Текст книги "Путь трёх совершенствований. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Крам

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 21 страниц)

– Цветанки?

– Да.

– Смены по дежурствам как?

– Нормально, хотя в голове держать это трудно.

– Попроси тетрадку и веди там список, чтобы потом обидок не было.

– Бумаги жалко.

– Задницу и листьями подтирать можно, – сказал я. – Я сейчас схожу помоюсь, и продолжим.

– Там раненые в пещере, – заметила девушка.

– Да и чхать, – сказал я. – Крыльями меня закроете и будете как шторку их держать.

– А если мы подглядывать начнём? – весело проговорила Лиза.

– Мне стесняться нечего, – сказал я.

Сходил в пещеру, помылся, переоделся и вышел для обстоятельной беседы со стюардессой. Народ уже ждал от меня какого-то слова.

– Смотри, – сказала Лиз, разворачивая карту.

– Можно? – подошёл Томас и Ликтор, следом потянулись остальные любопытные.

– Эй! – окликнул я их. – Софи, сюда, остальные свалите, нечего толпиться. Всё всем расскажем и покажем. Как дикари, чесслово.

– Ну мы сейчас и есть дикари, – заметил Тор.

Но увидев мой кулак, сразу стих.

Лиза провела маршрут пальцем от Кадии до Фатума.

– Мы должны были следовать вот так. Но примерно в этой точке начали падение.

Я понял её мысль и поспешил продолжить:

– Учитывая, что там везде равнина, а мы дошли до каких-то предгорий, мы вот в этой области где-то, левее маршрута, получается.

– Нужно ещё поискать ориентиры, – сказала стюардесса.

Я кивнул.

– Взберусь на гору или пойду вот так, – я провёл линию пальцем. – В реку в любом случае упрусь и станет яснее, где мы именно. Вдруг изгиб русла какой приметный обнаружу. И уже сможем строить план, как добираться.

– Можно по реке, – сказал Ликтор. – Можно построить плот и…

– Быть съеденными речными тварями, – оборвал я его. – Ты забыл, почему у Кадии дамба с двух сторон? И всё равно ведь проплывают бестии всякие. А тут, на дикой земле, страшно представить, чем кишит вода.

– А ты предлагаешь пешком идти⁈ – взорвался Ликтор. – Нас с каждым днём всё меньше. Элен уже старуха!

– Заткнись, – спокойно сказал я. – Или общайся ровно, или выйди нахрен и уступи место кому-то менее истеричному.

Он сжал кулаки и шумно задышал.

– Скандалы будешь дома родне закатывать, – добил я его. Он поиграл желваками и отошёл. Его место заняла Бета.

– Жаль, навигатор не уцелел, – сказала Лиза. – Он писал маршрут. По нему было бы проще.

– Имеем, что имеем, – пожал я плечами.

Поднялся на небольшой камень и повысил голос.

– Значит так, народ. Сейчас у нас пять основных задач. Первая – укрепить оборону лагеря. Придётся тут ещё задержаться. Вторая – повысить боеспособность отряда. Это я на себя возьму, наделаю оружия. Третья – дойти до реки, посмотреть, есть ли там вообще спуски, кто и что там водится, можно ли, например, добывать рыбу или рыба добудет нас. Четвертая – подняться на близлежащую пиковую точку. Оглядеть округу. Может, этими двумя шагами, мы чётче определим наше местоположение. И пятая, наш самолёт по пути где-то стошнило багажом. Нужно пройти по примерному маршруту падения и найти чемоданы. В них экипировка для КП, считай, доспехи. Ну и, возможно, ещё чего полезного отыщется.

Понятный план их воодушевил. Настороженность с лиц ушла. Все стали живо обсуждать.

Я вздохнул. Вроде какой-то авторитет заимел. Но это всё до первой ошибки. А она непременно случиться. И что тогда делать не очень ясно.

Скорей бы ночь. Уйду в Путь, подальше от этого всего бремени. Там я только за себя отвечаю.

Глава 32

Я остался только с Амандой.

– А ты складно говоришь, – подбодрила она меня.

– Угу, – буркнул я. – Придумай, пожалуйста, кто со мной в горы сейчас сунется и собери рюкзак в дорогу. Я пока пойду оружие поделаю.

Я оборудовал место. Притащил с леса заботливо выкорчеванным кем-то пенёк, судя по роговым частицам, это кто-то просто почесался так. Подобрал булыжники нужной формы, развёл костёр, взял топорик, связку проводов, тюбик клея, крыло гарпии и так по мелочи всякого.

Сначала взялся за копья. На смену деревянным теперь пришли с металлическими наконечниками. Потом принялся за стрелы. В итоге пожалел, что взял мало композитов всяких. Стрелы вышли самые лучшие из них. В полёте себя естественнее ощущали как будто.

Вообще, ощутил, что появился некий лукарский снобизм. Мол, вот с дерева стрелы самые настоящие и лучше всех, а всё остальное это так. Откуда вдруг? Может, меня всё же эльфы покусали.

Надо бы второго стрелка завести в отряде.

Нашёл себе здоровенный дрын в лесу. Обточил его под лук. Старую тетиву переставил на эту необработанную заготовку, себе сделал новую из паутины, только вот растягивалась зараза, пришлось очень толстую плести и слабину вытягивать как бы. Ну всё равно, надо следить, чтобы натяжение не падало и, если что, дорабатывать.

Нужен кто-то сильный и без способностей. Ха.

– Кайрат, а ты из лука в Дигме стрелял?

– Не особо. Пару раз, может, когда ночь была и порох не работал.

– Плохо. Ну ладно. Будешь учиться. Я вас прикрою сверху, а ты с кем-то сходи вниз и набери гибких стеблей для чучела. Я сплету мишень специальную, по ней работай, и всем дашь попробовать, если у кого будет хорошо получаться, на пару станете тренироваться. Всё, ты теперь старший по запасному луку.

– Есть! – браво козырнул он.

– На жопе шерсть, – добавил я. – Иди уже.

Всё одну головную боль скинул. Показал остальным, как пользоваться копьём. Самые базовые удары. А потом скрафтил себе деревянную киянку и сделал из остатков обшивки две нагрудных пластины.

Оставался один маленький нюанс.

– Гхм, дамы, – сказал я. – Мне необходимо произвести, как бы это сказать, замеры, для большей анатомической точности. Вы ничего такого не подумайте.

– Только попробуй!

– На глаз делай.

– Извращенец!

– И не стыдно?

Гхм. Ну ладно, на глаз так на глаз.

Пока работал наблюдал за людьми.

Лапа, Тадеуш и Ликтор кучковались вместе. Плохо это.

– Аманд, – подозвал девушку и прошептал на ухо. – Та троица, чтобы вместе никогда на дежурство не попадала.

– Хорошо. Поняла.

– Вот и умница. Чтоб я без тебя вообще делал.

– Выл от горя.

Затем занялся остатками крыльев. Они были очень плотные. Стрела тогда увязла. Пуля, пробив переплетенье крыльев, теряет основную силу. Тот же грифон навалял всем по первое число и был таков. Хотя из рассказа следовало, что стреляли в него метров с пяти.

К тому же они очень лёгкие, что критично при бое или активном передвижении по лесу. Сделал ещё два нагрудника.

Подозвал Элен и Рин. Вручил им доспех из алюминия и строго настрого наказал не выходить без них из пещеры. Крылатые выдал Лизе и Камую.

Мышь зверолова уже была размером с кролика. Я сводил его вниз, и он поймал ещё и птицу, будет у нас за часового. Это была странная мелкая хищная и зла пернатая.

– Их называют боевитка, – пояснил он. – Характер у них не соскучишься. Навсегда запоминают тех, кто их обидел.

Остался ещё материал крыла. Подумал, кому ещё нужно раздать. Надо это как-то грамотно сделать. В итоге решил, что Бете, как основной батарейке Элен, с которой у неё лучшая связка.

– Отвали! – заорал Саманта Агаян на весь лагерь. – Сколько раз тебе сказать?

Тадеуш пытался отвести её в сторонку, но девушка вырвалась и ушла.

Хм…

– Аманда, – тихо проговорил я. – Организуй мне беседу с Самантой, чтобы никто не знал об этом.

– Попроси всех помочь со своими делами, – сказала девушка. – А я с ней поговорю, чтобы она откликнулась, вроде как сама.

Я дождался знака и громко спросил:

– Порукодельничать никто не хочет?

– Я! – отозвалась Саманта.

– Смотри, вот эти острые края доспеха нужно зашлифовать камнем, вот так, – я показал.

Все быстро потеряли к нам интерес, я сел к ней спиной и тихо проговорил, чтобы никто не слышал.

– Саманта, могу ли я тебя кое о чём попросить.

– Это что-то с Тадеушем, – сразу догадалась она.

– Да.

– Это наши с ним дела.

– Я знаю. Но ест вещь, в которой только ты можешь помочь. И если это не сделать, боюсь, всё может плохо кончится. Если откажешься я пойму. Просьба такая себе, с точки зрения морали. Можно сказать, даже немного оскорбительная по отношению к тебе.

– Говори уже, – явно заинтересовалась она.

– Не могла бы ты начать оказывать знаки внимания Ликтору.

– Что? Ты охренел⁈ – прошипела она.

– Я хочу, чтобы ты вбила клин между Ликтором и Тадеушем, чтобы однажды они вдвоём не вбили мне нож в спину. И я сейчас не фигурально выражаюсь.

– Ты козёл, Андрей Богданов.

Я лишь пожал плечами.

– Пусть так. Но козёл, который хочет, чтобы все выжили.

– Хорошо.

– Спасибо.

– Засунь его себе в задницу.

Девушка встала и ушла.

Фух.

Только выдохнул и хлебнул воды, как Аманда вручила мне рюкзак.

– Там вода, перекус, мини-аптечка, верёвка, маленькая радейка и бинокль.

– Бинокль⁈ – удивился я.

– Да в рюкзаке у Лизы был.

– Здорово.

– Успеете до темноты? – поинтересовалась она.

– Не факт, – сказал я. – Потому один пойду.

– Может, лучше на завтра оставить?

– Завтра до реки, – отрезал я.

– Не ходи один, – попросила Аманда. – А если ногу подвернёшь или ещё что.

– Ладно, – вздохнул я, пока остальные наседать не начали. – Мэй, ты как? Дышишь нормально?

– Нормально, – бодро отозвалась девчонка.

Вот и выведаю у неё по пути все секреты ищущих.

– Тогда за мной.

Аманда мне подобрала двух девушек. Зою Нур, худышку с цветными косами, батарейку по специализации, и Тару Майю, черноволосую смуглую красотку зверолова. Её питомца я не видел.

Обе так и были в форме чирлидерш.

– Вам реально в этом удобно? – спросил я.

– Да, – с вызовом во взгляде ответила Тара.

– Ладно, – сказал я. – А кто у тебя в подчинении?

– Геккончик. Он вон, – она указала на почти полностью сливавшегося с камнями геккона. Тварь уже вымахала в метр и обросла броней. А в природе небось с ладошку. – Сегодня ночью он уже на дежурство сможет заступить. Долго его подчиняла. Одиночка. Еле как продавила волю до конца.

– Ладно, красавицы. Идём.

Не хотел брать, но надо, чтобы они нашли ножны для меча мне. Устал как дурак его таскать.

Мы начали подъем, я шел впереди. Иногда подавал девушкам руку. Мэй и Зоя принимали, а вот Тара два раза прошла мимо, и больше я ей руку не протягивал.

– Начинает темнеть, – заметила Зоя.

– Привал минута, – объявил я. Тут можно было осмотреться и немного наладить контакт. – Зой, можно я тебя на руки возьму?

– Зачем? – удивилась она и даже отшатнулась.

– Интересно, сколько ты весишь. Уж больно хрупкая на вид, как балерина.

– Это кажется только, – она заученным чирлидерским движение прыгнула мне на руки.

– Ну да. Пушинка. Я вспомнил только сейчас. Это ведь тебя всегда наверх пирамиды ставят, когда вы фигуру строите.

– Да, – улыбнулась она.

– У меня сердце каждый раз замирает, когда ты оттуда падаешь и тебя ловят.

– На то и расчёт, – подмигнула девушка.

Тара лишь закатила глаза. Как с ней общаться пока не ясно. Но придётся контактировать с каждым. Для той же Зои я теперь не просто неплохо командующий пацан, цена авторитету которого до первой ошибки, а парень, у которого за неё сердце замирает.

– Можно волосы твои посмотреть? – спросил я и, не дожидаясь ответа, взял прядь Зои в руку. – Интересные такие.

– Это не краска, если что. Мутация.

– Да ну! – удивился я. – Круто.

– Повезло тебе с мутацией, – сказала Мэй, которая кроме меня ни с кем обычно и не разговаривала.

– Ага, могло третье ухо на лбу вырасти, – холодно бросила Тара. И Зоя показала ей язык.

Я осмотрел склон. Подозрительно тихо тут. Подошёл к краям и поглядел с обрыва. Красиво, блин. Все эти изгибы гор. Вроде и надежно стоишь на плато, а от смерти отделяет полшага.

Ветер рванул снизу, растрепав девчонкам волосы.

– Идём, – объявил я.

Немного отстал, пропуская спутниц вперёд, и когда они скрылись за поворотом тропы, сел, использовал Путеходец. Вытащил ножны. Для маскировки схватил с пола ещё обломанное древко и какой-то мятый наплечник. Открыл глаза. Быстро встал, примерился и со всей силы забросил всё наверх, на следующий виток тропы. Теперь они их первыми найдут.

Догнал девушек. Тропа стала поуже, и приходилось частенько взбираться с опорой на руки. Тара шла передо мной, так что мне открывались неплохие виды. Вроде и нет у них приседаний как базового упражнения, а так и не скажешь.

Справа потянулся отвесный склон.

Тут уже пошла каменная и совсем узкая дорога. В одном месте и вовсе был переход над пропастью вдоль скалы.

Мэй и Зои на нём было комфортно, а вот Тара бросила на меня тревожный взгляд. Спиной к стене ей задница мешала, а лицом к ней грудь.

– Надо было грифона очаровывать. Сейчас бы так не мучилась, – поддел я её.

– Пройти-то мне теперь как? – возмутилась она.

Я подошёл, и у самого сердце забилось. А эти две прошмыгнули и хоть бы фиг.

Я достал из рюкзака верёвку и перекинул её на ту сторону. Мэй поймала.

– Вдвоём натягивайте, сделаем нашей фигуристой спутнице перила.

Тара, осторожно ступая, начала переходить. Я следил за каждым шагом. Но натяжение было несильным, она лишь слегка опиралась на верёвку и прошла нормально.

Когда я перешёл, она всё еще стояла, опираясь руками на колени, и пыталась отдышаться.

– Спасибо, – проговорила она.

Мы пошли дальше.

Меня заинтересовали следы. Маленькая нога. Похоже на гоблинский след.

– Будьте осторожнее, – предупредил я. Тара обернулась. Я показал ей отпечаток.

Дамы двигались вперёд, а я взобрался на камень и внимательно изучал округу. Ничего похожего на тайные ходы горных гоблиноидов не было.

– Глядите! – неожиданно воскликнула Зоя.

– Зои, что там? – спросила отставшая Тара.

Я сделал вид, что насторожился.

– Возможно эт следы сражения, – задумчиво проговорила девушка.

Я догнал их. Нашему вниманию предстал натюрморт: ножны, древко и наплечник.

– Хм, – задумчиво протянул я и поднял ножны. Повертел, словно в первый раз видел, и вставил меч. – Ха!

– Древко возьмите. На хворост пойдёт, а наплечник как сувенир, – сказал я.

Я изобразил неловкость в движениях, отыгрывал неумение надевать ножны. Зоя и Мэй мне помогли.

До вершины оставалось немного.

– Поднажмём! – протянул я и пошёл вперёд, подавая пример. Уже скоро солнце за гору зайдёт и совсем ничего не видно будет.

– Всё. На месте, – объявил я. – Можете полюбоваться видами.

Я полез на самый пик почти треугольной формы. Забрался по огромным камням ещё метров на двенадцать. Отсюда открывался совершенно потрясающий вид на линию холмов и зубцы гор.

На одном из них было что-то непонятное, не то чьё-то жилище, не то какое-то существо. В сумерках уже не разобрать. С утра ещё посмотрю.

Достал рацию.

– Лиз ответь Анду. Лиз Анду.

– Лиза, – «взяла трубку» девушка.

– Мы на месте. Уже темно, спускаться не будем. На рассвете придём.

– Принято.

– Сейчас попробую отсюда с высоты связь половить.

Я вытянул антенну и запустил поиск. Что удивительно несколько раз ловил непонятные сигналы, какие-то зашифрованные коды из жутких помех. Выставил базовую частоту ретрансляторов, но ничего не нашёл. Зачем-то всё равно выслал сигнал о помощи.

Спустился.

– Ночуем тут, – объявил я. – Вон под тем камнем будем как под навесом. Все влезем. Утром ещё раз слажу и при свете дня осмотрю горы.

– А это не опасно? – спросила Тара.

– Не опасней, чем в темноте спускаться. Во сне хотя бы ноги не переломаешь.

Девушки разложили плед и рюкзаки под головы вместо подушек.

– Голодные? – спросил я.

– Есть такое, – призналась Зоя.

– Сейчас.

Я сходил и собрал хвост. Пересохшие, почти невесомы ветки редких кустарников, которые зачастую демонстрировали запредельную тягу к жизни, прорастая почти на голых камнях. Я, конечно, не Ликтор, но эти кусты уважал сильнее прочих горных жителей. Гоблины и гномы по сравнению с ними – огурцы тепличные.

Я развёл огонь и разогрел сухпай прямо в упаковке. Отдельно в железной кружке погрел чайкофский.

Девушки улеглись.

Я взял себе первую смену дежурства. Слушал, как меняется их дыхание, когда они засыпают. Только одна делали вид, что спит.

– Тара, – обратился я и угадал.

– Что? – тихо отозвалась она.

– Спи спокойно. Ничего не случится. Никто вас не потревожит.

Удивительно, но минут через пять она уснула. Хотя я уже приготовился вырубать его Заговорами.

Я слушал горы. Ветер стих и давал насладиться звуками. Хлопанье крыльев дракона разносилось особенно слышно. Есть у этих гор свой хозяин, значит.

Горы жили. Осыпалась земля и камни, вылезали из нор ночные зверьки. И кто-то тихо крался.

– Я тебя слышу, – проговорил я.

Из-за камня вышел седой гоблин. Один глаз был с бельмом. Зубов едва ли половина. Крючковатые пальцы с разбухшими суставами плохо слушались, но он кое-как жестами показал, что он стар и безобиден. Хотя это и так было видно.

– Чего тебе надо, старик?

Не особо я ему доверял. Где один гоблин, там и целое племя. Хотя уж следы группы я бы заметил.

Он показал на небо и сложил руки крестом. Показал, что хочет пить.

Видимо, давно дождей не было, и его привычные места пересохли. Гоблин снял с плеча мешок на лямках и стал вытаскивать свои невеликие сокровища. Деревянный стакан, ржавая полоска ножа, полоски кожи, крысиные шкуры, наконечники стрел, причём очень разные.

– Наконечники все возьму, – я отложил семь самых функциональных на вид. Налил ему воды в стакан. – Не попадайся нам на глаза. Я тебя не трону, но остальные могут напугаться.

Продублировал сказанное жестами, и он вроде понял. Ушёл и ещё долго сидел за камнем. Всё же раздумывал, получится ли напасть.

– Я убью тебя, старик. Только косой взгляд бросишь, и ты покойник, – пообещал я. И тогда он всё же ушел.

Я разбудил на дежурство Мэй.

– Ну давай, ищущая, скажи, кто тут был.

Она встрепенулась. Сонливость отступила. Девушка не видела следов в темноте, но безошибочно замирала в тех местах, где стоял гоблин.

– Точно иномирец, – осторожно произнесла она. – Один. Но с ним что-то не так. Странное чувство. Возможно, он родился на земле, или полукровка с человеком. Слабый фон. Крайне слабый. Я бы предположила, что это кобольд, орк, гоблин или подземный эльф.

Я бросил ей наконечник. Она принюхалась.

– Гоблин!

Я удовлетворённо кивнул. Подвернулся удачный момент, выспросить её про секреты ищущих.

– Так что вы из себя представляете? – поинтересовался я.

– Вообще-то, в рамках противодействия любой агентурной деятельности вторженцев нам, в отличии от других, запрещено разглашать какие-либо подробности о себе.

– Да брось. Мы в жопе мира. Возможно, уже ночью меня убьёт старый гоблин, потому что кто-то из вас проспит смену. Как ты поняла, что ты ищущая?

– Ну, – она пожала плечами. – Я всегда чувствовала всякое. Непонятные тревоги перед Фазой, которые потом, лет в двенадцать сменились ночными припадками и дневными паническими атаками. Это ужасное чувство, кажется, что ты сейчас умрёшь, и совершенно не ясно, от чего.

Я кивнул, мол, продолжай.

– На первом же осмотре врач сказал, что мне нужно в даровый центр. Там специалист сходу определил, в чём дело, и мной занялись уже наши братья ищущие. Сначала нас учили различать магические частицы. Молекула Сахарова, ангельнул, мидароксы и прочие. У них у всех своё ощущение. Потом началось натаскивание на существ из разных фракций. Постоянно сличаешь ощущения. Должен держать в голове всю эту карту «астральных запахов» или магических слепков. В общем, довольно сложная дисциплина.

– Но она тебя поддаётся.

Мэй пожала плечами.

– Я бы сказала, что я середняк. Когда поступлю в академию, там уже будут детективные практики, разборы реальных дел. Мы будем «нюхать порталы». Как бы жестко это ни было. На таких вылазках, чтобы обучить ищущих, часто погибает много простых бойцов. И меня ждёт всё это, и многое-многое другое. А до того времени нужно выучить весь этот алфавит «ищущих». Понятно, что там будет всё глубиннее. Я надеюсь, что нам расскажут тайну всей этой системы. Почему происходит открытие порталов.

– Думаешь, это известно? – удивился я.

Девчонка пожала плечами.

– Расскажи о себе, – попросил я.

– Ну у меня три брата и… – она что-то вещала о первой, второй и третьей школе. А я не заметил, как отрубился.

Очнулся рывком. Солнце уже выходило из-за горы. Просрал! Отрубился и профукал ночь в Пути. Сейчас тогда спустимся и лягу спать. Уж мои законные четыре часа сна группа без меня продержится, никуда не денется.

Я растолкал девчонок, а сам размялся и полез на гору. Надо рассмотреть при свете, что там за пятно непонятное было.

Забрался на пик. Поднял бинокль. Так, вижу вон там какие-то ходы. На той горе вроде даже створки каменные. Полноценная дверь. Работа, вероятно, гномская. Надеюсь, хотя бы не гномы пустоты, а обычные.

Я опустил бинокль. Глядя на всё это безобразие, чувствуется, что все эти твари теперь хозяева земли. А мы заперты в городах, будто в какой-то резервации.

Вон то пятно. Серо-голубое какое-то, будто под цвет облаков. Снова припал к оптике и замер с открытым ртом. Это был аэростат. Да, спущенный, сдувшийся, но всё же. Под ним даже имелся подвес для пассажиров или аппаратуры. И вроде целый.

– Эй, кто-нибудь. Залезьте ко мне. Я должен убедиться, что мне не мерещится.

Чирлидерши сделали привычную для себя лесенку и говорили Мэй, куда ступать, чтобы она могла по ним подняться. Затем она полезла уже сама, и тут я подал ей руку.

– Вон туда смотри, – указала я, протягивая бинокль.

Девушка глянула и повернулась ко мне с расширившимися зрачками.

– Девчонки. Вам надо это видеть, – протянула она.

И все полезли. Пришлось потесниться.

– Скорее, бежим вниз. Надо всем рассказать! – затараторила Зоя.

Я вызвал лагерь по связи. Спросил, как там дела. Ещё раз попробовал поймать связь, но не вышло.

Мы спустились. Лагерь пробуждался от сонного оцепенения. Я пока не стал никому ничего сообщать. Дождался, когда все соберутся, и объявил:

– Мы нашли аэростат!

Все запереглядывались, загомонили.

– Это шанс, – сказал я. – Если даже не улететь на нём, то подняться вверх и гарантированно поймать устойчивую связь.