332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Дорис Лессинг » Шикаста » Текст книги (страница 2)
Шикаста
  • Текст добавлен: 17 сентября 2016, 20:09

Текст книги "Шикаста"


Автор книги: Дорис Лессинг






сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 24 страниц)

Так вот та конференция не пришла к определенным заключениям. Неясно было, к чему в конечном итоге приведет облучение. Сириус и Канопус согласились выжидать и наблюдать. Исследовали планету и обитатели Шаммат, хотя об этом мы узнали лишь позже.

Почти сразу наши наблюдатели сообщили о резком изменении видов. Особенно бурно мутировали обезьяны, причем наряду с уродливыми отклонениями появлялись и многообещающие. То же происходило и с растительностью, с насекомыми, с рыбами. Соблазненные уникальными возможностями планеты, мы назвали ее Роандой, что означало «плодородная, цветущая, изобильная».

Однако поверхность ее по-прежнему оставалась сплошным болотом, над которым бродили туманы и лили дожди. Нет более унылых мест, чем такие сверхвлажные планеты. Теплая водица, топи да трясины, тучи да озера – их обычно неохотно посещают. Но климат менялся. Участки суши росли, хотя из космоса планета по-прежнему казалась туманным шаром. Еще одна нежданная вспышка облучения, и полюса замерзли, покрылись шапками льда, вобравшего массу воды из атмосферы. Роанда превращалась в весьма удобную для обитания планету с обширными поверхностями суши и водой, удерживаемой в стабильных границах, сосредоточенной в морях или текущей по руслам рек и протоков.

Сириус и Канопус оживленно обсуждали судьбу планеты. Сириус желал получить южное полушарие для осуществления сравнительных экспериментов, которые собирался проводить там параллельно с иными колониями. Нас больше интересовало северное, потому что здесь сосредоточились бывшие «обезьяны», выросшие по сравнению с предками своими втрое-вчетверо и проявлявшие наклонности к прямохождению. Замечались у них и обнадеживающие сдвиги в области интеллекта. Наши специалисты прогнозировали быстрое развитие этих существ до вида ступени А (примерно за пятьдесят тысяч лет – если, конечно, не случится чего-либо непредвиденного). Продолжительность их жизни также возросла в несколько раз, что безмерно обнадеживало.

Канопус решил развивать Роанду по плану наибольшего благоприятствования. Это объяснялось и привходящими обстоятельствами. Другая наша колония доживала последние тысячелетия. Через двадцать тысяч лет ожидался сдвиг с орбиты одной из комет с сопутствующим внесением нестабильности в нашу систему (см. карты и диаграммы от 67М до 93М, ареал 7ДЗ в здании планетария). Если к тому времени удалось бы довести Роанду до приемлемого состояния, она могла бы занять место обреченной планеты, будущее которой в точности совпало с предсказаниями. Ныне она мертва.

Таким образом, мы нуждались в Роанде не через пятьдесят, а через двадцать тысяч лет. Как обычно, объявили конкурс, выбрали в Колонии 10 вид, отлично проявивший себя в симбиотическом развитии.

Разумеется, виду этому полагалось отличаться определенными качествами, предпосылками успешного внедрения в новые условия. Прежде всего, он должен был отличаться склонностью к приключениям. Ведь, зная общее направление развития, невозможно с точностью прогнозировать детали взаимодействия двух биологических видов. Не скрыли от переселенцев и того, что Роанда по природе непредсказуема, подвержена рискам, изменениям. Никто не знал, как изменится их срок жизни в новых условиях. Если вдруг сократится до роандийских норм, то эксперимент можно считать сведенным к самоубийству вида.

Однако на то время выбранный вид отличался завидным здоровьем, интеллектуальной динамичностью, опытом участия в подобных экспериментах.

Небольшие группы добровольцев из Десятой колонии расселились в разных частях северного полушария Роанды. Общее число их доходило до тысячи, мужского и женского пола. И почти сразу бросилась в глаза разительная успешность эксперимента. Оба вида прекрасно взаимодействовали, взаимовлияние вызывало энтузиазм. Ввиду генетической несовместимости отсутствовала инстинктивная взаимная агрессивность. Мы на Канопусе не уставали радоваться, поздравляли друг друга. В течение двадцати тысяч лет раса бывших обезьян достигла бы запланированного уровня, а развитие переселенцев из Десятой колонии вообще взрывало все мыслимые рамки.

Я опишу ситуацию, какой она виделась через тысячу лет после поселения на Роанде вида из Колонии 10.

Прежде всего, местные жители. Здесь ничего примечательного, такое мы многократно наблюдали ранее в иных местах.

Существа эти уже передвигались на задних конечностях, превратившихся в нижние. Руки их приспособились для выполнения многочисленных универсальных задач и для использования инструментов. Они сознавали свое значение, собственную ценность, как и все существа, способные манипулировать окружающей средой в целях выживания. Занимались охотой, наблюдались зачатки земледелия. Ростом достигали среднего теперешнего жителя Шикасты; причем наблюдалась тенденция к увеличению. Головы их покрывал длинный прочный волосяной покров, на теле росла короткая густая шерсть. Жили они малыми группами, разбросанными по местности, к контакту не стремились, конфликтов избегали. Срок жизни составлял около ста пятидесяти лет.

Значительная часть первых поселенцев из Десятой колонии умерла вскоре после переселения – не вопреки ожиданиям, хотя причины этого типа смерти не выяснены. Рожденные на новом месте сравнялись с родителями ростом и иными габаритами, еще не выйдя из детского возраста. Эта тенденция продолжала усиливаться, вид настолько быстро крупнел, что почти сразу они усвоили самоназвание «гиганты». Разумеется, они питали всякого рода опасения. Сложения пропорционального, были они темнокожими, черными либо темно – коричневыми. Кожа отличалась здоровым блеском. На теле у них волос не было вообще, на голове очень мало, ногти на руках и ногах практически отсутствовали, на их месте кожа лишь слегка утолщалась. Насчет ожидаемой продолжительности жизни судить пока было рано. Были среди переселенцев индивиды цветущего возраста, были совсем юные. Мягкий климат Десятой колонии не требовал одежды, ею пользовались там лишь в церемониальных целях. На Роанде гиганты обзавелись одеждой, которую принялись изготовлять из местных растительных материалов, очень скоро отказавшись от поставок с Канопуса.

С местным населением отношения у них сложились в высшей степени удовлетворительно для обеих сторон. Гиганты обучали аборигенов правильно обходиться с растениями и использовать животных без нарушения равновесия в природе, развивали их язык. Они закладывали основы для развития искусств и наук, хотя время для запуска программы ускоренного развития еще не подошло.

С учетом столь благоприятного развития примерно через семь тысяч лет с Канопуса отправили миссию для определения, не настало ли время установить Смычку для запуска Программы ускоренного развития.

Вот выдержки из их доклада (№ 1300, Роанда)

ГИГАНТЫ

ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬ жизни: в условиях Колонии 10 жили до 12–15 тысяч лет. Опасения, что новые условия сократят срок жизни, оправдались. Сначала продолжительность жизни уменьшилась до 2 тысяч лет, но затем наступило улучшение, сейчас эта цифра колеблется между 4 и 5 тысячами с тенденцией к повышению. Как обычно, не обошлось без аномалий. Некоторые без видимых причин умирают преждевременно. Отклонений, которые можно было бы назвать дегенеративными, не встречается (см. ниже, раздел «Габариты»). Предсказать, кто умрет в 200 лет, а кто проживет до 5 тысяч, также не представляется возможным. размер: вдвое больше, чем по оставлении Колони 10. Сильные, хорошо сложены, выносливые. Встречаются отклонения в виде тощих, изможденного вида созданий, неуклюжих в движениях и, наоборот, весьма тучных и мощных, так что, если сопоставить индивидов этих двух крайних типов, трудно поверить, что они принадлежат к одному виду. цвет кожи: темно-коричневый, до черного, встречаются более светлые индивиды до светло-коричневого и даже кремового оттенков. умственные способности: в общем улучшены симбиозом. Уровень практического интеллекта не ниже, чем в Колонии 10, высшие уровни стимулируются в большей степени, что позволяет лишний раз убедиться в успешности эксперимента.

АБОРИГЕНЫ

продолжительность жизни: возрастает, хотя и не столь быстро, как у гигантов. Составляет около 5 тысяч лет, если не считать смертей от несчастных случаев. Как и гиганты, могут умирать от воздействия крохотных организмов, как местных, так и космического происхождения. Признаков дегенеративной болезни не наблюдается. размер – вдвое меньше гигантов, около восьми – девяти футов. Наблюдается уменьшение оволосения. Волосяной покров на голове по-прежнему обильный, выделяются брови. Сложения крепкого, черты грубые, выраженные. Заметны черты животного происхождения. Глаза почти у всех карие. Обращает на себя внимание общее сходство их по всему северному полушарию. цвет кожи: от кремового до коричневого, чаще всего теплый светло-коричневый. умственные способности: ни следа высшего интеллекта, но практический интеллект развивается даже лучше, чем прогнозировалось, что является здоровой основой для осуществления Программы ускоренного развития.

ОБЩАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Отношения между гигантами и аборигенами доброжелательные. Поддерживаются постоянные контакты поверхностного характера. Гиганты вмешиваются лишь в случае, если, по их мнению, местные нуждаются в указаниях. Гиганты проживают не ближе, чем в сотне миль от подопечных. Поселения их удобные, но рассматриваются как временные, экспериментальные, базовые для следующей фазы. То есть все здания, растения, ирригационные сооружения носят опытный характер. Приятно отметить, что следов дегенеративной болезни не выявлено. Не отмечено зданий, сооружений, процессов, служащих иной цели, кроме подготовки Смычки и ввода Программы ускоренного развития. Поселения разбросаны на максимальном удалении с учетом геофизического фактора. Поселения местных более грубы, особенно с точки зрения Программы космического выравнивания, хотя вполне удовлетворяют насущным требованиям населения, с устремлениями, превышающими достижение лишь физического комфорта. Это обстоятельство более, нежели остальные, подталкивает нас к мысли, что не следует медлить со Смычкой. Иные жилища украшены узорами живописного и рельефного характера по стенам, кровлям; то же относится к предметам обихода (посуда, ткани и прочее). Орнаментация эта, благодаря руководству гигантов, поддерживается в пределах потребности фазы, хотя вскоре неизбежен дисбаланс.

Охота более не является главным источником пищи. Развито земледелие, выращиваются различные зерновые культуры, тыквенные, лиственные растения. Развивается животноводство. Нужды в ирригации практически не наблюдается, вода имеется в изобилии, хотя гиганты полагают, что в более жарких центральных областях следует приступить к строительству ирригационных сооружений.

Наш доклад можно назвать констатацией успеха.

Мы считаем, что условия для установления Смычки сложились. Гиганты ее с нетерпением ожидают. Никоим образом не жалуясь и не желая ускорить процессы, которые не следует ускорять, они чувствуют себя исключенными из системы галактики. Никто из них лично не помнит о системе галактических контактов, о свободном потоке информации между планетами – последний из первых поселенцев Десятой колонии недавно умер – но генетическая память их сильна, а все предпосылки для установления Смычки налицо.

ПРЕДОСТЕРЕЖЕНИЕ

Ходят устойчивые слухи, формализованные также в виде легенд, песен и сказок аборигенов и распространяющиеся в ходе встреч при охотничьих и иных походах, что «там, на юге» живут весьма воинственные враждебные племена. Гиганты посылали экспедиции на два основных континента, но обнаружили лишь процветающие виды, высаженные Сириусом. Этой теме посвящена отдельная часть доклада. Напрашивается вывод, что эти слухи распускаются руководством программы Сириуса, чтобы предостеречь наших подопечных от проникновения на их территорию. Гиганты это понимают и, в свою очередь, создали собственный эпос, направленный на улаживание отношений с южным полушарием.

Все это не выходит за рамки допустимого, но есть еще одно тревожащее обстоятельство. Как среди местньгх, так и среди гигантов распространяются устойчивые слухи о шпионах. Шпионы эти не приближаются к поселениям гигантов, но часто появляются среди аборигенов по всему северному полушарию. Сначала гиганты считали, что шпионов с целью сбора информации засылают колонии Сириуса, но теперь склонны полагать, что среди этих лазутчиков имеются также и подданные иной империи. Они остерегаются делать определенные заключения, но подчеркивают, что эти существа отличаются не столько внешностью, сколько поведением, проявляя симптомы дегенеративной болезни. На основании всего услышанного мы склоняемся к заключению, что ощущается присутствие Шаммат.

ОБЩИЕ ВЫВОДЫ

1. Смычку вполне можно начинать. Условия для этого оптимальны.

2. Не следует упускать из виду возможность внезапных скачкообразных изменений, присущих этой планете.

3. Следует запросить Сириус, не обнаружены ли шпионы Шаммат на их территории.

4. Необходимо попытаться выяснить, что именно интересует Шаммат. На этой планете для Шаммат нет места.

Вскоре после этого с успехом инициировали Смычку, потребность в послах и миссиях отпала. Разум гигантов – их коллективный разум – стал частью коллективного разума системы Канопуса, сначала робко коснувшись, затем влившись в этот мощный мыслительный поток. С Роанды поступали лишь добрые вести. Хроники тех времен – сплошь отчеты о почти десяти тысячах лет достижений, свершений, успехов.

Пожалуй, ни одна из наших колоний не добивалась таких успехов. Шпионам в этой оптимистической картине просто места не оставалось, они куда-то пропали. На Канопусе склонялись к мнению, что их устранила внезапность скачка, что они не смогли вынести вибраций смены обстановки, хотя не исключалась и возможность того, что они эволюционировали и влились в общую систему, способствуя обогащению ее спектра.

Теперь нам приходится смотреть на вещи несколько иначе. Вопрос не в том, чтобы найти виноватого – такой подход лишь отвлекает, уводит в сторону от сути. Необходимо выяснить причину, чтобы сделать соответствующие выводы и избежать повторения ситуации в дальнейшем. Главную причину катастрофы следовало искать в самом этом слове, в его середине: кат-астр-офа. Астральный сдвиг непредсказуемого характера послужил причиной несчастья. Зная, в общем, что Роанда может подвергнуться самым неожиданным воздействиям, этого мы, разумеется, предусмотреть не могли. Если бы не этот звездный сдвиг, все происки действия агентов Шаммат остались бы без последствий.

Но почему мы не знали об их присутствии?

Вина частично наша, канопеанская. С Сириусом мы продолжали поддерживать отношения на прежнем уровне, обмен информацией не прекращался. И на Шикаете, тогдашней Роанде, Сириус вел себя не хуже, учитывая менее высокий уровень развития его империи. Но именно этот более низкий их уровень и оказался ключом к этой и другим проблемам Роанды-Шикасты. Сейчас, разумеется, все выглядит по-иному. Следует помнить, что мы, слуги Канопуса, тоже развиваемся, меняемся; изменяется и наша точка зрения на вопросы (см. «Историю империи Сириуса»).

Короче говоря, о Шаммат тогда никто толком и не думал. Теперь легко сказать, что мы ошибались. Но ведь казалось, что Сама Путтиора старалась держаться в стороне. Еще бы, союз Канопуса и Сириуса – с этим шутки плохи. В нашей части галактики царили мир и гармония, никто не отважился бы бросить нам вызов.

Возможно, общая ошибка для видов, процветающих в мирной обстановке, – невнимание к тому, что вне их мирных границ господствует иной тип мышления. Нельзя сказать, что Канопус не обращал никакого внимания на Путтиору, на беспорядки в ее системе, тем более для нас неприятные, что они разительно напоминали беспредел, творившийся когда-то на Канопусе. Но Путтиора нигде не совала нам палки в колеса. Почему тогда Роанда должна была стать исключением?

И мы продолжали пренебрегать опасностью со стороны Шаммат. То, что Путтиора решила обосноваться на пустынной скалистой планете, всегда казалось нам необъяснимым, хотя поговаривали, что Шаммат выбрали пристанищем бежавшие с Путтиоры преступники, что Путтиора не обращала на них внимания, пока не стало уже слишком поздно. Мы не знали тогда, что Шаммат грабит и тащит к себе все, что попадает под руку, как наживается она на бандитской добыче. Когда планета Шаммат уже превратилась в мощное пиратское государство, мы все еще полагали ее лишь позорным придатком к кошмарной, но, к счастью, весьма отдаленной Путтиоре.

А что же гиганты, существа с развитым интеллектом, полностью контролировавшие все в нашей части Роанды?

Повторюсь: очевидно, умы, процветающие в мирных благоприятных условиях, невосприимчивы к иному типу мышления, направленному на воровство, грабеж, разрушение. Колония 10 всегда оставалась местом мирного развития, сотрудничества, ее обитатели настраивались исключительно на мирное взаимодействие с другими. И на Роанде переселенцы тоже не встретили никакой угрозы. Теперь мы полагаем, что в переизбытке добра есть зародыш зла, и во всех колониях внедряем элемент угрозы, отравляющий атмосферу триумфа и всеобщего счастливого оглупления.

Не случись этого несчастья, мы, возможно, и не знали бы о присутствии Шаммат на Роанде. Ибо Шаммат преуспевает лишь там, где нарушается равновесие, где намечаются прорехи, трещины, зияющие бреши в строящемся здании всеобщего благополучия.

Ничто не предвещало кризиса. Но баланс системы Канопуса неожиданно нарушился. Следовало немедленно определить причины этого. И причиной оказалась Роанда. Она вышла из фазы, и дисбаланс постоянно возрастал. Смычка функционировала все хуже. Внутренние силы Роанды подвергались воздействию извне – и мы стали искать, откуда именно. Влияние шло от звезд, нарушение равновесия которых Роанда, вследствие своей гиперчувствительности, ощутила первой. Роанду надо немедля спасать, откорректировать, вернуть в фазу – такова была наша первая реакция.

Но вскоре оказалось, что это невозможно. Роанда не могла удержаться в нашей системе. Не система выталкивала Роанду, а Роанда вырывалась из системы. Что ж, значит, необходимо смягчить процесс, задержать… – приблизительно так мы рассуждали.

Роанда тогда пребывала в длительном периоде стабильности. Сколько он еще продлится, мы знать не могли, но следовало обеспечить сохранение достигнутого до момента, когда космические силы снова придут в норму. Что этот момент наступит, мы не сомневались.

Но тут случилось нечто гораздо худшее. Нарушился обмен информацией. Потоки с Роанды как будто взбесились. Стало ясно, что ими кто-то манипулирует. Ранее, при полностью функционирующей Смычке, такое было не возможно, но теперь…

На нас градом посыпались события и известия. С Сириуса поступила информация о Путтиоре, о ее внезапном усилении, о возросшей ее агрессивности. Среди сообщений наших шпионов из империи Путтиоры привлекали внимание сведения о Шаммат. Этот воровской притон проявил себя вдруг, как разбушевавшийся пьянчуга, бесстыжий, наглый, распоясавшийся. Шаммат использовали слабину на Роанде, ныне незащищенной… Неужели знали о надвигающейся катастрофе заранее? Нет, это невозможно. Ведь даже мы, с нашей передовой технологией, и то не смогли этого предсказать.

Для Роанды наступили тяжкие времена.

Следовало немедленно откомандировать туда эмиссара.

И сейчас я опишу Роанду, какой нашел ее в ходе первого своего посещения.

Но прибыл я уже на Шикасту, на раненую, изуродованную планету. Название ее к тому времени уже изменилось.

Могу ли я сказать, что пишу это «с удовольствием»? Ретроспективная эмоция из времен до поступления дурных вестей. Роанда доставила всем нам много радости, вызывала исключительно положительные эмоции. К тому же Роанда должна была заменить собою обреченную планету, с которой уже эвакуировались обитатели, переправлялись в иные места проживания.

Канопус я оставил в состоянии смятения, почти паники. Выношенные, лелеемые и успешно выполнявшиеся планы срочно перекраивались, перечеркивались, заменялись. Переполох царил во всех головах, не исключая и моей. В таком же состоянии я ожидал застать и Шикасту.

Некоторым утешением служило то, что прошлые достижения не выдумка, что достигнутое достижимо и может быть повторено в иных условиях в иное время. Во дни несчастий и разочарований такие мысли помогают держаться наплаву.

Ко времени несчастья в северном полушарии планеты проживало не более шестидесяти тысяч гигантов и около полутора миллионов местных. Планета выглядела прекрасно, процветала. Вода, которая, если ее выпустить, возродила бы болота, концентрировалась вокруг полюсов. Казалось, ничто не предвещало изменений.

Северную и умеренную зоны покрывали густые леса, населенные множеством разнообразных животных, отличавшихся от тех, которых я застал там во время позднейших визитов. Опасности для обитателей эти животные не представляли. Поселения как гигантов, так и аборигенов встречались и на крайнем севере, но в основном все жили в средних широтах, отличавшихся прекрасным климатом.

Города находились там, где согласно планам располагались наборы камней, вдоль силовых линий планеты. Планировка городов не отличалась от общепринятой, известной по другим колониям. На этой планировке основывалась также и система Смычки Канопуса с Роандой… с бедной теперешней Шикастой.

Перемещение и выравнивание камней первоначально выполнялось исключительно гигантами, сила которых позволяла им с легкостью справляться с этой работой. Но взаимопонимание между гигантами и местными, а также стремление местных приобщиться к богам, к божественному, с которым они считали связанными все эти процедуры с камнями, послужили причиной их участия в работах.

Местные не считали гигантов богами. Эту стадию они переросли. Смычка повысила их интеллект, который теперь уже чуть ли не равнялся интеллекту гигантов до Смычки.

Города строились на линиях, определенных опытным путем в период, предшествующий Смычке. Строились они из камня и смыкались с каменными конструкциями передающих систем Смычки. Города, городки, села с домишками из глины, дерева и иных растительных материалов не могли влиять на процесс передачи или возбуждать нежелательные колебания. Именно по этой причине во время подготовительной фазы гиганты отказались от камня в качестве строительного материала и жили в домах из материалов органических. Когда Смычка стала реальностью, города выстроили заново из камня, и гиганты научили этому искусству местных, ныне, увы, это искусство забывших. Имелось в виду, что позже, когда гиганты отбудут к новому месту приложения своих талантов, местные, развившиеся до более высокого уровня, смогут со всем справляться самостоятельно.

Местных учили также поддерживать контакт с Канопусом, с Праматерью, с Держателем, с Другом, с божествами.

Их учили, что, если содержать камни в порядке, позволяющем Силам расти и убывать, и если города содержать соответственно Необходимости, то можно ожидать, что они, когда-то бродившие по лесам и прыгавшие по веткам, станут людьми, смогут следить за собою и за вверенным им миром, который им оставят гиганты.

Города все отличались один от другого, как отличались местности, в которых города сооружались, как отличались потоки и силы в этих местностях. Строились города на равнинах, у источников, на морских берегах, в горах, на плоскогорьях, в жарких зонах и во льдах, но всегда отвечали Необходимости. Каждый представлял собою математический символ либо фигуру, и математику школьники изучали, путешествуя. Прибыв с наставником, к примеру, в город Квадрат, они повсюду впитывали в себя квадратность. То же и с ромбом, с треугольником и так далее.

Формой города управляли, разумеется, не только в плане, но и в объеме. Круглость, гексагональность, дух четверки, иного числа соблюдались и выражались в объемах и в ритме жизни.

Водоток в городе и вокруг него формировался согласно Необходимости, так же размещался огонь – именно огонь, не тепло. Тепло поставлялось в виде горячего пара и нагретой воды. Местные приписывали огню божественную природу.

Каждый город представлял собою законченный артефакт, в котором ни одна мелочь не оставалась без внимания: все, включая обитателей, учитывалось, принималось во внимание, все функционировало, как единый организм. Ибо некоторые по темпераменту своему лучше всего подойдут к круглому городу, другим больше понравится в треугольном и так далее. Развилась даже целая наука, как правильно распознать в раннем возрасте, к какому городу подходит данный индивид. Здесь сталкивались разные интересы, ибо могло случиться так, что у членов одной семьи оказывались различные склонности. И даже влюбленные – если можно применить этот термин для обозначения отношений, неизвестных обитателям Шикасты – могли прийти к выводу, что им следует расстаться по причине несхожести темпераментов. И расставались, ибо каждый понимал, что само существование его зависит от подчинения великому Целому, и что это подчинение не есть форма рабства, которого на планете не знали, но источник его собственного здоровья, залог будущего, развития, прогресса.

Обе расы к тому времени уже жили вместе, хотя смешанных браков не было, они объективно исключались. Рост гигантов не превышал восемнадцати футов, а местные не достигали и половины этого. Гиганты к тому времени уже сильно различались по цвету кожи, типу лица и сложения. Иные рождались черными, как первые поселенцы. Были и светло – коричневые. Встречались бледнолицые с голубыми глазами, которые поначалу вызывали беспокойство и даже неприятие. Местные тоже сильно разнились цветом кожи, а еще больше – цветом волос, от черных до каштановых. У гигантов волосы на голове иной раз густели, возможно, вследствие особенностей климата. Голубоглазые гиганты часто пламенели светло-желтыми волосами, что считалось в высшей степени неприятной чертою, почти несчастьем.

Отношения полов в обеих расах сильно отличались. Гигантессы при сроке жизни в четыре-пять тысяч лет рожали за свою жизнь одного-двух детей, а то и вовсе не рожали. Вынашивали младенцев от четырех до пяти лет. Вне родов и ухода за детьми гигантессы выполняли ту же работу, что и гиганты, в основном, не физического характера, чаще всего по поддержанию в норме параметров обмена между их планетой и Канопусом. Секс для гигантов не был столь значащей частью жизни, как у местных. Всевозможные эмоции, связанные с половым влечением, проявлялись лишь в периоды воспроизводства, в иное же время эмоции их направлялись на высшие цели.

Аборигенов поощряли к воспроизводству. Жили они около тысячи лет, но планета могла принять намного больше. В перспективе планировалось двадцать миллионов аборигенов при неспешном увеличении их числа. Соответственно планировалось сооружение новых городов, исполнение Необходимости. Желавшие иметь детей и получившие на это одобрение могли рожать несколько раз на протяжении первых ста лет жизни. После этого возраста сексом занимались лишь для развлечения, ради удовольствия да чтобы дать выход излишку энергии. Дегенеративной болезни, как мы ее определяем, не существовало. Погибали, разумеется, от несчастных случаев, как гиганты, так и аборигены, иной раз и от вирусов, от которых защиты не существовало. Смерти учитывались в программе воспроизводства.

Сам я на планете появился при помощи наших наиболее скоростных средств перемещения, хотел проверить Зону 6, но сначала ознакомиться с ситуацией на самой планете лично, так сказать, на собственной шкуре. Решено было, что я появлюсь там в облике аборигена, так как в качестве следующей моей задачи намечалась помощь аборигенам после отбытия гигантов. Это решение, разумеется, наиболее верное. Остальные варианты имели плюсы и минусы. В ретроспективе я вижу, что мне следовало как можно скорее приступить к выполнению программы, но сначала предстояло акклиматизироваться. Не мог я сразу появиться ни в одном из городов с их специфическими вибрациями, не пострадав физически. Различиями между Канопусом и Роандой пренебречь невозможно, никто из послов не мог приступать к работе сразу по прибытии. Но положение оказалось хуже, чем мы полагали. И продолжало быстро ухудшаться.

Космический корабль приблизился к оконечности главного материка с северо-запада, прошел над горами, лесами и долинами, которым предстояло превратиться в пустыни, миновал несколько городов, и я подумал, что, интересно, будут рассказывать заметившие нашу сияющую сферу обитатели другим, не наблюдавшим этого редкого небесного явления.

Тогда я еще не решил, с какого города начать. Произвел замеры на восточном берегу материка. Команда корабля тем временем тщательно исследовала местность. Мы не хотели никого пугать. Если нас увидят, то обязательно решат, что какие-то инопланетяне захватили аборигена. Сложно было оценить характер изменений и их масштаб. Я решил начать с города Квадрата, над которым мы пролетели. Он остался в неделе ходьбы – как раз достаточно для того, чтобы привыкнуть к Роанде. Я уже отпустил было корабль, когда понял, что воздух планеты изменился. Причем внезапно. Снова вычисления. Квадрат не подошел. Я отдал новые распоряжения, мы опять поднялись, направились на юг через Большие горы, где, как я знал, находился передатчик Шаммат. Я его уже почувствовал. Меня высадили к востоку от области больших внутренних озер. Я снова провел замеры, и снова та же картина: только я решился в пользу города Овала к северу от самого северного озера, как атмосфера опять изменилась. Но я уже отослал корабль. До города Круга, в который мне предстояло прибыть, не одна неделя ходьбы. Слишком долго.

Город Круг находился на высоком плато к югу от больших внутренних озер. Он не входил в число административных или силовых центров, но таких центров и не было на Роанде. С другой стороны, помимо выгодных вибрационных характеристик этот город отличался и выгодным географическим расположением, ибо находился в центре. Отсюда проще распространять информацию. Кроме того, высота его и резкость атмосферы дольше сохранят город от того, что ему предстоит – во всяком случае, я на это надеялся. И еще я надеялся, что не приключится новый сдвиг, который сделает город Круг для меня неподходящим.

Следовало решить проблему времени. Я приблизился к лошадям, пасущимся на горном склоне, остановился и молча воззрился на них, призывая на помощь. Сначала они не решались, но потом одна подошла ко мне и позволила влезть на спину. Я направил ее на юг. Табун последовал за нами. Мы покрыли значительное расстояние, и я стал беспокоиться о состоянии жеребят, которые не отставали и, казалось, даже получали удовольствие от долгой прогулки: ржали, пускались наперегонки. Наконец мы доскакали до еще одного стада лошадей, я спешился. Мой скакун подошел к самому мощному коню нового табуна, объяснил ему ситуацию – и снова меня везут к югу. Так повторилось еще и еще, с передышками, когда я спал, прижавшись к лошадиному боку. Странствие это продлилось неделю. Подошла пора использовать собственные ноги. Я поблагодарил лошадок, они ткнулись в меня своими мягкими губами, заржали и загрохотали обратно к пастбищам.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю