смесью вопроса и надежды. Взгляд ее был настолько красноречив, что капитану стало почти смешно. Сказка выстраивалась идеальная: мудрая наставница передает бразды правления сильному, молодому вожаку, за которым стоит армия с огнестрелом. Идеальный фасад для марионеточного режима, где он будет отсвечивать на парадах, а Ил’да – дергать за ниточки из тени, хоть и рьяно утверждает обратное.

Корнев допил чай. Аккуратно поставил деревянную чашу на стол. Посмотрел на Ил’ду долгим, немигающим взглядом.

– Замечательная перспектива, Ил’да. Звучит как тост.

Старейшина уже приоткрыла рот, готовая разразиться заготовленной тирадой о долге, чести и великом будущем, но капитан перебил ее на полувдохе.

– Но ответь мне на один простой вопрос. Раз мы теперь такие близкие союзники… Отчего ты не соизволила сообщить нам, что у вас буквально под боком, в пешей доступности, живут суровые мужики под три метра ростом? Мужики, которые, к слову, запросто делят пополам элитную пехоту малоранов в прямом смысле этого слова. Вместе с магическими щитами и броней.

Ил’да осеклась. Ее челюсть щелкнула, закрывшись. Глаза сузились. Идеальный план старейшины только что наткнулся на риф. Она лихорадочно соображала, как вывернуть ситуацию, как объяснить этот колоссальный косяк. Ведь если начнет говорить правду, она слово в слово повторит риторику римлян о собственном народе – выставит аштари дикарями, не заслуживающими внимания.

Корнев сидел неподвижно. Он самозабвенно налил себе еще чая из чайника и начал пить маленькими глотками, буквально пронзая кошку взглядом. Он наслаждался моментом отчаяния оборзевшей старушки, которая поняла, что ее поймали на горячем.

– Им недолго осталось, – медленно, тщательно подбирая слова, произнесла Ил’да. Ее голос потерял былую теплоту, став снова деловым. – Я не упоминала о них, потому что они не представляют стратегической ценности. Уверена, аштари падут раньше нас, если вы оставите нас один на один с ушастыми и Римом.

– Поясни, – Корнев соизволил проявить интерес. – То, что я видел ночью, не похоже на умирающий вид. Пятеро гигантов раскатали три десятка малоранов, даже не запыхавшись.

– Думаешь, они все такие? – жестко, с явным отвращением усмехнулась Ил’да. – Огромные, сильные, быстрые? Чушь! Это сказки Орди. Его соплеменники по большей части – медлительные, тупые куски мяса. Неповоротливые горы мышц, способные разве что на простейшую работу.

Старушка презрительно фыркнула.

– Они могут ковырять камень в шахте. Могут таскать тяжелые блоки на стройке. Но как воины они деградируют. Процесс начался давно. С каждым годом он только ускоряется. Вскоре даже обычные для нас лесные хищники станут для аштари неразрешимой проблемой. Что толку от гигантской силы, если ты не можешь попасть по цели, а в голове у тебя гуляет ветер?

Корнев продолжал пить чай. Он уловил в голосе старейшины те самые нотки. Искренняя, незамутненная ненависть. Ил’да была не просто интриганкой. Она была местной нацисткой, готовой стереть в порошок любой вид, который считала недостойным или конкурирующим. Похоже, Орди ночью не соврал. Хвостатые действительно когда-то пришли на чужие земли и выжили хозяев, задавив их числом и хитростью. Интересно, а кто выгнал самих хвостатых ссаными тряпками из степей…

А теперь старейшина пыталась продать своих соседей людям, словно выбракованный скот. «Пусть ковыряют камень в ваших новых шахтах», выглядело это именно так.

Появление Орди откровенно радовало Корнева. Гигант вовремя вскрыл второе дно местной политики. Неприглядную сторону хвостатых, или, по крайней мере, тех, кто стоял у руля.

– Было бы у нас чуть больше времени… – Ил’да сжала кулаки, ее глаза блеснули огнем. – Мы бы сами решили проблему с их существованием. Но пришли ушастые.

– Что же, – Корнев поставил чашу. – Новости сплошь позитив, верно?

Он посмотрел на Ил’ду с такой иронией, что старейшина вздрогнула.

– Разумеется, Алексей, – старушка мгновенно взяла себя в руки, снова натягивая маску радушной хозяйки. Она поняла, что перегнула палку с откровениями. – Ситуация сложная, но мы справимся. Главное, что мы вместе.

Ил’да быстро, словно испугавшись, что капитан прямо сейчас встанет и выйдет в окно, сменила тему.

– Есть еще пара новостей для вас. Более приятных.

– Не люблю сюрпризы, если честно, – нейтрально ответил Корнев. – Слушаю.

– В честь объединения кланов и нашего союза состоится большой праздник, – заговорила Ил’да, ее голос снова стал мягким. – И воинский турнир для всех. Прибудет много гостей со всех концов леса. Это древняя традиция.

Она увидела скептический, откровенно скучающий взгляд капитана и тут же зачастила:

– Это необходимость, Алексей! Чтобы то, о чем я говорила чуть раньше – сильная рука и признание толпы – могло претвориться в жизнь. Народ должен видеть силу.

– Я не сказал «да» на ваше предложение о сильной руке, – холодно заметил капитан.

– Но и не сказали «нет», – парировала старушка, не отводя взгляда.

Корнев покрутил в пальцах пустую чашу.

– И в каком качестве я должен там присутствовать? Диковинным зверем на ярмарке выступать?

– Можно просто почетным гостем, – оживилась Ил’да. – Но можете поучаствовать сами. Или выставить команду из ваших людей. Это даже предпочтительнее. Турнир покажет кланам, что наша броня крепка, а союзники несокрушимы.