![](/files/books/160/oblozhka-knigi-vsego-lish-chelovek-si-372694.jpg)
Текст книги "Всего лишь человек (СИ)"
Автор книги: Доктор Вэнхольм
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)
Всего лишь человек
Пролог
Иногда перед людскими глазами предстают жуткие картины, такие, которые не захочешь вспоминать после того, как увидишь. Которые вызывают дрожь, страх, отвращение. К сожалению, очередная дождливая ночь в провинциальном городке где-то на западе России не стала исключением.
На двухполосной дороге, соединяющей между собой сам город и один из коттеджных посёлков, что находятся в паре километров от него, включив аварийные сигналы, стоит тягач с пустым полуприцепом-платформой. Впереди него на этой же стороне стоят ещё несколько автомобилей, также со включённой аварийкой. Водители и пассажиры спешно достают телефоны и начинают набирать номер службы спасения, ведь буквально рядом с ними разыгралось ужасающее зрелище.
Посреди дороги, закрыв собой практически всю проезжую часть, лежит огромная асбестовая труба, а ещё чуть левее, на обочине и в кювете бесформенными металлическими грудами разбросаны остатки от нескольких легковушек, которых этой самой трубой буквально размазало по трассе. Некоторые пострадали чуть меньше, и, если приглядеться, можно даже понять, что именно раньше это была за машина. К примеру, в начале этой смертельной колонны стоит белый седан BMW прямиком из конца прошлого века. Когда-то это могла быть прекрасная машина, но сейчас она представляет собой лишь кроваво-металлическую кашу, ведь именно ей «повезло» первой принять на себя удар смерти, явившейся в виде плохо закреплённого груза.
Ужасное зрелище. Когда я наблюдаю за ним со стороны, в моей голове вновь вспыхивают огоньки воспоминаний, которые я отринул от себя достаточно давно. Друзья, знакомые, семья в конце концов – всё это исчезло. И исчезло достаточно давно.
Ах да, кто я такой? Что ж, позвольте представиться – Соловьёв Михаил Евгеньевич. Во всяком случае, так меня звали раньше. И кстати, кровавые ошмётки, которыми когда-то было моё тело, находятся за водительским сидением BMW.
***
Некоторое время назад…
28 июня 2019 года. Сегодня весь наш коллектив отмечает день рождения начальника отдела. Признаться честно, у меня не было, и до сих пор нет, особого желания ехать в китайский ресторан, где всё и будет происходить. И дело здесь не в дальности поездки (городок у нас всё-таки достаточно небольшой, за полчаса я вполне успею добраться до нужного места), а кое в чём другом. А именно в коллективе.
С искренней радостью я бы предпочёл не видеть большинства из людей, с кем мне приходится работать. Причина этого проста: с ними у нас сложились исключительно рабочие отношения. В личностом плане о них сложилось не самое приятное впечатление. Исключение составляли лишь два-три человека и сам начальник, которого я глубоко уважал.
Благодаря Ивану Ивановичу Ермакову, а именно так его звали, мне, можно сказать, посчастливилось получить эту работу. После окончания университета я устроился на должность продавца-консультанта в один из магазинов кампании, а через некоторое время спустя парочку повышений был переведён в офис. Работать стало проще, а дохода более чем хватало, чтобы жить. Тем более, холостяку.
И коллектив был единственным, что портило это практически идеальную картину. К великому сожалению, по отношению ко мне эти люди за некоторым исключением оказались теми ещё мудаками. Впрочем, мне это не сильно мешало, хоть и приходилось многие мероприятия посещать буквально через силу.
Я подъехал к ресторану, где и должно было происходить всё действие. Маленькая парковка была полностью заставлена машинами. Но, к счастью место всё-таки удалось найти, пусть и чуть дальше, чем хотелось. Припарковавшись между двумя достаточно дорогими иномарками, отчего моя машина смотрелась так, словно моё появление в этом месте выглядело ошибкой, я достал из бардачка подарок – конверт. Кто-то скажет, что деньги – это банальный подарок. Возможно. Однако он и самый действенный. Тем более, главным был тот, на что скидывался весь отдел.
Открыв водительскую дверь, я уже мысленно несколько раз проклял себя за то, что решил не брать зонт. Конечно, прогноз утверждал, что вечером будет дождь, но не ливень же. Дойдя до ресторана каких-то двадцать пять метров, я почувствовал, будто на меня вылили ведро воды. Пиджак вымок почти полностью, но конверт, положенный мною во внутренний карман, остался сухой.
Пройдя внутрь, я провёл взглядом по интерьеру. Ничего удивительного – бело-красная палитра, музыка ветра на входе, округлые столы, накрытые скатертями, бамбуковые стулья, лакированный деревянный орнамент на стене, картины китайских достопримечательностей. Возле стены, разговаривая с кем-то по телефону, стоял наш начальник. Вообще, его было очень трудно не заметить. Иван Иванович был довольно колоритным человеком: несмотря на возраст, он всегда либо разговаривал так, будто ему лет двадцать максимум, стабильно менял причёски, цвет волос и бороды. К слову, он носил короткую шотландскую. Ну и линзы, их нельзя не упомянуть. Свои карие, неприметные, как он говорил, глаза он скрывал за ярко-зелёными, почти что изумрудными, линзами. Дождавшись, когда он закончит разговор, я подошёл к нему и вручил конверт.
– Добрый вечер, босс. Думаю, вы и сами понимаете, что у меня не получится вас нормально поздравить, так что дежурные с днём рождения, счастья, здоровья. Ну и подарок, – с немного наигранной улыбкой я протянул ему конверт.
– Ты в своём репертуаре, Миша, хотя обычно ты более пунктуален. Здравствуй, что за подарок хоть?
– Пробки, уж извините, – сказал я и ничуть не солгал. В городе действительно творилось что-то странное, и весь центр двигался, словно увязшая в смоле улитка.
Ермаков подержал конверт в руках ещё пару секунд, удовлетворённо кивнул, а затем вновь достал телефон и начал кому-то набирать.
Пройдя в зал, я поздоровался с парой человек и сел в стороне от всех. Разговаривать с ними абсолютно не хотелось. Всё, как обычно, свелось бы к тому, что половина начала бы восхвалять нашу «главную звезду» – Дмитрия Наумова, сероглазого блондина, всегда носящего ярко-голубой пиджак. Лично я его едва ли не ненавидел, настолько он меня бесил, но не меня одного. Всё-таки он был главным подлизой нашего отдела. А тем временем другая часть отдела им что-то возразит, и начнётся срач, который перерастёт в то, что все перестанут друг с другом разговаривать. А в понедельник все придут на работу, как ни в чём не бывало.
***
Минуты шли одна за одной, но чертовски медленно. Вечер проходил так, как и должен. Тост, пришли оставшиеся, вручили подарки, каждый что-то себе заказал, но мне есть абсолютно не хотелось. Да, поесть халявно можно было, но я всё же не стал, пить тоже. Мне, в отличие от большинства присутствовавших, нужно будет возвращаться на окраину города, чтобы попасть домой. Просидев в ресторане около полутора часа, я начал собираться.
В этот момент ко мне подошла Лера – второй человек, на которого мне было не наплевать. Валерия Рашет – первая красавица компании, главный менеджер по рекламе и человек с невероятной внешностью. Девушка ростом чуть выше среднестатистического, часто пропадающая в фитнес зале и поддерживающая себя в форме, обладательница фигуры «песочные часы» и третьего размера груди. Мелкие, но выразительные черты лица: прямые ровные брови, небольшие губы, уголки которых всегда приподняты. Лера обычно красила их чёрной помадой, что почти идеально сочеталось с причёской. Длинные гладкие ярко-красные волосы, которые она всегда откидывала назад или, иногда, заплетала в хвост. Лишь одна вещь выделялась из этого – глаза. Насколько я знал, Лера не носила линз, однако ярко-синий цвет нельзя было назвать естественным. Несколько раз я слышал, как люди спрашивали у неё, где можно купить такие линзы. Она лишь отвечала, что это естественный цвет. Как и всегда, одета в чёрное, но уж точно не готическое. Многим она казалась недотрогой и в целом очень тихим человеком, пусть это и не сочеталось с её образом, но лишь некоторые знали обратную сторону её характера. Девушка могла стать воистину страшной в гневе. Испытывать это на себе мне, к счастью не приходилось. Хотя свидетелем этого я, всё же, становился. Всё-таки, я знал её уже немного немало, но практически десять лет.
– Слушай, Миш, мне неудобно тебя просить, но… Не мог бы ты меня подвезти? – замявшись, попросила она. В её глазах виднелось явное сомнение, – Тебе же примерно в ту же сторону?
– Кончено. Что-то случилось? – перевёл я на неё взгляд.
– Ну, нет… Вернее да, – с досадой сказала она, – Я собиралась уехать на такси, но ты же сам видел, что там происходит. Они все сейчас стоят там, в пробках, и неизвестно, когда подъедут.
– Мы, скорее всего, тоже встанем, – отчасти виноватым тоном произнёс я.
– Раз уж это ждёт меня в обоих случаях, то уж лучше я посижу какое-то время в машине человека, кому я доверяю, – девушка одарила меня небольшой улыбкой.
– Ладно, поехали, – улыбнулся я в ответ и встал из-за стола.
Попрощавшись с начальником, мы вышли из ресторана и, во второй раз вымокнув, сели в машину. Лера, закинув сумочку назад и пристегнув ремень, немного облокотилась на сидение и устало прикрыла глаза.
В первые пару километров никаких проблем с движением не возникало никаких проблем, но вот затем, когда до центра оставалось совсем немного, город показал своё истинное состояние.
Вообще, наш городишко представлял собой весьма парадоксальное место. Центральным районом именовалась северо-восточная окраина (К слову, именно туда мы и направлялись), а вот то, что на самом деле являлось городским центром, представляло собой не что иное, как деревню.
Узкие дороги по одной полосе в каждую сторону, небольшие одноэтажные домики, многие из которых давно покосились и были покинуты их жителями, старые пятиэтажки, никак не менявшиеся с момента их постройки, парочка магазинов и, конечно же, десяток заведений с названиями а-ля «Хмельной километр» и ему подобных.
Сейчас же из-за дорожных работ и ещё нескольких факторов это неказистое по своему виду и обычно довольно тихое место превратилось в весьма оживлённое.
Десятки, если не сотни белых и жёлтых огней тянулись вдаль. Дорога уходила на подъём и открывала вид на огромное количество разных автомобилей, водители которых явно намеревались как можно быстрее попасть домой, возвращаясь со своей работы, однако судьба сегодня распоряжалась иначе.
– Н-да-а-а-а… – с досадой протянул я и на очередном перекрёстке свернул вправо, немного нарушив правила.
– Нам же в другую сторону, – озадаченно повернула свой взгляд ко мне Лера.
– Да, но, думаю, нам будет выгоднее сделать сорокаминутный крюк, чем стоять в пробке два часа, – девушка согласно кивнула, – Тем более сейчас выйдем к трамвайным путям, а там уже по прямой останется совсем чуть-чуть.
Часть поездки проходила в томном молчании. Лера задумчиво смотрела в окно, орошаемое многочисленными брызгами от луж, и задерживала свой взгляд на зданиях, освещаемых огнями неоновых вывесок, огромных фонарей и автомобильных фар. Казалось, что она хотела что-то сказать, но каждый раз замолкала, едва звук срывался с её губ.
– Миш, тебя это не достало? – абсолютно спокойным, но при этом леденящим голосом спросила девушка.
– О чём ты? – краем глаза покосился я на неё.
– Обо всём. Об этой жизни, что застряла в бесконечном круговороте вечной рутины, – Лера опустила взгляд, – Раньше всё казалось иначе… Что впереди блестящая карьера, что рядом с тобой есть друзья, товарищи… А что теперь? Все те, с кем я общалась раньше, бесповоротно исчезли из моей жизни. Кто-то уехал из города, кто-то ещё здесь, но мы с ними не пересекаемся по тем или иным причинам, а о ком-то… даже говорить не стоит. И вот взгляни на меня – мне почти двадцать шесть и где я? Два года в кампании, на неплохой должности, получаю не самую маленькую зарплату, но… Эта работа… Она словно душит меня…
– Ты… ты извини, что я тебе тут душу изливаю, – она отвернулась к окну, – Просто… накатило как-то это всё… Не кстати.
– Всё нормально, – спокойно сказал я, посмотрев на неё, – Я всегда готов выслушать. Тем более, я тебя понимаю.
Слушать я умел. Куда лучше, чем говорить. Наверное, поэтому большую часть разговора я мог провести в молчании, высказывая что-то лишь под конец. Возможно, это было моим недостатком, но я так не считал. Слушая человека, то, как он говорит, о чём он говорит, можно понять, какие проблемы его преследуют и что ему нужно в данный момент. Лере необходимо было выговориться, я дал ей эту возможность.
– А вот ты? – взгляд девушки сфокусировался на мне, – Что ты об этом думаешь?
– О рутине? – она кивнула, – Ну-у… На этот вопрос я так однозначно тебе не отвечу. Просто для меня это слегка более… приземлено что ли. Если бы я встретился с собой из своего студенчества, то на сто процентов уверен, услышал бы вопрос.
– Да как так можно!? – специально сказал я чуть более эмоционально, – Ты же хотел интересной жизни и ещё кучу всего!
– Беззаботные времена пьянок и веселья прошли, и меня это радует, – перешёл я на более спокойный тон, – Это цикл, состоящий из дома и работы, разбавляемый походом в кино или чем-то ещё, меня вполне устраивает. Просто в какой-то момент я понял, что единственное, что мне действительно нужно – это спокойствие. Хотя, возможно, во мне просто проявляется приближающаяся старость, – под конец фразы я слегка улыбнулся.
– Если уж ты начал говорить про старость, то что делать мне? – также с улыбкой спросила Лера.
– Уж поверьте, Валерия Андреевна, вам об этом беспокоиться определённо не нужно, – спокойным тоном произнёс, – Я уверен, что в любом возрасте ты будешь выглядеть также потрясающе, – Девушка, немного засмущавшись, вновь улыбнулась, – Напомни, куда ехать.
– Просто по прямой. Там дальше будет указатель. Да и коттеджи я думаю, ты увидишь. Неужели не помнишь?
– В последний раз я был здесь, когда дом ещё строился, так что мало ли я тебя сейчас везу куда-то в лес, а ты вот так сидишь и молчишь.
С Лерой мы были знакомы со второго курса. Только я учился на бухгалтера, она – на маркетолога. Хотя долгое время мы находились в разряде обычных знакомых и лишь со временем, когда поняли, что вполне сходимся характерами, начали общаться более плотно. Правда, дальше дружбы дело не дошло, ведь и она и я на тот момент были в отношениях. Мои закончились не слишком удачно, а вот что было у неё на личном фронте, я не знал. Впрочем, и не слишком этим интересовался. Ну а потом так уж получилось, что попали, считай, на одну работу. Разве что она на год раньше, и поэтому за время успела подняться чуть выше меня по иерархической цепи.
Удивительно, но в столь поздний час – время уже близилось к полуночи – на дороге было достаточно оживлённо. Только позади успела скопиться колонна из пяти автомобилей. Ещё одна такая же маячила впереди, возглавляемая грузовиком.
Ничего необычного в этом не было, ведь сплошь и рядом здесь находились стройки, возводился новый микрорайон и расширялся частный сектор. Поэтому на большегруз со строительными материалами, пусть и двигающийся в полуночном мраке, я никакого внимания не обратил.
А стоило бы…
Когда между автомобилями оставались какие-то десятки метров, впереди на уровне чуть выше асфальта блеснул какой-то предмет, а вслед за этим упал на дорогу. Казалось бы, совсем небольшой, над которым автомобиль спокойно проедет и не заметит, однако способный вызвать нечто большее.
Секундой после грузовик наедет на маленькую колдобину, неудачно подвернувшуюся под колесо, отчего прицеп накренится и заставит груз-трубу оказаться над встречной полосой.
Счёт пойдёт на мгновения, на метры между куском асбеста и лобовым стеклом. Времени на то, чтобы спокойно принять решение, не останется, и резкое движение руля отправит автомобиль в занос по обочине.
Секунда, и позади раздаётся треск вперемешку с металлическим лязгом. В зеркале проносится сноп искр. Перед глазами возникает пелена, зрение теряет в чёткости, а затем резко возвращается в норму, встречая взгляд древесной чернотой.
Резкий удар следует сразу за этим. Автомобиль падает в кювет и бьётся днищем о поверхность земли. Трескаются стёкла, однако не разбиваются, орошая салон градом из осколков. Подушки безопасности тоже не срабатывают, но ремни спасают от травм. Несколько метров автомобиль по инерции пролетает дальше, снося своим кузовом несколько кустарников и останавливаясь, используя в качестве окончательного тормоза одно из деревьев.
И в тишине, нарушаемой лишь нездоровым дребезжанием и шелестом дождя, в салоне прозвучит единственная фраза.
– Бл*ть, – тихо, почти что шёпотом произнёс я, а затем выключил двигатель, – Лер, с тобой всё нормально?
– Да, – девушка ответила мне лишь через несколько секунд. Голос её был спокоен, во взгляде не виделось ни боли, ни испуга – ничего из того, что люди обычно испытывают при авариях, – Сам-то ты как?
– Бывало и лучше, – сказал я и, открыв дверь, попытался выбраться из салона, – Но в целом всё нормально.
Не вышло. При первом же движении ногу пронзило иглами боли. Ужасной, где-то на границе терпимой и невыносимой. Это был не перелом. Старая хроническая травма, полученная мной ещё лет десять назад. Тогда я оступился на лестнице и едва ли не кувырком полетел вниз. Итог – сильный ушиб и выбитый сустав, ставший в последствии хронической травмой, возникающей при сильной нагрузке. Сейчас произошёл именно такой случай.
– Ты уверен? – с явным беспокойством в голосе спросила Лера и открыла пассажирскую дверь, – Эм-м… дороги нет.
– Чего?
– Дорога… Она исчезла.
Я повернул голову влево и уставился в темноту. Ни шума дороги, ни фонарей, ни крутого склона кювета, куда угодил мой автомобиль – ничего. Лишь лес, тёмный и едва проглядный. В разум подступила начинающаяся паника.
Девушка сделала несколько шагов вперёд и беззвучно всмотрелась в темноту. Её силуэт, освещаемый тусклым огнём едва работающей фары, неподвижно стоял в течение какого-то времени, а затем она произнесла.
– Где же мы…
Эти слова были обращены не мне. Всего лишь мысли вслух, не более. Однако они были и у меня. Слишком уж странное ощущение расползалось по округе. И оно не было никак связано с моим нынешним физическим состоянием.
– Связи нет… Клише… – донёсся до меня голос Леры, сопровождаемый нервным вздыханием. Сразу за этим чуть поодаль замаячил свет от фонарика, метающийся от одного дерева к другому.
– Миш, ты как? – её голос, нервный и дрожащий, прозвучал совсем рядом. Повернув голову, я увидел, как девушка открывает дверь и садится на заднее сидение, чтобы не мокнуть ещё сильнее.
– Жить буду, – коротко бросил я, – Что-нибудь видно?
– Лес… и только, – тихо и монотонно прозвучала эта фраза. Приговором, последним, что должен был услышать человек, – Я… я не знаю, где мы, но это точно не наш пригород, – голос её становился всё более напуганным. Казалось, она не хочет верить в то, что произошло, желает, чтобы всё происходящее оказалось лишь дурным сновидением. Выражение лица только подтверждало это.
– Прости, Лер, – тихо произнёс я, надеясь хоть немного разрядить обстановку, – Всё будет хорошо. Сейчас только слегка отсижусь и направимся за помощью.
– Не извиняйся, – нервно, но с лёгким облегчением произнесла Лера, – Ты-то откуда мог знать, что там будет во… Нет. НЕТ! Этого просто не может быть… Нет-нет! Это не… – Девушка вскочила с сидения и, направив свет фонаря телефона в темноту, двинулась куда-то в сторону, повторяя одни и те же фразы.
– Стой! Куда ты!? – практически в ту же секунду встал я за ней, сделав несколько шагов, держась за крышу автомобиля.
Однако пока я хромал, она успела отойти от машины метров на тридцать и, судя по движениям её силуэта, набрести на подъём, где она постояла порядка пятнадцати секунд, после чего спустилась и, направив фонарь вниз, двинулась обратно.
– Там фонари! Далеко! – едва ли не прокричала она таким голосом, что было сложно понять, рада она этому факту или же испытывает совершенно противоположные чувства, – Их едва видно, но они там есть. Нам надо…
А вот то, что произошло дальше, я предсказать не мог.
Когда между нами осталось не более десятка метров, глаза застелила яркая белая пелена, больно ударившая по зрению. Мгновение, и вместе со способностью видеть теряется и слух, заменяясь какофонией из звуков в ушах. Ещё одно, и мир вокруг будто бы схлопывается, а затем разжимается, оставляя после себя лишь пустоту.
Чернота перед глазами. Потеря сознания. Шёпот.
«Всё будет хорошо…»