Текст книги "Проклятый Портной: Том 5 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Дорничев

Соавторы: Артем Белов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)

Глава 2

Иркутск

Особняк Чигерёвых

31 июля 2046

Вторник

– Даже не могу в полной мере выразить, насколько мы рады вас видеть у нас в гостях, Максим Витальевич, – Марк Артёмович Чигерёв, как обычно говорят про таких, был мужчиной в самом расцвете сил. При этом говорящие всегда почему-то старательно избегают взглядов на заметную лысину и выпирающее брюшко, не скрываемое даже отлично пошитой одеждой.

Подскочив из-за стола, Чигерёв чуть ли не в три шага преодолел свой длиннющий кабинет и, схватив меня за руку, принялся трясти её, изображая рукопожатие.

– Прошу, прошу, усаживайтесь, – не отпуская руки, мужчина буквально дотащил меня до стола и усадил на одно из кресел. – Вы тоже присаживайтесь, Дмитрий Владимирович, присаживайтесь.

Так и продолжавший стоять в дверях Киселёв, явно смущённый напором Чигерёва, кивнул и, добравшись до последнего свободного кресла, уселся и достал блокнот. Не знаю, что он там рассчитывал в него записывать, так как встреча намечалась хоть и не секретная, но вроде как конфиденциальная.

Впрочем, где знают двое, там знают все. А нас в кабинете было аж пять человек. Ровно на два человека больше, чем я планировал.

– Прошу меня извинить, что не предупредил заранее. Но их присутствие было необходимо, – владелец кабинета заметил, что я не свожу взгляда с сидящих напротив меня мужчин.

И если первого я узнал, молодой мужчина с чёрными и длинными, по самые плечи, волосами являлся одним из сыновей Чигерёва, то вот второго участника собрания, одним своим видом заставляющего проверить, на месте ли ещё бумажник с телефоном, я наблюдал впервые.

– Позвольте представить, мой средний сын Сергей Маркович, – Чигерёв указал на мужчину, лет на пять старше меня. После чего едва заметно склонил голову в сторону «бандита», молча взглядом сканирующего меня и Киселёва. – А это Ефремов Артур Тигранович, поверенный в делах рода Чигерёвых.

Да уж, не знаю, сколько всего поверенных у Чигерёвых, но для этой встречи они явно выбрали самого жуткого…

– Приятно познакомиться, Максим Витальевич, – Артур Тигранович проскрежетал эти слова таким тоном, будто интересовался, что я предпочитаю, когда меня поджаривают на медленном огне или иголки под ногти вгоняют.

– Взаимно, – тем не менее кивнул я в ответ на слова поверенного.

Отпрыск Чигерёва же последовал примеру отца и, перегнувшись через стол, протянул руку, а после того, как мы обменялись рукопожатиями, то не побрезговал поздороваться и с Киселёвым.

– Итак, думаю, можно переходить непосредственно к делу, – произнёс Чигерёв, когда с обменом приветствиями было покончено. – Максим Витальевич, за эти два дня мы ознакомились с переданной вами информацией и хотим выразить вам глубочайшую признательность. То, что вы нашли, поможет нам затянуть судебные разбирательства и даже даст некую надежду на то, что нам удастся сохранить «Октопус» за собой.

– И какова вероятность подобного исхода? – поинтересовался я, убирая руки под стол.

Нет, не потому, что хотел из вредности жвачку наклеить, просто несмотря на усиленный отдых… Вот ведь как оказывается, чтобы отдохнуть, нужно перед этим в плену побывать… В общем, несмотря на водные процедуры, усиленное питание и даже визит Варвары, которую чересчур инициативная Мышь всё же вызвала, ощущал я себя не очень хорошо. Примерно раза в два хуже, чем выглядел.

А выглядел я тоже плохо. По крайней мере, если судить по комментариям Дарьи и согласно кивающим на её слова Шорникову и Киселёву. Хорошо, хоть чернота с лица сошла, а то бы на этом совещании не меня всякие поверенные пугали, а я всех присутствующих.

– Даже с вашими данными мы оцениваем вероятность успеха не более чем в тридцать – тридцать пять процентов, – произнёс Артур Тигранович. – Если бы вы их предоставили раньше, шансов было бы куда больше.

– Я и так с самого начала сообщил вам насчёт планов графа Петрова, как и обещал покойному Зуеву. Дальше я лезть в эти ваши предварительные ласки не намеревался, – добавив недовольства в голосе, ответил я. – Максимум, подкинул бы что-нибудь перед самым разбирательством. Буду честен. Для меня вы с Петровым где-то на одном уровне. Он, который ведёт грязную игру, из-за которой гибнут люди. И вы, те, кто не выполнили взятых на себя обязательств, что привело к гибели ещё большего количества людей.

– Наша вина не доказана, – негромко произнёс сын Чигерёва. – Имперская комиссия до сих пор не может понять, чем был вызван гон. Да и был ли это гон вообще.

– Это не отменяет того факта, что вы не смогли обеспечить безопасность гостям и персоналу, – пожал я плечами. – Я был там лично и прекрасно видел, сколько людей погибло лишь потому, что кто-то не предусмотрел банальных вещей.

– Мы вас поняли, Максим Витальевич, – Чигерёв жестом остановил сына, собравшегося вновь открыть рот. – Тем не менее, судя по всему, вы поменяли своё мнение, коль передали нам информацию. Могу я узнать почему?

– Всё просто. Граф и его люди перешли границы, которые пересекать не стоило, – ответил я. – И спускать это ему с рук я не собираюсь.

– Максим Витальевич, повторюсь, – с лёгким вздохом огорчения произнёс Артур Тигранович, – это нужно было делать раньше. Сейчас с имеющейся информацией мы максимум сможем ему попортить нервы.

– Вы же не думали, что я вам скину сразу всё? Мне тоже нужно было убедиться, что вы сразу же не побежите к Петрову сдавать меня, в надежде выторговать у него более приятные условия сделки, – я достал из кармана флешку и щелчком отправил её в сторону поверенного.

– Мы бы так не поступили, – с наигранным возмущением произнёс Марк Артёмович. – Слово главы рода нерушимо!

– Это радует, – кивнул я, наблюдая, как поверенный забирает ноутбук с соседнего стола и, включив его, начинает просматривать информацию на флешке.

На несколько минут в кабинете воцарилась тишина, прерываемая лишь сопением Чигерёва, тоже включившегося в чтение добытой Киселёвым информации.

– Что вы за это хотите? – Марк Артёмович, наконец, оторвался от ноутбука и посмотрел на меня. – Чтобы мы избавились от Петрова?

– Смешно… Нет, конечно. Господина графа вы и так по полной накажете. И даже не ради какой-то там мнимой справедливости, а чтобы другим родам неповадно в будущем было на вас лезть, – покачал я головой, при этом заметив, как недовольно переглянулись меж собой Чигерёв и Ефремов.

Старые черти явно рассчитывали, что смогут прихлопнуть двух зайцев одной лопатой. И от обидчика избавиться, и со мной рассчитаться.

– Мы можем выдать вам определённую сумму, но не могу сказать, что она будет прям заоблачная. По крайней мере, не сейчас. Даже с тем, что вы нам сегодня принесли, нам придётся пустить в ход большую часть финансов…

– Остановитесь, уважаемый Марк Артёмович. Мне не нужны от вас деньги. По крайней мере, не более того, что полагается в качестве компенсации за тяготы и лишения, перенесённые на вашем курорте. Размер которой уже определит суд, – покачал я головой, заставив обоих мужчин напрячься ещё больше.

– Тогда что же вам нужно, Максим Витальевич? – настороженно спросил Чигерёв.

– Видите ли, случилась в моём окружении некая неприятность. Некие Лютовы хотят убить моего друга, Семёнова Сергея Андреевича. Ну или запятнать его репутацию, устроив суд. А мне не нравится ни тот ни другой вариант. Так что было бы неплохо, чтобы эти Лютовы отказались от своей идеи…

– Лютовы? – вопросительно произнёс Марк Артёмович, глядя на помощника.

– Да, я читал о произошедшем тогда на Малом острове, – кивнул Ефремов. – Семёнов действительно убил главу рода. Вроде как еду не поделили. Правда, со свидетелями туго, там присутствовали только его братья. А те, само собой, утверждают, что парень первым напал.

– Понятно, – вздохнул Чигерёв, после чего посмотрел уже на меня – И что вы конкретно хотите?

– Думаю, вы уже и сами догадались. Однако, скажем так, мне без разницы, каким образом у вас это выйдет. Подкупите вы Лютовых, надавите на них или попросту уничтожите самых воинственно настроенных. Вы вольны в своём выборе, – пожал я плечами. – Моё единственное условие, чтобы претензии Лютовых к роду Семёновых были полностью исчерпаны. Можно даже без извинений. Хотя они приветствуются.

– То есть ради безопасности человека, с которым вы знакомы… э-э-э… – Чигерёв взглянул на помощника, и тот одними губами прошептал ответ, – чуть больше двух месяцев, вы готовы, пусть и нашими руками, уничтожить целый род?

– Что могу сказать… Я не люблю, когда кто-то заставляет моих друзей волноваться, – я развёл руками. – Из-за этого я и сам волноваться начинаю.

– Да уж, тогда даже не представляю, что станет с теми, кто попробует их убить, – криво улыбнулся Чигерёв-младший, молчавший практически всю встречу. Видимо, отец затащил его сюда опыта набираться. – Если вам не сложно, скиньте мне как-нибудь список вашего окружения. Не хотелось бы кого-нибудь из них задеть ненароком.

– Думаю, Артур Тигранович предоставит вам его быстрее, чем я успею набить весь список на телефоне, – улыбнулся я в ответ, после чего посмотрел на Чигерёва-старшего. – Так что, мы договорились?

– Может, всё-таки деньгами? – с надеждой в голосе произнёс мужчина.

– Не-а. Цена озвучена и останется неизменной, – покачал я в ответ головой.

– Нам нужно несколько часов, чтобы всё обдумать, – посмотрев на главу рода, произнёс Ефремов. – Лютовы, насколько я помню, весьма упёртые и договориться с ними будет непросто…

– Хорошо, тогда позвоните, как определитесь с ответом, – кивнул я, поднимаясь и отказываясь от протянутой флешки. – Можете оставить ей себе.

– Я с неё ничего не копировал, – произнёс мужчина, и я почувствовал, что он говорит правду. – А положительного ответа мы не дали.

– Всё равно. В голове-то у вас что-то, да и осело, – усмехнулся я. – Плюс это будет моя страховка от того, что едва за мной не закроется дверь, вы не ринетесь к телефону и не начнёте названивать графу, чтобы сдать меня. Нет, так-то сдать вы можете, вот только вряд ли Петров в ответ не набросится на вас, едва поймёт, что я вам принёс и какой компромат у вас на него есть. Подружиться точно уже не выйдет, только война на уничтожение.

– Шантаж, – процедил Сергей и от недовольства услышанным тряхнул волосами.

– Ну что вы так, уважаемый… Я предпочитаю в таких случаях использовать слово «предосторожность», – не согласился я со средним сыном главы рода. – Так или иначе, на этот счёт мы можем подискутировать в более подходящей обстановке. А теперь позвольте откланяться, день только начался, и впереди ещё много дел. Буду ждать звонка.

Распрощавшись с озадаченными Чигерёвыми и их помощником, мы с Киселёвым уселись в такси и отправились домой. Так-то у Дмитрия имелась своя машина, вот только не по статусу было моему помощнику сидеть в подобной ситуации за рулём. Да и машина у Киселёва была далеко не первой свежести.

– И что, вы думаете, они позвонят? – задумчиво перелистывая страницы пустого блокнота, поинтересовался Дмитрий.

– Не раньше, чем через час, но не позже, чем через два, – кивнул я. – Полчаса на споры, час на сбор информации по Лютовым и её анализ, после чего решение будет принято.

– В вашу пользу?

– Само собой. Я же не просто так из кровати с утра пораньше выбрался, чтобы на трёх мужиков поглазеть.

– Да уж, мне бы вашу уверенность, – вздохнул Киселёв. – Кстати, может, лучше всё же было деньгами взять? Тех же Лютовых подкупить…

– Деньги оставляют следы, – покачал я головой. – Причём более заметные, чем договорённость кого-то с кем-то. По крайней мере отследить их куда проще. А так намекнут этим товарищам, что не стоит больше лезть туда, куда не следует, и всё.

– Ну не знаю… – протянул Дмитрий. – Кстати, Максим Витальевич, а на кой я с вами ездил? Вы меня даже не представили.

– Во-первых, они тебя и так знали. Ты же против них иски подготавливал. А, во-вторых, я, можно сказать, официально заявил, что ты на время этого дела мой человек. И когда Чигерёвы начнут прессовать Петрова, тебя они трогать не станут. Соответственно, и шансы не пострадать в намечающейся заварушке теперь выше среднего.

– А я теперь ваш человек? – усмехнулся Киселёв.

– Не, если не хочешь, я могу тебя здесь высадить. Ты, главное, до остановки перебежками передвигайся. И через лес. Петров наверняка в курсе твоей пропажи. А через час-другой будет знать, что ты вместе со мной у Чигерёвых был. Как думаешь, каковы будут его приказы своим головорезам на твой счёт?

– Вот спасибо, удружили… – вздохнул Дмитрий. – Думаю, я всё же поеду с вами. Помощник вам и вправду пригодится. Хотя бы временный.

– Вот и замечательно, Дмитрий. Правильный выбор, – я похлопал мужчину по плечу. – Ну а насчёт зарплаты договоримся. Но попозже. Видишь, дел невпроворот…

* * *

Иркутск

Особняк Петровых

1 августа 2046

Среда

– К вам трудно попасть, Пётр Николаевич, – Бекерева, усевшись в предложенное кресло, поправила белый китель и посмотрела на сидящего за столом мужчину.

Разумеется, девушка и до этого видела графа, причём практически сразу после спасения из Октопуса. Но даже тогда мужчина выглядел куда бодрее, чем сейчас.

Чего только стоили тёмные круги под глазами и дрожащие пальцы, сжимающие стакан, содержимое которого граф, судя по всему, осушил за мгновение до того, как Бекерева вошла в кабинет.

– Много забот последнее время. Редко бываю здесь, – весьма грубо ответил имперскому следователю Петров и с тоской посмотрел на практически опустевший графин. – Чем обязан визиту?

– Как вы знаете, мы курируем дело «Октопуса», и так вышло, всё, что с ним связано. А этого «связанного» последнее время обнаруживается весьма много, – произнесла Бекерева, после чего посмотрела на дверь кабинета. Ей показалось, что оттуда раздался чей-то голос.

– Поконкретнее, пожалуйста, – раздражённо произнёс граф. – Я не планирую задерживаться дома. Поэтому ближе к делу.

– Хорошо. Я хочу узнать, что вас связывало с бароном Барцевым? Помимо знакомства в Октопусе, – Алая достала ручку, приготовившись делать пометки в блокноте.

– Ничего особенного, – мужчина на мгновение прикрыл глаза, словно прислушиваясь к чему-то. – Как вы и сказали, познакомились мы на этом чёртовом курорте. Он казался неглупым молодым человеком. Перспективным. Уже позже, когда оказались на поверхности, мы ещё несколько раз встретились. У него было трудное финансовое положение, и я решил, что нужно помочь человеку. Как ни крути, мы умудрились выжить, и нам стоит держаться поближе друг к другу.

– И поэтому в качестве поддержки вы передали барону Барцеву оружие и артефакты?

– У него был план, как поправить финансовое положение своего рода. Законным путём, хочу заметить, – ненатурально рассмеялся граф. – Знаете поговорку: не дай человеку рыбу, а дай ему удочку и научи его ловить. Вот поэтому я дал Михаилу Ивановичу орудия труда. Всё в рамках закона. Документы в наличии. Если хотите, вам всё предоставят.

– Было бы замечательно, – кивнула Бекерева, которая, впрочем, прекрасно понимала, что в части бумажек ей не к чему будет придраться. – И всё же вы должны быть в курсе, что погибший барон использовал ваши артефакты для похищения…

– Слушайте, Алаайа Ивановна, я – человек опытный, уже пожил немало, но я не бог и могу ошибаться, – в этот раз усталая улыбка у Петрова была настоящей. – Повторюсь, барон подавал надежды. И не скрою, что в своих планах я рассчитывал на то, что он в будущем окажется связан с моим родом. Тем или иным способом. Но кто же знал, что, получив требуемое, Барцев ринется решать какие-то свои мелкие проблемы?

– Что по итогу оказалось весьма неосмотрительно с его стороны, – едва слышно произнесла Бекерева, вновь что-то чиркая в блокноте. После чего перевела взгляд на Петрова. – Вы что-то сказали?

– Нет, я-то как раз молчал, – неопределённо махнув рукой, произнёс Петров. – Алаайа Ивановна, всё, что касается покойного барона, я вам рассказал. Документы вам передадут мои люди. Поэтому, при всём моём уважении, не могли бы закончить на этом? Я весьма занят.

– Что же, в таком случае не смею вас больше задерживать, – девушка поднялась с кресла и направилась к выходу. Правда, не дойдя до двери, обернулась. – Однако, если возникнут ещё вопросы…

– Если возникнут, свяжитесь с моими помощниками. Если они не смогут помочь, то уже присылайте официальное письмо с вызовом в участок, – граф красными глазами посмотрел на девушку. – Всего хорошего, госпожа следователь.

– Я вас поняла, Пётр Николаевич. Хорошего дня, – Бекерева кивнула и, толкнув дверь, покинула кабинет.

– Вот же сука! – граф с трудом удержался, чтобы не стукнуть кулаком по столу. И сейчас он имел в виду отнюдь не сующую нос не в своё дело Бекереву, а чёртова Барцева. – Идиот! Мало того, что не смог выполнить поставленную задачу, так ещё и помер не пойми каким образом.

Информации по делу смерти барона удалось собрать совсем мало, что весьма удивительно. Видимо, имперцы успели перекрыть все каналы, прежде чем хоть что-то действительно важное утекло на сторону. И кроме как факта смерти Барцева и его подчинённых, граф ничего и не знал.

Но что больше всего раздражало Петрова, так это то, что своей оплошностью покойник сделал опасным дальнейшее воздействие на Серова. Одна общеизвестная попытка нападения, обернувшаяся кучей трупов, и одна неизвестная. Также обернувшая кладбищем.

Причём насколько «неизвестная» совершенно непонятно. По новостям о ней не трубили, но где гарантии, что полиция не в курсе, что похищенным был Серов? И теперь, решись граф лично надавить на барона, далеко не факт, что его не повяжут прямо на месте. Нет, тут надо действовать аккуратно.

Либо, напротив, максимально нагло… Вот только не хотелось бы. Совершенно не хотелось бы.

– Ну, что-то выяснили? – Петров посмотрел на вошедшего в кабинет помощника.

– Артефактор заявляет, что с храном всё в порядке. Энергии в накопителе больше половины. Охранные заклятия работают как положено, – доложил мужчина в клетчатом костюме. – Сбоев не наблюдается.

– Не наблюдается? – Петров сжал стакан в руке с такой силой, что ощутил, как начинает трескаться хрупкое стекло. – Тогда скажи этому умнику, что я его пригласил провести ночь в особняке. Посмотрим, что он скажет завтра с утра.

– У него почасовая оплата… – неуверенно произнёс помощник. – И берёт он немало.

– Да мне всё равно, сколько он берёт, – скривился Петров. – А если он и завтра не поймёт, то останется здесь до конца недели, но уже за твой счёт. Я хочу знать, что происходит с моим домом! Понял⁈

– Более чем, – кивнул мужчина, сразу же в уме прикидывая, кого ещё можно будет вызвать, чтобы разобраться в творившейся чертовщине. Четыре дня оплаты первоклассного мага-артефактора его скромный банковский счёт не переживёт.

Впрочем, далеко не факт, что он сам переживёт эти четыре дня. Здесь бы ночь протянуть и не сойти с ума.

В особняке Петровых и вправду происходило что-то странное. Началось всё вечером воскресенья. Поначалу все, находящиеся в особняке, жаловались на непонятные шепотки, проскальзывающие где-то на грани слышимости.

Едва слышимые, неразборчивые. Больше похожие на слуховые галлюцинации, порождённые усталостью. Вроде бы ничего серьёзного, но ближе к ночи эти голоса начали звучать всё отчётливее. Правда, вскрылось это не сразу. Мало кому хотелось признаваться, что кто-то невидимый нашёптывает ему на ухо всякие непристойности или, того хуже, предлагает напасть на кого-нибудь.

Поэтому первую ночь, длившуюся, казалось бы, вечность, в особняке каждый из находящихся в нём переживал отдельно. А вот наутро измученные кошмарами люди выплеснули накопившийся стресс друг на друга. По сути, ничего страшного, несколько драк, один эпизод прилюдного оголения да череда скандалов.

Но уже через час разбирательства стало понятно, что голоса, пусть и разные, слышат все. И они становятся всё громче и разборчивее.

День понедельника и последующую ночь выдержали уже далеко не все. Те, кто помоложе да послабее психикой, уехали из особняка уже под вечер. А массовое бегство началось за полночь, когда голоса, неожиданно вновь практически стихшие до шёпота, усыпляли людей, а после погружали их в кошмары. Недолгие, но их хватало, чтобы очнувшийся человек, даже не собрав вещей, в чём был, мчался прочь из особняка.

По итогу к среде в особняке остались лишь самые стойкие и преданные графу люди. Да и те старались лишний раз друг с другом не пересекаться, а на ночь уезжать из особняка и ночевать в гостиницах. Там голоса, хоть и не полностью, но всё же ослабевали достаточно, чтобы можно хоть как-то поспать, не рискуя очутиться в очередном кошмаре.

– Что по Антиповым? Разобрались? – стуком стакана по столу привлёк внимание задумавшегося помощника Петров.

– Пока непонятно, – вздохнул мужчина. – Они просто заявили, что отказываются подписывать документы. Мол, Чигерёвы сделали им более выгодное предложение.

– С чего это вдруг Чигерёвы начали так суетиться? – задумчиво произнёс Пётр Николаевич, вставая из-за стола и выливая в стакан остатки из графина. – Вроде уже практически сдались. Я даже ждал, что они придут с попыткой договориться ещё до суда…

– Более того, сегодня на нас вышли представители Сорокиных и Беляковых, – помощник, как и всякий гонец на его месте, приносящий дурные вести, поморщился. – Они тоже отказываются сотрудничать. Причём, в отличие от Антиповых, даже причин не объяснили. Просто нет, и всё.

– Какого⁈ – Петров залпом допил остатки, после чего несколько секунд смотрел на помощника, будто бы размышляя запустить в него треснувший стакан или нет. Но, всё же сдержавшись, отвернулся и подошёл к окну. – Разберись! Ты, вообще, чем занимаешь? С домом разобраться не можешь! План, который я столько выстраивал, шатается. Я тебе за что деньги плачу⁈ Да я тебя…

Слушая угрозы в свой адрес, помощник с отвращением смотрел на стоящего к нему спиной графа, представляя, как его пальцы сжимаются на этой тощей шее. Секунда, другая, третья, и вот жертва бьётся в его руках, стараясь разорвать стальную хватку. Сучит по полу ногами, пытаясь нащупать опору, безуспешно пытается сделать хоть один вдох… Но вот сопротивление ублюдка постепенно сходит на нет, и ещё тёплое тело окончательно замирает, после чего практически беззвучно падает на пол…

– Нельз-я-я… Нельз-я-я… Так нельз-я-я… – нежный женский шёпот, похожий на перезвон колокольчиков, вновь зазвучал в ушах мужчины. А спустя мгновение сменился пронзительным воплем баньши. – Ударить можно! Можно! Бей! Бей! Бе-е-е-й!