Текст книги "Какую дверь открыть? (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Соловей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

В общем, спустя час после объявления красного кода мы толпой человек в пятьдесят на вертолётах отправились к станции дирижаблей. СБ в приказном порядке изъяло одну летающую «птичку» под свои нужды. Загрузились, отстыковались от башни и полетели…

И главное, что все на меня дружно смотрят, ждут указаний. Народ собрался из числа имевших нужный допуск к секретам. И в курсе того, что я Следящий, соответственно, все выплеснули на меня эмоции ожидания.

– Я, кроме ваших волнений, пока ничего не чувствую, – сообщил эсбэшникам и нашим парням.

– Полетим по периметру Москвы? – уточнил Абдулов

– Мне без разницы, – ответил я.

После уселся возле иллюминатора и начал что-то там высматривать внизу. Более бесполезного времяпрепровождения трудно придумать. Это надо же собрать вокруг эмпата столько людей!

Насколько я понял, существует некий красный код повышенной опасности, но действия по этому коду не прописаны. Неон сообщил, что по коду всем представителям правопорядку нужно вооружиться, надеть защиту и выдвинуться по месту приписки.

– А дальше? – спросил я.

– Согласно распоряжению начальства.

Это самое начальство почему-то на меня больше косилось. Наверное, нужно было спрашивать моё мнение до того, как всё это устроили. Запоздало и мама сообразила, что размах её деятельности пусть и большой, но толку мало.

Патрулирование вокруг Москвы на таком большом летательном аппарате дело бесперспективное. Допустим, засекли мы, что кто-то покинул город. Ни приземлиться, ни догнать тот же вертолёт дирижабль не сможет.

Спустя несколько часов бесполезных действия я громко довел до сведения эсбэшников, что больше находиться в их обществе не могу. У меня скоро мозги расплавятся. Какие там предвидения? Я головой еле двигаю. Абдулов тоже сообразил, что зря отреагировал на мамины заявления и допустил ошибку. Он ещё какие-то указания от Краснова по браслету получил и велел вернуть меня срочно и бегом в тихое изолированное место.

Меня вернули. И первым делом, к которому я приступил, было написание инструкции работы правоохранительных органов совместно со Следящими. Был такой документ или не был, меня не волновало. Сам напишу.

По сути Следящий требуется лишь при встрече с телепатами. Ему не нужно потрясать винтовкой и быть в первых рядах. Зачем меня по этому коду выдернули?

Лучше бы начали отслеживать странное поведение людей и проверили, где находятся те подозреваемые, которых я указал ранее. Не так-то много их было. Если не брать в расчёт команду дирижабля, то осталось в живых всего три человека. Куратор умер, Иванова зарезали. Больше нет ниточек и намёков на сочувствующих паранормалам.

Какие Абдулову ещё нужны доказательства? Для меня так всё четко и понятно. Антоновы прятали прибор в Сером секторе. Павел с Кириллом стали невольными свидетелями. Чтобы они не вспомнили, их убили, заодно и тех, кто был рядом. Чёрт! С этого и нужно было начинать!

– Тимур Хайдарович, следует задержать Антоновых. Но без меня к ним не соваться! Уточните, выходили ли на работу они в ближайшие три-четыре дня.

Для захвата семьи Антоновых Абдулов выделил тех, с кем я привык быть: Неона с напарником и маму. Заикнулся ещё о группе поддержки, но я это сразу отмел. Шибанут меня снова эмоциями, и я, кроме того, что в голове у правоохранителей, ничего не почувствую.

Так хоть какая-то интуиция работает. Она, кстати, пульсировала и намекала на то, что мы опоздали. Не найдем и не застанем Антоновых дома. Брат уже выяснил, что на работе их не видели последние несколько дней.

Слетали, проверили, конечно. Я даже выходить из вертолёта не стал.

– Квартира пустая, – сообщил Неону, как только приземлились.

Мама настояла на проверке. Даже дверь взломала. Толку-то?

Пользы от всей этой беготни – ноль. Исчезновение семьи показывало, что Антоновы причастны. Ребят из социальной группы они лично не убивали (имеют алиби), но есть большая вероятность, что у них прибор. Активированный. Конкретно эти три человека уже могли быть телепатами. В этом случае спрятаться им гораздо проще, потому что они могут внушить что угодно любому встречному. Мама предлагала искать людей со странным поведением. И начать с сотрудников завода.

– Без меня, – сразу отказался я.

– Завтра займёмся опросом, – решил Протон. – Сегодня уже поздно кого-то искать. Да и смысла нет вылавливать людей по квартирам.

– Как вы эту проверку преподнесёте? Разглашать информацию по телепатам нельзя. Вспугнете, – озвучил я свои выводы.

– И люди начнут паниковать, – согласился со мной брат. – Думаю для начала с поговорить с Корниловым. Он отвечает за безопасность на заводе.

– Неплохая идея, – поддержал Протон. – Ему и сейчас можно позвонить. Повод есть – пропала семья Антоновых.

Брат начал набирать Святослава Корнилова, а я позвонил его сыну.

– Привет, Жека! – обрадовался Коллапс. – Ты чего на связь не выходишь? Мне наш куратор сказал, что тебе после смерти группы нужна поддержка.

– Есть у меня поддержка, – заверил я бывшего одноклассника.

– Тогда девушку.

– И девушка имеется, – приврал я. – Вика зовут. Она завтра из Питера вернётся. Если получится, то познакомлю. Сам-то как?

– Да никак. Записал парочку новых композиций, на большее времени не хватило. Отец загрузил. Поставил нашей социальной группе стрижку газонов вокруг завода. Столько сена накосили! Отец сказал, как высохнет, в коровник отвезём. И прикинь, забыл! Устроил мне головомойку

– Что забыл? – не понял я.

– Так папа забыл про наше задание, что мы вообще половину субботы на солнцепеке парились.

– Отец забыл, что дал вам задание? – повторил я вопрос.

– Ну да.

– Коллапс, всё очень серьёзно. Поверь мне. Никому не говори о том, что только что сказал. Не заостряй внимания на проблемах отца. Кому нужно, я сам скажу. Поверь, всё очень и очень серьёзно.

Отключив браслет, я какое-то время сидел задумавшись. Никак не могу привыкнуть к своей повышенной интуиции. Не иначе предвидение подтолкнуло меня позвонить однокласснику. Налицо влияние телепатов.

Больше сомнений нет. Прибор какое-то время работал, и Антоновы получили способности управлять людьми. Вовкин отец оставил конкретный след. Действовал неаккуратно. Предположительно выбора не имел, скрывал что-то в спешке, убирая у Корнилова фрагмент памяти.

– Святослав ничего подозрительного на заводе не обнаружил. У Антонова были дни отпуска, которые он и взял, – отчитался Неон.

– Корнилов ничего не обнаружил, потому что в его мозгах уже поковырялись, – ответил я и кратко пересказал беседу в Коллапсом.

– Жуть. Просто не верится, – отозвался брат.

У меня у самого в голове не укладывалось. Почему, зачем? Зачем людям возрождать умения телепатов? Мало горя они принесли? Не понимаю. Вовка был определенно прав, когда говорил, что у меня проблемы с социализацией. Не могу представить, ради чего нужно управлять толпой людей. Я бы предпочёл маленький необитаемый остров, желательно со всеми удобствами.

Нет, никак не могу найти причину того, почему некоторые индивиды желают изменить общество. Население планеты сократилось в тысячи раз. По уровню технологий мы отброшены далеко назад. Все предприятия работают на вторичном и переработанном сырье. Когда оно закончится, человечеству придётся серьёзно попыхтеть, чтобы вспомнить как это раньше добывалось из недр земли. Хотя имеются сильные сомнения, что население способно снова расплодиться до четырех миллиардов.

Не знаю, сможем ли снова запускать спутники на орбиту. Пока в них нет особой нужды. Без навигаторов обходимся. Передача сигналов идёт через вышки. Для чего ещё использовались спутники, я несильно вникал, но считал затраты по их запуску необоснованными.

Если сравнивать нас с теми, кто жил полвека назад, ныне живущие люди здоровые и прекрасные.

Суммируя это всё, я не видел причин для того, чтобы телепаты решили вернуться к правлению. Власть ради власти? Изначальные цели паранормалов были достигнуты. Планета Земля очистилась во всех смыслах. Колоссально снизилось число людей, улучшилась экология и так далее. После войны с телепатами общество ничего глобально не меняло. Уничтожили паранормалов, улучшили жизнь людей, и не более того.

В очередной раз отметил мамино предчувствие. Она ведь никогда не общалась особо с Антоновыми. Да и к нам в гости Вовка редко когда заходил. Мы учились в одном классе, но наши встречи были на «нейтральной территории». Как хорошо, что моя паранойя сработала на отлично. Прятал я свои способности прежде всего от родителей, но и личному психологу никогда не рассказывал, что ощущаю эмоции людей. Мои странности вписывались в рамки таких же интеллектуалов в повышенным айкью.

Горько осознавать, но вероятная причина нашей и дружбы, и вообще знакомства в том, что Антоновы изначально искали ключ у Журавлёвых.

Почти десять лет мы жили тихо, спокойно и якобы дружили. Единственную причину этому я видел в том, что родители Вовки ждали, пока сын повзрослеет. Согласитесь, что есть разница рассказывать о какой-то там миссии маленькому ребёнку или парню с сформированным мировоззрением. А что Вовка получил в семье нужное воспитание, я ничуть не сомневался. Были в нем некие лидерские замашки. Не обращал я на них внимания по той причине, что Антонов был психологом. Раздавать советы – его прямая обязанность. Встречал я подобное поведение и у других представителей этой профессии – немного так свысока, с долей покровительства и навязчивым желанием помогать в том, о чём их не просят.

– Корнилову о потере памяти решено не говорить, – вернула мама меня к насущному. – Коллапс не проговорится?

– Не гарантирую. Отправь Неона на профилактическую беседу, – рекомендовал я. – Не плохо бы проверить и Юрия. Узнайте, где там Гора.

Что-то по поводу напарника Корнилова крутилось у меня в голове. Он был обозлён на маму из-за потери социальных баллов, накричал на нас. Последний раз мы виделись в здании управления и больше не встречались. Столько всего происходило, что не до него было. К тому же формально Гора и Корнилов подчинялись заводу.

В очередной раз я вспомнил свой список, где перечислял имена людей, причастных к тому или иному событию.

Неон провел подробное расследование смерти отца, заверил меня, что новых людей на заводе не было. Старый состав, не менявшийся последние три года. В свете открывшихся фактов подстроить несчастный случай мог Антонов. Правда, там были небольшие нестыковки. Антонов первым стал возмущаться отсутствию видеокамер в цеху. Его самого два дня не было на работе. Зачем он брал свободные дни, Неон не стал прояснять. В принципе, никто не обязан отчитываться. Мама тоже иногда берет отгулы, когда уезжает на охоту. После сдает тушки волков или рысей и получает социальные баллы. Это нормально и никого не удивляет.

Можно, конечно, предположить, что Антонов приготовил для несчастного случая подставу и сам сбежал, но слишком зыбко. К тому же внутренне предчувствие настойчиво намекало, что он не замешан в смерти отца. Вернее, не делал этого лично. А значит, на заводе есть ещё кто-то связанный с телепатами, и частичная потеря памяти Корниловым тому подтверждение.

Глава 17

Уж не знаю, как запугивал или убеждал Неон Коллапса, но заверил, что парень понял и будет молчать. Насколько важно его молчание, я и сам сказать не мог. Одноклассник считал, что отец переутомился на работе и от жары немного подзабыл недавние события. Новое поколение, выросшее без телепатов, даже мысли не допускало о том, что они снова появятся. Мне в какой-то мере повезло иметь такую неординарную маму, внушающую нам с братом, что нельзя терять бдительность и нужно быть всегда начеку.

Объявлять о телепатах никто не спешил. Скрывать информацию следовало прежде всего для предотвращения паники. Центр потратил столько сил для привлечения людей в Москву, не хотелось потерять эти крохи цивилизованной жизни из-за отсутвия специалистов. У нас же каждый человек на счету.

Начальник точки электроснабжения, где работал Кирилл, написал уже возмущенное письмо в управление. Мол, правоохранители бездействуют, не расследуют причину смерти, а у него на объектах не хватает электриков. Повезло, что никто не связал смерть молодёжной группы под Тулой с деятельностью паранормалов в Москве.

Люди возмущались, охали, но пока не паниковали.

Сведения по убийству Иванова и смерть Григорьева удалось удержать в рамках служебной тайны. Как долго это продержится в секрете, сложно сказать. Уже одно то, что в городе появилась Виктория Краснова, привлечет к себе внимание.

Виктория действительно прибыла на поезде из Питера, и мы встретились с ней на следующий день.

Не думаю, что только Неон и Протон фонили эмоциями восхищения. Я и сам в очередной раз не смог удержаться от охватившего меня волнения. В обтягивающих бриджах и трикотажном топике, не скрывающем изгибов великолепного тела, Вика смотрелась потрясающе. Словно не живой человек, а статуэтка.

Мама рассказывала, что во времена диктатуры за внешностью и фигурой следили все без исключения. Даже подростки, выросшие на улице. У тех часто проявлялись последствия недостатка витаминов и частенько рахит. Девочки старались исправить фигуру за счет корсетов. У мамы до сих пор тонкая талия. Как в стародавние времена, она утягивала себя жёстким корсетом. Не думаю, что это хорошо сказывалось на внутренних органах, но внешне выглядело симпатично.

Безусловно, тонкая талия, полученная искусственным путем, не передаётся вместе с генами. И глядя на Викторию, я подозревал, что какое-то время корсет и она носила.

– Хватит захлёбываться слюной. Весь пол закапали, – прервал наши невысказанные восхваления притевший Абдулов. – Вика, твой дед прибудет завтра, прикинем пока, на чём сосредоточить внимание.

– Искать Антоновых? – озвучил я очевидное.

Куда ещё можно применить способности Следящих, как не на поиски телепатов?

– И дирижабль, – дополнил Абдулов. – Сами понимаете, что произойдёт, если эти люди унесут прибор и сами улетят на дальнее расстояние.

– Вряд ли они найдут столько сочувствующих. К тому же мы знаем, что должна быть предрасположенность к телепатии, без неё никакое излучение не поможет, – ответил Протон.

– Наследственность должна быть, – согласился глава управления. – По этой причине Григорьеву с малышом взяли под контроль. Не забывайте и то, что эти люди ждали много лет и могут передать знания своим внукам. Улетят куда-нибудь в глухой уголок и вырастят преемников.

– Прибор без ключа не работает, – напомнил Неон.

– Ты дашь гарантию, что они не изобретут новый? Пока был включён тот, что у них есть, специалисты могли разобраться в некоторых схемах.

– Как вообще включился прибор? – задала вопрос Виктория.

Она была не в курсе такой особенности. Протон тоже не знал, что предположительно я второй ключ. Пришлось рассказывать, заострив внимание на том, что мои способности прогрессируют. Я получил порцию облучения и первым делом озвучил всем присутствующим места, которые посещал за последний месяц. К моему удивлению, их оказалось не так-то много.

Всё крутилось вокруг Синего сектора и маршрута вертолёта от управления к нам домой.

– Дом Антоновых немного в стороне, – отметил брат.

– Ты надеялся, что они прибор в шкафчике у себя на кухне держали? – усмехнулся Протон.

– Нужно исследовать весь путь, – поджала красивые губки Виктория.

Она, похоже, уже сообразила, что ей придётся пройти всё ножками без помощи транспорта.

Плохо, что никто особо помочь не сможет. Будем использовать умения Следящих и ту самую интуицию. Искать же дирижабль Абдулов предпочёл поручить самому опытному Следящему в нашей стране – Краснову Виктору.

– Начинайте от нашего дома, – решил Неон составить маршрут по земле. – Далее парк, огибаете озеро и выходите к площадке с торговыми аппаратами.

Этот первый отрезок пути был самым простым и незамысловатым. Виктория подумала и решила не менять одежду на походную. Какой-то резон в этом был. Остановилась она в квартале рядом с управлением. Чтобы переодеться, нужно было вернуться и, значит, потратить время. Был вариант взять что-то из маминых запасов, но мы с братом об этом промолчали, а сама Вика нас не попросила. Правда, топик ей пришлось прикрыть бронежилетом.

Мне Неон ещё и каску нахлобучил, напомнив, что я по-прежнему нахожусь в зоне риска. Неизвестный убийца не найден и охота за наши с ним головы не отменена.

Протон и Абдулов также страховали нашу странную процессию.

Давно я по городу столько не гулял. Очень познавательно оказалось. В парке я отметил, как хорошо поработали какие-то социальные группы, вычистившие дорожки и подстригшие траву. По площадке с аппаратами ползал управляемый робот-уборщик. В Москве, вообще очень тщательно следили за чистотой в цветных секторах. Развалины давно все демонтировали и вывезли. Жилые здания обязательно ремонтировались и обслуживались.

Как раз очередную ремонтную бригаду мы встретили на следующем перекрестке. Несколько парней, нацепив специальное оборудование на крыше, спускались на веревках вниз и замазывали чем-то трещины на фасаде дома. Мы немного притормозили, разглядывая работников.

– Как предчувствия? – поинтересовался я у Виктории.

– Примерно как и у тебя, – ответила она, подразумевая, что мог бы и не спрашивать, а решить всё на эмоциональном уровне.

Ни предчувствий, ни чего-либо внешне подозрительного нами замечено не было. Объективности ради найти прибор мы не надеялись. Цель поиска – обнаружить предположительное место хранения и как-то связать его с Антоновыми.

Очередной многоквартирный дом пришлось обходить долго. Это на вертолете мы летели по прямой. Пешком получалось гораздо дольше. После мы с Викторией с умными лицами постояли возле каждого из подъездов этого дома и сообщили, что интуиция молчит.

В общей сложности на дорогу до управления потратили четыре часа. Могло быть и больше, но последний участок проехали на рельсовике, рассудив, что здесь укрыться или что-то спрятать вряд ли можно. Местность под рельсовиком представляла собой утрамбованную бульдозерами площадку из старого кирпича и камней. Когда-то здесь были жилые объекты. Их не просто разломали, но и тщательно разровняли. Всё просматривалось сверху и вряд ли где-то здесь можно спрятаться.

Пообедав в столовой, мы засели в кабинете Абдулова обсуждать дальнейшие планы.

Глава управления ручался, что из Москвы на вертолете несанкционированно в ближайшую неделю никто не улетал. Был вариант, что могли уйти пешком. Но тут мы с Красновой хором заверили, что Антоновы ещё в городе.

– Давайте по карте прикинем, – вытащил из шкафа Абдулов пластиковую карту и разложил на столе.

– Вот здесь, как вы думаете? – показал он рукой на север и северо-восток.

– Нет, – первым ответил я.

– Центр?

– Не похоже.

– Запад до Серых секторов.

– М-м-м… – не смог я ответить.

– Были совсем не давно, но уже не там, – ответила за меня Виктория.

Спустя несколько минут наши совместные с Викторией предчувствия показали два участка. Примерно Наро-Фоминск и Белый сектор, по пути как мы двигались в Подольск.

– Умело выбрали они место, – покачал головой Абдулов, подразумевая свалку Наро-Фоминска. – Здесь скопилось столько чипов, старых браслетов и всего того, что излучает сигналы, что искать можно только при помощи ваших способностей.

Мы с Викторией дружно переглянулись и промолчали. Несведущему человеку не понять, как работает эта интуиция. Реально я хорошо предвижу самые плохие моменты и стараюсь их избежать. Это примерно как ты знаешь, что если прикоснуться к горячему, то можно получить ожог. Все остальные, условно говоря, «приятности» мало чем отличаются от предчувствий обычного человека. То есть я надеюсь, жду и предвкушаю, к примеру, хм… встречу с Викторией.

Искать же конкретного человека и даже группу с помощью одного предвидения сложно. Я могу сказать, что они в городе или нет, но не более того.

Была у меня надежда, что Виктор Краснов немного обучит и объяснит. По этой причине прилёта легендарного Следящего я ждал с нетерпением. И не только я. Мама погнала нас с братом на станцию дирижаблей с раннего утра. Потом Виктория и Абдулов подтянулись. Правохранители в качестве охраны были вызваны, но держали их примерно метров за двести от башни. Парни проверили всё и всех в округе. Ручались, что безопасно. К тому же о визите Краснова знал узкий круг людей.

Несильно я надеялся на эту секретность. Любой телепат первым делом вспомнит о Следящих и предположит, что самый известный герой войны прибудет в Москву для наведения порядка. Потому нужно было ещё подстраховаться.

Мама согласовала с Абдуловым и Краснова с внучкой решено было разместить у нас в квартире. Управление особыми мерами безопасности похвастать не могло. Слишком давно не случалось ничего выдающегося, чтобы городить подобное. Мамины запасы оружия могли серьёзно конкурировать со складом правоохранителей. Про эсбэшников говорить не буду. У тех должно быть все более серьёзно, хотя и у них нагло вездеход украли. Кстати, про личность воров так ничего и не выяснили. Как-то я подзабыл сверить тех, кто имел допуск к складу резервов, со своим списком. Вот просто чувствую, что будет совпадение имен. Но пока у нас на первом месте встреча Викиного дедушки.

Не буду говорить, что я сильно разочаровался, когда увидел в группе вышедших из дирижабля этого героя войны. Выглядел Краснов как… дедушка, коим он и являлся. Не помню, на сколько лет он старше мамы, но реально это не бравый вояка, а уже старик.

Мама, конечно, кинулась с ним обниматься, а у Неона выражения лица демонстрировало то, что и я подумал.

– Неважно, как он ходит и двигается. Сила Следящего в голове, – тихо сообщил брату. – Меняй свои эмоции. Фонят разочарованием.

– Будто у тебя не фонят, – догадался Неон.

– Я настраиваюсь на работу и тебе советую.

Думаю, что к тому моменту, как Краснов протянул нам руку для приветствия, мы с братом имели подходящий эмоциональный фон. Разве что Вику обмануть не получилось. Она-то совсем рядом стояла, когда мы увидели её деда, спускающегося с платформы.

– Летим к нам домой. Там всё и обсудим, – кратко изложила мама ближайшие планы.

Краснов позже полностью одобрил выбранное место. Похвалил выдвигающиеся из стен бронированные ставни, систему блокировки дверей и общее укрепление каркаса комнат.

– Можно хоть бомбу на дом сбросить. Всё разрушится, а комплекс наших комнат уцелеет, – похвасталась мама.

После мы немного перекусили. «Взрослые» выудили из старых запасов древнюю пачку с кофе и заварили себе этот напиток. Пробовал я пару раз тот кофе. Ни запах, ни вкус напитка мне не понравились. Отец рассказывал, что раньше, когда кофе был «свежим», аромат он имел лучше, и якобы приготовленный напиток имел тонизирующие свойства. Вот уж не знаю. Читал я справочный материал насчёт кофе и выяснил больше противопоказаний, чем полезных свойств. Но дело, наверное, в какой-то ностальгии по прошлым временам, где кофе своеобразный символ. У нас в стране его не выращивают и вряд ли в ближайшие годы кто-то наладит поставки из Южной Америки.

Мама с Красновым, прикрыв веки, вкушали этот напиток маленькими глотками и действительно испытывали удовольствие. И только после кофе начали вводить Следящего в курс дела.

Я честно признался, что направлений поиска много. По идее, нужно искать прибор. Но и телепаты уже реально представляют угрозу. СБ настаивает на розыске дирижабля, а ещё у нас, возможно, существует вторая группа сочувствующих паранормалам.

– Ищем телепатов, – категорично заявил Красном. – Вертолёты готовы? Кажется нам пора поспешить.

Мы с Неоном дружно кивнули.

– Два экипажа. Со мной Евгений и Венера. Тимур, ты с внучкой и Журавлёвым на втором транспорте. Больше никого чтобы рядом не было.

Краснов отчего-то решил, что мы прямо сейчас можем произвести разведку. К тому же примерно определились с районом поиска.

– Расстояние для вертолётов предельное, – предупредил Абдулов. – Летим до Наро-Фоминска, но на обратную дорогу нужны аккумуляторы.

– Отправь кого-то впереди нас с аккумуляторами, – распорядилась мама. – В крайнем случае там заночуем.

– Тогда еду возьмём, – сообразил я, что разведывательной полёт может затянуться.

– Поспешим, – начал подгонять Краснов.

Сам я тоже ощутил некое волнение, словно опасался куда-то не успеть. Опытный Следящий чувствовал всё гораздо острее. Время буквально утекало сквозь пальцы. Еще час назад ничего такого не было, но что-то серьёзно изменилось.

Управлять первым вертолётом почему-то доверили мне. Возражать я не стал, хотя левая ключица тянула болью. В четырёхместном вертолете нас было трое, но большее количество людей там не поместилось бы. Мама основательно затарилась вооружением.

– Это у нас револьверный гранатомет, – громыхнула она одним из баулов. – Шестизарядный барабан, по площадям бьёт отлично.

Покосившись на оружие, я порадовался тому, что более серьёзные снаряды маме не продают. Надеюсь, и свалка частично уцелеет.

– Евгений, поспешим, – снова поторопил меня Краснов, не особо вникая, что грузила мама

Летел я по прямой, словно видел тончайшую нить нашей цели. Сам не ожидал подобного. Не отвлекался ни на кого и ни на что вокруг. Такой азарт ощутил, что ни в чём не сомневался. Догоним, поймаем и как-то там обезвредим. Как именно, не представлял, но для того у нас есть Следящий. А он по связи вдруг передал:

– Абдулов, разворачивай вертолет и возвращайся! Срочно!

Оглянувшись на Краснова, я думал, что мне поступит такая же команда, и с недоумением увидел, как мама вытаскивает из кармана самые настоящие наручники!

– Вить, быстрее! – выкрикнула она.

Краснов же четким движением раз – и пристегнул маму к поручню, тут же отпихнул ногой от неё сумку с оружием и вынул из кобуры пистолет. У меня разом закончились все слова. Я настолько обалдел от ситуации в целом, что не смог подобрать вопроса.

– Веди вертолёт к цели, – скомандовал Краснов. – Уже близко. Венера под влиянием телепатов.

До меня наконец дошло происходящее. Телепаты, чертовы телепаты! Они же могут не только приказать, как действовать, но и убить. Надеюсь, что для этого недостаточное расстояние. Зато под внушением человек может запросто направить оружие на своих родных и друзей. Маму только что обезопасили, сковав наручниками. А мне реально стало страшно. Страшно получить пулю в затылок от близкого человека.

Краснов же сосредоточился на высматривании чего-то на земле. В ангарах и складских помещениях, что были под нами, спрятаться можно без проблем.

– Ищи место для приземления! – прокричал Краснов. – Поближе к тому, что чувствуешь.

Совсем близко приземлиться не получилось, но я выбрал дорогу. Маму так и оставили пристёгнутой. Выглядела она уже получше. Первый удар-приказ прошёл и больше влияния на неё телепаты не оказывали. Скорее всего, потеряли из вида наш транспорт.

Двигатель вертолёта почти стих, и мы смогли поговорить спокойно.

– Венера, что тебе внушали? – уточнил Краснов.

– Вернуться в Москву любым способом. Хоть пешком, – ответила мама.

– Значит, им свидетели не нужны. Очень хорошо, – обрадовался Краснов, расстёгивая замок первой сумки с оружием. – Женька, на тебя вся надежда. У меня уже не те силы и зрение. Отставить панику!

Это он мои мысли уловил – стрельба из винтовки не самый сильный мой навык.

Впрочем, Краснов поволок наружу всё, что заботливая мамочка запасла, включая баул с гранатомётом.

– Вертолёт они из вида потеряли. Видимо решили, что пилот вернулся обратно, – тихо пояснил Краснов, пока мы осторожно двигались к контейнерам. – Ждут чего-то. Чувствуешь?

Я прислушался к себе и согласился, что да. Действительно, идет чья-то эмоция ожидания и надежды.

– Кто-то придёт им на помощь? – предположил я.

– Скорее прилетит, – кивнул Краснов. – Это то, что СБ потеряло?

Теперь и я увидел приближающийся с юга дирижабль.

– Прости, пацан, но выпустить мы их не можем. Выбора нет. Ты как?

– Э-ээ… – не понял я. – Вроде бы нормально.

– Молодец, я верю в тебя, – и после короткой паузы еле слышно добавил: – А для меня это будет последний бой.

Глава 18

– Журавлёв, ты понял? Ты не умрёшь сегодня, – подбадривал меня Краснов. – Разрабатываем тактику.

Опыт ведения боевых действий у героя войны имелся огромный. Ему и минуты не понадобилось, чтобы всё рассчитать.

– Нас сейчас не видят, вертолёт не привлекает внимания, – пояснял он мне. – У нас несколько минут для рекогносцировки и выбора путей отхода.

Мы начали устраивать три точки для обстрела дирижабля и тех, кто к нему выйдет. Первое место было с тем странным гранатомётом с шестью зарядами. Сам я такую штуковину никогда не использовал, но понадеялся на старшего товарища. Моя задача на этой точке будет состоять в стрельбе из автоматической винтовки с лазерным прицелом. Должен справиться.

Дирижабль держал курс на здание и планировал зацепится за крышу, где раньше располагался не то магазин, не то салон автомобилей. Не слишком высокое строение (этажа три) с плоской крышей и какой-то надстройкой на ней идеально подходило для летающего транспортного средства.

Наш вертолёт располагался метрах в ста позади контейнеров, которые были окружены сетчатым забором. Укрытие из него никакое, зато контейнеры выглядели крепко и надёжно. Краснов как-то быстро разобрался с первой маминой сумкой. Выудил оттуда специальные кусачки, ими сноровисто проделал дыру в сетке и поволок за собой вторую тяжеленную сумку со всем содержимым.

– Когда нас засекут, а засекут точно после залпа, то побежим сюда. – Он кинул боезапас на землю рядом со старым грузовиком.

Между зданием, на которое целился дирижабль, и контейнерами располагалась парковка. На ней стояла парочка старых машин со спущенными колесами. Чуть левее парковки находилось небольшое кафе. Вполне целенькое, с частично сохранившимися окнами. И главное, дверь была открыта нараспашку. Наверняка это строение разграбили ещё лет пятьдесят назад. Внутри ничего ценного не осталось, но нам требовалось только укрытие сверху на случай, если дирижабль начнет облёт. Стрелять и как-то обезвреживать телепатов из бывшего кафе не получится. Но у нас имелись две точки для обстрела.

Честно говоря, кафе у меня вызывало сомнение, о чём я и сказал Краснову. Времени тщательно обследовать помещение не было. Вдруг какие-то сюрпризы внутри?

– Чувствую, прилетит что-то сверху. Нужна крыша над головой, – ответил мне Следящий, оставив вариант с кафе в качестве укрытия.

Пристроив основную сумку рядом с грузовиком на парковке, мы вернулись к контейнерам.

Краснов начал приводить в готовность револьверную конструкцию гранатомёта. Тяжёлым гранатомет не был. От силы килограммов шесть. Без зарядов, конечно. Насколько я помнил, дальность стрельбы у него до четырехсот метров.