355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Диана Удовиченко » История бастарда (СИ) » Текст книги (страница 25)
История бастарда (СИ)
  • Текст добавлен: 15 сентября 2016, 01:14

Текст книги "История бастарда (СИ)"


Автор книги: Диана Удовиченко



сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 29 страниц)

– Ты бы рубашонку-то накинул, – буднично посоветовал капралу гном. – Солнце в горах, оно, ребята, коварное. Через часок будешь как зажаренный поросенок.

– А, – отмахнулся Йок. – Пустыню пережил, а в горах уж как-нибудь…

– Оденься, – настаивал мастер Триммлер. – Говорю тебе: горы, они к солнышку ближе! И вообще, ребята, вот спустимся к перевалу, надо будет горихвостку отыскать, ее листья хорошо от солнечного ожога защищают.

Как же я раньше не видел эту татуировку! Впрочем, и не присматривался особо. Заметив мой пристальный взгляд, Йок несколько смутился и накинул залатанную одежину. Если он маг, то почему никогда не применял своих умений в бою? С другой стороны, будь он предателем, наверное, у него хватило бы ума скрывать ото всех свою отметину. Хотя он же в роте не первый год, и все об этом знают, кроме меня, новичка… Странно, что мне никто ничего не говорил о талантах капрала Мелли.

– Так, передохнули? Встаем! – возвестил мастер Триммлер. – А если Йок у нас такой выносливый, теперь он замыкающим пойдет.

Неуютно мне было подниматься, зная, что в спину, возможно, дышит враг. Да ничего не поделаешь, татуировка – еще не доказательство… А вот поведение капрала меня смутило. Взгляд его после того, как я увидел знак Огненного дракона, стал откровенно злым. Так я и карабкался вверх, каждую секунду ожидая предательского удара между лопаток.

К вечеру мы взобрались на эту клятую гору, вершина которой почему-то оказалась плоской, как подошва.

– Привал, ребятушки, – довольно проговорил мастер Триммлер. – Вот и поднялись! Надо бы здесь постоять подольше, чтобы привыкли вы к высоте-то.

– Времени нет, того, этого, – недовольно проворчал Добб, держась обеими руками за голову, которая, видимо, болеть еще не перестала. – Я что тебе, тролль, что ли, на горе жить?

– Кстати, о троллях, – спокойно сказал Лютый, которого, видимо, ничуть не вымотал подъем. – Как думаете, они здесь водятся?

– Не, не должны, – успокаивающе ответил Зарайя. – Никогда о таком не слыхал. Они все больше в Золотой цепи…

– Тролли… – яростно прошипел мастер Триммлер. – Бить их надо, вот что я вам скажу! Пусть только сунутся! – он воинственно потряс топором, перекидывая за плечо тугую косу бороды.

А я смотрел на простиравшуюся вокруг картину, и не мог оторваться. Какая красотища! Внизу расстилались зеленые ковры чашеобразной долины, которую сверкающей змеей перерезала лента реки, а впереди вставали могучие, как застывшие богатыри древности, горы, одна из которых, казалось, держала на себе само небо…

– Что, лейтенант, любуешься? – крякнул гном. – Как бы нам выйти из этой благодати. Через перевал пойдем.

Площадка, на которой мы устроили ночлег, была слишком мала для того, чтобы проводить очередной урок волшебства. Мы с Дрианном были бы видны, как парочка аистов на крыше. Поэтому Артфаал, незаметно подкравшийся из темноты и погасивший свечение шкуры, просто улегся мне на грудь и приказал спать. В нескольких шагах от нас сидели часовые, а мы с магом и Лютым тихо, чтобы не привлечь ничьего внимания, переговаривались.

– Йок – боевой маг? – первым делом спросил я.

– Не знаю, – неохотно ответил Ом. – Там какая-то история вышла, с этой татуировкой, он говорить об этом не любит и очень злится, когда спрашивают.

Злится он, надо же, какой нежный! Я решил непременно узнать о происхождении Огненного дракона на груди капрала Мелли. Вообще, я неожиданно почувствовал себя обиженным на весь благословенный мир Аматы. Будущее представлялось тяжким и беспросветным. Я угрюмо взирал на своих друзей и думал, что они, в общем-то, существа малоприятные. От их нелепого вида хотелось срочно покончить с собой…

– Думаете, сегодня кайлар нападет? – поеживаясь от пронизывающего ветра, спросил Дрианн.

– Вряд ли, слишком заметен будет, – возразил Лютый. – А ты спи, лейтенант. Мы с магичеством по очереди покараулим.

– Сколько можно, господа? – возмутился демон. – Уснуть не даете!

Воззрившись на желтые плошки его глаз, возмущенную морду и шкуру, от раздражения запульсировавшую неровным мерцанием, маг неожиданно зашелся в истерическом хохоте. Лютый с интересом наблюдал за тем, как мальчишка катается по каменной площадке. Немного успокоившись, Дрианн отер навернувшиеся от смеха слезы, посмотрел на Ома и снова закатился. До того мерзкое было у него ржание, что я, не желая ни видеть, ни слышать придурка, повернулся на бок, мимоходом скинув с себя шокированного нашим поведением Артфаала. Потом сложился пополам, подтянул ноги к груди и закрыл глаза. Надоели! Жизнь не мила! С тем и уснул, под раскаты неистового смеха и злобное фырканье демона.

Наутро моя обида на окружающий мир исчезла без следа, оставив после себя странный упадок сил и вялость. Я списал было это на свое ранение, но Дрианн тоже выглядел не лучшим образом и еле волочил ноги. Кстати, большинство солдат тоже двигались как сонные мухи.

– Горная болезнь, – важно пояснил мастер Триммлер. – Это у вас с непривычки. В горах воздух другой, тяжелый больно.

Сам гном был как всегда весел, бодр и готов к свершениям. Лютый, похоже, тоже ничуть не страдал от "тяжелого воздуха". Как все же, в сущности, слабы мы, люди, подумалось мне. Ведь здесь собрались не дети малые, и не старики, а здоровые сильные парни – и как мало надо, чтобы выбить нас из колеи.

Мы стали спускаться в долину, склон, по которому шли, был не так уж и крут, но почему-то идти вниз было гораздо тяжелей, чем подниматься. Немилосердно ныли икры и места под коленками. Я осторожно огляделся и понял, что спуск доставляет неудобство всем воинам. Мастер Триммлер споро шагал вниз, да еще и остальных подбадривал:

– Давайте, давайте, ребятушки, не ленитесь! Дорога впереди еще длинная!

– Заткнись ты, борода! – не выдержал Добб. – Ноги гудят, а тут ты еще, зудишь, как муха-навозница!

– Ходить надо уметь по горам, – парировал гном. – Ноги беречь.

– Да просто они у тебя короткие, того, этого, и не сгибаются почти. Там болеть нечему!

– О-о-о, – потрясенно протянул мастер Триммлер, спешно подбирая достойный ответ.

Однако нам так и не было суждено узнать, что сын гор думает по поводу хамства своего друга.

– Смотрите! – выкрикнул Сайм. – Там, внизу, кто-то есть!

– Конечно, есть, – сердито откликнулся Зарайя. – Красули, и прочие звери…

– Да нет, это люди!

– И как ты это понял? – недоверчиво осведомился Йок, вглядываясь в долину.

Я тоже посмотрел. Сначала ничего не сумел разглядеть, потом заметил, что возле реки двигаются какие-то крохотные букашки. Удивительно, как Сайм определил, что это люди? Шедший впереди меня Лютый чуть замедлился и вгляделся в травяное буйство долины.

– Похожи на людей, – произнес он спустя минуту. – Но точно не скажу, далеко слишком.

У эльфов зрение несколько острее, чем у нас, возможно, этим объясняется их невероятная меткость в стрельбе из лука и арбалета. Но как Сайм-то увидел? Ведь для человеческого глаза это непосильная задача. Только если… я вспомнил, как изменилось мое зрение, когда в сознание проник Мрак. Тогда, быть может… Или не может? Надо будет попробовать потом… Но если бы кто-то призвал Темный источник, я бы ощутил обратную тягу. Или не ощутил бы? Ведь заклятия-то как такового нет… О, боги Аматы! Скоро совсем с ума сойду от этих подозрений…

Мы спустились в долину без приключений, и остановились на привал. Людей, вопреки утверждениям Сайма, здесь не обнаружилось. Как хорошо было после сырых джунглей, гнилого болота и однообразной мертвой пустыни растянуться на травке! Правда, блаженствовал я недолго.

– Осторожнее, лейтенант, здесь змеи могут водиться, – предостерег меня Зарайя.

– Не знаю, как змеи, а кто покрупнее точно водится, – сквозь зубы процедил Лютый, указывая на поросший лесом узкий перешеек между двумя скалами.

Как мы ни всматривались, никто ничего не увидел.

– Там тропа, – нетерпеливо сказал Ом, видимо, сетуя на наше беспомощное зрение.

– Ну, так и что? – крякнул мастер Триммлер.

– Утоптанная и широкая.

– Так может, звериная?

Капрал сверкнул презрительным взглядом и ничего не ответил.

– Я так думаю, пойдем во-о-он через тот перевал, – немного погодя, проговорил гном, обращаясь ко мне. – Так наверняка ближе будет.

– Что, по этой самой тропе? – прищурился Лютый.

– А у тебя есть другое предложение? – вскинулся гном.

Ом пожал плечами. Чтобы примирить их, пришлось вмешаться:

– У нас действительно нет другого выхода, никто этих гор не знает. Придется выбирать самый безопасный путь. Пойдем через перевал.

Перешейка мы достигли к вечеру, и, выбрав удобное подветренное место, разбили лагерь.

– Двоих часовых мало будет, – тревожно сказал Лютый, вглядываясь в сгущающуюся темноту.

– Поставим больше, – согласился Зарайя. – Ты видел что-то?

Ом неопределенно хмыкнул. Не знаю, кто как, а я ему верил. Просто в силу того, что в парне текла эльфийская кровь, он обладал врожденным умением чувствовать и слышать природу. Нюх на опасность был у него как у зверя.

После ужина мы втроем как всегда расположились отдалении от роты, спрятавшись за пушистыми деревьями, напоминающими елки. Только их зеленые иглы пахли не хвоей, а какими-то цветами, ландышами, что ли? Сквозь густые ветви видны были отблески костра, изредка доносились обрывки разговора часовых. Дрианн нетерпеливо оглядывался, с минуты на минуту ожидая прибытия нашего наставника. Но Артфаал, конечно, не отказал себе в удовольствии неожиданно сверзиться за его спиной, напугав мальчишку так, что тот подпрыгнул.

– Как самочувствие, барон? – первым делом осведомился демон.

– Нормально, – у меня накопилась к лорду Феррли масса вопросов. – Скажите, от проникновения Мрака зрение усиливается?

– М-м, нет. Я бы так не сказал. Оно просто видоизменяется. Вы можете видеть в темноте, ощущать всплески магии…

– Вот! То есть, я могу понять, кто из солдат – кайлар, правильно?

– Неправильно! – зафыркал Артфаал. – Вот не любите вы теорию магии, барон, а между тем она необходима! В своем обычном состоянии как вы определяете творимую волшбу?

– Обратная тяга…

– Когда создается плетение, правильно? Так вот, Темный источник не дает вам в этом смысле никаких преимуществ. Вы можете лишь тем же манером ощутить присутствие чар, когда творится заклятие.

– А ведь когда мы тренируемся, убийца тоже должен чувствовать обратную тягу! – догадался Дрианн.

– Естественно, – снисходительно произнес лорд Феррли.

– Погоди! – перебил я. – Значит, Мрак мне не поможет?

– Есть парочка более надежных способов обнаружить врага, – неохотно признался демон. – Но я вам их не скажу.

– Почему? – взвыл я.

– Да знаю я вас, барон! Вы тут же кинетесь их использовать. А как звучит первый постулат магического искусства?

Да Сацеол его знает! Постулаты какие-то…

– Основным условием успешной волшбы является единство духа и тела! – оттарабанил Дрианн.

– Отлично, юноша! Слышали, барон? Единство духа и тела! А где оно у вас, я спрашиваю? Пока раны ваши не затянутся, никакой магии! Только в самых крайних случаях, ради спасения жизни. Вы еще не настолько опытный чародей, чтобы так рисковать. Теперь ложитесь-ка спать, а мы с графом Летаксом потренируемся.

Мальчишка, осчастливленный тем, что наставник именовал его полным титулом, с готовностью поднялся и принялся выполнять разнообразные упражнения, выдумывать которые демон был мастак. Лютый молча наблюдал за уроком, и я вновь поразился детскости его взгляда. От циничного, наглого приютского питомца не осталось ничего, рядом со мной сидел восторженный юнец, глаза которого сияли в ожидании чуда.

– Ом, – позвал я. Капрал непонимающе уставился на меня. – Сколько тебе лет, Ом?

– Тридцать, – слегка удивленно ответил он.

Надо же! А я-то гадал, когда он успел стать ветераном. Думал, он младше меня. Интересно, сколько суждено прожить Лютому? Явно больше чем обычному человеку. Тысячу лет, как его милейшие родственники, он, конечно, не проживет, но годиков двести – триста протянет. При условии, разумеется, что мы сумеем выбраться с Южного континента, в чем я до сих пор сомневался.

Между тем тренировка завершилась, и запыхавшийся, но очень довольный Дрианн плюхнулся рядом на свой расстеленный на траве плащ.

– Спокойной ночи, господа! – важно проговорил Артфаал.

– Погодите! – воскликнул я, захваченный важной, как мне показалось, идеей. – Посмотрите Ома, герцог.

– Зачем? – удивился Лютый.

– Зачем? – эхом повторил в моей голове лорд Феррли.

– Пожалуйста… Дрианн, ты не мог бы отойти?

Мальчишка удивленно посмотрел на меня, но возражать не стал и послушно удалился за ели. А демон вскочил на колени к оторопевшему капралу и уставился тому в глаза. По-моему, Лютому это не очень понравилось, но он стерпел. Вскоре Артфаал мягко спрыгнул на землю и произнес:

– Все, как я и предполагал. Эльфийское Проклятие крови.

– Знаю, – отмахнулся я. – Вы можете его снять?

Ом, который не мог слышать слов демона, при моем вопросе насторожился. Его лицо напряглось, превратившись в маску страха и ожидания.

– Нет, конечно! – возмутился лорд Феррли. – Вы думаете, я бы этого не сделал, если бы мог? Учитесь, барон, у-чи-тесь, сколько можно вам говорить! Проклятия, венцы, различные печати может снять лишь тот, кто их наложил! Это то же самое, что обеты, присяги, клятвы – их может отменить только принявший. Бывают, конечно, исключения, но это не тот случай. Дом Жемчужного тумана, я полагаю? Я же рассказывал, что правящий эльфийский род – Заклинающие. Вы представляете, каким могуществом обладают их проклятия?

Я обернулся к Лютому и отрицательно покачал головой, ожидая чего угодно: взрыва ярости, отчаяния, злобы… Но Ом, напротив, успокоился и равнодушно пожал плечами. Только в глазах снова поселилась безысходность, растаявшая было на какой-то краткий миг надежды.

– Впрочем, – добавил Артфаал, – можно поступить проще.

– Как? – поинтересовался я.

– Убить наложившего проклятие. Тогда оно само собой потеряет силу.

Нет уж, этого пока Лютому говорить не буду. С него станется по возвращении пойти в Аллирил и грохнуть свою бабушку. Я раскрыл рот, собираясь сказать что-нибудь, подобающее ситуации, но не успел: из-за деревьев раздался грохот, следом донеслись крики воинов. Лютый, вскинув арбалет, в два прыжка перенесся туда, где ночевала рота.

– Не рекомендую, барон, – меланхолично посоветовал Артфал, когда я, морщась от боли в плече, кое-как встал на ноги.

Я не стал слушать осторожного демона. Понятно, что Оберегающий иначе сказать не мог. А в лагере творилось нечто невообразимое: со всех сторон в солдат летели огромные валуны. Двое воинов уже лежали с размозженными головами, остальные безуспешно вглядывались в темноту, пытаясь определить, где находится неведомый враг. Дрианн, стоя в центре этого безумия, творил заклинание Большого воздушного щита. Удалось ему это неплохо, и я подумал, что лорд Феррли должен гордиться своим питомцем. Каменюки отскакивали от защитных чар, больше не причиняя никакого вреда. Пока мальчишка держал щит, я обратился к источнику Мрака.

– Вы уверены, барон? – раздался в моей голове бархатистый голос Артфаала.

– Да, демон побери! – рявкнул я так, что на меня изумленно оглянулась вся рота.

Темная сила ринулась ко мне, затапливая всю сущность. На этот раз, видимо, из-за слабости, я почувствовал, что мне трудно ее удерживать. Ничего, зато зрение изменилось. Я поднял голову и всмотрелся в верхушки скал. Так, вот они, огромные, мощные, покрытые густой свалявшейся шерстью. Магия отсутствует… Но твари, безусловно, имели некое подобие разума. И они это доказали: поняв, что каменные глыбы не достигают цели, чудища принялись медленно спускаться, сжимая в лапах что-то вроде невероятно больших дубинок. Вскоре их увидели и солдаты. Вокруг меня раздались удивленные восклицания, но громче всех заорал мастер Триммлер:

– Разорви меня вьюга недр! Горные тролли!

Гном воинственно взмахнул топором, издав некое звукосочетание, видимо, долженствовавшее означать боевой клич. Я внимательно осмотрел скалы: наверху никого не осталось, все тролли спустились к нам, желая полакомиться свежей человечиной.

– Снимай щит! – крикнул я магу. – Свет давай!

Все равно такого рода чары спасают только от неодушевленных предметов. Для живых существ они – не помеха. Вот если бы Темный зонт, тогда другое дело…Но у меня не хватит сил одновременно удерживать защиту и творить боевые заклятия. А освещения не хватает, брошенные троллями обломки скалы потушили один из двух костров. Мне-то все равно, но солдатам нужно будет как-то уворачиваться от троллей. Дрианн послушался и сотворил маленький огненный шар, каким-то образом подвесив его над своей головой. Между тем великаны приближались, держа в одной лапе дубинку, а другой изо всех сил колотя себя по груди. К моему удивлению, мастер Триммлер ответил им тем же жестом и рванул было вперед.

– Погоди, борода! – осадил его Добб, ухватив за рубаху. – Дай дорогу магам.

Легко сказать, магия-то как раз их и не берет. Впрочем, это касается только Светлых источников. А я был наполнен Мраком. Прокричав Дрианну:

– Спину прикрой! – я начал сплетать боевое заклятие.

Ничего, продержится мальчишка, много времени мне не потребуется. Я решил, что одной Огненной стрелы будет вполне достаточно. Тем временем арбалетчики кое-как удерживали троллей на расстоянии. Болты твари воспринимали как досадную помеху на пути к вожделенному ужину, но однако подойти вплотную и заняться отловом дичи пока не решались. Видимо, прикидывали, опасны мы, или нет. Тем более что Дрианн довольно ловко швырял в них огненные шары. Правда, выходили они у него небольшие, слабоватые, и скорость имели не очень высокую. Надо будет сказать Артфаалу, чтобы занялся с мальчишкой огненными заклятиями, мимоходом подумал я. Зато маг брал количеством. Желтенькие шарики, величиной с детский мячик, целыми выводками вспархивали с его ладоней и разлетались в разные стороны. Так что даже стоя спиной к Дрианну я видел результат его усилий. Заклятия особого вреда тварям не наносили, но на некоторых подожгли длинную шерсть. Завоняло паленым.

– Бей уродов!

Мастер Триммлер подскочил к одному из троллей и, ловко поднырнув под опускающуюся дубину, взмахнул топором. При этом гном был похож на дровосека, подрубающего дерево у корня. В последний момент тупой исполин, заподозрив неладное, отдернул ступню, и сын гор отхватил ему лишь пальцы на ноге. Раненый тролль, вместо того чтобы ретироваться с поля боя, окончательно озверел. Он перехватил мастера Триммлера поперек тела и швырнул о землю. Человек после такого удара уже бы не поднялся, гном же с обалделым видом уселся, очумело тряхнул бородой, затем сообщил:

– Надо же! У нас в Гольтенвейер тролли лысые… – после чего снова ринулся в атаку.

Заклятие было готово, я прицелился в ближайшего великана и выкрикнул активирующую фразу. Огненная стрела, которую я так и не сумел опробовать в драке с карачин, рванулась вперед, чуть не утащив меня за собой. Только теперь она была напитана Темным источником. Похоже, я все же не сумел рассчитать свои силы, забыв о ранении. Тело тролля вспыхнуло, как чучело врага, которое чернь во время бунтов сжигает на главной площади города. Чары послушной змейкой втянулись обратно в ладонь, а я ощутил тупую боль в раненом плече. Нужно держаться, сейчас никто кроме меня не сумеет прогнать гигантов. Повернулся чуть правее и снова активировал волшбу. Еще одно попадание, еще одним троллем меньше. Твари, поняв, что харч попался строптивый, обиженно зароптали, вызвав во мне надежду на то, что не придется поджигать их всех. Что там говорил Артфаал про единство духа и плоти? Ослабевшее от кровопотери тело плохо слушалось, сознание с трудом удерживало натиск сил Мрака. Я чувствовал, что еще немного – и потеряю власть над Темным источником. Еще удар, третий великан задымился, распространяя удушливую вонь горелой шерсти.

– Эх, молодец, лейтенант! – азартно выкрикнул мастер Триммлер, не оставляя, однако, попыток перерубить ногу еще одному троллю.

Вслед за гномом перед мордами чудищ, не привыкших к такому активному сопротивлению, заплясал Добб. Вскоре к нему присоединилось еще около десятка воинов с мечами. Не знаю уж, что заставило их принять участие в такой опасной забаве. Арбалетчики стрелять перестали. Болты, их уже осталось мало, понял я. Вокруг творилась невероятная суматоха, которая мне только мешала. Благо хоть, самый высокий из воинов доставал великанам примерно до пояса, так что я метил в головы троллей, не боясь попасть по своим. Но все равно предпочел бы, чтобы они постояли в сторонке. Дрианн, поняв, что победа будет за нами, успокоился совершенно и лишь изредка разражался очередной плеядой шариков. Я целиком и полностью сосредоточился на том, чтобы защитить разум от влияния Мрака и сохранить свои силы. Кажется, раны на плече снова открылись, я ощутил, что повязка стала мокрой и горячей. Некоторые из троллей стали медленно отступать, но большинство все еще пытались до нас добраться. В очередной раз спрятав заклятие в ладони, я прикидывал, какого из великанов будет лучше поразить. Вдруг сзади раздался громкий, истошный вопль Дрианна, вслед за этим я ощутил, как он отпрянул в сторону от меня. Чувствовать незащищенность своего тыла было не очень-то приятно, я на секунду отвлекся и взглянул назад. Дальнейшие события разворачивались одновременно и стремительно, как лента волшебного серпантина, подкинутая магом на празднике Летнего ликования. Дрианн выкинул руку в мою сторону, и зрением, измененным силой Мрака, увидел, как ночной воздух сгущается, образуя плотный защитный купол. "Зачем он это делает?" – успел удивиться я. Тут же позвоночник зашелся грызущей болью, и что-то острое, серебристое, беспощадное полетело в мою сторону из толпы мечущихся воинов. "Щит не выдержит Темной волшбы", – кольнула меня пугающая мысль, и в тот же миг дорогу заклятию заступил Лютый. Страшно закричал Дрианн, бросаясь к Ому, который медленно, плавно падал на землю, широко раскинув руки, словно пытался на прощанье обнять этот мир. Остатки чар уничтожили сотворенный магом щит, однако до меня не добрались. Я зарычал и, позабыв о троллях, кинулся туда, откуда прилетело заклятие, убившее моего друга. Опять я выжил за чужой счет, опять за меня мучительную смерть принял другой… Кажется, я что-то сплетал по дороге, насыщая чары энергией Мрака. Вдруг наступила тишина, звуки битвы смолкли, а может быть, я их просто не слышал, одержимый жаждой мести. Увидев своего лейтенанта, окровавленного, яростного, с лицом, искаженным безумием, вытянувшего вперед руки, на которых что-то горело и переливалось, солдаты прянули в стороны. Мой дикий вид напугал не только воинов, но и троллей. Великаны, поняв, что человек, только что убивавший их братьев, теперь приближается и к ним, принялись пятиться назад, а потом и вовсе обратились в бегство. Я остановился, обвел притихшую роту взглядом, полным ненависти и заорал:

– Где ты? Выходи один на один, будь мужиком! Ну? Давай же! Вот он я!

Рота сбилась в кучу, и на лицах солдат я, пожалуй, впервые увидел настоящий страх. Ветераны боялись меня, они молча смотрели, как я беснуюсь, изрыгая проклятия, и никто – никто! – не рискнул остановить чокнутого командира. Это подогревало меня еще сильнее, мысль, что среди них есть тот, кто убил Лютого, разрывала мой разум. Но убийца не спешил открыться, все мои гневные призывы звучали впустую.

– Рик, – на плечо сзади легла чья-то ладонь.

Я обернулся, готовясь атаковать, и увидел бледное, с огромными глазами, мальчишеское лицо.

– Он еще жив, Рик, – сказал Дрианн, отчаянно труся, но тем не менее не отшатываясь при виде моей оскаленной физиономии.

Постепенно ко мне начал возвращаться рассудок.

– Пойдем, – отрывисто бросил я и собрался было бежать туда, где лежало распростертое тело Лютого.

– Рик… – маг указал на мои руки.

Действительно, в ладонях переливалось густое, черное и в то же время вспыхивающее огнем вещество.

– Что это? – опасливо спросил Дрианн.

Я пожал плечами и тут же скривился от резкой боли в кровоточащей ране. Сам не понимал, что именно сотворил от злости.

– Вы лучше избавьтесь от этого…

– Да, конечно, – пробормотал я, решив провести хотя бы психологическую атаку.

Выбрал подходящую цель – небольшой утес, находящийся на расстоянии полуфихта, и активировал заклятие, произнеся слова, которые в момент умопомрачения пришли мне в голову и теперь свербили сознание, как надоевший, но привязчивый мотив. С ладони сорвались языки черного пламени, и рванулись к утесу. Спустя мгновение раздался жуткий грохот, затем на нас опустилось густое облако пыли, заставив ничего не понимающих воинов чихать и кашлять. Я же упал на колени, выпуская из себя силу Мрака, которую удерживал непозволительно долго. Темный источник отомстил мне, подарив невыносимую слабость и дикую боль в левом плече, из которого, казалось, скоро вытечет вся имеющаяся в моем теле кровь.

– Рик, вы уничтожили скалу?! – изумленно вопросил Дрианн, когда пыль немного улеглась.

Но я уже не слушал его. Кое-как доковылял до Лютого, склонился над ним и приложил кончики пальцев к его шее, нащупывая биение жизни. Пульсация была, но очень слабая, прерывистая. Грудь Ома представляла собой сплошную рану, и я не понимал, каким образом он все еще остается в этом мире, а не шагает по дороге Слепой невесты. Тут меня и самого повело, сказывалась потеря крови и долгое прикосновение к Мраку. Перед глазами сгустилась пелена, чернее самой ночи. Сознание куда-то ускользало.

– Того, этого, – прозвучало над головой. – Ну-ка, подвинься, лейтенант.

И опять, во второй раз за последние трое суток, чьи-то руки заботливо подхватили меня и куда-то понесли. Я погрузился в тяжелое забытье, очнулся, когда меня приподняли и поднесли ко рту котелок с ароматной жидкостью.

– Пей, лейтенант, – проговорил голос мастера Триммлера. – А плечо я тебе перевязал, не волнуйся.

Травяной настой немного привел меня в чувство, и я завертел головой, отыскивая Лютого и одновременно страшась увидеть его.

– Он жив, Рик, – это уже голос Дрианна. – Вы спите, не переживайте, я покараулю.

Я снова провалился в сон, больше похожий на кошмар. Там, в этом сновидении, я снова и снова видел, как падает странный, озлобленный, жестокий и такой несчастный полукровка, закрывший меня своим телом. Я кричал, бежал ему на помощь, потом, каждый раз опаздывая, кидался искать кайлара, и находил. Навстречу мне шагала темная фигура, лицо которой было закрыто то ли шаджабом, то ли капюшоном плаща. Я всматривался в него, пытаясь узнать, потом протягивал руки, чтобы сорвать наконец с ненавистного врага прячущую его личину… И все повторялось сначала.

Очнулся я в самый темный час ночи, предвещающий наступление рассвета, от чьих-то тихих голосов. Поначалу попытался приподняться на локте и прислушаться, потом понял, что вслух говорит лишь один из собеседников, второй же пользуется мыслеречью, звучащей в моем сознании. Конечно, это были Артфаал и Дрианн.

– … в безопасности. Раны не смертельны, кость не задета. Конечно, он изрядно истощил себя длительной Темной волшбой. Да еще и Темный огонь сотворил…

– Темный огонь?

– Да, соединил два источника: огонь и Мрак. Ума не приложу, как ему это удалось. Ведь ни я, ни прежний наставник Рика этому не учили. Хотя он ведь невероятно, нечеловечески талантлив… Говорил же ему, говорил: нель-зя! При такой потере крови, да еще и не имея никакого опыта в обращении с Мраком, создавать такие мощные заклятия! Бесшабашный мальчишка, каким был, таким и остался. Впрочем, он всегда импонировал мне именно этой своей безголовостью…

– И что же теперь?

– Да ничего. Отдых, обильное питье, покой… Скоро восстановится, он молодой, сильный.

– А как Ом?

– Здесь все гораздо хуже. Ему не выкарабкаться.

– Такая страшная рана?

– Дело не в ране, хотя и она сама по себе… но полукровки сильнее людей.

– Полукровки?! Он наполовину эльф, да?

Нет, ну что творит лорд Феррли? Зачем разглашает тайну?

– Да, я бы не сказал вам об этом, если бы не был уверен в его скорой гибели. Что уж теперь…

Не знаю, каким образом, но в мыслеречи Дрианна послышались слезы:

– Но если рана не так ужасна, почему он должен умереть?

– Заклятие Ледяного меча, как и большинство Темных чар, поражает не только тело. Вся его сущность сейчас искорежена волшбой, нарушена энергетическая оболочка.

– Откуда вы знаете?

– Я осмотрел его. В его ауре зияют страшные дыры, через которые, грубо говоря, вытекает жизнь.

– В ауре?

– Да-да, – нетерпеливо отозвался Артфаал, – энергетическая оболочка, защищающая сущность от воздействия внешнего мира, отражение энергии субъекта, аура!

– Послушайте, – заторопился маг, – помогите ему! Ведь вы знаете, как, вы же демон!

– В том-то и дело, что демон. Был бы А'нхелли, тогда конечно. А так – что я могу? Только утащить его душу во Мрак.

– Неужели же ничего нельзя сделать? – продолжал настаивать Дрианн.

– Теоретически можно, – нехотя признался демон, – но вот на практике вряд ли…

– И все-таки?

Молодец мальчишка! Я лежал тихо, не подавая виду, что очнулся. Пусть только скажет правду, хитрая бестия! А я уж вытрясу из него практическое воплощение идеи!

– Энергетическое вливание. Если найдется подходящее существо, желающее поделиться с Лютым своей силой, тогда, возможно, он и выживет. Хотя еще не факт. К тому же он может на всю жизнь остаться больным, либо слабоумным.

– Я готов, – ничуть не сомневаясь, проговорил Дрианн.

– К чему? – не понял демон.

– Поделиться с Омом своей энергией.

– Вы не поняли, граф, – мысли Артфаала уклончиво заскакали, делая речь невнятной. По всей видимости, хитрец опять что-то скрывал, – я сказал: подходящее существо. Существует несколько различных типов энергии живых существ… впрочем, об этом позже. Короче говоря, вы не подходите.

Мальчишка вскочил на ноги.

– Куда вы? – удивился лорд Феррли.

– Приведу всех воинов, и вы проверите их энергию. Хоть один да подойдет.

– Боюсь, что зря потеряете время. Не забывайте, ваш друг – не обычный человек. И вообще не совсем человек. Энергетика обычных людей его не спасет.

– А гномов?

– Тем более.

– Нет, тут что-то не то, – не отставал въедливый парень. – Ведь Ом – наполовину человек! Значит, все же можно попробовать…

– Говорю вам, – Артфаал начал терять терпение. – Обычные люди не подойдут. Я их уже проверил, подкрался потихоньку, и…

Слишком уж общими и расплывчатыми были его объяснения, чего-то мой наставник не договаривал. Приподнявшись, я с трудом прохрипел сквозь слипшиеся губы:

– Проверь меня.

– Наконец-то вы очнулись, барон! – возрадовался демон.

– Проверь меня!

– Друг мой, – принялся увещевать лорд Феррли. – Вы бредили всю ночь, и сейчас не знаете, что говорите.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю