Текст книги "Проклятый Портной: Том 5 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Дорничев

Соавторы: Артем Белов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

– Про имена предок в своих рассказах упоминал. Рассказывал, что едва очнулся тогда, в пещере, слышал, как призрак звал Станислава, а себя вроде как Станиславой называла, когда допрашивала его, – ответил Кощей. – А насчёт дара… Нет подарка, если, конечно, вы проклятье за подарок не считаете.

– Хм… – я повнимательнее посмотрел на собеседника. – То есть возможность накладывать «сигналку» и пропитывать одежду нейтральной маной, повышая её прочность, вы за подарок не считаете? Причём одарённым вы не являетесь. Кроме криво посаженной кляксы проклятия, я в вас других источников энергии не наблюдаю.

– Не понимаю, о чём вы… – глаза у торговца забегали из стороны в сторону.

– Ну вот… А ведь вроде более-менее нормально общались. Я уж думал, между нами доверительные отношения выстроились… Как же больно и неприятно… – я приложил руку к сердцу. – А знаете, я – человек добрый, даже иногда на зло добром отвечаю. Так что давайте-ка я сниму с вас проклятие. Уверен, что лжёте вы лишь из-за своей тяжкой судьбинушки…

Я протянул руки в сторону мужчины, но тот неожиданно вскрикнул и отпрыгнул на добрый метр, едва не упав на сложенные на прилавке вещи.

– Не подходи ко мне! Не трогай меня! – замахал руками Кощей.

– А чего так? – я обошёл прилавок, заступая на территорию, не предназначенную для покупателей. – Ты же буквально минуту назад плакался и сыпал проклятиями в адрес предка, обрёкшего всех своих потомков на ужасную участь. Или всё не так плохо, как ты пытаешься показать окружающим?

– Да кто ты такой? Не приближайся ко мне! – Кощей отступил ещё на пару шагов, словно надеясь сбежать.

Вот только путь побега у него был один, сигануть через прилавок и помчаться к выходу из магазина. Но и он, и я понимали, что не выйдет у него подобный финт. А нет, похоже, умный здесь только я…

– Куда, блин⁈

Кощей оказался на удивление шустрым. Я и моргнуть не успел, как торгаш прыгнул мне навстречу, после чего сиганул в сторону и кубарем перекатился через прилавок.

Ну как перекатился… Пока тощий акробат совершал кульбит всей своей жизни, я-таки успел схватить его за ногу и дёрнул на себя. Лёгкий как пушинка, Кощей клацнул зубами от неожиданности и с грохотом упал на пол, вновь очутившись за прилавком.

– Вы чего шумите? – удивлённо спросила Мошка, высунувшаяся из примерочной. – И где продавец?

– Ничего особенного. Скидку выбиваю. Своим любимым способом, – ответил я, усаживаясь сверху на дрыгающегося Кощея. – Выбрала, что хотела? Или тебе ещё полчаса на примерку нужно?

– Ну какие полчаса, Макс? – возмутилась девушка, а я почувствовал, как брыкающийся подо мной мужчина резко замер, едва услышал моё имя. – Я всего-то пять минуточек потратила…

– Ну пять так пять. Даже спорить не буду… – вздохнул я. – Заканчивай давай и выходи уже. А то на обед не успеем.

– Какой обед? Только же позавтракали, шутник. Скоро закончу и выйду, – девушка покачала головой и вновь скрылась за дверью.

Что ж, что такое «скоро» в женском понимании, я прекрасно понимал, так что времени поговорить о важном у нас с Кощеем ещё имелось в достатке.

– И так, уважаемый, продолжим… – я придавил мужчину к полу.

– Максим… Максим… Максимилиан… Прадед рассказывал, что эта тварь искала и его… – не обращая внимания на меня, бормотал торговец. – Но как… Это же невозможно…

– Совпадения. Такое случается, – пожал я плечами, после чего шлёпнул ладонью по лысому черепу, концентрируя внимание собеседника на себе. – Не грузись и не фантазируй лишнего, Кощей, иначе мозги плавиться начнут.

– Но ты же не просто так сюда пришёл? И про имена спросил сразу же… А ещё про подарок Станиславы в курсе… – пулемётной очередью выпалил торговец.

Что же, стоит признать, логика у мужика работает. Но тут я сам виноват, не так разговор начал и сболтнул лишнего. Но что уж тут поделать? Да и кто знал, что Стася, серебряный топор ей в её пустую черепушку, будет моё имя выкрикивать?

– Учёный я. В какой-то степени. А ещё одарённый. С проклятиями работаю, – решил я немного, ну или много, исказить факты своей жизни. – У тебя на входе весьма специфическое плетение, я такое в древних книгах только видел. Там как раз эти имена и упоминались. Безрукие маги-недоучки, нормально ничего сделать не могли, зато их работу до сих пор легко узнать.

– Правда? – с сомнением спросил Кощей.

– Ага, – кивнул я, при этом, по-прежнему не слезая с мужчины. – А ещё эта парочка была известна тем, что если где-то косячила, тем более если сильно, то всегда старалась загладить свою вину. В силу своих возможностей и недалёкого ума. И коль твоего пращура отпустили да ещё до выхода доставили, то, значит, призрак чувствовал себя виноватым. А значит, должен был чем-то возместить нанесённые телесные раны.

– Прадед, после того как покинул подземелье и поселился в другом посёлке, где приютили беженцев из Полевого, обнаружил, что может вещи усиливать, – негромко, словно боялся, будто его могли услышать, произнёс Кощей. – Какое-то время он это скрывал, боялся, что будут косо смотреть, особенно после того, как он один ходил в подземелье. Но со временем всё же сменил профессию и из лесоруба превратился в портного. А потом и родных обучать этому начал. Тем более что ничего сложного там не было.

– Криворукая дура и деревенский дурачок… – пробормотал я и, заметив удивлённый взгляд торговца, пояснил. – Судя по всему, призрак, та самая Станислава, в качестве извинений наложила на твоего предка проклятие. Ибо ничего другого сделать не смогла. Это проклятие, если по-простому, слегка усиливает носителя, вот только вблизи подземелья. Кто-то из твоего рода когда-то пытался уехать из окрестностей Феерии?

– Были когда-то такие. Надеялись, что проклятия избегут, – задумчиво кивнул Кощей. – Но долго не прожили, неожиданно заболели и умерли.

– Оборвалась связь с источником проклятия, и организм не выдержал, – объяснил я. – Теоретически, если обеспечить надлежащий присмотр со стороны опытного целителя, высока вероятность пережить разрыв…

– Я никуда не поеду! – воскликнул мужчина и вновь принялся брыкаться.

– Да угомонись ты! – я опять шлёпнул «мустанга» по лысой голове, – Не собираюсь я тебя никуда вывозить. Мне проще здесь с тебя проклятие снять…

– Я не хочу, – замотал головой Кощей. – Не надо, пожалуйста!

– Да я уже понял, не нуди, – ответил я. – Ничего, кроме как с одеждой возиться, ты не умеешь, всё же Климовы целыми поколениями этим занимались. А шить простую одежду тебе твой конкурент не даст, из городских фабрик возить её будет да цены сбивать. Да и привык ты из себя этакого обиженного на весь свет разыгрывать.

Мужчина попытался возразить, но я ему не дал.

– Я вот уверен, что местные с тобой более-менее нормально общаются. Столько лет жить в небольшой деревеньке… Ни в жизнь не поверю, что желай твои односельчане тебя на вилы поднять, этого бы не сделали. А значит, что? Правильно! Выгодно тебе из себя «чудовище» в замке строить. Причём готов поспорить, что и «красавиц», желающих разделить твоё «тяжкое» бремя, хватает. Несмотря на последствия.

– Даже если так, то тебе какое дело? – поняв, что ему, а точнее, наложенному проклятию, ничего не угрожает, уже более спокойно поинтересовался Кощей. – Живу, как хочу. Никому не мешаю. Да если бы не Климовы, Ягодного, может, вообще бы не было! Одно время сюда люди заглядывали лишь потому, что мой дед отличнейшую одежду предлагал. Лучшую в округе!

– О, как мы быстро от зашуганного торговца к спасителю деревеньки перешли, – я рассмеялся и поднялся на ноги, после чего принялся отряхиваться. – Ничего мне от тебя не нужно. Просто хотел узнать историю до конца и во всех подробностях. Приди я к тебе и начни задавать вопросы по-нормальному, ты бы просто послал меня куда подальше. И наш диалог бы не состоялся. Ибо серьёзным рукоприкладством мне заняться не позволила бы местная администрация. Нет, драться бы со мной не стали, но из гостиницы бы точно выселили, а спать на улице мне не нравится. И так неделю на жёстком валялся. Спасибо, хватило.

– И что теперь? Расходимся? Просто так? – Кощей тоже поднялся и с удивлением посмотрел на меня.

– Конечно. Сейчас дождусь, когда моя спутница закончит примерять обновки, расплачусь и покину твоё убежище, – кивнул я. – Впрочем, если ты всё же захочешь избавить от проклятия себя или свою семью, мы можем обсудить это. И сразу скажу, за снятие проклятия с ребёнка платить не придётся.

– Я… Мне нужно будет это обсудить с родными… – промямлил Кощей. Впрочем, я его не слушал, так как и так знал, что он ответит. Поэтому я просто повернулся и посмотрел в сторону, наконец, появившейся Мошки.

Девушка с довольной улыбкой тащила целый баул одежды, сверху на котором виднелись, помимо ботинок, ещё и сапоги.

– Лазить по чужим магазинам неприлично, а ещё к тому же и противозаконно, – произнёс я с грустью, доставая из кармана деньги.

– Я совсем чуть-чуть, – улыбнулась девушка. – Просто вы так увлечённо общались, что мне не хотелось отвлекать продавца. А вещи здесь действительно хорошие.

– Ну да, за всё нужно платить. Даже за информацию. Пусть и таким способом, – вздохнул я, отсчитывая деньги и протягивая их резко повеселевшему Кощею. – Что же, спасибо за беседу. И если что, мы здесь до послезавтра. Так что, если надумаете, приходите в гостиницу. Я всё сделаю. Хорошего дня…

Глава 14

Иркутская губерния

Иркутск

31 августа 2046

Пятница

– Ну и чего ты так грустно пыхтишь, как укушенный за попу бультерьер? – я толкнул локтем Мошку, прислонившуюся лбом к стеклу и глядящую на проносившиеся мимо встречные автомобили.

– Да как-то всё не очень, – шмыгнула носом скрытница. – Ещё и погода эта…

Проезжавшая мимо машина окатила такси столбом воды, заставив девушку инстинктивно отпрянуть от окна. Судя по всему, Иркутск нашему возвращению действительно был не особо рад. Стоило только пересечь городские стены, как зарядил мелкий дождь. А после того, как пересели с автобуса в такси, на город и вовсе обрушился ливень.

Впрочем, меня, в отличие от Мошки, погодные явления не напрягали. Даже скорее радовали. Последний летний ливень вряд ли будет долгим. А после того, как он закончится, город на какое-то время станет чист и свеж. Так чего грустить?

– Нормальная погода. Час-другой, и солнце выглянет, – я положил руку на плечо девушки и притянул ту к себе. – Так что не вешай нос и не хмурься, тебе не идёт. Да и морщины так появятся.

– Я не старуха какая-то, – возмущённо произнесла скрытница, однако отодвигаться не стала. Напротив, прижалась ещё теснее и едва слышно произнесла: – Макс, как он так мог поступить с собственной семьей?

– Как, как… – пожал я плечами. – Видимо, решил, что так для всех будет лучше.

Про Климовых я Мошке всё рассказал в тот же день. Девушка, пока мерила обновки, и так большую часть разговора слышала, так что после магазина, когда мы отправились обедать, я просто дополнил услышанное ею.

И не сказать, что произошедшее с Климовыми поначалу как-то сильно задело девушку. Те, кто лазает по дырам, прекрасно понимают, что случиться всякое может. И что зверьё и всякие аномалии далеко не самое страшное, что может приключиться с покорителями подземелий.

Однако, как известно, женщины, любопытство и свободное время – одна из самых взрывоопасных смесей во вселенной. Не удивлюсь, если десяток-другой миров погибли лишь по причине этого. В общем, после плотного обеда мы разошлись по комнатам, решив лишний раз не светиться на улицах посёлка, так как с каждым часом на них становилось всё больше и больше народу. Как местного, так и приезжего.

Но, судя по всему, так решил только я. Так как уже через сорок минут, мне в дверь затарабанили, а когда я её открыл, то увидел пышущую праведным гневом скрытницу.

Как оказалось, стальной стержень, то бишь шило в заднице, не позволил девушке спокойно проводить время, и она всё же отправилась гулять по посёлку с целью посмотреть на жену Кощея. И что неудивительно, нашла ту. А теперь явилась за мной, чтобы и я на проклятую посмотрел.

Стойко выдержав тридцать минут нравоучений по поводу того, что не стоит шарахаться по посёлку в одиночестве даже под скрытностью, девушка по итогу встряхнула головой и потащила меня за собой. А я с глубоким сожалением осознал, что это были самые бездарно потраченные полчаса в моей жизни.

В общем, на жену Кощея я поглядел. Пусть и издали, но этого хватило. И пускай так о женщинах говорить не стоит, выглядела она куда уродливее своего мужа. Если торговца ещё издали можно было принять просто за облысевшего уродливого дистрофика, то вот госпожа Климова… Да даже моя теща, славься её имя во веки веков, в своём старческом обличии и то выглядела куда привлекательнее, чем это… это существо.

По итогу, всё оставшееся время Мошка насиловала мне уши, требуя снять с бедняжки проклятие. А когда я в ультимативной форме отказался, обиделась и объявила молчаливый бойкот. Правда, к следующему утру осознала, что я от этого лишь выиграл, поэтому последние сутки я провёл под мерное гудение скрытницы. И кажется, даже оглох на левое ухо…

Сам «Кощей» Климов, как я, впрочем, и предполагал, ко мне не явился. Хотя пару раз, когда обедал и ужинал в ресторанчике при гостинице, я его худую фигуру видел через стекло. Но, нет, не решился мужик перевернуть свою, пусть и странную, но уже привычную жизнь. Что же, не он первый, не он последний.

А стоило нам покинуть Ягодное и добраться до Шелехова, городка, откуда уже ходил нормальный транспорт в Иркутск, девушка словно и позабыла о Климовых. И не вспоминала до этого самого момента. Впрочем, и это было вполне объяснимо.

За эти три дня Мошка ни разу не вспомнила про «погибших» товарищей, заменив одно переживание другим, пусть даже и искусственно выпестованным. И даже сейчас, вернувшись в Иркутск, вместо того чтобы поддаться вполне логичным, как бы странно это ни звучало, эмоциям, она вновь переключилась на дело, которое её совершенно не касалось.

– Но как он посмел решить за всех? Он же наверняка своим не рассказал! – девушка подняла на меня свои покрасневшие глаза. – Думаешь, его жена хочет такой жизни? А сын? Представляешь, каково ему жить, глядя на своих родителей и понимая, что и сам он таким станет?

– Насчёт малого не уверен, но Климова определённо знала, на что шла, – вновь пожал я плечами. – Конечно, она надеялась, что её проклятие не коснётся. И наверняка что-то для этого делала. Однако выйти замуж за Кощея было её решением. Может, по любви, за что ей честь и хвала. А может, ради денег, что уже не так романтично, но тоже требует некоего бесстрашия. В общем это её выбор, и кто мы такие, чтобы заставлять человека делать то, что он не хочет?

– Ладно… Со взрослыми понятно, хотя честно, я их всё равно не понимаю. Но пацан… Ты же мог снять проклятие. Просто выловили бы его перед отъездом, усыпили и вылечили…

– Не глупи, – я собрался было щёлкнуть девушку по носу, однако передумал и лишь погладил по волосам. – Да, это было бы не сложно, есть несколько причин, почему я не стал этого делать. Во-первых, порой дарить добро без ведома человека не всегда хорошо, ибо чревато неприятными последствиями.

– Добро и есть добро… – немного неуверенно произнесла Мошка.

– Многие с тобой могли бы поспорить, – улыбнулся я. – Во-вторых, кто тебе сказал, что я забуду про пацана? Просто через пару-тройку лет загляну в Ягодное и посмотрю, как ему живётся. Заодно и поговорю не с ребёнком, а уже с молодым парнем. А там уже будет видно. Если захочет, сниму проклятие, а нет… Ну нет, так нет.

– Если не забудешь, – буркнула девушка.

– Ну ты-то мне определённо напомнишь, – хмыкнул я и поглядел в окно. Погода явно не собиралась успокаиваться, и казалось, что вставшее в пробку такси попросту поливают со всех сторон из пожарных брандспойтов.

– Напомню. И не раз, – словно клятву произнесла Мошка.

– Звучит как угроза, – я громко рассмеялся, заставив водителя посмотреть на меня в зеркало заднего вида. Впрочем, он быстро сделал вид, что ему совершенно неинтересно, что происходит на заднем сидении, и уставился на впереди плетущуюся машину, попутно прибавив громкость на магнитоле.

– Ладно, раз с одной проблемой разобрались, теперь поговорим о том, что тебя действительно волнует, – произнёс я, взглянув на часы.

Судя по всему, до первой точки, где такси должна была покинуть Мошка, нам ещё ехать добрых полчаса, так что нужно было убедиться, что девушка не выкинет какую-нибудь глупость, как только останется одна.

– А смысл? Их всё равно не вернуть, – девушка моментально отстранилась и вновь уставилась в окно.

– Но наказать виновных нужно…

– Нужно! – Мошка обернулась и уставилась на меня. – Ты всё же решил помочь выследить заказчика⁈

– Нет. И тебе не позволю. По крайней мере в ближайшее время, – качнул я головой, после чего дотянулся до плеча таксиста, привлекая внимание. – Меняем маршрут. Едем сразу на конечную.

– Эй, ты чего? – удивилась девушка. – А как же домой? Меня там, между прочим, ждут…

– Ага. Так ждут, что ты за эти два дня ни разу никому не позвонила. Так что пока у меня поживешь. Недельку-другую, – вздохнул я, уже мысленно представляя круговой вынос мозга.

Сначала от пищащей от восторга Мыши, повёрнутой на романтических сериалах и книгах. Потом от бухтящей Варвары, которая явно не оценит появление ещё одной девушки, поселившейся у меня в особняке. Ну и жужжание Мошки всё так же терпеть придётся. Я думал, успею выработать иммунитет за эти дни, но он, сволочь, так и не появился…

С другой стороны, уж лучше так, чем потом искать скрытницу по всему Иркутску или вовсе ехать за ней на Таймыр. Коль наёмники каким-то образом смогли обнаружить нас у Феерии, значит, есть способ пройти по обратному пути. А Мошка у нас девочка настырная и даже умная, так что наверняка сможет. Вот только наверняка на уши всех поднимет и шороху наведёт на всю губернию.

А мне потом разгребать. Не бросать же даму в беде. Так что уж нет, увольте. Лучше я превентивно обезврежу эту ходячую мину замедленного вида.

Хм… А может, в сон её? На месяц? До появления Шута? Заодно выспится… Ну или наручниками к батарее в подвале пристегнуть? Тогда и энергию тратить не придётся, и пролежней не будет. Хм, вполне вариант, по-моему…

– Макс… Ты это… Прекращай на меня так странно смотреть! – донёсся до меня голос Мошки, прижавшейся к двери. Чую, не лей за окном дождь, она бы уже из машины выпрыгнула. Благо, едем мы медленно.

– Да я так, кое-что прикидывал, – произнёс я, делая лицо попроще. И вроде вышло, по крайней мере, шарить рукой по двери в поисках ручки девушка перестала. – В общем, пока поживёшь у меня. И это не обсуждается. Тем более что место тебе знакомое. Ты там бывала, и уже не раз.

– Произвол… – возмутилась девушка и даже озвучила, вроде как веский довод. По крайней мере она так думала. – У меня одежды же с собой нет. Даже трусов. Вот!

– Нашла проблему. Своими поделюсь, – махнул я руками. – Или футболку подлиньше выдам…

– Макс!

– Да шучу я, расслабься, – вздохнул я. – У меня три женщины живут, так что наверняка найдём во что тебя одеть. А завтра к тебе съездим… – при этих словах девушка как-то замялась, так что я решил предложить другой вариант, – или в магазин какой заглянем, купим необходимое. Без тебя же у тебя дома никто не умрёт?

– Нет, – голос Мошки на мгновение дрогнул, однако она быстро взяла себя в руки и, видимо, решила отойти от опасной темы, переключившись на другую. – Уговорил, так и быть, поживу у тебя. Но чтобы вёл себя нормально!

– Что в твоём понимании «нормально», я, пожалуй, уточнять не буду, а то вдруг у нас мысли сходятся. Кстати… – я кивнул в сторону окна, за которым погода неожиданно стала налаживаться. Дождь чуть ли не мгновенно стих, и зелёные листья деревьев, стоящих по бокам дороги, заблестели под лучами солнца. – Видишь, это определённо знак свыше. Сам город не против моего предложения.

– Ага, можно подумать, что даже ударь в нашу машину молния, ты бы не заявил, что это знак, подтверждающий твои слова, – закатила глаза Мошка, однако долго с таким выражением просидеть не смогла, рассмеялась. – Как же ты меня своей самоуверенностью порой бесишь, Серов. Если бы только знал…

– Даже не догадываюсь, – я подтянул к себе девушку, а сам откинулся на спинку, давая ей возможность поудобнее устроиться. Ехать нам предстояло ещё прилично. – Но ты мне потом как-нибудь расскажи. Как ухо левое разложит… Эй, ну бить по почкам-то зачем⁈

К особняку мы прибыли через полтора часа. Несмотря на то, что дождь закончился и над Иркутском вновь сверкало солнце, все водители, видимо, решили, что коль шины намокли, то ехать быстро опасно… По крайней мере, других причин тащиться со скоростью тридцать километров в час, там где можно было спокойно ехать все шестьдесят, я не видел. Ну хоть добрались, и на том спасибо.

Расплатившись с таксистом и выгрузив сумки, я направился к дому, шагая следом за скрытницей. Учитывая, сколько раз она проникала в особняк, каких-либо указаний, куда идти, ей не требовалось. Тем не менее, выделываться и вскрывать замок шпилькой, или чем там балуются люди её профессии, девушка не стала, дождавшись меня с ключом.

– А вот и я! – громко возвестив о своём прибытии, я бросил на пол рюкзаки и с удовольствием стянул с ног берцы. – Есть кто живой?

Так-то кто в особняке я и так знал, Кара бдела, и стоило мне только приблизиться к дому, как обрушила на меня череду образов, коротко докладывая об обстановке. Но возвестить о своём прибытии всё же стоило.

– О, Максим Витальевич! Вы, наконец, прибыли, – в прихожую, закидывая на плечо кухонное полотенце, что было белее снежных вершин, выпорхнула Анастасия Николаевна. – А мы вас заждались! Думали, раньше будете. Всё стынет. Вам куда еду подать? В обеденный зал или на кухню?

Тараторящая, будто пулемёт, женщина, наконец, заметила, что я прибыл не один, и её напор моментально иссяк.

– А… Хм… – смутилась Шорникова. – Здравствуйте…

– Здравствуйте, – ответила женщине смутившаяся Мошка. Девушка, закончившая разуваться, застенчиво завела правую ногу за левую, чтобы не было видно образовавшуюся дырку на носке.

– Анастасия Николаевна, если вас не затруднит, приготовьте, пожалуйста, нашей гостье ванну. Ну и что-нибудь, во что можно было бы переодеться, – произнёс я, непроизвольно шагая в сторону кухни. Причём путь до неё я бы прошёл с закрытыми глазами, ибо запахи с неё доносились просто изумительные.

– Хорошо, Максим Витальевич, сейчас, – Шорникова, бросив ещё один взгляд на мнущуюся скрытницу, убежала на второй этаж готовить ванну.

– Бойкая женщина. Хотя внешне и не скажешь. Ты ей есть запрещаешь, что ли?

– Болела долго и сильно. И то, что ты сейчас видишь, это ещё после хорошего лечения, – ответил я, заходя на кухню. – Да какого чёрта⁈ Ты щупальца хоть помыла, сволочь восьминогая?

Стоило только переступить через порог кухни, как меня поразили две вещи. Во-первых, от старой кухни ничего не осталось. Мышь ещё перед моим отъездом, что-то там заикалась насчёт небольшого ремонта, но вот то, что она подойдёт к этому делу столько кардинально…

Но это ещё ладно, перестановку иногда делать надо. Тут вопросов нет. Но вот нагло шарящееся в тазике с пирожками щупальце возмутило меня до глубины души. Так что, схватив с плитки лопатку и пустив через неё ману, я обрушил на воришку всю свою голодную ярость.

Осьминог-ворюга обиженно заверещал через открытое окно и втянул щупальце, однако добычу в виде трёх пирожков не выпустил. А когда я подскочил к окну, то увидел, как некроосьминог самым натуральным колесом улепётывает в густые заросли живого забора, который за время моего отсутствия стал явно выше и шире. Блин, интересно, сколько этот ушлый друид в котелке с Мыши содрал? И ведь ни словом не обмолвилась сестрёнка…

– Ну и что это было? – вслух спросил я, на всякий случай закрывая окно. И вообще-то спрашивал я так, чтобы заполнить чем-то повисшую тишину, не ожидая ответа. Однако неожиданно его получил.

– Ох, это я забыла окно закрыть, – судя по всему, примчавшаяся на мой возмущённый крик Шорникова быстро сообразила, что к чему. – Ося последнее время безобразничать стала. Еду таскает да водой из фонтана тех, кто к нему приближается, обливает. Скучно, видимо…

– Скучно… Мёртвые не сеют, не поют, не умеют, не живут. Как и не скучают и не едят… – я усилием воли подавил намечающийся нервный тик и повернулся к Анне Николаевне. – А вообще, на кой этой зверюшке еда сдалась?

– Не знаю, – виновато произнесла женщина. – Это вам у Дарьи Витальевны спросить нужно. Она ей вкусняшки таскать начала с неделю назад. Понемногу, но стабильно.

– С неделю? – я мысленно «окликнул» Кару, что бы та скинула картинку с Осей, но ничего странного не увидел. Разве что осьминог прятался не в фонтане, а под одним из то ли больших кустов, то ли маленьких деревьев, усыпанных жёлтыми цветами. Которых, к слову, на момент моего отъезда точно не было. – Хм… А что за растения новые у нас появились?

– А… Это Павел Геннадьевич… – на бледном лице Шорниковой проступил едва заметный румянец. – Он, пока занимался теплицей, решил, что для сада не хватает чего-нибудь яркого. А Дарья Витальевна оказалась не против.

– Ну ещё бы Мышь была против… – мелькнула у меня мысль. Если Шорникова, а то и Максютов, тогда также краснели, то Серова наверняка от восторга пищала. Она бы и на вековые дубы согласилась, лишь бы не портить момент.

Да уж, что-то тогда с теплицей я немного перегнул. Не подумал, что так обернуться может. Ну да ладно, люди взрослые, сами разберутся. Главное, чтобы «друид» всю территорию какой-нибудь гадостью не засадил в порыве чувств. Теперь контроль, контроль и контроль… За всеми…

– А очень вкусные пирожки, Анна Николаевна, я бы такие тоже таскала, – прервала мои размышления Мошка, ополовинивая одно кулинарное произведение и при этом держа в руке второе. Н-да, правильно говорят, что в большой семье жвалами щёлкать чревато.

– Так, сначала, думаю, мы всё же помоемся, – я сам прихватил пирожок. Думаю, его хватит, чтобы поддержать силы, пока буду в душе. – Анна Николаевна…

– Ванна набирается, так что прошу за мной… – Шорникова замялась, не зная как обращаться к девушке. Я как бы тоже не знал, так что посмотрел на Мошку.

– Мошка. Можете меня так называть, – быстро прожевав, ответила девушка.

Шорникова явно хотела задать вопрос, однако сдержалась и, лишь кивнув, предложила девушке следовать за ней.

Я на кухне тоже задерживаться не стал. Вместе с дамами поднялся на второй этаж, заглянул в свою комнату. Во-первых, взять чистую одежду, коль Анна Николаевна занята гостьей, ну а, во-вторых, что самое главное, убедиться, что моя комната цела. А то после увиденного не удивлюсь, что Мышь и с моей «крепостью» натворить чего-нибудь умудрилась.

Но нет, как оказалось, переживал я зря. Комната была в том же самом виде, в котором я ей оставил. Разве что пыль отсутствовала, что указывало, на то, что в неё всё же заглядывали.

Успокоившись, прихватил одежду, после чего отравился на первый этаж и добрых полчаса простоял под душем, смывая с себя «дорожную пыль». Понятно, что путешествия в нынешнее время нечета тем, что я совершал в прошлой жизни, комфорт и всё такое, однако водные процедуры по возвращению домой приносили всё те же приятные ощущения. Так что из ванны я вышел чистым, бодрым и в прекрасном расположении духа. А ещё зверски голодным. Так что прямиком направился на кухню.

Дожидаться, пока ко мне присоединится Мошка я не стал. Зная, сколько некоторые представительницы прекрасной половины человечества могут провести, приводя себя в порядок, я рисковал умереть от голода, находясь буквально на расстоянии вытянутой руки от еды. Поэтому, не испытывая ни малейших угрызений совести, сел обедать.

И, как выяснилось, оказался прав. Мошка явилась на кухню через час, как раз к тому моменту, когда я уже закончил есть и допивал кофе.

– Заба… Интересно выглядишь, – я с трудом сдержал улыбку, глядя на девушку.

Судя по всему, Анастасия Николаевна позаимствовала вещи для гостьи у Дарьи, а одежда у моей родственницы была на пару размеров меньше, чем у Мошки, так что видок у скрытницы был соответствующий. Короткие, с трудом натянутые на пятую точку спортивные шорты, футболка, с трудом прикрывающая пупок, и, видимо, самая большая «олимпийка», какую нашли в гардеробе Серовой. Видимо, всё же заметив что-то на моём лице, Мошка поджала губы и застегнула спортивную куртку на молнию под самое горло.

– Всё остальное не по размеру. А одежда телохранительницы твоей сестры… – девушка замялась и продолжать не стала, усевшись за стол и пододвинув к себе тарелку.

Ну да, скрытница хоть и росточком с Василину, однако кхм… формами, особенно верхними, отличается. Так что вариант с Мышиными вещами самый оптимальный.

– Тебе идёт, – я всё же улыбнулся. – Выглядишь максимально мило. Осталось только косички заплести и тогда вообще…

– Ложкой или вилкой?

– Понял, понял, не надо насилия, – я выставил перед собой опустевшую кружку.

На кухню заглянула Шорникова, однако я покачал головой, давая понять, что здесь мы сами, и она, кивнув головой, ушла.

– И какие планы? – накладывая в тарелку салат, поинтересовалась Мошка. – Судя по одежде, ты куда-то собрался?

Я и вправду сменил изрядно надоевший камуфляж на привычный костюм, так как планировал до вечера посетить как минимум два места.

– Ага, хочу закинуть твой заказ клиенту и заглянуть в магазин, проверить, что там да как.

– Я с тобой! Сейчас быстро перекушу… – девушка шустро заработала вилкой, однако я её притормозил.

– Дома останешься, – покачал я головой. – Сиди, отдыхай и ни о чём не думай.

– Но, клиент же… – судя по тону, Мошке и самой никуда не хотелось ехать, может, действительно устала как физически, так и морально, а может, после ванны разморило, однако признаваться в этом не хотела.

– Какая разница, кто ему заказ доставит? Да так и лучше будет. Меня он не знает, вопросов лишних задавать не будет. Так что ешь спокойно и отдыхай. А вечером что-нибудь придумаем, чтобы скучно не было.

– И всё же…

– Либо я тебя усыпляю, либо приковываю к батарее в подвале.

– Э-э-э… Почему у тебя такой же взгляд, как был в машине? Ты уже об этом думал, что ли⁈ – Мошка подозрительно прищурилась, уставившись на меня, однако я молча смотрел в ответ, не отводя взгляда, и она сдалась – Ладно, коль хочешь на себя это взвалить, барабан тебе на шею и флаг в жо… руки то есть!

Н-да, похоже, не найти мне в этом мире достойного соперника в «гляделки».

– Вот и славненько, – я поставил пустую кружку на стол и поднялся. – Такси вот-вот должно подъехать, так что я пошёл. До вечера.

В ответ Мошка утвердительно пробурчала с набитым ртом. Однако, когда я, обходя стол, оказался рядом с ней, девушка схватила меня за руку и, прожевав, произнесла: